Снаружи послышался шум подъемника, ворота разъехались и впустили машину. Муж приехал со своей матерью, они вышли из машины, видела из окна. Их голоса раздались уже в передней.
– Собери нам что – нибудь на стол, муж щурился от яркого света. Он пошел мыть руки и переодеваться.
– Здравствуйте, – кивнула его маме, – проходите пожалуйста, я сейчас. Та слегка кивнула в ответ и прошла за мной на кухню. Пока я бегала по кухне собирая на стол, муж вымылся и появился в дверях. Я перехватила пристальный взгляд Таисии Ивановны.
– А вы что, – она приподняла в недоумении бровь, – пополнение ждете?
– Ее не обманешь, – пронеслось в моей голове, – у нее глаз наметан. Сейчас что – то будет. Пусть, может даже к лучшему. Тайное всегда станет явным.
– Какое пополнение мам, ты о чем? – муж засмеялся и приобнял мать.
– Ну меня – то не обманешь, я не ты и вижу, – продолжала она. Я стояла молча посреди кухни не проронив ни слова.
– Говори деваха, ты же беременна? – настаивала она. Муж придвинулся ко мне вплотную.
– Как? Откуда? Да ты что натаскалась где – то? – он заскрипел зубами. Говори!
Представила свой лепет по поводу нашего с ним ребенка, если бы это хоть чуточку смахивало на правду. Обманывать бессмысленно и ни к чему. Надо было по приезде хотя бы один раз побывать в его спальне запоздало промелькнуло в голове.
– Да, как раз ждала, когда увижу тебя, – начала я, чтобы поговорить. Но тебя никогда не бывает дома, поэтому. Он не дал мне закончить, замахнулся и его двойной подбородок затрясся мелкой дрожью.
– Сынок! Этого еще не хватало, чтобы ты поставил крест на своей карьере из – за этой, этой, этой – она поджимала губы и никак не могла подобрать подходящего слова. Держи себя в руках! Его мать резко встала со стула и повернувшись ко мне медленно проговорила, – А ты. Вон из этого дома! У моего сына не может быть детей, он бездетный.
– Может! – осмелела я. Он лечился, сейчас медицина в этом вопросе шагнула далеко вперед.
– Как? – Таисия Ивановна присела на стул. Что это значит? – она посмотрела на сына.
– Это значит, что все у нас может быть и теперь остается удостовериться в поликлинике, – закончила я.
Ну некуда мне сейчас уходить, дураку понятно. Я теперь думала только о ребенке, остальное не важно. Кажется удалось сбить их с толку, ненадолго, но все таки. Муж в недоумении опустился на стул и с недоверием посмотрел на меня, затем на мать.
– Разберемся, – произнес он. Давайте ужинать. Я быстро наладила на стол и выскользнула из кухни к себе в комнату.
– Фуу, вроде обошлось, – выдохнула я. Нужно немедленно искать квартиру. Я легла на кровать, прислушиваясь к разговору на кухне. Но слов было не разобрать, только приглушенный звук голосов. Поздно вечером когда его мать уехала на такси, дверь в мою комнату скрипнула и муж возник на пороге. Он неслышно прошел к кровати и присел ко мне.
– Не спишь? – тронул за плечо.
– Нет, – я повернулась к нему.
– Ты беременна или мать тут зря переполох устроила? – он настороженно ждал ответа. А я лихорадочно соображая подбирала слова для нужной фразы.
– По моему да, – произнесла я. И тут же добавила, но это нужно еще проверить, мало ли что бывает у женщин.
– Ты побыстрее проверься, – сказал он. И это, – он снова тронул меня за плечо, – ты уверена, это от меня? Но как и когда?
Я не знала, что ответить. Пауза затянулась, он ждал.
– Значит нет, – твердо произнес он. И ты боишься мне сказать? – он снова задал вопрос.
– Это не от тебя, – произнесла я, словно приговор, ведь могла же промолчать. И я уйду из этого дома так быстро, как только можно. Он выдохнул горько, как мне показалось и обхватил голову руками.
– Ты лишила меня даже иллюзии, – он уронил руки. Тяжело поднялся и вышел из моей спальни, прикрыл дверь. Мне даже стало жаль его и в сердце шевельнулось чувство сострадания к нему. Он в глубине души мечтал о детях. Может уместно было соврать? Если бы еще умела! Лежала с открытыми глазами, подложив руки под голову, сон пропал и навалилась душевная тяжесть. Как же может болеть душа, как же она может мучать тело, стук сердца отдавался в ушах.
Утром нашла на кухне на столе короткое письмо от мужа. «Уходи, не хочу тебя больше видеть! Уходи немедленно, сегодня же и прости. Иначе, я за себя не ручаюсь!»
– Мама! – с отчаяньем в голосе проорала я в трубку, – мне нужно к тебе переехать, сегодня!
– Дочь, ну почему ты не сказала мне раньше, я в самолете, мы через пару минут взлетаем. Ключ я не догадалась оставить. Что же делать? Позови слесаря, откройте дверь! Сделай что – нибудь, если срочно надо. Я тебе много раз звонила. У тебя все в порядке? В трубке раздались частые гудки.
Бегом на работу, я опаздываю. Маршрутки долго нет и вообще день не задался с самого начала, все рушилось, куда идти, за что хвататься? Поймала такси и поехала на работу.
– К заведующей! – вытаращила глаза Аннета.
В кабинете пахло дорогими сигаретами, заведующая была явно не в духе.
– Так, – быстро проговорила она, – тебе следует написать заявление на увольнение.
– Что? Это сейчас что ли? – я присела на край стула. Как?
– Так! Я не намерена с тобой спорить. Пиши и уходи!
– Но почему?
– Объясняться с тобой не буду. Заявление оставишь в бухгалтерии. Расчет согласно правил. Она накинула плащ, взяла со стола папку, вышла из кабинета, намереваясь закрыть дверь на ключ и улетучиться. Все знали, что у меня муж судья и еще недавно расплывались в сладких улыбках.
– Ну и ну, – только и смогла подумать я. В торговом зале стояла Аннета и безразлично смотрела сквозь меня.
– Ты знаешь, – начала я.
– Знаю, – ехидно усмехнулась она и отошла к примерочной. Словно была в курсе всех моих дел. Я собрала быстро свои вещички и не попрощавшись вышла из магазина, в котором проработала десять лет. Кстати муж меня сюда и устроил, когда я достала его по поводу работы. Вышла на улицу под холодный моросящий дождь, день был серого цвета. Слезы текли по лицу ручьем, но этого никто не замечал. Они смешивались с дождем, зонт с собой из дома не прихватила и очень скоро промокла почти до нитки. Женщина ткнула меня в плечо.
– Слышь, не подержишь? Увидела у нее в руках клей и листки с объявлениями. Машинально взяла в руки бумажный лист из обычной ученической тетради, где было написано о сдаче комнаты в наем.
– Вы сдаете комнату?
– Сдаю, – откликнулась женщина. Да все не могу сдать. Удобства на улице. А студенты уже по квартирам пристроились. Поздно мой жилец съехал, – объяснила она. Мы стояли под дождем и мокли. А ты че, хочешь комнату снять что ли? – спросила она и тут же добавила. Что стоять, мокнуть, пошли посмотришь, да здесь и недалеко. Идем.
И мы двинулись с ней по мосту на тот берег мелкой речки. Домик притулился к покосившейся сараюшке. И на улице он был последним.
– А там дальше что? – спросила я.
– Дальше тупик! – крикнула тетка, открывая навесной замок.
– Да, – усмехнулась я своим мыслям, – дальше тупик.
– Что? – оглянулась женщина. Ты чего там бормочешь себе под нос, говори громче.
– Да нет ничего. Это я так, про себя.
– Понятно, – бросила она. Ну проходи. В доме пахло травами и слегка сыростью. Сейчас затопим печку и будет тепло. Вот у меня тут комната, тут и будешь жить и она распахнула дверь в нее. А хочешь закрывайся, вот и замок есть, я не в обиде буду. Главное плати исправно каждый месяц и живи сколько душе будет угодно. Ты никак в положении? – присмотрелась она. Ну тогда трудновато тебе тут будет. Вода тоже на улице. Я то привычная, а вот ты никак из городских будешь? – она уже смотрела на меня без всякого энтузиазма.
– Можно присяду? – спросила я.
– Конечно, места не жалко. В ногах правды нет. А хочешь давай и чаю попьем. Я мигом, – и она вышла, захватив ведро. Я осмотрелась и подумала, чем же буду ей платить, если осталась без работы. Когда еще мне выплатят расчет.
– Ну вот и я! Женщина засуетилась, плеснула из ведра в жестяной чайник воды, затопила печку. Скидывай мокрую одежду так быстрее просохнет. Я сняла пальто и поплотнее закуталась в кофту. Дрова затрещали, стало теплей и уютней в простенькой комнате. Даже как то веселей. Мы сели за стол. Достали чашки с блюдцами, сахарницу и варенье. Все это она передавала мне из рук в руки.
– А то может есть хочешь? – наморщила лоб тетка. Так у меня огурчики есть и капуста квашеная. Я и сама люблю ее с постным маслом. Тебе теперь еду нужно простую и витаминную, – дружелюбно добавила она. Ну давай садись поближе. А потом я тебе, если хочешь, погадаю. На душе тебе видно не сладко? Я кивнула и подвинулась к столу. В подтверждение в груди тоскливо заныло. Мы напились вдоволь горячего чая, стало теплее. Мне и платить сегодня вам нечем, но деньги у меня есть, – поспешно добавила я.
– Ладно не волнуйся, – женщина вздохнула и сложила свои натруженные руки на животе в замок. Принялась вертеть большими пальцами друг за дружку как веретено какое. Моя старенькая бабушка тоже так делала, – улыбнулась я своим мыслям.
– Ну давай посмотрим, что у тебя на душе и что впереди. Она разгладила руками складки на скатерти и достала из расписной шкатулки карты. Неспешно перемешала их, попросила шепотом, чтобы сказали они нам всю чистую правду. По доброму улыбнулась мне, начала расклад.
– Под сердцем у тебя молодой король и думы о нем. В голове держишь дом, но дорога к этому дому для тебя закрыта. Еще один король в твоем доме, но он очень зол на тебя и этому способствуют злодейки. Ох и зарятся они на доходы и положение этого короля. У них связь нехорошая, обманная для него. Они и тебя обманывают все вместе. Но их обман скоро откроется и их же самих накроет. И ты будешь удивлена этому. Она смешала карты и отложив парные, рассматривала что осталось и что дальше. Не унывай, – снова улыбнулась она, – впереди тебя ждет солнце, любовь, скорая встреча и богатство. Он о тебе думает.
– Кто? – не выдержала я.
– Тот с кем ищешь встречи. Он найдет тебя и очень скоро. Прямо при пороге. Так что все будет хорошо. Она собрала карты, поблагодарила их, убрала обратно в шкатулку. Я молчала, пораженная совпадениям, пусть так и будет. На душе стало легче.
– Спасибо вам, – поблагодарила мою случайную незнакомку.
– А о деньгах не думай. Так как идти тебе сегодня видимо некуда, оставайся и отдыхай.
– Мне нужно домой, забрать вещи. У меня мама в этом городе живет, только она сегодня улетела. Но соседи меня знают. Пойду, вы извините. Спасибо вам, за все спасибо, за чай. Я сняла подсохшее пальто с вешалки у печки.
– Ну смотри, как знаешь, – вздохнула она. Задерживать не смею. А то приходи, если деваться будет некуда. Я кивнула и вышла на улицу. Темнота обступила со всех сторон, дождь так и сеял, только стал мелким как пыль. Я пошла обратно по мосту на тот берег речки. У автобусной остановки никого. И куда меня понесло? – запоздало пожалела я. Будет ли транспорт и когда? Куда мне ехать, могу же забрать свои собственные вещи и книгу. А как к маме попаду в квартиру еще не решила. Пришлось ловить такси и ехать в наш пригород. У меня остались ключи от нашего совместного дома. Бывшего нашего, вздохнула я.
Слабый свет брезжил только в спальне мужа. Я открыла калитку и дверь в дом. Зайду тихо, соберу вещи и уеду на такси, – прошла не включая света в свою комнату и зажгла ночник на письменном столе. Достала чемодан из шкафа, открыла его, стала складывать свои вещи. Но я все не смогу унести. Вышла на цыпочках в коридор, поговорю с ним, должен же он понять.
У двери мужа, как только собралась постучать, послышался смех и затем негромкий, но отчетливый женский голос.
– Видел бы ты ее лицо! – женщина снова рассмеялась. Я знаю этот смех и этот голос не спутаю ни с каким другим, я не смогла сдержаться, чтобы подтвердить свою догадку распахнула дверь и увидела мужа с Аннетой в кровати. Тут же метнулась назад в комнату.
Почти следом в мою комнату влетел недовольный муж, на ходу запахивая непослушные полы халата. Предваряя брань и останавливая его жестом выпалила.
– Мне нужно собрать самое необходимое из своих вещей, и потом. Договорить он не дал, резко вскинув руку припечатал мне звонкую пощечину, взвизгнув по бабьи, потребовал.
– Ключи!
– Мне нужно взять мои вещи, – упрямо повторила я, шокированная произошедшим. Никогда подобного он не позволял себе.
– А мне наплевать, что тебе нужно. Ключи! – он смотрел на меня исподлобья. И с этим чужим человеком жила все эти годы? Положила ключи от дома на стол. Он сгреб их в кулак и вышел, захлопнув дверь. Я беспорядочно побросала свою одежду в чемодан, все что попалось мне на глаза. На дно чемодана положила книгу Айвенго, мой дневник и документы. В его кабинете взяла с полки мой детский фотоальбом. На столе аккуратной стопкой лежали толстые картонные папки. Нечаянно задела одну из них, она раскрылась и упала на пол, машинально сгребла ее и тоже зачем то сунула в чемодан. Одела плащ и вышла в темную ночь, под дождь. В спальне мужа горел неяркий свет ночника. Там тепло и уютно, подумала я и вздохнула. Дождь полил, как из ведра. Долго так не простоишь и в дом уже не вернешься. Теперь сожалела, что не закатила скандал и не отстаивала свои права до конца. Чувствовала себя униженной и оскорбленной. Хотя какой скандал в моем то положении. Думай о ребенке, – решила я. Как маленькая уговаривала «взять себя в руки». На горизонте показались легковые машины, одна подъехала ко мне близко.
– Куда едем барышня? – спросил водила, приоткрыв окно. Я пошарила по карманам пальто и облилась холодным потом, не нашла кошелька и это последняя капля в куче моих неприятностей. Растяпа, забыла его в прихожей, когда обувалась. Теперь ругала себя, что так безалаберно собиралась и вот результат. Водила понял, закрыл окно и поехал навстречу парочке, бежавшей к машине. Правда в пальто оставалась еще кое какая мелочь, хватит на автобус, только когда он еще приедет. Стремительно темнело, усталость, голод и накопившаяся обида делали свое дело, из глаз опять покатились слезы. Уже не различала ни дороги ни деревьев, стоявших на обочине, слезы вперемежку с дождем искажали окружающую действительность как в Королевстве Кривых зеркал. Глотая слезы думала, теперь со мной все кончено и все равно, что будет дальше. Я никому не нужна в этом мире. Никто не придет на помощь, буду стоять тут, пока совсем не стемнеет. Никому в целом свете нет дела до меня.
Маршрутка пришла и мы ввалились в салон. Несколько промокших до нитки пассажиров. Рада и этому, на остатки денег доехала до маминого дома. В подъезде тихо, многие наверняка уже спят. Возле маминой квартиры стряхнула воду с одежды и позвонила. Прекрасно понимая, что она улетела. Но вдруг случилось чудо и она уже дома? Из соседней квартиры выглянула соседка тётя Оля.
– Ты чего Тинка? Мама твоя уехала, велела мне присматривать за квартирой. У тебя ключей нет?
– Нет, – покрутила я головой, шмыгая носом.
– Что теперь будешь делать или домой поедешь? Что то ты припозднилась.
– Хочу с ночевой. Слесарей теперь не найти? – шмыгнула я снова, вытирая платком мокрый нос.
– Если только аварийку вызвать, мол ключи потеряла, – подсказала тётя Оля. Давай попробуем и пригласила к себе. Она принялась звонить и рассказывать ситуацию.
– Ну всё, – она положила трубку. Теперь ждать будем! Пойдем чай пить. Я прошла в ванну и вымыла руки. Пока закипал чайник, мы посмотрели новости и поболтали немного о погоде и о дожде, который все никак не кончается.
– Вы извините за беспокойство теть Оль.
– А ничего высплюсь, лишь бы чудаки наши приехали. А то оставайся у меня, а утром точно найдем выход. А мама уехала надолго? Я пожала плечами, – даже не знаю.
– Ну ничего пей чай и тетя Оля засуетилась на кухне. Через полчаса раздался звонок в дверь, приехали слесари.
– А вы кто будете? – спросил дядька в рабочем комбинезоне и брезентовой куртке.
– Я хозяйка то есть дочь, мама уехала, а я ключи потеряла.
– Дочь, дочь! – подтвердила соседка тетя Оля.
– Ну ладно, – сейчас посмотрим. Дверь то придется ломать, а потом делать, – слесарь почесал голову и поправил кепку.
– Вот что, ломать не нужно, – сказала я.
– А вы по другому никак не можете открыть? – спросила тетя Оля.
– А как тут по другому? – откашлялся слесарь. Ну вы девушки думайте, решайте, а нам тут некогда разговоры разговаривать.
– Тина, может ночуй у меня, а мама наверное завтра приедет.
– Ладно, – согласилась я.
– Ну вот и хорошо, – кивнула соседка. Слесари потоптались и друг за другом спустились вниз по лестнице, у них еще дела в соседнем доме по вызову. А мы остались. Пойду стелить постель, а завтра будет ясно, что да как и тетя Оля ушла в комнату стелить постель. Попробовала дозвониться маме. Но ее телефон был отключен. В дверь постучали я открыла и тетя Оля радостно всплеснула руками, к ней приехали гости. Ввалилась целая толпа в квартиру. Родные сестры с мужьями и племянниками. Они внесли с собой веселую суматоху, как обычно бывает при встрече с близкими родственниками.
– Ничего Тиночка, – она мимоходом похлопала меня по плечу, – разместимся, не переживай. Гости распаковывали чемоданы в гостиной, увлеклись разговорами. А я незаметно выскользнула за дверь, прихватив свой чемодан. Неудобно стеснять людей. И снова оказалась на улице. Тут темно и сыро. Дождь льет как из ведра. Что то со мной сегодня не так. Куда ехать? – размышляла стоя у подъезда. Потом решительно двинулась к проспекту, там много машин. Каких машин, мой кошелек остался в прихожей моего бывшего дома. Я присела на чемодан. Перебирала в уме всех своих знакомых и приятелей. Зайду к Ленке, продавщице из книжного, она одинокая, часто забегала к нам в отдел попить чаю в перерыве и мы с ней сдружились, благодаря моему общительному характеру. Она живет в высотном доме, у перекрестка трамвайных линий. Отсюда километра два. Я взялась за ручку чемодана и пошла по мокрой блестящей от дождя дороге. Надо было хоть чемодан оставить у тети Оли. И что в него вцепилась, зачем потащила с собой! – злилась я. Как дурак с писаной торбой. Топала примерно полчаса, если не больше, наконец показался Ленкин дом. Перевела дыхание и легко вздохнув вошла в полутемный подъезд. Ленка простая и хорошая. Она то меня поймет, сама одинокая. На каком этаже она живет, я была то у нее один раз прошлой осенью. На третьем без лифта. Ну вот ее железная дверь, нажала на звонок. За дверью послышался топот и в щелку приоткрытой двери с цепочкой выглянула Ленка.
– Лен привет! Узнаешь? – начала я приветливо и бодро.
– Привет Тина. Ты чего? Каким ветром? – она в недоумении вскинула брови.
– Да вот понимаешь попала в ваш район и решила заглянуть к тебе! – начала я почему то издалека.
– Тин знаешь, ты извини у меня дома такой срач, вот ремонт затеяла. Да и еще, один друг должен притопать сегодня вечером. Понимаешь? Ты извини, ладно, – мялась за дверью Ленка, всем своим видом показывая, что ей совсем не до меня.
– Да ладно, что ты, конечно понимаю, – согласилась я, отступая назад.
– Ну вот и хорошо, – радостно вздохнула Ленка. Ты заходи, как – нибудь, – сказала она для приличия, и поспешно захлопнула дверь. Ну почему сразу не сказала, что осталась на улице на ночь, – укоряла себя. Хотя судя по диалогу ничего бы не изменилось. Мне тут совсем не рады.
Пусть, что будет то будет, – устало вздохнула я и вконец измотанная пошла вниз по ступеням. На улице ночь, дождь не прекращается, наоборот перешел в мелкий и усилился ветер. Пойду снова к соседке тете Оле, деваться все равно некуда. Хоть на полу на кухне, да не на улице. И я поплелась в обратном направлении. Свет в окнах у тети Оли не горел. И у дверей было тихо. Легли спать с дороги, – мной овладело отчаяние. Вот что, поеду на такси к той женщине, займу у нее на оплату, а завтра, надеюсь, приедет мама, верну деньги. Порывы ветра кидали в лицо пригоршни дождевой воды. Шлепала по лужам и слезы опять смешивались с дождем, бежали по лицу, чувствовала их соленый вкус на губах. На пол – пути остановилась немного отдохнуть, впереди уже виднелись яркие огни проспекта и слышался шум проезжающих машин. Здесь темно и дорога тускло освещена редкими фонарями. Как все ненадежно, зыбко в этом мире. Совсем одна под открытым небом. И что мне не сиделось у маминой соседки, хоть в коридоре или у той случайной незнакомки, – теперь я была на все согласна. Бессмысленность моих действий, метание довели до физического страдания. Дурная голова ногам покоя не дает. Отчаянье вновь овладело мной с большей силой. Все, больше не могу!
Вдруг кто – то обнял сзади. Не может быть, я узнала эти прикосновения, быстрее забилось сердце. И повернувшись увидела Айвенго. Он стоял передо мной, словно выросший из под земли, даже не слышала его шагов. Тут же буквально упала к нему в руки, прижалась к его груди в поисках защиты и безопасности. Обнял, погладил мои волосы, легонько прижал к себе. На меня обрушился поток счастья и радости. Моя душа, только что от отчаяния билась словно птица в клетке, расправила крылья и ожила. Как мало нужно человеку для счастья. Он обнимал меня под дождем, но спохватился, тут же повел к машине с тонированными стеклами. Легко подхватил мой чемодан, поставил его в багажник. Улыбнулся и плавно повел машину. Как он меня нашел? Мне все равно, – главное мы рядом. Лицо было мокрым от дождя и слез. Он смотрел на дорогу, а я не сводила глаз с его профиля, его сильных рук, уверенно держащих руль. Мы двигались по мосту на другой берег реки, петляя по объездным дорогам заехали во двор дома за высоким глухим забором с воротами и автоподъемником. И когда они плавно поехав плотно закрылись за нами, отстегнул ремень безопасности, снял темные очки и улыбнулся. Уставшая и промокшая до нитки была счастлива. Теперь я в безопасности и у меня есть крыша над головой, по крайней мере на сегодня. Мы вошли в дом, мой чемодан перекочевал следом. Он отключил наши телефоны. Обессилевшая рухнула в постель. Он ни о чем не спрашивал.
Присел на корточки у кровати вглядываясь в мое лицо, у меня лишь хватило сил на измученную улыбку и я отключилась от реальной действительности. С рассветом подскочила в кровати и осмотрелась. Одна в спальне, постель измята только с моей стороны. Где он, снова исчез? – с досадой подумала я, отбросила одеяло и прислушалась. Тишина. В доме довольно уютно и даже шикарно. Прошлась по комнатам – никого. На столике возле кровати короткая записка. Не выходить и по телефону не говорить. До встречи вечером. Ни подписи, ни слова лишнего. Записку сжечь.
– Хм, – хмыкнула взяла на кухне спичечный коробок, включила вытяжку и сожгла бумагу. Ну что ж, – в недоумении пожала плечами и побрела в ванную. Надо привести себя в порядок. Ванная мне понравилась. Красивые зеркала. Хоть и до этого жила в хорошем доме, но здесь чувствовалась роскошь и в то же время все расставлено и разбросано как – то само по себе, без женского участия. В холодильнике полно продуктов.
– Жить можно, – легко вздохнула я. Весь день посвятила себе. И осмотру дома. К вечеру глазела в гостиной в огромный плоский телевизор, привинченный к стене. Тишина, сумерки за окнами сгустились. Решила выпить чаю в кухне и прищурившись примкнула глазом к окуляру подзорной трубы, стоявшей на треноге возле кухонного окна. Настраивала под себя окуляр, четкость и обзор, поводила трубой левее, затем правее, оставила ее на прежнем месте. Пока закипал чайник с интересом рассматривала окрестности. Стоп! Что это? Вижу свой дом и своего мужа. Ну да, вот он включил свет на кухне и принялся ходить по ней, потоптался у холодильника, заглянул в него. Невероятно! Я застыла от изумления. Выходит мы просто на другом берегу реки. Вид из окон моего бывшего дома на ту же реку, широченную с пароходами, особенно в летний сезон. Но это же так далеко, а так, прильнула снова глазом к окуляру, близко. Ну вот, один маленький секрет разгадан! А как же мама, она меня потеряла. А может она еще не приехала домой? Ведь соседка тетя Оля расскажет ей, что я приходила с чемоданом и просилась переночевать. Она позвонит мужу и тогда, и тогда произойдет то, что давно должно было произойти. Но она не в курсе. Ну и пусть, – тут же успокоила себя, скоро сама к ней заеду и все расскажу.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.