Я могла бы до бесконечности
Оставаться твоей фарфоровой
И стаканы нектаров вечности
Распивать, сохраняя форму.
Я в фарфоре застыла послушною,
Белым демоном за твоей спиной.
Кофе, «Animal Джаz» в наушниках,
Невский, съеденный дождевой стеной.
Я навеки твоей осталась бы,
В этом сером, холодном городе,
Где ночами под небом поют мосты,
Где шаги потерялись в топоте.
Но тряхнул старый тополь веткою
Нам на головы пух на прощание.
Я тебе на память – монеткою,
Ты на память мне – адом отчаяния.
Я могла бы… Но запаковываю
В коробок себя, до востребования
Вышлю в адрес тебе… Фарфоровую.
Разобьётся в пути, наверное…
30.05.2013
Знаешь, мне снятся поезда.
Знаешь, совсем не те, что в яви.
Может, ответишь мне, когда
Наши маршруты уже объявят?
Знаешь, нельзя в поездах курить,
Но я тайком забегаю в тамбур.
Знаешь, так хочется покорить
Мир твой хореем своим и ямбом!
Знаешь, а я шестой год в пути,
Без остановок, конца и края.
Знаешь, бежать проще, чем идти,
Знать бы куда! А вот я не знаю.
Море малиновый пьёт закат.
Было бы круто и нам по капле.
А закат льёт, да всё невпопад
В мои виски этот пульс проклятый…
Солнце измором пленило нас,
Ты преподнёс мне его на фото:
Сначала профиль, затем анфас.
Так угадал меня с первой ноты.
Знаешь, мне снятся города,
Где я танцую, а ты летаешь.
Что это значит? Знаешь? Да?
Да, разумеется, всё ты знаешь…
03.06.2013
П.ока ты спишь, во сне, возможно, улыбаясь,
О.санны ангелы поют, о скалы разбиваясь.
К.ак будто облаком гонимы, летят птицы,
А.нгелов видят – и хотят остановиться.
Я. не возьму тебя с собой, да и обратно я
Н.е вернусь. Мне уже слишком всё понятно.
И. вот, проснувшись, молча куришь и дрожишь.
Е.сли захочешь, ты поймёшь всё и простишь.
05.06.2013
Ты чувствуешь, как зубки в плоть живую врезались?
Крови совсем немного, лишь боль будет жгучей, злой.
Смотри скорей – небеса над головой разверзлись,
Принимая такими, как есть, ненормальными, нас с тобой.
Июнь 2013 г.
«…нельзя заходить в спальню к Богу, даже если его там нет…»
(Это судьба – «Ундервуд»)
Чертоги света. Стража спит. Звучит орган, проигрывая столетия. Меня сюда тянул магнит – мой щит, стирая междометия. Тихонько на цыпочках к двери крадусь, чтоб меня невзначай не заметили. Лоскут тени своей украду, только б нас с ней у входа не встретили. А то вскрикнут, начнётся там, вот мол, явились гости незваные. Господи, да разве ж тебе нужны мои персональные данные?! Господи, неужели к тебе приходить теперь с раскрытым паспортом? Словно с открытым зонтом в октябре от дождя в доме прятаться!
Господи, мерзко и страшно мне. Посмотри, как крестов касаются руки немытые. Боже, взгляни, на той самой стене лишь бумаги клочки – там желания забытые. Знаешь, там больше не плачут, нет. Мир совершенно забыл об эмоциях. И никаких больше клятв на вине, и пьют его уже другими порциями.
Знаешь, родной, они ведь продали Тебя за баррели нефти и кубометры газа. Они не краснея, алкали и лгали, пока здесь толпились у иконостаса. Они восклицали, что все сатанисты, кто громко тяжёлую музыку слушает. Они и сейчас порицают неистово всё, что не принимают их слабые уши. Они не прощают, тщеславны и желчны – не лучше звериной стаи. Господи, эти люди так мелочны: увидят, вгрызутся и не отстанут. Знаешь, одни запасают тушенкой склады, ожидая второго пришествия. А другие кричат: «нам не нужно еды! ЛГБТ – вот страшное бедствие!»
Господи, знаешь, а ведь лучше в храме станцевать, воздевая руки к небу, нежели там же душами торговать, притворяясь навек Тебе верными.
Тишина. На алтарь я сложу Тебе всё, что на сердце гроздилось каменьями. Знай, грешна. Я скажу, разомкну свои цепи, смогу, хотя в них очень крепкие звенья. Верю, будет мне вечно открыт этот храм, не нужны паспорта и доверенности, пока есть Ты в слезах моих, в честных словах, пока руки полны уверенности. Я без спроса войду, Ты меня ведь узнал? Я из тех, с кого пишется образ врага. Знаешь, кто-то сказал: Jesus is coming… Так ответь мне: когда?
17.06.2013
Милый, ласковый, наружно
Ты прими меня за плечи…
Знаешь, мне ведь вечно нужно
Проживать с тобою вечер,
Прожигать с тобою небо:
Звёзды – горькие окурки…
Стану сладкой тебе Гебой,
Ты мне – новым Демиургом.
Ты мне – душу внутривенно,
Я тебе – огонь под кожу,
От крови, но откровенно
Чтоб воспламенилось ложе…
Сердце ложкой съешь на завтрак –
Для меня оно излишне.
И не спорь, пусть наше Завтра
Станет эрой самых ближних…
И взлетит пусть в воздух знамя
Двух безумцев в одной будке1…
Только я таких не знаю,
Сижу с краю,
Лишь вздыхаю,
Понимаю –
Век до рая…
Мне б к тебе хоть на минутку…
11.07.2013
Ты тщетно во мне ищешь Маргариты стать
И бледный лик Луны снимаешь с фрески,
Зря обещал в ветрах мгновения считать,
Вальсируя со мной на тонкой леске…
Бутылку красного откупоришь, как встарь,
И рассмеёшься:
– да ты, мать, уже пьяна!
– нет, просто дико я устала.
Обнимешь:
– мдаа, вина тут мало…
– Пожалуйста, не надо рук и слов. Ты встань,
Уйди! Забудь! В том не твоя вина…
Молчание. Ушёл. Прекрасно. Ницше, кстати, прав –
Без музыки и ты бы был ошибкой.
Но вот уходишь, половину даже не узнав
Моих мелодий, лёгких, как улыбка,
Моих сонетов, звонких, как монета.
И, как только осмелилась солгать,
Что провела с тобою лето
Назад лет пять…
И снова тишина заполнит мой альков.
Солдаты в рясах нежно пропоют псалмы.
Когда-то пионеров горн звал «будь готов!»,
Теперь под музыку шагов к войне готовы мы…
19.07.2013
она пьёт мутно-кофейный вечер,
сдувает пылинки с любимых книг,
а ты ожидаешь короткой встречи,
загнав своё сердце с ноги в тупик.
её робко-кукольный взгляд согреет
на время, и снова потом зима.
и ты не заметишь, как повзрослеет
она – люди, книги, машины, дома…
до встречи на Невском ещё 5 с лишним,
закуришь нервозно ещё одну…
но вот из метро в длинной юбке вышла
святая, что тянет тебя ко дну.
за руку возьмёт и куда-то тащит…
да точно – в кофейню, что возле башни,
глаза все туристы на вас таращат,
а для тебя день уже – вчерашний.
и ты не поймёшь, что за новый бред
закрался в головку медно-каштановую,
пока она ложкой скоблит обед:
спагетти под соусом «карбонаровым».
пока порасскажет сто новостей,
про СМИ, про ГосДуму, про оппозицию,
кафе сменит пару десятков гостей,
что летом случились в вашей столице…
хохочет, ломает пальцы, затем wi-fi
начнёт отстранённо ловить в планшете.
ты комом по горлу катаешь кайф,
вдыхая слова её, что на ветер
взмывали стаями серых птиц
и превращались в дожди косые,
что сотни, тысячи новых лиц
здесь перерождали в свои, родные…
и вроде живые, и чувств порог
пересекали сквозь метры стали.
конечно, ты всё предсказать не мог…
наверное, просто другими стали.
25.07.2013
Почему бы тебе просто не позвонить и не промолчать в трубку?
Или своим прокуренным, чуть подконьяченным голосом
не произнести тихое многообещающее "Привет"?
А я бы конечно бесцеремонно вскрикнула "Зачем ты обрезал волосы?"
А ты в ответ "Мать, ну ты чё? Мне уж не двадцать лет"
Почему бы тебе не податься в йоги или кришнаиты,
Накурившись с друзьями дури, не кинуться в Брахмапутру?
Я же помню, ты там, на старых фото такой убитый,
Да такой начитанный то ли трудами Геббельса, то ли Камасутрой.
Почему бы тебе, такому взрослому, в текущем году не жениться
На какой-нибудь доброй, хозяйственной Мэри Поппинс?
Да, шальная мечта моя – в день свадьбы твоей так напиться,
Чтоб под Cannibal Corpse распевать песни Спирз и Лопес.
(И это при том, что спиртного я не принимаю вовсе,
И когда-нибудь точно сойду с ума, вглядываясь в ваши лица.)
В родном городе запах солёной рыбы смешается с цветом ртути,
С ароматом седых волос, неспелой рябины и дымом от сигарет.
Ты неспешно идёшь вдоль набережной и случайно звонишь кому-то.
– Здравствуй. Как ты? Может встретимся?
– Здравствуй. Норм. Почему бы нет?
28.08.2013
Нет ни души здесь. И всё же душно. Я
ведь старалась не прослыть скучною.
И потому ли я век не стреножена,
Чтобы не стать на кого-то похожею?
Я – вымирающий вид поколения,
полузабытого серого племени.
Проклята косностью, мигом распята я,
по телу вечности мечена пятнами.
Штампами бита, клишейными палками,
страстью объята ни шатко ни валко, и
хлебом пропахла от пяток до темени,
пока наесться пыталась тем временем.
Пальцы рандомно нацелены в небо, но
я призываю своих блудных демонов
из-под земли, да скорее ошибочно –
личный мой голем – давно уже выточен.
Личный мой ад нынче на реконструкции,
значит пока на свою репродукцию
я добродушно даю разрешение
без воздаяния, без сожаления…
Плюнь в лицо трижды однажды солгавшему
о вере в правду, надежду поправшую.
Победит тот, кто сожжёт на костре меня
полузабытого тёмного племени.
Личный огонь – пополам и до тления,
Серость бездонную – псам на съедение.
Станет одеждой растаявший дым,
Маленький ад станет раем большим.
29.08.2013
Никто тебе не поможет. Только я. А я – Зверь.
Губы Саймона с трудом вытолкнули вслух:
– Свиная голова на палке.
– И вы вообразили, будто меня можно выследить, убить? – сказала голова.
Несколько мгновений лес и все другие смутно угадываемые места в ответ сотрясались от мерзкого хохота.– Но ты же знал, правда?
Что я – часть тебя самого? Неотделимая часть! Что это из-за меня ничего у вас не вышло? Что все получилось из-за меня?
(У. Голдинг, «Повелитель мух»)
Бей же в мои барабаны, бей,
Повелитель жестоких детей.
Лей полынь в мою душу, лей,
Да ни капли не пожалей.
Соль растирай по ране, соль
Больше не причиняет боль.
Режь душу, это такая роль,
Только не поперек, а вдоль.
Звон в ушах, очень смелый звон
Будет слышен со всех сторон.
Трон этот – твой, занимай трон,
Выпив крови ещё галлон.
Нож выбрось в море, иначе нож
Памятью в теле пробудит дрожь.
Верь этим лицам в святую ложь,
Зная, что более не придёшь.
Жги костры моей ярости, жги,
Пока их не убьют дожди.
За океанами нет тайги,
Значит, в тропиках смерти жди.
Рви этот ветер о камни, рви,
Если нужно – на помощь зови.
Но пока дышится, ты живи,
Повелитель моей любви.
11.09.2013
Команда «Голос!»
Гражданин начальник,
подайте нам на пропитание душ,
сюда, в недоразбитый умывальник.
Смывать фортуну -
несравненный куш.
Хотели жечь,
да не по Сеньке шапка.
И пусть теперь скандирует толпа
проклятия на импортные тряпки,
не понимая, что рука скупа.
Рука дающего
в психическом припадке
протянет вам чудесный эликсир,
способный убедить, что всё в порядке.
И подтвердит вам это
командир.
15.09.2013
Холодно. Ни свет ни заря
нас прогнали из рая
кондукторы с красными лицами.
А быть может, не зря?
Вероятней всего,
чтоб самим не палиться,
ведь приятно кормиться
огнём золотым сентября.
Обманули. И карманы обшарили,
в поисках зла и тепла,
чтоб навеки отправить
в Тартар, чтобы жарились
души в углях, в глаза била мгла.
Кто в ответе? Болит голова,
сердце пляшет, ветрам подвывая.
Медицина бессильна, хотя и права.
Нас всего лишь прогнали из рая.
Эй, кондуктор! Сюда стакан чаю!
Прибываем во сколько, простите?
Что, уже? Мы же вот только-только из рая…
Здравствуй, чёрт!…
Чёрт возьми, это ж Питер…
21.09.2013
Всё наступает слишком поздно,
Когда того совсем не ждёшь.
На небе пасмурные звёзды
Образовали тёплый дождь.
А летом мы его так ждали…
В глазах моих прочтёшь беду.
Я помню, как мы вызывали
Друг в друге явную вражду,
Пока опять кого-то ждали.
Жили, не ведая печали.
И солнце благосклонно к нам
В то время было. Просто так.
Мы плыли, вопреки волнам…
Странно, быть может это знак,
Что мои нервы крепче стали?
А до тебя что? К чёрту всё!
Не знаю и… знать не желаю!
Подумать только! Ё моё!
Уж сколько лет тебя я знаю…
Такое чувство, будто стали
Неделями те дни… часы!
Моих ты не увидишь глаз,
Моими сказками ты сыт,
Что прочитал уже не раз.
А как меня они достали!
Но если где-то вдруг увидишь –
Ты хоть рукой мне помаши.
Быть может, что скажу – услышишь
и с теплотой, от всей души
скажи: Тебя не забывали!
Всё наступает слишком поздно…
Теперь лишь дуть на молоко
осталось тем, кто выпил воду,
что было крайне нелегко –
ожоги навсегда остались.
Чужим стал город нам родной,
Бросает осень в воду листья.
Я не твоя, и ты не мой,
Хотя ночами ты мне снишься.
Что с нами будет? Кем мы стали?
22.09.2013
Воском усталым на скатерть прольётся свеча,
Нарнией станет твой вид из окна в этот вечер.
Думаешь – листья сжигать в эту осень так жаль сгоряча,
а у самой сожжены все, что были в загашнике, свечи.
В Летнем Саду в данный час никого уже нет,
сумерки капают в мир, растворяясь с дождями.
Думаешь – миру так дорог твой ласковый свет,
а оказалось – они осветили свой путь уже сами.
Стоит ли чёрное с белым в улыбках чужих примечать?
Тушь с ресниц поздно снимать, дождь умоет стерильно.
Думаешь – время пришло, чтобы что-то по новой начать.
Только не выйдет – ты в прошлом застряла стабильно.
Оловом в сердце глубОко вонзится сухая тоска,
выдавит страх из всех жил, приютит равнодушие.
Думаешь – всё обязательно сбудется, ну а пока
входишь в список резервный с названием "Мёртвые души".
24.09.2013
Девочке б только вернуть апрель
или май с тёплым запахом сена.
Девочке бы сгонять в Брюссель,
Прагу, Рим, да хотя бы в Вену.
***
Девочка конкретно плевала на:
ипотеки с кредитами, пиар-акции,
манагеров медиумного звена,
гей-парады и майские демонстрации.
***
В ‘41м она бы здесь сбила «Юнкерс»,
но сейчас все дороги ведут в Берлин,
там бы снять уютный зелёный дуплекс,
и забыть про русский осенний сплин.
***
Да девочке впрочем, пофиг всё…
Наушники. С ними она как в танке.
У девочки впереди – серпантин дорог,
и карточка в сумке со счётом в банке.
***
Девочка слышит ангелов по вечерам,
усталость скидывает, как пальто.
И ей бы остановиться уже пора,
да что-то не останавливает никто.
26.09.2013
на ветру не успев догореть,
я совсем разучилась летать.
почему-то хотелось болеть,
почему-то хотелось отдать
всё, что было и есть у самой,
поворачивая время вспять.
каждый день возвращаясь домой,
забывать обо всём и… спать.
чемоданы, вокзалы, такси
забывать, отпускать не спеша,
а потом снова ветер просить,
чтобы вдаль уносилась душа.
03.10.2013
это как смерти в лицо сказать «привет»,
сглатывая слюну, прожёвывая морфемы,
как в тело жёлтый луч – ультрафиолет,
шприцует тёплым ядом системы.
это как ливень сравнивает с землёй
парки, сады, здания Петроградки,
и немного страшнее команды «огонь»
для "духа", но те же и здесь порядки.
это как… вновь от неволи на волоске,
глаза застилает мне Млечный Путь,
спешу стать синицей в твоей руке,
чтоб годами не ждать твоё «как-нибудь».
09.10.2013
Я б угостила тебя пряничным дождём,
да пряников нет – все съели собаки.
Мы когда-нибудь вместе ещё споём,
смывая кровь с рук, разбитых в драке.
Ну а пока слова глотай, шевели губами,
что против ветра надрывно шепчут «живи»
всем, кто здесь прошибает стены лбами
как всегда – без ответа к твоей любви.
15.10.2013
Шкатулка фактами наполнена до краёв. Самые страшные не достать со дна. Согласно законам природы, сегодня никто не готов признать, что в омуте жуткая тишина. Чернильные черви точат черничный пирог, сползая по камушкам, падают напролом. Не правда, не действие пересекут порог смятых в страхе ресниц, а лишь возвращение в дом. Теперь хоть падай, хоть стой на голове, верхушки елей лижи израненным языком. Тебя не укроют в заштопанном рукаве, чтоб в случае взрыва оставить в живых тайком. Так плачь, кипятись, выливайся на провода. Замкни, убедись, что у чёрта не хватит сил тебя протащить сквозь столетия и города на самое дно тайных фактов твоих могил.
03.11.2013
под землёй, по проводам
шепчет голос ветра:
я тебя ему отдам,
только безответно…
я его тебе прощу,
выкину из дома,
камнем в голову пущу,
а стрелу – другому…
под землёй со всей тоской
ветер, сука, воет:
хватит скучной быть такой
с трезвой головою!
сбрось приличия свои
в мусорную яму,
пачку принципов сожги
и забудь Хайяма.
стенкой голову пробей,
может – станет легче…
и… ханжу в себе убей –
голос ветра шепчет…
03.11.2013
хочу в глаза спички,
а в кофе – ванили.
чтоб не по привычке,
чтоб просто любили…
хочу бросить камень
в морскую пучину,
под тысячей камер
рыдать без причины…
хочу растворяться
осколками эха
в год 20.13 –
в эпоху успеха.
хочу каплю крови
твоей настоящей,
гудящей, ломящей,
смывающей «кроме».
хочу и не буду,
но уж откровенно:
о том не забуду –
что верно, то верно.
я буду как ветер
настойчиво ёрзать,
влезая в манжеты;
и вызывать слёзы…
я памятью стану
на белой ладони –
а это достанет,
зацепит, затронет…
мне сердце отмычкой
бессовестно вскрыли,
теперь в глазах спички,
и кофе – с ванилью.
07.11.2013
Я смотрю в календарь, я знаю, что скоро зима.
Наша улица на глазах меняет цвета.
(В. Цой, Город)
я люблю этот город, но горло стихами болит.
я люблю этот город, но время всё видит сквозь стены.
здесь холодные воды не сточат суровый гранит,
здесь лишь ветер балтийский летит и несёт перемены.
я люблю этот город, но серые камни молчат.
я люблю этот город, но пятница душит субботу,
превращая невинных овец в стаи диких волчат,
ведь избыток невинности здесь вызывает лишь рвоту.
я люблю этот город, но ночью коварны мосты.
я люблю этот город, но ночью больны светофоры.
здесь дворы заполняют большие смешные коты,
но наполнят теплом этот город уж очень не скоро.
я люблю этот город, а он без ума от блаженных.
я люблю этот город, но он так устал от воды,
размывающей грани меж нами, когда откровенны.
я люблю этот город, но только когда рядом ты.
30.11.2013