Август.
Голова Алика гудела, словно он вчера надрался вдрызг. Веки не слушались и не поддавались. Позвоночник вообще ныл нещадно. Кажется, была травма и ноги, так как согнуть ее не удалось.
Опасение за свою жизнь все же заставило его открыть глаза. Солнце тут же ослепило Алика, и он прикрыл лицо ладонью. Прищурившись, Лихач сфокусировал взгляд и рассмотрел перед собой троих подростков. Один, высокий, здоровый парень, плечистый и с пробивающейся щетиной. Настоящий богатырь, не по годам физически крепкий. Рядом с ним тощая девчонка с косами, в простеньком платьице. И третьим был худой, чумазый, полуголый пацан с дырами на штанах в области колен. Все трое, несмотря на разный внешний вид, напоминали друзей, поэтому, вероятно, были одного возраста. Совершенно точно не маги, и из села. На последнее указывало и место, где находился Алик – сарай, который пах скотиной.
– Что со мной? – просипел он.
– У вас вроде сотрясение мозга, – басовито ответил юный богатырь с забавным чубчиком на русых волосах.
– Вы упали с крыши, – добавил худой. – И провалялись без сознания весь день.
Алик задрал голову: над ним зияла огромная дыра. И правда, проломил собой крышу.
Лихач пытался припомнить, что случилось, но он улавливал в сознании лишь то, что предшествовало, отдельные образы.
Он участвовал в поджигании и разрушении деревень. Их «команде» удалось снести магией два села, разнести о себе слухи, и уже к третьему на защиту прибыли они, бывшие соратники Алика. Всего четверо, но их сил оказалось достаточно, чтобы отразить наступление. Под громкие вопли пала Крестовая дама – свое злорадное чувство Лихач хорошо запомнил. Своим редуцированным паучьим ядом она успела отравить многих пришлых и встала в бой против громоопасной Лозы, которая и отправила ее в тартарары. Сам Алик скрылся (благо, способность невидимки свободно позволяла это сделать), он не хотел и пытаться причинить боль Юле «Флекс», Лучнику, Маше «Лозе» и четвертому, кого Лихач толком не успел рассмотреть и признать. Но знал, что неистовствует Ренат, посылая огненные шары и проклятия, не бездействует и Макс, чья ягуарская сущность делала его выносливым, сильным и опасным, хотя он и не превращался в зверя полностью. Однако в какой-то момент Лихач что-то упустил, потому что проявился и получил мощный заряд чем-то тяжелым.
Видимо, это и уронило его на крышу сарая. Но почему сейчас было так тихо? Битва не могла прекратиться столь быстро, даже за день. Да и от сарая навряд ли что-то осталось бы… Та или другая сторона определенно забрала бы его. С желанием отомстить и казнить предателя или просто увести с собой – оба клана могли сделать и то, и другое. Но Алик был один, среди пришлых детей.
– Как вас зовут? – все еще неокрепшим голосом спросил он.
– Толя, – представился детина.
– Сережка, – с широкой улыбкой отозвался второй парень.
– Ася, – скромно дополнила девочка. – А вас?
– Ал… Лёша, – подумав, ответил Лихачев. Что-то не хотелось представляться деткам Аликом. Имя принадлежало миру магии, не этому. – Меня осматривал доктор?
– Да, пообещал зайти, когда вы очнетесь. Позвать? – предложил Толя.
– Нет пока.
Лихач посмотрел, что лежит на сене. Он чуть отодвинулся к стогам, чтобы немного подняться, удалось лишь приподнять голову. Движения давались тяжело. Очень не хватало хорошего целителя из магов. Но подойдет и пришлый. Осталось прийти в себя, понять, есть ли у него время разлеживаться.
– Ребята, я не помню, что произошло, – пояснил Алик, видя по глазам детей, что они жаждут деталей. – Сам момент падения для меня загадка. А вы не слышали, не видели ничего странного?
– В нескольких поселках были странные случаи, – ответил Сережка. – Говорят, они сгорели сами по себе вместе с жителями!
– Хорош человеку сказки эти передавать, – отчитал его Толя. – Не могло такого быть.
– А куда же они, по-твоему, делись? – взъелся мелкий пацан. – НЛО унесло?
– Я не ученый и не военный, чтобы такое знать.
– То-то и оно! – вскинул голову Сережа, важничая. – А у очевидцев версия есть.
– Следов не осталось? – уточнил Алик.
– От пожара и остались, – ответил малец. – Да и местные кое-кто выжил. Они плетут что-то про женщину-паука, ну знаете, как человек-паук, только баба, – гоготнул Сережа. Ася фыркнула, Толя насупился. – Язык у нее типа был странный. Но не могла же она одна на них напасть, да и зачем ей это. Один мужик вспомнил еще про желтые глаза. Померещилось что-то тоже, видать.
Лихач вздохнул: да правы были пострадавшие, ой как правы.
– Пить меньше надо, чтобы не мерещилось, и спортом заниматься, – произнесла Ася и с гордостью посмотрела на Толю. Щеки его заалели. А Сережа состроил за его спиной рожицу.
– Ребят, а далеко это было? Мы где?
– Далеко, дядя, – вновь заговорил Сережка. – Через две области. Что же вы, в пространстве потерялись?
– Потерялся, – признался Алик, озадаченно отводя взгляд. Как же это могло быть? Кто его так далеко забросил?
– Ну, вам надо отдыхать, – неловко проговорила Ася. – Мы вам еды немного принесли, – указала она на сверток из тряпочек в уголке хлева.
– Спасибо, – искренне поблагодарил Алик. – Врача, пожалуйста, оставим на завтра, хорошо?
– Конечно, мы понимаем, – кивнул Толя.
– Побудьте пока здесь. Вы уж извините, в дом не зову. У меня родители вернутся завтра, – пробормотал Сережа.
– Мне неплохо тут, ничего страшного, – заверил Алик.
Ребята покинули сарай.
Лихач осмотрел себя. С повреждениями как-нибудь справится, открытых кровоточащих ран не нашел. Спину, вероятно, ушиб, как и колено – на нем была повязка. На Алике была его компактная куртка, вмещающая любую мелочь, в частности, и два ножичка, открывашку (под вино), компас, браунинг и патроны к нему. Сражался он врукопашную, либо ножами, что осталось со времен бытия охотником, бегающего по лесам и истребляющего оборотней. Что, естественно, не было известно клану магов. Мобильники у магов зачастую имелись, сигнал мог глючить, но в целом работал. Лихач, как назло, не брал телефон с собой. Среди наличествующих у него мелочей сейчас именно связь была важнее всего.
Алик откусил полбуханки хлеба за раз, запил добротным парным молоком – припасы детки оставили хорошие, после чего собрался выдвигаться на поиски. Он произнес кодовое латинское слово «deerrare», помогающее ему быстро стать невидимым. Но понял, что нет внутренней вибрации, пульсации магии, что наполняла все тело. Знакомые ощущения вообще пропали. Вот тут Лихач испугался, как никогда раньше. Потерять силу – смерти подобно. Алик с содроганием лишь сейчас догадался посмотреть на руки. Так и есть, кольца не было. Кольца, заключающего в себе его магию, не было! Лихач обшарил все карманы, перетряс сено, но пусто, пусто!
Прихрамывая, терпя боль в пояснице, он вышел из сарая в ночную прохладу и осмотрел каждую травинку подле. Кольцо прочно сидело у него на пальце, и оно не могло сорваться, как бы сильно Алика не тряхануло, не приложило и даже не завертело в воздухе. Лихач на автомате пощупал шею: знак трезубца чуть выступал на коже, и сейчас он тоже был там. А значит, кто-то от Декурда наверняка явится. Как же хотелось вернуться в клан Звездочета… К Амелии, безусловно, тоже и сильнее, но вместе с ней перебраться в теплое гнездышко, где нет интриг, нет нужды притворяться, а быть собой.
Без своей магии, правда, Лихач будет бесполезен везде.
Легкая паника уже проникла в его ум. Он стал подыскивать лестницу, чтобы осмотреть крышу. Шаря в темноте за сараем, Алика чуть инфаркт не хватил, когда перед ним возникли два желтых зрачка во мраке. Он отшатнулся и все же упал назад, не удержав равновесия.
– Черт, Сухарев, ты идиот, – пробормотал Лихач, догадавшись.
Макс и вправду вышел, а за ним и Амелия. Головы обоих скрывали капюшоны. Только у Мел легким плащом было скрыто стильное платье, а у Максима из одежды – толстовка и джинсы.
– Ты в порядке? – взволнованно спросила Амелия. Алик был безмерно рад ей и кинулся бы в объятия, если б не Максим. Так и она скрывала беспокойство за холодной маской.
– Ну тебя и занесло, – буркнул Макс.
– Я немного ранен, – ответил Алик. – Как вы меня нашли? Я и сам без понятия, где.
– Ренат выследил, – обронил Максим. – Ну, возвращаемся домой?
– Погоди, у меня кое-что случилось… – помрачнел Алик. – Я потерял свой камень силы. Кольцо.
Через несколько минут они втроем уже собрались все в том же сарае, где маги помогли Лихачу поискать его артефакт. Когда был осмотрен каждый миллиметр, включая крышу, Алик совсем поник.
– Что за кольцо-то? – не понял Макс.
– Не в кольце дело, а в камне, что был в нем. Ты не знаешь про камни? – поразился Лихач. Что-то, а это Сухарев должен был сотни раз заметить за полгода его тщательной подготовки.
– Не-а.
– Все маги стараются поддерживать свою силу, увеличивать, накоплять и удерживать. Для этого силу помещают в камень. У каждого свой камушек с определенными свойствами. Если маг ослаблен, как я сейчас, то артефакт здорово помогает восстановиться.
– Без него ты не маг?
– Без него я пришлый, – кивнул Алик, опустив голову.
Амелия набралась смелости и пристроилась на сене рядом, положив руку ему на плечо. Сострадание она скрыть не могла, да и ничего компрометирующего в том не было. Макс стал еще сдержаннее за этот период, но и у него в глазах промелькнуло сочувствие.
– Но зачем заключать всю силу в камушек?
– Он балансирует энергию мага, не позволяет ему перенапрягаться, – ответила за Алика Мел. – Не только камни, некоторые используют другие амулеты и артефакты. Преимущество в том, что истинно твой камень невозможно потерять. Он привязан к обладателю кинетически и всегда вернется сам. Его можно только утратить в бою. Что и произошло.
– Мой черный шунгит где-то бродит, – мрачно пошутил Лихач.
– Разве теперь он не вернется сам? – спросил Максим.
Алик невольно взглянул на Амелию.
– Ренат сказал, что след твой слабый, – произнесла она. – Ты получил мощный удар, утратил силу, пока не найдешь шунгит и не зарядишь его снова.
Мел смотрела с таким сожалением, что и Алик не мог оторвать от нее глаз. О, он чувствовал ее переживания за него, оценил, как Амелия преданна ему. Она поддерживает, она с ним в трудную минуту. И как остро Алик нуждался в смене пристанища. Не желал он возвращаться «домой», не после того, что они устроили в деревнях. Сколько жертв там было, не счесть… Забрать Мел и сматываться.
– Слушай, я могу осмотреть улицы, – предложил Макс, прервав мысленное общение двух влюбленных душ.
– Будет хорошо, Максим, спасибо, – одобрил Лихач.
После его ухода уже ничто не мешало Алику прижать к себе Амелию, найти в ее нежных объятиях и поцелуях утешение. Распаляться, однако, было опасно.
– Убежим, давай убежим, – горячо зашептал Лихач ей на ухо. Дикая, подростковая и такая заманчивая идея забилась в его голове.
– Он везде меня найдет, – положив голову ему на плечо, отозвалась Мел.
Они помолчали некоторое время, прижавшись друг к другу. Безумствам не свершиться.
– Как обстановка?..
– Он зол на всех. Спрячься, Алик, тебя нереально будет отыскать, пока не наденешь утраченное кольцо. Я доложу, что ты подлечиваешься, а потом вернешься. Буря утихнет.
Амелия смотрела с такой теплотой и заботой, без лишних заслонов, лукавства, кокетства. Она забыла о своих желаниях, капризах и обидах. Ведьма думала исключительно о его благе. Алик и не знал Мел такой настоящей.
– Я не прятаться буду, – сказал, не таясь, Лихач. – Я собираюсь оставить Его, – акцентировал он, – навсегда. Раз я вне сетей Рената, то воспользуюсь этим. И хочу сделать это вместе с тобой. Придумаем, как избавиться от татуировки, оборвать след.
– Я знаю, что ты не ищешь крови, мести, торжества идейности, – серьезно сказала она, отстранившись и посмотрев на Лихача. – Ты не из наших, Алик, давно понятно. Но я, – сцепила Амелия пальцы в замок, – я накрепко с ним. Это не только тату, нет. И Рената я могу перехитрить. Не в том дело. Вот, посмотри, – она показала ему на шее цепочку и извлекла ее наружу, – амулет Мьёльнира. Знаешь, как он ценен и редок? Он подарил перед отправкой сюда.
– Догадываюсь, – поворот не нравился Лихачу, он отстранил ее руки со своих плеч. – Ты хочешь быть с ним, да? Любишь как мужа?
– Нет же, – вздохнула Амелия, заламывая руки. – Это он меня любит, если дарит такое. Нам не скрыться вдвоем, Алик, – тихо сказала она, сожалея. – Не сейчас. А ты уходи, так будет лучше.
– Теперь ты меня гонишь. – Его ликование от встречи и чувств к ней смешалось с горечью.
– Я тебя спасаю, – покачала головой Мел. – Тебе нужно отыскать свое кольцо – так и пользуйся шансом, они не будут тебя преследовать. Но после произошедших событий, смерти паучихи, тебе лучше взять с собой, допустим, Макса. В качестве того, кто присмотрит. К нему у Него есть доверие.
«Паучихой» Крестовую даму дразнили не только детки, да свидетели из пришлых, но и Амелия с Аликом.
– А я свое потерял, – хмуро признал Лихач. – Я честно не знаю, как попал сюда, что произошло в бою.
– Никто из команды не знает, – добавила она. – Но я тебе верю.
– Мел, – злость на нее сменилась нежностью, Алик потянулся, чтобы вновь привлечь Амелию к себе, но тут вернулся Максим. Она резко поднялась и перебралась на другой стог сена, обнимая себя за плечи. Алик тоже чувствовал себя неуютно. Максу он доверял слабо. Насколько сильно Сухарев проникся идеями Декурда, судить было сложно.
– Я оставлю вас, – сказала вдруг Амелия, поглаживая свои изысканные ногти с лаком пурпурного цвета. Лихач вопросительно посмотрел на нее. – Ренат вот-вот явится, а я возвращаюсь.
– Так давайте вместе, – проговорил Максим, переводя на них с Аликом удивленный взгляд.
– Декурд долго без меня не может, – Амелия вновь «включила» актрису, наигранно хихикая. – Дождитесь ведьмака, а я сама доберусь.
И ведьма в самом деле ушла. Алик только открыл и закрыл рот, как рыба, которой не дали голоса.
– Чего это она? – поразился и Макс.
– Женские причуды, – нашелся Лихач, отягощенный тем, что позволил ей уйти, до конца не разобравшись. – Слушай, поможешь мне отыскать кольцо? Понятно, что оно не здесь, но я не хочу возвращаться обескровленным.
– Да, если Декурд одобрит, – согласился Сухарев спокойно.
– Нет, я предлагаю нам выходить сейчас, пока Ренат меня не выследил.
– Алик, ты повредился умом? – вполне искренне заволновался Максим. – Я готов помочь, но не тайком же сбегать. Даже если ты не отслеживаешься, со мной-то все в порядке. Я не хочу нарушать порядки.
С дисциплиной у парня и раньше был перебор.
– Тебя не отслеживают.
– Как это? – глаза Макса блеснули желтым. – У меня тоже есть тату.
– На оборотней и перевертышей не работает заклятие поиска, что использует Ренат. Да, он или Декурд могут примерно знать, где ты, но точных координат не получат. Поверь, будь я в норме, он получил бы данные обо мне вплоть до кустика, что рядом с этим сараем.
– Постой, но… – Сухарев задумчиво почесал подбородок, – он же нашел меня тогда, когда тебя отправили за мной в затюканный городишко.
– Потому что ты еще был, ну как человек, не перевертыш. Короче, я это точно знаю. Поэтому оборотней-одиночек полным-полно шатающихся без присмотра, даже имеющих клейма. Жрут, кого и когда хотят, безнаказанно.
– Ого…
– Полгода прошло, а я все еще тебя просвещаю, – дружественно усмехнулся Алик. – Ну что, пойдешь со мной? В память о старой дружбе.
– Прости, я не стану скрываться. Хотя бы Рената дождемся.
Уговаривать Максима дальше у Алика не было возможности. На улице что-то громко вспыхнуло. Макс выскочил резвее, Лихач заковырялся, колено не сгибалось, но и он выбрался на улицу.
У дома мальчугана Сережи вовсю шла схватка между Ренатом, оборотнем Куртом и Виктором «Лучником» с Юлей «Флекс» с другой стороны. Ведьмак забросил мешочек с дымчатым порошком, чем значительно ухудшил видимость. Лучник, между тем, в один прием обезвредил оборотня: запустил в него газовую стрелу, и волк вырубился. Флекс крутила веревку на манер лассо и готовилась попасть ею в Рената, пока тот распалял в ладонях огненные энергетические шары. Его сил не хватало на долгое взаимодействие с чистой стихией, и он рассчитывал только на один мощный взброс. Целился ведьмак в Лучника, не видя Юлию.
В это время Макс занялся ею, он бросился напролом. Хрупкая Флекс дрогнула под его напором и весом, но изловчилась в момент перед падением и наскоро отскочила от него. Лучник маячил рядом и уже готовил стрелу для Максима.
У Алика сердце разрывалось. Флекс была его подругой, Макс – подопечным. Да и Виктор не посторонним. Лихач сжал зубы: как некстати он потерял невидимость! Уязвимым Алик не мог больше притворяться двойным агентом и втихаря помочь обеим сторонам. Оставаться безучастным тоже было преступным.
Решение пришло внезапно. Ренат отправил горящий сгусток энергии в Юлю, успевшую увернуться, запрыгнув Максиму на шею. Она молотила его сверху. Лучник уже метнул стрелу с какой-то слизью, и та залепила Максу лицо, лишив возможности сопротивляться Юлии. Сухарев был дезориентирован. Однако Ренат еще оставался тем, кто сумеет разделаться со всеми ними. Пользуясь тем, что ведьмак стоял близко к стене дома, Лихач достал свои боевые ножи и поочередно метнул их в Рената.
Оба воткнулись по бокам от него, пригвоздив одежды ведьмака к дощатой стенке.
– Что за…? Лихач! – он был изумлен и выведен из себя. Но не похоже было, что счел предательством. Наверняка решил, что это злой розыгрыш Алика.
– Все-таки есть у тебя эмоции, – отвлеченно заметил Лихач, ухмыляясь.
– Немедленно освободи меня! Они убили Крестовую даму! – его глаза бешено сверкали.
– Ага, мечтай, – бросил ему Алик, почувствовав кураж.
– Лучник, долго ты будешь стоять?
Они с Флекс замерли. Справился со слизью Макс и тоже таращился на Алика. Виктор, впрочем, очнулся сразу после его вопроса и немедленно послал стрелу с газом Ренату в шею. Ведьмак скалил зубы, погружаясь в дрему. Алик вытащил свои ножи, и тот рухнул.
– Ты на чьей стороне? – жестко спросил Виктор.
Хоть Макс и остался не обезвреженным, он забыл о борьбе и застыл вместе с Витей и Юлей.
– Поговорим? – предложил Лихач, указывая на сарай.
– Маша и Миро должны подойти, – добавил Лучник.
– Не заблудятся, – кинул Алик.
Лихачев помог Юле связать Рената и доставить его под крышу. Волка-Курта тоже отнесли туда. После чего все они скрылись в сарае. Поразительно, как на такой шум и возню все еще не сбежался сельский народ.
При слабой лампочке освещение в помещении было все же лучше, чем на задымленной ночной улице. Алик с удовольствием полюбовался бы своей подругой Флекс – самой близкой, что у него была в Штабе. Он запомнил ее как хорошо слаженную, с длинными, развевающимися русыми волосами, зеленоглазую молодую особу.
Перед глазами до сих пор стояло их знакомство, произошедшее одним ранним утром в обычном в парке среди пришлых.
«Ну, расскажи о себе, раз ты – маг», – дерзко заявил тогда Алик абсолютно миниатюрной девчонке, осмелившейся признаться ему в том, о чем не принято говорить с первыми встречными на территории пришлых, к тому же.
«Я пластична, ловка, – с деловым видом перечисляла Юлия, – вынослива. Могу взобраться по стене, застигнуть соперника врасплох…».
«Ты – человек-паук?», – сморозил несусветную глупость Лихач.
«Нет, – улыбнулась Юля, – моя особенность – повышенная гибкость позвоночника и суставов, а магический дар – подменять голоса. Людей, птиц, животных – универсальная способность распознавать любой язык и перенимать тембры. Но человек-паук из комиксов весьма хорош», – подмигнула она.
«Я больше люблю Дэдпула», – радостно поделился Алик. И это было началом их дружбы. Лихач был готов и на нечто большее, но у Юлии уже очень давно и накрепко сердце занимал Лучник.
За полтора года Юля не изменилась. Только скрутила волосы в тугой пучок, оделась в гимнастический костюм. А в целом, у нее была такая же тонкая талия, худые ноги, но, благодаря высокому росту, фигура выглядела органично и привлекательно. Бывшая гимнастка умела быть и строгой, и смешливой, но теперь смотрела на Алика с грустинкой. Да уж, прошлую теплую дружбу, пусть и недолгую, восстановить будет непросто.
Светловолосый, короткостриженый, с грубым шрамом на щеке Виктор раздавался в плечах и был пониже ростом Юлии. Он носил облегающее спортивное черное трико и прилегающую куртку с капюшоном. В отличие от располагающей, жизнелюбивой Юли, Виктор был угрюм и мрачен.
Но сейчас его лицо парадоксально имело то же выражение, что и у Флекс. Несмотря на то, что они часто ссорились, в такие моменты становилось ясно, что их объединяло и все еще держало вместе.
Лихач присел на маленький плотный стог сена. Он почувствовал тяжесть в ногах, в горле пересохло. Момент истины наступил.
– Звездочет не говорил вам, но я – двойной агент.
– Так ты за них? Объяснись, – потребовал Максим. О нем Алик и забыл. Ягуар отступил от распрей, но держался обособленно, у самой двери, сложив руки на груди и враждебно посматривая на Виктора, Юлию и особенно на самого Лихача.
– Макс, я обязательно поговорю с тобой отдельно, хорошо? – вежливо попросил Алик, глядя на него с надеждой на понимание. – Дай мне немного времени. Юля, Виктор, – в голосе его стало больше теплоты, – я вас не предавал. Звездочет вел меня все это время.
– Почему же мы ничего не знаем? – сузил глаза Лучник. Юля приблизилась к нему, они держались вместе. Алику ждать от нее поддержки было бы наивно после столь длительного молчания с его стороны. Да и благоразумие Виктора никогда не распространялось на Лихача. Из-за Флекс Лучник терял голову, и Алик давно априори стал для него потенциальной угрозой.
– Спросишь у него позже, – буркнул Лихачев, не растрачиваясь на личные препирательства с ним. – Ребята, я потерял свою силу, и постарался кто-то из вас.
– Ты думаешь, мы будем слушать тебя? Ты участвовал в нападениях, Лихач, – скептически продолжил Виктор. Юлия мягко провела ладонью по его руке.
– Ты, правда, лишился силы? – сочувствие все же пробилось сквозь ее непрочную маску недоверия.
Алик поднял две руки, показывая, что на пальцах отсутствует его кольцо.
– О, – выдохнула Юля. – Это Маша. Увидев тебя, она устроила небольшой ураган. Мы должны были вывести из боя Максима, а пришлось тебя.
– Они тебя пожалели, – пробормотал Виктор недовольно.
– И я по тебе скучал, – кисло улыбнулся ему Лихач. Как ни крути, а Лучник возглавлял их кампанию, и от него многое зависело.
– Алик, но почему ты тогда ушел? – уточнила Юля.
– У меня были причины, – он не хотел врать ни ей, ни Лучнику. Но и правда им не понравится.
– Представь уже доказательства, если ты не лжец, – сказал Виктор.
– Кто-нибудь разъяснит, зачем вы приплели в свои разборки меня? – встрял Макс, обескураженный.
– Я завербовал тебя для Декурда, – решившись начать свое разоблачение с малого, выложил Алик. – И потом должен был передать Звездочету. Лишь Декурду дано было раскрыть твой дар, но оставаться тебе у него нельзя.
– Что за бред? С чего вы взяли, что я – разменная монета? – вспылил Ягуар. – Что мною можно помыкать, как угодно? Сначала посиди у одного, потом послужи другому. С меня довольно, – нахмурившийся Макс пошел в проем, но столкнулся с двумя вошедшими и был вынужден ступить назад.
К «собранию» присоединились Маша Лозовская – та, из-за которой Алик лишился магии – и охотник Миро. Лозовская владела магией воздуха, что ставило ее выше Алика и многих магов среднего уровня. У Маши была точеная фигура, симпатичное лицо, примечательными же во внешности был цвет волос: зеленые пряди сочетались с синими и розовыми, да порой и перемежались между собой. Насколько помнил Алик, она единственная из женщин среди магов, участвующих в сражениях вроде прошедшего, носила платье. Словно фея посреди мрака. Вот и сегодня Лозовская не изменила стилю: атласное платьице с кружевами было не менее ярким, чем волосы. Чудо-цветы и птицы, изображенные на нем, переливались и оживали на короткие мгновения. Все в Марии парило, кипело жизнью и энергией. Она сразу и устремилась вглубь сарая, игнорируя каждого здесь, найдя достойным внимания что-то иное.
Миро не был знаком Алику. Он плотно закрыл дверь и дал понять Максу, что никто отсюда не выйдет. Охотник своим обликом напоминал ковбоя: темные джинсы, фланелевая синяя рубаха, заправленная в штаны, тяжелые ботинки с шипами по бокам. Правда, внешность не вязалась с киношным образом техасцев: грубые черты лица, изодранная губа, глубокий порез у правого глаза. На запястьях виднелись тонкие полоски шрамов. Похоже, у храбреца еще отсутствовала парочка передних зубов. Ростом чуть выше Алика, жилистый. На пальцах у него были стальные кольца с интересными символами (один напоминал солнце, второй – полукруг), на шее болтался ромбовидный амулет в виде чьего-то глаза. Все это, тем не менее, не касалось способностей и магии. Миро был человеком. Наверняка хорошо обученным, физически крепким, вооруженным с головы до пят (чего только стоял гравированный кинжал, что он вертел меж пальцев, поглядывая на Максима). Но уязвимым. Что, однако, больше не выделяло и Алика.
– Чудно, теперь все в сборе, – объявил Лихач. – Стражи, я официально вам всем заявляю, что я на вашей стороне, и в стане врага веду шпионаж. Что потеряло свое значение, поскольку у меня нет больше дара.
– И что ты намерен делать? – продолжил Лучник «допрос».
– Я у вас совета спрашиваю, как мне его отыскать, – раздраженно пояснил Алик.
Виктор-таки выхватил свою руку, что сжимала Юля, и подался вперед.
– Ты не представил доказательств своей непричастности к злодействам, – сурово произнес он.
– Витя, многое сходится, – прошептала ему Юлия, но вышло громче, чем она хотела.
– Что сходится-то? – вскипел он. – Юль, включи на минуту разум.
Теперь оскорбленной выглядела она.
– Лучник, ради Зевса, позвони ты в Штаб, – закатил глаза Алик. – Я и забыл, насколько ты дотошный засранец.
– Мы не закончили, – процедил он сквозь зубы, выходя из помещения.
На губах Лихача застыл поток ругательств. Ни один знакомый так не бесил его. А еще Алику показалось, что он мог скучать по Лучнику, как члену дружественного клана. Какой же вздор! По этому ревностному параноику скучать невозможно.
– Как ты его выносишь, – пробормотал Алик.
– Свыклась. Почти, – усмехнулась Юлия, будучи более раскрепощенной. – Не обращай внимания. Уверена, он дозвонится и все прояснит. Но все равно не признает свою неправоту.
– Не сомневаюсь. Так что, есть идеи насчет меня?
– По-хорошему, тебе бы вампира для поиска, – неожиданно встрял Миро, почесывая щеку острием ножа. – Они редкие следопыты.
Алик поморщился от его манипуляций руками. Он не мог понять, в чем удовольствие истязаться над своим телом.
– Разве вампиры не истреблены? – изумилась Юлия.
– Один точно есть, – отозвался охотник.
В это время вернулся Лучник. Понурый, но собранный. По всему было ясно, что разговор состоялся, и вердикт был не в пользу Виктора.
– О чем речь? О вампирах? – увлеченно вклинился он, не переставая, однако, супиться. – Ты и адрес знаешь, что ли?
Свою язвительность он перенаправил на Миро. Как запомнил Алик, Лучник не ценил помощь охотников, не выказывал уважения.
– Я выследил его, – поделился Миро. – Он – затворник, питается донорской кровью и иногда подрабатывает медбратом. Так и не дал мне повода прищучить его. Известен под именем Арсения Миронова.
– И долго ты его знаешь? – язвительно спросил Виктор. – Вампиреныш ни разу не попытался отведать человечинки? Что-то слабо верится.
– За пять лет ничего, – сухо ответил Миро.
Количество упертых, серьезных дураков явно зашкаливало.
– Если он старый, то справляется, – подметила Мария, внезапно присоединившись к разговору и столь же быстро потеряв к нему всякий интерес, изучая стены.
– Или кое-кто плохо следил, – бурчал Виктор.
– Я бы не пропустил такого приключения, Робби, – саркастично метнул в него реплику Миро.
Алик расплылся в ухмылке: ему начинал нравиться охотник. Сперва он показался нелюдимым и скучным, как большинство тех, кто называл себя сторонниками стражей (впрочем, и многие ведьмаки были теми еще занудами), да и не из сильных звеньев команды. Но теперь Лихач оценил Миро, по крайней мере, в человеческом плане. Как бы банально ни звучала кличка «Робби» в честь Робина Гуда, что он одарил Виктора, вышло по-настоящему смешно. Никто не покушался на святое и простое прозвище «Лучник». Алик однажды рискнул, но получил мерзкой зеленой слизью в лицо. Благо, что сама стрела, с которой она была послана, прошла мимо. Жижа достигла цели и без того.
По щекам Виктора прошлись желваки. Он уже взялся за свой вместительный чехол со стрелами, но поймал упреждающий взгляд Юлии и остановился.
– Никто в Штабе не знает о неуловимом старом вампире, – выплюнул Лучник. – Не может такого быть, ты обязан был доложить.
– Эй, я не счел нужным, ясно? – выставил Миро вперед ладони, тоже берясь за рукоятку кинжала, которым только что развлекался. – Он в затворничестве. Звездочета не интересует нежить и другие твари. Алик, я бы также посоветовал тебе использовать оборотней в качестве следопытов. Они более сговорчивы. Без обид, пушистик, – бросил Миро Максу. Сухарев хмурился, никак не участвуя в беседе и ни на кого не глядя, только напряженно дыша. – И да, Лучник, я знаю подходящую стаю.
Тут сдался и Виктор, подняв ладони и вернувшись к Юле, заняв один из стогов. Лучник достал-таки свои стрелы, но не с угрозой, а для прочистки. Чем он и занялся, бережно протирая их припасенной тряпочкой. Будь у Лихачева время на перепалки, непременно прокомментировал бы эту милую картину.
– Промашка, Миро, – помотал головой Алик, полностью переключившись на охотника. – До того, как присоединиться к кланам магов, я был охотником. Убивал оборотней. И не смотри так, я не трогал безвинных, – Максим все-таки поднял на него осуждающе-вопросительный взгляд. – Лишь обнаглевших. И Декурд об этом не знает, – он вернулся к Миро. – Короче, учитывая, насколько стаи сплочены, и как быстро информация распространяется, даже спустя несколько лет…
– Проверять не стоит, – закончил за него охотник, соглашаясь. – Как же странно, что я тебя не помню, – напряг он лоб.
– Я охотился на Северо-Востоке Сибири, далеко отсюда, – коротко оповестил Алик. Ему тоже было жаль, что они незнакомы. По тем временам напарник из Миро выдался бы отличным и точно не лишним.
– По поводу того вампира… Я не ручаюсь, что он не откусит тебе голову при встрече, – добавил Миро, беспокоясь. – Может, сопроводить тебя?
– Друг, я лишился магии, но не рук. Вампирские головы я тоже рубил…
– Чертяга! Маг и охотник в одном лице – до чего же ты крут, – присвистнул Миро. На эмоциях он приблизился к Алику, оставив вход без присмотра, и пожал ему руку. Для Лихача это знакомство тоже стало почетным и приятным.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.