– Не имея официального подтверждения о том, что являетесь квалифицированным магом? – прищурившись, прямо спросил ректор. – И угодите в тюрьму раньше, чем успеете добраться хотя бы до дома. Знаете, что бывает со сбежавшими адептами?
Я тяжко вздохнула и прикусила губу. Все равно нужно что-то делать. А если привлечь к этому делу Седрика? Неужели старый приятель откажет в небольшой услуге? К тому же он работает в одном ведомстве с отцом, правда, метит на должность повыше и несколько тщеславен и горделив, но ведь он человек и не может не посочувствовать чужому горю.
– О помощи со стороны знакомых вам лучше не думать. Они могут оказаться в опасности.
Маг как-то умудрился прочитать по моему лицу мысли и покачал головой, стоило сосредоточить на нем взгляд.
– Что же делать?
Айар встал из-за стола и подошел ко мне.
– Оставьте это дело взрослым, Кэйлин, а сами постарайтесь сосредоточиться на учебе. Пока это все, что вы можете сделать. Я редко делаю подобные одолжения, но в данном случае не могу остаться в стороне не из жалости к вам или вашей семье, просто лорд Бриэм член магического Совета, а это уже дело серьезное. Посему…
– Да. Спасибо, ректор Алестер.
Я медленно поднялась на ноги, коротко поклонилась магу и вышла в приемную. Только мысли об отце никуда не делись, как и страх.
Вечером того же дня Шеннар оказался в кабинете ректора. Боевик примерно догадывался, о чем хочет поговорить маг, и, если честно, вначале не собирался выгораживать девчонку, которая едва не утопила его сокурсников. Однако потом он понял, просто так нападать она бы не стала, значит, этому предшествовало нечто, что вынудило синеглазку обороняться. И узнать правду не составило труда. Парни никак не могут успокоиться, их не отпускает стойкое желание поиграть с девушками с водного факультета. Возможно, намерения у них не такие гадкие, просто стыдно показать перед приятелями свою слабость, признать, что девушки им нравятся, нежели наоборот. Хотя Шен не исключал тот факт, что желание отомстить никуда не делось. И Лису сильно повезло, поскольку на этот раз он предпочел девушкам сытный обед. И в какой-то момент Ястребу стало жаль девчонку, ведь теперь ее могут исключить. Ректор в такие моменты бывает излишне крут и даже жесток.
– Да, не повезло тебе, синеглазка, – прошептал себе под нос Шейт и вошел в полутемный кабинет ректора.
Тьма для любого мага не проблема, а для уранга тем более. Он отлично видел лицо мага и всю его фигуру, расслабленно лежащую на кушетке у распахнутого окна. Если маг и ждал посетителей, то не так скоро.
– Вы хотели меня видеть? – спросил Шен, и ректор порывисто вскочил на ноги, едва не уронив на пол бокал с вином.
– А-а, Шейт, – облегченно выдохнул мужчина, осушил бокал и перебрался за стол. – Да, я тебя вызывал. Как ребята?
– Целитель говорит, что завтра допустит их к занятиям. Воды, конечно, наглотались, но в остальном порядок. Разве что натерпелись страха.
Шен последовал кивку ректора и опустился в кресло, которое слегка скрипнуло, но выдержало его тело.
– Позволите задать один вопрос?
– Задавай.
Мужчина махнул рукой и откинулся на высокую спинку своего стула, обтянутого кожей.
– Вы отчислите девчонку?
– А тебе ее жалко?
Брови мага взметнулись вверх, и даже губы изогнулись в кривой ухмылке. Уранг покачал головой и выдержал насмешку, которой так и сквозило из глаз собеседника.
– Нет, айар Алестер, просто я считаю это несправедливым. Боевики сами задирают девчонок, и вам об этом известно. Каждый защищается, как может.
– Но не убивает за один только намек, – возразил маг и прищурился. – Она могла их убить.
– Могла. Просто мы не предполагали, что водники могут оказаться такими опасными, и не подготовились.
Шену пришлось согласиться, ведь ректор не так уж и не прав.
– Войны в Школе нам только не хватало! – возмущенно фыркнул ректор. – Водники непредсказуемы, ты прав, Шейт. Я подумаю над тем, как обезопасить и их, и нас. А пока у меня к тебе другое поручение.
– Я слушаю, – боевик позволил себе снисходительную ухмылку.
Ректор частенько давал старшекурсникам персональные задания, не касающиеся учебной программы. Правда, подобная честь выпадала только тем, кого этот маг считал не то, чтобы достойным, просто выделял тех адептов, кто с серьезностью относился к этим поручениям. И Шеннар Шейт был одним из представителей этой немногочисленной братии.
– Все дело в Кэйлин Бриэм, – начал айар Алестер и отвлекся, уронив на пол свой дневник в толстом кожаном переплете.
– Кэйлин Бриэм? Кто это? – удивился в свою очередь Шен, наблюдая за магом, выползающим из-под стола со своей добычей.
– Ну вот, – усмехнулся мужчина, вернувшись на место, – берешься защищать, а даже имени девушки не знаешь. Кэйлин Бриэм – адептка с водного факультета, которая сегодня едва не убила твоих сокурсников, Шеннар.
– Вот как?
Айар Алестер поморщился, словно от зубной боли, и задумчиво протянул:
– Эта Кэйлин… С ней могут возникнуть более серьезные проблемы, чем домогательства со стороны боевиков. Она дочь лорда Бриэм, одного из членов Совета, к тому же он является Хранителем. Если, конечно, еще жив.
Брови Шена взметнулись вверх, ведь имена Хранителей – это тайна.
– Да, да, – покивал ректор, – один из тех и недавно прислал мне письмо, где горячо просил присматривать за его дочерью. И какого же было мое удивление, когда сегодня перед обедом он лично явился в мой кабинет и стал настаивать на том, чтобы я отчислил девчонку. Внятных причин назвать так и не смог. Мне его поведение показалось странным, да и Кэйлин он обмануть не смог. Кто-то другой под личиной лорда явился за ней, но вот с какой целью, я пока понять не могу. А потому… немного подумал и решил, раз и твой отец один из Хранителей, то будет неплохо, если ты присмотришь за девчонкой.
– Я? Ректор… Я и эта девчонка?
Шеннар еле усидел на месте, боевику хотелось вскочить и закричать от несправедливости, но маг только руками на него замахал.
– Все, все, – сказал он, вскочив со стула. – Ты свое задание получил, а дальше как-нибудь сам. Действуй на свое усмотрение.
Шеннар Шейт вышел из кабинета ректора с распухшей головой, к тому же его снедала злоба. Он, почти боевой маг, должен нянчиться с какой-то там девчонкой. Да плевать, чья она дочь, и кто ее папаша! Эта Кэйлин сама не промах, если вспомнить, что учудила всего несколько часов назад. К такой ненормальной никто и близко не подойдет. Нянька ей уж точно не нужна. И как к ней приблизиться, если между водниками и боевиками конфликт? Не изображать же Шейту влюбленного идиота? Ну, уж нет!
– А мне это нужно? – рычал маг, пиная мыском ботинка попадающиеся на пути камушки.
Шен отлично понимал, что присматривать за девчонкой и решать проблемы придется ему, а вот прогнется перед архимагом, конечно, айар Алестер и получит шанс забраться на ступень повыше, чем ректор Школы боевой магии. Это боевика раздражало больше всего. Нет, он не спорит с уставом, который в самом начале гласит, что боевой маг – защитник и заступник, но не нянька ведь! И уж точно не какой-то там наемник. Кстати, рядом с этой Кэйлин есть девчонка из рода наемников, она и дерется неплохо, во всяком случае, девушки из группы рассказывали, что эта фурия всех уложила на лопатки, а так же обставила в метании ножей и стрельбе из лука. На мечах с ней сражаться никто не решился, всем и без того досталось по парочке синяков или шишек.
– Вот это, я понимаю, девушка, с которой проблем бы не возникло, но ее подружка та еще штучка и наверняка избалованная, – ворчал парень, вернувшись в свою комнату и обнаружив, что Лиса нет.
Все равно он не скажет другу о своем задании. И дело не в стеснении или нежелании задеть друга, просто Шен не хотел, чтобы Кенрик воспринял это как возможность поближе подобраться к водникам, особенно девушкам.
– Да, а год учебный только-только начался. Что же будет дальше? – фыркнул Шейт, упав на кровать, потом закинул руки за голову и устремил взгляд на окно, за которым небо уже окончательно стемнело, и вскоре по подоконнику застучали крупные дождевые капли.
Вода, вода…
Не думала, что меня отпустят со всей группой на погребение наставника, но… то ли благоволили Боги, то ли ректор Школы боевой магии оказался не таким жестокосердным, то ли вмешались еще какие-то обстоятельства. Не знаю, однако факт налицо – в назначенный день вместе со своими сокурсниками, облаченными в темную форму, оставшуюся нам на память об Академии, я стояла в зале для телепортаций и выслушивала айара Глендаэра. Новый наставник не был рад нашему отбытию и еле сдерживал раздражение, плохо скрытое им под непроницаемой ледяной маской. Рядом топтался ректор и виновато пожимал плечами. В этот момент могло показаться, что мужчины поменялись местами, и на самом деле ректором Школы является светловолосый эльф, а не маячащий за его спиной боевой маг.
– Надеюсь, мои ученики не задержатся надолго? – поинтересовался айар Глендаэр, обернувшись к ректору, но тот в очередной раз пожал плечами.
– Все зависит не от меня, а от родственников погибшего мага, – отозвался он. – К тому же вот-вот должен прибыть маг из Совета. На это время ответственность за адептов будет лежать на его плечах.
– Прекрасно! – фыркнул эльф, резко отвернувшись от ректора к нам. – Желаю удачи.
После этого новый наставник быстро удалился из зала. Странно, неужели он ревновал нас к мертвому магистру Олдену? Или у его дурного настроения была иная причина? Во всяком случае, ответ на этот вопрос и множество других, связанных с личностью эльфа, мы вряд ли когда-нибудь услышим. А потом и не до этого стало, поскольку через несколько минут засветился один из порталов, и из его воронки вышел невысокий маг, облаченный в дорогущий темный костюм и наброшенный поверх не менее роскошный черный плащ. Мои глаза тут же полезли на лоб. Чудом удалось подавить удивленное восклицание, ведь совершенно не ожидала увидеть хорошо знакомое мне лицо. Седрик – один из помощников отца. В груди всколыхнулась слабая надежда, мне до ужаса хотелось схватить приятеля за руку, вытащить его в укромный уголок и задать несколько волнующих вопросов об отце. Правда, в зале я находилась не одна, да и ректор как-то недобро прищурился, когда заметил мой слишком пристальный взгляд, прикованный к магу франту, а потом он и вовсе нахмурился, стоило только Седрику мне подмигнуть.
– Ректор.
Маг подавил улыбку и слегка склонил голову перед главой Школы боевой магии. Айар Алестер повторил жест, но при этом продолжал подозрительно щуриться.
– Магистр Ваухан? Не думал, что с прошлой нашей встречи вы станете моложе.
– О, нет!
Седрик улыбнулся одной из своих обворожительных улыбок, которые он использовал в Совете, чтобы обольстить вышестоящих магов или уверить их в своем профессионализме, отточенным движением поправил манжеты фрака и представился:
– Я – Седрик Гарс.
– Магистр, мое почтение.
Ректор склонил голову еще раз, но приятель смущенно улыбнулся, коснувшись тщательно уложенных волос.
– Нет, я еще не магистр, только ученик, но на пути к этому. Да, на пути.
Седрик изобразил из себя скромнягу парня, хотя его дорогая одежда кричала об обратном, и все же продолжал играть излюбленную роль «учтивого подлизы» (так называл его отец).
– Я помощник лорда Бриэм.
– Вот как?
Ректор с трудом подавил кашель и посмотрел в мою сторону, наверное, ждал какой-то реакции, но все что сделала – слегка качнула головой. Я не могла сказать, что безоговорочно доверяю этому человеку. Да, мы встречались иногда, проводили вместе свободное время, но как на друга или тем более молодого человека, к кому бы питала нежные романтические чувства, никогда не смотрела. Возможно, сам Седрик не прочь зайти в наших отношениях дальше, но мне это было не нужно. Я не видела в нем серьезного мужчину, скорее, повесу, любителя развлечений с некой маниакальной целью – достичь заоблачных высот, стать едва ли не новым архимагом. Как в нем умещалось сразу несколько разных личностей, неизвестно.
Тем временем приятель достал из кармана небольшой конверт из плотной бумаги и протянул айару Алестеру.
– Это письмо от главы магистрата, чтобы вы не сомневались в моей компетентности. Видите ли, у магистра Ваухана возникли неотложные дела, поэтому сопровождать группу адептов водного факультета поручили мне.
Ректор бегло пробежался по строкам послания, несколько минут о чем-то раздумывал, но вскоре под предводительством довольного по уши Седрика мы шагали в открытый телепорт. В последние дни погода в Ярвуде не радовала, шли дожди, а порой налетал сильный пронизывающий ветер, который сорвал с несчастных деревьев в окружающем Школу лесу последнюю листву. Над поместьем нашего наставника, где нам довелось побывать несколько раз, тоже бушевала непогода. Землю, укрытую пожелтевшей полегшей травой, поливал дождь. Тучи нависали низко-низко, и казалось, что они цепляются своими брюхами за макушки голых деревьев. Осень в этом году выдалась ненастной.
Поскольку погода не позволила провести погребение в этот же день, ритуал отложили на следующий полдень, но нам не хватило места в доме наставника.
– Можете занять гостевой домик в саду. Думаю, это лучший вариант, – поджав тонкие накрашенные губы, заявила сестра магистра, леди Силия. – Я распоряжусь, чтобы вам принесли ужин прямо туда.
Наверное, это был не самый худший вариант. Могли бы вообще отправить на конюшню или оставить на улице. По лицам родственников магистра Олдена было видно, что прибытию его учеников они не рады. Да и кому нужны чужие дети, а также связанные с ними проблемы. Со слов наставника мы давно поняли – отношения между ним и родней, мягко говоря, не самые теплые, чаще стоящие на грани конфликта, поскольку некоторых членов немногочисленной семьи не устраивало сложившееся положение дел. Если короче, то многие желали видеть айара Олдена в составе Совета, нежели преподавателем в Академии темной магии. Возможно, именно по этой причине он жил один. Единственное живое существо, по-настоящему душой и сердцем привязанное к магу, тут же бросилось нам под ноги, встав на задние лапы, передними уперлось в мои колени и жалобно мяукнуло. Шиби – кошка наставника. Он везде и всюду брал ее с собой, даже в Академию, и теперь она сильнее всех страдала по хозяину.
– Можно, мы заберем кошку с собой. Если вы не против, конечно? – тихо спросила Челис и подхватила пушистую красотку на руки.
– Забирайте. От нее все равно только одни проблемы, – фыркнула леди Силия и брезгливо сморщила нос.
Вскоре явился лакей и сопроводил нас в гостевой домик. Но вот, что интересно, Седрику все же выделили комнату в большом доме. Хм! Ну, кто бы сомневался!
– Не обижайтесь на них, детки, – сказал седой старик, распахивая перед нами входную дверь. – Родственники у хозяина те еще злыдни. Наверное, от их нелегкой жизни и души у них недобрые. Зато здесь вам будет лучше и спокойнее, не придется слушать их ругань.
– Возможно, вы правы, Гейб.
Неван вошел в дом последним и похлопал старика по плечу.
– А из-за чего они ругаются? – поинтересовалась я, не пропустив мимо ушей бормотание лакея.
Этот человек нам нравился, поскольку был верен наставнику и имел очень чуткое, доброе сердце.
– Наследство делят, – усмехнувшись в аккуратную бородку, отозвался Гейб и начал складывать в камин поленья.
– Ну, вот еще! – фыркнул Ролланд и отстранил старика в сторону. – Мы не такие беспомощные, чтобы самим не растопить камин. Должно быть, эти снобы вам и так покоя не дают.
Гейб промолчал, но его взгляд говорил красноречивее всяких слов. Собравшиеся в доме люди совершенно не скорбели по убитому родственнику, куда больше их волновала возможная выгода от его смерти. Наверняка дом продадут, потому что, кроме магистра Олдена, он никому не был нужен. Да и кто захочет жить в сельской местности, где нет никаких развлечений? А вот наставник очень любил эти места: старый дом, построенный еще прадедом, сад, озеро в лесу. Он и нам за несколько визитов успел показать почти все «свои места», где отдыхал душой, черпал силы и вдохновение для работы и экспериментов.
– Жаль хозяина. Теперь нам всем предстоят нелегкие времена, – обронил старик и тихонько вышел из дома.
– Постойте!
Я выскочила на крыльцо вслед за лакеем и придержала его за рукав форменного фрака.
– Вы намокнете, пока доберетесь до дома.
– Это не проблема.
Гейб улыбнулся, отчего вокруг его голубых глаз морщинки сделались еще глубже, и нежно коснулся небольшой броши, приколотой к отвороту фрака.
– Подарок и единственная память о хозяине. Хороший был мальчик, замечательный мужчина, не чета своим родственникам, – сказал так и вышел под дождь, только ни одна капля не коснулась его одиноко бредущей по дорожке фигуры.
Гейб скорбел, скорбел сад, старый дом, природа, лишь люди в большом доме не чувствовали ничего, кроме раздражения, которое отлично ощущалось в пространстве. Вода. Она отлично воспринимает эмоции и передает их тому, кто в состоянии услышать. Я проводила старика взглядом и вернулась в маленькую гостиную, где в камине весело горел огонь, потрескивая сухими поленьями. Ребята разбрелись кто куда, поэтому уютное кресло досталось мне. Скинув ботинки, я закинула ноги на мягкий подлокотник и уставилась в огонь.
– Что ты хотела от Гейба? – поинтересовалась Кара, бесшумно приблизившись ко мне со спины.
– Хотела помочь, но наставник сам позаботился об этом, – качнув головой, отозвалась я и глянула на хмурое лицо подруги. – Что не так?
– Тревожно как-то, будто бродит в округе какая-то гадость, а я не могу ее засечь или хотя бы определить – кто именно, – поморщилась Карамия и уселась в соседнее кресло. – Да еще и Седрик твой объявился некстати. Терпеть его не могу. Мутный он какой-то.
Я поерзала в кресле, дотянулась до подруги и похлопала ее по руке.
– Да ладно тебе. Хотя мне самой любопытно, как он оказался нашим провожатым, только беспокоит меня не это… Произошло нечто более неприятное, чем появление Седрика, и это связано с отцом.
– Что?
Кара подалась вперед, и я, прижавшись губами к ее уху, рассказала о встрече с псевдо отцом и о его желании забрать дочь из Школы. Подруга выслушала меня, отодвинулась в сторону и заглянула в глаза.
– Ничего не понимаю. А где твой отец?
Я только плечами пожала и закусила губу, не хотелось поддаваться панике даже в присутствии подруги.
– Знаешь, – протянула Кара и, подсев ко мне, приобняла за плечи, – вернемся в Школу, я напишу отцу. Может, он сможет что-нибудь узнать.
– Как бы не навредить, – заупрямилась я, опасаясь за жизнь отца.
Так у нас есть хотя бы мизерный шанс, что он жив. По крайне мере, я могла с уверенностью сказать, отца в мире мертвых нет. Если только… если его не поглотила стихия, как маму.
– Кара, я боюсь… боюсь остаться одна, – прошептала и уткнулась носом в плечо подруги.
– Держись, Кэй, – сказала она, похлопывая меня по спине. – Да и я тебя не брошу. К тому же у тебя есть бабушка. Наверняка она не бросит внучку. Прости, наверное, я несу чушь, просто мне самой страшно за тебя.
– За что? – выдавила я, глотая слезы. – Кому мы вновь помешали, Кара?
– Ты знаешь, что твой отец не простой человек, а у таких людей всегда врагов достаточно, – вздохнув, отозвалась она и подалась в сторону, чтобы в следующее мгновение поднять с пола Шиби и усадить ко мне на колени.
– Привет, подружка, – через силу улыбнулась я и провела рукой по мягкой шерсти. – Нелегкое выдалось время. Правда?
Кошка зажмурилась, уперлась головой в мой лоб и громко заурчала, будто пыталась успокоить. И надо сказать, присутствие теплой, всепонимающей Шиби потихоньку помогло справиться с унынием. Я гладила блаженствующую кошку, чувствуя, как боль притупляется, тревога утихает, опускаясь куда-то на дно души.
– Ты с ней так до утра сидеть собираешься? – усмехнулась Карамия, перетянув кошку себе на колени, провела кончиком пальца по носу, и сказала, глядя в умные синие глаза: – Теперь, дорогая, ты будешь жить с нами, вряд ли кто-то из родственничков наставника захочет с тобой возиться.
– А я с удовольствием буду заботиться о Шиби, – раздался рядом с нами спокойный голос Челис. – Наверное, это самая умная кошка из всех, каких мне доводилось выхаживать дома. К тому же… это память о наставнике.
Девушка зажмурилась, наверное, боролась так со слезами, и присела на диван. Кара бросила на меня извиняющийся взгляд и пересела к Челис.
– Не плачь, это уже не поможет, – сказала подруга, приобняв сокурсницу. – А кошку забирай себе. Думаю, она не будет против.
Будто в подтверждение этих слов Шиби спрыгнула с моих рук и метнулась на диван, дабы тут же забраться на колени к Челис и потереться белой мордочкой о ее плечо. Девушка бережно обняла смирную кошку и прижала к груди.
– Я могу ее взять? – робко спросила она, наверное, опасалась, что кто-то станет воевать с ней из-за кошки магистра.
– Бери, бери. Никто ее не отнимет, – улыбнулась я и отправилась в комнату, бросив Каре: – Хочу освежиться перед ужином.
Подруга кивнула, вновь переключившись на Челис и выпрашивающую очередную порцию ласки Шиби. Домик для гостей имел всего один этаж, зато в каждой комнате имелась отдельная ванная, крошечная, но все же. Девчонки, с кем нам пришлось поселиться, сидели на одной кровати и о чем-то негромко разговаривали. Правда, Венда при виде моего заплаканного лица подорвалась и бросилась навстречу.
– Что случилось? – спросила девушка, взяв меня за плечи.
– Да так… – я сморщила нос, – настроение гадкое какое-то.
– Вот и с нами та же беда.
Венда выдавила улыбку и, отпустив мои плечи, вернулась к девчонкам, бросающим в мою сторону сочувственные взгляды.
Я уже взялась за ручку двери, что вела в ванную комнату, как от них ко мне прилетел вопрос, заставивший замереть на месте.
– Что?
Я прищурилась и обернулась на голос Шеоны.
– Я спросила, правда, что не так давно в Школу приезжал твой отец и просил ректора тебя отчислить? – девушка повторила вопрос и перебросила за спину аккуратную косу. – Так это или сплетни?
– Так, – я нашла в себе силы усмехнуться. – Но мы поговорили, и отец изменил свое решение.
Девчонки молча проглотили мой ответ. Не знаю, поверили или нет, меня это и не волновало. Я открыла дверь и шагнула в ванную комнату, тут же защелкнув замок, чтобы никто не помешал спокойно умыться, поправить волосы и подумать надо всем, что происходит в последнее время. А происходит нечто странное. Сначала наставник, которого некто хладнокровно убил здесь, в поместье, затем попытался вскрыть его рабочий кабинет в Академии. Что и, главное, кому нужно это? Ведь они что-то искали. Искали и наверняка не нашли. Теперь нечто странное произошло с отцом, при этом и бабушка молчит, не пытаясь меня предупредить, или сама не знает, что произошло с ее сыном. А сомневаться в этом не приходится. На маге, нацепившем на себя личину лорда Бриэм, была одежда отца, даже фамильный перстень, который он носил, не снимая, красовался на чужой руке. Если он не отдал его добровольно, то снять могли лишь…
– Нет, нет. Отец жив. Жив.
Я покачала головой, глядя на свое бледное лицо, отразившееся в большом зеркале. Дабы отогнать от себя жуткие мысли, побрызгала в лицо холодной водой и едва не завизжала, когда в зеркале за своей спиной увидела отражение воздушного элементаля с горящими глазами. Он медленно перетек с потолка на пол и приблизился к моим ногам, царапнув когтями мыски ботинок. Я попятилась, когда это существо, больше похожее на длинную белесую ящерицу, подалось вперед и в один миг обернулось вокруг моих ног. Передние лапки с острыми коготками вцепились в брюки, и воздушный дух приподнялся выше.
– Враг близ-с-с-ко, – прошипело существо не совсем человеческим голосом и уставилось бездонными глазами на мое испуганное лицо. – Он здес-с-сь!
Элементаль неожиданно резко подался вперед, отчего его холодная морда уперлась в мой нос, и шершавым языком коснулся моей щеки. Честно говоря, нервы сдали. Я испугалась и истошно завизжала. К тому же сквозь шипение ящера, покрытого мелкой очень светлой чешуей, послышался слабый голос отца.
– Кэй, Кэй… – не то шептал, не то стонал он.
И где-то в глубине глаз элементаля показалось бледное, словно неживое лицо родителя. Это еще сильнее подстегнуло страх, и мой испуганный визг стал еще громче. Но прежде чем исчез дух воздушной стихии, в моей ладони появился тяжелый холодный предмет. Только я и опомниться не успела, как произошло сразу две вещи: элементаль моментально испарился, будто его и не было, а через минуту дверь ванной комнаты сорвало с петель, и в небольшое помещение вбежали встревоженные сокурсники.
– Кэйлин, что произошло? – громче всех закричал Седрик.
В Ярвуд мы вернулись через два дня. Надо признать, настроение у всех было подавленное, хотелось наброситься на кого-нибудь и придушить голыми руками. Тихая злоба снедала нас изнутри. Весь процесс: от прощания с магистром Олденом у открытого гроба, который установили в освобожденной от мебели гостиной, до непосредственно ритуала, когда его тело предали огню, слишком затянулся, хотя родственники стремились поскорее покончить с этим неприятным делом. Да и Седрик яро поддерживал их. Семейство планировало в тот же день разъехаться по домам, но появление высокопоставленных лиц из Совета, а так же самого архимага спутало их планы. Они предпочли, чтобы ритуал шел размеренно, дабы любой желающий смог попрощаться с магом. И оказались правы, поскольку в небольшой деревушке, расположенной в лиге от имения магистра, проживали многие его бывшие ученики. Уже довольно взрослые маги и магички оплакивали учителя наравне с нами.
– Раньше мне не верилось в смерть наставника, – прошептала Лорена, когда все закончилось, и прижалась к моему плечу. – А теперь я понимаю, это конец.
Я грустно улыбнулась, похлопала девушку по плечу и увлекла за собой, сказав:
– Это не конец, наша жизнь продолжается, только теперь уже без магистра.
Так получилось, что оказались мы за идущими чуть впереди сестрами наставника. Обе женщины яростно переругивались из-за каких-то личных вещей айара Олдена, делили ценности, вплоть до набора столового серебра.
– Я давно мечтала о таких столовых приборах. Жаль, мастер давно умер, иначе купила бы новый. Но раз наш братец тоже умер, я возьму его себе, – нашептывала леди Силия младшей сестре, которая яростно затрясла головой, отчего ее мелкие кудряшки начали подпрыгивать. – Пусть он уже не нов и когда-то принадлежал нашей матери, но так даже лучше. Старина сейчас в моде.
– Ну, нет уж, дорогая, – зашипела вторая леди, – серебро полагается мне, а ты… а ты можешь взять набор тарелок и бокалов. Мне такие ни к чему, к тому же мой супруг сказал, что за это серебро можно выручить неплохие деньги. Нам они нужнее, ведь у нас дети, а вы одни и в средствах не стеснены.
– Не так быстро, Роза. Я старшая сестра в семье, и все более ценное полагается мне. А ты выберешь из того, что останется. К тому же наш братец метит на какие-то книги и артефакты Олдена, вот эти вещи, да, стоят немало. Однако думаю, делиться Дван не станет!
Леди Силия потрепала расстроенную сестру по плечу и даже рассмеялась. А я вдруг почувствовала острое желание остановиться, поэтому противиться не стала и замерла на полушаге, придержав Лорену за рукав мантии. Обе женщины продолжили ругаться на ходу, и расстояние между нами стало потихоньку увеличиваться, когда из кустов на дорожку выскочил лорд Дван. Мужчина обернулся назад и досадливо поморщился, разглядев сквозь нависшие над дорожкой голые ветви деревьев наши лица. Пришлось сделать вид, будто мы залюбовались садом, хотя особо рассматривать в этой части было нечего. Хорошо, что Лорена оказалась смекалистее и прижалась лбом к моему плечу, изобразив еле сдерживаемые рыдания.
– О, наш учитель! – слишком громко всхлипнула она.
Лорд Дван еще больше скривился, развернулся и пошел прочь, очень быстро нагнав своих сестер.
– Ненавижу родственников магистра, – прошипела Лорена, когда притворяться уже не было смысла. – Его душа только покинула наш мир, а они уже делят ложки, вилки и артефакты, подсчитывая прибыль.
– Ты ошибаешься, – усмехнулась я и пошла вперед, разглядывая сквозь кусты три неспешно бредущие фигуры, – они уже давно все поделили, а серебро и артефакты оставили на сладкое. И еще… знаешь, почему они хотели, чтобы наставник служил в Совете?
– И почему же? – нагнав меня, поинтересовалась девушка.
– Все дело в деньгах. Не знаю, слышала ли ты, но в прошлый наш визит Гейб проболтался и рассказал, что старший брат айара Олдена маг весьма посредственный, до степени магистра дотянуть так и не смог, да и не особо хотел, зато быстро проиграл в карты свою часть наследства и долгие годы живет за счет нашего наставника. Его сестрам дар не достался, но каждая вышла замуж и удачно. Вот только леди Силия жадная по натуре особа, ей нужны несметные богатства, к тому же излишне тщеславна и требовательна. Ее супруг, довольно состоятельный человек, вынужден постоянно выкручиваться и изворачиваться, чтобы у женушки было все, чего только пожелает ее черная душонка. Леди Роза попроще, но у нее трое детей и муж, со здоровьем которого в последнее время не все ладно. Хотя если верить Вестнику, попавшемуся мне на глаза еще летом, этот человек получил в прошлом году неплохое наследство от скончавшейся тетушки.
– Но почему они ведут себя так гадко? – фыркнула сокурсница, пытаясь ускориться. – Неужели им хотя бы капельку не жаль убитого брата?
– Это зависть говорит в них. Черная, не дающая покоя даже теперь зависть, – раздался за нашими спинами тихий незнакомый голос.
Мы с Лореной дружно подпрыгнули и обернулись назад, увидев перед собой симпатичную женщину, одетую в черную мантию.
– Много лет назад я была ученицей магистра Олдена, – сказала она, и уголки ее губ тронула легкая улыбка, скорее, даже намек на улыбку. – И скажу вам, не тая, родственники учителя сильно удивятся, когда узнают, что их брат уже давным-давно написал завещание.
– Завещание? – хором спросили мы и переглянулись. – Но у наставника, кроме брата, сестер и еще нескольких родственников, больше никого нет.
Выслушав нас, магичка загадочно улыбнулась и кивнула вперед, предлагая продолжить путь к дому.
– Есть, только об этом почти никто не знает. У наставника есть сын, и ему по праву достанется вся эта земля, дом, ценности и прочее, прочее. Просто магистр тщательно скрывал эту информацию, не хотел навредить ребенку, а я ему помогала. Но теперь смысла хранить тайну нет и…
– Мама?
Неожиданно перед нами выросла фигура Невана. Я зажала рот рукой, чтобы не рассмеяться, поскольку это было бы неуместно. Лорена только глазами хлопала.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.