– Ви, ты миниатюрная бомба
– Приходи ко мне, откормлю
– А что там у тебя за шрамчик?
…
Вивьен машинально погладила небольшой круглый шрам над грудью. Обычно она старалась закрывать его рюшами от бюстгальтера или другой одеждой, но сегодня белье было таким, что открывало огненный след.
В чат явился новенький. Постоянные зрители уже знали историю его возникновения, к слову, историю не самую достоверную – Вивьен рассказывала ее на одной из трансляций.
Она поднесла оружие к виску.
– Ну что, стреляю?
По дороге в Килиманджаро:
– Безумная девка
Тимми:
– Бабуля велела бросить револьвер! Ах ты, глупая девица
Еб@нутый муд@к:
– Да стреляй уже
«Вот мудак».
– Точно стреляю?
– Да!
– Нет
– Да
– Да
– Охладите ее в душе
– ++
– Поддерживаю!
– Vi-конфетку в душ!
– +++++
…
– На раз, два, три…
– Хватит тянуть!
– Тяни дольше! Пускай не кончает
– Вот мерзкий извращуга
– Я кончил от одних ее видов
…
Вивьен спустила курок. В тихой комнате тихого дома застыла гробовая тишина. И только чат оставался живым.
«Еб@нутый муд@к» подарил вам 1006 лимончиков»
«Марк Аврелий подарил вам 2000 лимончиков»
«Candyman подарил вам 600 лимончиков»
– И снова ваша очередь умирать. – Вивьен открыла глаза. Улыбнулась. А затем навела оружие на камеру.
– Зачем уничтожать технику
– Собираем на новый ноутбук для Ви. Скидывайте, кто сколько может
– Нам конец
– Во имя бога и святого духа…
– хахаха куда я попал
«Лоллипоп» подарил вам 100 лимончиков»
«Мэтью Дрим» подарил вам 404 лимончика»
«…подарил вам 1900 лимончиков»
«…подарил вам 3300 лимончиков»
«…подарил вам 220 лимончиков»
ОкиДоки:
– А если отрикошетит?
Но ожидаемый конец не настал и теперь, револьвер не выстрелил. С каким-то запозданием Вивьен поняла, что осталось две попытки, и, если сейчас оружие выстрелит…
Вивьен застыла. Остался последний выстрел в себя, пуля до сих пор находилась в каморе. Именно сейчас определялся победитель.
Сердце заколотилось пуще прежнего.
– А ну не бояться!
– Не ссы
– Ви, прекращай уже
– Ви, хорош дурачиться
– Щас приду и отшлепаю, а ну убрала стволину
…
Она приставила оружие к виску.
KyberDog:
– Почти доехал, бегу спасать
XXL:
– Спаси себя сам
Старый пень:
– Не, мой радикулит такого не выдержит
– Раз обещала…
Вивьен закрыла глаза. Продолжали тринькать поступления лимончиков.
Сил терпеть не осталось и, выждав драматичную пауза, Вивьен спустила курок. На этот раз осечки не было, из оружия вырвалось содержимое – волна цветных конфетти.
– Конфетти?
– Ты шутишь?
– ахахах
…
Разноцветные блестящие бумажки осыпали Вивьен с головы до ног. Голубые, розовые, желтые… Вивьен засмеялась.
– развод года
– Ви, ты лучшая!
– думал, реально дура
– Топчик
– Приду еще
– Я чуть не обмочился
– Вот н@ебалово
– Побереги мои нервы!
– бля
– Люблю сумасшедших
…
Игрушечный револьвер Вивьен купила в бакалейной лавке. Ну реально, неужели они подумали, что она захочет убиться на камеру?
– О, black cat, 6000!
Все-таки удачно вышла в чат. Мемебров перевалило за двенадцать тысяч. Это – невероятный результат.
Еб@нутый муд@к:
– Ладно, на
«Еб@нутый муд@к» подарил вам 5001 лимончик»
Еб@нутый муд@к:
– психопатка
Марк Аврелий:
– Кто-то расщедрился @Еб@нутый муд@к
Еб@нутый муд@к:
– Захлопнись @Марк Аврелий
– лучше б кетчуп в камеру
– красоточка
– Ви, выходи чаще!
«Восстание небес» подарил вам 550 лимончиков»
«BBC подарил вам 4000 лимончика»
«…подарил вам 120 лимончиков»
«…подарил вам 333 лимончика»
«…подарил…»
«…подарил…»
«…подарил…»
– Раз я проиграла, в следующий раз исполню любое ваше желание. Не пропустите эфир!
Довольная собой, Вивьен попрощалась с Vi-детками и прекратила трансляцию.
Вот он, способ ее расслабления. Стримы были не только средством заработка, но и таблеткой от того нервяка, который присутствовал в ее жизни.
Вот было бы весело, умри она в семейном доме, этажом выше своего телохранителя.
Вивьен закрыла ноутбук и повалилась на кровать. Теперь можно спокойно заснуть.
Следующая неделя пролетела как в тумане. Теперь дни Вивьен состояли из чтения специализированной литературы и обучения у практикующих наставников: управлению бизнесом, стратегическому планированию, рекламе и маркетингу, финансам и бог знает чему еще. Консуэлла завалила Вивьен книгами и стала приглашать для нее ведущих специалистов из Carter technology. Эти люди в сжатые сроки должны были объяснить ей основы бизнеса и ввести в курс дел компании отца, которую Вивьен предстояло возглавить.
Вивьен сходила с ума. Такого напряженного графика у нее не было давно. Наверное, со времен поступления в университет, когда самостоятельно штудировала научные книги, чтобы не потерять лицо перед бабушкой – которая видела ее в каком-нибудь Йеле – и не провалить вступительные экзамены. Даже сейчас, работая над диссертацией, Вивьен ощущала меньшее напряжение. Стоило признать, так было потому, что Вивьен позволяла себе некоторую халатность: учеба была важна, но сестра и заработок были важнее, потому, расставив для себя приоритеты, посещала лекции по остаточному принципу.
Однако с Консуэллой такое не прокатывало, особенно теперь. Бабуля вцепилась в нее как бульдог и контролировала каждую минуту расписания, составленного специально для Вивьен.
Согласно данному расписанию в перерывах между уроками Вивьен встречалась с журналистами – те брали у нее интервью, которые, по задумке Консуэллы, должны были выстрелить в нужный момент. Это было самое невыносимое, поскольку Вивьен не знала, что можно, а что не стоит о себе рассказывать. Секретную жизнь оказалось не так легко рассекретить. Это было сложно, даже если ты прожил ее с достоинством: привычка врать, скрывать и не договаривать врастала в кожу, как в кости титан, и единственным способом его извлечь оставалось раскрошить обратно кости.
А если тебе было, что скрывать? Открытость и искренность давались больнее. В этот момент ломались не только кости – страдало и ныло все нутро. Казалось, откроешь рот и лишишься не только спокойствия, но и разрушишь всю свою жизнь, которую строил с неимоверным трудом через боль и жуткие страдания.
Но… Вивьен и так лишилась спокойствия. Она и так лишилась прежней жизни и очутилась во вражеской среде. Тогда чего же она боялась?
На время обучения Вивьен переехала в семейный особняк. Приглашать посторонних в секретный дом было небезопасно: Вивьен находилась под ударом, в дальнейшем это не изменится, лишь усугубится, а вот обезопасить Сашу стоило. Потому было принято разумное решение встречаться с преподавателями в нью-йоркском особняке.
Все это время телохранитель не отходил от нее ни на шаг. Просыпалась с петухами – находился поблизости, обедала и завтракала – был рядом с ней, он даже за учебой ее наблюдал. Спасибо в туалет одну отпускал.
– Почему ты не можешь постоять снаружи? – как-то огрызнулась Вивьен на Дарнела после одного из напряженных уроков. – Обязательно пялиться на меня, пока я слушаю Миу Ли?
– А если пуля залетит в окно?
– То ты спасешь меня в полете?
– А если Миу Ли двойной агент и решит пырнуть тебя ножом?
– То ты подставишься вместо меня?
– Бинго!
– Ты сумасшедший с искаженным мышлением. Это все издержки твоей профессии. Миу Ли – директор по маркетингу в Carter technology. Она работает там более десяти лет. Какой еще двойной агент?
– Поверь мне, люди меняются. И самые лучшие встают на неверный путь.
Под таким же жутким давлением состоялся их первый совместный выезд из особняка. Последние десять лет Вивьен была предоставлена самой себе и успела познать прелести свободы. За ней приглядывали люди Консуэллы – где-то там, из параллельной вселенной. Они не следовали за ней по пятам на расстоянии двух шагов, она не чувствовала их тепла и дыхания прямо у себя за спиной. И Вивьен это нравилось. Она любила свою независимость, которую сейчас у нее отбирали.
– Кого ты защищал до меня? – Вивьен вышла из автомобиля – ее провели до него под конвоем, – и посмотрела на Дарнела Вона. Они возвращались с занятной встречи с одной живой, но болтливой журналисткой, когда Вивьен потянуло узнать телохранителя получше.
Господин телохранитель криво улыбнулся, чем заставил усомниться в нем сильнее.
– Одного небедного человека.
– Как его зовут?
– Прости, это конфиденциальная информация.
– Какая же она конфиденциальная, если прописана в твоем резюме и с ней ознакомился весь отдел безопасности, а заодно и Консуэлла?
– Вот и поинтересуйся у них.
– Я поинтересуюсь, – заверила Вивьен. С этой учебой ей было совсем не до его личного дела. Но она обязательно с ним ознакомится. – Только почему не желаешь рассказать лично? Не хочешь мне врать?
Он долго в нее всматривался и наконец ответил:
– Может быть.
Может быть? И это все?
Затем озвучил свой вопрос:
– Почему называешь бабушку Консуэллой? Не слишком ли это не по-семейному?
– А как мне ее называть?
– Бабулей?
– Ты видишь в ней бабулю? – Вивьен выгнула бровь. – Если еще не заметил, сообщаю, что между нами непростые отношения, и они выходят за рамки семейных. Я вижу в ней стального человека, великого босса и решалу всех наших проблем. Когда мы обсуждаем деловые вопросы или когда я думаю о ней в рабочем ключе, она всегда для меня Консуэлла. Бабулей она остается лишь глубоко в моей душе. Настолько глубоко, что сложно откопать.
– Забавно.
– Очень. Так что не пытайся состязаться со мной в остроумии.
– Не буду.
– Вот и отлично. Как давно ты работаешь телохранителем?
– Давно.
– Давно это сколько?
– Общие ответы с тобой не проходят?
– Люблю конкретику. Так сколько?
– Лет двадцать?
– Ты у меня спрашиваешь? И сколько же тебе лет? Выглядишь не старше тридцати пяти. Или твой послужной список начинается с защиты бездомных котов во дворе?
Он вновь улыбнулся глазами. Большей искренности Дарнел Вон не выказывал.
– Ты точно телохранитель? Твои ответы продолжают убеждать меня в обратном.
– И какова же твоя правда?
– Что ты шарлатан.
В один из дней с ней связался Габриэль. Перед поездкой в Радлес она оставила ему голосовое сообщение: предупредила, что будет отсутствовать некоторое время из-за дел, связанных с учебой. Говорить с ним лично желания не было, да и знала, что он не сильно расстроится, а только изобразит показное расстройство, как делал всегда. Таким был Габриэль – эгоистом, который придерживался социальных норм и правил игры, установленных обществом.
Так и вышло: Габриэль немного поныл, но возражать не стал. На этом их разговор через голосовые сообщения завершился.
Теперь он позвонил ей сам. Вивьен даже удивилась, ведь успела позабыть, что состояла в отношениях.
– Малышка, куда ты пропала? Я тебя обыскался.
Как давно она не слышала этот елейный голос с ленцой.
– Уже не помнишь? Я же говорила, что поеду собирать материалы для своей научной работы.
– Да? Черт. Прости. Замотался. И когда вернешься?
– Что-то случилось?
– Что могло случиться? – Габриэль засмеялся. – Ты же знаешь, я паинька. Просто сильно по тебе соскучился.
Вивьен сообщила, что пока не знает, когда вернется домой, но обещала держать его в курсе.
– Поговорим, как я вернусь. Мне нужно кое-что тебе рассказать. – Габриэль, это еще один человек, перед кем необходимо раскрыться заранее, пока о ней не поведают миру газеты. Ей было очень неловко от того, что не могла раскрыться полностью и сообщить ему, что давно покинула Радлес и уже не занимается своей диссертацией просто потому, что на нее не хватает времени.
А день публичного срыва масок приближался. Пресс-конференция, согласно планам Консуэллы, состоится через месяц. В это же время будут опубликованы подготовленные ими статьи, в которых Вивьен рассказывает о себе и отвечает на неудобные вопросы. До этого времени ей необходимо съездить в Олбани и переговорить с близкими людьми.
– Для чего мы едем в компанию? – Вивьен посмотрела на Дарнела, сидевшего рядом с ней на заднем сидении салона авто. – Не рановато ли мне там светиться?
Вообще-то Вивьен знала ответ. Консуэлла желала познакомить ее с исполнительным директором Carter technology, который в будущем должен помочь ей управлять делами корпорации. Консуэлла позвонила и сообщила об этом лично. Однако задать дополнительные вопросы Вивьен не удалось, так как деловая и занятая Консуэлла достаточно скоро оборвала звонок. И вот вопросы, адресованные бабушке, она задавала всем остальным, полагая, что хотя бы так узнает что-то новое.
– Знакомиться с важными людьми. Теперь это одна из твоих обязанностей.
Ничего нового Вивьен не узнала. Было проще самой позвонить Консуэлле и выпытать детали встречи.
– Почему мы свернули? – спросил вдруг Дарнел, настороженно осматривая улицу.
– Дорога перекрыта, – ответил Ивлин, водитель их семьи.
– Ты отклоняешься от маршрута второй раз.
– Да, ранее чинили инженерные сети, поэтому пришлось объезжать.
– Куда ведет эта дорога?
– В промышленный квартал. Мы как раз въехали на территорию.
То-то Вивьен заметила, что людей на улице практически нет. Те, что приезжали сюда, сейчас работали в заводских помещениях или складских бараках, а веселящейся публике здесь делать нечего.
– Сворачивай обратно!
– Чего?
– Сворачивай! – гаркнул телохранитель.
Водитель вздрогнул и послушно сбавил скорость, вот только развернуться не успел.
– Ложись! – крикнул Дарнел и повалил Вивьен вниз. В тот же миг автомобиль подвергся обстрелу.
Металлический скрежет от рикошетивших пуль вызывал тошноту и мутил сознание. Вивьен зажмурилась и закрыла уши руками, только бы не слышать отвратительный звук.
– Езжай! – крикнул Дарнел.
Ивлин поехал, но что-то с ним было не так, так как ехал автомобиль зигзагами.
– Он ранен, а за нами хвост. Не поднимай голову!
Дарнел пробрался на переднее сидение и, выхватив руль, надавил по газам.
– Как только остановлюсь, открывай дверь и беги внутрь здания!
Удивительно, но Вивьен все еще жива. Спасибо отделу безопасности и пуленепробиваемому автомобилю.
– Вивьен! – гаркнул Дарнел. – Я остановлюсь, и ты побежишь, поняла?
– Д-да..да…
– Пять секунд!
Дарнел резко свернул и крутанул машину так, что голова пошла кругом – на сто восемьдесят градусов. Автомобиль остановился, закрывая ближайший вход в незнакомое здание. Сторона машины, которую занимали Вивьен с Ивлином, оказалась скрыта от линии огня. А Дарнел, схватив пистолет, принимал на себя удар.
– Я прикрою! Давай!
Вивьен выскочила из машины и побежала куда глаза глядят. Вообще-то глядеть здесь могла лишь в одном направлении, так как Дарнел не оставил возможности выбора. Она побежала к широким дверям.
По высоте и внешнему виду здания, той части, что попала в поле зрения, она определила, что оказалась в заброшенном строении из каменных блоков. Вивьен вбежала в него, более не видя ничего вокруг.
И куда ей теперь идти? Что делать? Где прятаться?
А если ее найдут? А если с Дарнелом что-то случиться? Что будет тогда с ней?
В этот момент словно одеяло опустилось на плечи – крепко сжав в своих объятиях, Дарнел повел ее за собой.
– Нужно найти безопасное место. Тебе нужно спрятаться.
– А ты?
– Я позабочусь о них.
О них?
– Их много?
Ее наградили цепким взглядом.
– Нужно продержаться, пока не прибудет подкрепление. Люди Консуэллы где-то поблизости.
Свернув за углом, он прислонил Вивьен к стене.
– Ты не пострадаешь. Я же обещал: пока я рядом, с тобой ничего не случится.
Он произнес это с такой уверенностью, что Вивьен не могла не поверить его словам.
– Спрячься за той стеной.
Дарнел скрылся. А Вивьен побежала в указанном направлении и спряталась за частью каменной стены, которая вывела ее в другое измерение.
Ее взгляду открылась огромная промышленная площадка с железобетонными перекрытиями и монолитными колоннами, посаженными с определенным шагом. Просторное многометровое помещение, напоминающее заброшенную станцию метро, полнилось мусором и ржавыми конструкциями, лежащими прямо на земле.
Страх сковал конечности. Вивьен должна была прирасти к фундаменту, но каким-то чудом все еще могла шевелиться.
Неизвестно, сколько она простояла, восстанавливая сбившееся дыхание, но в какой-то момент услышала шаги. И людей было много. Это не Дарнел.
«Бежать». Команда, звучащая в голове. Единственный совет, что выдавало подсознание.
Сбежав по старой железобетонной лестнице, Вивьен ринулась вперед. Мимо стальных конструкций с облезшей краской, вдоль разбитых окон, пропускающих свет.
За спиной началась перестрелка, и, в ужасе сжав до крови губу, Вивьен ворвалась в соседний зал. По правую руку ржавела лестница – Вивьен взлетела по ней наверх и спряталась за грязный полиэтилен.
Сердце разрывало грудную клетку, так сильно оно колотилось. Страх и паника поглотили с головой. Дарнел. Куда делся Дарнел. Почему оставил ее одну.
В помещение вошли, но не с того конца, с которого Вивьен ожидала.
Вивьен оказалась в еще одном зале, в котором ранее велось производство. Размерами оно было скромнее и укромнее того «перрона», по которому бежала ранее, однако спрятаться это не помогло. Полиэтиленовые «простыни» делили помещение на две половины и, полагая, что скрылась от преследователей, в действительности Вивьен оказалась на виду.
Их было четверо – людей в одинаковых черных одеждах. Оставляя один поломанный станок за другим, они приближались к ней, при этом ее не замечая.
Удивительно, почему они ее не замечали?
Вивьен не могла шевельнуться. И, наверное, уже не сможет. Если сейчас ее обнаружат, при всем желании не сможет убежать.
Стоило об этом подумать, как ее пронзил бездушный взгляд одного из ближайших убийц. Темные глаза, на голове капюшон, создающий на лице зловещую тень, черная ткан прикрывала нижнюю половину лица. У нее перехватило дыхание. В попытках глотнуть немного воздуха, она приоткрыла рот.
«Дыши. Пожалуйста, дыши. Ты не можешь вот так умереть».
Она ощутила чужое присутствие в последний момент. Уже тогда, когда, опустившись у нее за спиной, ей закрыли ладонью глаза и прижали к своей груди.
Выстрелы: первый, второй… В общей сложности их было четыре, после чего наступила тишина, которая пугала еще сильнее. Только дыхание у нее за спиной нарушало внезапный покой.
– Все хорошо. – Тихий голос прокрался в сознание. – Худшее позади. Теперь все хорошо.
Перед глазами появился Дарнел, но она не могла его разглядеть: подташнивало и в голове гудело.
– Ты в порядке?
Она отрицательно покачала головой.
– Нужно идти. Вставай.
Дарнел помог ей подняться, а затем повел за собой. Вивьен двигалась, как тряпичная кукла, готовая повалиться в любой момент.
Вивьен пришла в себя лишь оказавшись на улице. В лицо дыхнул прохладный воздух, и она взглянула на происходящее трезво.
Илвин был ранен и в полуобморочном состоянии хватался за шею. Дарнел пересадил его на соседнее сидение и обратился к ней:
– Садись. – Открыв дверь машины, он подтолкнул ее в салон. – Едим в больницу.
Вивьен позволила себе ничего не понимать. Закрыв глаза, она доверилась Дарнелу и представила, как стоит в лектории перед десятками глаз. Она защищает научную работу, а члены комиссии из научных кругов, студенты и зрители из-за высоких далеких парт одобрительно на нее поглядывают.
При входе в больницу Илвина забрали доктора.
– Осмотрите ее тоже.
– Я в порядке.
– Пускай осмотрят…
– Со мной все хорошо! – заявила Вивьен, не желая выходить из машины. – Я хочу домой.
Дарнел тяжело вздохнул.
– Сперва заглянем к твоей бабуле.
Всю дорогу они молчали, разве что перекинулись парой фраз.
– С тобой точно все хорошо? – Дарнел оценивающе на нее взглянул.
– Мне нужно в уборную.
Продолжения не последовало. Дарнел, ожидавший большего, в какой-то момент ожидать перестал и сосредоточился на дороге.
Вивьен не так себе представляла эпичное возвращение в стены корпорации. Она не была здесь последние шестнадцать лет – столько же, сколько в самом Нью-Йорке. С тех пор, как застрелили родителей и ее с сестрой отправили в значительно меньший по численности город, она забыла сюда дорогу. В детстве Вивьен частенько приходила в компанию с мамой, чтобы навестить отца, и для нее это было событием подобным празднику, оно сопровождалось предвкушением чего-то радостного. Однако теперь…
Вивьен подняла голову. Плоское, ультрасовременное многоэтажное строение из темного монохромного стекла довлело над ней горой. Рядом с главным зданием возвышались два таких же, сплошь состоящих из стекла – втроем они образовывали единую ассиметричную композицию.
Сердце кольнуло, и Вивьен невольно сжала кулаки.
Им навстречу выбежала охрана.
– Сопроводите ее. А мне нужно переговорить с Консуэллой.
Ей не стоило сюда приезжать. Зачем она согласилась?
Вивьен проводили в уборную.
Тяжело дыша, Вивьен ополоснула лицо холодной водой. По пути в уборную она старалась ни на что не смотреть, так как любое соприкосновение с прошлым вызывало мучительные воспоминания и рождало невыносимую боль.
Рука дрожала. Крепко схватив ее второй, Вивьен прижала руку к груди.
– Пожалуйста, только не сейчас… я не вынесу этого здесь…
Вивьен сбросила верхнюю одежду и прошла к закрытым окнам.
– Я не могу… только не сейчас… не заставляйте меня проходить это здесь…
***
Консуэлла сидела за столом на фоне льдистых голубых небес – такой минималистичный вид открывался через окна позади нее. От ее рабочего стола, образуя букву «Т», тянулся второй стол, предназначенный для переговоров, за которым расположились люди. Их было двое: один справа, другой слева – вместе с женщиной в синем костюме, образуя святую троицу, они обсуждали насущные вопросы. Так предположил Дарнел, бесцеремонно врываясь в кабинет.
– Уж простите, что потревожил, есть разговор. – Захватив Консуэллу в капкан цепких глаз, в дальнейшем уже ее не отпускал.
– Что вы себе… – вякнул брюнет с удлиненной шеей, но Консуэлла его остановила.
– Пожалуйста, оставьте нас.
Ей наверняка уже сообщили, что произошло, а она – сама невозмутимость.
Брюнет обменялся недовольным взглядом с коллегой, дородным мужчиной в годах, и они, насупленные, покинули кабинет.
– Дайте мне список всех подозреваемых в убийстве четы Картер. – Вокруг да около Дарнел ходить не любил.
Поправив идеально сидящий пиджак с голубой блестящей брошью, закрепленной на правой груди, Консуэлла вышла из-за стола.
– Как Вивьен? Она в порядке?
– Она жива, если вы про это. Насколько после такого можно быть в порядке, покажет время.
– Где она?
– Освежается. А теперь к делу.
Женщине явно не понравилось, как с ней разговаривали, однако леди оставалась леди даже сидя на толчке. Продемонстрировав чудеса дипломатии, она ответила:
– Этим делом занимаются наши люди.
– Это те, что за два десятилетия так и не приблизились к раскрытию преступления?
– Ты пришел к нам недавно, работаешь недолго. Сведения, на которые мог рассчитывать, ты получил.
– Значит, получу еще! Почему вы мне сказали?!
Консуэлла непонимающе взглянула на него.
– Почему не сказали, что за вашей семьей охотится профессиональная группировка убийц?
Либо его держат за идиота раз не раскрыли столь важную информацию, либо идиоты здесь они.
– О чем ты?
Выходит, верен вариант номер два.
– Дамочка, вы хоть понимаете, с кем имеете дело? Мне вот кажется, что ни черта вы не понимаете! Вы застряли в своих междусобойчиках и глаза закрыли на то, чьими руками истребляется ваша семья!
В глазах напротив вспыхнул гнев.
– Дарнел Вон, если желаешь что-то сказать, изъясняйся прямо!
– За вашей внучкой охотятся не простые наемники, и вам это известно, не так ли? Почему не раскрыли столь важную деталь?
– Что?.. Что ты такое говоришь?
– Не известно?
Выходит, службе безопасности Картеров действительно ничего не известно об элите преступного мира?
– Не понимаю, о чем ты, но наша охрана способна…
Дарнел улыбнулся – Консуэлла вздрогнула.
– Мне сказать, куда может катиться ваша охрана? Где она была, когда на вашу внучку покушались в Радлесе?
Женщина непроизвольно вздернула подбородок – рефлекторная реакция того, кто пытался сохранить лицо. Однако взгляд Консуэллы выражал напряжение – «бабуля» все же понимала, насколько сильно они облажались.
– Они проверили местность, – упавшим голосом проговорила женщина, – они всегда проверяют. Но не обнаружили ничего подозрительного.
– А знаете почему? Потому что вы ведете бой с тенью, и в этом сражении вы заведомо в проигрыше.
– Я не понимаю тебя. Прошу, говори яснее.
– На Вивьен покушался киллер, убивший ее родителей. Помнится, тогда его тоже не обнаружили. И теперь я понимаю, почему. Он – убийца высочайшего класса, что не допускает ошибок. Это скорее недоразумение, что ваша внучка до сих пор жива!
Консуэлла схватилась за стол. Она побледнела и явно была обескуражена. Ей потребовалось время, чтобы продолжить разговор.
– Тебе известно, кто он. – Она подняла на него испытующий взгляд. – Ты пришел сюда не за ответами. Ты пришел, чтобы предоставить ответы мне.
Отчасти она была права. Дарнел знал, кто застрелил чету Картер, однако не полагал, что за этим киллером стоит настолько мощная организация: их представители прекрасно скрывали о себе информацию. Однако сегодня, столкнувшись с ними воочию, Дарнел все для себя разъяснил. Нет, за Вивьен явился не просто профессиональный киллер, за ней явилась сама Смерть с косой.
– Я пришел сюда, потому что желаю защитить остатки вашей семьи. Помогите мне это сделать.
– Откуда ты знаешь? Откуда тебе известны такие подробности о личностях исполнителей? Скажи мне, кто они?
– «Дети пустыни».
Женщине это ни о чем не сказало – непонимание продолжало читаться в глазах.
– Разумеется, вы о них не слышали – вы живете в другом мире. Они – ассасины нового времени, но фанаты старых религиозных убеждений. Их представители скрытны и жестоки, а еще готовы умереть за приказ. Сегодня на нас напали именно они. И теперь это был не один убийца – на нас напал десяток таких убийц. Вот и думайте, на какой уровень жестокости перешла ваша вражда с конкурентами. Вы ведь подозреваете их?
Кровь схлынула с женского лица, Консуэлла Картер опустила глаза и невидящим взглядом уставилась в пол.
– Почему… почему все зашло настолько далеко… почему коснулось нас…
– Потому что, – без ехидства ответил Дарнел. – Просто потому, что в масштабах вселенной вы ничем не лучше и не хуже остальных. А кого должно было коснуться?
– А Вивьен? Как теперь быть с Вивьен? – Консуэлла подняла взгляд на Дарнела. – Как я могу толкать ее на столь опасный шаг и просить вернуться домой, когда знаю теперь все это?
– У вас нет выбора, – ответил Дарнел. – Просто делайте, что делали до этого, больше от вас ничего не требуется.
– Не ожидала, что ты поддержишь меня.
– Проблемы нужно решать, а не прятаться от них. Любая опасность должна быть искоренена. Сейчас опасностью для Вивьен являются наемники, а значит…
– Я тебя поняла. Но все равно не могу избавиться от ощущения, что ничем не лучше этих убийц. До этого момента я была уверена в своем решении, я и сейчас в нем уверена и понимаю, что так надо, но…
– В вас проснулась любящая бабушка? Не стоит. От нее вашим внучкам не будет пользы. Вы должны оставаться холодной и беспринципной, если хотите победить в этой войне.
– Бумаги будут готовы к вечеру, я попрошу их к тебе завести.
Вот и отлично. Дарнел кивнул и направился к выходу.
– Все-таки это чудо, что она жива, – услышал Дарнел реплику вслед. – Не верится, но ей удалось спастись во второй раз. Должно быть, она под защитой небес… и своих родителей.
Дарнел остановился. Усмехнулся. Вообще-то он не собирался этого говорить.
– Это не чудо, это я. – Он обернулся к Консуэлле Картер. – В Радлесе. Тем, кто спас вашу внучку от пули, был я, – ответил Дарнел на вопросительный взгляд Консуэллы. – Поймите правильно, не то, чтобы я хвастаюсь. Просто хочу, чтобы до вас дошло: я тот, кто стоит между Вивьен и Смертью с косой. Поэтому, прошу вас, не осложняйте мне работу и делайте так, как я говорю.
Удивление было не той эмоцией, которую демонстрировала Консуэлла Картер. Все лишние чувства, которые могли быть восприняты как слабость, лицо семейства держало в узде и скрывало на публике. Однако сегодня Консуэлла била собственный рекорд по нарушению данного правила. Женщина явна была шокирована.
Продолжать и объясняться Дарнел не стал. Он схватился за дверную ручку…
– Дарнел, – позвала его Консуэлла. Женщина нечасто обращалась к нему по имени. Да и нечасто они пересекались. – Киллер, что охотится за Вивьен и убил моих детей… Он настолько хорош?
– Он лучший среди своих.
С опытом и навыками, присущими Дарнелу, он мог определить это с закрытыми глазами.
– Ты с ним знаком?
Образовалась пауза, но Дарнел все же ответил:
– Можно сказать и так.
Одно только это должно было вызвать у умной, проницательной женщины подозрения на его счет. А вместе с тем, что он наговорил до этого, подозрения должны были быть очень глубокими.
Консуэлла продолжила:
– Если киллер – «убийца высочайшего класса» и «лучший среди своих», а ты смог его остановить, то кем тогда являешься ты? Ты, кто сегодня противостоял десятку таких убийц?
Дарнел молчал. Разговор не должен был закончиться этим, но нужно было понимать, что, разжигая искру, выпускаешь пламя.
– Сейчас я – телохранитель, которому вы можете доверять. Не препятствуйте мне – это все, чего я прошу.
Дарнел покинул кабинет. И даже по другую сторону двери чувствовал силу женского взгляда.
– Она до сих пор не вышла? – Дарнел остановился у входа в уборную.
– Она все еще там, – ответил один из охранников службы безопасности Картеров.
– И вы не проверили?
– Проверили. Опасности нет.
Дарнел потоптался рядом. Нет, так не пойдет.
– Вивьен, ты что там заснула? – Дарнел прошел в уборную и тут же получил в лицо удар бодрящего морозного воздуха.
Температура резко опустилась, так как окно на другом конце было распахнуто настежь.
– Вивьен? – Что-то было не так. Дарнел прислушался.
Шепот. Дарнел слышал шепот. Шепот, полный отчаяния.
В два шага дойдя до кабинки, Дарнел потянул ручку двери на себя, но дверь оказалась заперта.
– Вивьен!
Через открытый низ кабинки Дарнел видел, что Вивьен сидит на полу, вот только не понимал, какого дьявола она там сидит!
Бормотание становилось громче. Что, черт возьми, происходит?
– Вивьен, открой мне дверь! Или я выломаю ее!
– Пожалуйста, уходи, оставь меня, пожалуйста.
Панические нотки в голосе Вивьен никак не способствовали успокоению Дарнела. Ждать он больше не мог. Стараясь действовать как можно деликатнее, Дарнел налег плечом на дверь.
Хлипкий замок отлетел, и дверца отошла назад.
Дарнел прихватил ее, защищая Вивьен, а затем распахнул дверцу-маятник настежь.
Вивьен сидела на полу, обхватив руками колени.
– Мне не страшно… мне не страшно… ничего этого нет. – Опустив на колени голову, Вивьен продолжала бубнить себе под нос: – Я в безопасности… я все придумала, мне не страшно… ничего этого нет…
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.