Центр управления крейсера «Вогорг» встретил капитана последней предполетной суматохой. Четыре боевых поста были заняты офицерами, которые отдавали последние распоряжения, проводя в очередной раз предполетные тесты и проверку оборудования.
По совету отца Ариана поднялась в центр управления с третьего яруса, по пути убедившись, что все устроились, и нет бытовых проблем. Экипаж должен знать, что капитан интересуется жизнью тех, с кем ему предстоит провести в походе несколько месяцев.
– Доклад, – приказал Ритон. Рядом с ним стояла голограмма хранителя корабля: молодого широкоплечего ящера с желтоватым оттенком чешуи. Слушая приказы первого помощника капитана, ящер молча кивал, одобряя его действия.
Посты управления начали докладывать о готовности: погрузки завершены, системы управления прошли очередной тест и работают в штатном режиме, дублирующие системы жизнеобеспечения находятся в норме, экипаж размещен на борту корабля, дройды погружены, установлены разведывательные зонды сканирования систем.
– Разведывательный крейсер «Вогорг» к походу готов, – резюмировал хранитель Мансур и повернулся к Ариане, демонстрируя два ряда острых зубов. – Приказывайте, капитан.
– Запрос на отстыковку, – приказала Ариана под пристальными взглядами присутствующих.
– Разрешение получено, – через несколько секунд отрапортовала Бэйли, – офицер навигационного поста. Девушка всего три недели назад окончила процесс подготовки. Ее светлые волосы были собраны на затылке в длинный хвост, а голову обрамлял обруч с микрофоном и наушником около правого уха.
– Отстыковка, – приказала Ариана. Она быстро подошла к креслу капитана и опустилась в него, стараясь скрыть заметную дрожь. Тревога перед неизвестностью пропитала весь корабль, и Ариане никак не удавалось отгородиться от этого. – Бэйли, выводи корабль в квадрат А-17.
– Есть, – отозвалась девушка.
Крейсер несколько раз слегка вздрогнул и все тут же почувствовали заметную легкость. Через пару секунд тихо загудели генераторы искусственной гравитации, и все вернулось в норму. Корабль начал медленно отходить от станции, используя только газовые маневровые сопла. Использовать ионные двигатели разрешалось после отхода от станции на два километра.
– Активация маневровых двигателей, – доложила Бэйли, выводя на главный экран схему системы Норх.
– Расчет гипер-прыжка в систему АК-423-17, – приказала Арина. Эта система имела и второе название – «Перешеек». Так ее называли капитаны транспортников, перебрасывающих концентрат и топливо кораблям хранителя Зенона.
На главном экране появилась траектория движения крейсера. Под ногами прошла мелкая вибрация, корабль активировал свои мощные маршевые двигатели и начал разгон для ухода в гипер-прыжок. В верхней части главного экрана появился отчет времени, который понадобится кораблю для разгона перед активацией гипер-двигателя и прокола пространства.
– Всего полтора часа? – удивленно спросил Вилей, рыжеволосый парень, занимавший орудийный пост.
– Крейсер «Вогорг» был создан по последним разработкам великого хранителя Зенона, – с гордостью сказал ящер, находясь рядом с креслом капитана корабля. – Это лучший корабль этого класса в вашей системе…
Хранитель Мансур воспользовался предоставленным вниманием и еще долго рассказывал о корабле, восхваляя расу норохов. Офицеры с огромным интересом слушали его, не забывая и про свои прямые обязанности. Ариана погрузилась в свои мысли, вспомнив последний разговор с отцом, его советы и наставления. Чтобы добраться до Зенона им предстоит пройти через семь систем, в том числе и родную систему норохов с потухшим светилом. В системе АК-423-17 их должен встретить патрульный крейсер Зенона. Исходя из договоренности между верховным хранителем и главой клана, Зенон должен охранять систему- «Перешеек» от блуждающих искателей и представителей расы ирков, рвущихся из вселенной норохов.
С раннего детства Ариану окружали рассказы о встречах с представителями расы Тодла и Гияса. Она знала историю о том, как Аарон сохранил жизнь и подруге Тодла, разрешив им произвести на свет Гияса. В многочисленных повествованиях говорилось об огромных кораблях-городах ирков, носивших название «Разрушитель». Они были наполнены ульями и роем, которые поедали все живое во вселенной.
Слушая историческую хронологию клана, Ариана не могла поверить, что настолько технологически развитую расу норохов, способную противостоять целым флотам, уничтожила раса пауков, оставив от ящеров лишь несколько образов хранителей. В сознание Арианы всплыли слова Аарона: «Встретишь ирков… – беги!»
– Капитан, – из суматошных мыслей Ариану вырвал уверенный голос Бэйли. – Крейсер «Вогорг» готов совершить гипер-прыжок.
– Активировать гипер-двигатель, – через минуту приказала Ариана, окинув взглядом молодых офицеров. Они делали шаг во вселенную норохов, куда так стремились попасть в детстве. Им предоставили эту возможность, и теперь они должны оставить позади сомнения, страх и неуверенность.
Маршевые двигатели крейсера послушно вспыхнули, мгновенно превратившись в длинную синюю черту, разрезающую черное полотно космоса. Аарон стоял перед смотровым иллюминатором каюты, наблюдая за яркой растворяющейся полосой, которая указывала след его дочери, уходящей во вселенную норохов.
– Что я сделал не так, где совершил ошибку? – прошептал Аарон, пытаясь найти объяснение нарастающей тревоге. – Неужели там тоже им грозит опасность?
– Не изнуряй себя, родной, – к нему подошла Лорна и прижалась к спине Аарона. – Если и есть в этом мире безопасное место, то оно находится у Зенона и его хранителей.
– Наверное… Но как хотелось бы получить подтверждение, – неуверенно ответил Аарон. – Через двенадцать часов они достигнут системы- «Перешейка». После этого связь с ними будет невозможна.
От тяжелых мыслей Аарона оторвал противный писк коммуникатора. Откинув защитную крышку, он вывел сообщение.
– Это Колин, – пояснил он Лорне. Выглядывая из-за плеча Аарона, Лорна пыталась вчитаться в мелкие строки. – Нашим корпорациям не удалось купить лайнеры. Все ссылаются на закон о военном ограничении, который запрещает продажу крупных кораблей частным корпорациям.
– Что же нам делать? Нам крайне необходимы эти корабли, – озадаченно спросила Лорна.
– Без них мы не сможем эвакуировать жителей. Сотню обычных транспортников мы не успеем переоборудовать, да и охранять их тяжело, – задумчиво рассуждал Аарон, но его взгляд говорил, что он уже принял решение.
– Что ты задумал? – насторожилась Лорна.
– Совершенно не хочется, но, видимо, другого пути нет. Придется кое с кем встретиться, – Аарон сделал несколько манипуляций на коммуникаторе и приказал: – Колин, Омид, через пять минут жду вас в моей каюте. Орвилл, подготовить сообщение для крейсера «Ирмит».
– Что-то мне это не нравится… – герцог Мерт Риттионский неторопливо расхаживал по просторному кабинету фамильной резиденции, расположенной в столице Конфедерации Деус. – Зачем устраивать бал в середине года? Если верить донесению старика Эверрита, то Мартиньян уже что-то подозревает, поэтому и решил отправить того на край вселенной.
– Успокойся, отец. Ты преувеличиваешь! – широкоплечий Янкей, облаченный в мундир командующего флота герцогства Ритт, покинул удобное кресло. – Если бы император был в курсе, то нас уже бы арестовали. Он просто в очередной раз собирается развлечься, это его любимое занятие. Его мало интересует судьба Конфедерации…
– Тихо! – повысил голос герцог Риттионский. – У стен тоже есть уши… Даже у наших.
Герцог проводил недовольным взглядом сына, который направился к манящему бару, намереваясь в очередной раз наполнить свой бокал дорогим вином. Это пристрастие к спиртному начинало основательно беспокоить герцога. Янкей не отказался от пагубной привычки, даже взяв под командование ударный флот герцогства.
Покачав головой и дав себе обещание после бала обязательно жестко поговорить с сыном, герцог поднял с темной столешницы четыре приглашения на бал. Они были выполнены из бумаги, что считалось большой роскошью и означало важность планируемого мероприятия. Два приглашения были предназначены для герцога Мерта Риттионского и его сына Янкея, вторая пара – для супруги Янкея, – Бернадет и их несовершеннолетнего сына Джарреда.
Отец Бернадет, герцог Регон Жанмирский согласился с Мертом и они не стали рисковать, отправив невестку с внуком на отдаленную базу, расположенную на границе с Империей Вейту. Герцог Риттионский усмехнулся, вспоминая их панические прогнозы. Были разработаны десятки планов, которые должны были примениться в случае атаки имперского флота…
– Отец, забыл сказать, командор Пиортик прислал сообщение, что они достигли указанной системы, – оторвавшись от бокала, сказал Янкей, и вновь сделал глоток вина.
– Я не удивлен твоим провалам памяти. Хватит налегать на вино! До бала не доберешься, вытянешься, как во время последних учений, – не выдержав, злобно рявкнул герцог.
– О-о-о… Уже доложили… – обиженно протянул Янкей. Залпом допив бокал, он поставил его на место и, развернувшись, направился к выходу. – Увидимся на балу.
Янкей демонстративно хлопнул дверью, желая еще больше досадить отцу. Герцог прикрыл глаза и сжал кулаки, пытаясь успокоиться. Мерт вернулся за стол, и устало опустился в кресло. Запрокинув голову, он процедил, смакуя каждое слово:
– Как только ты, щенок, выполнишь свою функцию, я лично вырежу тебе сердце, – прошло двадцать лет, а герцог все не мог простить измену своей супруги с императором. Отец Мерта тогда рассудительно направил мысли герцога на будущий трон, доходчиво разложив открывающуюся перспективу. После рождения ребенка супруга герцога Риттионского отошла от дел, а вскоре и вовсе пропала. Через месяц по Конфедерации прокатилась весть о гибели герцогини от рук пиратов на границе с Империей Вейту. Двадцать долгих лет Янкей напоминал Мерту о пережитом, двадцать лет герцог изображал из себя любящего отца, вынашивая планы мести.
Девять лет назад ссора герцога Регона Жанмирского с императором предоставила герцогу Мерту Риттионскому шанс. Объединив силы двух домов, они могут разделить силы императора, существенно ослабив его позиции. Но герцог Жанмирский тоже затеял свою игру, мечтая посадить на трон их общего внука, а право наместника отдать своей дочери, выполняющей любую прихоть отца.
– Джарред взойдет на престол, а я стану наместником до его совершеннолетия. И тогда посмотрим на род Жанмирских… – усмехнулся Мерт, смакуя план устранения Регона Жанмирского и его дочери Бернадет, который будет задействован сразу после коронации внука Джарреда. – Осталось совсем немного. Надо дождаться начала штурма системы Норх.
Огромный зал был ярко освещен. Величественные белые колонны подпирали высокий купол, заполненный старинными люстрами, свисающими на ажурных цепях. Мартиньян-перый был поклонником древнего стиля интерьера и, заняв трон, распорядился украсить залы дворца особо почитаемыми элементами.
Знать Конфедерации Деус степенно прибывала на бал. Блуждая по контрастной бело-черной поверхности пола, гости разбивались на группы, представляя друг другу своих наследников и фаворитов. Первыми появились бароны и баронессы с семьями, следом за ними подоспели виконты и графы с супругами, герцоги всегда позволяли себе немного задержаться.
Мартиньян стоял в комнате над залом перед высоким зеркалом и наблюдал за говорливыми гостями. Каждого прибывшего искин дворца сверял с базой данных службы безопасности и быстро выводил необходимую информацию.
– М-да… Ренег был прав. Прекрасный способ собрать в одном месте всех заговорщиков, – усмехнулся Мартиньян. – Герцоги тоже не посмеют проигнорировать приглашение. Когда узнают повод, по которому их собрали, будет поздно. Покинуть дворец никто не посмеет целый месяц.
– Ваше величество… – за спиной императора приоткрылась дверь, и вкрадчивый голос смышленого секретаря прошептал: – Ваше величество, прибыли герцоги.
Все. Представление начинается. Император резко развернулся и его длинный белый плащ с тихим шелестом сделал плавный полукруг. Мартиньян уверенной походкой вышел из потайного наблюдательного пункта, направляясь к внутренним дверям зала. Через каждые десять метров за его спиной добавлялись гвардейцы личной охраны императора. Как только Мартиньян спустился на первый этаж, гвардейцы попарно начали занимать каждый перекресток, замыкая охранный периметр. У дверей зала император остановился с двумя гвардейцами.
– Его императорское величество Мартиньян-первый! – над сводом помещения прогремел голос личного секретаря Мартиньяна и белые двери зала плавно раскрылись.
По притихшему пространству прокатился шелест одежды. Знать почтительно кланялась, приветствуя императора, четыре герцога слегка склонили головы. Мартиньян вальяжно прошел к своему трону, находящемуся на возвышении. Два гвардейца в черной форме остановились рядом, развернулись лицом к залу и синхронно отступили на два шага назад.
– Приветствую вас, господа, – сказал Мартиньян и гости вновь поклонились императору. Император молча осмотрел приглашенных, не спеша оглашать причину бала. – Я открываю бал Орриоса.
Несколько секунд тишины и зал взорвался овациями последних рядов, где преимущественно находились бароны. Орриосом в Конфедерации Деус назывался месяц выбора супруги императора, если у герцогов не было дочерей. За всю историю Конфедерации месяц Орриос объявлялся всего дважды. Дабы правящая династия не была прервана, императору предоставлялась возможность самому выбрать себе супругу из любого сословия.
На эту процедуру императору отводился месяц. Никто из гостей не мог покинуть или войти во дворец до окончания Орриоса, а в последний день месяца император обязан огласить свой выбор. Все расходы на содержание, размещение и развлечение гостей брало на себя имперское казначейство.
В зале зазвучала музыка, оповещая, что бал открыт и вступительная церемония окончена. Слуги быстро накрывали столы, расставляя напитки и закуски. Мартиньян покинул трон и углубился в зал, желая познакомиться с претендентками на трон. Он натужно улыбался, понимая, что его ждут потоки лести, лжи, сплетен и интриг.
От Мартиньяна не укрылось, что оба герцога даже не пытались изобразить приятное времяпровождение, они внимательно следили за императором. Их озадаченные лица немного подняли настроение Мартиньяна и он, слегка повернувшись к ним, беззвучно прошептал:
– Скоро поговорим с вами… – перед императором возник тучный граф Длимстоу.
– Ваше величество, разрешите представить вам мою дочь, – широко улыбнулся граф и подвел к императору стройную черноволосую девушку.
– Хм-м… Может этот месяц будет не так уж и плох, – проговорил Мартиньян и его взгляд остановился на низком декольте девушки, склонившейся в реверансе.
– Дочь моя, сколько можно тебе повторять. Ты слишком спешишь! – трещала Чиелла, наблюдая за фиолетовой паучихой, получившей древнее имя Алприка, что означало – «Правящая всеми». Чиеллу поражала скорость формирования новой королевы, которая значительно превосходила своих младших сестер в росте и интеллекте. – Учись контролировать свои эмоции.
Алприка замерла, стараясь совладать с желанием немедленной расправы над мягкотелым. Зачем оттягивать, если так хочется насладиться вкусом его теплой красной крови. Алприка недовольно посмотрела на мать, но перечить не стала, вновь переведя взгляд на мягкотелого в твердом панцире, за которым скрывалось хрупкое тело. Фиолетовая принцесса с интересом рассматривала его светлые волосы и испуганные глаза. Мягкотелый обреченно опустил голову, готовясь принять неотвратимую смерть.
– Попробуй заглянуть в его сознание, – Чиелла решила подтолкнуть дочь к получению необходимой информации. – Узнай, где находятся заселенные слабые системы, нам необходимо найти много ресурсов для создания крупного улья.
Алприка кивнула и, приблизившись к мягкотелому, обхватила его голову желваками. Тот вскрикнул и, несколько раз дернувшись, обмяк. Приподняв человека, Алприка заглянула ему в глаза, стараясь почувствовать энергетическую пульсацию его мозга. Чиелла подошла к дочери и настойчиво подсказывала паучихе, что делать. Вскоре королева задрожала от радости, наблюдая, что глаза мягкотелого закатились. У ее умной наследницы все получилось. – Он командор малой диспетчерской станции… – протрещала Алприка и ее глаза сверкнули радостным блеском. – Мать королева! Их так много! Миллионы… Нет, нет, миллиарды…
Чиелла, услышав дочь, начала погружаться в транс, стараясь тоже настроиться на ментальную волну мягкотелого. Бормотание Алприки отошло на второй план, и перед глазами Чиеллы открылось сознание командора. Планеты с городами, тянувшимися к небу, в которых проживают миллионы мягкотелых. Железные станции, переполненные людьми, тысячи разнообразных кораблей, курсирующих между системами.
Налюбовавшись заманчивыми перспективами своего будущего роя, Чиелла начала давить на сознание командора, заставляя его выдать интересующую информацию. Система, откуда прибыл этот мягкотелый, имела странное название АР-321/7С и находилась на краю какой-то Империи Вейту, густо заселенной людьми. Остальные системы сектора были пусты, но после них снова начинались колонизированные системы, и чем глубже уходить во вселенную, тем плотнее были заселены системы.
Сейчас «Разрушитель» королевы начал готовиться к перерождению в улей, но Чиелла, опасаясь появления железных кораблей людей, делала это постепенно. Первыми начали перерождение энергетические жуки и питательный гибрид, переваривающий пищу и обеспечивающий корабль жизненно необходимой смесью. Из-за значительной кладки яиц «Разрушитель» уже через неделю будет перегружен и начнет потреблять пищи больше, чем сможет выработать.
Чиелла упрямо вытягивала из подсознания командора нужные воспоминания, добравшись до информации о мясных животных, которые содержались в неких фермах. Их кормили, выращивали, давая возможность размножаться, а после появления потомства взрослых особей отправляли на стол мягкотелых. Мысли Чиеллы лихорадочно заметались, она поняла, что нашла способ, который избавит ее рой от голода.
– Необходимо найти эту систему… – нетерпеливо сказала Чиелла, обдумывая свою идею.
– Вольные баронства… – тут же отозвалась Алприка. Перед глазами королевы замелькали образы нескольких отдаленных систем со слабыми станциями и десятком старых кораблей, но количество мягкотелых на планете и станциях весьма порадовало Чиеллу. Алприка сильнее надавила на сознание командора, заставляя его выложить все, что он знает об этих системах.
– Идеальное место для создания роя, – мечтательно процокала Чиелла, пытаясь понять, что означает «экономический упадок», «отсутствие торговли» и еще несколько странных терминов. Но королеву в первую очередь устраивало то, что в эту систему практически не заходили корабли.
Тело командора задрожало, из носа и ушей полилась кровь. Человек несколько раз дернулся и повис, зажатый желваками Алприки. Мощные челюсти паучихи с громким хрустом сомкнулись, и довольное урчание принцессы разнеслось по мрачному залу корабля.
– Уриис! – прокричала королева. Она отошла от дочери, давая ей возможность насладиться добычей. В темном проеме зала появилась зеленая паучиха. Поклонившись, она замерла, ожидая приказа королевы. – Срочно готовь гибридов.
Чиелла отправила ей образы «Разрушителя» с мощными костными образованиями по всему корпусу. Еще двум гибридам предстояло переродиться в малых летунов, способных нести на себе до десятка самцов. Уриис снова поклонилась и побежала выполнять приказ королевы. Чиелла взглянула на дочь и, усмехнувшись, направилась к своему ложу, сплетенному из паутины.
Заняв насиженное место, она опустила лапы в приятную тягучую жидкость и начала погружаться в транс, подключаясь ко всем органам «Разрушителя». Корабль отдохнул и готов был продолжить путь, неся королеву к ее мечтам. Чиелла вывела перед собой образ нескольких секторов, полученных от командора. Сейчас следовало проложить маршрут следования, во время которого гибриды должны успеть переродиться, чтобы подойти к системам «Вольных баронств» в полной готовности.
Кроме питательных ресурсов требовалось и большое количество ископаемых. Растворенное железо позволяло формировать каркас «Разрушителя» и улья, который затем обрастал костной массой. Но Чиелла была умна и осторожна, сполна насладиться ожидаемым успехом ей мешало настойчивое чувство тревоги. Она всегда помнила наставления матери улья: «Только сильнейшие из нас могут точно сказать, где подстерегает опасность».
Жесткие волоски на спине королевы зашевелились и Чиеллу передернуло. Страх! Она вспомнила это ужасное чувство, испытанное ею во время гибели матери улья. Почему эти ощущения сейчас вновь проснулись в ней, словно пытаясь о чем-то предупредить…
Из клубка воспоминаний сформировался образ мягкотелого в черной одежде. Его желтые глаза с черными вертикальными зрачками пристально устремились на Чиеллу. В правой руке мягкотелого был зажат длинный меч, по черному лезвию которого стекала зеленая паучья кровь. Это был последний образ, полученный Чиеллой от матери улья. Он прочно сохранился в ее памяти, напоминая, что и раса ирков имеет слабые места.
– Кто это? – удивленно спросила Алприка. – От него веет опасностью.
– Тот, кто убил мою мать. Я поклялась отомстить… – злобно процокала Чиелла. Алприка боязливо попятилась, пожалев о своем вопросе. – Я обязательно найду его и с хрустом разломаю это тело…
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.