– Ой, мама, вы только вернулись, как вам уже сообщение. Постойте-ка….
Невестка подвинула к себе клавиатуру и курсор так быстро, что Людмила не успела что-либо ей ответить.
После ее быстрых маневров на мониторе открылось сообщение: «Привет, родная!»
– Ничего себе, мама, – удивилась Танюха, – а кто такой этот Гаджи?
– Одноклассник, – Людмила сильно смутилась от неожиданности.
– Привет! – Таня щелкнула клавиатурой.
– Ох, – Людмила чуть вскрикнула. – Не надо было это делать!
« – Да поцелует он меня когда-нибудь»? – подумала Лейла и посмотрела на Гаджи.
В этот теплый июньский вечер ей так сильно захотелось романтики. Внизу живота она ощутила, как «запорхали бабочки». Сладкая истома волной поднялась снизу и подкатила к горлу, перехватив дыхание.
– Лейла, я тебя очень люблю, – почти прошептал Гаджи, взяв ее за руку.
– Я тоже тебя люблю, – девушка высвободила свою руку и, обняв его за шею, потянулась к его губам.
Гаджи неловко обнял ее за талию, и они слились в поцелуе.
– Нам надо поговорить, – парень с трудом оторвался от ее сладких губ и посмотрел в глаза.
« – О чем еще говорить? Целуй меня, дурачок!» – подумала Лейла.
– Я ведь завтра уезжаю, – продолжил Гаджи. – Давай присядем.
– Давай! – улыбнулась Лейла.
Они присели на скамейку на аллее, которая огибала школу. Выпускной бал был в самом разгаре. Мальчишки и девчонки то и дело выбегали на большое школьное крыльцо, чтобы глотнуть свежего воздуха.
– Я завтра уезжаю, – повторил он.
– Поступать? – спросила Лейла. – В Махачкалу?
– Да, в Махачкалу.
– Хорошо.
– Ты знаешь, что нас, меня и трех моих сестер, мать поднимала сама, – продолжил Гаджи.
– Знаю, конечно, – в груди у Лейлы что-то сжалось от нехорошего предчувствия.
– Так вот мать поставила мне условие, – парень сглотнул от волнения.
– Какое? – напряглась сильнее Лейла.
– Жениться я смогу только после того, как окончу третий курс.
« – Мне уже будет двадцать, и я останусь старой девой, ожидая его появления на праздники, – с горечью подумала Лейла. – Даже его мать не захочет взять к себе в дом невесту-переспелку».
– Пообещай мне ждать, – взмолился Гаджи, глядя, как лицо девушки стало землистого оттенка. – Я ведь каждые полгода буду приезжать, не считая праздников.
– Да, – с горечью ответила Лейла, – а праздников у нас и не сосчитать. А пока ты будешь набираться ума, я буду сидеть у окошка и смотреть на улицу.
– Лейла!
– Что Лейла? – девушка вскочила со скамейки. Обида захлестнула ее полностью, растворяя последний налет романтики. – А если бы мой отец был богат, как семейство Гули, ты бы женился сейчас на мне?
– Лейла!
– Ну, что? Думаешь, я не видела, как она смотрит на тебя? Вы просто идеальная пара. Помнишь, как мы ездили всем классом в Махачкалу в театр на автобусе? Ты никогда со мной не садился, да и с тобой никто. А она, как только вошла в автобус, сразу уселась с тобой рядом. Я тогда еще подумала, вот идеальная нацменская парочка.
– Лейла! – Гаджи встал со скамейки и попытался взять ее руку.
– Да, оставь ты, – Лейла не дала ему это сделать. – Мне пора. Отец отпустил меня только до одиннадцати.
– Ты же говорила, что твой старший брат приедет за тобой к двум часам.
– Все, хватит. Нагулялась.
Она резко повернулась, и ее голубое плиссированное платье развернулось колоколом в прощании с юностью.
– Я провожу тебя! – воскликнул Гаджи, направляясь вслед за ней.
Лейла взмахнула в гневе рукой, и, не оборачиваясь, ускорила шаг.
Так, в странной тишине, они дошли до ее дома, – она впереди, он чуть поодаль.
Открыв калитку, девушка вошла во двор.
– Лейла! – крикнул Гаджи.
– Прощай, – девушка с громким стуком захлопнула за собой калитку. – Гуле привет!
– Солнышко мое… Лейла… – прошептал он в темноте.
Людмила гортанно всхлипнула и… проснулась.
В комнате еще было темно.
– Что это было? – прошептала Людмила в темноту, ощупывая холодную постель. – Разве может быть такое во сне? Мы же с тобой никогда…
Мысль о человеке, что всколыхнул прошлое, вернула ее к реальности. Ночь…
« – Ах, если бы ты тогда поступил правильно, просто взял бы меня, как Женщину, все бы сейчас было по-другому», – подумала Людмила, наклонившись с дивана, в темноте нащупывая брошенный на пол халат.
Она встала и, накинув его на плечи, подошла к столу. Присев на стул, Людмила включила компьютер. Тихо заурчав, через какое-то мгновенье, механизм отозвался мягким зеленым светом на мониторе. Шилова щелкнула курсором и вошла на свою страничку в «Одноклассниках».
Среди «гостей» снова был Гаджи. Он прислал сообщение.
Она долго не решалась открыть его, но все же сделала это.
« – Лейлочка! Милая! Моя девочка! Крепко-нежно-ласково обнимаю твои плечики, родная моя! Мое Ребрышко! Как я о тебе мечтаю! Целую твои ноготочки!»
Теплая волна снова прокатилась по всему телу Людмилы. Улыбнувшись, женщина подперла ладонью подбородок и, не отрываясь, уткнулась взглядом в экран, вновь и вновь перечитывая сообщение.
Глухой кашель мужа в ванной вернул ее к реальности. Людмила оторвалась от монитора и посмотрела в окно.
Рассвело.
– Ты действительно хочешь об этом рассказать? – спросил ее Сергей.
– Да, – ответила Лейла, хотя в ее голосе не чувствовалось былой уверенности, – ведь через неделю мы станем мужем и женой. Ты должен знать обо мне все.
– Хорошо, – глухо ответил Сергей.
– Сразу после окончания школы, – Лейла глубоко вздохнула, – я пошла работать. Отец был совсем плох, так что надо было помогать матери. Я устроилась в проектную мастерскую махачкалинского филиала. Заместителем начальника был кумык, звали его Рашид: рыжий такой, стремный и наглый. Он был больше похож на бандита, чем на проектного инженера. С первого дня он мне проходу не давал. Я отбивалась, как могла, но, однажды в марте, начальник решил подвезти меня домой. На улице шел мокрый снег. Мне показалось, что он отвезет меня сам на своей машине, тем более, что знал моего отца, но оказалось, что Рашид вез его после этого проклятого праздника, который называют женским. Он довез начальника домой, а потом сказал, что доставит и меня. Мне при директоре неудобно было отказывать, у нас и не принято перечить. В общем, – Лейла тяжело выдохнула и набрала воздуха вновь, утирая слезу, – он завез меня в темный переулок возле кирпичного завода, что от моего дома всего в четырех кварталах, и… изнасиловал, – девушка закрыла лицо руками.
Ее плечи вздрагивали от молчаливых рыданий.
С минуту Сергей сидел и молчал. Затем он присел рядом на кровать.
Лейла шмыгнула носом и утерла ладонями свои слезы, размазывая тушь по щекам.
– Сказать об этом отцу я не могла, он убил бы этого козла, а мой позор все равно лег бы на всю семью. И я промолчала. Рашид потом шантажировал меня этим, – я уступала, пока не забеременела. Тогда этот ублюдок посоветовал мне сделать аборт. Мне пришлось рассказать обо всем матери. Она все устроила, но сказала, что лучше уехать в Таганрог к тетке, иначе жизни в городе спокойной не ждать. Вот так я здесь и оказалась. А потом, – девушка посмотрела на Сергея, – потом ты.
Лейла улыбнулась.
– Я встретила тебя.
– Я тебя люблю, Лейла, – прошептал Сергей. – Но очень хочу, чтобы эта тема больше никогда не возникала между нами. Слышишь!? Никогда!
– Обещаю, – прошептала Лейла, прижимаясь головой к его груди.
– Я все сделаю, чтобы ты не пожалела о том, что вышла за меня.
– Спасибо тебе, – Лейла посмотрела на его волевой подбородок.
– Больше тебе нечего сказать? – спросил Сергей.
– Нет, – твердо ответила девушка.
– Хорошо. А насчет того, что у нас не будет детей, – так это мы еще поглядим. – Сергей улыбнулся. – Я самой сильной породы, есть, что предложить Природе.
– Да уж, – улыбнулась Лейла, отстраняясь от него, – хвастунишка.
– Значит, ему ты смогла все рассказать, а мне нет, – голос Гаджи вибрировал, выдавая волнение.
Было далеко за полночь, но Людмила не хотела прекращать разговор. Ей хотелось выговориться.
Сергей давно спал и ничего не слышал, да и подслушивать не было у него в привычке.
– Ах, Гаджи! Оставь это, – почти устало произнесла она. – Потом родился первенец. Мы часто, каждое лето ездили на Кавказ домой, и не меньше, чем на месяц.
– Боже, да я тебя и с ребенком бы забрал! – воскликнул Гаджи.
– Ты? – горько улыбнулась Людмила. – Ты не захотел меня взять чистой и невинной, а сейчас говоришь, что с ребенком…. Сам-то на Гуле женился, не дожидаясь окончания третьего курса. Что богатство победило?
– Все не так! – Гаджи обхватил свою голову руками. – Я женился только после того, как узнал, что ты вышла замуж. Мне мать твоя рассказала.
– Мне она не говорила, что ты приходил, – тихо произнесла Людмила.
– Ну, конечно же я приходил! – воскликнул Гаджи.
– В любом случае, уже ничего не вернуть, – ответила Людмила.
– Я смогу вернуть! Ты только разреши! Прошу тебя.
– Не стоит, Гаджи, – Людмила поджала губы, чтобы они не задрожали.
– Господи, Шилов, – Людмила уже не скрывала своего раздражения, – ведешь себя как алкаш. От тебя каждый вечер пивом несет.
– Не каждый, а только тот, в который у тебя болит, – буркнул Сергей, стараясь не злиться, и следить за общим потоком машин.
– Знаешь что? – Людмила так резко повернулась к мужу, что машину качнуло. – Я вот тебе разрешаю найти ту, у которой голова не болит. Ей Богу, даю слово, что даже ревновать не стану! Найди себе Женщину, и все решим сразу!
– Я не хочу ссориться с тобой, – ответил Шилов, поворачивая к дому. – Перестань.
– Нет, я не перестану, – зло настаивала Людмила. – Ты же видишь, что жрать я тебе не готовлю, рубашки не глажу, белье свое ты стираешь сам. Зачем тебе такая жена? Найди себе лучше, а меня оставь в покое!
– Ты вообще нормальная? – обозлился тихо Шилов. – Что ты несешь?
– Да пошел ты! – Людмила выскочила из машины, благо Сергей уже остановил ее возле гаража.
Не дожидаясь его, она пробежала в дом и громко хлопнула дверью.
Забежав в свою комнату, Людмила, не раздеваясь, упала на диван и, уткнувшись в подушку, зарыдала.
– А в Москве ты давно? – спросила Людмила, не глядя в камеру компьютера и перебирая бисер на своем столе. Она только вышла из ванны и сидела в накинутом на плечи халатике, прижимая его рукой на груди.
– Уже два года, – ответил Гаджи.
– А Гуля?
– А что Гуля? Гуля дома, дети уже выросли. Я им дал образование. Они уже полностью самостоятельны. Сын и старшая – стоматологи, а младшая на следующий год заканчивает юридический. Ее теперь замуж надо выдать. Старшая уже родила внучку. А с Гулей мы никогда не понимали друг друга.
– И что же ты с ней не общаешься?
– Почему же? Два раза в год она с сыном приезжает ко мне в Москву.
– А помириться не пробовал? Все-таки она мать твоих детей.
– Пробовал, ничего не вышло. Моя любовь к тебе сильнее, Лейла!
– Что? – Людмила посмотрела на монитор.
Гаджи как-то странно замолчал и впился в нее глазами.
– Твой дома? – сдавленным от внутреннего волнения спросил он.
– Нет. А что?
– И долго его не будет?
– Еще четыре дня, ему какой-то депутат большой заказ подогнал по области. К чему этот вопрос?
– Значит, ты дома одна?
– Да.
– Можно я приеду? – тихо спросил Гаджи. Его лицо как-будто сжалось.
– Даже не думай! – вспыхнула Людмила.
– Но ведь ты этого хочешь, – прошептал Гаджи, приближая свое лицо к монитору.
– Не важно, что я хочу, – Людмила отвела взгляд.
– Лейла!
– Не думай об этом!
– Лейла!
– Ну что? – она снова посмотрела в свой монитор.
– Лейла, неужели я никогда не смогу увидеть тебя? – его голос изменил тон до бархатного.
– Видишь же сейчас, – проговорила Людмила, понимая, на что он намекает.
– Я хочу тебя увидеть, мою родную. Хочу целовать тебя: твои глаза, твои губы, грудь, ножки.
– Гаджи! – Людмила почувствовала, как сладко заныло у нее внизу живота от его ласковых слов.
– Лейла, но хотя бы покажи мне себя, чтобы я смог запечатлеть твой прекрасный образ в своей памяти. Сними халатик…, – прошептал Гаджи. – Я хочу целовать тебя даже через монитор…. Любимая!
– Гаджи! – прошептала Людмила, чувствуя, как у нее внизу все становится влажным.
– Родная моя, солнышко мое! Богиня моих мыслей! – голос Гаджи, хоть и был тихим до шепота, но отзывался в ее голове, словно горное эхо.
– Лейла, любимая, молю обнажись! – Гаджи резким движением сорвал с себя майку, в которой сидел за столом. – Вот, смотри, это я – твой Гаджи!
Густые волосы на его груди, чуть подернутые сединой, едва скрывали шрам на правом плече.
Людмила невольно протянула руку к монитору в попытке погладить его. Халат, наброшенный на плечи, распахнулся, обнажая ее грудь.
– О-о, Лейла! – простонал Гаджи, дотрагиваясь рукой до экрана, словно пытался прикоснуться к Людмиле.
– Надеюсь, ты не забыл, что в среду к нам приедут дети? – мимоходом проговорила Людмила, выходя из кухни и направляясь к себе в комнату.
– Разве я могу забыть о таком дне? – улыбнулся Шилов, натягивая джинсы.
– Зачем ты взял больше, чем было нужно? – голос Людмилы дрожал от гнева.
Шилов надел-таки свитер и виновато посмотрел на нее.
– Что ты молчишь? – у Людмилы уже дрожал не только голос, но и руки. – Ты понимаешь теперь кто ты?
Шилов вопросительно посмотрел на жену.
– Ты – Вор! – прокричала Людмила на весь дом. – Так вот что я тебе скажу. Я не желаю тебя видеть на своем дне рождения. Не желаю! А поскольку я не зверь, то просто не появляйся дома до десяти вечера. А весной я уеду. Живи, как хочешь, алкаш.
« – Чему он так удивился?» – подумала она, разворачиваясь, чтобы уйти в свою комнату….
Захлопнув за собой дверь, Людмила уселась на диван и впилась взглядом в окно. С соседской груши с громким стоном падали плоды.
« – Если груша упадет, то ее уже назад не вернуть, – с грустью подумала Людмила. – Любовь не вернешь. А вот груша была. Была ли любовь?»
«Ок»
– Надеюсь, что тебе было вчера вечером также хорошо, как и мне после скайпа!? Я просто млею!
Шилов, который волею Судьбы оказался возле оставленного включенным компьютером жены, сидел в оцепенении и смотрел в монитор. Сообщения продолжали поступать.
Сергей, наконец, не выдержал. Он подвинул к себе клавиатуру и вклинился в переписку. Благодаря тому, что страничка был дублирована и на компьютере, и на телефоне, получалось, будто отвечала сама Людмила.
«Ок»
– барошат Мюнхгаузен? Напомни его имя.
– Кого?
– барошата.
– Карл, по-моему…
– точно!
– Ты читаешь? Ты завтра отдыхаешь?
Но тут Людмила включила телефон и зашла на свою страничку. Шилов отстранил от себя клавиатуру и стал наблюдать.
«Ок»
– Да, хочу поехать.
«Ок»
– Весело вам тут, как я погляжу!
– Лейла, это ты?
– Нет!
Сердце колотилось у Людмилы прямо в горле. Ее трясло от того, что эти оба могли наговорить друг другу о ней.
Пришло СМС от Сергея.
СМС
– Дети знают о Сокровище и Москве? Теперь мне все понятно.
Людмила решила сразу перейти в наступление и не заставила себя ждать.
СМС
– Мне вообще нечего скрывать! Но понимаешь ли ты что-то? Я сильно сомневаюсь.
– Но ведь скрывала же! И давно! Гадко, очень гадко…
– Если так, то нечего общаться, а гадко я никогда не поступала, во всяком случае, ты пока за меня не краснел! И не о чем тут больше говорить.
– Не пытайся бравировать. Подлость этим не закроешь. Ты храбришься, а вот твой «мальчик» – трус! То, что удалили сообщения, тому прямое подтверждение. Я нашел его номер телефона в Москве и отправил смс-ку. Хорошую такую. Потому лишь, что на мой звонок по скайпу он не ответил, а сбрасывал трижды.
– Не пиши мне больше, а себя спроси – почему все так?
– Ты все время провоцировала скандалы, чтобы оправдать свои действия. Долгие ваши разговоры в скайпе наводят на очень неприятные мысли. Может ты перед ним еще и…
Вот теперь и не пиши больше!
Злости нет, обида останется навсегда. Я прощаю тебе даже то, что ты нарушила Клятву, данную в Церкви. Дети останутся со мной в Одессе. Я вытяну.
– Какой добрый. Зачем тебе такая обуза? Я сама как-нибудь с ними разберусь! А прощать меня не за что. И ты не Всевышний! Когда надо будет, сама попрошу… … И оставь мое личное пространство!
И последнее: в отличие от некоторых, не роюсь в чужих кошельках!
– В чужих кошельках? Я взял только по необходимости, да и то, в крайнем случае. Ты же раздавала деньги налево и направо, даже не советуясь. Я не спорил. И тут я – Вор? Все не пиши мне больше. Я все сказал.
« – Как же я забыла о венчании? – у Людмилы перехватило дыхание. – Лучше бы вмешался, идиот!»
Она видела, как он стоял во дворе. Листья винограда с тихим постукиванием падали на дорожки. Одинокий фонарь, смутно освещая улицу, покачивался с жалобным скрипом, нагоняя тени на стены дома. Тяжело вздохнув, Шилов все же вошел в дом. Нащупав в темноте включатель на кухне, он зажег свет. Людмила ждала его за столом.
– Садись, нам надо поговорить, – произнесла она, поглаживая рукой столешницу.
– Не о чем, – ответил Сергей, раскладывая пакеты.
– Я ни в чем перед тобой не виновата.
Шилов в полном молчании приготовил себе ужин, уложил все на поднос и, захватив бутылку коньяку, ушел к себе в комнату.
– Шилов! – Людмила с шумом открыла дверь, – нам надо поговорить! Если сейчас все не выяснить, то это конец! Ты понимаешь?
– Я уже это слышал, – ответил Сергей, сидя к ней спиной и наливая коньяк в рюмку.
Людмила подошла ближе и присела на диван.
– Налей и мне, – тихо попросила она.
– Я есть хочу, – отрезал Сергей, – если ты не выйдешь, то выйду я.
– Шилов!
Сергей вскочил с табуретки и, захватив сигареты, вышел из дома.
Он вернулся в дом, прошел на кухню и взял еще одну рюмку в шкафу.
Людмила, в сладкой истоме, откинула голову на подушку. В комнате воцарилась тишина. Слабый свет уличного фонаря как-то смешно и недосказано освещал только один угол комнаты.
– Боже, какая же я дура! – прошептала Людмила.
Она повернулась к лежащему рядом Сергею и провела ладонью по его лицу.
Шилов взял ее руку и поднес к своим губам.
– Ты улыбаешься? – спросила его Людмила, приподняв голову над подушкой.
– Странно, но точно так же подумал о себе, когда курил на крыльце, – ответил Сергей.
Людмила положила свою голову ему на грудь и обняла рукой.
– Я утром напишу ему, чтобы больше не пытался связываться со мной, – прошептала она.
– Не думаю, что это не даст тот результат, которого ты ждешь.
– Почему? – Людмила подняла голову и посмотрела на Сергея. – Я хочу просто это прекратить, – ответила Людмила. – Думаю, он меня поймет.
– Сергей, – в телефоне слышно было, что голос жены дрожал, – я ему написала.
– Ну, хорошо, – ответил Шилов, выходя из машины и направляясь к магазину, в котором ему всегда готовили неплохой кофе.
– Но он позвонил! – воскликнула Людмила.
– Я же тебе говорил, что не все будет так, как ты хочешь, – Сергей остановился и достал сигарету.
Он стоял возле огромного старого тополя. Ветер сбивал желто-коричневые, будто обожженные, листья. Они окутывали Шилова, словно пепел пожарища.
– Что он тебе сказал?
– Он упрекал меня в том, что я тебе обо всем рассказала, что я снова бросаю его, как тогда и, что Аллах не простит мне этого.
– Знаешь, Люда, – Сергей глубоко затянулся сигаретой, – тебе надо номер телефона поменять. Я куплю тебе другой, а этот заберу себе. Хорошо?
– Хорошо, – тихо ответила Людмила, – как скажешь.
Клиентов не было, так что Сергей решил поиграть в «косынку» на своем телефоне. Прошло больше десяти минут, как одно за другим, в телефоне Людмилы появились сразу три одинаковых сообщения с московского номера.
СМС
– Доброго и спокойного дня тебе, Мое Сокровище! Душевного покоя тебе, моя Родная! Вечером в «Одноклассниках». Целую.
Недолго думая, Сергей ответил ему…
СМС
– К чему это? Вы не поняли то, что я сказал? Этот номер у меня, и ваши «проверки» ни к чему не приведут.
Звонок не заставил себя ждать.
– Сергей, я прошу вас дать мне возможность переговорить с ней, – на этот раз голос Гаджиа звучал глухо.
– Я забираю Людмилу с работы в пять часов, так что через двадцать минут и звоните. Я дам вам с ней поговорить.
Гаджи, видимо, не ожидал такого ответа. В трубке была тишина.
– Прощайте, – Шилов прекратил разговор.
Звонок раздался, когда они уже подъезжали к Ривьере.
Шилов протянул телефон жене.
– Да, – заметно волнуясь, ответила Людмила.
– Лейла, – голос Гаджи звучал хрипло, но его можно было разобрать. – Ты, конечно же, имеешь право на все, в том числе и на то, чтобы знать, зачем и почему….
– Нет, не надо меня ждать. Я никогда больше не смогу жить по тем законам. И, потом, твое странное поведение меня просто пугает…. Что может случиться? Нет, все прощай!
Сидя на скамеечке в торговом центре перед бутиком, в котором Людмила отбирала бисер, Сергей крутил в руках телефон. Посетители сновали мимо него. Слышимые обрывки фраз говорили о том, каждый из них занят своими проблемами, которые они сами же себе и создавали. Шилов пощупал карман своей куртки. Флакон ее любимых духов ждал своего часа.
Сергей сидел и улыбался, наблюдая за женой.
Короткий зуммер телефона подсказал ему, что в телефоне есть сообщение.
– Не угомонится никак, – произнес Шилов, открывая почту. – Что ты на этот раз задумал?
Сообщение действительно было от Гаджи, но адресовано оно было уже Шилову.
СМС
– Сергей! Как развивались события на самом деле, спроси у Лейлы! И кто начал с чувств и, главное, что надо было рассказать и о чем, чтобы меня всколыхнуть? Ты, навряд ли, представишь! ДЫМА без ОГНЯ не бывает! Я – не ОГОНЬ! Я на эту тему не собеседник. А в такой ситуации любой мужик поддержку даст, тем более я, учитывая молодые годы. Переписке конец. Баста!
– Да, – произнес Сергей, стирая сообщение, – значит, ты вот такой джигит? Хочешь, чтобы и ни тебе, и ни мне, а сам, типа на подхвате…. Похоже, что этим дело не кончится…. Что-то здесь все-таки не так. А о личном пространстве действительно придется забыть.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.