Костюм Влад одолжил у отца. Александр Николаевич Акумов хоть и удивился, но без лишних расспросов вручил сыну один из своих сценических фраков.
Пиджак оказался велик в плечах, а брюки коротки. Торчащие из-под них тощие ноги в кроссовках придавали наружности Влада какой-то плутоватый хулиганский вид. Вместо рубашки он надел белую футболку с изображением детектива-пикачу на спине. Однако более всего его смущали длинные узкие фалды, свисающие до самых коленей. Но раздобыть другой костюм он не успел, поэтому со сходством с сорокой пришлось смириться.
Благотворительный прием проходил в драматическом театре. Влад прибыл на место заранее, однако внутрь заходить не стал. Он обосновался на скамейке в прилегающем сквере, откуда просматривался вход в бело-золотое здание в стиле ампир, украшенное колоннами и статуями древнегреческих муз. Спешащие на прием гости проходили сквозь аллею неподалеку от его убежища, скрытого за пышными кустами сирени.
Влад надеялся, что подкараулит губернатора на подходе к театру, чтобы поговорить до того, как его захлестнут события вечера. Но тот прибыл на прием на тонированной иномарке, которая бесцеремонно проехала по пешеходной аллее и остановилась прямо у входа, где начиналась красная ковровая дорожка. Влад всего на мгновение увидел его профиль, мелькнувший за спинами телохранителей.
Приема было не избежать. Выданный Анной Анубисовной билет жег нагрудный карман. Влад с сожалением покинул свой наблюдательный пункт и, одернув фалды смокинга, направился к драмтеатру.
Перед приемом Владу пришлось не только отыскать приличный костюм, но и освежить в памяти знания. Оказалось, что имя губернатора он припоминает с трудом. Его звали Устин Константинович Носов.
«Устин Константинович Носов, У. К. Носов. Утконосов», – проговорил он про себя, создав в голове прочный ассоциативный ряд.
Подойдя к колоннаде, Влад увяз в толчее прибывающих гостей. Оказалось, о наряде он переживал зря – публика в драмтеатре собралась самая пестрая. Были здесь и женщины в пышных бальных платьях, и стиляги, одетые по последней моде, и любители джинсов и хлопковых футболок. Дирижерский костюм Влада был неким средним арифметическим среди прочих.
– Зачетный кафтан, – подмигнул ему парень в кожаной куртке и килте салатного цвета.
– С-спасибо, – искренне поблагодарил Влад и только тогда заметил, что клыки сами собой выдвинулись из верхней челюсти.
– И мейк! Граф Дракула нового столетия ратует за благотворительность, круть, – салатовый показал два больших пальца вверх.
– Еще раз с-спасибо, – пробормотал Влад. – Наверное…
Миновав стеклянные двери и предъявив пригласительный билет, он попал в людный холл с высоким сводчатым потолком и покрытой бархатным ковром лестницей с мраморными перилами. Между гостями сновали официанты, удерживающие на кончиках пальцев подносы с бокалами. Струнный ансамбль выводил популярную современную песню в классической обработке.
В центре холла под аркой из воздушных шаров проходила фотосессия на фоне баннера. На нем были изображены две ладони, образующие силуэт парящего голубя. «За партой вместе» – гласило название фонда. Звездой фотосессии был сам Устин Константинович Носов. Влад впервые увидел губернатора так близко не с экрана телевизора.
Это был пожилой мужчина, который, однако, не желал сдавать позиций: следил за фигурой, следовал моде и не брезговал маникюром. Его зубы сияли невозможной белизной, а линия роста волос благородно-серебристого цвета была неестественно ровной. За эту искусственную моложавость Устина Константиновича в народе звали «дедушкой-трансформером».
Каждый гость вечера стремился сделать снимок с главой города М. Щелчки затворов фотоаппаратов слились в единый стрекочущий гул.
Влад обошел зону фотосессии и пристроился у стойки неработающего по летнему времени гардероба. Он облокотился о деревянную столешницу и стал прикидывать, как бы подобраться к губернатору, чтобы пообщаться с ним без свидетелей. Сделать это под прицелом объективов не представлялось возможным.
– Привет, – вдруг сказал кто-то.
Влад повертел головой. Рядом никого не оказалось.
– Я здесь, – вновь подал голос невидимый собеседник.
Влад еще раз убедился, что поблизости никого не было и только потом догадался поглядеть вниз, где наконец обнаружил источник звука. У стойки гардероба стояла миниатюрная девушка из УГРо (та самая, что была в кабинете Лихова) и сверлила его недобрым взглядом.
На благотворительный прием она завила свои блестящие черные волосы мелкими кудряшками и надела легкое белое платье с рукавами-фонариками. Она напомнила Владу крылатых демов с картин художников Ренессанса. Купидоны, кажется, так их называли люди. Разве что этот купидончик стрелял не любовными стрелами, а разрывными гранатами.
– О, привет, – сказал Влад.
Их первая встреча вышла не слишком дружелюбной. Он так и не понял, чем разозлил новую знакомую, но решил попытаться исправить ситуацию. Все-таки они коллеги, хоть и из разных отделов.
– Отличный наряд, – осмелился он похвалить ее платье. – Такой э-м-м милый…
Комплимент вышел неуклюжий. Девушка сердито поджала губы и сверкнула узкими черными глазами в его сторону.
– И у тебя, – ответила она, оглядывая его фрак. – Ограбил музей исторического костюма?
– Нет, – стушевался Влад. – Одолжил у отца, он дирижер.
– Хм, – испустила язвительный смешок девушка и презрительно вздернула подбородок.
Повисла пауза. Звук солировавшей в ансамбле скрипки зазвучал особенно пронзительно. Избегая смотреть на собеседницу, Влад обежал глазами холл. Странно, Михалков говорил, что это благотворительный прием для демутантов-школьников. Но демов, а тем более школьников, среди собравшихся не было.
– Ты здесь какими с-судьбами? – Влад вновь предпринял попытку завязать вежливый разговор.
– А сам как думаешь? – спросила девушка с долей раздражения. – Такими же, как у тебя. Расследование.
– Что? – Владу показалось, он ослышался.
– Ты не в курсе? – удивилась она. – ДУГРо и УГРо договорились о сотрудничестве по этому делу. Так что будем делиться результатами: все мое – твое, все твое – мое. – Она делано улыбнулась ему, не скрывая того, что совсем не рада перспективе совместной работы.
«Вот так новость, – подумал Влад. – Михалков не предупредил, что на приеме будет еще кто-то из розыска. Неужели старший следователь решил, что я не справлюсь самостоятельно, – кольнула неприятная мысль. – Может, и второй угрошник здесь?»
– А где твой этот… – Влад приложил палец к верхней губе на манер усов и сдвинул брови, изображая коллегу девушки. Та глянула на него через плечо и невольно хмыкнула.
– Титов? Он – следователь. Они выезжают только на места преступлений, а в остальное время сидят в кабинете, составляют официальные бумаги и все обмозговывают. А разыскной работой занимаемся мы, – сказала она. – Ты ведь тоже оперативник?
Влад только теперь сообразил, что на радостях не удосужился узнать, на какую должность его приняли в ДУГРо. Хотя он был готов работать и уборщиком, лишь бы разрешили участвовать в расследовании.
– Ну да, – невозмутимо сказал он и поспешил переменить тему. – Я в тот раз не узнал, как тебя зовут.
– Женя. Югай, – представилась девушка. – Лучше Женька.
– Влад, будем знакомы.
Он протянул руку. Женька нехотя повторила его жест. Влад несильно сжал ее ладонь – она оказалась на удивление твердой, с мозолями на подушечках. Как только он отпустил Женькину руку, она убрала ее за спину и попыталась незаметно вытереть о юбку. Влад усмехнулся про себя – боится заразиться демутацией? Какая нелепость!
– У тебя есть план? – перешла она к делу. – Как ты подберешься к губернатору?
Влад пожал плечами.
– Просто дождусь момента, когда Носова не будет окружать толпа, а там видно будет.
– Очень изобретательно – «там видно будет», – передразнила Женька. – А вы гений сыска, месье Пуаро.
– У тебя есть идея получше?
Влада начинала злить ее неприкрытая неприязнь. Он скрестил руки на груди и выжидательно поглядел на Женьку с высоты своего роста.
– Вообще-то лучшая возможность подойти к Носову – на фотосессии, – снисходительно объяснила она. – Сейчас к нему пускают всех кого ни попадя. А потом он уйдет в ВИП-ложу, и за ним везде будут таскаться два вон тех шкафа с кобурами под пиджаками.
Она права, не мог не признать Влад.
– И почему тогда ты до с-сих пор с-стоишь здесь? – резонно поинтересовался он.
Женька хмуро глянула на него.
– Я уже подходила, Носов меня отшил, – призналась она, и ее щеки слегка порозовели. – Просто отмахнулся, не успела я и рта раскрыть. Принял за школьницу. А потом меня оттеснили другие желающие сфотографироваться. Не могла же я устраивать толкотню перед журналистами.
Влад оценивающе поглядел на Женьку. Ее макушка едва доставала до его плеча, руки и ноги были тонкими, как прутики, а лицо – маленьким, в форме сердечка. Наверняка у нее до сих пор спрашивали паспорт в магазине.
– Проблемы людей низкого роста, – кивнул он с сочувствием.
– Как будто такому дылде, как ты, это знакомо! – мгновенно вскипятилась Женька.
– С-скажем так, я знаю, каково это не подходить под общепринятые с-стандарты, – вздохнул Влад.
Женька поглядела на него, как будто впервые увидела, но ничего не ответила и отвернулась. Владу показалось, что даже кудряшки на ее затылке сердито встопорщились.
Где-то в глубине здания отчетливо прозвенел театральный звонок, возвещая о скором начале представления. Ждать дольше было нельзя.
– Выходит, теперь моя очередь. – Влад выпрямился и разгладил фалды фрака. – Пожелаешь удачи? – И, не дожидаясь очередного саркастического комментария, вклинился в толпу.
– Удачи, – едва слышно бросила Женька вслед долговязой фигуре в чудаковатом костюме.
***
Чтобы добраться до губернатора пришлось отстоять очередь. Наконец, Влад переступил невидимую черту и оказался под прицелами объективов. Расставленные по бокам софиты жарили, словно солнце в полдень. Удивительно, как Носову удавалось оставаться таким свежим и бодрым, ведь он простоял тут не меньше получаса.
Губернатор растянул губы в дежурной улыбке, как вдруг в его глазах блеснула искра интереса:
– О, демутант! – воскликнул он. – Очень рад, очень.
Они протянули руки для пожатия. Губернатор крепко стиснул запястье Влада и притянул его поближе. Влад почувствовал запах крепкого табака, слегка перебитый ароматом одеколона.
– Попозируйте со мной, а то, представьте себе, на мероприятии в поддержку демутантов нет ни одного дема. Ума не приложу, как так вышло. Очень выручите, – тихо сказал Носов, едва шевеля губами. – И сделайте милость – улыбнитесь пошире.
Губернатор стиснул его плечо, и Влад оскалился в улыбке, выставляя напоказ клыки. Он не любил, когда на его демутацию глазеют, но ради дела приходилось терпеть. Жадно заклацали затворы. Шквал вспышек превратился в сплошную белую пелену. Глаза заслезились, и Влад яростно заморгал.
– Устин Константинович, расскажите о том, что будет сделано в рамках проекта! – выкрикнул кто-то из журналистов.
Щелчки затворов стихли, и перед баннером образовалась неуютная тишина. Сквозь выступившие слезы Влад увидел, как перед губернатором возник микрофон на длинной телескопической палке.
– О, для этого не хватит и целого вечера, – фаянсово улыбнулся губернатор. – Со всем перечнем будущих изменений вы можете ознакомиться на официальном сайте правительства.
Журналист качнул микрофоном, словно удочкой, на которую готовился поймать крупную рыбу, и направил его на Влада. Губернатор по-прежнему крепко сжимал его плечо.
– Скажите, а вы как представитель своего вида поддерживаете политику городской администрации?
Влад замялся:
– Э-эм, наверное… То есть я…
– Конечно, поддерживает. Правительство заботится о благе каждого жителя города М., – перебил его Носов. – Благодаря фонду «За партой вместе» мы сделаем оборудованные классы, в которых будут учиться демутанты с физическими особенностями. А в будущем создадим отдельную специализированную демо-школу. Таким образом, дети-демутанты и человеческие школьники не будут отвлекать друг друга от учебы, и качество образования вырастет.
Влад выскользнул из-под руки Носова.
– С-специализированную демо-школу? – переспросил он, отступив на полшага. – То есть демы будут учиться отдельно от людей?
– Разумеется, – подтвердил Носов. – За городом. В часе езды от М. есть великолепное место. Живописнейшая природа, очень уединенное.
Влад уставился на губернатора.
– И школьниками придется каждый день ездить в область? – спросил он.
– Конечно же нет, что за глупости. Это будет школа-интернат. Так будет удобнее всем, – с легким нажимом в голосе сказал Носов, продолжая улыбаться так, будто у него свело челюсти.
Глаза губернатора нервно обежали толпу вокруг баннера. Теперь их разговор слушали не только журналисты, но и те, кто стоял в очереди на фотосессию.
– Не уверен, что проект Лихова заключался именно в этом, – возразил Влад. – На с-сколько я знаю, он хотел, чтобы человеческие дети и демы учились вместе. Демутанты должны становиться частью общества, а не изыматься из него.
Губернатор разразился внезапным смехом, похожим на крик чайки, которая увидела на причале дохлую рыбу.
– А-ха-ха! Кто говорит о том, чтобы изымать детей-демов из общества? Просто мы полагаем, что ничего не должно отвлекать школьников от учебы, – сказал Носов елейным тоном.
Но его глаза сверкнули холодным блеском, словно сталь меча, показавшегося из ножен.
– Так мы воспитаем людей, который будут с-считать, что демутанты – это что-то ненормальное. Это приведет к еще большей изоляции демов, неужели вы не понимаете? – горячо выпалил Влад.
Теперь их, кажется, слушали все собравшиеся в холле. Влад понял, что уже некоторое время не играет оркестр. Воцарилась такая тишина, что стало слышно, как снаружи катятся по проспекту машины.
– Что ж, у правительства другое мнение на этот счет, – наигранно осклабился губернатор. – Но я открыт для дискуссий. И приглашаю вас, молодой человек, обсудить этот вопрос лично, – он сделал акцент на последнем слове. – Да хоть сегодня в губернаторской ложе. Позвольте узнать, как зовут столь смышленого юношу?
– Влад Акумов. Демутант.
Они обменялись крепким рукопожатием, от которого у Влада хрустнули пальцы.
– Очень рад, что представители демутантского сообщества ценят нашу инициативу, – громко сказал губернатор. – До скорой встречи!
Влад с облегчением покинул свет софитов. Только вновь оказавшись в толпе, он понял, что едва дышал от волнения.
– Господи, он вцепился в тебя, как Тузик в упавший кусок колбасы, – вышла ему навстречу Женька. – Хотя потом, кажется, пожалел об этом. Как тебе это удалось?
Она смотрела на него с интересом.
– Не имею ни малейшего понятия, – признался Влад.
– Ах да, конечно, ты же импровизатор, – фыркнула Женька.
Она схватила с подноса официанта бокал шампанского и залпом опрокинула в рот. На ее глазах выступили слезы.
– Иначе не справлюсь, – пояснила Женька в ответ на удивленный взгляд Влада.
– Почему? – спросил он.
– Я же Югай.
Влад пожал плечами – ему все равно было не понятно.
– Правда не знаешь? – удивилась Женька. – Мой папа – глава УГРо, и я его плюс один сегодня вечером, – она печально покачала головой. – Представить не могу, что мне придется выслушать, когда он узнает, что меня обскакал какой-то дем.
***
В губернаторскую ложу Влад отправился один. Женька осталась в партере. С мученическим выражением на лице она вошла в зрительный зал под руку с пожилым мужчиной в парадной форме с кобурой на поясе. Он был небольшого роста, со строгой прической на пробор и двигался с некоторой деревянной грацией, отчего издалека походил на лего-человечка.
Вход в губернаторскую ложу находился на третьем этаже. Влад поднялся по лестнице и, никого не встретив на пути, отыскал дверь с надписью «ВИП-ложа. Посторонним не входить». Он постучал – ему не ответили. Тогда Влад повернул ручку и оказался в торжественном зале.
Он был украшен золотыми драпировками, цветами и свечами и напоминал ресторан, где проводят свадьбы. Наряженные гости толпились вокруг двух длинных столов с напитками и закусками. Вдали, где-то за тарталетками и горлышками винных бутылок, виднелась приоткрытая дверь, через которую можно было разглядеть бархатные кресла в два ряда и куполообразный потолок с люстрой-канделябром.
Носов тоже был здесь. Он перемещался от одной компании к другой, словно расторопный шеф-повар, который следит за работой кухни: вовремя помешивает то, что закипает, снимает с огня подгорающее масло и подсыпает специи в пресное блюдо. Было заметно, что губернатор пребывает в приподнятом настроении.
Раскланявшись с одними из гостей, Носов завел беседу с женщиной пожилых лет в платье из черного бархата. Мочки ее ушей натянулись под весом серег с крупными алыми рубинами, а шею обхватывали несколько рядов жемчужных нитей.
Влад проскользнул между людей, стараясь не наступать на оборки пышных юбок, и оказался неподалеку от Носова. Губернатор стоял к нему спиной и с чрезвычайным воодушевлением говорил своей собеседнице:
– …Тогда-то я и предложил Лихову объединить усилия. И, как видите, не зря! Наш проект привлек внимание самых влиятельных благотворителей города, в том числе и вас…
Дама рассеянно кивнула, сделала изрядный глоток из винного бокала и спросила:
– Но где же сам Лихов? Я пришла сюда, чтобы лично познакомиться с ним. Его ждет великое будущее, уж поверьте – у меня на таких людей нюх. Не зря я вышла за своего супруга, еще когда он был простым рабочим на заводе. Я уже тогда знала, что он добьется успеха!
Из Носова как будто вышел весь воздух.
– Лихова сегодня не будет. Он неважно себя чувствует, но скоро вернется к делам. Возможно… – проговорил он так, будто с трудом выталкивал изо рта слова. – Надеюсь, его отсутствие не испортит вам настроение и не скажется на желании помочь проекту. Хорошего вечера.
Носов торопливо откланялся и с помрачневшим лицом направился к накрытому столу. Он взял чистый бокал и щедро плеснул в него коньяка из початой бутылки.
Влад тенью следовал за ним. Он просочился мимо группы, угощавшейся шампанским с устрицами, и приблизился к губернатору. Носов запрокинул голову, чтобы сделать глоток, когда Влад вырос перед ним, словно из-под земли.
– Добрый вечер, Устин Константинович. Мы можем поговорить?
Губернатор поперхнулся и закашлялся от неожиданности.
– Хэ-кхэм… Ах, это вы, – проговорил он, постучав себя кулаком по груди, и воровато оглянулся.
Большинство гостей были слишком заняты угощениями, но некоторые с интересом поглядывали на Влада, а в особенности на его бледное лицо и клыки, оттягивающие верхнюю губу.
– Если это не может подождать, тогда пройдемте сюда.
Носов прихватил бокал и поманил Влада за собой. От стены отделились две черные тени, но губернатор махнул охранникам рукой, и те отстали. Он открыл незаметную дверь, покрытую теми же бело-золотыми обоями, что и остальной зал, и со словами «здесь нам не помешают» предложил Владу войти.
Внутри оказалось небольшое помещение без окон, обитое деревянными панелями. Из мебели присутствовали только два кожаных дивана напротив друг друга и низкий столик с пепельницей. То ли курительная комната, то ли будуар для приватных встреч.
– О чем же вам так не терпится поговорить? – спросил Носов, плотно затворив дверь. – Хочу предупредить, что над проектом работали не только люди, но и демутанты. Так что он учитывает интересы обеих сторон.
Он не предложил Владу сесть и сам остался стоять, намереваясь как можно скорее покончить с разговором. В бледно-желтом освещении от единственной лампы-торшера серые глаза губернатора стали мутными, как переваренный бульон.
– Честно говоря, меня интересует вовсе не проект, – решил говорить напрямую Влад.
– Неужели? – холодно осведомился Носов.
– Да. Я работаю в Демутантском уголовном розыске, мы ведем дело озверения Лихова.
Он замолчал, наблюдая за выражением лица губернатора. Тот сохранил невозмутимый вид, однако на его виске вздулась вена, похожая на спутанный клубок земляных червей.
– А при чем здесь я? – спросил он.
– Мы проверяем алиби всех, кто был близок к озверевшему. Не хотели вызывать вас повесткой, чтобы дело не получило публичной огласки, – сымпровизировал Влад.
Губернатор слегка дернул уголком рта.
– Очень признателен.
– Но с-следствию поможет, если вы ответите на несколько вопросов. А мы постараемся, чтобы ваше имя не появлялось в этой печальной истории.
– Что ж, тогда спрашивайте.
С этими словами Носов опустился на диван и откинулся на спинку. Бокал он поставил на колено, придерживая его узловатыми пальцами. Влад занял диван напротив. Он вытащил блокнот с ручкой и приготовился записывать.
– В каких отношения вы были с-с Лиховым? – спросил Влад.
Носов медленно поднял бокал, сделал глоток, издал приглушенное «ах», наслаждаясь послевкусием напитка, и только потом ответил:
– В деловых. Виделись только на работе, созванивались исключительно по административным вопросам. Уж поверьте, в кабаках с демами я не сижу, – сказал он.
– А как насчет политического с-соперничества? – пропустив колкость о демах, продолжил Влад. – Лихов был вашим оппонентом на предыдущих выборах…
Носов презрительно поджал губы.
– У нас не было никакого соперничества. По сравнению со мной Лихов не конкурентоспособен.
– А я с-слышал, что перед прошлыми выборами вы намеренно с-создали должность вице-губернатора по делам демутантов, чтобы вывести его из предвыборной гонки.
Носов прищурился, разглядывая Влада, затем сделал еще глоток. Бокал опустел более чем наполовину.
– Досужие домыслы, – ответил он после паузы. – Лихов как нельзя лучше подходил для этой работы, вот и все. Кто еще мог справиться с обязанностями вице-губернатора по делам демутантов, как не дем?
– В правительстве есть и другие демутанты.
– Есть, – кивнул губернатор. – Но он был лучшим. Глупо это отрицать.
– Ясно, – Влад сделал пометку в блокноте. – Тогда с-следующий вопрос: встречались ли вы с-с Лиховым в вечер, когда произошло озверение?
– Что? – опешил Носов, но тут же взял себя в руки. – Насколько я помню, нет.
– Однако Лихов оставил записку, где упоминал вас…
Глаза губернатора заблестели. То ли от выпитого алкоголя, то ли от плохо скрываемого гнева.
– Вы меня в чем-то обвиняете?
– Нет, что вы… Мы проверяем алиби всех, кто мог быть с-с Лиховым в тот вечер, – поспешил пояснить Влад, не давая уголькам в глазах Носова разгореться. Он узнал еще не все, что было нужно. Если губернатор рассвирепеет и выпроводит его из комнаты – это делу не поможет. – Может быть, если вы встречались, то заметили что-то с-странное. Может, Лихов упоминал о предстоящей встрече?
– Честно говоря… Понимаю, что это прозвучит не убедительно… – чуть смягчился Носов. – Но я на самом деле не помню, чтобы пересекался с Лиховым в тот вечер. Или в какой-либо другой вечер на неделе. – Он втянул остатки коньяка и с громким стуком опустил стакан на столик между диванами. – Можете уточнить у моего референта, если не верите. Он ведет записи и составляет мое расписание. А в котором часу, собственно говоря, обнаружили Лихова? – осведомился Носов.
– Мы не разглашаем эту информацию, но нас интересует временной промежуток с-с девяти часов вечера до полуночи.
– Что ж, – губернатор даже не попытался скрыть довольную улыбку, которая проступила на его лице. – Оказывается, у меня есть алиби. На момент озверения Лихова я был в филармонии.
– Кто это может подтвердить?
– Человек сто, а то и двести зрителей, которые были на концерте вместе со мной. Кроме того, есть фотографии на сайте филармонии. Можете лично проверить, я прекрасно помню, что фотографировался со множеством людей в тот вечер.
– Охотно верю, – сказал Влад, вспомнив ажиотаж вокруг губернатора на фотосессии в холле.
– Так что, значит, вопрос закрыт? – уточнил Носов, поднимаясь и протягивая руку.
– Закрыт, – согласился Влад. – На с-сегодняшний день.
Он тоже встал и пожал протянутую ладонь.
– Но в с-случае чего…
– Звоните моему референту. И больше не подкарауливайте меня на официальных мероприятиях, – усмехнулся Носов. – А теперь извините, у меня еще есть дела.
Он открыл дверь и, оставив грязный бокал на столике, торопливым шагом покинул комнату. Вдали два раза прозвенел театральный звонок.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.