Долго будет Карелия сниться,
Будут сниться с этих пор
Остроконечных елей ресницы
Над голубыми глазами озер…
Ким Рыжов
«Кто побывал хоть раз в Карелии, не забудет ее никогда, – начал свой рассказ Травник, – ее заслужено называют озерным краем, а еще краем белых ночей, краем радуг и лесов. В общей сложности на территории республики находится более 73 тысяч водоемов, естественных озер более 28 тысяч, их доля составляет более 99%. Общая площадь водного покрытия – около 36 тысяч кв. км. Коэффициент озерности в границах Карелии – около 18%, это один из самых высоких в мире. Если сравнивать с богатыми внутренними водоемами таких стран, как Финляндия, Швеция и Канада, этот коэффициент составляют 8—15%.
Лесные озера (лампи) в Карелии имеют свою особенность: они могут быть небольшого размера, который можно просто перешагнуть, как «лужу», но при этом быть очень глубокими. Терентий рассказывал, что когда с другом решили измерить глубину небольшой такой «лужи» с начала палкой, а потом длинным шестом, то часто не нащупывали дна. Тогда они привязали камень к веревке длиной 8—10 метров и таким образом экспериментально измеряли встречавшиеся в лесу лампи. Бывало, что и камень на десятиметровой веревке не достигал дна. Так что знание таких особенностей небольших лесных озер в прямом смысле спасает человеческую жизнь.
Карелия многогранна, велика и интересна, полна многих тайн и загадок. Необыкновенная энергетика гор и камней способна творить чудеса, например, шунгит – единственный минерал на земле, который проводит электрический ток. Его обрабатывают вручную, т.к. этот процесс достаточно травмоопасный – можно порезаться, при этом раны от порезов при его обработке не гноятся и заживают очень быстро.
Страна озер наполнена необъяснимыми явлениями. Бродящие между деревьев призраки, лабиринты, мертвые деревья и царство обрядовых камней, НЛО, места силы, скопления блуждающих огоньков на лесных полянах… Терентий и сам не раз в походах по Карелии наблюдал такие огоньки. А ещё, Карелия, это необъяснимые случаи исчезновения людей и такого же внезапного их появления. Они не могут объяснить свои долгие блуждания по лесу, хотя на самом деле могут находиться в двух шагах от места стоянки лагеря. Народ метко определил такое явление – «заблудился в трех соснах». А бывает и так, что оказавшись в незнакомом месте, путешественники не могут понять, как туда попали. Сегодня наука не дает объяснения всем этим феноменам. О подобном случае рассказал и Травник, вернувшийся однажды из очередного похода по Карелии.
Как-то раз, путешествуя по озерам, у него с другом случилась очень странная и во многом непонятная история. Заранее договорившись о месте встречи, ребята добирались до него порознь. Терентий на место приехал раньше и, разбив палатку на берегу одного небольшого, размером со школьный стадион, озерца, красиво вписанного в лесной массив, стал дожидаться друга. По его расчетам приятель должен был приехать рано утром следующего дня. На рассвете Терентий действительно услышал голос приятеля. Выйдя из палатки, он увидел Виктора на противоположном берегу, приветственно машущего ему рукой. «Ставь кан, я чаю хочу!» – крикнул тот и повернувшись, начал бодро обходить озеро. Лесистые берега просматривались, как на ладони. Кое-где были подтопления, обильно поросшие высокой травой, а потому пройти точно по берегу было затруднительно, приходилось их обходить, углубляясь в лес. Дойдя до поваленной ели, Виктор повернул в сторону леса и пропал из виду. Больше Терентий друга не видел. Прошел час, другой… Терентий его звал, аукал, но тот не отзывался. Тогда прихватив с собой топорик, он пошел на противоположный берег озера, и обойдя топь, вошел в лес, примерно в том, по его расчетам, месте, где до этого он и видел друга. Побродив, некоторое время по лесу, не заходя глубоко и покричав для порядку, Терентий вернулся обратно к палатке и костру, и стал ждать.
Так прошел день, наступил вечер, Терентий рассчитывал, что к закату друг появится, но и к закату он не появился, не пришел и позже. Явился Виктор лишь часам к 10 утра следующего дня, уставший и молчаливый. На вопрос Терентия, что случилось, тот недовольно буркнул, что заблудился. Честно, это было странно слышать от опытного путешественника, не один год странствовавшего в одиночку в том числе и в этих местах. Виктор хорошо знал и горы, и лес, и повадки дикого зверя и было совсем непохоже, чтобы он заблудился, тем более там, где он бывал не раз и ему многое было здесь знакомо.
Терентий заварил чай, сделал бутерброды, сел и вопросительно взглянул на друга. Тот, почувствовав его взгляд, нервно произнес:
– Ну, что смотришь? Во оно как бывает! – и сделав небольшую паузу, как-то истерично добавил:
– Да леший меня водил!
Потом достал свой любимый «Беломор», дунул в папироску, прикурил, неспешно затянулся, и видимо немного расслабившись, продолжил:
– Я-то его вижу… А он встанет у дерева, да руками к себе зовет, манит. Я все понимаю и идти-то не хочу, а иду, против своей воли иду, и ничего сделать не могу. А он меня вглубь леса затянул и бросил. Я вроде как задремал, а очнулся, так уже затемно было. Наваждение какое-то… Сам понимаешь – по ночному лесу бродить – себе только в убыток будет, вот я и решил утреца дождаться, а там и выбираться…
– Ты бы хоть крикнул, – с укором произнес Терентий.
– Хм, тут, скажу тебе, я не то что крикнул, я орать начал… Даже подумал, мол, во гад, дрыхнет небось, а я тут корячусь по камням, да мшельникам, – завершил рассказ Витька и смачно матюгнулся.
– Странно… Я ничего не слышал.
– Понятно… Думаю, это все потому, что дня два тому назад я крестик посеял, а новый не купил. Зарекся же без креста в лес не ходить, а – пошел, вот на лешего и нарвался.
Первый раз Терентий побывал на острове в конце 90-х, приехал туда с другом ранней осенью. Путешествие впечатлило, понял, что приедет еще. Прошло более пяти лет, и вот, в начале июня 2004 года он собрался на Валаам повторно, но теперь уже один. Из поездок, а было их три, он пришел к выводу, что место это всегда разное, и дело не в настроении, и не в погоде, а в чем-то неуловимо другом, скорее, в личном характере самого Валаама. А характер у него, замечу, не просто дождливо-солнечный, а и суровый, и молчаливый, и отстраненный, но и внимательный бывает. Подплывая к острову, тебя встречает каменистый, в вековых трещинах берег, поросший соснами-великанами. Вступать на него немного тревожно, но то умиротворение, которое тебя охватывает в Спасо-Преображенском соборе всегда благостно.
Спасо-Преображенский монастырь. 2007 год.
Из дневника поэта-путешественника:
«Высаживаюсь в монастырской бухте и сразу иду прогуляться в сады, уж больно они хороши. Кстати первый сад на острове, на котором не было тогда ни пяди пригодной земли, был разбит еще при игумене Дамаскине. Землю везли с материка на лодках, а это несколько десятков тысяч мешков! Саженцы молодых яблонь и вишен осенью укутывали в толстые соломенные шубы, а весной обшивали досками, пытаясь уберечь кору от зайцев. У меня дача в Подмосковье, и я не понаслышке знаю, какой вред могут нанести зайцы дереву, а их зимой на кору яблонь, ох, как тянет! Узнал, что в ту пору на Валааме выращивали даже арбузы! Между прочим, не хуже, чем на Украине и в Молдавии. Поверить в это чудо, сотворенное трудом монахов несложно, глядя на то, как обильно цветут в начале июня здешние яблоневые сады.
Аллея вековых лиственниц, ведущих к Игуменскому кладбищу.
Аккурат в это время я и выбрался, и скажу вам, не прогадал. Приехал, отстоял Всенощную, переночевал. Решил: завтра сразу после Литургии идти на кладбища, их на острове два. К Игуменскому, наиболее старому и большому, ведет аллея вековых лиственниц. Отправился сперва туда, т.к. в первый раз это не удалось.
Признаюсь, что с детства боюсь кладбищ, но все-таки пошел. Иду тихо-тихо, почти не дышу, а тут еще туча подоспела. Потемнело, ветер подул, закачались и заскрипели старые корабельные сосны.
Добрался… Не знаю, как сказать (но не гуляю же!), хожу по некрополю старого Игуменского кладбища. Рядом с Преображенским собором, за оградой с трубящими ангелами, покоятся монахи и богатые купцы, мещане и крестьяне. Надписи на некоторых надгробных плитах почти стерлись от древности лет. Начертанное поражает: «Под этим камнем похоронен, молчавший 14 лет и скончавшийся на 84 году жизни монах». На другом надгробии написано сколько лет, дней и… часов прожила на земле некая горожанка. Предполагаю, что богатая. Потому что прожила она немало. На Валаамском кладбище чести быть похороненными удостаивались либо очень праведные, либо состоятельные люди. После кладбища продолжил знакомиться с окрестностями.
По преданию, Игуменское кладбище возникло там, где по завершении настоятельской деятельности уединенно жил игумен Назарий (1782 – 1801), старец-подвижник из Саровской пустыни. В годы его управления началось каменное строительство на Валааме, была составлена географическая карта монастырских островов Ладоги, вводится строгий Саровский устав, регламентирующий и порядок богослужений, и жизнь монахов. От кельи о. Назария осталось одно основание, но сохранился памятный крест, поставленный о. Дамаскиным на этом месте.
Однажды во время грозы в дерево ударила молния, отломив большую ветку, а на месте слома проступил лик игумена Назария.
Лик старца Назария на дереве Игуменского кладбища. 2007 год.
Основной остров архипелага довольно большой: 9,5 км в длину и 6 км в ширину. По нему можно гулять часами. Хочется посмотреть, как можно больше, а потому я на пристани беру на прокат моторную лодку и отправляюсь в плавание. Именно с воды многое и видно: скиты, храмы, мосты и серо-желтые валуны, усиженные пригревшимися на солнце чайками. На этот раз мой капитан, бывалый паренек, угостил меня копченой монастырской рыбкой. Плыли и останавливались прямо у скал. Разглядывал и читал древние надписи, начертанные на нависших над водой серо-рыжих скалах. Наблюдал в бинокль за жизнью местных жителей.
Кстати сегодня на острове живёт около двухсот человек. Есть семьи с детьми, есть школа. День был очень насыщен впечатлениями, а завтра вновь на архипелаг.
На Валааме
Заметил, что день здесь, что неделя тянется. Поинтересовался у попутчиков – у них такое же ощущение. Видимо одним из свойств этих мест является продление жизни всякого, кто здесь бывает».
Когда бы все пути земные
В один, искомый, в ней сошлись,
Слова прошения простые
В молитве устремились б ввысь,
То в час сей, посланный любовью,
Слёз умиленья, не тая,
Её венчал бы я строкою:
Блаженна Родина моя!
Эти строки спустя много лет, в 2014 году напишет Терентий Травник, в своем стихотворении «Родина».
Валаам. 2007 год.
Бывала и я на Валааме. Скажу вам – место благодатное, впечатляющее своей основательностью и стойкостью. Поражает все: от великанов сосен, пробивающих корнями гранит, до позднего захода солнца, когда к полуночи еще только начинает смеркаться, от незабываемых закатов до прозрачного воздуха, пропитанного тишиной, но главное – это сам дух Валаама – вечный и проникновенный. Врезалось в душу общение с монахами, когда за полночь возвращались мимо Игуменского кладбища. Чернецы угостили нас крыжовником и рассказывали невероятные истории о своей жизни на острове. Густой чистый воздух Валаама проникал в каждую клеточку и с каждым вдохом душа и тело очищались и воспаряли, напитываясь благодатью и молитвенностью этого места. Там на Валааме впервые исповедовалась, смывая слезами все свои неправильности в жизни. Суровый монах подарил мне на память образок Серафима Саровского и молитовку к нему.
Обычно Терентий заезжает в Нилову пустынь, когда направляется в Тверь. Однажды решил он попробовать поехать с паломниками из Москвы от метро Юго-Западная, прямо со стоянки перед храмом Архангела Михаила в Тропарёво – понравилось. Замечу, что последнее время ему вообще нравится ездить паломническим туром.
В середине мая, вечера прохладные, а днем тепло. На этот раз он отправился в пустынь на машине с Петром, прихожанином храма Свт. Бориса и Глеба в Зюзино. Тронулись с хорошим настроением. По дороге прихватили еще и семью – маму с двумя детьми, тоже из прихожан храма. Поездка целевая, все свои, а потому во время нее читали нараспев молитвы. В монастыре их ждали Литургия и Причастие. Пётр за рулем, ну, а Терентий, как водится, штурман.
За разговором незаметно пересекли границу Тверской земли, проехали через город, скорее городок, воинской славы Ржев. Тогда он не в очень хорошем состоянии пребывал. Миновали высоченный мост через Волгу. Недалеко от него ее исток. Терентий дал команду, и направил экспедицию в Оковцы́, благо бензина хватит. Здесь в лесах есть старый и очень интересный святой источник (подворье Ниловой пустыни).
Бьёт ключ с большой силой с глубины около 900 метров. Говорят, что, когда на свете иссякнут все источники – только этот и продолжит свою жизнь. Здесь несёт службу один батюшка и несколько жителей. Доехали, окунулись, выпили чайку, помолились и направились в сторону озера Селигер.
Нилова пустынь находиться на острове Столобный посреди озера Селигер. Уже на подъезде заметно меняет свой вид и ландшафт природа. Преобладают кругом сосны. Красота и северность, а по сторонам открываются зеркальные глади озер. Селигер, насколько мне известно, скорее сеть озёр. Конечный населенный пункт перед островом – это Светлица. В советское время одну из церквей монастыря разрушили, а из кирпичей сделали 50 метровую дамбу на материк.
Сама же история возникновения пустыни такова: молодой инок по имени Нил обосновался на необитаемом острове Столобном в 1528 году. Первую зиму прожил в собственноручно выкопанной пещерке. Затем срубил себе часовенку из дерева и начал в ней молиться. Про монаха проведали люди с материка и зачастили к нему кто за помощью, кто за советом. Неожиданно с приходящими людьми стали происходить чудеса – множество исцелений случилось в ту пору. Молва о Преподобном Ниле быстро разлетелась по округе. Тогда монах сменил подвиг отшельничества, так как одного его с той поры не оставляли, подвигом вечного стояния – это когда запрещаешь себе сидеть или лежать. Срубил Нил себе заранее гроб и могилу выкопал. Когда болезнь ног стала совсем невыносимой, он вбил в своей часовне крюки в стену и опирался на них, чтобы хоть иногда ноги отдыхали. В тот момент, когда к чудотворцу прибыла молодая паства в помощь, он умер. Нашли его висячим, точнее опирающимся на крюки, положили в гроб, а гроб в им же выкопанную могилу. В честь чудотворца на острове основали монастырь – Нило-Столобенскую пустынь.
Ехали путешественники с умеренной скоростью, а потому прибыли в монастырь после полудня. Неожиданно Терентий встретил знакомого монаха, тот и определил их на постояльство. Пошли заселяться. На этот раз в паломническую гостиницу. Ужинали в общей столовой. Все люди, в основном, женщины средних и старше лет, хором распевали молитвы, это обычное дело в монастырях, и вкушали постные блюда. Кормили вкусно.
Пеший проход на остров Столобный через Светлицкую башню (1863).
Из дневника поэта-путешественника:
Еще до ужина купили монастырский квас, местный хлеб и монастырский брусничный морс. Петр решил вздремнуть, а я прогуляться и осмотреть остальную часть острова. Кроме монастыря, кстати без стен – вместо стен вода, здесь ещё некоторые хозяйственные постройки неизвестного назначения. Раньше весь остров монастырю принадлежал, а теперь здесь работники наёмные живут, и добровольные трудяги-трудники. Дрова заготавливают, сено. При монастыре несколько коров, куры и много кошек, яблоневый сад и огороды. На краю острова стоит отдельная белая церквушка.
Вечереет, и над озером расстелился туман. Ночной Селигер суров. Монастырь в темноте и тумане, кое-где светятся окошки. Просто побродил, послушал тишину и вернулся в кровать.
Встали засветло. Умылись. Те мужики, что с нами в гостинице живут попросили «помочь» нас с завтраком – много слишком набрали припасов. Неожиданно в нашем рационе появились котлеты, картошка, помидорчики, лучок и бутерброды с икрой мойвы.
За завтраком с Петром приняли решение посетить другие острова. Нашли капитана-перевозчика, подсели в моторную лодку. Наша цель – Белое озеро. С Селигером оно соединено небольшой протокой. Глубина тут минимальная. Разница в озерах следующая – Селигер питается водой торфяников – вода у него жёлтая, а Белое озеро питает ключ, а потому вода имеет белый оттенок (по мне так просто более прозрачная). По берегам множество долговременных стоянок для отдыхающих.
Плывем и любуемся. Сосновый лес вокруг озера, вода почти ровное зеркало. Очень красиво. Вышли на берег, наш капитан отправился к знакомым, а мы с Петром решили пройтись. Везде цветёт сирень, а чуть поодаль продают рыбу: копченую и сушеную. Беру несколько рыбёх себе и домой, пусть домашние рыбку с Селигера откушают.
Обедаем и выезжаем в город Осташков. Неожиданно принимаем решение и направляемся в Житный женский монастырь. Обитель медленно и не спеша восстанавливается после Советской эпохи. Монахини воспитывают сирот. Осташков, в первую очередь это город, окруженный с трёх сторон водами Селигера. Ещё с дореволюционных лет стоят здесь многочисленные деревянные (для бедных) и каменные (для богатых) жилые дома.
Гуляя, мы с Петром так и не нашли ни одной пары похожих. Городок очень в плохом состоянии, хоть и известен аж с 1312 года.
Полна деревня тишиною,
Покоем незвуков полна.
Особым – повечерним боем
Течёт по улице волна.
Сливаясь с ароматом пряных,
Июльски переспелых трав,
Волна без всякого изъяна
Скользит, и теплятся в домах
Лампадки. Огоньки свечные
Видны сквозь кружево окон.
Такой была всея Россия
Здесь с незапамятных времён.
Такой и вновь ее внимаю!
Сквозь вёрсты невозвратных лет
Сюда вернулась Русь Святая —
России негасимый свет.
Старые дворики, кривые заборчики, с боку от калитки почти всегда лавочка, а ещё любопытные, но приветливые, если зайдёт какой-никакой разговор, люди. Было время и я мечтал жить именно вот в такой глубинке, да так, чтобы долгими осенними дождливыми днями, сидя в комнате-мастерской, писать и писать рассказы и повести, а то натянуть парочку холстов, да и запечатлеть местную жизнь в масле, при этом полностью, с головой, погрузившись в ощущения этой необыкновенной тишины.
Устаешь от столичной суеты, вот и мысли такие в голову лезут. Нет в городской жизни ничего для творчества. Для меня путешествие, это и есть та связующая среда между моими картинами, мелодиями и стихами. Если можно так сказать, то это самый универсальный растворитель и очиститель, который когда-либо знала моя душа. Когда надо он растворяет сложности и усталость, а где необходимо очищает мысли и душу от дурных воспоминаний… Накопится усталость и айда странствовать по российским дорогам да тропочкам. Кто хаживал, тот знает: вся дурь из головы вымывается, а ум остается. Тихий такой, покладистый умишка. А без него никак».
Из дневника поэта-путешественника:
Пятница вечер. Бегом на Ленинградский вокзал и в поезд Москва – Новгород на Волхове, он же Новгород Великий. Вагон приятно удивил, признаюсь, таких красивых и уютных я еще не встречал. Он был не только новый, но и высоко технологичный. Двери закрывались с помощью электронных карточек, в каждом купе телевизор, кнопка вызова проводника. Поинтересовался надписью на табличке: «выпущен в России, на Тверском вагоностроительном заводе».
Город был основан около реки Волхов, приблизительно в 6 км от озера Ильмень в 859 году. Господин Великий Новгород – Новгородская республика, как русское средневековое государство, существовало с 1136 по 1478 год и на сегодня является одним из самых древних городов Руси, с огромным количеством достопримечательностей, центром Новгородской области и находится в северо-западной части России.
Как правило, впечатления от Великого Новгорода делят на две части: Кремль, он же детинец и торговую сторону. Мне не хочется этого делать, так как впечатления от древнейшего города Руси невозможно разделить на фрагменты. Мощные каменные стены Кремля, белые фасады, золотые купола старых церквей и синие воды Волхова – все это потрясающий памятник тысячелетию России, единое гармоничное целое… Великий Новгород впечатляет и вдохновляет!
На территории Новгородского кремля.
В этих местах не носили лаптей, а ходили в кожаных сапогах, на улицах с древних времен простолюдины конструировали настилы, вели интересную переписку, могли сами себе выбирать князей и прогонять их, когда хотели. На берегу озера пел завораживающие песни купец Садко, на том самом месте, откуда, по преданию, был сброшен в реку кровожадный языческий бог Перун, а принимая участие в ристалищах новгородских витязей современности в полной мере возникнет ощущение связи времен с исконной Русской Землёй.
Старейший город России, центр торговли и ремесел времён средневековья, крупнейший партнер Ганзейского Союза в 12—17 вв., колыбель русской демократии, связующее звено между средневековой Европой и Русью, также рубеж на границе двух цивилизаций и все это Великий Новгород.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.