«Emma» kitabından alıntılar, sayfa 4

Важно чтобы сострадание побуждало нас всеми силами помогать несчастным, а прочее - пустая жалостливость, без всякой пользы растравляющая душу.

- Не знаю, мне это не понятно.

- Но так всегда бывает, папочка. Одной половине человечества всегда непонятно, почему что-то нравится другой.

Так вот, худшего общества для Эммы, по-моему, нельзя и придумать. Сама ничего не знает и оттого мнит, что Эмма знает все. Она воплощенная лесть, и тем более опасна, что о том не подозревает. Своим неведением она льстит ежечасно. Где уж Эмме задумываться о том, что в ее собственных познаниях есть пробелы, когда рядом - столь восхитительный образчик несовершенства?

Такой поступок был вполне в ее характере, решительность которого мне хорошо известна, а то, что она не заикнулась о таковом намерении в первом своем письме, лишний раз свидетельствовало о ее сугубой щепетильности. Это могло бы выглядеть угрозой, чего она не допустила бы ни за что на свете…

Из уважения к себе она не могла отвечать грубостью [...]

"Не знаю, хорошо ли это, но глупость уже не выглядит глупо, когда ее без стыда, на виду у всех, совершает не глупый человек ".

vanity working on a weak head produces every sort of mischief.

Я ежели к кому расположена, то всегда нахожу привлекательной и его внешность.

"Ваша приятельница Гарриет при встрече с вами будет рассказывать об этом гораздо пространней. Не упустит ни одной малости, какие умеет интересно преподнести только женщина. Мы, мужчины, сообщаем о крупном... "

"...благодушно толковал о том, о сём, нимало не подозревая, сколь многое могли бы поведать ему они сами."