Вопрос, почему возникает травма, волнует многих: врачей, психологов, тренеров и, конечно, самих спортсменов. Случайность ли это или же закономерный итог, которому предшествовали определенные события? Ввиду огромного количества спортивных травм существует потребность в исследованиях особенностей состояния, переживаемого спортсменом до получения травмы. Стоит отметить, что вероятность получения травмы в разных видах спорта различается. По данным American Sports Data Press Release (2003), наиболее травмоопасными видами спорта являются регби, хоккей, бокс, футбол, баскетбол, наименее – верховая езда, горные лыжи, теннис, сноуборд. Также существуют различия травм в зависимости от квалификации спортсменов. У новичков и обладателей юношеских разрядов в основном встречаются легкие травмы, не требующие длительного восстановления (ссадины, ушибы мягких тканей, вывихи). У профессиональных спортсменов чаще наблюдаются специфические травмы, вызванные большой нагрузкой и характерные для их вида спортивной деятельности.
А. Удри и М. Андерсен отметили, что причины травм имеют комплексную природу и включают в себя физическую, анатомическую, психологическую и средовую составляющие (Udry, Andersen, 2002). Более того, было показано, что для определения внутренних и внешних факторов риска, а также механизмов возникновения травм необходим многофакторный анализ. Выделяются следующие предикторы возникновения травмы:
• Внутренние факторы: физиологические, биохимические, психологические, возрастные особенности, ухудшение состояния тела (возможностей тела), история травм, недостаток физической подготовки для выполнения конкретного элемента, неправильное питание, усталость или рискованное поведение.
• Внешние факторы: дефицит условий среды: плохое состояние спортивных покрытий, проблемы со спортивным инвентарем, погодные условия.
Первые данные о факторах и причинах спортивных травм появились вследствие накопления клинического опыта. Исследователи отмечают, что определенные личностные черты повышают риск получения травмы, и оценка этих рисков позволит исследователям проводить профилактику этих рисков путем разнообразных психологических вмешательств.
Возникает вопрос: существует ли такой тип личности спортсменов, который связан с большей уязвимостью к травмам? На сегодняшний день многие авторы полагают, что травмы имеют многофакторное происхождение: одни факторы оказывают большее влияние, другие меньшее на определенную травму, также важно учитывать влияние контекста ситуации и окружающую действительность. Несмотря на такое мультифакторное понимание, психологи заинтересованы в определении конкретных психологических переменных, которые влияют на вероятность получения спортсменом травмы.
Чаще всего в контексте травм изучаются следующие психологические переменные:
• беспокойство (волнение) перед соревнованиями;
• психосоциальный стресс;
• мотивация;
• (неуверенность в себе.
Вместе с тем важную роль в возникновении травм играют психологические факторы, такие как личностные особенности, эмоциональный фон, уровень стресса и т. д.
Поскольку травма может возникать во время соревнования, логично исследовать отношения между психологическими состояниями до соревнований и итогом спортивных результатов. Результатом соревнования может быть итоговое место в протоколе или время прохождения трассы (в зависимости от вида спорта и индивидуального мастерства спортсмена). Большинство исследований, в которых изучалась взаимосвязь между психологическими состояниями, предшествующими травмам, как правило, подчеркивают значение жизненного стресса и ежедневных трудностей (Andersen, Williams, 1988). Другие исследования предполагают, что с травмой связано предварительное переживание различных негативных состояний (КоIt, Kirkby, 1996). Например, в исследовании с участием 115 гимнасток Г. Колт и Р. Кирби обнаружили, что травмам предшествовало чувство тревоги и усталости. Однако не только негативные переживания могут снижать производительность выступления и быть связаны с травмой. Например, после победы может возникать иллюзия успеха: излишняя готовность к выполнению задачи и самоуверенность также могут помешать эффективной работе и использованию всех имеющихся ресурсов. Также возможно, что чрезмерная мотивация может привести к тому, что спортсмены, готовясь к старту, будут игнорировать предстартовую подготовку и недооценивать ее роль.
Т. Девонпорт совместно с коллегами провела ретроспективное исследование тех психологических состояний, которые испытывали спортсмены до травмы, и сравнила эти переживания с эмоциональными состояниями, предшествующими лучшим и худшим результатам, которые спортсмены показали во время соревнований (Devonport, Lane и др., 2005). Было выявлено, что психологическое состояние спортсменов, получивших травму, имеет более тесную связь с психологическим состоянием спортсменов, которые показали высокий результат на соревнованиях, нежели с состоянием тех, которые продемонстрировали неудовлетворительный результат. Для объяснения данного результата авторы выдвинули несколько гипотез. Во-первых, эти показатели, общие для наилучшего результата и выступления, сопряженного с получением травмы, могут быть связаны с повышением рискового поведения. Второе объяснение – увеличение усилий, прикладываемых спортсменами. Излишнее усердие – ответ многих спортсменов на возникающие трудности во время соревнований. Это может быть вызвано давлением со стороны (тренер, родители) или может быть самогенерируемым (желание преуспеть). В технических видах спорта чрезмерное усилие часто разрушает технику выполнения элемента и существенно повышает риск получения травмы. Третье объяснение связано с чувством самоуверенности и удовлетворенности. Чрезмерная уверенность, особенно после многократных успехов, также может привести к смещению акцента при выступлении от процесса исполнения (действия) к результатам работы (только лучший результат). Кроме того, спортсмен может начать недооценивать задачи и изменять условия, что влечет за собой низкую концентрацию, когда спортсмены проявляют меньшую тревогу в различных ситуациях. Таким образом, «оптимальные состояния» для выступления могут иметь и неприятные последствия, ведущие к травмам.
Большинство исследователей определяют стресс как главный фактор, который в сочетании с другими переменными увеличивает риск получения травмы. Таким образом, необходимо изучение ситуаций, которые потенциально являются стрессовыми.
В изучении связи стресса и травм важным аспектом является исследование биографических событий. С одной стороны – это события, которые происходят редко, но оказывают большое влияние на человека, с другой стороны – это постоянно встречающиеся в жизни человека события, которые оказывают на него меньший эффект.
Есть две теоретические модели, объясняющие связь стресса и травм:
• дефицит внимания;
• повышенное мышечное напряжение.
Первая модель утверждает, что стресс ведет к снижению периферического внимания, в результате чего спортсмен утрачивает контроль над ситуацией и, как результат, совершает ошибку. Согласно второй модели, стресс вызывает специфическое повышенное мышечное напряжение, которое также влияет на точность выполнения движений.
Наиболее известной прикладной моделью является модель стресса-травмы М. Б. Андерсена и Дж. М. Уильямса, которые объединили три основные области психологии травмы: личностные особенности субъекта, история стрессовых факторов и ресурсы совладающего поведения (Andersen, Williams, 1988).
В 1998 г. М. Б. Андерсен и Дж. М. Уильямс создали модифицированную версию своей модели (Williams, Andersen, 1998). Она включает несколько важных новшеств, касающихся изучения стресса и травм: они предположили наличие двусторонней связи между личностными чертами и ресурсами совладающего поведения, а также между ресурсами совладающего поведения и историей стрессовых факторов и личностными чертами.
Согласно этой модели, когда спортсмен попадает в стрессовую ситуацию, например, ему предстоит участие в важных соревнованиях, история стресса спортсмена (жизненные трудности, прошлые травмы), личностные черты (тревожность, локус контроля) и ресурс совладающего поведения (наличие эффективных копинг-стратегий, социальная поддержка) влияют на поведение спортсмена. Центральной гипотезой модели является следующее положение: спортсмены с высоким уровнем стресса, более остро реагирующие на травму, имеющие мало ресурсов для совладающего поведения, попадая в стрессовую ситуацию, с большей вероятностью воспримут ее как стрессовую, что вызовет у них более сильное проявление мышечного напряжения и нарушение концентрации внимания. То есть можно сказать, что пережитая история стрессов делает их более сензитивными к ним, благодаря обратным связям от полученного опыта к предпосылкам новых стрессов. Таким образом, спортсмен находится внутри системы циркулярных связей: стресс => истощение => антиципация стресса => напряжение => падение концентрации внимания => новый стресс. Эта модель говорит также о том, что маловероятно получить линейные прямые зависимости между отдельными факторами стресса и вероятностью травмы.
Центральное ядро модели – реакция на стресс – двусторонне связана с когнитивной оценкой человеком потенциально стрессовой ситуации и сопутствующими физиологическими и нейропсихологическими процессами. Человек оценивает и соотносит потребность в спортивной практике и соревновательной активности, свои способности и риск возможной неудачи. Если спортсмен оценивает ситуацию соревнований как захватывающую, интересную, испытывает радость от предстоящего участия, то он тоже будет испытывать стресс, однако мобилизующий, который сможет ему помочь и сделать выступление более продуктивным и успешным. Риск получения травмы в данной ситуации будет значительно ниже, чем при стрессе, возникающем при тревоге, угрозе.
Когда человек испытывает стресс, в его организме происходит множество физиологических изменений. М. Б. Андерсен и Дж. М. Уильямс полагают, что возрастание мышечного напряжения, сужения поля зрения и повышенная отвлекаемость являются главными «виновниками» в диаде стресс-травма.
Модель также подчеркивает тот факт, что переживание негативного жизненного стресса имеет положительную связь со спортивными травмами и сужением периферического восприятия. Спортсмены с высоким количеством совладающих ресурсов демонстрируют снижение риска травматизма по сравнению со спортсменами с небольшим количеством совладающих ресурсов (Ivarsson, 2008). Таким образом, М. Б. Андерсен и Дж. М. Уильямс в своем исследовании проанализировали влияние психологических факторов на вероятность возникновения травм, выявили, что взаимосвязь между психологическими факторами и спортивными травмами в большой степени обусловлена стрессом (Уэйнберг, Гоулд, 1998). Среди основных стрессовых ситуаций были такие серьезные, как женитьба/замужество, смена места жительства, смерть близкого человека, так и менее значительные, например, стояние в пробках. Также была выявлена прямая зависимость между уровнем стресса и количеством травм: те, кто чаще попадает в стрессовые ситуации, чаще травмируются.
Еще в одном исследовании оценивались трудности, с которыми спортсмен сталкивается ежедневно в течение соревновательного сезона. Было обнаружено, что у спортсменов больше вероятность получить травму, когда они столкнулись с существенным увеличением ежедневных неприятностей за неделю до травмы. Сравнительно существенных изменений в происходящих событиях у спортсменов, не получивших травмы, не выявлено.
Таким образом, состояние стресса у спортсменов с высокой вероятностью приводит к травме, однако эта связь нелинейна и опосредована дополнительными переменными, связанными с индивидуальной чувствительностью к стрессу. Чувствительность к стрессу, в свою очередь, определяется опытом ранее пережитых травм. При отсутствии такой чувствительности стресс может играть мобилизующую роль в достижении спортсменом успеха, поэтому для построения прогностичной модели необходимо, наряду с индивидуально-личностными качествами спортсмена, учитывать также особенности его жизненного пути.
Проведенные исследования неоднократно демонстрировали пагубное влияние высокого уровня тревожности на выполнение различных видов задач. Было показано, что применительно к скалолазанию негативные последствия влияния стресса и тревоги проявляются в снижении продуктивности мнестических процессов, трудностях распределения внимания и ухудшении моторных навыков.
Фраза «страх словно сковал» является не только красивым метафорическим оборотом, но и фактически отражает суть влияния высокого уровня тревожности на моторные навыки. Они становятся менее эффективными, энергии затрачивается больше, и все это ведет к снижению эффективности выступления. Возможным объяснением может быть тот факт, что при чувстве тревоги наблюдается регресс простых моторных навыков, движения становятся неавтоматизированными. Это было подтверждено в исследованиях (Pijpers, Oudejans и др., 2003). Авторы обратились к понятию геометрического индекса энтропии. В скалолазании он определяется как плавность траектории движения в процессе переноса центра тяжести по мере преодоления трассы. С помощью данной характеристики можно выявить изменения в движениях, возникающие при тревоге. Существует прямая корреляция между плавностью траектории и профессионализмом спортсмена. Более опытные скалолазы демонстрируют более ровную форму траектории движений и, следовательно, более низкий индекс энтропии (Pijpers, Baklcer и др., 2001). В результате исследования авторами было продемонстрировано, что высокие показатели тревожности сопровождались более длительным прохождением дистанции, и связано это с тем, что из-за повышенного чувства тревоги наблюдается временный регресс моторных навыков, относящихся к более низким и ранним ступеням их развития.
Другим направлением в изучении влияния тревоги на выступление является исследование связи волнения с когнитивными функциями. М. Айзенк и М. Кальво создали Теорию продуктивности обработки информации (PET – Processing Efficiency Theory) для объяснения механизмов, посредством которых тревога влияет на выступление. Данная теория предполагает, что когнитивная тревога имеет два основных аспекта. С одной стороны, беспокойство расходует ограниченные ресурсы внимания, которые составляют важный компонент рабочей памяти, вследствие чего отмечаются трудности в решении задач. С другой же, возрастающая мотивация может снизить неблагоприятный эффект состояния тревоги, способствуя увеличению эффективности прикладываемых усилий и воодушевлению, и тем самым можно будет сохранить высокий уровень работоспособности (Causer, Holmes и др., 2011).
Таким образом, тревога может оказаться полезной, и давно изучается взаимосвязь между тревожностью и физической активностью. Были выявлены различные особенности их взаимодействия, основные из которых будут рассмотрены ниже.
Стрессовая ситуация, а также субъективная оценка ее спортсменом как «угрожающей» может стать причиной травмы. Стоит отметить, что в течение некоторого времени была популярна теория драйва, где взаимосвязь между тревожностью (возбуждением) и физической активностью рассматривалась как линейная: чем выше состояние тревоги или возбуждения, тем выше результат спортсмена. Но на данный момент сторонников этой теории практически не осталось.
Теория разноуровневой тревожности рассматривает когнитивное состояние тревоги как снижающее результат физической активности, в то время как соматическое состояние тревоги в пределах оптимального уровня повышает уровень физической активности (Bognar, Geczi и др., 2009).
Также важно учитывать личностные особенности спортсменов – их интерпретацию уровня возбуждения. Кому-то возбуждение покажется приятным, кому-то тот же уровень будет только мешать.
Из рассмотренных выше теорий можно сделать вывод, что состояние возбуждения и тревоги не всегда оказывает отрицательное влияние; при оптимальном уровне возбуждения спортсмен способен показать очень высокий результат, однако излишнее чувство беспокойства ведет к снижению физической активности.
Одной из популярных теорий влияния тревоги на выступление спортсмена является Модель катастрофы, предложенная Л. Харди для разъяснения до того времени противоречивых данных о соотношении тревоги и выступления (Hardy, 1990). Модель основана на понимании тревоги как комплексного конструкта, объединяющего когнитивный компонент (негативные ожидания и опасения по поводу себя, сложившейся ситуации и возможных последствий) и физиологическое возбуждение (физиологические реакции организма на ситуацию тревоги). Данная модель предполагает наличие четырех видов отношения между когнитивной тревогой, физиологическим возбуждением и успешностью выступления.
Во-первых, высокий уровень когнитивной тревоги может вести к улучшению результата, если физиологическое возбуждение незначительно. Во-вторых, противоположным образом, возможно, что, если физиологическое возбуждение будет высоким при наличии когнитивной тревоги, отмечается снижение результативности выступления. В-третьих, если когнитивная тревога невысока, то физиологическое возбуждение связано с физической активностью подобно перевернутому U. При возрастании уровня возбуждения результаты спортсмена улучшаются, но до определенной точки, после которой увеличение возбуждения ведет к снижению результативности. И, наконец, в-четвертых, при состоянии высокой когнитивной тревоги увеличение уровня возбуждения приводит к катастрофе – происходит быстрое снижение уровня физической активности.
Ю. Ханиным была предложена модель Зон оптимального функционирования, в которой предполагается, что у каждого спортсмена есть оптимальная зона тревоги, находясь в которой он показывает свои наилучшие результаты. Согласно данной теории, одним спортсменам для достижения наилучших результатов необходим высокий уровень возбуждения, другим – умеренный уровень, а третьим нужно состояние покоя и расслабления. Однако данная гипотеза не разделяет действие компонентов состояния тревоги – когнитивного и соматического.
Как мы видим из приведенных выше моделей, рассматривать тревожность только как ухудшающий выступление фактор было бы неверным. Во-первых, важна интерпретация спортсменом уровня возбуждения. Кому-то один уровень покажется приятным, кому-то тот же уровень будет только мешать. Во-вторых, важно рассматривать состояние тревоги как комплексное образование, состоящее из нескольких составляющих.
В другом исследовании Р. Одженас с коллегами попытались выявить, способствуют ли тренировки в условиях средней тревоги, которая может быть вызвана на практике, предотвращению явления «chocking», или шокового механизма, принцип действия которого мы рассмотрим ниже. В результате авторами было продемонстрировано, что скалолазы, тренировавшиеся в условиях невысокого стресса, не показали снижения результатов в выступлении в условиях экстремальной тревоги, в отличие от группы, тренировавшейся в обычном режиме (Oudejans, Pijpers, 2010).
Таким образом, наиболее устойчивый фактор неуспешности выступления и вероятности получения спортивной травмы – это субъективная оценка уровня тревоги как дискомфортного, что обычно обусловлено изменением режима тренировок или неожиданными событиями.
Как уже отмечалось ранее, дефицит внимания и потеря концентрации напрямую связаны с возможностью получения травмы.
Исследования показали, что повышенная тревожность усиливает мышечное напряжение и нарушает координацию (Moran, 2004). Р. Нидеффер предположил, что данное состояние также приводит к снижению внимания, что подтверждается и исследованиями Дж. М. Уильямс, П. Тонимен, М. Б. Андерсен, которые выявили снижение периферического внимания в условиях высокой тревожности. Ими также было выдвинуто предположение о появлении нерелевантных (отвлекающих от процесса выступления) мыслей. Изменения такого рода повышают вероятность возникновения травм.
В связи со вниманием и концентрацией в психологии спорта широко обсуждается явление «chocking» – шоковый механизм. Данный процесс возникает, когда стресс и высокий уровень тревожности спортсмена сужают фокус внимания, тем самым ухудшая качество работы спортсмена, что влечет за собой риск травмы и дополнительный стресс (Weinberg, Gould, 2010). Как правило, шоковый механизм запускается скачком стресса, связанного со страхом (срыва, травмы, поражения на соревнованиях) и гипер-ответственностью спортсмена; стресс равно негативно влияет на сердечный ритм и дыхание, мышечный тонус и координацию, а также на внимание – спортсмен переключается на узкий фокус и, пропуская релевантную информацию, начинает действовать необдуманно и стереотипно. Так, спортсмен предпринимает после неудачного старта повторные попытки, не ища других движений, а повторяя свою ошибку, то есть он не думает о своих действиях. Следствие этого сужения внимания и шока – замедление действия, раскоорди-нированность и утомление мышц, раздражение и иные негативные реакции на неудачу и стресс. Необходимость преодолевать шоковый механизм подтверждает высокую актуальность практической работы со скалолазами, связанную с умением контролировать уровень концентрации и направленность внимания.
Проведенные в спортивном скалолазании исследования показали, что спортсмен в условиях тревоги лезет медленнее, тратит больше сил и энергии на перемещение и больший ресурс внимания при просмотре трассы, чем с низкой тревогой (Nieuwenhuys, Pijpers и др., 2008).
Также причиной травматизации может служить и стандартное невнимание во время занятий, связанное с халатностью при подготовке к соревнованиям. Анализ факторов травматизма в спортивном скалолазании выявил, что 75–90 % случаев связаны с человеческим фактором, а точнее, с невнимательностью к технике безопасности, «баловством» и недопустимыми и опасными играми во время тренировки. Из-за неисправности экипировки или крепления происходит лишь 10 % травм в залах.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.