– Стой и брось оружие!
Присел и положил у своих ног оружие, спорить и выяснять, что и как пока не стоит. Но то, что это Петрович – порадовало. Выходит не все так и плохо. А вот пулю от него в такой ситуации получить запросто.
– Петрович! Это Кирилл на Камараде! – крикнул в ответ.
– Да? И где твой танк?! – выходя и держа меня на мушке ружья, спросил бородатый мужик.
– В Караганде! – огрызнулся я. – За маслом пришел, так как поблизости оказался, машину спрятал и к вам напрямки.
– И вступил в банду Ржавого, чтобы пощипать старика? – спросил Петрович, показавшийся в воротах.
Левая рука у него на перевязи, а в правой пистолет.
– Петрович! Хрень не неси! Твои люди наверняка видели, как я у их машин кувыркался! – ответил я, спокойно смотря за приближением главы поселения, или как он себя называет – управляющим.
– Кирилл, ты уж не обессудь, но оружие твое пока у нас пусть полежит, если за ворота пойдешь, – сказал, подошедший ко мне Петрович.
– Что-то ты не гостеприимен сегодня, – усмехнулся я и протянул ему руку.
– Сам видишь, дела, – сунул он пистолет за пояс и махнул рукой. Руку пожал и усмехнулся: – Сам-то цел как вижу, но бегаешь ты знатно. А вот патроны не бережешь!
– Значит все-то тебе известно, – хмыкнул я. – И зачем тогда этот цирк?
– Для порядка, – погладив руку на перевязи, ответил он. – Теперь у меня никто в поселение с оружием не войдет.
Ну, не ново, встречал такие условия, правда, долго они не держатся. Мало кому захочется чувствовать себя безоружным в гостях. Увы, прошли времена, когда ходили по домам с одной бутылкой и тортиком. Неприятности могут поджидать за каждым углом и все на воду дуют. Да и набеги мартышек никто исключать не берется.
– И для таких одиночек, как я, ты исключений делать не станешь? – растянул губы в улыбке.
– Гм, – он крутанул шеей, оглянулся на ворота, потом вздохнул и сказал: – Черт с тобой! Бери свои пукалки и пошли! Эх, вот первый же и нарушил правила!
– Петрович, но сам же понимаешь, что торговцы-одиночки вас стороной будут объезжать! – убирая револьверы в кобуры и вешая за спину помповик, сказал ему.
– Зачем пожаловал-то? – разворачиваясь и держа курс в ворота, спросил Петрович.
– Масло для движка, шмотки, – коротко ответил.
– Понятно, – кивнул он головой. – Ничего на продажу не привез?
– Нет, – да и Камарада оставил за десяток километров.
– А что так? Неужто сломался?
– Тьфу, тьфу и еще раз тьфу! – воскликнул я.
– Борода, возьми с собой пару ребятушек и пригоните во двор технику, – обратился Петрович к своему заместителю, а на самом деле охраннику. – Ты же на эти трофеи не станешь претендовать? – задал мне вопрос управляющий поселения.
Хм, мог бы, но кто ж меня тут послушает?! Техника, да еще исправная, ценится высоко, да и принадлежит она по факту главарю, которого не я завалил. Нет, упирайся ни упирайся – бессмысленно.
– Рассчитываю, что за свою помощь получу значительную скидку, – решил хоть немного поиметь я. – Да, и патроны потраченные за ваш счет!
– Ладно, договоримся, – довольно усмехнулся Петрович.
Так, похоже, продешевил, ничего, при торгах добьюсь нужного результата. Все же торговля накладывает определенный отпечаток на восприятие окружающего.
– Что с рукой-то? – спросил его, когда вышли к центру поселка, где штабелями лежат тела бандитов. – Да и вообще, что тут произошло?
Свое мнение уже сложилось, просто хочу подтверждения. По всей вероятности дело было так: банда решила захватить поселение и кого-то попыталась переманить на свою сторону. Данный человек обязался открыть ворота и впустить бандитов, предварительно каким-то образом разобравшись с часовыми. Но все пошло не по их сценарию. Завербованный все выложил главе или как тот себя называет управляющему и все вместе решили поголовье бандитов немного сократить. Заманили в поселок и расстреляли. В принципе, Петрович мои догадки подтвердил, а некоторые частности не в счет. Мы с ним расположились в чайной, которая ничем неотличима от других подобных заведений в различных поселках. Там просто вывески разные, есть трактиры и кафе, рестораны с пиццериями, а вот кормят и поят одинаково. Да и убранство как под копирку, за мелкими исключениями.
– Мальчики! Виски? – улыбнулась хозяйка чайной.
Бабища лет под сорок необъятных размеров и мелкими рыжими кудряшками.
– Принеси мне омлет, хлеба и чаю, – сделал заказ Петрович. – Гостю за счет заведения, все что пожелает.
– Кир? – вопросительно подняла свои реденькие брови хозяйка.
– А мне того же, что и Петровичу, – улыбнулся я ей, пытаясь отыскать в закромах памяти ее имя.
Так и не смог вспомнить, в этой чайной сиживал всего пару раз, так что хозяйку не запомнил. А вот она, своих гостей по именам наверняка всех знает. Не часты гости в поселениях, ох не часты.
Она ушла, но сразу же вернулась с подносом. Ну, оно и понятно, меню не слишком разнообразно, да еще и в такое время. Это к вечеру они пару блюд сделают, чтобы народ мог выбирать. Все же в таких местах других-то развлечений и нет. Днем работа, вечером по бабам или кулаком в зубы, после выпивки естественно. Сколько тут всего жителей? Сто человек? Двести? И их пыталась нагнуть банда из…
– Сколько отморозков-то положили? – спросил я Петровича.
– Четырнадцать, – ответил он. – Борода сказал, что они глаз на склад со шматьем и ГСМ положили.
– А вывозить на чем хотели?
– А вот в этом вопрос, – хмыкнул тот. – У нас грузовиков на ходу сейчас нет. Или они надеялись у нас транспорт умыкнуть либо кто-то должен был подъехать.
– И поэтому вы мне такой прием оказали?
– Кир, прием мы тебе нормальный устроили, не бурчи. Успели разобраться, что к чему. А так, – он пожал плечами, – пулю в лоб и поминай как звали.
Некоторое время молчали, поглощая пищу, потом Петрович отодвинул тарелку и, взяв в руки стакан с чаем, спросил:
– Что нового слышно?
– Летающие мартышки появились, сталкивались?
– Видели эту пакость, – кивнул он головой. – Теперь и в небо приходится всматриваться.
– Атаковали? – поинтересовался я.
– На поселок нет, а вот рыбаков двоих мы потеряли.
– Из необычного вроде больше ничего, – потер я щеку. Рассказывать о своем контракте не стану, у каждого свои тайны. А на вопросы о странностях с грузом и картой спрашивать смысла нет, вряд ли он в курсе. – Тут, меня перехватить пытались. На Газоне Артемкином кто-то пер.
– Значит его кто-то того? – Петрович чиркнул себя ладонью по горлу.
– Иногда он грузовик сдавал в аренду, но только знакомым и на короткий срок. Говорил я ему, что он с огнем играет и может лишиться колес. Но то, что не он за рулем сидел – точняк, – ответил я. – Артемку жаль, если ему не повезло, но меня больше другой вопрос волнует.
– Какой? – прищурился Петрович и весь подобрался.
Он словно почуял, что сейчас я поведаю очень важную информацию, от которой будет зависеть дальнейшее существование.
– По мне очередями стреляли, – держа стакан двумя руками и делая приличный глоток, выдал я информацию.
– И? – не понял управляющий.
– Что и? – передразнил его я. – Очередь это же не частые выстрелы из пистолета! Это автоматический огонь! А из чего его вести можно?
– Из чего?
– Петрович, ты чего тупишь-то?!
– Хочешь сказать, что кто-то сконструировал… – Петрович оборвал себя на слове, нахмурился и спросил: – Так из чего стреляли-то?
– А вот этого сказать не могу, – покачал головой. – Тряска, скорость и рев движка.
– Так, пошли! – он резко встал и задвинул за собой стул. – Марин, счет мне потом дашь! – крикнул в сторону кухни.
Точно, хозяйку Мариной зовут!
Петрович споро потопал на выход, я его нагнал на улице. Он идет, хмуро что-то себе под нос бормоча. Прислушался, управляющий размышляет о произошедших за последнее время переменах. И ночи не такие морозные стали, летающие мартышки появились, и еще пару моментов припомнил, правда, последние мне показались притянутыми. Рыбы больше стало и она активней в сети идет – потеплело! Дожди редко льют – как-то и вовсе не аргумент. Тем временем мы дошли до несуразного строения. Квадратный каркас из дерева прячет под собой железный ангар. Смысл закрывать железо деревом, если тут все и так из бревен, которые мартышки боятся хуже чумы! Но в чужой монастырь со своими уставами уже не сунешься. Петрович отпер ворота и прошел внутрь, зажег факел на стене. В отблесках пламени увидел броню БТРа.
– Ну и запасливый ты мужик! – в восхищении покачал я головой.
– По случаю достался, да на него соляры не напасешься, оказался совершенно ненужной вещью. Ты давай-ка залезь на броню и к пулемету.
– На хрена? – удивился я.
– Проверим, не вернулась ли к нам способность стрелять, – усмехнулся тот.
– Да ладно! – выдохнул я, а сам себя чуть по лбу не хлопнул. Ведь очевидный же вывод из моего рассказа! Почему я решил, что кто-то что-то изобрел, да еще и каким-то невероятным усилием сделал.
– Лезь!
– Гм, Петрович, толку-то в этом деле от меня ноль, – признался я. – Из такого оружия стрелять не приходилось.
– Вот же ж молодежь пошла! Все бы им за мамкину сиську дергать! Ничего не знают, ничего не могут, все на стариках выезжают, – разбубнился он и подошел к БТРу. – Подсоби! А то с одной рукой забираться сложно в силу моего преклонного возраста.
– Ой, кто бы говорил! – хмыкнул я, но деда подсадил. – Какие твои годы, небось не одну молодуху на сеновале уже жамкал.
– А ну цыц! – заозирался тот. – Такие слова никогда вслух не говори! Жинка-то может рядом оказаться.
Я только головой покачал. Вот ведь старый! И не говорит, что налево не ходит, но жены опасается и похоже вполне заслуженно.
– Так, что тут у нас? Отлично, пушка заряжена, ну, сейчас попробую, – бормочет Петрович, лязгая железом. – Кир! Ты уши на всякий случай прикрой, а то в ангаре может грохнуть здорово! – крикнул он и сразу же что-то глухо щелкнуло. – Осечка, твою качель в дугу! – снова щелчок. – Не хочет стрелять зараза!
– Ну, значит, эксперимент не удался, – выдохнул я, отнимая ладони от ушей.
– Да, не знаю только, радоваться этому или сожалеть, – донесся его голос из утробы БТРа.
Пару раз Петрович чем-то громыхнул, а потом сказал:
– Ну, попытаюсь счаз из ПКТ и на этом все.
Спросить что это за аббревиатура такая, я не успел. Ангар оглушительно разорвала коротка очередь из пулемета, а в потолке образовалось с пяток дыр.
– Работает, твою мать!!! – раздался вопль Петровича.
– Что работает-то? – прочищая ухо, спросил я.
– ПКТ стреляет!
– Да что это за хрень-то такая ПКТ?! – разъярился я.
– Пулемет Калашникова танковый! – с осуждением в голосе ответил Петрович.
– Н-да, – только и нашелся, что ответить я.
– Вот тебе и н-да, – сел на бор БТРа Петрович. – Почему же из КПВТ, это крупнокалиберный пулемет Владимирова танковый, специально для таких как ты, непросвещенных, стрелять не вышло. Неужели прав Борька оказался и все дело в начальной скорости пули, каких-то там математико-химических и физических свойствах?! А сейчас это дело входит в норму и… полный же трындец будет!
– Почему трындец? – поинтересовался я.
– Да этого оружия жопой ешь! Оно для любого доступно! Считалось хламом и грудой железа, а теперь стрелять начнет! Ты представь, если сюда банда на танке явится!
– Надо весточки в другие поселения слать и пусть они вооружаются. Кстати, чтобы на танке сюда приехать, его еще заправить нужно. А где столько соляры взять? А вот переносное вооружение, тут да, беда может случиться, – сказал я.
– А ты прав! Нет соляры, нет движухи! А письмеца разослать необходимо! Ты в какую сторону путь держишь?
– Прибалтика, – коротко ответил я. – От заказа отказаться не могу и дней десять в пути буду.
– На обратной дороге обязательно заскакивай, – задумчиво и лаково погладил Петрович броню БТРа.
– Заскочу, а сейчас времени нет на разговоры. Мне нужны шмотки, масло для движка и патроны.
– Пистолетных скока хошь дам! – махнул рукой Петрович. – А вот от калашей и крупнокалиберных пулеметов не проси, самим мало!
Вот жук! У него и автоматы припрятаны. Впрочем, главы таких поселений все запасливые, что те хорьки! Не удивлюсь, если тут где-то и танк с истребителем стоят! Пока-то они груда металла, но завтра все может поменяться.
На складе прямо битву целую выдержал, когда джинсы себе и Вики выцыганивал. Ну никак Петрович не хотел давать по две пары.
– Хрен с тобой Кир, знаю тебя давно, но для какой-то девки, давать шмотки такого качества, извини, но я за эти штаны золотом могу получить!
– Еще скажи по весу! – фыркнул я.
– Может и наступит то время, когда и по весу, – кивнул он головой.
Полчаса уговаривал, УАЗы припомнил, какие новости принес – уболтал! Затарился и меня даже соблаговолили подвезти до речки, откуда до Камарада рукой подать.
– Ну, бывай Борода! – пожал я руку водиле на прощанье, который переложил калаш на пассажирское сиденье.
Да, автоматы исправно работают, но мне даже за золото не продали, как не уговаривал. Петрович сказал, что два десятка это слезы и разбрасываться ими он не намерен.
– Пока, Камарад, – усмехнулся Борода и лихо запрыгал на своем «козлике» по кочкам.
Я же, соорудил плотик из сухих деревьев и форсировал реку. Все, теперь неспешным шагом с полчаса и я доберусь до нашей стоянки. Сплавляться по реке побоялся, что плот развалится, а если его делать надежным, то времени потеряю больше. Поэтому погрузил на него вещи, а сам вплавь. Привез-то меня Борода на несколько километров выше по течению, а к тому месту, где я утром переплавлялся, подъехать ближе, возможности нет. Странная все же ситуация вокруг оружия, то не стреляло, а теперь заработало, но не тяжелое. А вдруг потом револьверы откажутся палить? Уже ничему не удивлюсь.
Твою в душу!!! А у Вики-то похоже гости! Броневичок Артемки увидел издали, а значит, стоянку каким-то образом отследили те, кто нас перехватить пытался. Вот черт! Как бы с девушкой ничего не приключилось плохого. Надеюсь, она смогла додуматься и в лесу схорониться? Вытащил свои наганы и, прячась за стволами деревьев, осматриваясь и прислушиваясь к каждому шороху, мелкими перебежками стал двигаться в сторону виднеющегося борта ГАЗона.
До грузовика добрался никого не встретив. Что у нас тут? От глушителя тянет жаром, он еще не остыл, значит приехал не так давно. Однако рыка двигателя не слышал, а значит, он тут стоит не меньше часа. Бух! Раздался в отдалении выстрел из помповика. Сразу треск пистолетных выстрелов. Черт! Вику отыскали! Пригнулся и подкрался к кабине – дверь закрыта. В стороне, где спрятан Камарад, уже настоящий бой. Пистолетные выстрелы, огрызается помповик, а вот и короткая трель из автомата. Стрелок явно патроны бережет, я же, подергав ручку кабины, стреляю по замку из нагана. Услышат? Да и черт с ним! Все, дверь открыта, и я скользнул за руль. Мощную дверь не захлопнул, сначала завести движок нужно, а Артемка с проводкой что-то такого накрутил, что по пьяни и сам не всегда мог разобраться. Вот только от увиденной картины я порадовался. Вся проводка под рулевым колесом весит, порвана и скручена, а зеленый провод с оголенными концами разведен в стороны. Так и есть! Соединяю провода и стартер начинает крутится. Движок чихает и никак не схватит. Играю газом и то разрываю, то стучу оголенными проводами, чтобы контакт создать. От оголенного провода проскакивают небольшие искорки, а движок все не хочет заводится. С минуту где-то бился, но вот раздался хлопок из глушителя, и даже в кабину проникло облако полусгоревшей соляры, а движок взревел на высоких оборотах, а потом устойчиво заработал. Скручиваю проводки и захлопываю дверь. Бегло глянул на приборку, топлива мало, но мне за глаза хватит. Сцепление и газу. Броневик дернулся и чуть не заглох, тяжел он в управлении! Но я справился и покатил на разборки. Батюшки святы! Впереди стоит Китаец самый настоящий! А я-то считал, что эти авто уже все развалились. Нет, побитый жизнью грузовичок из поднебесной стоит на моем пути. Он невысокий, оказался в канаве и сразу я его не заметил. По железу раздались щелчки, кто-то по мне огонь открыл. Ага! Из леса палят! Попытался ответить, но управлять грузовиком и выстрелить в смотровую щель не вышло. Трясет так, что дуло нагана прыгает, боюсь, как бы пуля в салоне не осталась. А тут метал кругом, срикошетит еще в лоб, вот будет хохма. Остановился и высунул в щель дуло ремингтона. Бах! Ответил выстрелом в сторону, откуда по мне огонь ведут. Чуть не оглох, в замкнутом пространстве, которое зашито металлом, стрелять неразумно. По-крайней мере из ружья. Твою мать! Длинная очередь из автомата. Посыпались стекла и кабина превратилась в решето, в плечо что-то ударило и возникла боль и жжение. Левым плечом навалился на дверь и, распахнув ее, вывалился на землю. Скосил взгляд на правое плечо: куртка порвана и окрашена кровью, которая течет по руке. Но это мне еще повезло! От такой очереди, а всего-то чуть зацепило. Правда, рука весит плетью, но пальцы сжать могу. А вот прицельно выстрелить из нагана вряд ли получится. Черт, ремингтон-то в кабине остался, дуло так и торчит из бойницы. Смотрю из-под машины – бежит какой-то тип, выставив вперед руку с пистолетом. Недолго думая начинаю палить из нагана, по движущейся мишени. Три выстрела ушли в молоко, а вот четвертым я его зацепил, пуля вошла в горло. Нападавший споткнулся и, постояв мгновение, завалился на землю. Минус один! И тут такая пальба в мою сторону началась, что я вжался в колесо броневичка и шевельнуться боюсь. Такими темпами ко мне могут вплотную подобраться.
– Не стрелять! – раздался из леса крик.
Кстати, а надежда на то, что они израсходуют все патроны, могла осуществиться. Эх, знать бы еще, сколько мне противостоит народа? Если судить по пальбе, то человек семь-восемь наберется. Черт, да мне с ними никогда не совладать!
– Слышь, Камарад! Лапки подними и иди к лесу. Тогда твою девку не тронем… – голос замолчал на миг, а потом, усмехнувшись, добавил: – пока не тронем. Но ей по вкусу отношение придется, а так как она на личико симпотная и фигуристая, то расставаться с такой кралей грех. Пусть уж нас обслуживает, пока не поистаскается.
Я скрипнул зубами и в сердцах стукнул кулаком по колесу, которое еще чудом пулю не словило. Сам-то грузовик сейчас на правую сторону клонится, там у него колеса простреляны и боюсь, что уже никакие жгуты и заплатки резину не спасут. Руку прострелило болью, забыл, что в плечо пуля попала.
– Чего вам надо-то?! Узнают, что на торговца охоту устроили – никто не примет ни в одном поселении! – крикнул в ответ.
Осмотрелся и поморщился. Нахожусь в невыгодной позиции, меня сейчас обойдут и расстреляют как в тире. Может и переговоры для этого затеяли. Трава высокая и я на их месте так бы и поступил. Один отвлекает, а парочку человек в обход бы пустил. С другой стороны меня скоро и вовсе голыми руками можно брать. Кровь-то из плеча сочится. О! У меня же есть коньячок, которым Петровича попотчевать забыл. Когда мы с ним встретились и увидел, что он ранен, хотел предложить ему живительный напиток, но с известными событиями совсем из головы вылетело. Достал фляжку и первым делом обильно полил плечо, прямо через одежду. Зашипел от жжения, а потом и внутрь изрядно отпил.
– Нам нужно, чтобы ты договор на поставку груза переписал! – прокричали мне в ответ. – После этого, можешь проваливать!
– Ага, так они меня и отпустили! – зло проговорил и сплюнул. – А груз вы значит перегрузите и свалите? – во все горло крикнул оппоненту, с радостью ощущая, что боль в плече уходит и оно обретает подвижность.
– Мы твою машинку на время заберем, – ответили мне.
Ну, в этом-то не сомневался, так как Артемкин грузовичок восстанавливать необходимо. Кстати, а зачем им договор переписывать? Глупо как-то, взяли машину и айда! Вообще данный заказ имеет какой-то неприятный душок. Вокруг столько неясностей, что думается, будто спецслужбы около меня завозились. Какие-то непонятные технологии, настойки. Да взять одну карту с мерцающими маячками! Как такое возможно? Лист тонкий, никаких вкраплений не видно, хотя, на свет я ее не рассматривал, а стоило бы. Теперь уже и не уверен, что смогу это сделать.
– А какие гарантии, что вы меня не шлепнете?! – задал вопрос, и сделал еще один небольшой глоток из фляжки. С такими переговорами все горло можно сорвать.
– Честное благородное! – весело прокричали мне.
Смешно им! Привстал и заполз в кабину, медленно потянул на себя ремингтон, и оружие покинуло бойницу. Зарядил дробью, снарядил барабаны в наганах и поморщился. Вид из бойниц никудышный, но справа полоса леса, а вокруг поле. Заводить грузовик смысла нет, да и не факт, что пули в моторный отсек не попали. Хоть и стреляли по кабине, но могли и в движок попасть. Даже если он и заведется, то на ободах далеко не уйду, а у этих-то еще должно транспортное средство быть.
– Ты не в той ситуации, чтобы гарантии требовать! – продолжил голос. – На вот, пообщайся со своей дамой!
– Кир! Не слуш… – начала Вика, но договорить ей не дали.
– Вы отпустите меня и девушку! Вернее, она переплывет реку, только тогда подпишу то, что вам нужно! – крикнул им, а сам один из револьверов засунул под ремень джинсов с правой стороны. Надеюсь, что увидев мое прострелянное плечо, они не додумаются искать с той стороны оружие.
Да, может и совсем уже из ума выжил, но решение только одно – попытаться вырвать из их лап девушку.
– Договорились!
Что ж, мое предложение приняли, хотя в этом я ни грамма не сомневался. Интересно, зачем же я им нужен живой и неужели так важна моя подпись? Странные дела и нет времени во всем разобраться.
Вылез из кабины и, держа в левой руке помповик, обошел грузовик. Точно, рядом с тем местом, куда загнал Камарада стоит джип Вранглер. Хорошая машина, маневренная и проходимая, наверняка дизель. По мощи с моей не сравнится, но по бездорожью может и не уступить из-за своей короткой базы. Так, других транспортных средств не видно. Получается, что приехали бандиты на Артемкином броневичке, китайском грузовичке и джипе. Сколько их всего? Получается, что семь-восемь, не больше, значит, первый подсчет оказался верен.
– Чего встал?! Топай к джипу!
– Может и ты на открытое место выйдешь?! – крикнул в ответ.
Из-за ствола дерева показалась фигура в защитном камуфляже. Мы медленно двинулись навстречу друг другу. У мужика, на вид под сороковник, на лице щетина и под левым глазом старый шрам. Явно бывший военный. Хотя, нет, блеснувшая серьга в ухе как-то не гармонирует с таким образом. В руке он держит пистолет с длинным стволом, не отечественного производства. И где только патронов достает? Или от каких-то наших подходят? Мы остановились на расстоянии пары метров друг от друга. Мой противник внимательно меня рассматривает, задержался взглядом на правом плече, перевел взгляд на мой помповик и нахмурился. Что-то ему не понравилось.
– Ты что левша? – спросил он меня, а потом добавил: – Ружьецо на землю положи, да и остальной арсенал, будь любезен, вытащи.
Молча положил ремингтон и вытащил наган из кобуры, который отправился к ружью, так же как и нож.
– Все? – недоверчиво прищурился бандит. – А второй наган где?
– В кабине где-то остался, – ответил я и демонстративно покосился на свое плечо.
Руку стараюсь держать прижатой к туловищу, хоть и через одежду револьвер чувствую, но он дает хоть и иллюзорное, но чувство уверенности.
– Камарад или Кирилл, по большому счету ты мне не интересен. Но так вышло, что за троих моих людей у меня к тебе счет организовался.
– Почему за троих? – удивился я. Неужели тот мой выстрел из помповика, когда меня в кабине оглушило, оказался настолько удачным.
– Двоих твоя девка положила. Мы сперва думали, что это ты нам отпор даешь, вот и пытались взять живым.
– А как хоть тебя зовут-то?
– А тебе есть разница? – хмыкнул тот и скривил губы. – Впрочем, можешь звать майором.
– Да? И каких родов войск? И, кстати, для такого звания ты что-то староват, – покачал я головой, но сразу добавил: – Но, майор, так майор, ты прав, разницы нет. И чего же ты майор от меня хочешь?
Он вытащил из-за пазухи документы, которые дал мне незнакомец на груз.
– На каждой странице напишешь, что передал груз мне. А в отдельном договоре, – он кивнул на Врангелер, – в джипе лежит, укажешь новое место назначения. После этого можешь катиться на все четыре стороны.
– И ты меня так прямо и отпустишь? – криво усмехнулся я.
– А каковы у тебя варианты, – он приподнял ствол пистолета, нацелив его в мой живот. – Считай, что я решил избрать мягкий вариант общения с тобой.
– Мое условие такое, что девушка должна перебраться на тот берег, – кивнул в сторону реки. – После этого и поговорим.
– Да? – издевательски улыбнулся он. – Вы сейчас в моей власти и надеяться вам не на кого. Вот начнем ее на куски резать и в извращенной форме насиловать, ты сам все сразу и подпишешь, чтобы ее мучения прекратить. Не так?
Хм, говорит он без акцента, да и речь вроде правильная, внешне на русского похож, но, зуб даю – иностранец! Мало того, что оружие мне незнакомо, так еще и камуфляж новый и ткань не та, что в России использовалась. Да, знаков никаких нет, но думаю это кто-то из скандинавов или тех же прибалтов. С другой стороны, понятие границ давно стерто, все народы не братья и предпочитают держаться своих, но документов проверять некому да и незачем. К тому же, понятие шпионов отсутствует как класс, ибо и разведывать нечего.
– Может так, а может и нет. Сам же знаешь, что мы русские характер имеем сложный, закусим удила – ни одной пыткой не сломишь! – ответил ему, специально намекнув, что считаю его одного с собой происхождения.
– Ну, тогда пошли к реке, – покачал тот головой и демонстративно указал мне рукой: – Ты первый, терпеть не могу, когда за спиной идут.
– Вот в этом мы похожи, тоже не люблю, когда в затылок дышат, – хмыкнул я, но пошел впереди него. Деваться некуда, не я заказал этот оркестр.
Подойдя к берегу, а он начинается крутым спуском к реке, майор звонко свистнул. Через минуту белобрысый амбал, в таком же, как у майора камуфляже, привел Вику. У той под глазом наливается фингал, губа в кровь разбита, руки скованы за спиной наручниками, ее летная форма в нескольких местах разодрана, но в целом, выглядит она неплохо. Ничего с ней еще сотворить не успели. Может я помешал или другая цель стоит. К последнему больше всего склоняюсь, так как меня-то они из-за нее поймали.
– Ты как? – спросил я девушку.
– Могло быть и лучше, – усмехнулась та.
– Переплыть сможешь? – кивнул на реку.
– Если в наручниках, то нет, – тряхнула она головой.
Майор кивнул белобрысому и тот освободил руки девушки. Вика стала разминать кисти, хмуро смотря на реку. Переплыть ее в одежде сложно, а после схватки с бандитами я не знаю в какой она физической форме.
– Рекомендую раздеться, – ухмыльнулся главарь. – А то топором на дно пойдешь.
Вика исподлобья на него глянула, но ничего не сказала, а молча села и принялась расшнуровывать ботинки. Потом связала шнурки и повесила ботинки на шею и посмотрела мне вопросительно в глаза. Да, я заметил ее знаки, которые она подает и надеюсь понял правильно. Но думаю, ее уловки и майор заметил, просто не стал говорить вслух. Да и толку-то! Мне с ними в рукопашной ловить нечего, а если в лесу еще двое, то шансы и вовсе призрачны. А знаки Вика подавала своеобразные, то четыре пальца невзначай покажет, шнурки настолько же узлов связала, хотя достаточно и одного.
– Готова? – усмехнулся майор.
– Да, – ответила та и пошла к воде.
– Подожди, – остановил он ее и, подойдя, протянул перочинный нож и зажигалку. – Что мы изверги какие, так хоть шансик появится.
Ну, таким маневрам он показывает, что ждать ей меня не стоит. Да и найти ее они смогут на раз, когда она костер разведет. А одежду ей иначе не высушить. Умный гад! Просчитывает все!
– Кир, а ты? – взяла она подношение бандита и смотрит на меня.
– Меня не жди, – ответил ей.
Девушка закусив губу кивнула и, неожиданно, шмыгнула носом, мне даже показалось, что в глазах слезы блеснули. Да вряд ли, в наше время и слезы?
– Иди давай, – махнул левой рукой в сторону воды. – Замерзнешь сейчас, а в воде вряд ли согреешься.
Вика развернулась и спустилась к реке, оглянулась и вошла в воду. Вот девушка зашла по пояс, оттолкнулась и поплыла.
– Ну, пойдем наши дела доделаем? – кивнул мне майор.
– Пусть переплывет и в лесу скроется, – ответил я.
– Как скажешь, десяток минут погоды не сделают, – хмыкнул тот.
А меня прошиб холодный пот. С чего я решил, что он ее отпускает? Нет, ему свидетели не нужны. Наверняка одного из своих отправил вслед за ней, а то может уже и раньше все просчитал. Какие я мог условия выставить? Отдай мне машину и мы уедем? На это он пойти не мог, этого и просить не стоило. А вот то, что я захочу уйти сам или постараюсь добиться освобождения девушки – читалось. В какую сторону она или я пойдем тоже вариантов не много. Черт! Черт! Черт! Вика уже почти на середине реки. И мне показалось или в лесу, на том берегу, что-то блеснуло. Моя правая рука поползла к нагану, к бандитам стою левым боком и им мое движение не видно, да и не ждут они с этой стороны неожиданностей. Рука обхватила рукоять, а Вике до берега не больше минуты.
– Ну? – вопросительно спросил майор.
В ответ я, не вытаскивая наган, лишь повернул ствол в его сторону, начинаю стрелять. Первый выстрел попал бандиту в ногу и я успел увидеть удивление в его глазах. Чуть приподнял ствол, вторая пуля вошла тому в грудь. Третья уже ушла выше. Майор стал заваливаться, а белобрысый вскидывает свой пистолет. Время замедлилось, я пытаюсь уйти с линии выстрела и падаю в бок. Вижу, вспышки из леса, вот и амбал начинает стрелять. Одна из пуль со свистом проходит около моей головы, еще одна с чмоканьем бьет мне в левую ляжку. Сам же, в падении, жму на курок и тоже палю, пытаясь попасть в белобрысого. С каждым выстрелом мои шансы тают вместе с патронами в барабане нагана. Но последний, седьмой выстрел мне приносит удачу. Пуля входит в глаз амбалу и тот откидывается на спину. А вот пистолет из его руки, по дуге, отлетает далеко в сторону. К этому моменту я уже шмякнулся на землю и шиплю от боли в ноге. Как только сознание не потерял? Похоже, кость у меня задета, слишком больно. А из леса по мне начинает палить автоматчик. Пули со свистом ложатся в полуметре от меня, обдав крошкой выбитой земли. Перекатываюсь, автоматчик стреляет одиночными и такая падла пытается попасть мне по ногам.
– Сука! – вырывается у меня. Еще и в правую ногу ударило раскаленной иглой! Все, на ноги мне сейчас не встать. Скатываюсь под горку к воде, надеюсь, попал в мертвую зону и теперь моему противнику придется выйти из-за укрытия, если он не захочет, чтобы я кровью истек. Ничего, у меня же напиток целебный есть, но это позже, сейчас зарядить наган нужно. Как хорошо, что руки работают! Оружие готово к бою, достаю фляжку, а жидкость там на дне. Это когда же я выпить-то все успел? Вроде глотки небольшие делал, а то, что рану в плече полил, так там ушло-то всего ничего. Скрипя зубами, полил огнестрельное ранение на левой ноге, увы, грамм десять всего вылилось и до кожи дошло всего ничего, даже жжения не почувствовал.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.