В которой Боз Ловколап съедает семьдесят четыре швейцарских шоколадных рулета
– Поверить не могу, что Иган войдёт в Совет гномов! – наверное, в десятый раз повторила Ари, сидя в фургоне на следующее утро.
Я не мог винить её за это. Это было грандиозное событие. По всему миру существовало множество небольших гномьих советов (называемых Комитетами гномов), но они имели только местное значение, как законодательное собрание штата или что-то в этом роде. Чикагский совет гномов был официальным органом управления гномов всего мира. Это даже более значимое событие, чем если бы четырнадцатилетний человеческий ребёнок вдруг стал сенатором США, членом Британского парламента или кем-то подобным.
– Совету нелегко далось это решение, – сказал Бозгроли Ловкопал со своего водительского сиденья. – Теперь он официально самый молодой член Совета в современной истории.
Бозгроли «Боз» Ловкопал был тем самым сопровождающим, которого Данмор послал с нами в Висконсин, чтобы он приглядывал за нами во время второй Миссии по усмирению монстров. Кроме того, он должен отвезти нас на место, так что теперь мы тряслись в старом сером минивэне, а наши сумки с оружием были спрятаны в багажнике.
Почти все три часа пути мы оживлённо болтали о том, что Иган станет одним из ста двадцати пяти членов Совета гномов.
Большую часть информации мы получили от Боза, так как Иган был слишком взволнован (и всё ещё находился в шоке), чтобы рассказать нам хоть что-то стоящее. Кроме того, вскоре после того как он узнал эту новость, ему пришлось бежать, чтобы приступить к подготовке. Он сказал, что ему предстоит намного больше дел, чем любой из нас мог бы предположить (и определённо намного больше, чем на наших занятиях в школе).
В целом дело обстояло так: Иган был анонимно выдвинут на свободное место в Совете, которое освободилось после того, как его отец погиб во время нападения троллей в Зале собраний имени Досгруда Серебристого несколько месяцев назад. Согласно правилам Совета, все кандидатуры были вынесены на голосование. И Иган, будучи одним из двадцати трёх кандидатов, каким-то образом получил наибольшее количество голосов, став самым молодым членом Совета на следующие семь лет, побив предыдущий рекорд возраста двадцати одного года (который, как ни странно, удерживал мой собственный отец).
– С ним всё будет хорошо, – сказал я, хотя всё ещё не был уверен в этом до конца.
Сомнения закрались в мою голову прошлой ночью, когда я лежал без сна в постели и слушала храп отца.
«На его месте должен был быть ты, – сказал Кровопийца. Его внезапное заявление словно пронзило мой мозг. – Ты должен быть в Совете, а не Иган».
«Вовсе нет, – подумал я в ответ. – Иган – самый умный парень из всех, кого я знаю. Он до безобразия логичен, честен и добр. К тому же он на целых полтора года старше меня, что, я знаю, не так уж много, но определённо тоже играет роль. И он прожил всю свою жизнь, изучая гномов и нашу культуру. Я же лишь недавно, меньше четырёх месяцев назад, узнал, кем являюсь на самом деле! Я почти ничего не знаю по сравнению с ним».
«Да, но ему не суждено стать таким же великим, как ты, – настаивал Кровопийца. – Я не просто так выбрал тебя, а не его. Я хочу сказать, Иган тоже ничего, хотя немного мягковат. Но ты можешь и когда-нибудь изменишь мир. На его месте должен быть ты».
Я ничего не ответил, прогнав из головы лишние мысли. По правде говоря, я и сам не был уверен, что мне действительно нужна такая забота. Слишком большая ответственность для такого ребёнка, как я, который способен поджечь собственные штаны и случайно убить родителей своего (бывшего) лучшего друга. Но я знал, что мне и всем нам будет не хватать Игана во время МУМ. Он всегда был таким логичным и знающим всё на свете. Он удерживал нас от паники, когда дело пахло жареным, а это бывало частенько – мы же всё-таки гномы.
– Похоже, Иган станет старейшиной ещё до того, как ему исполнится восемнадцать! – гордо сказала Глэм с заднего сиденья фургона.
– Ну, насчёт этого я не знаю, – сказал Боз, вытирая лоб рукавом.
Боз Ловкопал был ненамного старше нас. Если бы он был человеком, живущим в современном мире, то, вероятно, всё ещё учился бы в колледже. Этот пухленький парень едва помещался на водительском сиденье, руль упирался прямо в его круглый живот. Его чёрная, необычайно длинная для столь юного возраста борода, заплетённая в две косицы, свисала почти до пояса. Боз казался славным парнем, но за час он успел вспотеть настолько, что озеро Мичиган давно бы уже превратилось в солёное море, будь он сегодня на пляже. Он ел швейцарский шоколадный рулет с таким аппетитом, как будто он вот-вот закончится. Проглотив пятую порцию, он напомнил нам, что так по сути и было.
– Я буду скучать по этому лакомству, – сказал он, когда сухие крошки шоколада упали в спутанные пряди его чёрной бороды под нижней губой. – Когда магия полностью вернётся, рулет станет просто очередной исчезнувшей частью современного мира. Просто беда.
Вдобавок к тому что он потел и поедал швейцарские шоколадные рулеты, Боз без остановки болтал о хаосе и мраке, которые, как он думал, принесёт Новая магическая эра. Или, по крайней мере, мне так казалось. Его рассказы об автострадах, забитых неподвижными, проржавевшими автомобилями, о людях с факелами и лопатами, которые сражаются с гигантскими скорпионами (беспощадными монстрами Земли отделённой, которых он называл джаттемавры), казались мне жуткими и мрачными. При этом мне подумалось, что Боз выглядел воодушевлённым, когда делился своими фантазиями о будущем (за исключением, конечно, неизбежной потери швейцарских рулетов).
Мы уже на протяжении нескольких недель слушали подобные истории от старших гномов. Рассказы о том, как будет выглядеть новый мир. Насколько он будет страшен и опасен. Но многие из них тоже казались взволнованными, потому что мечтали, что магия гномов вновь вознесёт нас на вершину мира. Несомненно, гномы считали будущее ужасным, но в то же время они надеялись, что наш народ снова обретёт власть. Мы были бы теми героями, которые вышли из тени и защитили слабых, убили злых монстров и сделали мир безопасным и прекрасным местом для жизни (в теории).
Мне всё это казалось слишком грандиозным, слишком отличным от того, что я знал всю свою жизнь – даже учитывая события последних нескольких месяцев, – чтобы поверить, что это возможно. Всё это было слишком похоже на сказку, которую нам рассказывали перед сном, чтобы нас мучили кошмары, а не на то, что рано или поздно произойдёт на самом деле. Всего четыре месяца назад я считал себя заурядным человеком, никем, ещё одним лицом в толпе, в меру счастливым парнем, который живёт соразмерно своим силам. Я жил обычной жизнью, о которой мало кто когда-либо узнает. Но теперь я оказался втянут (а для тех гномов, которые до сих пор верили в пророчества, избран) в ряд меняющих мир событий и исполнял роль владеющего магией гнома, вышедшего из легенд. Даже если не брать во внимание говорящий топор, для меня это слишком.
В конце концов фургон Боза съехал с Девяностой федеральной автострады и продолжил движение по сельской дороге.
Мы прибыли в Висконсин-Деллс, в центральный район Висконсина, полный лесов, озёр и рек, который каждое лето привлекал толпы туристов. На самом деле я как-то слышал, что некоторые из моих бывших одноклассников из ПУКов называли это место Лас-Вегасом кемпинга. Я никогда раньше здесь не бывал, разве что проезжал мимо. В прошлом из-за магазина (и, как вы знаете, извечной охоты за магией) у моего отца никогда не было времени на походы.
Боз проехал мимо главного города, заполненного впечатляющими тематическими отелями (например, Mt. Olympus Hotel или Polynesian Water Park Resort). Затем мы заехали в лес и двигались ещё около часа. Наконец Боз остановился в какой-то глуши на обочине двухполосного шоссе.
– Приехали, – сказал он весело, вытирая пот со лба.
– Где мы? – спросила Ари.
– На месте последнего сообщения о появлении какого-то существа, бродящего по этим лесам, – ответил он. – Вчера утром кто-то из леса бросил тушу оленя в проезжавшую мимо машину прямо на этом самом месте. Машине удалось избежать аварии, но водитель сообщил полицейским, что заметил тёмную фигуру, скрывшуюся в густой тени деревьев. Департамент шерифа округа отверг это сообщение, посчитав его ложью. Но поскольку нам известно о существовании монстров, мы полагаем, что слова водителя вполне могут оказаться правдой. Ладно, отправляйтесь на поиски этого зверя!
– А ты разве не идёшь? – спросил я.
– Ответ отрицательный, – сказал Боз, осторожно разворачивая очередной швейцарский рулет. – Мне было приказано отвезти вас сюда и следить за ситуацией. Я вмешаюсь только в случае крайней необходимости. Это проверка вашего мастерства, помнишь? Совет хочет посмотреть, было ли верным решением привлечь к МУМам молодых гномов. Если я пойду с вами, это нельзя будет считать настоящим испытанием, не так ли?
– Пфф, нам всё равно не нужна твоя помощь! – усмехнулась Глэм, открывая раздвижную дверь фургона. – Давайте дружно сотрём этого зверя в костяной порошок, если, конечно, у него вообще есть кости!
Когда мы все вылезли из фургона, Боз усмехнулся и кивнул в сторону Глэм.
– Мой вам совет, попытайтесь контролировать её, – сказал он, но мы были уверены, он вовсе так не думал. Наш сопровождающий явно восхищался её жаждой разрушения, как и большинство других гномов.
– Да, мы постараемся! – сказала Ари, закрывая заднюю пассажирскую дверь.
Мы достали оружие из багажника фургона.
«Грег и Карл снова в деле! – продекламировал Кровопийца своим лучшим киношным голосом, когда я вложил его в ножны на спине. – Кто погибнет на этот раз? Будет ли это ещё одна горгулья? Или, может быть, целая деревня лесных духов? Как бы то ни было, никто не может спасти большую пиццу с пепперони, которую они уничтожат позже, празднуя победу!»
Я закатил глаза, но не смог сдержать улыбки. Вот что я вам скажу об этом говорящем топоре: несмотря на свою тягу к убийствам и разрушениям, он был удивительно жизнерадостен. Приятная перемена после длительного времени, проведённого среди гномов. Не сказать, что моя жизнь с гномами была такой уж ужасной. На самом деле совсем наоборот. Несмотря на некоторые не самые приятные особенности (недружелюбие, неприятный запах тела и всеобщее нежелание принимать душ чаще двух раз в неделю, грубая и прямолинейная манера общения и т. д.), стоило признать, я чувствовал себя здесь на своём месте. Жить среди гномов было намного… проще, что ли, чем в существующем ныне современном мире.
Во-первых, гномы не беспокоятся об имидже. Мы для этого слишком искренние. Статус и богатство обычно тоже ничего не значат для гномов. Мы славимся тем, что на нас трудно произвести впечатление, поэтому никто особо не утруждает себя попытками. Это абсолютно бессмысленное занятие. Хорошо это или плохо, гномы всегда являются теми, кем кажутся. Что видишь, то и получаешь. Но более того, я никогда не чувствовал, что в моей жизни есть хоть какой-то смысл до тех пор, пока не переехал в Подземелье. Тренировки, занятия – всё это казалось мне намного более важным, чем то, чему я научился за всё время учёбы в ПУКах. И теперь, благодаря МУМам, у меня появилась ещё более определённая цель, где мне пригодятся новые навыки и знания: мы должны помочь спасти мир и навести в нём порядок. Я и представить не мог, насколько это будет увлекательно.
Вот почему мне так нетерпелось выскочить из фургона и приступить к заданию, несмотря на поджидающие впереди опасности (нужно ли вам напоминать о ситуации с пылающими штанами?).
Вооружившись, мы повернулись в сторону тёмного леса, выстроившись в ряд в канаве у микроавтобуса. Мы совершенно не представляли, с чем нам предстоит столкнуться. Но по крайней мере на этот раз мы находились в таком уединённом месте, что нам не нужно было беспокоиться о правиле номер два: не устраивать сцен. С другой стороны, если здесь всё пойдет наперекосяк, нашей единственной надеждой на спасение будет толстый и потный гном, который в данный момент сидел в минивэне, уплетая швейцарские рулеты и слушая популярные музыкальные хиты 80-х.
«Так что? – нетерпеливо подал голос Кровопийца, снова прочитав мои мысли. – Давай просто ворвёмся туда и порубим всё, что движется?»
«Боже, Карл, – подумал я в ответ. – Остынь».
«Эй, я просто пытаюсь тебя разозлить, – сказал Кровопийца. – Как пышущий азартом тренер из дрянного спортивного фильма».
«Сколько дрянных спортивных фильмов мог посмотреть древний гномий топор?»
«Эй, ты забываешь, сколько времени я провёл в гостиной того бездельника».
«Справедливое замечание», – подумал я с усмешкой.
Хоть я и не собирался убивать кучу невинных созданий, Кровопийца был прав, мне не нужно было бояться. В конце концов, мы уже успели проникнуть на секретную эльфийскую базу и спасти моего отца. Менее сорока восьми часов назад мы уничтожили предположительно неразрушимую горгулью. Без сомнений, мы способны справиться со всем, что бы ни ждало нас впереди.
Я уже было собирался произнести воодушевляющую речь, чтобы убедить ребят последовать за мной в тёмный и страшный лес, но понял, что мои спутники больше не стоят рядом со мной. Они уже успели углубиться в гущу деревьев на несколько метров, бесстрашно пробираясь вперёд.
– Чего ты ждешь, хлюпик? – окликнула меня Глэм. – Пока появится проторенная пешеходная дорожка к месту пикника? Ну же, двигай!
Я бросился за ними в лес, не обращая внимания на насмешки Кровопийцы.
В тот момент я даже не подозревал, что мы вот-вот столкнёмся лицом к лицу с диким чудовищем, с которым уже однажды встречались.
В которой мы рискуем стать шикарной закуской для званого обеда
В течение часа мы бесцельно бродили по лесу (отбиваясь по пути от нападений диких птиц и мелких зверьков), прежде чем заметили первые признаки присутствия монстра.
Всё началось с того, что мы обнаружили мёртвое животное. Что это был за зверь, по состоянию туши определить было невозможно. Он был относительно невелик, по крайней мере меньше оленя. То, что от него осталось, превратилось в груду меха и раздавленных костей.
– Отвратительно, – сказала Ари, отводя взгляд.
– Вкуснятина, – вставила Глэм, явно пытаясь вывести из себя Ари.
«Выглядит так, словно это готовила моя бывшая жена», – произнёс Кровопийца.
– Кто мог сделать нечто подобное? – спросил я, не обращая внимания на дурацкую шутку моего топора.
– Игану тайна подвластна быть лишь сия могла, – с тоской сказал Лейк. – Познания воистину о зверя огромны царстве его.
Он был прав, Иган наверняка бы знал ответ. Но его здесь не было. Так что нам придётся полагаться только на себя. Кроме того, как любил повторять Иган, мы все учились в одном классе, и нам ничто не мешало заниматься столько же, сколько он. К тому же Иган всегда настаивал, что вовсе не он был лучшим студентом в нашем классе монстрологии. И, кажется, я догадывался, кого он имел в виду.
– Головастик? – спросил я, повернувшись в его сторону. – Помнится, ты немало знал о горгулье во время последней МУМ. Что думаешь насчёт этого зверя?
Он пожал плечами и сказал:
– Мало ли что я знаю. Этого недостаточно, чтобы строить догадки.
– Может, это были некимара? – предположил я. – Судя по отсутствию крови вокруг трупа.
– Нет, они слишком маленькие, – возразила Ари.
– Откуда ты знаешь, что наш монстр крупнее? – поинтересовалась Глэм.
– Ну, например, из показаний очевидцев, – сказал Ари. – И ещё вот.
Она указала на пару деревьев, которые явно были сломаны, когда какое-то огромное существо прокладывало себе путь. По меньшей мере монстр был размером с медведя, если не больше. За первым рядом покорёженных деревьев виднелось ещё несколько вырванных с корнем стволов, которые кто-то торопливо отбросил с пути.
Это был своего рода указатель, по которому можно было выйти на монстра.
В конечном счёте мы обнаружили следы кого-то достаточно крупного, чтобы разбить в щепки взрослые деревья канадских елей, словно папиросную бумагу. И достаточно свирепого, чтобы расплющить небольших животных в неузнаваемые груды меха и костей.
Так что, само собой, мы продолжили поиски монстра, кем бы он ни оказался.
Глэм отпила глоток гальдерватна из своей маленькой фляги из бизоньей шкуры и передала её мне. Сделав глоток, я протянул её Ари. Отпив, девушка поставила пробку на место и вернула флягу Глэм. Поскольку Лейк и Головастик не обладали магическими способностями, им не было нужды пить зелье.
Почти четверть мили мы шли по разрушительному следу твари, всё больше углубляясь в лес. Местность медленно шла в гору и становилась всё более каменистой. Когда лес поредел, мы чуть не потеряли след (так как монстру больше не нужно было ломать деревья, чтобы пройти), но вовремя заметили пропавшие камни.
Через каждые несколько футов мы натыкались на огромную дыру, в которой когда-то, вероятно, лежали один или два огромных валуна. В некоторых местах мы даже замечали, что часть камня была грубо отломана от цельной породы с помощью нечеловеческой силы.
«Пфф, я тоже так могу, – сказал Кровопийца. – Одной левой».
Так или иначе, стало совершенно ясно, что это существо зачем-то собирает камни.
– Всё так, как сказал Данмор, – произнёс Головастик, когда мы остановились возле особенно огромной ямы с землёй на дне, в которой безошибочно угадывались угловатые очертания пропавшего валуна.
– Что ты имеешь в виду? – спросила Глэм.
– Он о том разговоре с Данмором, когда тот предположил, что мы имеем дело со скальным троллем, – ответила Ари. – Похоже, он был прав.
– А ещё какие-нибудь существа любят собирать…
На моё лицо легла тень, заставив меня осечься на полуслове. Тень отбрасывал огромный валун, который, закрыв собой солнце, летел по воздуху.
Я застыл, слишком ошеломлённый, чтобы хотя бы попытаться произнести заклинание, и наверняка был бы разбит в лепёшку, если бы внезапно налетевший порыв ветра не ударил меня прямо в грудь. Он отбросил меня назад, подальше от валуна за мгновение до того, как тот с глухим стуком врезался в землю!
Жёсткие, узловатые корни старой красной (норвежской) сосны прервали моё падение. Я не знал, кого мне следует благодарить за своевременное заклинание, которое только что спасло мне жизнь, – Глэм или Ари, но на это не было времени. Громовой, скрипучий голос, раздавшийся с вершины холма, заставил меня забыть все правила вежливости.
– УБИРАЙТЕСЬ! – проревел голос. – НЕ СМЕЙТЕ НЕЗАКОННО ПРИСВАИВАТЬ СИЛИКАТНЫЕ МИНЕРАЛЫ КАМЕШКА!
Следуя по пути недостающих камней, мы проследили взглядами вверх по склону холма, который заканчивался почти голым скалистым обрывом. За ним начинался гораздо более крутой спуск, ведущий в неглубокую долину, заросшую соснами, елями, пихтами и другими хвойными деревьями. Тёмная массивная фигура выдвинулась из тени высокой скалы на вершине утеса.
– Нам не нужны твои камни! – крикнула Ари в сторону фигуры. – Мы просто хотим поговорить! Честно!
– ПУСТОСЛОВЫ! – проревел голос. – ВСЯ СОВОКУПНОСТЬ СМЕРТНЫХ СУЩЕСТВ, ЗА ИСКЛЮЧЕНИЕМ КАМЕШКА, – ЛУКАВЦЫ И ПРОХИНДЕИ!
– Ну и словечки выдаёт эта штука! – сказала Глэм. – А мы точно уверены, что это скальный тролль? Как я помню, по словам Данмора и всех древних текстов, тролли должны быть довольно глупы.
Зверь на вершине холма издал страшный рёв, полный ярости.
«Что же, я достаточно наслушался, – сказал Кровопийца. – Грегдруль, давай уже поднимемся наверх и раскромсаем этого философа на куски. На такие маленькие крошечные кусочки, которые можно использовать в качестве добавки к нашим куриным салатам».
Существо наконец вышло на солнечный свет. Как и предполагал Совет, это действительно был скальный тролль, с большим словарным запасом или без него. По меньшей мере трёх-четырёх метров в высоту и почти столько же в ширину. Его кожа была серо-коричневого цвета, угловатая и со сколами, как камень.
Но на самом деле скальные тролли вовсе не были сделаны из камня, по крайней мере, согласно древним криптозоологическим текстам Земли отделённой. Как ни странно, со времён Земли отделённой не было исследовано ни одного живого скального тролля; древние книги рассказывали, что их кожа на ощупь напоминала твёрдый камень, но полностью состояла из органического материала, не слишком отличающегося от кожи слона или носорога, хотя была, конечно, гораздо более твёрдой. На самом деле в те времена некоторые гномьи общины делали доспехи из шкур скальных троллей, утверждая, что они прочнее большинства металлов. В древних текстах также утверждалось, что мозговые способности скальных троллей в лучшем случае соответствуют уровню трёхлетнего ребёнка (хотя я, конечно, никогда не встречал малыша, который знал бы слово «прохиндей». Чёрт, да даже я сам не знал, что оно в точности означает, а я, между прочим, поступил в престижный колледж на академическую стипендию). В древних книгах также говорилось, что скальные тролли хорошо пригодны для физической работы, конечно, если вам удастся найти надёжный способ их контролировать. Согласно одному из предполагаемых способов, чтобы успокоить тролля, ему нужно давать камни и драгоценности, чем реже, тем лучше (за редким исключением).
Когда монстр стоял на вершине холма, сердито глядя на нас, подозреваемых воров, я понял, что узнал его. Это был тот самый тролль, который пытался убить нас всех всего несколько месяцев назад во время битвы за башню Хэнкок.
– Курзол? – недоверчиво спросил я.
Скальный тролль склонил голову набок, глядя на меня. Затем он откинулся назад и взревел в небо так свирепо, что в находящейся у подножия долине несколько десятков птиц взлетели с деревьев.
– НЕ-Е-Е-Е КУРЗО-О-О-ОЛ! – закричал он.
Тролль бросился вниз по склону прямо на нас. В каждой руке он держал по массивному валуну, способному превратить нескольких маленьких гномов в паштет, который скальные тролли намазывали на крекеры и подавали на званых обедах.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.