Макс фыркнул на меня, когда моя мишень появилась ближе; конечно же, там все было идеально. Чётко в цель. Даже дырка стала больше от частого попадания. Я улыбнулась этому; мне нравилось видеть такой результат. Мужчины к тому моменту дошли до меня, и я услышала, как Хоук Старк хмыкнул, переглянулся с Аароном Рейльнодсом.
– После тренировки Атвуд и Бранун ко мне в кабинет. Тренируйтесь.
Мужчины вышли, погружая в тишину весь тренировочный зал, и я понимала, что это не к добру. Макс в бешенстве.
Я сидела на переднем сидении машины брата и недовольно рассматривала город за окном. Мы с Максом, как всегда, отправлялись домой на выходные. С одной стороны, мне нравилось проводить время с папой, потому что у нас не всегда получалось видеться после того, как я вступила в ряды стражей. Раньше было наоборот, когда от нас ушёл брат в военное дело. Тогда мне приходилось сопровождать отца на все мероприятия. Да и мой возраст не позволял чем-то ещё заниматься: школа, дом, званые ужины и так по кругу.
Два дня назад, когда я кайфовала от винтовки в руках перед командиром, брата и Маркуса вызвали к нему в кабинет, чтобы сообщить, что я и ещё несколько человек были приняты на другую должность. Это, естественно, разозлило брата, который не был согласен с такими решениями. Он боялся и одновременно пытался меня защищать. Мы не разговаривали с ним все эти дни, а потом мне сообщили, что нам нужно уехать домой. Якобы сегодня вечером состоится важное собрание, где хотят видеть нашего отца.
Макс остановился около нашего дома и, без каких-либо слов, вышел из машины. Я отстегнула ремень безопасности и поспешила за братом. Улица, как и дома вокруг, были освещены искусственным светом. В этой части города всегда было оживленно: люди гуляли, смеялись. Многие просто сидели на лавочках в сквере напротив жилых домов и весело проводили вечер. Все жители в Эмбервуде за двадцать два года позабыли, что когда-то стало с нашим миром. Все старались начать жить с чистого листа, и у них это получалось. Численность населения процветала, каждый знал, чем он должен заниматься.
Осмотрев небольшой сквер, я обернулась на ряд домов, все похожие друг на друга. Все они имели два этажа, небольшой гараж и подъездную дорожку; за домом располагалось пространство для барбекю. Все казалось таким же, как раньше, но люди совсем забыли устраивать посиделки в выходные с друзьями или праздновать дни рождения, которые, по рассказам моего отца, раньше проходили весело. Сейчас была только видимость, но в одном она была хороша – это чувство безопасности от внешнего мира, там, где господствует тьма.
Переступив порог своего дома, я увидела отца и не удержалась от улыбки. Он слушал брата, но его взгляд переместился на меня, когда я вошла в дом. Николас Атвуд ответил мне улыбкой, и я, не задумываясь, бросилась к нему в объятья.
– Моя маленькая доченька дома, – произнёс он мне куда-то в макушку, оставляя поцелуй, – Давно не виделись.
– Я соскучилась, пап, – я отстранилась и поцеловала его колючие щеки.
Нашему отцу было около пятидесяти лет, его внешность говорила о многих годах жизненного опыта и пройденных испытаниях. Чёрный цвет волос с проседью на висках, всегда добрый взгляд янтарных глаз выражал доброту и теплоту. Во всяком случае, ко мне; брата он воспитывал немного по-другому, вероятнее всего из-за того, что он мужчина. А я появилась спустя восемь лет их с мамой брака и поэтому имела привилегию видеть в глазах отца одну любовь. Наши родители сошлись в восемнадцать из-за беременности мамы, а потом поженились.
– Я тоже скучал, маленькая моя.
– Отец, ты слышал, что я говорил? – я бросила взгляд на брата и тихонько фыркнула. Макс, как всегда, недоволен.
– Слышал, сынок, слышал. Пойдемте поговорим. У нас до встречи есть час, – обнимая меня за плечи, папа завёл нас в уютную гостиную. У главной стены расположился камин, напротив – диван и два кресла, на которые мы сразу сели.
– Отец, я против обучения Мараны на роль конвоира! Аарон Рейнольдс вместе с Хоуком Старком забирают новеньких людей на службу у главных стражей. Мара только приступила к обязанностям на стене, а уже происходит такое. Я, как её командир, против. А как брат, так тем более! – на одном дыхании отчеканил Макс.
– Я в курсе всех событий, сынок, – папа перевёл взгляд на меня. – Ты как смотришь на такое предложение?
– Я ещё ничего толком не поняла. Да и вообще не хотела строить карьеру у главных стражей. Какой из меня конвоир? Это означает, что мне нужно будет покидать стены Эмбервуда. Тюрьма за её пределами.
– Ты права, – отец утвердительно кивнул, – но тут суть может быть совсем в другом, Мара.
– Пап, не нужно… – перебил его Макс.
– Почему же? – спросил он.
– Она ничего не знает, – я нахмурилась, смотря то на папу, то на брата.
– Не знаю, чего? – медленно спросила я.
Папа с братом долго смотрели друг на друга, словно ведя мысленный диалог. У меня в желудке от неизвестности скрутился тугой узел.
Что такое?
– Знаешь ли, мы всегда старались тебя оберегать от военного дела и стражей. Не хотелось, чтобы ты держала в руках оружие и была за пределами Эмбервуда. Но все происходящее не совсем радужное, как хотелось бы, и, скажем так, все намного хуже.
– Да что такое?
Все слова отца подогрели мой и без того повышенный интерес.
– Если ты станешь служить у главных стражей, то тебе придётся столкнуться с трудностями, – начал было Макс, и я перевела взгляд на него, – видишь ли, тебе придётся убивать.
Я от нервозности усмехнулась, не понимая, почему они себя так ведут. Мне на минуточку двадцать четыре, а не десять. Чего искать и выбирать правильные слова?
– Вы можете сказать, что происходит нормальными доступными словами. Я не маленькая!
– Смотри, для того чтобы поступить в отряд стражей Аарона, нужно пройти не только их подготовку, но и правила безопасности. Скажем так, у этого всего есть некоторые отличия от отрядов на стене, по причине охраны лидера и его окружения.
– Хорошо, но для чего такая ярая охрана главы и всех важных персон? – спросила я отца.
– Они охраняют не только лидеров, но и город. Основные силы происходят за стеной. На сегодняшний день все это произошедшее теперь имеет некое последствие. Мы боремся с вирусами, которыми наполнился мир.
– Вирусы? – переспросила я, не распознав это слово, ведь в городе такого нет.
– Да, – кивает отец. – Вирусы были всегда, но то, что происходит сейчас, я понимаю, не вяжется у тебя в голове.
– За стеной, помимо внешнего мира, у нас есть несколько других проблем. Некоторые люди, не найдя убежища, теперь страдают неизвестным нам вирусом, и никто не может объяснить его источник, – говорит Макс.
– Почему я тогда за полгода ни разу не слышала об этом? – замолкаю и смотрю в пол, в памяти появляется воспоминание, где наши стражи нашли мужчину и волокли его по земле. Его слова эхом отозвались в голове, и я поднимаю взгляд на Макса. – Тот мужчина кричал о тварях, так это люди… вирус?
– Да, Мара. Вирус прогрессирует с каждым годом, у него появился штамп VirT (Viral Transportation), – отвечает мне Макс. – Я не хотел тебя втягивать во все это, потому что все намного хуже, чем есть на самом деле.
Я от услышанного откинулась на спинку кресла и уставилась в одну точку, в голове крутилась сотня вопросов, которые хотелось задать. Неужели, кроме Всемирной катастрофы, нас продолжает убивать природа, создавая все больше и больше препятствий.
– Но почему этот вирус не проникает в Эмбервуд? Почему я никогда не видела заразившихся у стен, да даже о них никто никогда не говорил? – я посмотрела на папу.
– За периметром города всегда наблюдают люди Аарона Рейнольдса, они обучены этому, и у них есть ряд других способностей, которые не позволяют заражённым приближаться к нам. Что касается вируса, то я могу сказать только то, что все живущие здесь получают вакцину.
– Но разве её нельзя…
– Нет, Мара, она не действует на тех, кто уже заражён, – говорит брат.
– За пределами Эмбервуда есть сеть наших клиник, которые работают над этой проблемой, что поможет сократить рост заболеваемости.
– Пап, то есть даже я могу заболеть, если окажусь за пределами стен?
– Вероятность есть, но для тебя это не страшно, по причине того, что ты и твой брат каждые полгода проходите комиссию. Вакцина делается регулярно всему городу без исключения.
– Так, подождите! Я пока ещё не совсем все осознаю. Голова кругом… – я сжала пальцами виски, чтобы собраться с мыслями и узнать, как можно больше. – Вы сказали, чтобы попасть к Аарону в отряд нужно пройти что-то, но что?
Папа с братом переглянулись, опять ведя мысленный диалог, но мне на этот раз не хотелось знать никаких ответов, зная, что они мне не понравятся.
– В ряды стражей Аарона попадёшь лишь только тогда, когда пройдешь процедуры, которые подтвердят стопроцентный иммунитет к вирусу за стеной, – ответил папа.
– У нас есть иммунитет?
– Есть. Ты, твой брат и все, кто пережил катастрофу.
– Но вакцина?..
– Я и говорю, что лаборатория должна понять, держится ли на тебе иммунитет, если выпустить за стену. Поэтому тебя берут, обучают, выпускают на задание, возвращают и наблюдают. Если все проходит нормально, то тебя принимают в отряд.
– А если нет?.. – сразу спрашиваю я.
Брат поджимает губы, а папа отводит взгляд в сторону, и я понимаю, что, если я соглашусь, меня отправят как подопытную в самое пекло, а потом тихо и спокойно наблюдают, заболею ли я или же сдохну.
Серьезно?
– Они, как скот, проверяют людей, чтобы… чтобы взять к себе, если все идёт как надо? – в ужасе шепчу я.
– Нет никаких вариантов проверить человека, нужен прямой контакт с зараженным, – говорит Макс.
– А они у нас бегают по миру, что ли? – резко задаю вопрос.
Опять наступает тишина, и она на этот раз гнетущая. Чем ближе я узнаю этот мир, тем сильнее мои розовые очки бьются внутрь. Боюсь ослепнуть от всего, что происходит…
– Те, кто заразился на воле, да, действительно, как ты сказала, бегают по миру, – отвечает Макс, – их много… и они… – он запнулся, посмотрев на отца.
– Марана, я понимаю твою реакцию. Мы многое не хотели открывать тебе, да и простые люди в Эмбервуде не знают ничего, что происходит за пределами города. Глава города не хочет сеять панику среди людей, и я и брат не хотели рушить твой мир. Думали, ты выберешь другую профессию, но не стража. Вирус настолько прогрессировал, что люди теперь таковыми никто не называет. "Бракованные" – это люди с психологическим и эмоциональным нарушением. У них выявлена агрессия, мутация коснулась деформацией конечностей и кожных покровов. Проще сказать, они не живые, но они двигаются и нападают из-за одного лишь инстинкта – убивать.
– Поэтому я не хочу, чтобы ты сегодня соглашалась на то, что тебе предложит Аарон Рейнольдс. Я свою сестру не намерен отдавать на растерзание "Бракованных". У этого человека не будет ни грамма сожаления, если ты умрешь там за стеной. Ты понимаешь?
Я глупо кивнула, не до конца понимая, что только что сказал брат. Мои мысли были о том, как мало мы знаем о том, что происходит вне Эмбервуда. Как справляются люди, живущие в своих общинах? Ответ, конечно же, прост: они гибнут.
И вообще, что за бредовая идея у лидеров? Отправлять людей на смерть, а потом наблюдать, умрет ли он! Кто они такие, чтобы решать это? Но, с другой стороны, насколько мне известно, отряды лидеров превосходит численностью нас всех взятых. Самые лучшие в городе. И теперь мне понятно, где находятся остальные. Они за стеной…
Пока мы ехали к центру города, я все это время молчала, обдумывая слова папы и Макса. Из разговора я поняла, что ничего хорошего наше правительство не делает. Благо, хоть спрашивают разрешение у подопытных и вводят в курс дела. То есть, чтобы стопроцентно попасть в самый большой отряд стражей, нужно процедуру на иммунитет. Но как тогда лидеры это распознают, если они до сих пор ничего не знают о вирусе? Папа сказал, что мы получаем вакцину.
Так? Так. Отчего? Неизвестно.
Мне очень интересно, что случается с людьми, которые не прошли проверку? Их отпускают на волю и тоже называют “Бракованными”? Что-то во всей этой истории не вяжется, кажется, как будто чего-то не хватает, потому что не может быть все настолько гладко. Да, отряд главных стражей больше, да, они защищают население и стены за периметром, но какой ценой? И вообще, что колют населению под видом вакцины? Папа перед выходом сказал, что обычные граждане, не бывавшие за стеной, не в курсе ситуации с иммунитетом. Получается, чем выше ты поднимаешься, тем больше знаешь.
От мыслей у меня разболелась голова. Я зажмурилась, а когда открыла глаза, то увидела, как мы заехали на территорию центра. Некоторые называли это здание цитаделью. Оно было высоким с шарообразным куполом у главного здания, а по бокам обычным, высоким с множеством окон. Чисто белый фасад слегка блестел в свете, который подсвечивал город и дома. По периметру были высажены деревья, которые за столько лет выросли примерно ко второму этажу. На подъездной дорожке красовался трехъярусный фонтан, все также блистая на фоне красивой подсветки.
На входе нас встретил мужчина возрастом, как наш отец, и без слов попросил следовать за ним. Тут было тихо и прохладно, или это просто мне не хотелось находиться в этом здании. Казалось, здесь пахнет лекарствами или больницей; я не поняла этого до конца.
Наши шаги отдавались эхом по тёмному кафелю, когда нас подвели к широкой белой лестнице с резными перилами. Она уходила вверх, разделяясь на правую и левую стороны, а шарообразный купол как раз находился прямо над моей головой. Никогда тут не была, поэтому всё, что попадалось на глаза, было незнакомым.
Оказавшись на втором этаже, нас повели прямо к двойным дверям, сквозь которые были слышны голоса. Сопровождающий вошёл внутрь, а через несколько секунд нас пригласили зайти. Папа был первый, за ним я, а потом Макс, который, поймав мой взгляд, умолял отказаться.
– Николас, наконец-то вы нашли для нас время и приехали, – в просторном помещении стоял круглый стол со множеством стульев, на которых сидели люди.
– Лоренцо… – папа подошёл к пожилому мужчине и протянул свою руку для рукопожатия, – как я мог отказаться, когда нас пригласил сам глава города. Это мои дети, Марана и Макс.
– Атвуды… знаменитый Макс и его совсем юная сестрёнка. Знаю-знаю про них, – Лоренцо протянул руку брату и улыбнулся.
Вот только мне не показалась эта улыбка доброй, взгляд холодных голубых глаз остался неизмененным. Мужчина внешне походил на старичка с полностью седыми волосами. Его осанка с годами осунулась; об этом говорила трость, которую он держал правой рукой. Как только он переместил свой холодный строгий взгляд на меня, лицо сразу стало непроницаемым… он изучал.
– Мисс Атвуд, мы лично не были знакомы, но сейчас я вижу, что вы прекрасны, как рассказывал ваш отец. Рад видеть.
– Благодарю за приглашение, – учтиво сказала я, на что этот человек опять механически улыбнулся.
– Садитесь, мы как раз разговаривали с Рейнольдсом о новеньких, которых он хочет забрать в свой отряд, – глава сел за стол.
Только сейчас мне удалось разглядеть лица присутствующих. Маркус сидел по правую сторону, куда, собственно, я, Макс и папа присоединились. Напротив, нас сидели выбранные рядовые с второго и третьего отряда. Чуть дальше от них главный командир полка Виктор Крауз, и его помощник Хоук Старк. Рядом с главой города стоял Аарон Рейнольдс. Последний рассматривал всех нас задумчивым взглядом, словно что-то собирался сказать.
– Мы тут немного начали без вас, но Рейнольдс сейчас все объяснит, чтобы ввести в курс дела, – добавил Лоренцо.
– Да, я объясню, – кивнул мужчина. – Как вам всем известно, я и мои командиры раз в несколько лет присматриваем людей, которые после становятся главными стражами в городе. Так вот в этом году мне приглянулись вы, – он сложил руки за спиной и прошелся вдоль стола, продолжая: – ваши навыки не совсем доведены до идеала, но потенциал имеется, а это главное. На примере отряда Маркуса Брауна мне понравились эти рядовые тем, что имеют отличную военную подготовку. А вот с отрядом Макса Атвуда… – он посмотрел на брата, на отца, а потом на меня, – хорошие и навыки владением оружия.
– Да, я хотел бы выделить Марану, Шона и Скотта, отличные результаты, – согласился Хоук Старк, а Аарон кивнул.
– Такие люди, которые владеют отличными навыками, нужны не на стене, а за периметром, – продолжил Аарон.
Я, кажется, забыла, как дышать, когда моё имя произнесли как пример для поступления в отряд Рейнольдса. Я сама привлекла внимание на тренировке, и теперь все будет зависеть от меня, правда же?
– Удивлён, Николас, твоей дочерью. Это хороший этап для её новой должности… – сказал Лоренцо. – Думаю, ей нужно пройти нашу подготовку и стать стражем, охраняющим периметр.
– Насколько мне известно, Аарон Рейнольдс хотел видеть мою дочь в качестве конвоира.
– Такие навыки со стрельбой не нужно гасить в этом ремесле. Будет лучше, если Марана станет нас охранять.
– Я, как её командир, не готов отпустить. Марана ещё не до конца прошла подготовку, у неё была одна смена на стене. За периметр никто не выпускал.
– Ох, понимаю тебя, Макс, понимаю, – снова холодно улыбнулся Лоренцо, – братская защита… это хорошо.
– Простите, сэр, но сейчас я говорю не как брат, а как командир, – в голосе брата зазвучали холодные нотки, но для всех в этом зале это ничего не значило. Они, как будто, не обратили на это внимание. Хоук Старк прочистил горло, привлекая внимание к себе.
– С вашей сестрой ничего не случится, она будет под присмотром командира. Но для этого нам нужно знать мнение её самой, – карие глаза переместились на меня, – никто не заставляет её принимать поспешного решения.
Рука Маркуса нашла мою под столом, он тихонько сжал её, показывая, что рядом со мной. Признаться честно, я не хотела прыгать выше своей головы и идти на риск, который будет присутствовать, пока меня будут обучать. Мне не понравилось то, что рассказал отец. Мне следовало сначала разобраться, что происходит.
– Предпочту остаться на стене, – ответила я, смотря прямо в глаза Аарона Рейнольдса. – Не чувствую, что готова к чему-то большему. Не хочется подставлять отряд из-за незнания ваших правил.
Глава города поджал губы в тонкую полоску, кивая на мой ответ. Но в его глазах было недовольство. Мужчина хотел, чтобы я согласилась, по крайней мере, надеялся на это. И с чего это вдруг?
– Это ваше право, мисс Атвуд. Но хотелось бы, чтобы ваш брат, и по совместительству командир, не прятал вас на стене. У вас хорошие навыки, и их нельзя растрачивать попусту, – сказал глава. Я с облегчением вздохнула.
– У нас есть возможность подыскать на место миссис Атвуд другого человека, – вдруг произнёс молчавший Виктор Крауз. Он сложил свои руки на стол, скрестив их в замок. – В отряде мистера Атвуда есть ещё человек, который неплохо будет смотреться в главном отряде стражей.
– И кого же? – с интересом спросил глава, повторяя позу своего подчиненного.
– Лидия Фостер, – вместо Виктора Крауза ответил Аарон Рейнольдс. – Мы давно присматриваемся к этой девушке.
Я с непониманием перевела взгляд на Макса, а потом на отца. Они оба никак не ответили на мой взгляд. Лишиться подруги спустя столько времени общения, да ещё и отправить в сомнительную систему… для меня было слишком.
– Хорошо, присмотримся к ней, раз вас устраивает её кандидатура. Где её родители? – поинтересовался Лоренцо, просматривая какие-то бумаги перед собой. Поднял листок, вчитываясь в написанное.
– Её родители погибли, выполняя задания, сэр, – ответил мой отец, который являлся её опекуном после той трагедии несколько лет назад.
– Да-да, я вспомнил, – согласился мужчина, – вы стали для девочки приёмным отцом. Как вы смотрите на то, чтобы заменить мисс Атвуд на мисс Фостер?
– Я не могу принимать решение за свою подопечную; она давно совершеннолетняя. Могу только переговорить с ней и дать ответ чуть позже.
– Отлично. Так и сделаем. Ну что ж, подведём итоги, – глава встал, опираясь на трость, – все, кто согласен вступить в ряды стражей, для вас завтра будет отдельное собрание. Вы можете идти.
Все одновременно поднялись со своих мест, но папа затормозил около стола, дожидаясь, когда приглашённые выйдут за дверь. Маркус сжал мою руку и кивнул брату, а затем вышел вслед за остальными.
– Что касается вас, мисс Атвуд, мы ждём вас, когда будете готовы. Даём на освоение новых навыков год, а потом снова призовем для поступления в команду Аарона Рейнольдса. Вам, мистер Атвуд, хочу сказать, чтобы не обделяли сестрёнку, а наоборот обучали. Пусть хотя бы раз в месяц выезжает за пределы стены. Я переговорю с Хоуком; он иногда будет наведываться, чтобы забирать Марану на выезды.
– Хорошо, сэр, – брат нехотя кивнул.
– Спасибо за приглашение. Я постараюсь побыстрее всему научиться! – сказала я, ловя на себе холодный взгляд главы, который снова нехотя улыбнулся.
– Вы идите к машине, я сейчас, – сказал нам отец.
Макс, взяв меня за руку, вывел из зала и без слов повёл к выходу. Я чувствовала, что он недоволен сложившейся ситуацией, ему хочется высказаться, но не может. Прохладный воздух коснулся лица, и я сделала глубокий вдох. Мы остановились около машины, по-прежнему сохраняя молчание. Макс прошёлся взад-вперёд и, заметив Маркуса, остановился. Я сразу же бросилась к нему, требуя его объятий, которые просто обязаны скрыть от всех проблем.
– Молодец, что отказалась, – он поцеловал меня в макушку и крепче сжал в объятиях.
– Я вам сейчас обоим врежу, у меня глаза кровоточат, как вижу вас вместе! – фыркнул Макс.
– А ты не смотри! – бросил насмешливо Маркус.
– Блин, ты мой лучший друг… а это моя сестра! Вас не должно быть так… – он помахал рукой, показывая на нашу позу в объятиях друг друга, – просто… фу!
– Ты как маленький, – я оторвалась от тёплой груди мужчины, – мы вместе, а тебе стоит смириться.
Маркус перевёл взгляд с брата на меня в удивлении, приподняв бровь. На его лице сразу появилась улыбка с этими чертовыми красивыми ямочками на щеках. Не будь брата рядом, уже давно бы целовала его, но в ответ на такой его взгляд, я только покраснела.
– Никогда не смирюсь! – заявил Макс.
– Брось! У нас есть сейчас проблема посерьёзнее, – сказал Маркус, меняя тон голоса, а я поджала губы, опустив взгляд в пол. – Я не хочу, чтобы Мара участвовала во всем этом. Мне не понравилось то, что происходило там, – он указал подбородком на цитадель.
– Не одному тебе, – ответил Макс, – ещё и Лидию теперь отправлять…
Папа вышел на улицу в компании нескольких человек, на ходу решая какие-то рабочие дела. У машины они попрощались, и все разошлись по своим делам. Нам же указали на двери, и мы без слов забрались в салон авто, который через несколько секунд выехал на дорогу. На моё удивление, Маркус сел рядом со мной и всю дорогу до нашего дома не выпускал мою руку из своей тёплой ладони.
Я же смотрела в окно на проходящих людей, которых стало намного меньше. Время подходило ко сну. Но как заснуть, когда мои мысли занимала подруга? Она, без сомнения, согласится уйти в другой отряд. Лидия поступила в военное дело год назад, став стражем из-за родителей, которые были на хорошем счету у лидеров Эмбервуда. Мечтой Лидии было стать одной из лучших стражей, построить карьеру, выйти на новый уровень.
– Пап, если Лидия согласится, ей тоже положено знать то, что вы рассказали мне? – спросила я, заметив, как на меня посмотрел Маркус.
– Я, как опекун, могу ей рассказать, но вам делать это запрещено. Мы не должны были говорить тебе, так что лучше сделай вид, что ничего не знаешь.
– Разве Лидия не в курсе происходящего за периметром? Она же уже год в отряде?
– Она была стражем в Эмбервуде, – ответил брат, – за периметр никогда не просилась.
– Вы рассказали все? – задал вопрос Маркус.
– Да, Мара все знает.
– Да я как бы тут сижу, – толкнула я в бок Маркуса, – и, признаться честно, мне не нравится происходящее.
– Давайте поговорим дома. Лидия должна была уже приехать к нам, – сказал папа.
Я покачала головой и почувствовала поцелуй на своей ладони. Маркус приблизил меня к себе и обнял. Мне сейчас действительно нужно, чтобы кто-то прикасался. Думаю, и для папы не будет проблемой видеть нас вместе. Было дело, наши отцы задумывались о родстве, но это было давно.
Домой мы добрались через десять минут и, подъехав, заметили Лидию у входной двери, которая хотела зайти внутрь. Подруга улыбнулась нам, но сразу нахмурилась, когда прочитала наши эмоции, написанные на лицах. Папа, приобнимает подругу, вошёл в дом первым, и я слышала её вопрос и тревожность, которая появилась сразу же.
– Для начала все сядьте, – скомандовал отец, когда мы вошли в гостиную. – Я получил приказ, который не могу игнорировать.
Он подошёл к минибару, стоявшему около окна, и налил себе напитка, который они называли виски. Сделал глоток, а потом налил ещё раз. Значит, он нервничал, и ему не нравился этот приказ.
– Через несколько дней… хотя точно я ещё не знаю, состоится суд над девчонкой, которая вместе с подельниками прорвалась в наш город, – сказал папа и подошёл к пустому креслу, сел. – Так вот. Отряды Макса и ещё не помню какой будут сопровождать заключённую в суд, а после отвезут в тюрьму.
– Её посадят? – я опешила от новости, вспомнив про тот инцидент. – Но как?
– Три раза наша Стража ловила её, на четвёртый дадут срок в полгода, а потом отпустят. Придёт ещё раз, то срок будет больше. Но не в этом суть. Марана, ты будешь в числе охраны. Глава города ясно дал понять, что хочет видеть твою обучаемость вне стен.
– Не пойму, почему он так яро хочет мою сестру в отряд?
– Это Аарон, сынок. Он настаивает на этом, хочет улучшить свой отряд. Ты прекрасно знаешь, что он на этом помешан. Собственно, как и глава, – ответил папа.
Что-то с каждым разом мне все больше и больше не нравилась эта перспектива вступить в их ряды.
– Что случилось? – подключилась Лидия, непонимающе смотря на нас всех по очереди.
– Если вкратце, то Марана отказалась принимать участие в обучении на главного стража, ей дали отсрочку на год. Теперь взамен хотят пригласить тебя, Лидия.
– Меня? – удивилась девушка, округлив глаза. – Но… Но я не знаю… смогу ли я.
– Всё зависит только от тебя.
– Пап, но…
– Мара! – встрял брат.
Почему они молчат?
Она – близкий мне человек, который выросла со мной. Нельзя же вот так вот поступать, умалчивая о самом главном. Хотелось встать с дивана и накричать на всех!
– Я объясню Лидии все, Мара, – пообещал папа, и я немного расслабилась.
– Никто не против, если я скажу? – спросил Маркус, привлекая внимание собравшихся. В ответ получил короткий кивок отца и непроницаемый взгляд брата. – Мне не нравится эта идея с судом и присутствием Мары на всем этом празднике жизни. Мой отряд заменит вас на стене. Об этом был приказ, пока вы будете вне города. Получается, суд над заключёнными будет длиться ровно два дня. Вся охрана, включая отряд Рейнольдса, будет находиться там в тюрьме.
– К чему ты ведешь, Марк? – спросил брат.
– Что, если что-то случится? Не хочу наговаривать, но не безопасное все это дело, – Маркус взял мою руку и посмотрел на меня, а следом на отца. – Что, если я женюсь на Маре, тогда мне всегда будет доступно сопровождение.
Лидия от неожиданности пискнула так громко, что все перевели взгляд на неё. Девушка закрыла рот рукой, пока я ловила с пола челюсть.
Что? Жениться? Да это бред полнейший!
Я что, не смогу постоять за себя? Не зря я люблю винтовки, которые с радостью всадят пулю в лоб!
– Подожди, ты и моя дочь?.. – папа аж подпрыгнул на кресле и придвинулся к краю дивана, ближе к Маркусу. Он хотел улыбнуться, то ли огорчиться… на лице мужчины, за долю секунды пролетел весь спектр эмоций.
– Да, Николас, мы встречаемся уже год, – ответил Маркус, пока я продолжала глазеть на происходящее с открытым ртом.
– Ох, дети! – папа выпил все содержимое стакана и поморщился от вкуса. – Мара, как ты смотришь на это предложение? У тебя будет возможность сохранить нейтралитет, если вдруг… Боже! Если вдруг ты забеременеешь…
– Ну уж нет, отец! Да ты их уже женил и родил детей! В смысле, вот так просто отдали Мару замуж?! – взревел брат, пока Лидия ухмылялась, откинувшись на спинку дивана.
– Просто послушай, Макс! – Маркус вскинул руки, жестикулируя. – Я всегда буду рядом с твоей сестрой, я стану охранять её. Моя должность командира продолжится, но уже у Рейнольдса! Ладно, согласен о детях думать рано, но хотя бы мы будем спокойны, если Марана будет под присмотром.
– И как ты женишься на ней, если через два дня суд у этой беглянки?! – бросил брат.
– Попросим моего отца устроить это. Просто подписи! Я уеду с Мараной и буду до конца. Ты, же понимаешь, что это шанс! Я не знаю, что хочет Аарон, но он просто так не отстанет от вас.
– Маркус прав, – собрав всю волю в кулак, сказала я после услышанных слов Маркуса. Да и мне было бы спокойнее, если со мной был кто-то рядом, – Все перевели взгляд на меня. – Рейнольдс не хочет меня отпускать. Глава по какой-то причине тоже. Я согласна на предложение Маркуса.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.