Я замерла над книгой, боясь ее открывать. Конечно, мне хотелось узнать, какую же тайну в себе несет имя «Эннафа», но при этом я робела – словно, прочитав, подпишу себе этим смертный приговор и назад дороги уже не будет.
После моей первой инициации мама рассказывала, что если во время получения татуировок демон связывал нас с их миром, то во время второй инициации викарий связывал с миром нифелимов. Это все, конечно, оставалось на уровне слухов и домыслов: церковь не любила выдавать свои тайны и предпочитала хранить свои секреты под замком. Официально архиепископ признавал лишь тот факт, что новое имя, как и татуировки, – это ключ к обретению скрытого дара.
– Может мне доклад за тебя написать? – Хельга, заметив мое замешательство, своеобразным методом решила ускорить процесс. И это подействовало, ведь она была права: так я могу и до вечера просидеть, ничего не сделав.
Пролистав пожелтевшие от времени страницы, я открыла почти самый конец книги, где быстро нашла свое имя, выведенное красными чернилами.
– Не густо, – мрачно прокомментировала я. Даже если я перепишу всю имеющуюся информацию очень размашистым почерком, то все равно выжму максимум на три листа.
– Ой, да не делай проблемы там, где ее нет, – отмахнулась Хельга. – Просто добавь воды в начале про значение имени для избранной, а в конце напиши свои выводы про то, как ты поступишь с полученной информацией.
– Разве что так, – кивнула я, обдумывая слова одногруппницы. – Кстати, по уставу за невыполненное или частично выполненное домашнее задание преподаватель имеет право назначить отработку. С учетом того, что от декана мне лучше пока держаться подальше, то ничего другого мне не остается: кровь из носу, а пять листов требуется написать любой ценой!
– Я теперь знаю у кого консультироваться по поводу нарушений, – хихикнула Хельга. – А на счет декана – забей. Мы с тобой обязательно что-нибудь придумаем.
Честно – у меня даже слегка отлегло от сердца. Все же намного проще, когда ты не один против всего мира. Дайла и родители, которые могли помочь советом, вне досягаемости. Можно было, конечно, им написать, но кто даст гарантию, что всю корреспонденцию не проверяют? С нас то клятв «не болтать» про факультет еще не брали.
– Все, Энн, читай уже и пиши, а то мы тут до ужина с тобой просидим, а я хотела еще по парку прогуляться пока погода хорошая, – поторопила меня Хельга.
Я послушно уткнулась в небольшой кусок текста. С каждой прочитанной строчкой мое лицо все больше вытягивалось от удивления. Если хоть одно слово из прочитанного – правда, то мне конец.
– Жесть, – выдавила я, когда дочитала. – Хельга, кажется мне надо срочно к артефактологам за защитными амулетами.
– Зачем? – девушка отложила устав, который начала читать, чтобы хоть чем-то занять время, и заглянула через мое плечо.
– Если кратко, то данное имя приносит несчастье своей обладательнице, которая таинственным образом всегда оказывается в гуще событий. Рядом всегда будет происходить что-то странное и опасное. И, что самое главное, без могучего покровителя Эннафа долго не проживет.
– Интересно, а декан в курсе про этого самого покровителя? – задумчиво протянула Хельга, высказав вслух то, о чем я в этот момент сама думала.
– Мне кажется, что вполне. Вспомни, как он на лекции сказал, что хочет, чтобы я сама разобралась со своим именем, – я теребила перо, обдумывая прочитанное. – Вот почему он так легко согласился дать мне время подумать над его предложением: решил, что после того, как я ознакомлюсь с тайной имени, сама к нему прибегу за помощью. Если вспомнить судьбу Эннафы Умалишенной, то предупреждение по поводу покровителя может быть не беспочвенным. Не припомню, чтобы у нее был муж или сердечный друг.
– Энн, не паникуй, – Хельга ободряюще мне улыбнулась. – Ну что опасного может произойти в стенах академии? Другие избранные дальше слов и мелких пакостей зайти не смогут – попадутся на чем-то крупном и привет наказание. А что сделает декан? Завалит домашкой? Ну и пусть, это тоже не смертельно. Главное – сама не нарывайся, а я по мере сил постараюсь тебе помочь.
Совесть кольнула меня за недоверие к девушке, но милостиво позволила в очередной раз промолчать, обещая вернуться к этому вопросу через пару дней.
– Спасибо, Хель. Кстати, а что там про твое имя написано? – я открыла начало книги, чтобы выцепить что-нибудь из введения.
– Да так, ничего особенного. Любительница справедливости, солнца и приключений. Видимо, поэтому меня сразу притянуло к тебе как к магниту. Чувствую, что рядом с тобой точно скучно не будет.
– А я так хотела спокойной жизни… О, послушай, – я уже мельком проглядела введение. – Тут написано, что все обладательницы такого же имени, если их уже нет в живых, становятся ангелами-хранителями избранной с этим именем.
– Ого, это же получается, что Хельга из династии Бралакс – мой ангел-хранитель, круто! – Хель воодушевилась. – Надо пойти посмотреть, кто, кроме древней королевы ещё прославился и чем. Эй, ты чего скисла?
– Эннафа Умалишенная, – почти простонала я. – Вот повезло так повезло. Действительно, имя, приносящее одни несчастья!
– Значит нам надо прочитать про то, какую роль играют ангелы-хранители в жизни избранной, – Хель была сама мудрость. На ее фоне я почувствовала себя тупицей, которая без подсказки другого человека ничего не может. Досадно. – Ладно, ты пока пиши, а я пойду раздобуду еще книг!
Хельга умчалась терроризировать мистера Локвуда, а я, еще раз пробежавшись по введению, начала катать злополучный доклад, едва не скрипя зубами.
Ну, викарий! Восемнадцать лет жила и бед не знала!
Мне упорно не хотелось верить в то, что одно имя может так резко изменить карму человека, но паранойя уже радостно потирала лапки: ей было где разгуляться.
На Суоронса я тоже точила коготочки. Возможно, его намерения были в некоторой степени благими, но с моей точки зрения он запросил слишком много. Да и манера подачи самой сделки на многое мне открыла глаза.
Никогда не соглашусь. Ни при каких обстоятельствах. Даже если это будет стоить мне жизни, но свою свободу я никому вот так не отдам. Не зря мое имя переводилось как «гордая». А я к тому же еще и Невыносимая!
Под эти мысли я сама не заметила, как исписала положенные пять листов. Довольная собой, я еще раз вычитала свою писанину и решила оставить как есть.
Хельга все еще бродила где-то между стеллажей – уж не заблудилась ли она там часом?
Я сложила обе книги стопкой и начала собирать разбросанные по столу листы с ее докладом. Взгляд невольно скользнул по ровным строчкам с упитанными буквами. И случайно прочитанное мне жутко не понравилось.
Воровато оглянувшись, я раскидала листы обратно в творческом беспорядке. Не хочу, чтобы Хельга, «приносящая с собой смерть», знала о моей осведомленности.
С самого утра меня не покидало острое чувство дежавю.
За ужином я как-то не особо обращала внимания на других студентов – мы с Хель нашли много общих тем для разговоров и сами заливались смехом не хуже остальных. А вот завтрак в одиночестве под взрывы хохота снова напомнил о том, как обстоят мои дела. Похоже засоня Хельга опять проспала.
Прихватив для нее пару бутербродов так как она уже точно не успевала в столовую, я вернулась обратно на жилой этаж и начала барабанить кулаком в ее дверь. Скоро в комнате послышался шум, свидетельствовавший о том, что Хель проснулась. Я терпеливо стала ждать у дверей, прислонившись к стене.
Грохот, раздавшийся через пару минут, меня особо не удивил. Зато почти сразу дверь распахнулась, и в коридор вылетела взлохмаченная Хель.
– Опять проспала! Уже обед? Суоронс прислал тебя известить о наказании?
– Нет, еще утро. Давай я буду будить тебя перед завтраком? – предложила я, протягивая девушке бутерброды.
Хельга согласно промычала, судорожно пытаясь прожевать еду.
– Да не торопись ты так, у нас еще минут пятнадцать до лекции есть, – усмехнулась я, жалея, что не могла прихватить для нее воды: она бы явно не была лишней.
Несмотря на увещевание, Хельга все равно почти проглотила бутерброды словно их кто-то пытался у нее отобрать.
– Фух, – наконец выдохнула она, поглаживая плоский живот. – Все-таки стоило раньше лечь спать.
– Чем же ты занималась? – полюбопытствовала я, пытаясь прогнать мысли о том, что, возможно, моя новая подруга – шпионка, и под покровом ночи ходила докладываться.
– Почитала книги, которые вчера взяла в библиотеке. В итоге уснула только ближе к утру.
Действительно, вчера мы покинули библиотеку нагруженные двумя стопками книг: я помогла Хель дотащить их до ее комнаты – одна бы она точно не справилась. Я не стала спрашивать зачем ей книги по теории магии преобразований, хоть мне и было интересно. Я вообще старалась не затрагивать скользкие темы.
Перед ужином мы отлично прогулялись по парку, и Хельга пересказала мне о том, что успела вычитать про ангелов-хранителей. Информация в разных источниках отличалась, но по большому счету исследователи сходились на том, что никакой роли ангелы-хранители в жизни избранной не играли. Взять хотя бы тот факт, что никто ни разу их не видел…
В общем, это меня немного успокоило. К тому же, за ночь паранойя немного отступила: утром я проснулась с мыслью, что как минимум год в запасе у меня должен быть.
К аудитории мы подошли последними, но Суоронса еще не было. Одногруппницы не упустили шанса поиздеваться надо мной в очередной раз.
– Ну что, Эннафа, удалось тебе написать доклад?
– Конечно, – лучезарно улыбнулась я. – А тебе, Мила, как твое новое имечко? Нравится быть наивной и простодушной?
Миления аж зубами скрипнула, что пролилось бальзамом на мою израненную издевками душу. Ну ладно, я преувеличиваю. Но удовольствие от этого противного звука я точно получила.
Ну а что? Знай врага своего в лицо, как говорится. После того, как я случайно выцепила из доклада Хель информацию, о которой она решила умолчать, я не поленилась выпросить у библиотекаря книгу и ознакомилась со всеми именами одногруппниц, которые только удалось вспомнить.
Остальные быстро смекнули, что и им может достаться, и тактично промолчали, хихикая над покрасневшей Милой.
Прежде, чем девушка придумала достойный ответ, подошел декан и впустил нас в аудиторию. Момент был упущен.
В рассадке ничего не изменилось, и мы с Хель снова оказались в отчуждении в эпицентре мертвой зоны. Мы только весело переглянулись и достали все, необходимое к лекции.
Суоронс сразу лично собрал листы с домашним заданием. Мне не понравилось, как он – будто невзначай – коснулся моей руки. От Хельги это тоже не укрылось, а остальные вроде бы как не заметили.
Надеюсь. Для полного счастья мне не хватало травли по поводу того, что лакомый кусочек в виде декана уплыл из чьих-то загребущих ручек.
– Что ж, девочки, я рад, что домашнее задание подготовили все. Надеюсь, что вы продолжите в том же духе.
На этот раз взгляд декана задержался на Хельге. А вот это меня уже напрягло. Нет, это не приступ внезапной ревности. Просто я сразу подумала о том, что Рейшу было бы намного выгоднее, если бы я с домашкой не справилась: тогда бы он мог, например, зачитать мне лекцию о покровителе тет-а-тет.
Мог ли он знать о том, что мне помогла Хель? Или их связывает нечто иное?
Так, стоп. Я уже вижу заговоры там, где их возможно и нет. Надо просто пока наблюдать, а выводы лучше сделать потом, когда у меня будет больше данных.
– Итак, сегодня мы с вами разберемся с вызовом демона, – продолжил Суоронс, занимая свое место. – Как вы и сами понимаете, дело не ограничивается одним универсальным ритуалом призыва. Есть много факторов, влияющих на сей процесс. В первую очередь – это фаза луны. Дальше уже необходимо ориентироваться на силу демона и, непосредственно, вашу. К выпускному экзамену ваша задача – выбрать демона и определиться с ритуалом. Да, Сольвейг Горная.
– То есть наша задача – подготовиться к вызову? – уточнила девушка. Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться, что на ее руках были татуировки в виде гор. – А до этого мы будем вызывать их?
– Конечно будете, – кивнул Суоронс. – Причем с помощью разных ритуалов и разных демонов. Также будете заключать с ними краткосрочные договоры. Летом будет хорошая практика для вас, когда все разъедутся на каникулы. Каждая из вас должна будет вызвать демона и заключить с ним контракт на месяц. Конечно же, все под моим строгим контролем: случайные ошибки нам не нужны. После практики вам надо будет написать отчет, в котором вы расскажете, что вам удалось узнать и понять. Спрашивайте, Магдалина Бдительная.
Интересно, как декан запомнил все наши имена вместе с прозвищами? Я почему-то сразу представила, как он в ночь перед первой лекцией сидит и заучивает их.
– А расскажите, пожалуйста, когда мы будем пытаться разобраться со своим уникальным даром? – на руках Магды красовались пушистые совы.
– В учебную программу данный аспект не входит, – неожиданно резко ответил Суоронс. По аудитории разнеслись недовольные шепотки. – Тихо! Если хотите разобраться со своим даром – никто вам не запрещает. Более того, библиотека в вашем полном распоряжении. Но этот дар – подарок от мира демонов. Подумайте хорошенько, а нужен ли он вам. Людей с предрассудками до сих пор хватает.
Лично я была разочарована. Еще бы: имя мне досталось от сумасшедшей, прозвище – дурацкое, дар раскрыть не помогут, а еще летом могут грохнуть и списать на то, что, мол, случайность, в контракте ошибку допустила, не заметили.
Настроение видимо упало у всех. Больше в течение лекции вопросов никто не задавал. Все сосредоточено записывали классификацию демонов, бросая мрачные взгляды на Суоронса. Он в очередной раз показал всем, что он вовсе не пушистый зайчик.
Хотя, с другой стороны, он ведь лицо подневольное – не сам же он составляет учебный план.
В любом случае, неприятный осадок остался.
Перед тем, как нас отпустить на обед, Суоронс спросил:
– У вас остались еще вопросы? – декан обвел аудиторию взглядом, но желающих вопрошать не нашлось. – На сегодня все. Домашним заданием будет посетить общую лекцию. Я вчера проверил – ни одна из вас не удосужилась сходить на нее. Честно говоря, я разочарован. Надеюсь, что сегодня вы там будете в полном составе. Свободны!
На этот раз мне удалось вылететь первой из аудитории. Кажется, декан что-то говорил вслед, но Хельга услужливо с грохотом уронила стул.
На общую лекцию пришла едва ли половина факультета: надеюсь, что профилонившим не будет скидки. Ведь для этого писался устав, да?
Мы с Хельгой устроились за последней партой. К счастью, на этот раз на нас никто не обратил внимания и обошлось без колких шуточек. Другим факультетам хватило одного дня, чтобы вдоволь насплетничаться по поводу одной неудачницы из избранных и перейти к другим более интересным темам.
– Что хотя бы за тема сегодня? – шепотом спросила Хельга, которая так и не удосужилась посмотреть расписание. Впрочем, как и я. Но от признания меня спасла вошедшая в аудиторию профессор, которая сразу призвала к соблюдению дисциплины, после чего огласила тему лекции.
– Сегодня мы с вами рассмотрим нарушения в области применения магии, а также какими последствиями это может обернуться для вас сейчас или в будущем. Лекция будет полезна абсолютно для всех факультетов.
Я навострила ушки. Тема мне действительно показалась интересной. Надо будет обязательно посмотреть расписание и узнать тему вчерашнего дня и при необходимости почитать самостоятельно.
– Итак, поскольку вы еще студенты, то до получения диплома на вас накладывается ряд ограничений. Например, вне стен академии, если это, конечно, не практическое занятие с куратором, применять магию выше третьей ступени запрещено. В любом случае, без разрешения куратора ни один из вас не сможет выйти за пределы территории, поэтому я спокойна. В стенах академии вне занятий разрешена магия вплоть до пятой ступени. В последнем случае есть ряд условий. Например, если вас поймают в неположенном месте при отработке нового заклинания, то вас ждет наказание вплоть до исключения. Помните про специально оборудованные залы и соблюдение безопасности! Подробнее про технику безопасности каждому факультету расскажет куратор группы.
Мне стало интересно, как именно исчисляются ступени магии и сколько их вообще. К сожалению, профессор данной темы не коснулась, поэтому я сделала себе пометку в тетради.
Информация про специальные залы меня тоже заинтересовала. Надо будет обязательно выяснить где они. Кто знает, какой ступенью окажется дар демонов: наказаний я сейчас боялась как самого Суоронса. Для меня это стало практически равнозначно.
Еще профессор рассказала нам про различные правила поведения магов и про то, что диплом не обозначает вседозволенность. Тех, кто применял магию во вред другим, отлавливали: в лучшем случае могло обойтись лишением свободы на некоторый срок – в зависимости от характера преступлений. В худшем: могли лишить дара, а то и жизни.
Превентивные меры, принимаемые академией, возымели успех: студенты впечатлились и покидали аудиторию, тихо перешептываясь и обсуждая услышанное.
– Давай сразу посмотрим, какая лекция завтра? – предложила я Хельге, двигаясь в потоке к выходу.
– Хорошо, пошли. А потом что? В парк?
– Можно и в парк, – согласилась я. – А перед ужином я бы в библиотеку еще заглянула.
– Откуда в тебе столько рвения к учебе? – хмыкнула Хель. – Хотя, если вспомнить про твои отношения с деканом…
– Тише ты, – шикнула я, поймав несколько любопытных взглядов. – Да и сама ведь прекрасно знаешь, как дела обстоят.
Кстати, о декане. Этот жук стоял у самой двери аудитории и неотрывно смотрел на меня.
Демон!
Появилось дикое желание развернуться и выйти через окно. Подумаешь, второй этаж…
– Упс, – Хельга тоже заметила Суоронса. – Что будем делать?
– Идем дальше, – вздохнув, ответила я. – Может он просто проверяет, кто был на лекции.
– Поэтому ест тебя глазами? – съехидничала Хель. – Не удивлюсь, если завтра получу выговор за отсутствие на общей лекции. Он же сейчас даже отряд демонов не заметит.
К сожалению, мои надежды не оправдались.
– Эннафа, я бы попросил пройти вас в мой кабинет, – в его тоне действительно прозвучало что-то плотоядное. Ох, не нравится мне это.
– Я с ней, – тут же вызвалась Хель. – Хотела обсудить с вами информацию об ангелах-хранителях.
– Все свои вопросы вы можете задать мне лично на консультации, которые проходят по пятницам перед ужином, а пока можете быть свободны, – Суоронс кивнул Хельге и, положив мне руку на плечо – видимо, чтобы не сбежала, повел в свой кабинет.
Демон! Почему мне так страшно? Сил обернуться на Хель даже не было. Я как заводная кукла шла туда, куда меня направляли.
До кабинета мы дошли молча. Меня пропустили вперед, а потом закрыли дверь… на ключ. Рейш так и остался стоять за моей спиной.
Мне кажется, или я слышала щелчок мышеловки?
– Итак, Энн, – почти ласково проговорил декан, – что же ты решила?
Я сглотнула. Патовая ситуация. Соглашусь – постель. Не соглашусь… Стол? До постели далековато тащить, а тут даже дивана нет. Он же не отпустит меня, да?
Демон! О чем я думаю? Нужно взять себя в руки – в них ноги и деру дать.
Но мозг упорно отказывался искать выход из ситуации, а пауза уже слишком затягивалась.
Я нервно сглотнула и развернулась лицом к декану.
Суоронс стоял, прислонившись спиной к двери. Его губы растянулись в ехидной усмешке. Он был настолько же красив, насколько и… омерзителен. Стоило мне представить, что его руки касаются меня, как внутри все похолодело от дикого ужаса.
– Мне, – выдавила с трудом и откашлялась, прежде чем продолжить. – Мне надо еще время. Еще пару дней.
– Время истекло, малышка Энн, – почти промурлыкал декан и сделал шаг в мою сторону. Словно большой кот. Весь такой грациозный. Опасный.
Я отступила на шаг назад и уперлась в стол. Бежать некуда.
Рейш одним рывком сократил разделявшую нас дистанцию и навис надо мной коршуном.
Я все сильнее отклонялась назад, почти ломаясь в пояснице, а Суоронс не давал и шанса увернуться от поцелуя, неотрывно глядя на меня своими жуткими темно-карими, почти черными глазами. Вот только…
Бинго!
Пальцы коснулись холодного металла пресс-папье, до которого я все это время тянулась. Не теряя больше ни секунды, я размахнулась и ударила, даже особо не целясь.
Конечно, он все увидел, но в последний момент, так что досталось декану знатно. Он охнул и даже отступил на шаг от стола, держась за голову. Мне показалось, что я увидела кровь.
Ну и плевать! Не убила же в конце концов.
Я рванула к двери, вознося молитвы нифелимам за то, что Суоронс не удосужился достать ключ из замочной скважины. В след мне полетела отборная ругань, смешанная с угрозами.
Демон!
И это на второй день учебы!
Трижды, нет, четырежды демон! И еще сто демонов в придачу!
Что со мной сделают за нападение на декана? Хоть кто-нибудь поверит в домогательства?
Я продолжала бежать, прекрасно понимая, что никуда отсюда не денусь. Рано или поздно меня найдут, где бы я не спряталась.
Демон, что же делать?
Стоп, демон!
Как я раньше об этом не подумала?
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.