Встреча
Подземный город. 18 августа 2027г.
Я шла мимо катакомб подземного города, которые представляли особый интерес для крыс и диких псов. Проходя мимо очередного рухнувшего этажа старого дома, я отчетливо слышала глухой рык и чавканье. Нащупав в кармане свой баллон, чтобы не потерять его, я из последних сил прибавила шагу в сторону своего жилища.
Оно представляло собой большую комнату в цокольном этаже разваленного дома. Помимо меня там жили ещё трое, у каждого из нас была «своя» зона.
По соседству со мной обитала старуха, которая постоянно перебирала свои вещи. Я не уверена в том, что о ней вообще знали местные власти, настолько стара она была. И шея у нее была без «браслета». Лицо напоминало сморщенное яблоко, тело было спрятано под ворохом одежды, на голове был огромный пучок из седых волос, напоминавший вторую голову, а голос на удивление был сильным и чистым.
Она рассказывала, что над зданием, где мы живем, когда-то была консерватория, и она в детстве часто приходила туда слушать музыку. Каждый раз в одних и тех же её историях всплывали новые подробности и факты, поэтому я сомневалась в их правдивости.
Зайдя в комнату, я отыскала ее глазами, развернула протеиновый батончик, который представлял собой прозрачную желейную массу красного цвета, размером похожий на кирпич. Разломив пополам, я протянула один кусок ей. Интересно, из чего их делают? Мы ели молча. За это время, что я здесь, такая еда мне порядком надоела, но она была доступна.
– Вы верите в магию? – спросила я у нее. Она посмотрела на меня долгим взглядом и ответила:
– Наша реальность имеет очень интересную особенность: все парадоксы сочетаются друг с другом, все противоположности крепко связаны. Без тьмы мы бы не знали о существовании света. Без зла мы бы не догадывались о добре. Но далеко не все люди способны осознать эту информацию, понять ее.
Она замолчала, глядя на меня. Я же, пытаясь понять все, ею сказанное, и удивляясь все больше и больше, молча смотрела на неё.
Она продолжила:
– Те, чьи умственные способности не развиты, считают, что окружающий мир – плоский. – Она смотрела на меня ясным взором. – Но раз ты задала такой вопрос, то готовься услышать ответ: окружающее нас пространство – трехмерное. Именно здесь преобладают низкие вибрации. Поэтому наша жизнь окружена такими эмоциями, как зависть, жадность, страх и агрессия. В четвертом измерении совсем другие энергии – в нем люди испытывают любовь, радость и счастье. Также здесь ускоряется время, и можно попасть в пятое измерение, где открываются скрытые способности: яснознание, ясновидение, телепатия и возможность выходить в астральные миры. Способности становятся поистине безграничными. Мы, люди, называем это магией, – закончила она свою речь.
И чем больше она говорила, тем меньше я понимала.
– Получается, магии можно научиться? – задала я главный вопрос.
– Да.
В остальных углах напротив нас ютились подростки: Айк и Дэн. Я не знаю, настоящие у них это были имена или нет. Видно было, что они «на своей волне»: с утра до вечера копались с проводами и микросхемами, которые приносили отовсюду. Точнее, они обитали в одном углу, а другой был завален хламом под названием электроника.
Как долго они здесь жили, я не знала. Казалось, они никогда не спали, каждый день мастерили что-то новое и необычное. Их увлечение приносило им, по всей видимости, неплохой доход. Обитатели подземного города несли им на починку различные приборы и оборудование.
Подземный город. 28 августа 2027г.
Каким-то чудным образом меня перевели из адски душной фабрики, где промывали металл, в цех лаборантом. Теперь я должна была брать пробы, чтобы определить качество готового серебра. Так и текли мои рабочие будни.
А спустя три дня после перевода я увидела Вадика. Он случайно был направлен в наш цех для починки анализатора металла.
– Девчата, помощь вызывали? – бодро спросил он, заходя в цех.
Двое “девчат”, стоящие в его поле видимости, один из которых обернулся на его голос, демонстрируя аккуратно подстриженную бородку, а другой, не спеша, повернувшись к нему всем корпусом и скрестив на груди волосатые руки (кажется, его звали то ли Миша, то ли Гриша), сказал:
– Заходи, добрый мОлодец, щас знакомиться будем!
Немного стушевавшись, Вадим, подходя ближе, пробормотал, разводя руки в стороны:
– Да кто вас разберет, все в одинаковых халатах, вот и подумал, что женщины. Что у вас сломалось?
Из микрофона под низким закопченным потолком цеха раздался голос надзирателя:
– Разговоры отставить, захотели в каменоломне поработать недельку?! Сейчас устроим.
Камеры были установлены не только по всему подземному городу, но и тут.
Выглянув из своего сектора, я крикнула:
– Здравствуйте, поломанный анализатор здесь! – и помахала рукой. Вадик шел ко мне медленно, явно узнав и присматриваясь получше к моему силуэту. Я на миг подставила указательный палец к своим губам, давая ему понять, что нужно быть осторожнее и делать вид, что мы не знакомы. Но ни я, ни он все равно не смогли сдержать улыбок. Забирая из моих рук анализатор, он крепко сжал их, и я ответила пожатием на пожатие, внутренне ликуя от этой неожиданной встречи. Его рука была теплой, а глаза лучились радостью. Я посмотрела на его буйную, кудрявую шевелюру и произнесла шепотом, улыбнувшись: «Зарос» и, неохотно отвернувшись, заставила себя вернуться к своим делам.
Через два дня он принес исправный прибор и украдкой сунул мне в руку записку. В разгар рабочей смены я не решалась ее прочесть, она “жгла” мне карман всю смену. И лишь придя в свое жилище, смогла прочитать: « НА МОСТУ ЗАВТРА В ТРИ, ВОЗЛЕ КАБИНКИ ТАТУИРОВЩИКА». Нужно ли говорить, что время для меня тянулось очень медленно, поэтому я нервничала до трех часов следующего дня.
Кабинку татуировщика я нашла быстро, и возле нее меня уже ждал Вадик. Встретившись взглядами, мы, не сговариваясь, довольно активно, в ускоренном темпе, пошли в одном направлении. Как оказалось, он тоже знает местечко, которое мне показал дядя Богдан.
– Ладушка! – Вадим нежно притянул меня к себе и обнял. Я прислонилась головой к его груди и услышала стук его сердца. При моем росте метр семьдесят макушка моей головы доставала ему только до плеча. Впервые за несколько месяцев мне было по-настоящему спокойно.
– Ты тоже знаешь это место? – спросила я своего спутника.
– Да, Богдан показал.
Да что ж такое, опять Богдан.
– Ты откуда его знаешь? – спросила я, внимательно разглядывая обстановку вокруг, на сколько это позволяло отсутствие света. Хотя мне совершенно это не мешало, я отлично видела в темноте. Способности рода?
Говорили мы долго. Он рассказал мне, как искал меня в день эвакуации.
– Но ты как сквозь землю провалилась.
–Так и есть, – улыбнулась я.
– Мы ехали сюда в одной колонне, я включил логику и снова стал тебя искать здесь. Но делал это так явно, что твой родственник заметил это. Он-то мне и помог найти тебя. Когда я узнал, что в шахту упала клетка, поднимающая наверх рабочих…Ох, Ладушка! – он снова обнял меня. Мы сели на ступени, и он продолжил:
– Этот Богдан задал мне жесткую проверку, прежде чем дал добро повидаться с тобой. У тебя родственники все такие? – еле сдерживая смех, спросил он.
– В смысле? Какую проверку? – я округлила свои зеленые глаза.
– В прямом. Я отжимался до упаду, а потом он задавал вопрос, не передумал ли я повидаться с тобой. И так несколько раз. – Он хмыкнул, видимо, вспоминая уроки “спецподготовки” перед свиданием.
Подземный город. 11 сентября 2027год.
Моя смена подходила к концу. Я, занося в компьютер лаборатории последние данные проб, размышляла о завтрашнем дне. На протяжении следующего месяца мы встречались с Вадиком еще три раза, и к предстоящей, заключительной встрече, которая планировалась завтра, должен был присоединиться дядя Богдан. Мы планировали побег. Но если нас поймают, нам конец. Операция – конспирация высшей степени! Я улыбнулась. Ну а что унывать? Нужно отдохнуть: завтра важный день. И я направилась домой.
Народу в центре моста было много, но я быстро отыскала глазами тех, с кем мне нужно было поговорить, встретилась с ними взглядами и почти незаметно кивнула. Это означало, что мы встречаемся на первом уровне моста через пять минут.
И вдруг в ушах противно заныло – сигнал к сборам!
Разговор сорвался, черт! С высоты второго уровня я видела вдалеке огромный клаксон, установленный на кабине большого бронетранспортера с подозрительными бурыми пятнами, который вместо гудка противно скрипел и шипел. Я развернулась и пошла к источнику звука, на ИХ базу.
Грузовик стоял прямо посередине большого перекрёстка на пересечении центральных улиц, что давало военным возможность просматривать все четыре стороны «города». Эта часть местности была в виде большой площадки, на которой стояла вышка с дозорными.
Наши надзиратели были другими, не такими, как мы. Другая раса. Их кожа отливала одновременно и болотным, и бурым оттенком, к тому же маленькие глаза и чересчур развитая мускулатура указывали на принадлежность жителей какой-то другой планеты. Точно такие же были в пункте сбора в моём родном Дажольске, но тогда одежда умело скрывала их. Тролли, как сказал мне Вадик в нашу первую встречу здесь. Нужно ли объяснять, что мне стало не до смеха, когда я поняла, что он не шутил.
Сто тридцать два жителя – пришли все. Все живы.
Я привычно стала в очередь за Богданом, а в двух метрах от нас находился Вадик, номер “23”.
В очереди мы толкались полчаса точно.
– Номер? – спросил тролль, когда подошла моя очередь.
– Двадцать девять, – оттягивая воротник бомбера, ответила я, почувствовав, как мой ошейник завибрировал. « Спокойно, не поднимай глаза» – уговаривала я сама себя, старательно контролируя свое, безучастное ко всему выражение лица. К шее, рядом с ошейником, он припечатал раскалённый штамп, и я почувствовала запах паленой кожи.
После меток (жутко болит) нас распустили. Надолго ли? Скоро узнаем. Все стали расходиться. Проходя мимо, Богдан, налетевший на меня специально, буркнул: “СЕГОДНЯ, возле входа в тоннель, через час”. Ого, так срочно? Через полчаса я уже была в жилище. Одни и те же мысли крутились барабаном в моей голове: нужно выбираться отсюда, и один выход – бежать. Если я погибну на поверхности, значит, так тому и быть. Но тихо умирать под землей и быть биомассой для опытов – не дождетесь. Метка нестерпимо горела. Однако некогда раскисать, мне понадобятся силы. Я развернула очередной протеиновый брикет, и, как обычно поделившись им со своей соседкой, быстро умяла свою часть.
– Уходишь? – Старуха смотрела на меня своими ясными глазами: она поняла, что я задумала. Я ей ничего не ответила, молча соображая, сдаст она меня или нет.
– Если выберешься, старайся держаться подальше от вышек. От них идет морок, искажение действительности. Хотя к их магии ты устойчива, я вижу это.
Ее тихий шёпот я еле расслышала. Раз пошли советы, значит, не сдаст.
О каких вышках она говорила?
Вещей я брать не стала, чтобы быть налегке. Взяла только баллончик с кислородом. Стараясь не шуметь, я вышла из дома.
– С-с-смотри! – свистящий шепот доносился эхом отовсюду, и тьма явила ему события будущих битв, в которых он скоро потеряет своих соратников и … Арсаноэ, его истинную пару. Она была шаманкой из клана “Древней Крови”, как раз под стать ему. Высокая и сильная, практически одного с ним не только роста, но и интеллекта, которого были напрочь лишены подобные им существа. Её серо-бурая шкура была такой упругой и гладкой, а клыки крепкими. Не удивительно, что ею хотели обладать не только его сородичи, но и самые сильные бойцы из кланов орков, огров и гоблинов. Но она выбрала его. Своих врагов она могла повергать одним лишь взглядом. Когда она была рядом с ним, его способности становились безграничными. Ее потоки силы были сокрушительны, она щедро делилась ею с ним.
И сейчас Великая Тьма во всех красках показывала ему ее будущую смерть. Стоя на холме и глядя в темные тучи, Нер’Зул не замечал жадных, огненных миллиардов пустых глазниц, смотревших на него отовсюду.
Он знал, что тьма выполнит его просьбу лишь в том случае, если он отдаст ей самое дорогое, что у него есть.
– Это все я заберу-у-у у тебя! И её! – завыло в ушах.
– Забирай… – прошептал тролль, как будто Арсаноэ могла услышать его.
Побег
Подземный город. 11 сентября 2027г.
Что там, наверху?
Всего пара сотен шагов наверх – и я там! Как мне пройти через охрану, я ещё не знала. Но рискнуть стоит. Последние несколько месяцев никто не пытался бежать. А те, кому это удалось… Я о них ничего не знаю. Но те сладкие сны, в которых я гуляю по пшеничному полю в летний ясный день, мне снились всё чаще.
Контролировать нас не составляло труда: мы были похожи на подопытных, которые по зову дежурных надзирателей сбегались из душных и сырых катакомб для подсчёта по головам и дальнейших указаний. Воротник кожаной рубахи натирал мне шею, метка ещё болела.
Стараясь идти тихо, я почти ничего не слышала из-за глухих ударов своего сердца: казалось, оно стучит на весь коридор.
К тыльной стороне плеча у меня была приклеена пластырем серебряная пластина, которую я стащила с завода. Зачем? Сама не знаю. Я шла по длинному коридору с грязными и сырыми стенами. Воздух был спёртым, и мне захотелось сделать пару вдохов кислорода из своего баллончика. Но я решила потерпеть, может, позже: шуметь сейчас было нельзя.
Чем быстрее я приближалась к тоннелю, тем сильнее от напряжения ощущала стук пульса в ушах. Именно этой дорогой меня сюда привели.
По моим подсчётам я прошла треть пути до назначенного места, размышляя о том, как хорошо, что у меня есть способность видеть в темноте!
Поворотов не было, это упрощало мне задачу. Через пару минут, несмотря на гул электрических вытяжек, я услышала тихое жужжание. Повернувшись назад, я увидела поисковый дрон, летящий под потолком.
Патрульный? Или за мной?!
Бежать нельзя – услышат. Понадобилась секунда, чтобы найти в кривой стене впадину и слиться с ней в надежде, что моя худоба сыграет мне на руку. Затылком ощущая холод стены, я почувствовала под ногой что-то живое и мягкое. Крыса пискнула и побежала своей дорогой. Я перестала дышать, когда дрон поравнялся со мной. Лишь на секунду завис и полетел дальше.
Патрульный, значит.
Чувствуя, как вспотели мои руки, я постаралась успокоиться и перевести дух.
– Как говорится, если процесс уже начался, не нужно его останавливать, нужно его возглавить!
Обернувшись на громкий шёпот, я увидела сияющее лицо Вадика! За спиной у него виднелся рюкзак, а на голове была повязана бандана – черепашка ниндзя, не иначе. В две секунды зажав его рот рукой, я показала знаком «тихо». Стоять на цыпочках было не очень удобно и я, осторожно убрав руку от его губ, попросила не портить нам побег.
Дальше мы пошли вместе, точнее, так хотелось бы мне, но этот упрямый тип пошёл первым, бережно оставив мне место за своей спиной. Это мог быть жест настоящего мужчины, но я не стала его расстраивать, ведь вся опасность была как раз сзади. Подавив улыбку, я позволила ему заботиться обо мне и прикрывала нам спину.
– А когда будет тоннель? – спросила я тихо. Мы шли больше пятнадцати минут, и по моим подсчетам уже должны были дойти до него.
– Так мы и есть в тоннеле, – ответил мой спутник. – Ты, не дожидаясь нас у входа, пошла сама, я еле догнал тебя.
– Да? Ой. Я задумалась, наверное, я даже не узнала этот тоннель, нас же газом усыпили всех, когда мы прибыли.
– Наверное, – буркнул обиженно Вадик.
– А где наш Богдан?
– Прикрывает тыл. Не волнуйся.
– Я не волнуюсь! – шикнула я на парня, который от обиды начал разговаривать все громче и громче.
Лестница наверх, почти пришли.
Я не знаю, как нас не поймали, ведь он умудрился споткнуться на этой самой лестнице и выругаться какими-то новыми словами, от которых мои глаза полезли на лоб от воображения.
Дверь. За ней свобода.
– И всё? Так просто? – спросил мой матершинник, оборачиваясь ко мне. – А где же безумные роботы с бластерами? Где зомби, ползущие изо всех щелей?
Посмотрев на него и слегка закатив глаза, (типа – нет, не смешно), со вздохом умудренной жизненным опытом барышни, ответила:
– А ты собрался на них троллей натравить?
Подойдя ближе к препятствию в виде огромной, отливающей серебром двери, я уставилась на неё во все глаза: стальная, ни ручек, ни замочной скважины. Даже не понятно, в какую сторону ее открывать. И как открывать.
Мой спутник печалился недолго, с победной улыбкой извлекая из-за пазухи железяку, похожую на лом. Интересно, это привычка такая – носить с собой лом? Краем глаза я заметила слабое импульсное мигание сбоку.
Пригляделись получше… Лифт! Мигание оказалось кнопкой лифта, рука опередила мысли, и вот уже кнопка горела постоянно. Теперь победная улыбка была уже на моем лице, но не долго. Сзади послышался громкий шум.
Вадик тут же принял боевую стойку, готовясь отразить удар нападающих, но этого не понадобилось. Спустя пару секунд, показался дядя Богдан с … дроном, издававшем негромкие жужжащие звуки, в одной руке и пультом в другой. Передав моему спутнику устройство и пульт, он прошептал:
– Вот, поймал. Не получилось его отключить, но в нем сейчас закончится сброс настроек, и он уйдет в спящий режим. Он достал из-за пазухи маленький экранчик, который протянул мне со словами:
– Это монитор, комплектация от этого жужика, – и он указательным пальцем показал на дрон и продолжил:
– Судя по мощным блокам питания, и монитор, и дрон разрядятся нескоро. Так что используйте на полную катушку, чтобы не попасть в засаду. Но только ночью, чтобы вас не засекли. После запуска жужика находиться больше трех минут на одном и том же месте нельзя, перемещайтесь.
Вадик, быстро кивая в ответ его словам, пытался уместить "подарок” в свой рюкзак. А мой дядя, внимательно глядя мне в глаза, так же тихо произнес:
– Я остаюсь, у меня тут еще есть дела. Коль увидишь наших, скажи, что вернусь, когда всё закончится. Они поймут, о чем речь. Деду своему поклон передай, а сыну моему скажи, чтоб деду помогал во всем, не ленился. Всё, идите, ребятушки. Сильнее, чем Вадик ожидал, дядя Богдан хлопнул того по плечу со словами:
– С тебя спрошу, коль что с Ладой случится, – и подмигнул мне.
Вадик, широко улыбаясь Богдану, протянул ему руку для пожатия. Пожатие длилось дольше, чем обычно. Они явно мерялись силами, задорно ухмыляясь друг другу (ну как дети, честное слово). Причем, проигрывать ни один, ни другой явно не собирались. Но тут с тихим шелестом открылась широкая дверь лифта, явив нам пустую кабину, и мы, опомнившись, заскочили внутрь. Вадик, слегка поморщившись, потряс рукой. Уже за закрывающимися дверями лифта я увидела махавшего нам дяди Богдана.
Кнопок в лифте было пять:
SOS
СТОП
ВЫБЫТИЕ
ВВЕРХ
ВНИЗ
И светодиод горит как раз на уровне кнопки “вниз”, соответственно мы внизу. Мы посмотрели друг на друга и, дружно кивнув, выбрали кнопку “вверх”. Кабина лифта стремительно поехала вверх, и я то ли от волнения, то ли от резкого подъема на поверхность ощутила в ушах стук своего пульса. Тем временем Вадим размышлял вслух:
– Нам же наверх? Ну да. Давно пора уже выбраться из этого днища. Но что означает это? – и он показал пальцем на кнопку “выбытие”. Я пожала плечами и оперлась спиной о стенку лифта. Усталость накатила волной, но я не подала виду. Кабина лифта была просторной, явно грузовой, и могла вместить в себя человек пятнадцать. Скорость лифта замедлилась и остановилась. Еще миг и открылась дверь. На этом наше везение закончилось: на нас из коридора смотрели уродливые морды троллей. Нас ждали. Их было трое, и они стояли в ряд, преграждая нам путь. Я услышала гортанное рычание и впала в ступор. Как в замедленной съемке, я увидела, как рука Вадика метнулась к кнопкам лифта и нажала на “выбытие”, а второй рукой он достал из-за пазухи уже знакомый мне лом. В следующую секунду дверь лифта пришла в движение, и я завизжала, увидев, как эти твари пытаются протиснуться к нам в кабину. Кто-то из них схватил Вадима и попытался его вытащить, а он, яростно колотил, куда придется, ломом, попадая то по тварям, то по железной двери лифта, которая уже практически закрылась. Тролль вцепился мертвой хваткой и не отпускал. Дверь зажала его лапу, на какое-то время обездвижив его, и Вадим воткнул лом в державшую его лапу, проткнув ее насквозь. Дикий рев заложил уши, но лапа исчезла. Я с радостью заметила, что лом остался в руках у Вадика, и мы перевели дыхание. Очень полезная привычка, носить с собой лом!
В этот раз ехали молча, не зная, чего ожидать дальше.
Ехали долго, не совсем понимая, куда движемся. Теперь духота, преследовавшая меня в подземном городе, пропала, и я ощущала приятную прохладу уже здесь, в лифте. Вадик притянул меня к себе и обнял, целуя в макушку. Я положила руку ему на грудь, вспомнив, что во второй руке у меня монитор от дрона, который мне дал дядя Богдан. Убрав его во внутренний карман куртки, я увидела на своей руке кровь. Эта рука была секунду назад на груди Вадика!
– Ты ранен? – я быстро подняла его футболку, чтобы оценить масштаб проблемы.
– Я, конечно, мечтал, чтобы ты меня раздела, Ладушка, но давай попозже, а? – хмыкнул раненый, перехватив мою руку. При этом лицо его оставалось серьезным. – Пара царапин, пустяки.
Я хотела возразить и позволить мне продолжить осмотр, но кабина лифта остановилась, дверь открылась, и… ничего не произошло, все было тихо. Мы шагнули в маленькую стеклянную комнату, в которой стеклянной была даже крыша. Никого.
До меня долетел дурманящий запах озона. Еще только выходя из лифта, я услышала шелест дождя.
Под шум барабанившего по крыше дождя я чуть не свернула себе шею, стараясь разглядеть через мутное от дождя стекло светящуюся огнями площадку…
Ну, вот и всё, он сделал свой выбор. Обратная дорога домой показалась ему в разы тяжелее, груз вины перед Арсаноэ сдавливал его могучие плечи, которые ссутулились, и теперь его походка напоминала приземистую поступь его далеких предков.
Тролль шел и размышлял над тем, как тьма удивила его, явив ему прекрасный мир, надёжно скрытый от чужих глаз. Стоя на том холме и глядя в черные тучи он, как будто наяву видел тех, кто жил в том мирке. Видел и… ненавидел этих хрупких и изнеженных людишек. Там была чистая, светлая магия, густая, как мёд, и мощная, как мириады солнц! Она почти ослепляла своим жемчужным светом и манила его. Ладьор! Такое название носил мир, сердцем которого был вожделенный кристалл, дарящий ладьорцам ту самую магию, которая скоро будет принадлежать ЕМУ! Маленькие глазки тролля, спрятанные в тени выступающего лба затуманились, а густая слюна свесилась с нижнего клыка, капая на его мощную грудь. Тихо рыча, боевой шаман прибавил шаг. Теперь он знал, ради чего он предал свой клан и ту, которая носила под сердцем их первенца.
Он лишь попросил отсрочки у Великой Тьмы для подготовки к атаке. Бодро шагая, он разрабатывал план, как напасть на Ладьор и отнять у магов их кристалл. Скоро, совсем скоро у камня будет новый хозяин!