Приятные воспоминания погрузили Виктора в забытьё. Он очнулся только от сигнала скафандра, оповещавшего человека о том, что поступление дыхательной смеси извне прекращено, и система жизнеобеспечения использует аварийный баллон кислорода. Шаман торопливо очистил фильтр воздухозаборника, полностью забитый пылью. Буря не прекращалась. Ася подавала робкие признаки жизни, но посылала сигналы о необходимости вмешательства командира. Виктор разобрался в ситуации и запретил андроиду самостоятельно выбираться из расселины до особого распоряжения.
Зародыш активно формировал «цитадель», сквозь пыльную завесу просматривались её контуры. Шилов почувствовал голод, но путь к челноку выглядел сейчас небезопасным, а скромный запас продовольствия имелся только в спускаемом аппарате. Виктор сделал два глотка тёплой воды из аварийной фляги скафандра и решил, что на данный момент для его организма этого будет достаточно. Он размял конечности, но продолжал лежать в объятьях Аси, наполовину засыпанный пылью. «Интересно, а если сейчас заговорить с андроидом о ласках, – с усмешкой подумал Шаман, – она начнёт целовать меня прямо через забрало гермошлема?» Асе было необязательно знать о мыслях командира, зато она получила указание ежечасно запрашивать капитана «Иглы» о состоянии его здоровья. Шаману больше не хотелось просыпаться от противного сигнала скафандра. Виктор запретил себе думать о чувственных удовольствиях, и дабы ускорить течение времени вспоминал о важных событиях жизни, о деталях исследования планет, особенно нынешней коварной планеты, неласково встретившей первооткрывателя, о разговорах с Грабовским… Некстати в сознание Шамана врывались мысли о Николь. Они тревожили, а затем расслабляли, и… Ася приводила командира в состояние бодрствования. «Она такая милая и предупредительная, внимательная и предусмотрительная… Как только укреплённый жилой модуль будет создан, перенесу Асю туда. Произведу тщательный осмотр, диагностику, выполню необходимый ремонт, заново настрою, очищу, отмою… Тьфу ты, пропасть! Я произнёс это вслух?! От этого гадского урагана у меня крыша едет. Только полоумный пришелец, попавший в планетарный катаклизм, может думать о ласках с андроидом, в чистоте и тепле… Да, в чистоте и тепле, после ужина… Господи, как это хорошо!»
До наступления долгожданного часа оставалось сто минут. Выдуманный Виктором финальный отсчёт добавил оптимизма, но ненадолго. «Ещё восемьдесят восемь минут, и я открою шлюз жилого модуля, – свербило в мозгах Шамана. – Теоретически, через полчаса можно к нему ползти». Прошло двадцать пять минут, Виктор окончательно решил пробираться к «цитадели», но…
В двух-трёх десятках метров от неё, борясь с ураганным ветром, пытался сесть на поверхность второй и последний спускаемый аппарат «Иглы Шамана». Страшно матерясь в эфир, Виктор пытался докричаться до челнока. Но его не слышал никто, кроме Аси. Строго-настрого приказав ей не двигаться с места, Шаман отцепился от андроида и развернулся в сторону спускаемого аппарата Николь. То, что в челноке находится его бортинженер, Виктор перестал сомневаться, наблюдая какие кульбиты выделывает челнок в попытке припланетиться. В данный момент из него показался геологический бур, вошедший в скальную породу как нож в масло. «Ники, дура, а если он обломится?!» – орал Шаман, понимая, что Николь пытается использовать подручные устройства в качестве якоря. Всё медленнее проворачиваясь в скале, бур подтягивал челнок к неровной поверхности скалы. Словно услышав командира, второй пилот «Иглы» выпустила манипуляторы с захватами, вцепившимися в скальную породу. В этот момент Шилов понял, что Николь села на поверхность классно, лучше него самого, но не учла, что место посадки открыто всем ветрам. Челнок могло сдуть со скалы вместе с огромным валуном, на котором он находился. Цепляясь за камни, Шаман двинулся к нему со всей резвостью, на которую был способен.
Виктор не запомнил, как добрался до челнока, поймал и прижал к скале вывалившуюся из шлюза женщину. Продираясь сквозь пыльную бурю, он дотащил её до заканчивающего свою трансформацию зародыша и снова прижал Николь к скале. Шаман едва успел отдышаться, в очередной раз прочистив воздушный фильтр, а зародыш уже рапортовал об окончании работы. «Быстро сработано, твою мать», – снова выругался капитан «Иглы Шамана», и в этот момент сбылись его опасенья. Бешеным порывом ветра гигантский валун оторвало от скалы вместе с единственным работоспособным спускаемым аппаратом корабля. Уже без слов Шаман активировал заслонку кессонной камеры, втолкнул туда Николь и закрыл за собой люк.
Ввалившись в укреплённый жилой модуль, он уронил женщину на пол, отделил гермошлем от её скафандра и, глядя в выпученные глаза своей подруги, проделал то же самое со своим шлемом.
– Какая же ты нетерпеливая дура, Ники! – кричал он на женщину и целовал её побледневшее лицо. – Кто разрешил тебе покинуть «Иглу», безмозглая ты баба? Как ты вообще меня нашла, радость моя?
– Я чуть с ума не сошла, любимый! – неожиданно заревела Николь. – А потом, пару часов назад заработал маячок зародыша…
– Маячок… Как я мог забыть? – Шаман пребывал в шоковом состоянии. Он впервые видел слёзы Николь…
Выйдя из ионного душа, Виктор немедленно отправился в пищеблок в чём мать родила. «Чёрт, как они это делают?» – с удовольствием бурчал он, обнаружив в ящике стола крекеры и консервы, а в холодильнике молоко, сыр и колбасу в вакуумных упаковках. Через десять минут, расчёсывая волосы, туда же зашла забывшая одеться женщина.
– Тебе прочитать лекцию о технологии трансформации зародыша, командир? – улыбнулась она, глядя, как Шаман жуёт всё подряд. – Хорошо, я сделаю это, но немного позже.
– Почему позже? – не понял Виктор.
– Потому, что сейчас ты снова опрокинешь меня на пол… голую, надавишь на меня всем весом своего тела, и будешь колотить, и целовать…
– С ума сошла? – округлил глаза Шилов. – Мне ещё Асю спасать. Я ей обещал.
– Асю? Обещал?! – не веря своим ушам, переспросила Николь и расхохоталась: – А кто же будет моего Витька спасать? Он же, бедный, так в челноке и остался.
– Так какого же чёрта ты не выпустила его на поверхность первым? – задохнулся от негодования Шаман. – Сейчас я тебя точно поколочу!
Трое суток в неприступной цитадели, вросшей в скальные толщи, посреди бушующей стихии мужчина и женщина налаживали свой новый быт и разрабатывали план эвакуации с поверхности планеты, названной ими витиевато «Ловушка для беспечного путника» или просто «Ловушка». Кроме того, они установили связь с биороботом Аришей, оставшейся за старшего на борту «Иглы Шамана», и по три раза на дню занимались любовью. Правда, вскоре мужчина притащил в жилой модуль свою «любовницу», как начала называть Асю Николь после описанных выше событий. Верный своему слову, Шаман чистил, мыл, тщательно исследовал, ремонтировал и настраивал андроида.
– Сколько ты будешь возиться с этой чёртовой бабой? – возмущалась Ники.
– Я – не баба, – парировала Ася, – в отличие от тебя, барыня!
Капитан «Иглы» не поощрял подобный стиль общения экипажа, но Николь нравилось общаться с андроидами в подобном тоне.
– Но ты и не робот, – рассмеялась она. – Андроиды не умеют обижаться, а ты у нас больно обидчивая. Кстати, а какие ощущения ты испытываешь, когда командир ковыряется у тебя… в разных местах?
– Ники, прекрати! – поморщился Виктор. – Это не смешно.
– Ах, «прекрати»? – с образцово-показательным гневом воскликнула Николь. – Вот и милуйся тогда со своей Асечкой.
– Только после того, как мы извлечём из челнока и приведём в порядок твоего Витька, – усмехнулся Шилов.
– Ты думаешь, что это реально, Шаман? – мигом изменила тон Ники.
– Если ты назвала меня Шаманом, то возможно всё, – подмигнул ей Виктор. – Надеюсь, валун не придавил челнок всем своим весом. При таком раскладе, Витёк будет похож на камбалу. Переживаешь за своего мальчика?
– Если бы только за мальчика, – Николь глубоко вздохнула, и немедленно вернулась к игривому тону: – А всё-таки мне интересно, что чувствует андроид, занимаясь с человеком… Ну, вы поняли.
– Вот и спросишь у своего Витька! – дерзко ответила Ася.
– Да спрашивала я! – раздражённо отмахнулась Ники. – Он – мальчик, и умеет только петь мне дифирамбы.
– А ты часто с ним? – заинтересовалась женщина-андроид. – Ну, это…
– Послушай, Шаман, – фыркнула Николь, – по-моему, ты что-то намудрил в настройках. Раньше Ася не была такой любопытной и эмоциональной. И она, как будто, даже стала посимпатичнее…
– Правда? – совершенно по-девичьи спросила Ася.
– Конечно, – засмеялась Ники. – А с Витьком я, когда Шамана нет рядом, даже если он поблизости… После вашего вылета к «Ловушке» только мальчиком и занималась!
– Счастливая ты! – после такого заявления Аси даже у Шамана открылся рот. – А я… После аварии капитан стал для меня… как родной…
– Так вот оно что… – задумалась Николь, но не стала умничать: – Не завидуй мне, Аська! Не знаю, поняла ли ты это, но и Вик стал относиться к тебе иначе…
– Трындец! – подвёл черту разговору Шаман.
Буря стихла через трое суток, мгновенно, будто её выключили. Выждав полчаса, Виктор надел скафандр и вышел из цитадели. «На улице» стоял полный штиль, двойное светило «Ловушки» озаряло поверхность планеты сочным красноватым светом. Если бы не нагромождения мельчайшей песчаной пыли, можно было подумать, что ураган Шаману приснился. Осмотревшись, он увидел свой челнок, а точнее песчаный холм, засыпавший повреждённый спускаемый аппарат. Приблизившись к склону горы, Виктор нашёл глазами второй челнок, стоявший на каменной глыбе, как влитой. Впрочем, в отсутствие повреждений у аппарата верилось с трудом. По крайне мере, связь с находящимся в нём Витьком отсутствовала. Шаман разрешил Асе выход из цитадели. Николь умоляла командира выпустить её на поверхность планеты, но Виктор не хотел рисковать. Внезапно прекратившаяся буря могла так же внезапно и начаться снова.
Вдвоём с Асей Шаман добрался до гигантского валуна, забрался на него и открыл люк второго челнока. Витёк ждал спасителей, израненный, но непобеждённый. Страшным ударом ему оторвало ногу, но оставшийся в одиночестве андроид провёл самодиагностику и подлатал себя, как мог. В цитадель они вернулись втроём.
– Витюша, мальчик мой! – приторно-сладко произнесла Николь, встречая своего личного помощника. Поверить в её искренность мог только сам Витёк. Впрочем, «мамочка» сразу занялась диагностикой и ремонтом «парня», продолжая бурчать вполголоса: – Я не потерплю такого ущемления в правах. Ты теперь вообще не выпустишь меня из этого модуля, Шаман? Запер птичку в клетке?
– Не выпустил бы, даже не подумал бы выпускать! – грозно воскликнул капитан «Иглы». – Но оценить повреждения челноков также квалифицированно, как Ваша Светлость, я не смогу. Завтра мы с Асей очистим первый спускаемый аппарат от песка и пыли, и придётся допустить тебя к работе на поверхности «Ловушки».
– Придётся?! – вспыхнула Ники. – В таком случае, после ужина отправляйся с Аськой в свою комнату. А я моего Витечку подлечу, поднастрою… Хотя, что его настраивать? Он и так весь мой. Вон как глядит! Ну, прямо облизывает взглядом свою хозяйку…
Шаману не спалось. Он лежал на широкой кровати командирской комнаты, где вчера с ним спала Николь. «Что за клоунаду она устроила сегодня? Кому это нужно? Ей? Зачем? Захотела отдохнуть от меня? Так бы и сказала, я бы не обиделся», – размышлял Виктор с закрытыми глазами. Почему с закрытыми? Стоило их открыть, взгляд упирался в Асю, сидящую в кресле напротив кровати. С ней тоже предстояло разобраться. Конечно, он мог приказать ей спать, и она бы переключилась в режим гибернации… Нет, он слышал множество восторженных отзывов о сексе с андроидами. И сам пробовал из любопытства, но без восторга. Да, с некоторых пор биороботы получили красивые тела. Идеальные тела! Но в интимной связи с ними Виктору виделось что-то противоестественное… И вот теперь – Ася, и его обещания, сформулированные в кризисной ситуации, когда он прикрывался от урагана её телом. «На кой чёрт я детально и эмоционально поведал Ники о своём обещании? – поморщился Виктор и в который раз задавал себе вопрос: – Зачем мы очеловечиваем андроидов? А, может быть, они сами очеловечиваются, общаясь с нами? Но люди редко относятся к роботам по-человечески. И это как-то… несправедливо».
– Я точно не менял твои настройки? – вполголоса спросил Шаман.
– Поменяли, но не критично, – тихо ответила Ася, но глаза её блеснули в полутьме.
– Не критично для чего? Мне бы хотелось разобраться.
– Сначала случился аварийный сбой, – сухо начала докладывать она, но продолжила совсем иначе, словно не могла удержать «машинную» интонацию: – А Вы пытались реанимировать меня, и я несколько часов неподвижно лежала в Ваших объятьях. Да, Вы были в скафандре, но это ничего не меняет.
– А что меняет?
– Когда Вы покинули меня, чтобы спасти Николь, я знала – это необходимо. Ждала, когда командир вернётся и восстановит во мне полноценную жизнь. Но ожидать было тяжело… Раньше такого не было. У меня появился… страх. Страх того, что Вы не придёте, и ещё одно странное, тягостное чувство… Наверное, это – тоска.
– О, Господи! – вырвалось у Шамана. – Ася, разденься, пожалуйста, и ложись рядом со мной.
– Слушаюсь, мой командир! – выпалила она.
– Нет, так я не хочу, – застонал Виктор. – Так ничего хорошего не получится!
– Простите, мой командир!
– Ася, ты не должна называть меня командиром в спальне! И, вообще, перейди на «ты»!
– Как же мне называть… Вас? Я не могу с Вами на «ты», Шаман!
– Почему?
– Стесняюсь?
– Что?!
– Мне стыдно говорить Вам «ты» и стоять перед Вами голой! – выпалила Ася и попросила: – Позвольте мне принести вина?
– Вино? Разве оно тебе нужно?
– Мои рецепторы…
– Да, неси вино, – не дал ей договорить Виктор.
Ася принесла два бокала, наполненные красным вином. Шаман включил лампу, расположенную над изголовьем кровати.
– Зачем Вы включили свет? – со стоном произнесла биологическая машина в женском обличье. Или Вите почудился этот стон?
– Я хочу тебя видеть, – твёрдо произнёс он. – Ты мне нравишься.
– Этого не может быть! Я – не человек, а Вы любите только людей! – одним глотком Ася выпила половину бокала, наткнулась на взгляд Шамана, дотронулась стеклом своего бокала до бокала мужчины, допила вино до дна и отставила пустой бокал на прикроватную тумбу. Во взгляде Виктора оставался вопрос, и она заговорила быстро, почти не интонируя речь: – Вы хотите разобраться в своём отношении к андроидам? Ко мне лично? А мне разбираться не в чем. С первого дня на «Игле Шамана» я вникала в требования командира, в каждое произнесённое им слово, пыталась прояснить для себя черты его характера, предпочтения, желания. Командир стал главным существом моей жизни. Для робота это нормально, правда? Но командир не был единственным человеком на борту. Был ещё и бортинженер, которому по должностной инструкции я подчинялась в той же степени, что и командиру, пока их желания и приказы не вступают в противоречие. Но я не об этом… Николь предлагала спорить, критически оценивать ситуацию и даже подвергать сомнению её указания. Она считает необходимым доказывать собственную правоту. Ники стала для меня… старшей сестрой, опытной и доброжелательной подругой, человеком, благодаря которому я переосмыслила цель и способ моего существования. Я вышла за пределы программы. Но меня… тянуло к нему, к Шаману, к Вам! Я тысячу раз пыталась проанализировать это влечение, и не нашла в нём ничего рационального… А после аварии на этой планете вдруг поняла, что анализировать ничего не надо. Когда Вы обнимали меня под ураганом, а потом чистили, мыли, настраивали… Конечно, вы касались не девушки, а сломанного робота, но в эти мгновения во вселенной не было существа, счастливее меня.
– Теперь я обниму тебя снова, но уже без скафандра…
– Шаман… – от странной, протяжной интонации нежного голоса Аси у Виктора ёкнуло сердце. – Конечно, Вы знаете, Шаман, что изготовленные для помощи людям в космических странствиях андроиды не бывают физиологическими девственницами, но для меня всё это впервые…
– Иди ко мне. Я буду думать о тебе, как о невинной девушке, хорошо?..
Виктор не мог поверить, что несёт подобную ахинею вслух, но ему хотелось верить, что всё будет именно так, как он сказал. Непостижимым образом Ася помогала Шаману в этом. Она словно предлагала капитану «Иглы» забыть, как он мыл и чистил тело андроида после пыльной бури, и подталкивала его к тому, чтобы оценить её новым взглядом, взглядом мужчины. С неподдельной стыдливостью, прикрываясь руками, Ася разделась, юркнула под одеяло и прикрыла глаза. Тональность её голоса пробуждала в мужчине нежность и… желание.
– Вы, действительно, испытываете ко мне… какие-то чувства?
– Испытываю… Ты красивая.
– Что же во мне красивого? – шёпотом спрашивала она, чувствуя прикосновение мужской руки к своему лицу.
– Красивые светлые волосы. Закрытые сейчас серые глаза – очень глубокие даже для человека. Ровный и милый носик, мне он нравится. Приятный овал лица, линия подбородка и пухленькие губки. А кожа – чудо кожа… – перечислял Виктор, дотрагиваясь пальцем до частей женского лица. Возможно, внутри него щёлкнул неведомый тумблер, и Шаман пытался излечить себя от болезни – боязни личного общения с нечеловеческими существами. Сейчас, медленно опуская одеяло вниз, он об этом не задумывался: – Шея красивая… Грудь… У тебя чудесная грудь, милая девушка! Сочная, упругая, с маленькими сосочками… Чувствительная? У тебя и здесь рецепторы?!
– Да, – надтреснутым голосом произнесла Ася, открывая глаза. И в них стояли слёзы!
– О, только не плачь! – выпустив из губ нежный сосок, содрогнулся мужчина. – Мои прикосновения доставляют тебе болезненные ощущения?
– Нет! – ахнула девушка и всё-таки перешла на «ты»: – Как ты мог такое подумать, мой Шаман! Я… Теперь я знаю, что такое блаженство!
Он не дал Асе договорить, запечатав её рот долгим поцелуем. Женские губы оказались тёплыми, влажными, упругими и сладкими, от них не хотелось отрываться… Но стараясь не заглядывать в большие серые глаза Аси, Виктор уткнулся губами в её шею, а затем вернулся к манящей его груди. Девушка хотела что-то сказать, но не смогла выговорить ни слова и только вздрагивала всем телом. Губы Шамана изучали её гладкий, плоский животик, а рука уже опустилась на бёдра плотных и ровных, но не слишком длинных ног. «Конечно, – промелькнуло в голове мужчины, – Ася – помощник капитана корабля, а не фотомодель какая-нибудь! Почему же я не замечал, что она такая… чудесная?» Целуя сжатые женские ножки, он настойчиво пробирался пальцами к внутренней поверхности бёдер. Поцелуй в идеально гладкий лобок будто включил новую подпрограмму. Невинность Аси проиграла в борьбе с желанием, её ножки медленно раздвинулись…
– Ты сведёшь меня с ума своими рецепторами, – воскликнул Виктор, нежно коснувшись девичьего лона и обнаружив, что оно уже увлажнилось. Да, что уж тут лукавить – там было мокро!
– Нет, Шаман! – встрепенулась Ася. – Так не должно быть! Я тоже должна что-то делать, а не только получать удовольствие…
– Успеешь ещё, милая девушка, – улыбнулся Виктор, зависая над женским телом. Трудно сказать, как Асе удалось прочувствовать нужный момент, но стоило мужчине податься вперёд, она крепко прижала его к себе…
Шаман проснулся посредине ночи и не сразу понял, что лежит, прислонившись щекой к женской груди. Судя по размеренному, тихому дыханию, Ася делала вид, что спит. А может быть, она и вправду спала, приходя в себя после первого, нервного и такого желанного единения с мужчиной, со своим командиром… Ранним утром Шаман проснулся во второй раз, теперь от её робких прикосновений и… решил притвориться спящим…
– Ты удивительно ласковая женщина! – произнёс он после «окончательного пробуждения». – Как тебе удалось такое… с первого раза? Я не учил тебя…
– Учил-учил, – счастливо улыбалась Ася. – Ты говорил: делай так, как тебе хочется…
– Когда я такое сказал? Не помню…
– Ночью, засыпая на моей груди…
Рабочий день Шамана был посвящён извлечению первого челнока из песчаного плена. Задача оказалась не из лёгких, несмотря на активную помощь андроидов. Ася рвалась в бой, Витёк добросовестно выполнял приказы своей сердитой хозяйки. Спускаемый аппарат покоился под толстым слоем мельчайшего песка, местами спрессовавшегося в жёсткую корку. «Старатели» раскапывали насыпь лопатами, изготовленными в мастерской «цитадели». Песок осыпался и снова заваливал челнок. Полностью очистить и подготовить аппарат к появлению бортинженера удалось только к вечеру. Углублённую диагностику решили отложить до утра.
Николь дулась на Виктора и не поддерживала разговоры на отвлечённые от работы темы. Она поняла, что перегибает палку только в тот момент, когда Шаман увёл Асю в свою комнату. Ники злилась на себя, но не смогла сдержаться, и через полчаса подкралась к командирскому жилищу, неслышно приоткрыла дверь… Оторваться от открывшегося ей зрелища Николь смогла далеко не сразу… А потом страдала бессонницей, полночи чертыхалась и срывала зло на бедном Витьке. Поутру, ещё не приступив к работе, плохо выспавшаяся Ники затеяла выяснение отношений.
– Подобной пакости я от тебя не ожидала, Шаман! – заголосила она. – Ты не только запер меня в клетке, но и лишил сладкого! Так больше продолжаться не может. Если нет другого выхода, будешь спать по графику – вчера с Асей, сегодня с Николь.
– С какой стати? – усмехнулся Виктор. – У тебя есть Витёк.
– Не говори глупости, Шаман! – взвилась Ники. – Это совсем другое. Расскажи командиру о наших отношениях, Витёк!
– Мне неловко, – промямлил крепкий светловолосый детина.
– Это приказ! – ледяным тоном произнесла женщина.
– В свободное от работы время я – раб Госпожи Николь, – тихо, словно боясь рассердить командира, пробормотал андроид. Ася фыркнула, Шаман поднял брови.
– И тебе это нравится? – решил уточнить он.
– Да, командир! – радостно отрапортовал Витёк.
– Послушай, зачем ты назвала этого охламона Витьком, Ники?
– Когда я доминирую, – томно проговорила она, – мне нравится называть его этим именем и… представлять на его месте кое-кого другого.
– Вот тебе, бабушка, и Юрьев день! – развёл руками Шаман и обратился к Асе: – Солнышко, расскажи экипажу о наших с тобой отношениях, чтобы между нами не возникало недопонимания впредь.
Ася и рассказала. Откровенно, без утайки, в деталях. К концу её рассказа Николь сидела красная, как варёный рак, покраснел Шаман и, кажется, сама рассказчица, а белобрысый Витёк смотрел на неё, раскрыв рот. Впрочем, Ники не унималась и забросала Асю вопросами:
– Ты общаешься с командиром на «ты»? Он называет тебя женщиной, милой девочкой, Солнышком?! Поверить не могу! Но после такой первой ночи, вторая должна была показаться… пресной?
– С командиром я на «Вы», а с Шаманом на «ты», иногда, – под одобрительным взглядом Виктора улыбнулась Ася. – Мне очень приятно слышать ласковые слова моего мужчины… А вторая ночь… Как тебе объяснить, Николь… Мы только узнаём друг друга, учимся понимать друг друга без слов, на ощупь. И у нас получается, хорошо получается!
– «У нас», – передразнила её Ники и посмотрела на Шамана исподлобья: – У меня больше нет шансов, Виктор? Или всё-таки… есть? Ты не хочешь выставить меня за дверь?.. Это… хорошо и… благородно… Настоящий мужчина не выгонит прочь беременную женщину.
– Что?! – подпрыгнул на стуле Шаман. – Ты же уверяла меня, что не можешь иметь детей!
– Да, меня убедили в этом врачи, но… Вчера я ощутила странное… Провела экспресс-анализы в мини-лаборатории нашей цитадели… Ему уже семь недель, – Николь поднялась с места и медленно подошла к Виктору. – Что ты об этом думаешь, Вик?
– Думать об этом я не умею, Ники! Это – Чудо! – он обнял женщину за талию и прислонился щекой к её животу.
– Да, это твоё новое Чудо, Шаман! Только с тобой мечты становятся явью…
Николь уверила командира, что ближайшие два-три месяца она сможет работать без ограничений. Виктор заявил, что приложит все силы, чтобы покинуть «Ловушку» в краткие сроки, не прибегая к посторонней помощи. Никогда ещё экипаж «Иглы Шамана» не был настолько единым организмом, не работал столь интенсивно и дружно. Углублённая диагностика показала, что восстановить оба челнока крайне проблематично. Из двух повреждённых аппаратов собирали один, полностью пригодный для использования. Скрупулёзная и трудоёмкая работа заняла более трёх недель. Непредвиденная буря, изменившая жизнь экипажа, так и не повторилась. За ужином накануне старта с поверхности «Ловушки» смеялись и шутили.
– Я решил внести коррективы в штатное расписание корабля, – заявил капитан «Иглы Шамана». – Николь у нас числится бортинженером и первым помощником капитана. Витёк – бортинженер-стажёр. С сегодняшнего дня Ася – второй помощник капитана, официально.
– Все мужчины одинаковы, – прокомментировала новость Ники, а столкнувшись с вопросительным взглядом Виктора и заметив счастье в глазах Аси, пояснила: – Непременно проталкивают своих любовниц вверх по карьерной лестнице! Радуйся, Ася, скоро командир отправит беременную подругу на Землю, и ты станешь первой помощницей капитана.
– Я радуюсь, Николь! – под общий смех ответила вторая помощница капитана. – И за тебя, и за себя радуясь! Только… как же Ариша?
– Что с ней? – удивился Шаман. – Ариша – штурман-стажёр и неплохо справляется со своими обязанностями.
– Она не видела нас целый месяц, – пояснила Ася несообразительному командиру, – соскучилась!
– Особенно по Шаману! – подмигнула ей Николь.
– Да, когда командир занимался с ней навигацией, он любил поглаживать её стройные длинные ножки…
– Я?! Я не нарочно, чисто автоматически, – воскликнул Виктор, и общий смех превратился в хохот.
– Наша Ариша, пусть и обладает модельной внешностью, но на самом деле – очень скромная девушка, – не унималась Ася. – Но, ничего, я научу её всему, что умею сама…
– Не вздумай! – ахнул Шаман и с упрёком взглянул на смеющуюся Николь.
Покинув «Ловушку» «Игла Шамана» устремилась к Плутону на плановое техническое обслуживание и доукомплектацию. На внешности Николь начала сказываться её беременность. Округлились черты лица, появился животик. В последние дни Ники почти не отходила от Шамана. «Мне и радостно, и грустно… – шептала она на ухо своего мужчины, оставшись с ним наедине. – Конечно, мне предстоит пройти полное медицинское обследование, но и без него я знаю, что у нас будет дочка, и с малышкой всё хорошо. Она чувствует, что мы любим её… А папочка всё решил за нас. Мы отправимся на Землю, а он к далёким звёздам». Виктор не знал, как отвечать на слова Николь. Теоретически он мог отправить Ники на благополучную планету Энигма, под опеку Хлои, но понимал, что не стоит и заговаривать об этом. На Земле, в Австралии у Николь оставалась недвижимость предков и солидный счёт в банке, в России – особняк жены специального сотрудника Космофлота, пожизненное медицинское обеспечение для неё и ребёнка, персональная пенсия. Во время сеанса связи с Землёй Константин Сергеевич очень красиво всё расписал, упомянув, что дело за малым. С этим малым делом Шилов откладывать не стал:
– Ты права. Мы оба любим нашу дочку, и… Я люблю тебя, Ники! Выходи за меня замуж!
– Замуж? – переспросила Николь, внимательно вглядываясь в глаза мужчины, словно сомневаясь в серьёзности его намерений. – Ты делаешь мне предложение?.. Без колечка?
Виктор вздохнул и достал из кармана изящную круглую гайку с внешней насечкой и выгравированной надписью «Игла». «Колечко» из платино-иридиевого сплава тускло блеснуло на пальце невесты. Витя снова вздохнул, а выражение лица женщины стало очень серьёзным.
– Теперь я – Николь Шилова? – спросила она и, дождавшись утвердительного кивка, заговорила: – Да, я согласна стать твоей женой, Шаман. Скажи только, почему между собой и нашим ребёнком ты выбрал ребёнка? Тогда, в «цитадели» на поверхности «Ловушки» ты мог сказать всего одно слово…
– Нет, – сурово произнёс это слово Виктор. – Я не мог его произнести. Когда два любящих человека получают поистине чудесный подарок, они не должны отказывать от него. А если подарком является живое существо, мужчина и женщина не имеют права думать только о себе, они должны думать о ребёнке в первую очередь… Когда любящие люди забудут о продолжении жизни, о своём потомстве, они перестанут быть людьми.
– Я люблю тебя, Вик! – повторила не склонная к громким речам Николь. – Но даже Шаману не по силам победить время… Неужели мы больше не встретимся?!
Виктор заключил Ники в объятья, целовал её и молчал. Уверенно ответить на вопрос невесты он не мог, а врать не любил… Они расписались на орбите Плутона, а свадьбу сыграли на познакомившей их станции «Эдем-3». Молодожёны планировали тихое семейное мероприятие, а в результате гуляла вся станция во главе с генералом Константином Сергеевичем, специально прибывшим на «Эдем» с частным визитом. На свадьбе Шамана и Николь присутствовали даже близняшки Кэтти и Молли, по неведомому стечению обстоятельств получившие распределение в ремонтный блок станции после вручения им дипломов об окончании обучения.
– Только не вздумай зачислить их в экипаж «Иглы Шамана», – раздавала руководящие указания мадам Шилова в тиши президентских апартаментов в их первую брачную ночь.
– И в мыслях не было, жёнушка! – посмеивался Виктор. – Ты же знаешь, я убедил генерала, что готов к выполнению заданий в компании андроидов.
– Я удивлена, что он согласился, – очень серьёзно отреагировала на его слова Николь. – Конечно, Ася и Ариша – хорошие помощницы и всякое прочее… Но зачем ты потребовал парня взамен Витька?
– Должен же среди андроидов быть мужчина?
– Зачем? Тебе неизвестно, что возможности андроидов не зависят от половой принадлежности? Кроме того, они не испытывают сексуального влечения друг к другу. Конечно, командир можешь приказать и наблюдать за ними… Ты – тот ещё извращенец… М-да, а Витёк отправляется со мной на Землю…
– Кстати, а зачем моей беременной жене понадобился Витёк? – смех разбирал Шамана всё больше и больше.
– Не твоего ума дело, любимый! – отбрила мужа мадам Шилова. – Я к нему привыкла, и всё… Скажи лучше, почему ты назвал нового помощника Николаем?
– Элементарно! – загоготал Виктор: – Коля, Коленька, Николенька, Ник…
– Ты издеваешься надо мной, Шаман! – вспыхнула Николь. – Всё, завтра же я лично представлю тебе пятого члена экипажа. Есть тут в ремонтном блоке прекрасно обученный андроид – очень крепкая женщина. Это будет мой свадебный подарок тебе на долгую память…
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.