– Не забудет, – усмехнулась Стешка. – Он мне уже на завтра назначил свидание в самом дорогом ресторане города!
– Завтра? Погоди, но завтра же у вас ничего не получится! Завтра же у Ленки второй день свадьбы! И ты просто обязана прийти! Да и он тоже. Ты что, не помнишь, она же десять раз повторила: завтра ко мне ! Обязательно к двум и без опоздания. Там же еще будут пельмени всякие, торт свадебный, его, кстати, выкупать придется, так что запасись деньжатами. Потом еще вилку не забудь свою из дома взять. Там у молодоженов вилки выкупать надо, а ты уже со своей придешь.
– Чего это я со своей? – обиделась Стешка. – Я тоже... выкуплю.
– Ну, это твое дело, только прийти завтра обязательно надо, потому что без второго дня свадьбы нет. Еще же половина сценария не прошла! И торт, я уже говорила, и конкурсы, и частушки, и драка, а ты в ресторан! Ты ему так и скажи: ресторан только через мой труп, то есть – послезавтра!
– Я сама знаю, что сказать... чего это я ему про трупы... – пробурчала Стешка.
– Ну ладно, Стешенька! – все еще трещала сестрица. – Давай до завтра, а то времени уже четвертый час, я не высплюсь и пойду на свадьбу помятая.
Стешка распрощалась и с интересом посмотрела в зеркало – да, красоту придется смывать, к Мишке она сегодня не пойдет, времени и в самом деле уже четвертый час, он уже, наверное, спит. Да нет, не наверное, а совершенно определенно.
Неизвестно, во сколько бы поднялась Степанида, но из постели ее вытащил телефонный звонок.
– Стешка! – сразу же закричала в трубку вчерашняя невеста. – Ты что, к нам сегодня не собираешься? Мне тут Настя звонила, говорит, что ты и не знаешь ничего! А как ты не знаешь, когда я тебе триста раз вчера говорила!
– Лен, да это Настя все перепутала... – смущенно отбивалась Стеша. – Конечно же, я приду!
– Ну и правильно, а то как же я... без вас? Ты ж знаешь, с моей стороны только вы, а у Витьки видела какая орда из родственников? Вот, так что... чтоб была! Ровно к двум!
Стеша пообещала, отключила телефон и посмотрела на часы. Ей на сборы оставался час с небольшим, а она еще никак не могла придумать, как с Кириллом перенести время их свидания.
Кирилл позвонил сам, почти сразу же после звонка Ленки.
– Стефания!! – радостно кричал он в трубку. – Мы с тобой вчера непродуманно договорились! Оказывается, свадьба еще не кончилась. И мы там крайне необходимы!
– Ну да! Мне звонили, – загорелись глаза у Стешки. – Конечно, Ленке без нас никак! Она ж еще вилки продавать будет, и торт. И как же... без нас...
– Хорошо, тогда... я за тобой к двум заскочу?
– Хорошо, – кивнула Стеша. – Заскакивай.
Кирилл больше не стал задерживать даму, ей надо было еще успеть привести себя в порядок.
– Да, надо привести, но я успею! – решила она и побежала к холодильнику, надо было как следует покормить кошек, потому что, когда у нее были праздники, у бедолаг сразу же подтягивались животы.
И вовсе не потому, что хозяйка преступно про них забывала, а потому что она в такие дни кормила их рыбой. Ну что сухой корм – им на два жевка. Сколько бы ни насыпала, они съедали его за один присест, а потом весь вечер голодают. А вот рыба – они ее будут тянуть до вечера – пока уж совсем не проголодаются. Только кошки рыбу есть упрямо не желали, а оттого и животы у них моментально присыхали к позвоночнику. Ну, пусть не совсем – Кольке как-то удавалось сохранять килограммы. А вот ушастые дамочки мигом садились на диету.
– Ладно, – вздохнула Стешка, представив, как похудеет ее любимица Жаннка, а у шустрой Люськи потускнеет шерстка. – Ладно, сбегаю вам за мясом, но если вы и его есть не станете!..
Стеша быстренько соорудила макияж, влезла в джинсы, напялила новенький свитерок, который ей очень нравился, и выскочила за двери.
И почти сразу же натолкнулась на соседа:
– Ой, напугал! – вытаращилась она на Мишку. – Ты вообще, что ли, не работаешь? Все время дома толчешься? Прямо дармоед какой-то!
– Вообще-то сегодня суббота, – насупился сосед. – И никакой я не дармоед... Мы с Бумером на улице были... А ты... ты не выспалась, что ли – прямо, как цепная овчарка, на людей кидаешься!
Стешка прикусила язык. И в самом деле, Мишке же надо пса выгулять. И чего она на него?.. Он и так... несчастный. Любит ее – Стешку, а она... она – увы, увлечена другим. А Мишка, бедняжка, все еще рассчитывает на что-то, строит планы и даже сейчас – стоит и расстраивается из-за ее крика.
– Миш, – сочувственно собрала она брови на переносице. – Миша, ты если хочешь, можешь зайти ко мне сегодня... только поздно.
– Это с чего бы? – округлились Мишкины глаза. – Главное еще – поздно!
– Ну, это я так... – как добрая тетушка, усмехнулась Стеша. – Чтобы утешить тебя, развеять, так сказать, гнетущее чувство одиночества... вытянуть тебя из твоей черной полосы...
– Из полосы? – не сразу сообразил сосед. – Ага... и гнетущее одиночество... ну-ну... Стеша, я все понимаю, у тебя возраст и это самое... гнетущее чувство. Но если хочешь, можешь и прийти, только... только сегодня я не могу, у меня... встреча.
У Стешки мгновенно закончилось все желание делать соседу добро.
– С кем это у тебя встреча? – прищурилась она, нервно притопывая сапожком. – Это с той длинноногой крашеной выдрой? Ну, с белобрысым чучелом, которое тогда на Енисее к тебе...
– Да нет же, Стеша, я не с тобой встречаюсь, там совсем другой человек, это же...
– Со мно-о-ой?!! – задохнулась от гнева Стешка. – Да я с тобой!.. да ты мне!!! Ты вообще знаешь, из-за чего я тогда к тебе подошла? Мне тебе надо было рассказать одну страшную новость!! И я... а теперь! Да я вообще!!!
Бумер возле ноги хозяина недовольно заурчал.
– И ты тоже молчи!!! – накинулась на него Стешка. – Своим вот этим вот... кикиморам зубы показывайте!!!
– Нет, теперь стой! – ухватил ее за руку Мишка. – Это какую гадость ты мне хотела еще сказать? Опять новую дразнилку придумала, да?
– Гадость?! Дразнилку?! Да я... я хотела тебе сказать, что Кузя погибла, ясно тебе?
– А... кто это – Кузя? – заморгал Мишка. – У тебя же не было такой кошки... Люську помню, Жаннка и Колька у тебя, да?
– Совсем уже с крышей простился, да? Кузя – это Ольга Кузнецова! Ты за ней когда-то бегал, а теперь туда же – «кто это?» Но только я тебе больше ничего говорить не буду! Мне мой друг запрещает разговаривать с ненадежными мужчинами, вот так!
И Стешка вынеслась на улицу.
Она гневно шагала по направлению к магазину и никак не могла успокоиться. Это ж надо!! Что только себе вообразил этот надоевший сосед?! Она еще его пожалела, а он!.. У него, видишь ли, встре-е-еча!!!
Стешка так торопилась, что даже не совсем поняла, когда возле нее остановилась неизвестная машина.
– Стеша... – раздался тихий голос, который моментально привел ее в чувства. В прошлый раз она слышала этот голос при еще более тяжелых обстоятельствах. – Стеша, вы куда-то спешите?
Возле нее стояла машина с открытой передней дверцей, и за рулем сидел отец Ольги Кузьминой. Это он ее окликнул.
– Н-нет... – растерялась Степанида. – Я... просто так вышла... проветриться.
Ну никак не могла она признаться этому убитому горем человеку, что спешит невероятно, что ей надо успеть в магазин, купить мяса, а потом еще переодеться к свадьбе!
– Садитесь, – просто предложил ей мужчина, и она не смогла не повиноваться.
Стешка уселась на переднее сиденье и... просто не знала, что в таких случаях принято говорить. Он заговорил сам.
– Вы приходили к... Оле. Там произошла какая-то непонятная история... – с трудом подбирал слова Ольгин отец, чье имя совершенно стерлось из Стешиной памяти. – Я сейчас на кладбище еду, к дочери. Если вы никуда не торопитесь, я покажу вам, где она похоронена.
– Да-да... я не тороплюсь, – мотнула головой Стеша, нащупывая рукой мобильный телефон и на ощупь отключая звук. – Я поеду с вами.
– Оля погибла... вместе с Денисом.
– С Денисом? – не поняла Стеша. – А кто это?
– Это ее сын. Ему было шесть лет... – скрипнул зубами мужчина. – Невероятно талантливый мальчик. Он играл на пианино и ему пророчили большое будущее, но... судьба распорядилась иначе.
– У Ольги был сын? – удивилась Стеша.
Ольга при последней встрече ничего о нем не говорила, а между тем они болтали с ней почти до утра.
– У нее было все – и хороший дом, и семья, и прекрасный сын, и доходный бизнес, но... после того, как уехал ее муж – замечательный человек... после его отъезда у дочери все пошло наперекосяк.
– И муж у нее уехал? – снова удивилась Стеша.
– Он звал ее, но... Оленька не могла покинуть родину. Она сильно похудела, приезжала к нам вся черная от переживаний. Но потом взяла себя в руки... жизнь понемногу стала налаживаться, но... видимо, Оля так и считала себя одинокой... В последний ее приезд... Она была постоянно с сыном. Она всегда сильно тряслась над Денисом, буквально не выпускала его руку и везде водила его с собой. Мальчик забросил занятия, мы пытались что-то говорить, но... Ольга была просто не в себе. И видимо, поэтому... Она шла по улице так же, как вы сейчас – совсем не замечая машин, а ведь у нас такие скорости! Ее сбили насмерть. И... Дениса тоже... Она везде водила его с собой и... и ни на шаг его от себя не отпускала...
– Да-да... вы говорили... – подавленно кивала Стеша.
– И сейчас они вместе... – судорожно вздохнул мужчина. – Мы похоронили их здесь.
– Да... конечно, здесь лучше... – лепетала Стеша, видя, что Кузнецов вовсе и не с ней говорит, а скорее сам с собой.
Машина остановилась возле ворот большого кладбища, и дальше они пошли уже пешком. Купола небольшой церквушки на солнце сияли золотом, стройные ряды елей обрамляли аллею у входа – чистенько, светло... Но Стешке казалось, что за этими воротами раскинулся какой-то таинственный, молчаливый город, наполненный скорбью и горем.
Кузнецов уверенно шел вверх по широкой асфальтированной дороге, а Стешка едва поспевала за ним.
– Вот... вот они... – Мужчина остановился возле большого светлого памятника.
С большой фотографии на Стешку глянуло знакомое лицо Кузи. Оля здесь была очень хороша – чуть закинутая голова, волна роскошных волос, огромные, смеющиеся глаза и веселая, беспечная улыбка... Она прижимала к себе мальчика – кудрявого, светленького и удивительно красивого, таких раньше рисовали на открытках. Мальчик склонял голову к маминому плечу и был очень серьезным. Глаза у него были какие-то не по-детски печальные...
И никаких надписей. Даже даты гибели и рождения. Только имена. Ольга и Денис. Денис...
Стешка только представила, как этот маленький ангелок сидит у рояля... на сцене... и в глазах невозможно защипало.
– Здравствуй, доченька, – тихо проговорил мужчина, заботливо стирая с фотографии невидимую пыль. – Ну как вы тут? Я вот к вам подружку привел...
Возле этой светлой могилки высилось тонкое, но уже высокое деревце. На него села беспокойная синица и тут же начала выводить трели.
– Вот, – по-доброму кивнул Кузнецов на синицу. – Как только прихожу, сразу же птицы прилетают...
Он торопливо, путаясь в полах куртки, полез в карман и высыпал на мраморный столик целую горсть семечек.
Он что-то бормотал, разговаривал с фотографией, суетился возле памятника, что-то рассказывал дочери и внуку и даже совсем не вытирал влажных глаз. Про Стешку он и вовсе забыл.
А она не могла проронить и слова. И это она еще смела думать, что Ольга где-то прячется!! Все игрушки какие-то, а здесь же настоящее, человеческое горе!
Наконец, спустя часа полтора, мужчина обернулся к Степаниде.
– Ну, вот и побывали... пора и домой... Пойдем мы, Оленька. Дениска, ты уж не озорничай, слушайся маму... и не бросай ее там...
Стешка сглотнула тяжелый ком и только глупо помотала головой – дескать, да, слушайся, не бросай.
А через двадцать минут они уже ехали в город.
– Я... я теперь сама к ним буду приезжать... – торопливо говорила Стешка. – Я в этот раз даже... даже цветочков купить не додумалась... но я обязательно...
– Хорошо, что побывала, – умиротворенно проговорил Кузнецов. – А цветочки, что ж... Оля не любила срезанных цветов, она живые любила. Вот придет весна, и... посадишь... если захочешь.
– Я захочу! Мне так розы нравятся! И еще лилии тоже... и пионы...
– Ну, каких ж розы, они тут не выживут. И пионы... – невесело усмехнулся мужчина. – Да и лилии долго не продержатся – выкопают. Здесь что попроще надо...
– Я... что попроще... я посажу обязательно!
Он высадил ее там же, где и подобрал. А напоследок только горько кивнул и... и умчался.
Стеша некоторое время еще смотрела вслед уезжающему, а потом неторопливо направилась в магазин.
Она купила мяса, взяла что-то себе на ужин и... зачем-то прихватила маленькую бутылочку коньяка. Вообще-то, она точно знала – зачем. Сейчас она никуда не пойдет, а просто запрется дома, нальет коньячка в стопку и помянет Кузю... Олю, Олю и ее такого славного сына.
Из ее головы никак не выходил мальчик с кладбищенской фотографии – Денис. Ну надо же, ведь только жить мальчонка начал!
– Стефания!! – раздался над самым ухом знакомый голос. – Стеша, что с тобой?
Она растерянно обернулась и увидела рядом с собой Кирилла.
– Ты откуда такая? – встревоженно разглядывал ее лицо новый знакомый. – Я тебя жду-жду, решил, что один на свадьбу ни за что не пойду, дождусь... а ты приходишь, и какая-то...
– Я была на кладбище... У Ольги, помнишь я тебе рассказывала... у нее был такой красивый сын...
– Ну... ну почему был? – нахмурился Кирилл. – Я ж тебе рассказывал – сейчас бывает такое, что люди живы, но их считают умершими. Или...
– Это не тот случай, – поморщилась Стеша. – Ольга не такая. Она б своих родителей не стала мучить... Они так переживают, что... Я чего-то не хочу на свадьбу.
– Стеша... – Кирилл мягко взял ее под руку и повел к подъезду. – Тебя там ждут. Никого из Лениных близких и в самом деле с ней сейчас нет. Ты можешь испортить ей единственный праздник в жизни.
– Да какой там единственный в жизни! Уже на моей памяти это шестой или седьмой по счету, а жизнь, она ж большая!.. или не очень...
– И я про то же... каждый день надо ценить. Пойдем, тебе еще надо оставить сумки.
Стеша даже не стала переодеваться.
Конечно, еще утром она хотела сразить Кирилла окончательно и надеть свое маленькое малиновое платьице. Настя всегда говорила, что это просто блузка, причем, даже не самая длинная. Но зато Стешкины ноги в ней такими длинными казались!! Но сейчас она просто накормила своих кошек и выскочила за дверь.
– Я думал, ты будешь полчаса наводить красоту, – приятно удивился Кирилл, он ждал ее в машине. – А потом еще кудри крутить...
– Зачем? – пожала плечами Стеша. – Кудри у меня свои.
– Ну ничего себе! И красота тоже природная? Ты сегодня выглядишь совсем великолепно!
Их встретили радостными воплями и тут же потащили к штрафным рюмкам.
– Штрафной!! Штрафной! На брудершафт!! – вопила подвыпившая невеста. – Стешка!! Ты должна непременно за мое счастье... Вовка!! Тьфу ты, Витька!! Витя! Немедленно скажи Стешке, чтобы она выпила целый стакан! За наше здоровье! Она тебя послушается!!
Стешка не слушалась, отговаривалась пить. Кирилл, как мог, ее защищал, а потом и сестра с мужем Васей присоединились.
– Ленка!! Ты ее угробишь!! У нее сразу же, прямо здесь отвалятся почки!! – кричала Настя и тут же яростно шептала: – Вы куда провалились? Не могли другого времени найти? Ленка уже вся испереживалась, Витьке всю плешь проела! У них чуть не распалась новая ячейка общества!.. Лена!! Убери, говорю, это рог с водкой!!. Вить! Ты не успел жениться, а у тебя уже рога... в руках пока, но...
– Это мне брат подарил!
– Это на свадьбу-то? Чудесный подарок! – с осуждением посмотрела на Ленку Настя. – Ты ей сам рогов наставь! – перевела она взгляд на Витьку.
– Это чему ты учишь моего молодого мужа? – поднялась во весь рост Ленка. – Я вам тут всем таких рогов... Вовочка, это я не тебе.
– Я – Витя, – робко напомнил жених.
– От перестановки букв сумма, к сожалению, не меняется, – вздохнула Ленка и потянула всех к столу.
Этот день был еще лучше вчерашнего. Лишних гостей уже не было, зато остались самые выносливые, веселые и неутомимые.
– Иэ-эх!! Стешка!! Давай плясовую!! – тормошил невестку захмелевший зять Василий.
– Вася!! – звонко верещала Настя. – Немедленно возьми баян, сядь и чтобы ни одна дрянь к тебе с рюмками не тянулась! Все!!. Гости дорогие!! У нашего гармониста временно открылся спазм кишечной проходимости, так что пить ему никак нельзя. Давайте лучше петь частушки!
– Гармонист у нас хороший! Как цветочек аленький! Сам большой, гармонь большая... – тут же рявкнула невестушка во всю глотку.
Стеша раньше такую бы трель выдала, а сейчас только сидела за столом и ковыряла выкупленной вилкой винегрет.
– Стеш, – склонился к ней Кирилл, – ну улыбнись, чего ты? Ты так переживаешь из-за своей подруги?
– Ну... просто никак не идет из головы, – пожала плечами Степанида.
– Хорошо, тогда давай так, – предложил Кирилл и, будто случайно, накрыл ее руку своей, – давай тогда сейчас будем петь и веселиться, а вечером поедем к тебе и придумаем, как будем искать твою эту... как ее звать?
– Ольгу? Кузнецову? – переспросила Стеша. – А чего ее искать? Там уже все отыскали.
– А мы проверим! – настаивал Кирилл. – Вот ты скажи... хотя нет. Все потом. А сейчас надо Елену как следует выдать замуж, чтобы не возвращалась.
Он говорил так убедительно, что Стешка невольно поддалась его напору.
– Ну, хорошо, потом поговорим, – согласилась она и даже начала немного улыбаться.
И в самом деле, чего это она хоронит Кузю? Может, у нее... просто крупные неприятности. Она боится, и... и все! А боится оттого, что рядом нет надежных друзей. Это и понятно – откуда им там, в большом незнакомом городе взяться? Нет, может, друзья и были, но те, которые проверенные, они только на родине, она ж не успела там никого проверить.
Второй день разворачивался по всем свадебным, сценарным законам – сначала ели, потом пили, потом плясали, потом воровали жениха (правда, Стеша не знала такой традиции, чтобы жениха выкупали, но... родня Виктора сказала в один голос – «надо!»), и даже в конце вечера развернули драку. Вообще-то, свадьба после этого еще долго продолжалась, но Стеша уже не стала досиживать, потихоньку собралась и... хотела уже убежать, но Кирилл ее настиг возле самого выхода из ресторанчика.
– Нет, ну нормально!! – тяжело дышал он. – Пока я там бьюсь за жениха, ты меня вот так взяла и бросила! Предала, можно сказать.
– Я не предала, – виновато швыркнула носом Стеша. – Я посмотрела – тебя нет, ну и, думаю, наверное, у тебя голова заболела. И решила, что у меня... тоже. Вот и...
– Ясно, – мотнул головой Наумов. – Тогда давай как будто мы оба нездоровы. Сбегаем?
И они сбежали. Прямо возле выхода из ресторанчика Кирилл остановил такси и через минуту они уже ехали по направлению к Стешиному дому.
Дома Степанида быстро накрыла стол, откуда-то появилась копченая колбаска, сохранившаяся с лучших времен, из морозильника были срочно вытащены пельмени и упаковка замороженного болгарского перца, а на плите уже шипела яичница из трех яиц.
– А ты чего с пельменями делаешь? – с удивлением смотрел Кирилл на Стешины манипуляции.
– Жарю. Вареные уже надоели, а жареные... ты чего, никогда не ел? Сейчас попробуешь.
У Кирилла для такого момента в кармане оказалась целенькая бутылка вина.
– Честно скажу, как узнал, что мы с тобой к тебе, твоя Настя в карман сунула, – чуть смущаясь, пролепетал Наумов.
– И правильно! Им уже там хватит, а нам еще нет. Садись.
Они разлили вино, уселись к столу, и Кирилл принялся пробовать новое блюдо.
– Слушай, а вкусно, – удивленно округлил он глаза.
– Ну а что ж я, ерундой тебя кормить стану? Конечно! – мотнула головой Стеша. – За что выпьем?
– Я хочу... – начал было Кирилл, но она его перебила.
– Кирилл, а давай за Ольгу не чокаясь. У меня вот прямо ее фотография так перед глазами и стоит. Еще и мальчик тот... – Стеша, не дожидаясь согласия, выпила фужер залпом.
В животе сразу потеплело, а душа стала рваться на подвиги и свершения.
– Я вот... знаешь, я вот хоть сейчас бы того убийцу искать пошла, честное слово! – яростно хлопнула себя в грудь ладошкой Степанида. – Но... вот знаешь, я столько книг прочитала... Про любовь, еще разные там... про Буратино... а еще детективы. И в них все так понятно! А вот в жизни – коснулось и... просто не знаешь, куда бежать!
Кирилл тоже выпил свое вино, но не так лихо, как его подруга. Он внимательно слушал Стешу и потягивал из своего бокала.
– Давай начнем с самого начала, – предложил он. – Вспомни, как ты с ней встретилась?
– Это про школу, да?
– Нет, как ты ее увидела в последний раз?
– Ах, в последний... Да случайно совсем. У меня кошка Люська... Погоди-ка, а она сейчас дома?
Стеша быстро вскочила и понеслась искать Люську. В этот раз кошка лежала на диванной подушке и с укоризной глядела на хозяйку. И весь ее вид говорил: господи, ну не позорь ты мое честное имя! Тут я и всегда тут лежу, а на этих котов мне – тьфу...
– Нет, сейчас она не сбежала, на диване отдыхает, а в тот раз унеслась! – доложила Стеша, возвращаясь на кухню.
– А при чем здесь Ольга? – напомнил Кирилл.
– Как это при чем? Она ж ее поймала! Люська ведь не дурочка, чего ж она вверх побежит? Она сразу вниз сиганула. А там ее Ольга и перехватила. И тащит. А я увидела и... и узнала Кузю... Ольгу. У нее фамилия Кузнецова, поэтому и Кузя. Ну и вот. А я так обрадовалась, что сразу ее к себе в дом и затащила. Она нормальная такая была, живая. Мы с ней поговорили... Она мне рассказала, что у нее свой бизнес, она держит в Москве несколько салонов. Ну и... потом спать легли. Она меня еще обещала подстричь к Ленкиной свадьбе. А утром я проснулась – ее нет. А к кому идти стричься? Ну я и... отправилась по ее старому адресу. И не ошиблась! Ее родители там так и живут! Только она там почему-то... уже год, как умерла.
– Понятно... – потер Кирилл подбородок. – А сегодня ты как на кладбище попала? Ты ж на свадьбу собиралась?
Стеше пришлось рассказать и про то, как она встретилась с Кузнецовым.
– Получается, случайно... – снова задумчиво проговорил Наумов.
– Ну да... так и получилось, – кивнула Степанида. И снова принялась вспоминать. – Ведь ты подумай! Я же даже не знала, что у нее сын был!! И муж!
– А когда вы с ней всю ночь у тебя разговаривали, она что, говорила, что не замужем?
Стеша виновато насупилась:
– Вообще-то, она все больше сама спрашивала. Про меня, про то, кого я из наших видела... я рассказывала. А потом про нее спросила. А когда она сказала, что у нее собственный салон... Мы сразу на стрижки переключились. Еще на эту... на химию.
– Химию? А почему не на физику? Не на математику?
– Да нет же, мы на химическую завивку. Я говорила, что сейчас у нас вообще ее никто не умеет делать. Ну, что это – сделают и ходи бараном! А она мне говорила, что этих химий! Есть и легкая, и крупная, и спиральная, и прикорневая, это знаешь, когда только корешки волос...
– Нет, не знаю, – прервал подругин словесный поток Наумов. – И что?
– И все... – пожала плечами Стеша. – Мы с ней договорились, что мы встретимся, и она что-нибудь придумает. А никакого адреса не оставила. И даже телефон не сказала. Пришлось собственными силами красоту возводить.
– Вот так, да?.. – снова задумался Кирилл. – Знаешь, о чем надо подумать – к кому Ольга шла в тот день? Если она тебя увидела случайно, куда-то ведь она направлялась?
– Правильно, – согласилась Стеша. – Только я не знаю куда.
– А если подумать? Кто из ваших соседей мог ее знать?
Стешка призадумалась. Она примерно догадывалась, кто, но говорить об этом Наумову не хотелось. Кто его знает, вдруг сразу же понесется в милицию докладывать, а Мишка может и ни при чем совсем. Тут же сначала все узнать нужно.
– А у тебя фотографии школьные есть? – вдруг спросил Кирилл.
– Я ж тебе показывала, – напомнила ему Стеша.
– Нет, ну там общие были, а может быть сохранились, знаешь, были такие – любительские. Там люди не слишком позируют и больше на настоящих похожи. Может, вы в лагерь там какой-нибудь ездили, или еще куда?
– Есть, но там немного... – Стеша поднялась и повела Кирилла в гостиную.
Честно говоря, она знала, что ничего интересного он для себя не найдет, но показать фотографии все же хотелось – там на них она еще такая молодая!
Кирилл долго листал альбом, но, видимо, и в самом деле ничего интересного не обнаружил, тяжко вздохнул, отложил тяжеленный альбом в сторону и вдруг насторожился.
– Стефания... а кто это там у тебя? – кивнул он в сторону кухни.
– А, это там, наверное, Колька со стола колбасу спер... погоди-ка! – вдруг сообразила хозяйка. – Так они сейчас весь наш ужин!..
Когда они влетели в кухню, на столе их ждал великолепный натюрморт: на тонкой тарелочке одиноко возлежал единственный кусочек колбасы, вдоль стола были рассыпаны крошки от хлеба, и самое главное – не обращая на них никакого внимания, Люська-зараза, спешно лакала вино из фужера Кирилла.
– Ах ты дрянь!!! – завопила Стешка и кинулась к кошке.
Та оторвалась от алкоголя, хотела было отшатнуться от гневной хозяйки, но просчиталась и рухнула мимо стола.
И в этот же миг раздался ее оглушительный вой.
– Люся!! – кинулась к питомице Стешка. – Люсенька, ты что – убилась? Где болит? Здесь? Здесь? Да что ж ты орешь так? Скажи нормально, что у тебя болит-то?!
Стешка уже вовсю хлюпала носом и на коленях крутилась возле кошки.
– Кирилл! Вызывай «Скорую»!!. Люсенька... ну чего ты стоишь-то?!! «Скорую» вызывай!!. А, с тобой тут помереть можно!!. Делай ей пока искусственное дыхание... как там... рот в рот... а я... я быстро! – распорядилась она и выскочила за двери.
Через минуту она уже принеслась обратно, а следом за ней торопливо шагал сосед – Михаил.
– Что тут у вас? Здрассьте...
– Да вот... кошка вина напилась... здрассьте, – ответил напуганный Кирилл.
– Вина? Так она ж отравилась! – вытаращил глаза Мишка. – Кто ей это вино вливал?
– Да сама она... – виновато жался Наумов.
Однако его слова заглушил гневный рык Степаниды.
– Кошка отравила-а-ась?! Так это ты, значит, мне отравленное вино подсунул?! Меня угробить хотел?! А я-то думаю, откуда у него бутылочка взялась?
– Да какое «отравить»? Я ж вместе с тобой...
Его никто не слушал. Михаил схватил телефон и начал кому-то названивать, Люська орала, не желая молчать ни секунды, а Стеша безрезультатно пыталась ее переорать.
– Ну, в общем... я понял, что тебе сейчас не до меня... – торопливо ретировался Кирилл, все еще пытаясь выглядеть достойно. – Вы... товарищ, вы уж не бросайте их... если что, похороните, чтоб все... по-человечески, а я...
– Похорони-и-ите?! Мишка!! Он меня хоронить намылился!! Ну и чего ты смотришь?!
Наумов не стал дожидаться развязки – унесся даже в незастегнутых ботинках. А Стеша снова начала причитать над охмелевшей киской.
– Люсенька моя-я-я... всю отраву на себя приняла-а-а... Мишка! Ну чего делать-то теперь?
– Сейчас ветврач приедет. Сказал, что ничего страшного, такое случается.
– Случается? – не сразу сообразила Степанида. – То есть как это? Они лечат кошек-алкоголичек?
– Да кто их знает! Сейчас приедет, сам расскажет...
Кошкин доктор приехал быстро. Уверенно шагнул на кухню, рассмотрел фужер из-под вина и хмыкнул:
– Красное? Интересно, кошки обычно любят именно красное... ну, давайте вашу красавицу...
Ловким движением он достал из баульчика шприц с каким-то лекарством и всадил иглу в толстенькую ножку «алкоголички». Та только возмущенно вякнула.
– Сейчас она проспится, и все будет нормально. Обыкновенная пьяная кошка.
– Ну да... – недоверчиво кивнула Стешка. – Обыкновенная... а чего ж она так орала?
– Понятно чего – подействовал хмель, у киски обострились чувства... Кошка требовала кота.
– Кота? Вот сволочь... – тихо прошипела Стешка, сгорая от стыда за животину.
– А... простите, у вас семья пьющая? – внимательно посмотрел на хозяйку ветеринар.
– Да-а! – вмешался Мишка. – У них – да, вся семья пьет. И все, как напьются, орут благим матом, котов зовут. И, вы знаете, приходят коты-то!
– Сейчас как дам по башке... – тихо огрызнулась Стешка, пылая щеками.
Положеньице было – хоть сквозь землю провались. Она еле дождалась, когда все эти мужики уйдут, а уж тогда выдохнула свободно, убрала со стола и повернулась к притихшим питомцам:
– Вот если еще хоть кто-нибудь! Хоть когда-нибудь! Напьется!.. Колька? Я тебе говорю! Я ж тебя просила: воспитывай своих баб!!
Спать еще не хотелось, и Стеша включила компьютер. Со всеми этими событиями она окончательно забросила работу. А ведь сценарий надо было сдавать. Потому что, как оказалось, заказчик планировал отметить двадцатилетие, а вовсе не выход на пенсию, как ей говорила начальница. Вот сейчас она и начнет... только сначала залезет на «одношкольников»... и залезет не к себе, а к Мишке. Нет, конечно, это крайне некрасиво, ну, просто крайне! Но должна же она знать, что за фифу обхаживает на этот раз ее сосед.
Когда-то Мишка допустил досадную оплошность – это именно он научил Стешу регистрироваться на различных сайтах, страничках и прочей компьютерной дребедени. И учил с открытым сердцем, то есть показывая, как надо регистрироваться, он везде открыто ставил свои пароли и логины. И Степанида, обладающая недурной памятью, их запомнила. И теперь у себя дома запросто могла войти в Мишкину почту, а то и ответ написать вместо него, был такой грех пару раз, куда деваться. Ну вот и сейчас – просто сил нет, как захотелось у Мишки полазить.
Она вошла на его страничку, сунулась в переписку и... и нервно сглотнула.
Мишка переписывался с Кузей!! Нет, это нельзя было назвать перепиской, просто сам Мишка взял и написал: «Ты где? Что случилось?» И ответа на его вопрос не было. Хотя... вот же она – фотография Кузи в полном здравии. И... и выходила Ольга Кузнецова на связь не далее как... неделю назад. Значит... Значит, Кирилл был прав?.. А чего Стешка так удивляется? Она же ему сразу поверила – не могла же она общаться с привидением! Но... Но почему Ольга ничего не сказала родителям?.. М-да...
Стеша тут же написала Ольге: «Ты где, что с тобой случилось? Твои родители волнуются, будь человеком – появись!» И только тогда, с чистой совестью выключила компьютер – больше ни о чем не думалось, в голове прыгали только фразы Кирилла о том, что Ольге нужна помощь.
– Ну и как ей поможешь-то, если она прячется от добрых людей? – пробубнила Стеша. – Нет, все же... надо с Мишкой объединиться и выйти на Ольгин след... Или лучше объединиться с Кириллом?
Кирилл он посимпатичнее будет. Да и к Стеше относится бережно и с пониманием, не то что этот... Мыша! Точно, лучше с Кириллом... но и с Мишкой тоже. Его просто никак нельзя упускать из вида. Ишь какой – сам «что это за кошка такая Кузя?!», а тут же эту «кошечку» в «одношкольниках» искать полез! И ведь нашел...
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.