Ангел на одном плече укорял за столь безрассудное решение. Воспитание не позволяет: не для того мамка ее растила, чтобы с женатыми якшаться. Чертенок же на другом плече подначивал нарушить свои же правила и получить удовольствие от встречи, а не от того, что в очередной раз соблюла правила в ущерб истинным желаниям. А получит ли она удовольствие от встречи?.. Какой он, этот Саша?
На фото выглядит внушительно, хоть там и не видно его габаритов. Фото как на паспорт. Вот не стал человек заморачиваться над образом. Прямой неломкий взгляд перед собой точно в камеру. Тяжелый, из-под нависших широких бровей, между которыми залегла складка, он подавлял. Прямая линия сомкнутых губ неулыбающегося рта. Видно, что ломаный нос. Не так чтобы бросалось в глаза, но, если присмотреться, заметить можно. Вьющиеся, сильно отросшие волосы в полнейшем беспорядке. Темная щетина покрывает мощные челюсти, спускается на массивную шею. Экран телефона погас, пока она разглядывала фото… В который уже раз? Он не был на сайте ровно столько, сколько она взяла паузу на раздумья. Будто без нее и ему там делать нечего. Оживился лишь вчера, когда она, кусая губы от волнения, написала, что согласна. Он без колебаний предложил обменяться номерами телефонов и сразу позвонил. Человек действия, не иначе. Тогда она услышала его голос впервые. Сначала ей показалось, что он надорвал связки. Позже поняла, что у него всегда такой голос: низкий, приглушенный, как будто с натугой. Он сразу перешел к делу: назначил день и час встречи с учетом ее пожеланий. Настоял на том, чтобы лично заехать за ней, отметая ее предложение встретиться где-нибудь на выезде из города. Пригласил на ужин после катания на лошадях. А вот это предложение уже отвергла Александра. Знает она эти ужины, плавно переходящие в ночь!.. Ладно, не знает. Но догадывается! В общем, согласилась она только на обед перед прогулкой в том же загородном комплексе.
И вот настал день икс. Чрезмерная взволнованность подняла Александру в непозволительную для выходного дня рань. Не находя себе места, она принялась за создание образа. Не с первого раза девушке удалось оформить симметричные «стрелки» лайнером с тонкой кисточкой на легкие тени цвета шампанского. Волосы убрала в обратный «дракончик», оставив несколько светлых прядей у лица. Телефонный звонок от Саши застал ее по пути на кухню, чтобы сварить еще одну чашечку кофе. Взглянула на часы: целых два часа до назначенного времени. Мелькнула догадка, вдруг и он готов к свиданию намного раньше от того же волнения, что держит в плену ее. Напряженно сомкнутые губы смягчила улыбка. Провела пальцем по экрану и поднесла телефон к уху:
– Алло?
Саше захотелось откусить себе язык, но не говорить того, что собирался сказать. Он был уверен, что мягкие интонации голоса сменятся недовольными после первых же его слов.
– Александра, привет! Мне дико неудобно, но я задерживаюсь. Мы можем сдвинуть нашу встречу часа на два–три?
В трубке завывал ветер. На заднем фоне слышались мужские голоса. Он на строительном объекте?
– А у меня есть выбор?
Улыбается. По голосу слышно. Как же плохо он ее знает. Считай, совсем еще не знает. Сашу попустило.
– Конечно. Ты всегда можешь послать меня куда подальше.
– Пробовала. Не получилось. Ты слишком настойчив.
– Если ты о том, что некоторое время не выходила со мной на связь, то это детские шалости. Я намеков не понимаю. Со мной надо в лоб.
– Саня, заеб@л пи@деть!!! Тяни лебедку! – заорал мужской голос где-то вдалеке, но так отчетливо, что Александра расслышала каждое матерное слово.
– Мы увидимся, хорошо? Чуть позже, но обязательно увидимся! – в спешке попрощался Саша и отключился.
Девушка наблюдала за коричневыми струйками ароматного напитка, что вытекали из кофеварки. В памяти всплыл, как наяву, окрик в трубке. Губы растянула ироничная усмешка. Вот она, грубая мужская речь во всей красе. Александра тихо рассмеялась, покачав головой. Хорошо, что мужчины позволяют себе так общаться только в сугубо мужской компании. Хотя не все, к сожалению. Но от этой категории граждан Александра старалась держаться подальше. Щелчок аппарата уведомил о завершении процесса. Она взяла чашку и, игнорируя стул с мягкой обивкой, села на стол на одном уровне с подоконником. Сколько ее ни учили: «Это стул, на нем сидят, это стол, на нем едят», – все мимо. Поднесла ко рту дымящийся кофе и выглянула в окно. А что, если на самом деле он и есть из той самой «быдловатой» категории мужчин, с которыми Александра предпочитала не связываться? Она задумалась. Очень может быть. Что она о нем знает? Ровно то, что он ей рассказал. А учитывая те немаловажные факты из его жизни, которыми Саша не спешил делиться, эта вероятность возрастает в геометрической прогрессии! Она обожглась следующим глотком, пребывая мыслями где-то в пугающей перспективе. Так. Стоп! Хватит надумывать и накручивать себя! И, чтобы прогнать обеспокоенность, достала из холодильника белый шоколад и с удовольствием съела несколько долек. Черный кофе и белый шоколад – умопомрачительное сочетание, от которого она неизменно получала вкусовой экстаз.
К назначенному времени Александра была полностью готова. Придирчивым взглядом оценила себя в зеркале: она хотела произвести на него неизгладимое впечатление. Сидящий по фигуре, однако не стесняющий движений костюм отлично для этого подходил. Раздался звонок с неизвестного номера и в трубке запыхавшийся голос Саши:
– Александра, я как-то, ты знаешь, попал, что называется. Тут такое дело… Подождешь еще чуть-чуть меня?
– А ты точно приедешь?
– Ну куда я денусь? Конечно же, приеду! Подожди уже немножко меня, пожалуйста.
В трубке слышались все те же мужские голоса, только теперь к ним прибавился оглушительный звук работающей техники. Он отключился.
Дела…
Конечно, если бы на том конце провода звучала музыка на фоне женского смеха, степень доверия к новому ухажеру резко снизилась бы. Она и сейчас не так чтобы очень высока. И если у свидания оставался хоть малюсенький шанс состояться, то обед они прошляпили точно. А может, это его коварный план? Дотянуть время до критической отметки, чтобы на обед уже точно не успеть, и все-таки уговорить ее на ужин со всеми вытекающими? «Ха! Не на ту напал!» – твердо решила гордая девушка и взялась разогревать себе обед.
Александра разделась. Совсем. До нижнего хлопкового, очень удобного белья. Тщательно пережевывая яичницу с овощами и сыром, она уже не исключала вариант «динамо». Девушка слышала о таких случаях, недоумевала, а вот теперь и сама столкнулась с подобным. Предположения в голове толпились целыми полчищами. Мысли возникали одна фантастичнее другой. Плюнуть бы на все это и забыть, как дурной сон! Но что-то внутри упорно отказывалось верить в такое бессовестное надувательство со стороны, казалось бы, серьезного мужчины. Трель звонка как удар по туго натянутым нервам. Снова незнакомый номер.
– Через полчаса буду у тебя как штык!
– Что с твоим телефоном?
– Потом расскажу. Выезжаю к тебе.
– Ты только выезжаешь? Саша! Это шутка какая-то?!
– Черт, нет! Мы увидимся, и я все расскажу!
– А увидимся ли?..
– Да. Слышишь? Да! Я приеду и, если ты не выйдешь, обойду все квартиры, пока не найду тебя.
– Долго придется ходить…
– Уж не дольше, чем ты меня ждешь.
– Это точно!
Ну и вот как это называется?! Затихшее было волнение вновь скрутило все внутренности узлом. Он все-таки приедет, и они увидятся! Или это очередной развод? Нервы девушки были на пределе. Она уже не знала, во что верить. Усилием воли заставила себя спокойно допить чай и рассудила так: она выйдет к нему навстречу, выскажет в лицо все, что о нем думает, а дальше посмотрит, как он себя поведет: окажется ли достойным, психологически зрелым мужчиной и все объяснит или, поджав хвост, убежит подальше от всех этих разборок.
Решено – сделано! Она неспешно помыла за собой посуду. Освежила макияж. Потратила время на подбор наряда: верхом-то они уже точно никуда не поедут. Подобрала платье средней длины, без рукавов, на запа́х, цвета марсала. К нему – соответствующее дорогое и красивое белье, ведь, как известно, так женщина чувствует себя намного увереннее. Надела туфли на высоких шпильках, которые она, влюбившись в них однажды, купила, но в которых так до сих пор никуда не выходила, отчасти из-за роста. На плечи накинула шелковый бежевый палантин. В тон к нему взяла сумочку на коротком ремешке. На все про все ушло гораздо больше получаса. Александра терпеть не могла опаздывать, но, как бы ни подгоняли внутренние часы, нарочито медленно все делала. Она прождала его весь день, и он подождет. Не убудет.
Девушка горделивой лебедушкой выплыла из подъезда и… Никого не было. Ни души! Фонарные столбы, как стражи ночного порядка, уже заработали и освещали опустевший двор. Припаркованные на ночь автомобили закрыли глазки выключенными фарами и улеглись спать. Только одинокая тень девушки падала на освещенный фонарем участок асфальта. Нет, ну это уже издевательство! Таких откровенных лгунов за все свои двадцать три года Александра еще не встречала! Это… Это… Возмутительно! Это вопиющее безобразие! Пальцы девушки сжались в кулачки, в горле зародился крик, и топнуть ногой со всей силы помешало только благоразумие: от силы, которую хотелось вложить в удар, сломается тонкий каблук, а туфля-то тут ни при чем. Она рывком развернулась к подъезду так, что взмыли полы платья. Услышала рев двигателя и краем глаза уловила свет ксеноновых фар. Из-за угла дома вырулил автомобиль и на неприлично высокой скорости помчался по узкой дороге. Александра как зачарованная следила за стремительным приближением. Проехав девушку, машина резко затормозила и сдала назад. С водительского места вышел мужчина. Огромный, высокий, широкоплечий, он грозовой тучей направился к ней. Когда в сгущающихся сумерках удалось его разглядеть, Александре стало страшно. По-настоящему. Мало того что он был весь выпачкан в грязи, он был в крови! Она размазалась, а кое-где все еще кровоточила из рваных ран на оголенных по локоть руках. Запятнанная грязью рубашка разъехалась по шву на одном рукаве, рваный лоскут болтался в районе живота в такт размашистым шагам. Джинсы порваны на одном колене, и это точно не дань моде. Лицо и шея в кровавых пятнах, не то от ран, не то запачкал. Взгляд лютый, горящий. Остановился в паре метров от нее. Она была готова к любому известию, глядя на его растерзанный вид.
– Слюна задрала свора собак.
К любому, кроме этого.
– О, Господи! Где он?!
– На заднем сиденье. Надо в ветеринарку.
– Поехали скорее!
Все негодование как ветром сдуло. Она подбежала к машине и забралась назад. И едва сдержала крик ужаса. Кровь была повсюду: на распластанной собаке, с которой тяжелыми каплями падала на пол, на сиденье, на спинке впереди стоящего кресла. Характерный запах заполнял салон. Она как будто на бойне оказалась. Взгляд упал на пса.
– Песик, маленький, хороший, держись, пожалуйста! – запричитала она. В его глотку знатно вцепились чьи-то челюсти, вырвав кусок плоти. Александра сорвала с плеч палантин и прижала к ране, откуда сочилась кровь. Сумочку выронила и забыла про нее. Машина покачнулась. С водительской стороны хлопнула дверь. Саша обернулся и наблюдал за попытками девушки остановить кровь.
– Ты знаешь, куда ехать?
– Пока нет. Сначала к тебе рванул.
– Тогда пора бы подыскать клинику. Не медли!
– Я без телефона.
Нет времени задавать вопросы. Александра отыскала на полу сумочку, подала Саше:
– Бери мой.
Палантин с пугающей скоростью пропитывался кровью. Ею начинала овладевать паника. Подняла взгляд на мужчину, чтобы поторопить, но его лицо уже освещалось экраном телефона, а сам он весь сосредоточился на поиске. Пес заскулил. Хороший признак – он жив, плохой – ему больно. Александра постаралась придать ему более удобное положение. В тишине салона раздались длинные гудки из трубки, затем женский голос на том конце провода.
– Здравствуйте, нужен ветеринарный хирург… Нет, осмотр не подойдет… Нет, не нужна диагностика! Вы меня слышите? Нужен хирург!.. Что значит не предоставляете?! На вашем сайте написано… Так, дайте мне старшего! С вами этот вопрос точно не решить…
– Саша, если она говорит «нет», значит нет. Толку, что ты на уши поставишь всю клинику? Мы только время потеряем. Ищи дальше! – вклинилась Александра.
Тихое и далеко не лестное ругательство сорвалось в адрес этого учреждения, и он нажал на отбой. С третьей попытки удалось выйти на толкового врача, который оказался и хирургом, и владельцем клиники. К нему и рванули. Ехали очень быстро. На поворотах высокую машину кренило в стороны. Пес периодически жалобно поскуливал, и девушка, как могла, старалась облегчить его страдания.
Остановка. Неужели приехали? Александра подняла голову и огляделась. Стоят на перекрестке, горит красный. Перевела взгляд в зеркало заднего вида одновременно с тем, как Саша изменил ракурс его положения. Глаза встретились в этом зеркале, и взгляды переплелись. Один глаз чуть сузился, выдавая кривую улыбку владельца.
– Привет, – сказал Саша тихо и совсем другой интонацией.
– Привет, – тоже улыбнулась в ответ Александра. Вот они и встретились. Совсем не так, как рассчитывал он. Совсем не так, как ожидала она. Но эта долгожданная и желанная встреча произошла, и теперь они не могли отвести глаз друг от друга. Смотрели, любовались, будто обнимались взглядами, а светофор все горел и горел красным.
– Не думал, что наша встреча произойдет вот так.
– Ты – человек-сюрприз.
Он усмехнулся, переключил передачу и поехал, когда светофор поменял цвет. Ветеринар оказался толковым дядечкой, не без юмора. Когда Саша внес собаку в кабинет и сказал, что того изодрали, он окинул подозрительным взглядом окровавленные одежды людей и поинтересовался, уж не они ли. Сразу вколол анестезию собаке и вынес необсуждаемый вердикт, что надо делать переливание крови, зашивать, а потом наблюдать за процессом заживления. Тут без малого оставлять животинку в стационаре на несколько дней, а дальше видно будет. Спросил про медицинскую карту. Ее, понятно, не было. На словах узнал, есть ли прививка от бешенства и еще ряд других. Перед уходом окликнул Сашу:
– А вы, позвольте спросить, собак-то собственноручно разнимали?
– Да уж как смог.
– Так и вам бы, голубчик, от бешенства привиться не помешает.
У Саши дернулся глаз при таком обращении. На бешенство списывать рано, но прививку поставить дал. Он попрощался с уже бессознательным псом и покинул кабинет врача. Такая тяжесть обрушилась на него. К ногам будто кандалы нацепили по двадцать тонн каждая – еле переставлял ноги, шаркая по коридору к выходу. Усталость прожитого дня ссутулила плечи, придавила голову. Наконец-то все закончилось.
– Ну что? По домам? – раздался тихий голос Александры, когда они вышли из здания и остановились на крыльце. Нет, не закончилось. Оставалось самое важное дело. Он развернулся к ней лицом. Одну ногу спустил на ступеньку ниже. Прямой рукой уперся в колено согнутой ноги. Их глаза оказались на одном уровне. Макияж потек, а все равно красивая. И высокая. Непривычно высокая.
– Я ведь хотел покатать тебя на лошадке и угостить обедом, – обреченно сказал он.
– Видимо, не сегодня, – пожала она точеными плечами.
– Позволь хоть пригласить тебя на ужин?
– В ресторан нас с тобой в таком виде точно не пустят.
– Тогда поехали ко мне? Приготовлю вкусную пасту по особому рецепту моей бабушки.
– Паста по рецепту бабушки? Звучит как что-то шедевральное!
– Едем?
Она закусила губу. В глазах читалась внутренняя борьба: и хочется и колется.
– Это идет вразрез с моими правилами…
– Со мной ты можешь нарушать все свои правила, – заговорщически подмигнул он. Еще несколько мучительно долгих мгновений томительного ожидания, и она решилась.
– Только при одном условии: ты расскажешь, почему так бессовестно опоздал на свидание на несколько часов.
Саша выпрямился и галантно подставил ей руку для опоры:
– Целого вечера не хватит.
Александра положила ладонь на локтевой сгиб и позволила себя повести:
– Можешь начать в машине.
Глава 7
– У меня есть товарищ. То есть два. Три значит, – сбивчиво начал рассказ Саша, когда они уселись в машину, и он тронулся.
– Так сколько в итоге? – со смешком спросила Александра. Она повернулась к нему вполоборота и украдкой залюбовалась его чеканным профилем.
– Четверо нас.
– Вы с первого класса вместе, и за все, что вы делаете, отвечаете тоже вместе?
Саша по-мужски ухмыльнулся, узнав фразу из нашумевшего в свое время многосерийного фильма.
– Почти. Мы с Андрюхой познакомились в охотничьем клубе. Вступили примерно в одно время, ну и как-то сразу закорешились. А Вова с Петрухой – его друганы, как ты и выразилась, с первого класса. Сезон охоты еще не начался, вот мы втроем и страдаем от безделья, образно выражаясь.
– Кто третий?
– Слюн.
– Он сейчас если и страдает, то по другой причине.
Взгляд мужчины помрачнел. Челюсти сжались так, что забугрились желваки. Александра накрыла своей ладонью его, крепко обхватывающую рычаг переключения передач, и пожала.
– Все будет в порядке! Он выкарабкается. Он сильный, крепкий, молодой… Сколько ему, кстати?
– Два года.
– Самый расцвет для собаки!
Он молча кивнул, воткнул первую передачу и тронулся на разрешающий сигнал светофора. Александра снова сложила руки на колени, где лежал смятый палантин. Вроде бы дружеское пожатие, а ладонь как огнем опалило.
– Мы с Андрюхой охотники, а эти двое, басурмане несчастные, рыбаки.
– За что ты их так? – рассмеялась девушка.
– За дело! Как можно часами пялиться в одну точку на воде?! Это ж умом тронуться!
– А как можно часами выслеживать добычу? – парировала она, за что получила осуждающий взгляд.
– Ты говоришь как они.
– Это похоже на извечный спор, кто лучше: лыжники или сноубордисты, только тут рыбаки и охотники.
– Это даже не обсуждается, – самодовольно вставил Саша и оглянулся, прежде чем перестроиться в соседний ряд. – В общем, сезон рыбалки открывается раньше сезона охоты, и эти двое на радостях умчали в богом забытую глушь. Дескать, там нетронутые воды и голодная на наживу рыба. Ладно. Бог с ними. Уехали и уехали, дорвались мужики. Только за те дни, что они рыбачили, прошли ливни. И без того непроходимую дорогу размыло еще больше, и те на обратном пути увязли по самое брюхо. Андрюха в отъезде, звонят, получается, мне: «Саня, выручай!» Не бросать же их в беде!
– И ты решил: старый друг лучше новой подруги? – вклинилась в рассказ девушка с изрядной долей самоиронии.
– Нет! Петруха позвонил рано, я должен был успеть. Я все просчитал! Только пока ехал, они решили еще попробовать своими силами выбраться. Машина пошла юзом, сошла с тропы и задом съехала в топь. Делов прибавилось – мама не горюй! Я как оценил обстановку, сразу тебе набрал.
– Помог в итоге товарищам?
– Да, выбрались. Лебедкой зацепил их. Самого таскало, у Петрухи тоже не «Матиз». Дорога – чача, колеса не цепляют. И бревна подкладывали, и землей обсыпали. С трудом, но вытащил. Еще и телефон из кармана выпал! Заметил, только когда тебе звонить хотел. Уже не найти было. Короче, времени убил вагон. Сам весь грязный, машина, – он махнул рукой, – кусок говна. Как вот в таком виде за тобой ехать? Бегом домой переодеться, а там Слюн скулит. Я по запарке не выгулял его утром. Пришлось идти. У соседа стрельнул телефон тебе набрать да на экспресс-мойку записаться, пока тот дела свои делает. Гончая есть гончая, ориентируется на нюх, идет по следу. Учуял свору собак и рванул за ними. От неожиданности я поводок из руки выпустил, Слюн и припустил. Я, понятно, за ним.
– А окликнуть?
– Бесполезно. Стоит почуять необычный запах, голову теряет напрочь и на команды уже не реагирует. Пока добежал, те рвут его на части…
– Страшно было? – сочувственно поинтересовалась девушка. Саша сглотнул и завис, будто заново переживая тот ужас.
– Не то слово…
Александра еще раз окинула взглядом его окровавленные одежды, вспомнила рассказ ветврачу.
– И ты голыми руками сцепился с собаками?!
– Ну уж не голыми. Палку нашел, ею отбивался. Дальше ты и так все знаешь.
Некоторое время ехали в тишине. Она переваривала услышанное. Он сосредоточенно рулил.
– Да уж… Это покруче «Крепкого орешка» будет. И часто тебе выпадают такие сумасшедшие деньки?
– К счастью, нет.
Так, за разговорами, незаметно пролетело время в дороге. Саша заехал во двор многоэтажного дома и припарковал машину на участке некогда бывшего газона, где ни о какой траве речи уже не шло: все вытоптали. Этот участок выделялся значительной высотой от остальной придомовой территории и единственный пустовал, не занятый другими машинами. И стало понятно почему: тихонечко Саша загнал машину на него, преодолевая существенной высоты поребрик. Когда он заглушил двигатель и вышел из машины, Александра тоже было засобиралась. Но, открыв дверь, с удивлением обнаружила, что подножка находится очень высоко от земли. Даже при ее росте и длине ног. Как удивительно устроен организм: когда она, перепугавшись, вскочила в машину к раненой собаке, даже не заметила этой высоты. Пока примерялась, Саша обошел машину и подал руку помочь спуститься.
– Платье испачкалось… Мне жаль…
Александра подняла глаза на говорящего мужчину, а потом и голову, чтобы встретиться с ним взглядом. Неожиданно прыснула в ладошку и рассмеялась.
– Что? – не понял он, заражаясь весельем, глядя, как подрагивают ее плечи.
– Ты выше меня, Саша, а я на каблуках! А ты все равно выше! Ты же гигант!
– Какой есть, – пожал плечами, а у самого улыбка так и растекалась по лицу. Какая же она невероятная! Перепачканная, с кровавым куском ткани в руках, а все равно удивительная. И ведь не побрезговала пустить свой шарф, считай, на перевязку какой-то собаке. Невольно залюбовался ею. Даже след засохшей крови на щеке не портил вид.
– Ты вообще вся вымазалась. Пойдем отмывать тебя.
Будучи последовательным в своих действиях, он по-джентельменски подал руку и повел за собой. Александра обернулась рассмотреть «зверя», что с утробным рычанием вез их по вечерним улицам города… И не увидела ничего, кроме толстого, видно, что свежего, слоя грязи на всем кузове.
В самой обычной съемной квартире, а то, что она съемная, выдавали нелепые обои, скудный набор мебели и ремонт на отстань, Саша показал гостье, где ванная комната, а где кухня. К спальне и единственной комнате умышленно не стал привлекать внимание. Как-то так по-свойски сразу предложил свою рубашку в качестве сменной одежды и отправил смущенную Александру в душ. Когда вода стихла, послышался ее голос:
– Саша, ты не против, я воспользуюсь машинкой? Попробую отстирать кровь… Вряд ли, конечно, но вдруг получится…
– Мой дом – твой дом, – отчеканил он, сосредоточенный на выборе продуктов для приготовления пасты по бабушкиному рецепту. Песня есть у Розенбаума: «…а на перроне лейтенант жует гамбургер, ну, котлету, значит, с хлебом, по-нашему». Вот примерно такой рецепт Саше и достался от бабушки, который он немного усовершенствовал.
Вскоре произошла смена караула в ванной комнате, и пока герой вечера бурно плескался под сильным напором воды, вежливый и улыбчивый курьер привез продукты. На обеденном столе лежал бумажник мужчины, сверху – пластиковая карта. Как и было наказано, Александра воспользовалась ею для оплаты доставки. Выкладывая содержимое пакетов, девушка среди прочего обнаружила фрукты, сладости и даже бутылочку вина. Внутри что-то щелкнуло, предупреждая о коварстве мужчин, которые используют в качестве оружия вино. Она твердо решила не поддаваться никаким соблазнам и сохранять ясную голову на плечах. Но тут на кухню вошел благоухающий свежестью мужчина, и ее решимость пошатнулась. Суровую, мужественную красоту смягчали капельки воды, что стекали с взлохмаченных волос и впитывались в ворот свободной футболки, которая мокрыми пятнами липла к телу.
– Ты полотенцем из принципа не пользуешься?
– К тебе спешил, чтоб не заскучала. А ты, я вижу, вовсю хозяйничаешь? Похвально!
Он провел рукой по волосам и смахнул капли. Приблизился к девушке, попутно убрав бумажник в задний карман потертых джинсов. Взял бутылку вина и повертел в руках, разглядывая. В ее глаза бросились свежие, распаренные раны на его руках.
– У тебя есть перекись водорода, или хлоргексидин, или что-то в этом роде?
Саша проследил за ее взглядом и отмахнулся:
– Так пройдет. На мне все как на собаке заживает.
– И все же лучше обработать.
Александра была непреклонна. Саша понял это по взгляду. Шумно выдохнул, отставил бутылку и пошел в ванную посмотреть, что из перечисленного есть. С другой стороны, ему было приятно отдать себя в нежные руки, которые бабочками порхали над его. Давно забытое ощущение нужности забитой мышью шевельнулось в груди. Давно о нем никто не заботился, не волновался за него…
Когда медицинские манипуляции подошли к концу, Саша отставил бутылёчек и полез в выдвижной ящик за штопором.
– Я не знал, какое ты предпочитаешь, поэтому взял полезное.
Александра скептически заломила бровь:
– Полезное? Вино??
– Сухое принято считать настоящим, а потому полезным и оздоравливающим напитком. При умеренном потреблении, – многозначительно добавил он, усиливая важность высказывания поднятым вверх пальцем.
– Как бы то ни было, я, пожалуй, воздержусь.
– Почему? – уморительно поник мужчина.
– Это не в моих правилах.
– Раз ты уже начала их нарушать, зачем останавливаться? – опроверг он ее неубедительный довод и принялся откупоривать бутылку. – И потом, мне же надо тебя чем-то занять, пока я буду возиться с ужином. А так тебе скучать не придется.
Александра сделала еще несколько вялых попыток отказаться, но Саша отметал все возражения, промывая виноград, нарезая сыр кубиками и раскладывая все это вместе с медом и грецкими орехами на блюдо. Разлил вино по бокалам, один из которых вручил ей, и провозгласил по-мужски краткий тост:
– За встречу!
– За самое необычное свидание! – улыбнулась Александра. Терпкий напиток оставил вяжущее ощущение во рту. Чтобы прогнать его, девушка обмакнула кусочек сыра в мед и отправила в рот.
– Помочь тебе?
– Ни в коем случае! Отдыхай, наслаждайся роскошью домашней романтики и удобством кухонного табурета.
– Пожалуй, удобство стола я оценю выше.
Она села на стол рядом с десертным блюдом, а босые ноги поставила на табурет. Мужчина тем временем поставил свой бокал и наклонился к духовому шкафу за кастрюлей.
– Ты можешь делать все, что пожелаешь.
Бросил на нее взгляд и забыл, за чем полез. Рубашка оголила бедро девушки неприлично высоко, пока она устраивалась удобнее. Ведь выбрал для нее самую большую, самую длинную, а все равно выглядит в ней чертовски сексуально.
Александра позволила себе расслабленно опереться спиной о стену и стала неспеша подворачивать чересчур длинные рукава рубашки, наблюдая, как мужчина топчется в слишком маленькой для него кухне. Он извлек из пакета ведерко мороженого и показал гостье:
– Ты любишь сильно замороженное или подтаявшее?
– Если честно, подтаявшее… С ума сойти, ты первый человек, который об этом спросил!
– Моя мама любит подтаявшее, это раз. А во-вторых, меня все детство кормили именно таким, потому что якобы от него риск застудить горло меньше. Помню, всегда канючил, что не хочу такое, хочу нормальное. Но куда там? Маме же виднее, – пожал он плечами и не стал убирать ведерко в морозильную камеру.
Он хромал. Припадал на правую ногу. Должно быть, спортивная травма осталась с ним на всю жизнь. Но это нисколько его не портило, скорее, наоборот, придавало какой-то зрелой мужественности.
– Часто пользуешься доставкой продуктов?
– Впервые.
– Почему?
– Обычно нет необходимости, все как-то сам успеваю.
– И правильно! Я считаю, такие услуги расхолаживают. Когда за человека режут хлеб и натирают сыр, – указала она на соответствующие продукты на столе, – то человек становится ленивым, а это приводит к деградации.
– А как же лень – двигатель прогресса?
– Для тех, кто создает этот прогресс, – да, а таких единицы.
Саша поставил на огонь воду в кастрюле. Влил масло в глубокую сковороду и поставил разогреваться на соседнюю конфорку. Обернулся к ней да так и залип: она, как сказочная нимфа, сидела на столе, кокетливо скрестив длинные стройные ноги. Прокашлялся и, чтобы скрыть неловкость момента, заметил:
– А ты слукавила, когда писала о своей комплекции. Я бы тебя откормил.
Девушка зарделась и одернула полы рубашки. Саша взял свой бокал и подошел:
– За успешное окончание института!
– Ура! – поддержала Александра, счастливо улыбаясь. Она сама не заметила, как расслабилась. Сковавшее было напряжение отпустило. Не то из-за вина, не то этот мужчина на нее так действовал. Разрешила себе вольность угостить его виноградинкой из своей руки. Тот послушно взял. Ненароком коснулась пальцами его губ, и проворные мурашки разбежались от эпицентра по всему телу. Саша внимательно изучал ее лицо, пока лениво жевал ягоду, чем привел девушку в еще большее смущение. А когда проглотил, заметил:
– У тебя шрам возле глаза, как у меня, – он пальцем указал на свой, точно такой же.
– Сдается мне, все дети, рожденные в СССР, такими мечены.
– Как ты его получила?
– Я скакала на родительской большой кровати, представляя себя героиней увлекательного путешествия, которая преодолевает трудности и препятствия на своем пути. Я переплывала воображаемые реки, взбиралась по скалам и перепрыгивала через овраги. Очередной прыжок привел к удару о спинку кровати. А ты?
– А я не мог дождаться своей очереди сделать «солнышко» на качели, чтобы доказать всему двору, что не пальцем деланный. Подбежал раньше времени – и привет.
– Веселое было время. Активное и беззаботное. За счастливое детство? – предложила тост.
– На грани выживания.
– Это правда! – рассмеялась девушка, и они сделали еще по глотку.
Как бы ему ни хотелось отвлекаться от созерцания ее личика, ужин сам себя не приготовит. Стал вскрывать упаковку спагетти, и Александра невольно залюбовалась его руками. Длинные ловкие пальцы, коротко и аккуратно подстриженные ногти, крепкие и ладные запястья с проступающими венами. Этакий экстракт мужского характера и силы. Таким рукам легко поддаться. Хочется, чтобы эти руки крепко, но не грубо сжимали в объятиях. Стало не по себе от этих мыслей. Сердце тревожно встрепенулось. Саша тем временем опустил спагетти в кипящую воду и попросил гостью поставить таймер на телефоне: своего-то нет. Вывалил упаковку охлажденного фарша в разогретую сковороду… И у девушки зародились первые сомнения.
– Как ты теперь без телефона?
– Никак. Завтра поеду покупать новый, восстанавливать сим-карту. А что с твоей татуировкой?
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.