Обдирая руки и ноги о каменистое дно речки, Коля пытался хоть немного притормозить, иначе просто вылетел бы из оврага при резких поворотах. Чтобы избежать столкновения с огромными камнями, он, как мог, лавировал в быстром потоке воды. Ему припомнились подобные горки на водных аттракционах. «Еще и деньги за это платят», – подумал он, в очередной раз увернувшись от нависающего камня. Наконец скалы миновали, и Николай уже мысленно поздравлял себя с очередным спасением, как с ужасом увидел, что впереди речушка обрывается и падает в пропасть и тормозить уже не было возможности. Не в силах больше бороться с течением, он зажмурил глаза и набрал в легкие побольше воздуха.
Уже третий раз за этот сумбурный день Коля падал в неизвестность. Шлепнулся он не, в воду, как ожидал, а в какую-то вязкую жижу, которая с глухим всхлипом сомкнулась над его головой. Барахтаясь в ней, молодой человек не сразу сообразил, где дно, а где поверхность. Наконец, расслабившись, он позволил своему телу всплыть на поверхность, слегка помогая себе руками. С трудом разлепив глаза, он увидел вокруг одну жидкую глинистую грязь, разбавленную падающей сверху водой. Это, конечно, было не болото, но добраться до твердой почвы Коле стоило последних сил. Отплевываясь и откашливаясь от попавшейся в рот глины, он на четвереньках выполз на берег. Здесь силы покинули его, и он потерял сознание.
Шум ветра в ветвях деревьев, приближающийся скрип колес, посапывание натруженного животного, песнь извозчика. Удивленные голоса. Какой странный сон. Странный и какой-то слишком реальный. Почему-то очень холодно, кожа на теле стянута высохшей грязью. Как он сюда попал? Почему лежит на земле, весь в глине, и чувствует себя так, будто всю ночь таскал мешки с цементом? В конце концов, кто и зачем теребит его за плечо? Еще не совсем придя в себя, Коля открыл глаза.
– Эй, смотри-ка, живой! – сказал густой бас.
– Ты уверен, что это не гоблин? – поинтересовался другой, более юный голос.
– Совершенно точно, хотя бы потому, что у гоблина четыре руки, а у этого всего две.
– Точно, – облегченно вздохнул второй, – в глине не заметил. Если это человек, то что он здесь делает? Холодновато на улице, чтобы принимать грязевые ванны.
– Помолчи, Эрик, видишь, парню плохо. Дай ему прийти в себя как следует. Помоги лучше довести его до повозки.
Сильные руки подхватили Колю, куда-то подвели и усадили на что-то мягкое и теплое. Внезапно он вспомнил последние кошмарные часы, проведенные в этом мире. В его сознании замелькали сменяющие друг друга кадры: падение с холма, подземные черви, блуждание по темному тоннелю, преследующие его убийцы и страшное, бугристое лицо Фаридара с холодными, черными глазами. Коля вздрогнул, разлепил глаза и взглянул на окружающих его людей.
Рядом с ним стоял высокий мужчина богатырского телосложения, одетый в кожаные брюки и жилетку, из-под которой торчала простая белая рубаха. Широкое и добродушное лицо мужчины украшала густая светлая борода. Волосы у него были длинные, собранные сзади в хвост и почти белые. Его проницательные карие глаза участливо смотрели на Николая. Поодаль прислонился к дереву мальчишка, года на два младше Коли, – видимо, сын богатыря, так как внешнее сходство было очевидным. Те же черты лица, такие же внимательные карие глаза, светлые, правда не очень длинные, волосы. Одет он был в белую рубаху, как и отец, и в такие же штаны. У обоих на ногах были высокие сапоги. За поясом у мужчины торчал огромный охотничий нож, за спиной у мальчика болтался лук и колчан со стрелами.
Сидел Коля на шкуре в открытой повозке, в которую было запряжено самое забавное существо, когда-либо виденное им. Оно очень походило на осла, только толще, спину и шею его покрывала густая и длинная светлая шерсть. Ноги его были короче, а уши длиннее. Самым смешным было наличие двух хвостов, так что он смахивал надоедавших мошек с обеих сторон одновременно.
Увидев заинтересованный взгляд Коли, мальчишка произнес:
– Его зовут Брут. Кстати, я Эрик, а это мой отец – Артис.
– Спасибо, сынок, я бы сам не представился, – пробасил богатырь. – А как зовут тебя, незнакомец в глине?
– Я… меня зовут Коля. Николай.
Отец и сын переглянулись.
– Как? Николай?
– Да. А что?
– Странное имя, никогда такого не слышал, – пожал плечами Артис.
Коля подумал, что лучше промолчать, а не вдаваться в подробности необычного происхождения своего имени. Вдруг его осенило: почему он понимает этих людей, а они понимают его? Он явно говорит на другом языке, но только вот откуда он его знает? Так и не разобравшись, он решил, что тут действует магия или при переносе в другой мир кристалл снабдил его знанием местного языка. Как бы то ни было, но он может общаться с местными жителями.
– Откуда ты, Николай? И что ты делаешь здесь?
Коля лихорадочно придумывал, что ответить. После случая с Федором он боялся доверять кому-либо вообще. Этот огромный человек только с виду такой добродушный. Кто знает, что он с ним сделает, если узнает об истинном происхождении незнакомого молодого человека. К тому же он мог вообще ему не поверить. Звучало как-то дико: «Здравствуйте, я прибыл из другого мира. Не приютите ли вы меня у себя дома?» С другой стороны, такое объяснение могло быть совершенно нормальным здесь, на Анделоре. Но что-то подсказывало Коле, что стоящие перед ним люди не привыкли видеть в этих местах чужестранцев, и решил не рисковать.
– Я живу за тем холмом, – соврал он.
– Не знал, что там кто-нибудь живет, – удивленно протянул Артис, – там лес, тянущийся на многие дни пути.
Николай закусил губу:
– Так я пришел сюда в поисках еды. Сейчас стало совсем худо, последние животные покинули наши края. Вот меня и послали охотиться сюда.
Судя по изменившемуся взгляду богатыря, он попал в точку. Похоже, про голод, царящий в здешних окраинах, тот знал не понаслышке.
– А где же твой лук или хотя бы нож? – подозрительно спросил мальчик. – Не собирался же ты ловить кабана голыми руками?
Коля мотнул головой в сторону глинистого озерца:
– Все там, на дне, – при этом он театрально хлюпнул носом и опустил голову вниз.
– Ты что, ловил добычу в глине? – хохотнул Эрик, получив при этом подзатыльник от отца, который, цыкнув на сына, в ожидании ответа уставился Колю.
– Конечно нет, – состроив вид оскорбленной невинности, сказал он. – Я забрался наверх, чтобы получше осмотреть окрестности. Когда заметил неподалеку стадо кабанов, так заторопился к ним, что поскользнулся на мокрой траве и упал вниз, прямо в это озерцо. Естественно, все оружие пришлось скинуть, чтобы выплыть. – Коля сам удивился своему убедительному вранью.
– Ладно, – почесав бороду, проговорил Артис. – Не оставлять же тебя в таком виде, да еще и безоружного. В этих местах сейчас небезопасно. Поедем к нам, там помоешься и обогреешься. Денег за ночлег, конечно, у тебя нет. Придется тебе тогда его отработать. Сарай починить нужно, да и в доме кое-какая работа имеется. Ну что, идет?
– Конечно! – просиял Коля. Ему так хотелось домашнего уюта, что уже совсем не заботили меры предосторожности. К тому же стоящие перед ним люди казались порядочными. С другой стороны, Федор тоже выглядел таким. – Я с радостью помогу вам чем смогу.
– Хорошо, – удовлетворенно кивнул богатырь.
– Вот здорово, – засмеялся Эрик, – представляю, какой переполох ты устроишь своим диким видом у нас дома. Давай ты сначала напугаешь мою сестру, она мне так надоела своим вечным нытьем. Я скажу, что мы поймали гоблина и ты ее съешь, если она не будет себя хорошо вести.
– Эрик! А ну марш за глиной, пока она совсем не пересохла! Иначе мать тебя убьет, – смеясь, прогремел Артис.
Эрик, извернувшись и избежав таким образом нового подзатыльника, побежал к берегу озера. Коля, желая помочь пареньку, соскочил с тележки и тут же, охнув, схватился за подвернутую ногу.
– Вывихнул, наверное, при падении, – пояснил он обернувшемуся Артису.
– Сиди уж, – махнул на него богатырь, – моя жена искусная целительница. Дома она осмотрит тебя и вмиг на ноги поставит. – А потом шутливо добавил: – Так что от работы не улизнешь.
Коля опять забрался на повозку и, удобно устроившись, наблюдал за отцом и сыном, набиравшими в мешок размякшую от прошедшего дождя глину. Они, весело переговариваясь, работали слаженно и быстро. Эта семья начинала ему нравиться. «Может, стоит им все рассказать и они помогут найти какой-нибудь выход. По крайней мере, можно будет получить информацию, касающуюся Фаридара, местных нравов и обычаев, уже не вызывая подозрений. А вдруг они работают на мага? Хотя непохоже. Однако не стоит пока торопиться, подожду, а потом буду действовать по обстоятельствам».
Тележка, запряженная двухвостым ослом, медленно тащилась в гору. Эрик устроился рядом с Колей и, похоже, засыпал, так как голова его все более наклонялась вниз, на обнятые руками колени. Артис сидел спереди и периодически издавал какой-то странный звук, похожий на шипенье змеи. Николай хотел было спросить, зачем он это делает, но вскоре понял сам, что таким образом Артис подгоняет притормаживающего Брута. Небольшое, но, по всей видимости, выносливое животное, услышав этот звук, сразу же ускоряло темп, забавно перебирая коротенькими ножками.
Поскольку Эрик заснул, а Артис был занят управлением повозкой, Коле ничего не оставалось, как глядеть по сторонам, изучая новое место, в которое он попал.
«Страна вечных сумерек» – так он окрестил Анделор. Несмотря на то что небо было чистым и сейчас там находилась Астелл, средняя, но самая большая из звезд этого мира, указывающая на дневное время суток, освещение напоминало облачный земной день. Коля с ужасом осознал, что провел в подземелье больше времени, чем представлял. Как будто кто-то накрыл темной линзой этот мир. Он даже представлял кто – Фаридар. При одной мысли об этом чудовище его вновь охватил гнев, который рвался наружу и требовал мести и в то же время вызывал злобу на собственное бессилие чем-либо помочь, невозможность что-либо исправить. Коля тяжело вздохнул и разжал кулаки. Чтобы отвлечься, он опять стал изучать окрестности.
Они ехали по дороге, проходящей сквозь лес. От прошедшего дождя ее размыло, поэтому повозку постоянно кренило то вправо, то влево. Вокруг расстилался довольно однообразный пейзаж – деревья с опавшими листьями, голыми сучьями и толстыми стволами. Через похожую чащу ему уже довелось пробираться, спасаясь от преследующих его убийц. Чувствовалось, что лес этот был очень древним. Николай любил подобные дремучие леса, в которых ощущалось спокойствие, безразличие к царящей вокруг суете. Ему нравились чистый, насыщенный кислородом воздух, пахнущий мокрой листвой и грибницей, шум играющего в листве ветра, звонкое и разнообразное пение птиц. Этот анделорский лес фактически ничем не отличался от привычного подмосковного. Некогда он был таким же красивым и сказочным, как и милые сердцу, родные рощи. Даже сейчас, темный и мрачный, он вызывал у Коли только теплое чувство.
Они ехали еще долго, прежде чем дорога не пошла по склону вниз и повозка не поехала быстрее. Лес закончился, и у Коли возникло ощущение, что он только что расстался со своим могучим защитником и покровителем. И ему странно было видеть, с каким облегчением вздохнул Артис, увидев открывающуюся впереди равнину.
Уже начинало темнеть, когда они подъехали к городу. Коля с интересом рассматривал его кривые улочки, дома, в основном двухэтажные, необычной постройки. Их основания представляли собой круг или овал, а крыши нависали над ними полусферами. В целом строения своим видом сильно напоминали грибы. Сходство усиливал и странный материал бежевого оттенка. Когда их повозка проезжала почти вплотную к одному из таких домов, Коля протянул руку и потрогал ближайшую стену. На ощупь она была твердой и гладкой. От удивления Коля раскрыл рот – дома были настоящими грибами! По всей видимости, местные жители просто выдолбили в них середину и оборудовали там комнаты. «Сначала гигантские черви, затем грибы-мутанты. Интересно, какие еще сюрпризы ожидают меня здесь?»
– Что, удивлен строениями? – подал голос Артис.
– Признаться, да. – Коля боялся задавать лишние вопросы, но раз разговор пошел в таком русле, значит, подобные дома были редкостью даже здесь. Он решил использовать представившуюся возможность и разузнать об удивительном городке побольше. – Никогда в жизни не видел ничего подобного!
Артис засмеялся.
– Шериам, так называется это место, в своем роде единственный городишко, к тому же довольно древний. Такой вид он приобрел во многом благодаря эльфам, еще в те далекие времена, когда они жили с нами по соседству, в Шериамском лесу.
– Это тот, который мы недавно проезжали?
– Да, именно.
– А почему для жилищ выбрали именно грибы?
– Грибы? – Артис крякнул. – Это очень старая история, почти легенда, если хочешь, я расскажу.
– Конечно!
– Как я уже говорил, это произошло очень давно, еще до того как на наш мир пало проклятие трех кристаллов.
При этих словах Коля вздрогнул.
– Здешние места славились своей плодородной почвой, реки были богаты рыбой, леса – дичью. Мимо проходило большинство торговых путей. Просто идеальные условия для возникновения города. Первые поселенцы, прибывшие сюда, решили построить город, которому не было бы равных во всем Анделоре. В те времена для строительства домов применяли в основном древесину, а не магий (что это за материал, Коля даже не догадывался, но спрашивать не стал). Рядом находился густой лес, куда и отправились дровосеки, вооружившись топорами, в надежде срубить самые высокие и ровные стволы. Не успели они подойти к первым деревьям, как из чащи вышли эльфы. Они даже тогда редко показывались людям, живя в лесах обособленными семьями. Узнав о причинах появления мужчин с топорами в их излюбленном месте, они разгневались. «Это наш дом, – сказали они, – и никто не имеет права вторгаться сюда».
Тогда люди объяснили, зачем они пришли сюда, и эльфы смягчились. После небольшого совещания вперед вышел самый старший из них и велел проводить его до того места, где они хотели бы основать город. Выйдя на поле, где планировалось строительство, эльф что-то долго бормотал, потом вскинул руки, и из земли стали появляться многочисленные грибы. И чем громче говорил старец эльф, тем больше они росли ввысь и вширь. Когда он закончил, перед людьми простерся целый город с домами-грибами. Эльф велел выбрать каждому свой, выдолбить внутри комнаты, оборудовать их на свой вкус. Обрадованные тем, что в один миг они обрели город, которому действительно не было равных на всей земле, люди бросились поскорее занимать жилища. Старец, прежде чем уйти, сказал, что теперь у них нет надобности в древесине для строительства. Он предупредил, что здешний лес находится под особой защитой эльфов и люди могут заходить туда и забирать валежник и сухостой для растопки очага, но строго-настрого запретил вырубать здоровые деревья, иначе им несдобровать. Мало кто поверил угрозам старика, но рубить лес никто не решался.
Время шло, и жителям города понадобилась древесина, для того чтобы мастерить мебель и другие предметы. Привозное торговцами дерево было дорогим, к тому же мало кто хотел покупать его, если под боком находился прекрасный лес. Собравшаяся группа дровосеков из десяти человек отправилась в чащу, чтобы срубить несколько деревьев. Долго они не возвращались. Прошло уже две недели, когда в город добрался один из них, весь окровавленный, без одной руки, с перекошенным от ужаса лицом. Когда он немного пришел в чувство, то поведал ужасную историю, случившуюся с ним в этом лесу. По его словам, он и его товарищи отыскали подходящее дерево и принялись рубить его. Сначала вроде бы все шло нормально. Но когда ствол начал падать, то на телах у тех, кто валил дерево, стали проявляться рваные раны, как будто невидимый топор рубил их так же, как несколько минут назад они кромсали живое дерево. Все девять несчастных дровосеков погибли через несколько минут после того, как срубили злосчастное дерево. У кого-то были перерезаны пополам туловища, оторваны руки, ноги, головы. Единственный выживший, который и поведал эту страшную историю, вспомнил потом, что не сразу включился тогда в работу, а успел лишь срубить ветку с упавшего ствола. Выходило, что каждый дровосек получил те повреждения, которые он нанес живому дереву.
Население Шериама было шокировано тем, что произошло. Городской совет издал указ, запрещающий людям под любым предлогом посещать лес. Впрочем, в том и не было надобности, так как все были напуганы и не горели желанием нарушать данный указ. Со временем этот рассказ превратился в легенду, а указ потерял свою силу. Однако с тех пор, примерно раз в поколение, в лесу периодически пропадают смельчаки, испытывающие судьбу. Говорят, там до сих пор бродят потерянные души людей, ослушавшихся эльфийского завета.
– Вот такая история, – закончил свое повествование Артис. – Этот лес зачарованный, и мы не любим ту дорогу, по которой ехали. У меня каждый раз мороз по коже продирает, когда мы едем к озеру за глиной, но ничего не поделаешь. Хотя рядом с домом у нас и имеется небольшой пруд, глина там плохого качества. К тому же нам необходимы дрова для очага и дичь для пропитания, так что приходится ходить в те места против своего желания.
– Не знаю, мне этот лес понравился, – ляпнул Коля, прежде чем прикусить язык. – Но… это было до того, как я узнал вашу историю, – тут же поправился он.
Артис обернулся и как-то странно взглянул на него, потом произнес:
– Эрик, вставай! Мы приехали.
И повозка затормозила.
Они остановились у входа во двор типичного для этого городишки дома-гриба. В окнах уютно горел свет, пахло готовящимся ужином. У Коли потекли слюнки, теперь он понял, что не ел больше двух суток и был чертовски голоден.
– Дариана! – прогремел богатырь. – Прими в свои объятия мужа, вернувшегося из дальнего похода, и поцелуй сына. Да поскорее, а то есть жутко хочется!
– Такое романтическое начало речи – и такой прозаичный конец, – засмеялась вышедшая из дома женщина.
Коля с удивлением уставился на жену Артиса. Он почему-то решил, что у такого мощного мужчины супруга должна быть ему под стать. Он уже рисовал в уме образ полной, розовощекой женщины, такой, что «коня на скаку остановит, в горящую избу войдет». Перед ним же стояла тонкая, почти прозрачная молодая женщина с белокурыми вьющимися волосами и серыми глазами. Одета она была в длинный сарафан простого покроя.
Следом за ней выбежала девочка лет четырнадцати. На ней было белое платье, едва достающее до колен. Ее худенькое, точеное личико обрамляли длинные светлые кудри. Большие карие глаза удивленно и немного испуганно смотрели на Колю.
– Мама! Кто это? – пропищала девочка, прячась за спину матери.
Дариана, щедро раздающая поцелуи мужу и сыну, только сейчас обратила внимание на прислонившегося к повозке незнакомого молодого человека.
– Я не знаю, Телли, – ответила она дочери, вопросительно взглянув на Николая.
– А это гоблин… – Эрик замолчал под строгим взглядом отца.
– Дорогая, этого юношу мы нашли около озера, – пояснил Артис. – Он пришел из-за холма, чтобы поохотиться в наших краях. Бедняга сорвался вниз со скалы и чуть не утонул в глиняной жиже. Не могли же мы его там бросить. Он поможет тебе по хозяйству в обмен на кров и пищу.
– Меня зовут Коля. – Прихрамывая, Николай вышел вперед и протянул руку.
– Странное имя, ты явно нездешний. – Дариана смерила взглядом высокого молодого человека, качнула головой, а потом, улыбнувшись, добавила: – Что ж, Коля. У меня только одно условие, с которым ты можешь остаться в нашем доме.
– Я сделаю все, что вы скажете.
– Сначала ты должен хорошенько вымыться. Эрик, проводи его в купальню. – Она развернулась и пошла в дом.
– Пошли!
Коля заковылял вслед за рванувшим куда-то за дом Эриком. Когда он прошел на задний двор, то увидел небольшой домик, уже деревянный. «Наверное, семья имеет хороший достаток, если смогла купить древесину», – подумал он.
Внутри его уже ждал Эрик, который объяснил, где находится душевая, так как помещение состояло из двух отсеков. В другом, как сказал мальчик, было нечто вроде сарая, где хранилась всякая хозяйственная утварь. Потом он вылетел из «купальни», и тут же вернулся с большим мягким полотенцем и комплектом одежды, а также парой легких сандалий.
– Ну ладно, ты тут пока мойся, а потом сразу иди в дом.
Оставшись один, Коля осмотрелся. Помещение ничем не отличалось от обычной ванной комнаты: душевая кабинка, неподалеку большая ванна, используемая, вероятно, не очень часто. Шкаф с банными принадлежностями и большое зеркало. Приблизившись к нему и увидев свое отражение, Коля присвистнул: на него глядело существо, облепленное глиной, с торчавшими в разные стороны волосами непонятного оттенка, грязным лицом и в оборванной, висящей клоками одежде.
«Неудивительно, что девочка меня испугалась, с таким видом только в фильме ужасов сниматься. Не знаю, как выглядят здешние гоблины, но, судя по моему внешнему виду, они просто отвратительные». Коля попытался улыбнуться, но высохшая глина стягивала кожу на лице, и вместо улыбки вышла кривая усмешка. «Ну и рожа», – пробурчал он и залез в душ.
Сама душевая была оборудована совершенно обычным «дачным» способом, что немного обрадовало Колю, который увидел хоть что-то привычное в этом чужом для него мире. Дернув за висящую веревку, он подставил свое тело под льющиеся сверху потоки воды. Вымывшись, причесавшись и одевшись в чистую одежду, которая идеально ему подошла, он почувствовал несказанное удовольствие. Настроение улучшилось, и он даже решил поискать что-нибудь наподобие бритвы – отросшая щетина уже сильно раздражала его. К своему удивлению, бритву он нашел прямо на подзеркальной полочке. Выглядела она как совершенно обычное опасное лезвие на короткой ручке. Видимо, Артис использовал ее для того, чтобы ровнять свою великолепную бороду. «Надеюсь, он не обидится», – подумал Николай, подходя к зеркалу. Оттуда на него взглянул уставший молодой человек с осунувшимся лицом. На левой щеке длинной полосой багровел шрам, оставленный летящей стрелой, вокруг шеи чернел синяк – «сувенир от дяди». Большая ссадина на носу, вероятно, появилась от удара об землю, когда он прыгнул мимо червяка в том логове. Все тело было покрыто царапинами и синяками. Но что это? Коле на мгновение показалось, что его отражение шевельнулось, или это уже галлюцинации? Он присмотрелся к зеркалу внимательнее и, проверяя свою догадку, дотронулся до него пальцем. По всей поверхности зеркала от точки соприкосновения с рукой пошли расширяющиеся круги. Такое бывает, когда кидаешь камень в озеро. Через некоторое время зеркальная гладь вновь успокоилась. Это была жидкость, похожая на ртуть, разлитая по стене и держащаяся там против всех законов физики.
– Вот тебе и магия! Свет мой, зеркальце, скажи… Круто! – вслух произнес Коля.
«Кстати, насчет света, – мысленно продолжал он монолог. – Здесь светло, но нет свечей, как же я раньше не подумал об этом? – Он взглянул наверх. Под потолком был прикреплен большой цветок. От его круглой середины и лепестков исходил мягкий, но довольно яркий свет, который разливался по всей комнате. – Понятно теперь, почему сначала он не привлек внимания. Он очень похож на обычную лампу. Однако стоит ли надеяться встретить здесь что-нибудь обычное? Неужели это живой цветок?» В подтверждение этих мыслей к цветку-светильнику подлетел какой-то жучок, сел на него… и тут же был проглочен светящимся шаром. «Понятно, почему здесь совсем не обязательно электричество, зато нужны прожорливые цветы и глупые мотыльки».
Решив, что он уже достаточно налюбовался местной экзотикой, Николай вышел из «купальни», не удержался и заглянул во второй отсек. Ничего удивительного там он не обнаружил. Простые грабли, веники, лопаты, лейки, ведра и еще какая-то хозяйственная утварь. Закрыв дверь, он двинулся к дому.
На улице было довольно тепло, в небе мерцали многочисленные незнакомые звезды, не закрываемые теперь, в ночное время, своими тремя более крупными сестрами. Вокруг было очень тихо и спокойно, с трудом верилось, что здесь возможны такие ужасы, которые пришлось испытать ему ранее. Постояв еще немного на свежем воздухе, он толкнул дверь дома-гриба и вошел внутрь.
Первый этаж состоял из двух полукруглых комнат. Первая, та, что поменьше, была кухней. Вторая – довольно просторной гостиной. Там стоял круглый массивный обеденный стол с полукруглыми лавками, экономящими пространство, придвинутыми к стене. Напротив находился большой камин, а около него стоял мягкий, обитый шкурами диван и два кресла. На потолке красовались два цветка-светильника, по размеру больше, чем в «купальне», которые периодически заглатывали влетающих через открытые окна мошек.
Артис, Эрик и Телли уже сидели за накрытым столом, а Дариана что-то раскладывала по тарелкам. Все четверо отвлеклись на шум открываемой двери и уставились на вошедшего Колю.
– Большое спасибо вам за одежду, она как по мне сшита, – не зная, с чего начать разговор, сказал молодой человек.
В ответ он ожидал услышать всякое, но никак не предполагал, что Дариана, закрыв рот руками, уронит на пол тарелку, которая со звонким ударом разлетится на мелкие кусочки, а Артис смертельно побледнеет.
Словно в замедленном кино, Коля наблюдал, как женщина, не отводя рук от лица, без сил опустилась на лавку, а ее муж, со стоящими в глазах слезами, полными радости и надежды, бросился к нему, схватил его за руку и плюхнулся перед ним на колени, склонив голову.
– М… Мирос? Ваше величество, да как же это? Да что же это? Как вам удалось найти нас? Почему вы сразу не сказали мне, кто вы? Неужели вы нам больше не доверяете? Столько лет прошло, столько лет… – Слезы покатились по его лицу, пропадая в густой бороде.
Коля вырвал свою руку и попятился.
– Вы приняли меня за другого, – глухо проговорил он. – Я не Мирос.
– Нет, это вы, я не мог ошибиться. – Артис пополз за ним на коленях. – Мы ждали, когда вы появитесь, мы так надеялись. – Он почти рыдал.
Николай был шокирован. Он никак не мог предположить, что за такой могучей и суровой внешностью скрывается человек, способный на такие чувства, сохранивший такую преданность его отцу.
– Мне жаль разочаровывать вас, – грустно произнес Коля, – я – не он.
Но, похоже, богатырь совсем потерял голову, он даже не слушал его, а просто что-то бормотал, обнимая его за ноги и заглядывая ему в глаза.
Рассердившись, Коля опустился на колени, обхватил руками широкие плечи мужчины и хорошенько тряхнул его.
– Я не он! Понимаете? – закричал он.
– Артис. – Дариана подошла и, наклонившись, нежно погладила мужа по спине, – конечно, ты обознался. Посмотри, этот юноша еще слишком молод, чтобы быть им. Прошло пятнадцать лет, ты состарился, думаешь, Мирос остался прежним? К тому же у этого мальчика такие яркие синие глаза. Ни у кого из… – Она вдруг осеклась и как-то странно взглянула на Колю.
Молодой человек понял, что поддерживать свое инкогнито дольше совершенно бесполезно. Даже если сейчас Дариана и не поняла, кто стоит перед ней, то наверняка скоро догадается, а Коля уже устал изображать заблудившегося охотника. Ему просто необходима была поддержка друзей, ведь в этом мире он был одинок, у него не было дома, не было семьи, к которой он так стремился. К тому же реакция Артиса на его появление подтвердила всю искренность отношения к нему, он был неподдельно рад появлению Мироса, пусть даже и обознался. Сейчас он так отчаянно смотрел на него, в его глазах светилась такая мольба, что Коля уже не мог продолжать свое вранье дальше, разрушая остатки надежды этого человека. Ему искренне захотелось как-то порадовать и поддержать его. Ведь он был не так далек от истины. «А, будь что будет», – подумал он и произнес:
– Ваша жена говорит правильные вещи, я не Мирос, я только очень похож на него. – И после паузы тихо добавил: – Похож, потому что я его сын.
Тишина повисла в комнате. Артис, похоже очнувшийся, сначала с недоверием, а потом с изумлением посмотрел на Колю. Его жена, кивнув, видимо, своим мыслям, улыбнулась.
– Конечно, – сказала она. – На Элиора ты непохож, потому что у него были светлые волосы и он сейчас должен быть старше тебя. А вот такие синие глаза были только у Даниэля, младшего сына короля. Добро пожаловать домой, принц Даниэль.
– Даниэль! – Довольный Артис поднялся с колен и без особых церемоний сгреб в охапку новоявленного принца. – Сама судьба послала тебя нам в эти темные времена.
– Тогда, пожалуйста, не нарушайте ее планов, задушив меня, – прохрипел Коля, тщетно пытаясь освободиться из богатырских объятий.
Наконец Артис отпустил его, и Коля, закашлявшись, тут же отошел на безопасное расстояние. Наблюдающие эту сцену Дариана, Эрик и Телли дружно засмеялись. Вскоре к ним присоединились Артис и сам «пострадавший».
– Тебе необходимо рассказать нам, Даниэль, где ты был все это время и как здесь очутился? – отсмеявшись, проговорил Артис.
– Прошу, не стоит произносить вслух мое настоящее имя. Это может вызвать ненужные проблемы. К тому же я только сейчас узнал, что так меня назвали с рождения. Я привык считать своим имя Николай, но, похоже, здесь оно вызывает подозрения.
– Думаю, для наших мест вполне подойдет имя Кайл. Оно созвучно тому, к какому ты привык, и довольно приемлемо для нас, – заметил Эрик.
– Хорошо, Кайл, – одобряюще кивнул Артис. – Что же привело тебя сюда?
– Одну минуточку! – вмешалась в разговор хозяйка дома. – Вы все обсудите только после ужина.
– Предложение поддерживается! – послышался из-за стола голос Телли.
Дариана мыла на кухне посуду, а Телли убирала со стола. Мужчины допивали ароматный травяной чай. Ужин был очень вкусный, и опасения Николая, что ему придется есть что-нибудь экзотическое, к счастью, не оправдались. Он еще раз убедился, что по большому счету, этот мир особенно не отличается от привычного ему земного. По крайней мере, картофель, овощи и мясо имели свой обычный вкус.
Наконец Дариана справилась с домашними делами и переключилась на Телли. Той уже пора было укладываться спать.
– Ну мам! Почему он остается? – упиралась девочка, указывая на брата.
– Потому что ему уже исполнилось пятнадцать, а тебе нет!
– Ну и что?
– Сколько раз тебе объяснять? Он уже совершеннолетний.
– Так нечестно!
Эрик показал сестре язык, а она хотела было высунуть свой в ответ, но, взглянув на гостя, покраснела и молча отправилась наверх.
– Может, стоило разрешить ей остаться? – робко поинтересовался Коля.
– Правила есть правила, – жестко заявил Артис. – Когда ей исполнится пятнадцать, может ложиться когда хочет. Да ты не волнуйся, она потом все узнает от Эрика. Правда? – подмигнул он сыну.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.