Приведя себя немного в порядок после туалета, я вышла из него, решив не сразу вернуться ко всем и немного прогуляться по музею. Я не видела в этом ничего плохого, особенно потому, что мне просто хотелось немного побыть одной. Хотя именно одной у меня не было шанса остаться, так как некоторые гости, так же как и я, прогуливались по музею, смотря на картины и другие произведения искусства. Погруженная в свои мысли, я ходила из комнаты в комнату, то и дело останавливаясь, чтобы осмотреть выставленные предметы.
Я не знаю, сколько прошло времени, но я поняла, что мне необходимо вернуться к остальным, чтобы меня не теряли. Поспешно спустившись на первый этаж, я направилась к внутреннему дворику, когда неожиданно остановилась в нескольких шагах от главного входа, к которому подъехал автомобиль с черными окнами. Дверь машины открылась, и из нее вышел человек, которого я совсем не ожидала увидеть. Этим человеком, конечно, оказался Алекс. Он был в черном костюме с галстуком, что для меня было совсем новым и непривычным. Вслед за ним из машины вышел мужчина, в котором я узнала его менеджера. О чем-то увлеченно разговаривая и не замечая меня, мужчины последовали за молодым охранником, встретившим их.
Как только Алекс с менеджером скрылись за ближайшим углом, я села на скамейку, стоявшую неподалеку от входа, стараясь понять происходящее. Тяжело дыша, я ущипнула себя за ухо, чтобы проверить, сплю ли я. И конечно же, это был не сон. Тогда, может быть, иллюзия?
Телефон в моей сумке завибрировал, заставив меня подскочить от неожиданности. Достав его, я увидела два пропущенных звонка от Джеймса, перед тем как телефон снова зазвонил.
– Алло? – подняла я трубку.
– Все в порядке? – спросил Джеймс. – Мой брат наконец-то приехал и спрашивал, где ты. Он хочет поблагодарить тебя за помощь.
– Я сейчас подойду. – Я резко поднялась, но тут же села обратно, чувствуя, как закружилась голова. – Ах… хотя, Джеймс, ты не мог бы прийти за мной? Я что-то неважно себя чувствую…
– Что же ты раньше мне не сказала? Ты где? – В голосе парня я услышала тревогу.
– Я около главного входа на скамейке.
– Никуда не уходи. Я сейчас подойду. – С последними словами молодой человек повесил трубку.
Убрав телефон в сумку и повесив ее на плечо, я положила руки на колени, тяжело вздохнув. Голова у меня перестала кружиться, но я боялась, что, если поднимусь, она снова закружится.
– Кетрин, – услышала я свое имя.
Подняв голову, я увидела подошедшего ко мне Джеймса.
– Все хорошо? – обеспокоенно спросил парень, присаживаясь рядом. – Ты бледна.
– Да… голова закружилась просто резко, – ответила я, слабо улыбнувшись.
– Может, тебе отправиться домой? – продолжал задавать мне вопросы Джеймс. – Доктор же говорил тебе не перенапрягать себя, помнишь?
– Это было полгода назад, – закатила глаза я. – И я себя не напрягала. Пойдем. Джаксон меня искал, не так ли?
Джеймс недоверчиво на меня посмотрел, но спорить не стал. Аккуратно поднявшись на ноги с помощью парня и взяв его под руку, я пошла с ним обратно ко всем на заднем дворе. Весь наш путь я пыталась понять, в чем была причина неожиданной перемены моего здоровья, и если Алекс не был иллюзией, то что он тут делал.
Алекс…
Как только мы вошли во двор, я сразу же начала искать его глазами, и, к моему большому удивлению, поиск не занял много времени. Алекс, держа стакан с вином и стоя к нам спиной, разговаривал о чем-то с Джаксоном. От этого мое сердце сжалось, и, сама того не заметив, я еще сильнее вцепилась в руку Джеймса. Игнорируя мое странное поведение, молодой человек не торопясь повел меня к своему брату.
– А вот и они, – сказал по-французски Джаксон, заметив нас.
Словно в замедленной съемке, Алекс обернулся к нам, и наши взгляды встретились. Я почувствовала, как мое сердце ускорило биение, и знакомое чувство фейерверков окутало меня. Не в силах вынести взгляда Алекса, я отвела глаза в сторону.
– Еще раз здравствуй, брат, – поздоровался Джеймс с Джаксоном.
– Здравствуй. Добрый вечер, мадемуазель, – поздоровался со мной мужчина. – Позвольте представить вам моего давнего друга Алекса. Вы наверняка о нем слышали, так как он поп-звезда все-таки. Друг, – обратился Джаксон к Алексу, – вот это и есть та девушка, о которой я вам рассказывал. С ее помощью я смог организовать эту выставку в честь дня рождения компании.
– Приятно познакомиться, мадемуазель, – прочистив горло, сказал Алекс, притворившись, что он меня не знает, отчего мне стало больно.
– Разве вы не знакомы? – удивился Джаксон.
– Нет, – сказал Алекс.
В этот момент я не выдержала.
– Мы знакомы, – сказала я, не отпуская руку Джеймса. – Просто мы долгое время не пересекались, да и прошлое у нас плохое.
От моих слов Алекс подавился вином, которое в этот момент пил.
– Это было лишним, – прошептал мне на ухо Джеймс, слегка наклонившись.
– Так получилось, – прошептала я в ответ.
– Позвольте нам удалиться, – неожиданно сказал Джеймс, убирая мою руку с его и обняв меня за плечи. – Моя невеста себя не очень хорошо чувствует, поэтому мне кажется, что будет лучше, если мы побудем немного вдали от суеты. В крайнем случае, если ей не станет лучше, я отправлю ее домой.
Я заметила, что при слове «невеста» и действиях парня Алекс немного напрягся и быстро отвернулся в сторону. Мне было тяжело видеть его, особенно потому, что я не знала, остались ли у него ко мне какие-нибудь чувства или нет. Скорее всего, нет, если он даже не смотрел на меня.
– Ох, – выдохнул Джаксон. – Если так, то пусть так оно и будет. Мадемуазель, – снова обратился ко мне мужчина, – я желаю вам скорейшего выздоровления.
– Благодарю, – улыбнулась я, прежде чем позволить Джеймсу меня увести внутрь здания.
– Что ты делаешь? – спросил меня парень на английском, убирая руку с моих плеч, когда мы оказались одни. – Я сколько раз тебя просил быть осторожной в таких ситуациях и не ухудшать наше положение? Или ты действительно хочешь выйти за меня замуж и провести со мной всю оставшуюся жизнь?
– Конечно нет! – воскликнула я.
– Тогда почему ты так поступила? – продолжил спрашивать Джеймс, за плечи развернув меня к себе лицом.
– Как именно? – Я подняла брови.
– Если Алекс притворился, что не знает тебя, значит, у него на это есть свои причины. – Парень поставил руки в боки. – Я тебя предупреждал, что в музей приедут фотографы, так? Вдруг они засняли? Это обязательно появится в интернете, и разразится новый скандал, после чего нам еще сложнее будет выкрутиться из нашей без того ужасной ситуации. Или, еще хуже, наши семьи поторопят со свадьбой, и ты не успеешь моргнуть глазом, как окажешься со мной под венцом.
– Ты прав. – Я опустила голову. – Я погорячилась. Прости.
– Не впервые, – покачал головой Джеймс. – Как твое самочувствие?
В ответ я сморщилась, так как мне постепенно становилось все хуже и хуже. Было ли это из-за стресса?
– Это плохо, – сказал парень. – Думаю, будет лучше, если я отвезу тебя домой. Еще не хватало, чтобы ты тут потеряла сознание. Я должен быстро вернуться ко всем и попрощаться, а то мне потом от родителей влетит, и заодно водички тебе принести. Думаешь, ты сможешь сама дойти до главного входа и подождать меня там? Я быстро.
В ответ я молча кивнула, после чего направилась к выходу, по дороге снова зайдя в туалет. Облокотившись руками о раковину, я тяжело вздохнула, закрыв глаза. Я прекрасно слышала свое быстрое и громкое сердцебиение, и мое тело то и дело бросало в дрожь. Немного так постояв, я наконец-то вышла из туалета и по дороге к выходу неожиданно с кем-то столкнулась, выронив сумку, которую я несла в руках.
– Прошу прощения, – сказал молодой человек по-французски, поднимая сумку и протягивая мне ее.
– Благодарю, – сказала я, забирая сумку и поднимая голову, чтобы взглянуть на парня.
Мои глаза встретились с голубыми, как небо, знакомыми глазами Алекса. От неожиданности мы оба отступили друг от друга на шаг и простояли в молчании, прежде чем молодой человек отвел глаза и, обойдя меня, собирался уйти.
– Я скучаю по тебе, Алекс, – забыв о всякой осторожности, произнесла я слова вслух, оборачиваясь и этим остановив парня.
– И что ты надеешься этим изменить? – спросил меня Алекс, оборачиваясь и перейдя с французского на английский.
– Я просто… – Я попыталась подобрать нужные слова. – Просто…
– Вот именно, – кивнул Алекс. – Ничего.
Развернувшись, молодой человек снова зашагал от меня прочь.
Словно во сне, я, бросив сумку на пол, побежала за ним и, нагнав, обняла со спины. Если бы меня кто-нибудь спросил, зачем я это сделала, мне было бы трудно объяснить. Все, что я знала, – это то, что я безумно скучала по Алексу и проведенные без него шесть месяцев были одними из самых тяжелых для меня. Крепко обняв парня, я прижалась к нему, вдыхая до боли знакомый запах его духов. Мы простояли в таком положении совсем недолго, так как, рассердившись, Алекс, резко разомкнув мои объятия, развернулся и толкнул меня к стенке.
– Даже не смей передо мной снова появляться, – сердито сказал Алекс, соблюдая расстояние между нами. – Даже если ты испытываешь жалость ко мне, исчезни из моей жизни раз и навсегда.
Я посмотрела парню в глаза, в которых увидела огонек злости. Я никогда не видела его таким, из-за чего ощутила, как чувство страха начало быстро окутывать меня.
– Ты, – продолжил Алекс, указательным пальцем показав на меня, – не знаешь, через что мне пришлось пройти после твоих фокусов. Мне противно тебя видеть, не говоря уж о том, чтобы думать. Как я только мог попасться на твои уловки?! Я не повторю этой ошибки.
Я собиралась что-то сказать, но неожиданно высокий молодой человек встал между нами, загораживая меня собой.
– Мистер Хернандез, – услышала я голос Джеймса, – прошу не пользоваться гостеприимством моего брата, чтобы оскорблять мою невесту. Если бы я мог, то непременно ударил бы вас, однако я этого не сделаю, так как не хочу портить ни свою, ни вашу репутацию. Неважно, что произошло между вами и Кетрин в прошлом, поэтому у вас нет права на нее повышать голос или причинять ей боль. Всего хорошего.
С этими словами молодой человек, схватив меня за руку, повел прочь, не забыв остановиться по дороге, чтобы поднять уроненную мной сумку.
Быстро выйдя из здания на парковку, Джеймс подвел меня к темно-синей машине с черными окнами и открыл для меня дверцу. Первую часть дороги мы ехали молча, пока Джеймс наконец-то не нарушил тишину.
– Что он от тебя хотел? – спросил Джеймс, не отрывая глаз от дороги.
– Кто? – уточнила я.
– Что Алекс от тебя хотел?
– А… – протянула я, отворачиваясь к окну. – Это моя вина, что он сорвался.
– В смысле? – не понял парень.
– Я позволила эмоциям взять надо мной контроль, – объяснила я, не смотря на Джеймса. – Я сказала ему, что скучаю, и он рассердился.
Тяжело вздохнув, молодой человек припарковал машину у тротуара, прежде чем включить свет и повернуться ко мне.
– Ты с ума сошла? – обратился ко мне Джеймс. – Вас могли увидеть. Может разразиться очередной скандал. Ты этого хочешь?
– Нет, конечно, – ответила я, все еще смотря в окно.
– Посмотри на меня, – попросил парень.
– Зачем?
– Просто посмотри на меня.
Я неохотно повернулась и посмотрела на парня. Светлые глаза Джеймса сосредоточенно изучали мое лицо, из-за чего мне стало слегка неловко.
– Что-то не так? – поинтересовалась я.
– Ничего. – Парень повернулся на сиденье и посмотрел на машину, припаркованную перед нами.
– Ты сердишься?
– Не сержусь, – не смотря на меня, ответил Джеймс. – Просто понять не могу, за что мне свалилась на голову такая проблемная невеста.
– С чего это вдруг я стала проблемной? – улыбнулась я.
– А разве ты не видишь? – спросил парень, не улыбаясь. – Я не могу дать гарантию, что вас не заметили, так как видел нескольких фотографов в музее. Они могли вас заснять, и если они это сделали, то мы должны быть готовы ожидать худшего от наших семей.
В этот момент я осознала свою ошибку, и мне стало стыдно. Джеймс и правда пытался нам помочь, а я постоянно на него сердилась или, как сегодня, не послушалась его. Делать что-либо сейчас уже было поздно.
– Извини, – тихо сказала я, отводя взгляд от парня.
– Не извиняйся. Все равно извинениями ничего не исправишь.
Сказав это, Джеймс завел машину, и мы снова тронулись в путь.
Всю дорогу до дома мы проехали молча, что дало мне возможность хорошенько обдумать свои действия и поведение. Я не могла представить, как Джеймс сейчас себя чувствовал и о чем он думал. Другими словами, мне просто было стыдно.
Когда мы наконец-то доехали до моего дома, я, не глядя на парня, поблагодарила его за вечер и поспешно вышла из машины, не давая Джеймсу шанса что-либо сказать. На тот момент мне просто хотелось побыть одной.
Проснулась на следующий день поздно, где-то в начале девятого. Я поспешно привела себя в порядок и, переодевшись, спустилась к завтраку, где меня ждала бабушка.
– Ты опоздала, – сказала женщина, не смотря на меня. – Во сколько ты вчера вернулась домой, что заставило тебя так поздно встать?
– Сказать честно, – начала говорить я, садясь за стол напротив бабушки, – сама не знаю. Может быть, где-то между девятью и одиннадцатью. Не могу сказать точно.
– Я слышала, что ты весь вечер провела с Джеймсом и что он тебе что-то подарил. – Произнося эти слова, бабушка подняла на меня взгляд.
– Так точно, – неуверенно кивнула я, размешивая сахар в только что налитом мне чае.
– Не расскажешь ли мне, что он тебе подарил?
– Серебряную цепочку со снежинкой, – ответила я, кладя чайную ложку на стол рядом.
– Звучит чудесно, – улыбнулась бабушка.
Видеть, как бабушка улыбается, для меня было редкостью, так как человеком она была холодным и постоянно погруженным в работу. Но когда она все-таки это делала, мне было приятно это видеть и знать, что не такая уж она и плохая бабушка.
В столовую неожиданно вошел мистер Луиз. Поспешно подойдя к бабушке, он что-то тихо сказал ей и протянул бумагу, которую принес с собой.
Взяв бумагу и быстро ее прочитав, бабушка быстро посмотрела на меня, прежде чем, не доедая завтрак, выйти из столовой, оставив меня одну в тревоге.
Позавтракав, я вернулась обратно в комнату и, взяв телефон в руки, увидела на его экране несколько пропущенных звонков от Джеймса. Ничего не понимая, я, потянувшись, разблокировала телефон и, набрав номер парня, подошла к закрытому балкону. На улице шел дождь, что мне постепенно начинало надоедать, так как по прогнозам погоды на этих выходных и на следующей неделе нам обещали снегопад.
– Кетрин? – Джеймс наконец-то поднял трубку.
– Доброе утро, – зевая, сказала я. – В чем дело? У меня пять, если не шесть пропущенных звонков от тебя. С тобой все хорошо?
– У нас возникла проблема, – услышала я в ответ.
– Докладывай. – Отойдя от балкона, я плюхнулась на кровать.
– Тебя засняли.
– В смысле? – не поняла я. Я была настолько уставшей, что мне было тяжело понять, о чем говорил Джеймс, и происходящее вокруг.
– Тебя сфотографировали вчера с Алексом.
В этот момент мою усталость и сонливость как рукой сняло, и я все вспомнила.
– Ч-что? – дрожащим голосом спросила я.
– Посмотри ссылки, которые я тебе прислал, – вздохнул Джеймс. – И мои родители сейчас собираются встретиться с твоей бабушкой. Я перехватил их разговор и подозреваю, что они попросят поторопить с нашей свадьбой. Перезвони мне, как прочитаешь новости. – И молодой человек повесил трубку.
Зайдя в мессенджер, я увидела несколько сообщений от парня со ссылками. Я нажала на одну из них, открылся браузер, и, когда страничка загрузилась, я увидела заголовок статьи, а под ним фотографию со мной и Алексом – одни в коридоре музея, стоя друг перед другом.
Они встречаются? Что же на самом деле происходит между Алексом Хернандесом и его бывшей девушкой? – гласил заголовок.
11 ноября молодой артист был приглашен на выставку своего давнего друга Джаксона Таннера, владельца большой компании, и был замечен с бывшей девушкой, которая также была приглашена на мероприятие. Казалось, что ничего между ними не могло произойти, так как прошло уже больше полугода с момента их расставания, да и, по словам наших журналистов и гостей, весь вечер Кетрин провела со своим женихом, Джеймсом Таннером, младшим братом Джаксона Таннера. Ближе к концу выставки Алекс и Кетрин были засняты вместе в одном из коридоров. К сожалению, мы не знаем, что произошло между ними, но можно предположить, что они поссорились, так как Алекс выглядел довольно сердитым и раздраженным. В ссору в скором времени вмешался Джеймс, который поспешно увел Кетрин и, возможно, сам лично довез ее до дома.
Многие фанаты и поклонники Алекса подозревают, что все это время наша поп-звезда и Кетрин продолжали втайне встречаться, что, вероятнее всего, невозможно, если посмотреть на расписание молодого человека за последние полгода. Также статья, написанная про их отношения, звучала довольно правдиво. В итоге наши вопросы об Алексе и Кетрин остаются без ответов. Что именно произошло между ними полгода назад и что происходит в настоящее время?
Неожиданный стук в дверь заставил меня подпрыгнуть на кровати. Закрыв телефон, я поспешно отворила дверь и увидела стоящую за ней бабушку.
– Немедленно спускайся в гостиную, – холодно сказала бабушка, после чего повернулась и пошла к лестнице.
Закрыв дверь, я вернулась к кровати, так как оставленный на ней телефон несколько раз звякнул. Взяв его в руки и разблокировав, я увидела еще несколько сообщений от Джеймса:
Мои родители приехали к твоей бабушке. Если она еще тебя не попросила к ним присоединиться, избегай моих родителей.
Это будет к лучшему.
Я скоро сам подъеду.
Прочитав сообщения, я быстро отправила ответ:
Но бабушка меня уже позвала.
Парень ответил довольно быстро:
Не ходи.
Пожав плечами, я села на кровать и, положив рядом телефон, схватилась за голову. В мыслях быстро проносились воспоминания о скандале, произошедшем больше полугода назад, отчего меня начал окутывать страх. Я ругала себя за то, что не послушала Джеймса, потому что, если бы я сделала так, как он мне говорил, ничего бы этого не произошло. Тяжело вздохнув, я встала на ноги и, подойдя к шкафу, открыв его, принялась искать в нем, во что одеться. Решив долго не заморачиваться, я переоделась в джинсовую юбку с высокой талией и белую блузку. Расчесав волосы, я вышла в коридор и, спустившись на второй этаж, тихо подошла к дверям гостиной, из-за которых раздавались громкие голоса.
– Что ваша внучка себе позволяет?! – судя по интонации, голос принадлежал миссис Таннер. – Нет, либо мы поторопимся со свадьбой, либо этому браку не бывать!
– Дорогая, успокойся, – услышала я мужской голос, принадлежавший мистеру Таннеру. – Мы сейчас все уладим и во всем разберемся.
Я подавила смех, прекрасно понимая, что смеяться в этой ситуации лучше не стоит. Вещь, которая меня больше всего удивляла в семье Джеймса, это поведение его родителей. Они были совершенно разными, и если бы я не знала, что они муж и жена, я приняла бы их за коллег, один из которых был боссом, а другой – его или ее секретарем. Мать Джеймса была довольно-таки вспыльчивой, и в ее присутствии нужно было всегда вести себя настолько осторожно, насколько это возможно. Если же вы совершите какую-то ошибку при ней – считайте себя трупом. Вот как и сейчас: я допустила ошибку, и доставалось моей бабушке вместо меня.
Что же касается мистера Таннера, он, в отличие от жены, был спокойным и мягким человеком, предпочитал находить выходы из ситуаций, избегая ссор. Другими словами, полная противоположность миссис Таннер.
– Как я могу успокоиться?! – воскликнула миссис Таннер. – Мы ведь договаривались, что такого больше не повторится!
– Мадам, – услышала я голос бабушки, – прошу, простите меня. Я недоглядела и постараюсь разобраться в этой проблеме как можно скорее.
– Да уж, постарайтесь, пожалуйста, – продолжала громко говорить мать Джеймса. – Лично я считаю, что единственный и быстрый выход из этой ситуации – это немедленная свадьба! Подумаешь, дети еще не закончили учиться. Свадьба им ничем не помешает, а на медовый месяц они смогут отправиться на каникулах или после университета. Это уже им самим решать.
– Торопить со свадьбой будет уже слишком, – сказал мистер Таннер. – Лично я думаю, что лучше заплатить специальным людям, которые смогут убрать статьи из интернета, и вместо свадьбы пока что провести обручение.
– Я согласна с вами, – услышала я голос бабушки. – Так будет удобнее и безопаснее. Тем более лично я считаю и надеюсь, что Кетрин сможет родить нам много детей, но, чтобы это произошло, ей необходимо забеременеть сразу после свадьбы. Это будет невозможным, если мы сыграем свадьбу, когда они оба еще не закончили учиться.
При словах о беременности сразу после свадьбы я сморщилась и, рассердившись, резко открыв двери, вошла в гостиную. Моя бабушка и родители Джеймса удивленно посмотрели на меня.
– Кетрин, – наконец-то подала голос бабушка, – присаживайся.
– Я все слышала, – сказала я, посмотрев на нее. – И, сказать честно, факт того, что вы лично планируете, когда я должна забеременеть, пожалуй, самая ужасная вещь, которую вы можете себе позволить. – Я уперла руки в боки.
– О чем ты говоришь, Кетрин, – попыталась улыбнуться бабушка, медленно поднимаясь с дивана. – Зачем же нам это обсуждать? В конце концов, это же твоя семейная жизнь, а не наша.
Ко мне подошел мистер Луиз с чаем на подносе и, налив его в одну из чистых чашек, протянул ее мне.
– Вот именно, – сказала я. – И я хотела бы, чтобы вы в нее не лезли. – С последними словами я резко развернулась и, нарочно оттолкнув от себя протянутый мне чай, который пролился на ковер, вышла из гостиной и поднялась в свою комнату.
Не желая находиться больше в этом доме, я, быстро обувшись и собрав сумку, взяла телефон и спустилась обратно на первый этаж, где около лестницы меня ждала бабушка.
– Кетрин, – обратилась она ко мне, – немедленно вернись в гостиную и извинись перед мистером и миссис Таннер за свое дурное поведение. Мы волнуемся за твое же благополучие.
– Мне не за что извиняться, – сказала я, пройдя мимо женщины и выйдя на улицу, где села в свою машину.
Я не знала, куда собиралась отправиться, но больше всего на свете мне хотелось сейчас побыть немного одной. Почему я рассердилась? Мне просто было неприятно, что мою личную жизнь потихоньку планировали за моей спиной. Ладно, со свадьбой я могла хоть как-то смириться, но не с тем, сколько я должна иметь детей и когда должна их родить. Это просто звучало неправильно.
Остановившись на красном светофоре, я одной рукой быстро достала из сумки звонящий телефон, на экране которого высвечивался входящий звонок от Джеймса. Закатив глаза, я сбросила звонок. Немного поездив по городу, я остановилась около одного из парков и снова достала телефон. Подключив его по блютусу к радио в машине, я поставила музыку на случайное воспроизведение и, посмотрев в окно, начала наблюдать за людьми, проходившими мимо. Первые несколько песен были спокойными и расслабляющими, поэтому, когда телефон в очередной раз зазвонил, я подскочила на сиденье от неожиданности.
Номер, высвечивавшийся на экране, не был добавлен в мои контакты, поэтому я не сразу решилась ответить. Когда тот же номер позвонил снова, после того как я не ответила в первый раз, я все-таки решилась поднять трубку.
– Алло? – сказала я в телефон.
– Добрый день, – услышала я незнакомый мужской голос в трубке. – Вы, случайно, не Кетрин Джекинс?
– Случайно да, – ответила я. – Чем могу вам помочь?
– Я менеджер Алекса, Питер. Вы, наверное, меня помните, так?
– Как вы нашли мой номер телефона? – спросила я, удивившись.
– Майкл Галбадон дал мне его по моей просьбе.
– Галбадон? – переспросила я, не понимая, о ком мужчина говорит.
– Продюсер, который работал с вами в студии, – объяснил Питер.
– А, Майкл, – вспомнила я. – Просто я никогда не знала его фамилии.
– Тем не менее я бы хотел встретиться с вами и кое-что обсудить. Вы свободны сейчас?
При словах мужчины меня бросило в холодный пот. Неужели все настолько плохо, что сам менеджер Алекса хочет со мной поговорить?
– Д-да, – неуверенно сказала я. – Вроде бы свободна.
– Тогда вы не могли бы сейчас подъехать к нашей студии? Вам напомнить адрес?
– Нет-нет. – Я завела машину. – Я прекрасно его помню, спасибо.
– Тогда до скорой встречи. – И мужчина повесил трубку.
Прежде чем выехать на проезжую часть, я ударила себя по лбу, осознав, что только что произошло. Не думаю, что это было хорошей идеей – встретиться с менеджером Алекса и что-то обсуждать. Этим «что-то» наверняка должны были быть новости и статья с фотографиями по всему интернету. Разговаривать об этом у меня совсем не было желания. Но отказываться было неудобно, поэтому я неохотно поехала в студию, которая все равно находилась недалеко от парка.
Приехав, я припарковала машину около входа и, выйдя из нее, вошла в здание, где увидела поджидавшего меня на диване высокого лысого мужчину, в котором я узнала Питера.
– Добрый день еще раз, – снова поздоровалась я, подойдя к диванам.
– Добрый день. – Питер поднял на меня глаза. – Приятно вас видеть после долгого времени. Присаживайтесь. – Мужчина указал на кресло напротив него.
– Я хочу извиниться за то, что произошло полгода назад и прошлым вечером, – начала оправдываться я, сев в кресло. – Я ни в коем случае не хотела ничем навредить карьере Алекса и его работе. Я… я в скором времени выйду замуж, и я уверена, что такое больше не повторится.
– Так это правда, что у вас есть жених? – Питер, подняв брови, смотрел на меня. – Когда вы собираетесь сыграть свадьбу?
– Я еще точно не знаю, – ответила я, сжимая в руках сумку. – Но уверяю вас, что больше не покажусь перед Алексом и вами. Прошу, простите меня.
– Я позвал вас сюда не по этой причине, – выслушав меня, сказал Питер.
– Не по этой? – удивилась я. – Тогда по какой?
– Не могли бы вы помочь Алексу с кое-чем? – сказал мужчина, поставив локти на свои колени.
– С чем же? – продолжала задавать вопросы я.
– Вы слышали о скандале, произошедшем между Алексом и Фионой Голдблюм?
– Да, – кивнула я. – Только мне неизвестны подробности.
– Вам не обязательно про них знать, если вы не согласитесь помочь Алексу.
– Чем я могу ему помочь? – поинтересовалась я. – И я не думаю, что это понравится Алексу. Он не хочет меня видеть.
– У него нет другого выхода, – развел руками Питер, прежде чем продолжить: – Я хотел бы, чтобы вы с Алексом снова начали встречаться, чтобы отвлечь внимание публики от Фионы.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.