12—13 марта 2010
Кругом родная речь, кажущаяся мне иностранной, липкие оценивающие взгляды, незнакомые люди и претенциозные декорации. Вообще, московским клубам далеко до лондонских «Bond», «Movida» или «Fabric». Главное – здесь тоже звучит жизнь. По-другому, не как в торговых центрах. Здесь она мелькает и грохочет. И это хорошо.
Когда в душе пустота, хочется чрезмерности. Хочется получать много, и при этом нет никакого желания что-либо изображать – делиться попросту нечем. В этом случае избыточность – и потребность, и самозащита. Слишком шумно – перестаёшь вслушиваться. Слишком ярко – не всматриваешься. Слишком много слов – теряешь смысл. Сама не вникаю, и другим не понятна.
За деталями порой сложно увидеть суть, и мой сегодняшний образ – это маскарад. Красная помада, платье в тон, примечательное колье… Пусть образ отвлекает на себя всё внимание, пусть никто не пытается заглянуть мне в глаза – в них смута.
Антоний… Стыдно признать, но я почти ничего про него не знаю. Кроме того, что он больше не встречается с Анжелой. Но об этом мне сообщил её профиль в Facebook… С Тони у нас никогда не было сколько-нибудь откровенных разговоров. Сегодняшний момент искренности в машине – исключение. Так захотелось поделиться с ним своим отношением к жизни и к скорости, а он взял и обрубил на корню этот росток доверительности. «Тогда понятны причины твоих тупых поступков».
Когда тебя хвалят, хочется быть лучше, достигать чего-то, стремиться к новым вершинам. Когда тебя всё время называют тупой, почему-то не хочется переубеждать – проще соответствовать ожиданиям.
Да, Тони, я fucking idiot, по жизни. И ты, и дед – вы словно сговорились и совершенно не хотите помочь мне. Я так хочу быть кем-то, делать что-то… Так хочу, чтобы мной гордились…
Впрочем, я на уровне. Каблуки поднимают над суетой, бриллианты сверкают, улыбка держится. Люблю клубы, люблю чувствовать ритм ночи, люблю качаться на волнах музыки. Я Принцесса 21 века. Прошивка у меня на уровне – дворец, кареты, драгоценности, туфли… Принц? Был. И happy end висел в воздухе, но Золушка передумала и стала тусовщицей. Вот и сбылся один из когда-то додуманных мной финалов.
Заиграл новый трек, настолько созвучный её чувствам, что Милана решилась довериться музыке и поделиться с ней своими мыслями.
Выпущу стресс на танцполе. Пусть движение вытеснит воспоминания, от которых так хочется поскорее сбежать, пусть все сожаления исчезнут в ночи, пусть заполнится эта ненасытная пустота в душе!
So baby if you want me, you’ve got to show me love. Words are so easy to say, oh ahh, you’ve got to show me love…11
12—13 марта 2010
Fuck. Как она танцует эту песню…
Одна, в коротком красном платье, Милана двигалась в ритме музыки и совершенно не замечала никого вокруг. Чувственная, яркая, выразительная, она притягивала взгляды. Желающих потанцевать рядом было немало.
– Бывшая, ты чё такая шикарная?
Аркадий подошёл ближе остальных. Милана равнодушно посмотрела на него.
– Потому что бывшая, – сказала она, продолжая танцевать.
Могла хотя бы удивиться такой случайной встрече.
– Покатаемся? – предложил он, обняв Милану за талию.
– На чём?
Она отстранилась, остановилась и с интересом посмотрела на него. Знал, что она любит машины.
– Ferrari или Lambo? Выбирай, – предложил Аркадий, сохраняя установленную Миланой дистанцию.
Разговаривать было неудобно – мешали лишние люди и громкая музыка, но Смоленская, казалось, ловила кайф. Она вновь двигалась в ритме своего настроения, а он не решался больше трогать её и ожидал ответа.
– Ты чё, сразу на двух приехал? – наконец, спросила Милана.
– Да, – сказал довольный собой Аркадий. – Чё, слабо тебе так?
– Не, я на трёх обычно люблю. Чтобы и спереди, и сзади охрана. Две – это как-то ущербно.
Она посмотрела ему в глаза и рассмеялась.
***
LOL. Зацепила. Куда бы теперь свалить?
Милана достала из клатча свой золотой Vertu и набрала sms: «Забери меня из Рая».
Камила предупреждала, что Новиков где-то здесь, но я почему-то не верила в случайную встречу. Тони, надеюсь, ты придёшь на помощь. Please. I need you!
– Милана, – Аркадий напомнил о себе.
Его близость сковывала движения и мысли. Хотелось оттолкнуть его и скрыться в толпе танцующих, но Милану останавливало желание доиграть до конца свою партию и как-то задеть Аркадия, так пренебрегшего её чувствами.
Надо уйти, но я остаюсь. Fuck. Всегда, когда надеваю это колье, совершаю глупости…
– Хочешь на Murcielago? – он снова приблизился.
Самореклама на уровне. Автопарк перечислен, фирменный взгляд включён. Знаем, проходили.
– Вещами ты меня не впечатлишь, Кеш, – Милана отдалилась.
– А собой? – он притянул её к себе. – You want me, I know it12.
Понимаю, чтобы общаться в таком шуме, надо пренебречь private space, но…
– Ты слишком пафосный, – улыбнулась она, стараясь не вовлекаться в общение, но позволяя ему обнимать себя.
– Ты слишком красивая, – сказал он, глядя ей в глаза.
– Врёшь.
По жизни врёшь.
– Верь.
Слишком близко.
– Нет, – твёрдо сказала Милана, пытаясь отстраниться, но Аркадий улыбнулся.
– Детка…
Поцелуев не надо. И трогать меня не надо. И смотреть на меня – тоже.
– Wait, you know, I would lo-o-ove to fuck in a Lambo, – с серьёзным видом сказала Милана, выразительно растягивая гласные.
Ахах, повёлся. Я вижу Тони, Тони видит меня. Awesome.
– For real? – спросил Аркадий, глядя ей в глаза.
– Fuck yeah, – она рассмеялась и высвободилась из его объятий.
– Милана, поехали! – Антоний подошёл к ним.
– Ты ваще кто? – спросил Аркадий с нескрываемой враждебностью.
– Тебе вопрос, – Антоний смерил его уничижительным взглядом.
Довольная произошедшим обменом любезностями, Милана прильнула к Антонию.
– Идём, Тони.
Брат обнял её за плечи и повёл к выходу. Рядом с ним Милана почувствовала себя защищённой и улыбнулась.
Подумать только, мы с ним даже в детстве за ручку не ходили. Только кололи друг друга оскорблениями. А сейчас он меня обнимает, и от этого так хорошо, так спокойно и так тепло на душе.
Пустота, которую надеялась заглушить музыкой и отвлечь внешним блеском, вдруг заполнилась сама по себе. Спасибо, Новиков, за то, что сблизил нас с Антонием.
Она попрощалась с Лейлой по sms, Камила отвлеклась на новинку – неизвестного, но «уровневого» шатена на Мерсе. Нельмина выразила готовность встретиться снова. Не желая давать конкретных ответов, Милана убрала Vertu.
На улице было холодно. Милана направилась к гелику, но Антоний остановил её.
– Я трезвая, – заверила она.
Брат с сомнением посмотрел на неё.
– Обычно не пью в клубах, – Милана улыбнулась и уверенно села за руль.
Они ехали в тишине. Милана осмысляла события вечера, Антоний смотрел что-то в своём iPhone.
– Как встреча прошла? – Милана первой нарушила молчание.
– Хорошо, – отозвался Антоний. – Натанцевалась?
– Да… Спасибо тебе, – она неловко улыбнулась.
– Обращайся, – он улыбнулся в ответ. – Говорил, кстати, что тебе надо переодеться.
– Дело не в платье, – Милана покачала головой, глядя на дорогу.
– А в чём? – поинтересовался он.
– Во мне, Тони, – вздохнув, сказала она.
Антоний посмотрел на неё и не стал развивать тему. За это Милана была ему особенно благодарна.
Сегодня я впервые почувствовала, что у меня есть старший брат. Тот, о котором мечтала. В него влюбляются мои подруги, он критикует мои короткие платья, пускает меня за руль своего авто и спасает меня от таких, как Новиков. Определённо, нам стоит больше времени проводить вместе. Может, не в клубах, а просто дома. Или в машине, как сейчас.
Едем, молчим и при этом не ненавидим друг друга. Неужели, сбылась моя детская мечта?
13 марта 2010
«And if it’s not too late
Could you please find it deep within your heart
To try and go back go back to the start13»
Lily Allen – «Back to the Start»
Отношения бывают разными. Почему-то я так сосредоточилась на своей личной жизни, что совершенно упустила из виду семью. Да, добиться внимания деда – по-прежнему, сложная задача, зато есть Антоний, которому на меня не всё равно и которого я искренне бешу. Иногда. А иногда, по-видимому, радую. Или хотя бы не раздражаю.
Не надо мне ванильной романтики – у меня корица семейных отношений. Сейчас это для меня намного вкуснее и нужнее.
Ранним субботним утром Милана проснулась со сладостным предчувствием перемен. Настроение, вопреки всем произошедшим событиям, было просто великолепным. Как следствие, повар-француз оказался не удел – Милана Смоленская, лондонский шеф-кулинар, смело взялась за сковороду и испекла стопку блинчиков с корицей. Дополнив свой шедевр изящно нарезанными фруктами, она накрыла стол и осталась дожидаться ценителя. Дед был в городе, а Антоний остался в Троицком и попал на роль дегустатора.
– Думал, ты спишь, – сказал брат вместо приветствия.
– Обожаю вставать рано, – бодро улыбнулась Милана. – Особенно после клубов.
Вру, вру, вру. Что только не сделаешь, чтобы хотя бы немного вырасти в его глазах.
Антоний одарил её удивлённо-подозрительным взглядом и сел за стол.
– Я приготовила завтрак, – Милана с гордостью указала на своё фирменное блюдо. – Как тебе?
– Сначала ты попробуй.
Подозрительность победила, и теперь Антоний внимательно следил за её реакцией. Милана бесстрашно взяла себе блин и угостилась им с демонстративным аппетитом.
– Зря напрягаешься, – она улыбнулась, с наслаждением дожевав свой кусочек. – Когда остынут – не такие вкусные.
Антоний, подумав, приступил к завтраку. Милана сочно хрустела своей долькой яблока и наблюдала за братом.
Прикольно получилось. Не доверяет мне, что ли? Но детские шутки давно уже в прошлом, и мы уже не подкладываем мюнстер друг другу на завтрак. А жаль… Некоторые традиции не мешало бы возродить – для свежести и искренности чувств, исключительно.
– Ну, как тебе? – поинтересовалась Милана через некоторое время, когда братом был съеден очередной блин, а восторженные комплименты ещё не прозвучали.
– Что как?
– Блины, – Милана кивнула в сторону таящей на глазах горки своих творений. – Вкусные?
– Нормальные.
Она раздражённо поморщилась.
– Терпеть не могу такую оценку. Либо отлично, либо ужасно. Не надо этой золотой середины, она пахнет равнодушием.
– Ты чё? – Антоний смотрел на неё с явным непониманием. – Ну, нормальные блины. Повар молодец, ты красиво всё организовала.
– Я повар! – обиженно заявила Милана.
Воцарилось молчание. Антоний изучал её с лёгкой улыбкой. Милана, проникшись неловкостью момента, сосредоточилась на своём блинчике.
Тони чем-то напоминает мне Али. Ещё один опасно самодостаточный тип. Вот о чём он сейчас думает, интересно?
– Вкусно, – помолчав, сказал Антоний. – Не думал, что ты умеешь что-то делать.
Fuck. Почему всегда так контрастно?! Сказал приятное и тут же остудил.
– Да я многое умею, к слову, – Милана выразительно посмотрела на него. – Я, вообще-то, даже деньги зарабатываю.
Антоний ухмыльнулся и покачал головой.
– What?! – воскликнула Милана, возмущённая такой реакцией.
– Nothing, – Антоний отпил кофе, полируя взглядом бронзовую скульптуру позади Миланы.
– Не молчи! – она отодвинула свою тарелку и пристально посмотрела на брата. – Озвучь свои мысли, мне же интересно!
– Завтрак – не время и не место для серьёзных разговоров и, тем более, скандалов, – невозмутимо сказал Антоний.
– Ты прав, – Милана улыбнулась и тоже отпила кофе. – Я вообще-то не хотела ссориться. Просто интересно твоё мнение.
Брат посмотрел на неё, затем вдруг тоже улыбнулся.
– Поговорим сейчас, значит.
Настроение моментально улучшилось, аппетит окончательно проснулся, и Милана взяла себе третий блин. Зазвонил телефон Антония, брат взглянул на дисплей и выключил звук.
Чёткое субботнее утро. В семье Смоленских всё совершенно. Я готовлю вкусные завтраки, а Антоний игнорит входящие вызовы, чтобы общаться со мной. Magic moments, по сути.
13 марта 2010
Тот, кто не прав, тот Лев. Я Телец, Антоний Лев, но он прав. Факт. Fuck it.
После завтрака Милана получила щедрую порцию искренней и абсолютно разгромной критики. Пострадало всё: её модельная карьера, школа хороших манер «Rich & Posh», брошенный блог и даже их с Геной кафе…
Надо заключить контракт с модельным агентством – это раз. Почему? Потому что я всё равно этим занимаюсь, так почему не заняться этим серьёзней? Ещё надо ответить до вечера на десять вопросов, которые Антоний продиктовал и о которых мне пока что сложно думать. Вопросы касаются «Rich & Posh», моих ожиданий от этого бизнеса, краткосрочных и среднесрочных планов, рентабельности, аренды… За блог просто получила по лбу. Ощутимо.
– В жизни должна быть прямая дорога, got me? – пояснил напоследок брат, собираясь в офис.
Милана молчала, уткнувшись в свой MacBook. Курсор нервно пульсировал на белом фоне нового документа. Вопросы нуждались в ответах, а Милана нуждалась в Safari. Или в клоне Антония, который был бы более сговорчивым и согласился решить все её проблемы, избавив Милану от серьёзных раздумий повышенной сложности.
– Когда ты знаешь, чего хочешь от жизни, легче по ней идти, – добавил Антоний, вновь появившись в гостиной.
Она кивнула и, взглянув на брата, улыбнулась.
– Thanks, Tony, I’m gonna think it all over14.
– Think15, – одобрил он. – Завтрак вкусный был, кстати.
– Я рада, что хоть что-то тебе понравилось.
Милана была немного обижена обвалом замечаний и полным отсутствием похвалы. Антоний задумчиво посмотрел на неё.
– Фотосессии твои тоже нравятся, – сказал он. – Бизнес-план напиши нормальный, тогда, может, и школу манер оценю.
Взбодрённая его словами, Милана встала с дивана и проводила брата до его Роллса.
– Хорошего дня, – пожелала она и, довольная тем, что сценарий идеального семейного утра превзошел её ожидания, вернулась работать в гостиную.
Без брата было сложней сосредоточиться, но в звенящей тишине звучали его замечания, и потому Милана принялась энергично стучать по клавишам, упорядочивая свои мысли и набрасывая ответы на вопросы. Новых задач у неё теперь появилось множество, но на сердце было тепло и радостно.
Поняла, что старший брат есть, – не расслабляйся, Смоленская. Я ему нужна, по факту. Он вникает и он в теме. По кайфу!
Так хочется поговорить с ним ещё… Столько нетронутых тем, столько всего неизвестного. Представить не могу, о чём он мечтает и что делает в свободное время, какие фильмы любит и что читает. Я даже не знаю, как он стал тем, кем он стал, – этим успешным и самостоятельным боссом! Но пока что Антоний мной рулит и задаёт вопросы, и теперь главное – не разочаровать его своими ответами.
Время надо инвестировать в то, что приносит хорошие дивиденды. Я – не убыточный проект, Тони. Я не тупая, и я заслуживаю твоего внимания!
Зазвонил телефон. Она взглянула на незнакомый номер и почему-то передумала отвечать. Вместо этого сбросила вызов и отправила sms. «Занята. Напишите, что вы хотели, пожалуйста». Ответ пришёл быстрее, чем она ожидала. «Wanna see u16. Аркадий».
Милана задумчиво повертела в руках Vertu. И хорошо, что послушала свою интуицию. Когда ситуация медленно выходит из-под контроля, поможет звонок другу.
– Милан? Whasssssup?17 – подавил зевок Смирнов.
– Геннадий, – начала Милана, удовлетворённо отмечая, как в её голосе появились тонимонтановские нотки. – Откуда в моей жизни так много Новикова?
– Чё говоришь? Связь крякает, – хриплый Гена зазвучал немного бодрее.
– Сейчас не только связь крякнет, но и…
– Так, Милан, relax, – Гена окончательно проснулся. – Как в Moscow? Когда в London?
– Всё awesome, Ген. И лучше не наводи мосты между London и Moscow, got me?
– Got, – нехотя пообещал Гена. – Тебе от Светы привет, кстати. Большой привет.
Для убедительности в трубке фоном зазвучал сонно приветливый голос Светы.
– Ей тоже, – Милана улыбнулась. – Как кафе? Бизнес-план готов?
– Р-р-работа в р-разгаре, – прорычал Гена, обрадованный сменой темы. – Тебе понравится!
– Awesome, – одобрила Милана. – До скорого.
– Хорошего тебе. Суббо-о-оты, – с облегчением зевнул Смирнов.
– И вам того-о-о же!
Милана, смеясь, сбросила вызов и, чувствуя себя не менее деловой и значимой, чем Антоний, вернулась к своим рабочим делам. Спустя пару часов, наполненных интенсивным интернет-серфингом, активным думаньем и беглым пролистыванием какого-то MBA курса по бизнес-планированию, Милана поняла, что не может больше пить кофе и нуждается в перерыве. Не на кофе, а на реальный отдых.
В этот момент снова зазвонил Vertu. Имя, высветившееся на дисплее, обрадовало её, и на этот раз Милана без промедления взяла трубку.
13 марта 2010
В пустом коридоре царила какая-то особенно загадочная тишина. Сквозь большие окна лился полуденный свет, отражаясь в зеркальной поверхности гладко полированного паркетного пола. Из-за двери, расположенной поблизости, доносился чей-то приглушённый голос, властно диктовавший какие-то условия. Милана слушала и забавлялась, пуская по стенам солнечных зайчиков, бодро прыгавших из её Harry Winston.
Обожаю театральные сцены после спектаклей, бальные залы после танцев, аудитории после лекций… Места собирают энергию, отданную им посетителями, хранят и копят воспоминания и охотно делятся ими с теми блуждающими душами, которые вдруг оказались там, откуда остальные поспешили уйти…
Может, это странно, но я люблю пустые здания, есть в них что-то волшебное. Когда жизнь затихает, когда движение замирает, кажется, что видишь и слышишь время. Паркетный пол вспоминает тех, чьи шаги звучали по нему в течение дня. Стены рассказывают о тех, кто к ним прислонялся. Пустующие подоконники скучают о тех, кто сидел на них и ставил свои вещи. В воздухе, подобно миражу, висит почти осязаемое прошлое. Стоит только прикрыть глаза и можно с лёгкостью пережить все сцены, произошедшие здесь.
Правда, мне сложно всё представить, но атмосфера способствует играм воображения… Наверное, здесь очень шумно. Топот ног, какофония голосов, мелькание лиц, толкотня и беготня… А, может, наоборот?
Полёт фантазии был прерван звуком тяжёлых каблучных шагов – появилась особа средних лет в вишнёвом юбочном костюме. Её чёрные волосы были собраны в высокую причёску, узкие губы ярко алели, а блестящие карие глаза, заметив Милану, сверкнули и загорелись тревожащим душу интересом.
– Почему не на уроке? – прозвучало в тишине.
Милана посмотрела по сторонам, не сразу поняв, что скрипуче требовательный голос обращался к ней.
– Я вас спрашиваю, – дама выжидающе смотрела на неё. – Какой класс?
Аристократия, если вы о сословии. А класс… Высший, разве не видно?
– Я не учусь здесь, – Милана мягко улыбнулась. – Я жду.
– Кого? – недоверчиво спросила московская версия миссис Томпсон.
– Брата моего друга, у него урок. Я Милана Смоленская, учусь в Лондоне, приятно познакомиться.
– Екатерина Валерьевна Громова, директор этой школы, – представилась нарушительница коридорной тишины. – Ждите, но уберите вашу попу с подоконника.
Милана встала ровно, продолжая приветливо улыбаться. Екатерина Валерьевна некоторое время сканировала её, затем оставила наслаждаться беззаботной безнаказанностью.
Когда дверь директорской захлопнулась и в коридоре вновь стало уютно, Милана, перейдя в беззвучный режим, от души рассмеялась.
А ведь в какой-то момент мне даже страшно стало! Ну у неё и взгляд… Забавно так, школа закончилась, а я даже не поучилась и не побоялась как следует. В Англии была миссис Томпсон, но страх перед ней прошёл через полгода, а в лицее вообще никто не напугал – там был постоянный фешн-подиум – то у доски, то в коридорах. Никакого детского кайфа. Екатерина Валерьевна, вы громоподобны, а я, оказывается, боюсь грозы. Прав был Новиков, что-то я явно пропустила в этой жизни. Безвозвратно, причём…
Желая посмотреть, что такое «обычная московская школа», Милана покинула комфортный салон своего гелика и решила дождаться окончания уроков в коридоре. Наконец-то раздался звонок – так громко и так внезапно, что Милана вздрогнула. И в школе грянула жизнь! В полную громкость зазвучали голоса, загрохотали стулья, одна за другой начали распахиваться двери, и коридор наполнился тем самым движением, которое пыталась представить себе Милана.
Моя фантазия скромно признала своё поражение – в реальности всё гораздо масштабнее, выразительнее и пестрее.
Притеснённая бесконтрольным целенаправленным потоком освободившихся узников образования, Милана стояла около окна, ожидая, когда же откроется загадочная дверь кабинета математики. Через пару минут волна схлынула, и можно было вздохнуть свободней. Нужный ей ученик не появлялся, и Милана достала свой Vertu, чтобы ещё раз посмотреть на его фотографию – от скуки. На самом деле она прекрасно знала, кого ждёт.
Как только Дэни скинул ей фотку брата, Милана пережила ни с чем не сравнимое состояние дежа-вю – это был тот самый мальчуган из «Европейского».
Как чувствовала… Не зря так долго рассматривала их! Не буду признаваться Дэни, что не узнала его маму. По сути, он прав – я слишком давно не заходила в гости. За два года, прошедшие с нашей последней встречи, я видела столько лиц и столько взглядов, что теперь люди, с которыми раньше общалась и пила чай, кажутся смутно знакомыми. Всматриваться невежливо, а мне порой кажется, что я знаю пол-Москвы. Знаю, но не узнаю. Последствия пёстрой жизни перед глазами…
Неожиданно раздался новый всплеск голосов, и из кабинета математики вырвались немного очумевшие пятиклассники. Вообще, учиться по субботам – это несправедливость века. Но какой у них редкостный кайф на лицах от осознания наступившей свободы. Priceless.
Ловя на себе любопытные взгляды, Милана улыбнулась всем и сразу, выискивая знакомое лицо. Он вышел одним из последних – чем-то искренне недовольный, но, заметив её, изменил своё отношение к миру.
– Ты Милана?
Брюнет. Стильно одетый. Довольно высокий. Немного лохматый. Улыбка чёткая. Взгляд изучающий. На Дэни похож очень. Fuck, как это прикольно. Чувствую себя такой серьёзной и взрослой.
– Привет, Мага.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.