По словам Бориса Акунина, слабые люди всю жизнь стараются быть не хуже других. Сильным во что бы то ни стало нужно стать лучше всех.
Алина Петровская никогда не относилась к числу людей, которые довольствуются малым и при этом считают себя счастливыми и успешными. Эта девушка мечтала получить от жизни всё, что можно. А хотела она очень многого: богатого и любящего супруга и уютный дом, в котором не скучно жить. Здесь справедливости ради следует заметить то, что Алина не была охотницей за состоятельными мужчинами, у которых за спиной десятки прожитых лет, а также бывшие жены с донельзя избалованными детьми и нескончаемыми проблемами. Эта юная леди не хотела, чтобы на неё показывали пальцем, называли оскорбительными словами и отпускали в её адрес пошлые шуточки. Она уважала себя и старалась нести себя по жизни настолько достойно, насколько это вообще было возможно. Для того, чтобы в будущем не зависеть от прихотей и настроений состоятельного супруга, Алина мечтала найти хорошую, высокооплачиваемую работу с перспективой на безбедное будущее. Но для того, чтобы добиться карьерного роста, необходимо быть лучшей в своем деле. А для этого нужно много и упорно учиться, трудиться, выстраивать карьеру.
С первым этапом своего жизненного плана Алина справилась неплохо. После окончания медицинского колледжа она устроилась на работу по специальности. «Начну свою трудовую деятельность с работы в должности медицинской сестры, а там видно будет, – решила Алина, – Поработаю некоторое время в больнице и через год-другой поступлю в медицинский институт». Молодая медсестра приступила к работе с большим энтузиазмом. Поначалу её жизнь складывалась самым наилучшим образом, но все хорошее имеет свойство очень быстро заканчиваться. В один из самых неудачных дней Алина познакомилась с человеком, который превратил её жизнь в настоящий ад. Девушка даже не заметила, как оказалась в полной зависимости от молодого мужчины, представившегося сотрудником частной медицинской фирмы. Каким-то непостижимым образом Андрей умудрился стать хозяином её жизни. Позже немного наивная медсестра узнала о том, что её новый знакомый очень умело пользовался своими способностями к гипнозу. Для усиления его воздействия на Алину злодей с медицинским образованием применял какой-то экспериментальный препарат. Постепенно бедняжка словно бы превратилась в другого человека. Теперь она беспрекословно исполняла все приказы Андрея, а они становились все более жестокими и непонятными. Молодая медсестра научилась делать с людьми то, что сделал с ней Андрей Крылов. Алина догадывалась о том, что её новый знакомый не тот человек, за которого себя выдает. Однако противостоять его приказам бедняжка уже не могла. «Все мои поручения ты должна выполнять быстро и четко! – требовал негодяй, называющий себя доктором, – Если я приказываю тебе познакомиться с кем-то из наших будущих подопечных, то ты должна побольше слушать и поменьше рассказывать о себе. Для того, чтобы не проколоться, можешь представляться своим настоящим именем. Прочая информация не должна соответствовать действительности». Алина следовала всем наставлениям человека, который совсем не походил на российского доктора. Напротив, Андрей Крылов был очень похож на коварного агента иностранной разведывательной структуры.
Длительное время Алина жила словно во сне, какой-то не своей жизнью. Но в один прекрасный день она познакомилась с Никитой Смирновым. Факт своего нового знакомства девушка предпочла скрыть от хозяина её жизни. Но вот беда: Андрей Крылов знал о каждом шаге своей рабыни. Алина даже не догадывалась о том, что вероломный шпион использует её в темную. Коварный враг следил за Никитой через его девушку. Позже Алина об этом узнала, и это приблизило её страшную кончину. Но догадывался ли майор Смирнов о том, что его сын влюбился не в ту девушку?
После того, как неустановленный злодей заставил Никиту уснуть на несколько часов при помощи хлороформа, события начали разворачиваться самым непредсказуемым образом. Ознакомившись с показаниями свидетелей, случайно оказавшихся на месте происшествия, Михаил Владимирович Смирнов пришел к выводу о том, что лицом, дважды напавшим на его сына, является кто-то из его знакомых. «Преступник знаком с распорядком дня Никиты. Он располагал точными сведениями о том, куда и когда направляется его потенциальная жертва. Нужно проверить, с кем в последнее время Никита общался чаще, чем с остальными абонентами. Возможно он с кем-то созванивался непосредственно перед нападением. Злоумышленник возобновил свою преступную деятельность после того, как с нашего дома сняли охрану, и это не может быть простым совпадением», – решил Михаил Смирнов.
Проверив круг общения сына и просмотрев журнал звонков его нового телефона, опытный сотрудник уголовного розыска установил несколько фактов, которые его несколько обеспокоили. Если не принимать во внимание чисто рабочие контакты, на протяжении двух последних недель Никита встречался и несколько раз созванивался с Алиной Петровской, Ириной Климовой и еще одной девушкой, присутствовавшей на торжестве дочери богатого бизнесмена. Именно там Никита познакомился с Екатериной Лосевой. Изучив биографию этой девушки, Михаил Владимирович заподозрил то, что она не та, за кого себя выдает. Девушка, под именем которой жила подруга Ирины Климовой, погибла два года назад в результате дорожно-транспортного происшествия. Но эта информация была закрыта для всех, кроме сотрудников правоохранительных органов. В результате все того же страшного ДТП пострадала и мать Екатерины. Женщина чудом осталась жива. А вот об отце Кати не было никакой информации. Александр Юрьевич Лосев словно бы растворился в воздухе, прихватив с собой информацию о последних днях его почти героической жизни. О месте нахождения бывшего директора НИИ Мозга в полицейских базах не было никаких сведений, и это обстоятельство показалось Михаилу Смирнову довольно странным. «Этим вопросом мне следует заняться в самое ближайшее время, – решил Михаил Владимирович, – Я должен выяснить всё, что касается семьи Александра Лосева. Особый интерес представляет его дочь Екатерина».
На тот момент судьба доктора Лосева казалась майору Смирнову ключом к головоломке, которую представляли собой четыре уголовных дела, объединенных в одно производство. Для поисков отца Екатерины Лосевой оперативный сотрудник намеревался воспользоваться помощью давнего друга – криминалиста Сосновского. На текущий день у начальника отдела уголовного розыска были запланированы более срочные дела, а внезапно возникшие вопросы требовали особой деликатности, внимания и такта. Криминалист Сосновский совершенно справедливо считался непревзойденным специалистом по такого рода делам.
Сотрудник уголовного розыска Смирнов заметил то, насколько похожи друг на друга Алина Петровская, Ирина Климова и Екатерина Лосева. «Глядя на этих красоток со стороны, возникает желание назвать их сестрами, – подумал Михаил Владимирович, – У всех троих светлые волосы, большие серо-голубые глаза, правильные черты лица. К тому же они примерно одного роста, да и телосложения тоже. Бывают же такие совпадения! Нужно проверить этих девиц на предмет алиби на те дни, когда на Никиту были совершены покушения. Неплохо было бы выяснить, чем они занимались в то время, когда неустановленные воришки совершали набеги на чужие дома».
На данном этапе расследования опытный оперативный сотрудник пока еще не мог вразумительно объяснить то, на чем конкретно были основаны его подозрения относительно того, что Алина Петровская, Ирина Климова или Екатерина Лосева могли быть причастны к одному из перечисленных, а возможно и ко всем эпизодам сразу. Однако хорошо развитая интуиция упорно твердила Михаилу Владимировичу о том, что он находится на правильном пути. «Ладно еще гражданка Лосева, – ругал себя опытный полицейский, – Эту темную личность можно заподозрить в чем угодно. Что же касается двух других девушек, то для подозрений в их адрес нет никаких видимых оснований. Никита давно знаком с Ириной и Алиной, которые, как мне кажется, совсем к нему неравнодушны. А нравится ли кто-нибудь из них Никите? Лично мне обе девушки представляются очень достойными. Умницы, красавицы, спортсменки. Стоп. Да ведь они обе увлекаются боевыми искусствами! Все равно мои подозрения не будут приняты полицейскими соседнего ОМВД. Придется мне снова обращаться к моему верному другу Сосновскому. Вот только как убедить Сергея в том, что ключом к разгадке возникшей головоломки может оказаться кто-то из „трех сестер“?»
Размышления Михаила Владимировича были прерваны звонком криминалиста Сосновского. Сергей Степанович спешил поделиться результатами своих исследований. «Я изучил видео с видеорегистратора автомобиля, припаркованного возле адвокатской фирмы Антона Смолина, – сообщил криминалист, – Мне удалось выяснить то, что злодей прошел в гараж одновременно с водителем». «Как это возможно? – не понял сотрудник уголовного розыска, – Ты хочешь сказать, что преступник шел следом за Геннадием, а тот ничего не услышал и не почувствовал? А может наш злодей не шел, а летел по воздуху? Он по всей видимости даже не дышал. Лично я всегда чувствую, когда кто-то дышит мне в затылок или прожигает взглядом мою спину. К тому же я не один раз просмотрел эту запись и не заметил на ней ничего необычного. Я обратился к тебе за помощью лишь потому, что хотел убедиться в собственной правоте. Кроме того, я должен быть уверен в том, что ничего не упустил. Думаю, что злоумышленник мог появиться на месте преступления не один раз. Могу предположить, что перед тем, как напасть на Никиту, он осмотрел место планируемого им преступления».
– Я всё прекрасно понял. Ты оказался прав! Негодяй, напавший на Никитку, действительно крутился возле адвокатской конторы и принадлежащего ей гаража. Видимо негодяй явился для того, чтобы осмотреться. Хотя я вполне допускаю мысль о том, что он знал о том, чем занимается по ночам водитель адвокатской конторы.
– И чем это интересно занимается по ночам этот серьезный и вполне ответственный работник адвокатской фирмы?
– Видимо водитель Геннадий время от времени промышляет частным извозом. Думаю, что он это делает без ведома начальства. В ночное время услуги перевозчика возрастают в цене. Думаю, что Геннадий спешил домой. К тому же парень устал, а утром его ожидал новый рабочий день. В такой ситуации водитель мог не заметить лазутчика, пробравшегося в его гараж.
– Спасибо тебе, дружище, за проделанную работу. Но в этой истории что-то не складывается. Откуда преступник мог знать о том, что Никита зайдет в гараж?
– Установление обстоятельств совершения преступления – прерогатива дознания или следствия. Моя работа заключалась в том, чтобы при помощи специальных приборов рассмотреть то, что происходило в ночное время. И, кстати, я сделал стоп-кадр, на котором запечатлен наш налетчик.
– Ну ты голова, Серега! Показывай плод трудов твоих праведных!
Криминалист Сосновский был явно доволен своей работой. На сделанном им фото была запечатлена фигура в черной широкой куртке. Под капюшоном трудно было разглядеть лицо злоумышленника, тайком пробирающегося в чужой гараж. «На этой фотографии я вижу молодого человека, который отличается ловкостью, дерзостью и отличной реакцией, – констатировал Михаил Владимирович, – Могу предположить, что этот наглец имеет неплохую физическую подготовку и хорошую легенду на тот случай, если его застукают до того, как он приступит к осуществлению своего преступного плана. Ответь мне, дружище, на один очень важный вопрос: каким ростом может обладать человек, огревший по голове моего сына?»
Немного подумав, криминалист Сосновский выдал свой вердикт. «Ввиду того, что удар металлическим предметом с твердой ограниченной поверхностью пришелся по касательной, я затрудняюсь дать точный ответ, – признался Сергей Степанович, – К тому же мне не известно, в каком положении находился потерпевший в тот момент, когда ему был нанес удар по голове. Вот если бы я мог поговорить с Никитой и задать ему несколько вопросов… Это помогло бы мне более точно ответить на твой вопрос».
– А могла ли такой удар нанести девушка? У меня на примете имеется несколько красоток роста чуть выше среднего. Они знакомы с моим сыном, и у меня не имеется достаточных оснований для того, чтобы в чем-либо их подозревать. Однако я уверен в том, что начало всей этой мутной истории следует искать на праздновании дня рождения Ирины Климовой.
– Если мы ищем девушку, то помимо высокого роста, она должна иметь сильную руку и твердый характер.
– Всё так, как я и предполагал. Кажется, я начинаю терять уверенность в своих силах. Я не знаю, что мне делать с моими предположениями. Я не могу обратиться к давним знакомым моего сына с вопросами о их алиби на момент совершения каждого из четырех преступлений. Я говорю о Ирине Климовой и Алине Петровской. Я знаю этих девчушек и не могу сказать о них ничего дурного. А вот третья подруга вызывает у меня очень много вопросов. Екатерина Лосева появилась в окружении Ирочки Климовой совсем недавно. Она приехала в Новосибирск из другого региона. Здесь она живет с мамой в небольшом, но добротном доме. Судя по имеющимся у меня документам, глава семейства отбыл в неизвестном направлении. Он исчез, не оставив никаких следов. О том, помогает ли он дочери Екатерине, я пока не знаю, но обязательно это выясню.
– Ты, мой друг, задаешь правильные вопросы. Но какое отношение к нашим делам имеет биография Екатерины Лосевой и место жительства её отца? В данный период времени на тебя навалилось слишком много дел. Из всей массы неразрешенных вопросов нам следует выделить наиболее важные и актуальные. Так чем же тебя заинтересовала Екатерина Лосева?
– Только тем, что такой гражданки в действительности не существует. Она погибла два года назад. Но теперь выясняется, что она жива и здорова. Девушка живет с матерью в их новом доме и, кажется, вполне довольны своей жизнью.
– Вот так история! Она напоминает мне триллер с плохо продуманным сюжетом. Здесь не хватает только агентов иностранных разведок, которые охотятся за убойной информацией.
– Хорошо, что вопрос о шпионах ты поднял первым. Откровенно говоря, я всё никак не решался довести до тебя свою рабочую версию.
– В твоей версии присутствуют шпионы? И ты не шутишь? А есть ли у тебя предположения относительно того, для чего вражеским лазутчикам понадобились гаджеты Ирины и Никиты?
– Ты меня опять удивил, дружище. Дело в том, что я всерьез рассматриваю версию о том, что на праздничном вечере в ресторане Ирина и Никита стали невольными свидетелями события, которое должно остаться в тайне. Злоумышленник уверен в том, что рано или поздно молодые люди раскроют его тайну.
– А телефоны и ноутбуки этому супостату нужны для того, чтобы убедиться в том, что ребята не сфотографировали его в процессе совершения чего-то противозаконного?
– Вот ты и ответил, мой друг, на все свои вопросы. Я думаю, что всё было именно так, как ты предполагаешь. Получается, что моя версия не так уж и безнадежна!
С недавних пор сотрудник уголовного розыска Михаил Смирнов начал замечать за собой слежку. За шесть лет работы в полиции отважный полицейский приобрел немалый опыт негласной, скрытой от чужих глаз работы. Он умел вести «объект» таким образом, чтобы тот не замечал постоянного присутствия постороннего человека. Дерзкий преследователь, который вел опытного сотрудника уголовного розыска, явно знал азы оперативно-розыскной деятельности. Именно это помогло незнакомцу ни разу не попасть майору на глаза. Однако оперативник, длительное время занимающийся данным видом деятельности, приобрел качество, которое сам он называл повышенной чувствительностью к надвигающейся опасности. Именно это качество помогло Михаилу Владимировичу практически сразу уловить интерес, с которым дерзкий незнакомец наблюдал за ним из своего укрытия. «Что за ерунда такая?! – возмутился сотрудник полиции, вновь ощутив на себе пытливый взгляд чужих глаз, – Кажется кто-то решил взять под контроль мое расследование. Знать бы только, о каком конкретно деле идет речь. На данный момент сотрудники моего отдела ведут несколько серьезных расследований. Но почему мне кажется, что интерес дерзкого незнакомца вызвала моя деятельность по делу, которое я считаю личным?»
У Михаила Владимировича возникло неприятное чувство, будто он решил примерить на себя чужую роль. В один момент из опытного охотника он превратился в сбитую с толку дичь. Для того, чтобы установить личность наглеца, вознамерившегося проследить за сотрудником полиции, майор Смирнов решил воспользоваться помощью своих коллег. «Попрошу походить за мной нашего самого способного топтуна. Серега Лисицын непременно вычислит наглеца, который буравит мою спину своими гадкими глазками! Этот проходимец будет красться за мной, а Серега за ним. Нужно только правильно выбрать момент, с которого наш сотрудник начнет повторять мой маршрут. В противном случае Сергей рискует столкнуться с моим преследователем. А этого мы допустить не можем. Преступник ни за что не сознается в том, что следил за полицейским. Глядя на нас честными глазами, он будет утверждать, будто мы схватили его за руку по недоразумению», – рассудил Михаил Владимирович.
Секретную операцию по изобличению своего преследователя сотрудник уголовного розыска назначил на вечер текущего дня. Затеряться среди прохожих проще всего в то время, когда на улицах города особенно многолюдно. Выбрав подходящий момент, майор Смирнов вышел из отдела полиции и бодро зашагал в сторону своего дома. В отличии от многих своих коллег, Михаил Владимирович проживал недалеко, а точнее в двух кварталах, от места работы. Для того, чтобы не спугнуть увязавшегося за ним незнакомца, сотрудник уголовного розыска старался не оглядываться назад и не озираться по сторонам. «Сергей, ты меня видишь? Прием, – периодически проверялся Михаил Смирнов, – Старайся держаться от меня как можно дальше, потому что мы понятия не имеем о том, кто именно установил за мной слежку!» «Прием. Я вас, товарищ майор, вижу и слышу. Близко не подхожу. Ничего подозрительного не вижу», – отозвался старший лейтенант Лисицын. Прошло еще несколько минут, которые никак не повлияли на оперативную обстановку. Подходя к подъезду своего дома, Майор Смирнов в очередной раз связался с напарником. «Серега, ты где? Ты его видел? Ничего необычного не заметил?» – вопрошал сотрудник уголовного розыска. «Я вас веду, товарищ майор. Один. Похоже, что вы никому кроме меня не нужны!» – сообщил Сергей.
– Как это не нужен? Странно. Может, ты его спугнул? Видимо мой преследователь имеет неплохую специальную подготовку. Он тебя заметил и ушел с маршрута.
– Если его кто и спугнул, то точно не я! Вы на меня не обижайтесь, товарищ майор, но самым подозрительным из всех, кого я встретил на маршруте, были вы.
– Как так? Почему? Что ты имеешь ввиду? По-моему, я вел себя, как всегда.
– Вы ни разу не оглянулись назад. Смотрите себе под ноги и словно бы ничего вокруг себя не замечаете. Обычно вы ведете себя совсем по-другому.
– Правда? А как я себя обычно веду?
– Как нормальный человек, который иногда обращает внимание на проходящих мимо него людей или на витрины магазинов.
– Плохо. Это я про себя. А ты, Серега, прав. Может мне стоит погулять по магазинам? Постараюсь вести себя более естественно. Возможно мой преследователь утратит бдительность и как-нибудь себя проявит.
– Боюсь, что в ваших прогулках по магазинам уже не будет никакого смысла. Если преследователь и был, то сегодня он вряд ли уже появится. Скорее всего он уже отдыхает.
– Что значит «если был»? По-твоему, я похож на параноика? Иди домой, Лисицин! Все равно от тебя сегодня нет никакого толка!
В этот момент Михаил Владимирович вошел в свой подъезд и начал подниматься по лестнице. Критические высказывания младшего по званию сотрудника возмутили заместителя начальника отдела уголовного розыска настолько, что он забыл об объявленной им же операции. Майор Смирнов собрался было отчитать подчиненного за то, что среди обычных прохожих он не сумел распознать матерого преступника, однако осуществить задуманное ему помешало неожиданное происшествие.
Где-то выше, предположительно на лестничной площадке третьего этажа, раздался глухой звук удара чем-то тяжелым и легкие шаги человека, покидающего место преступления. «Серега! Ты еще здесь? Срочно поднимайся ко мне!» – скомандовал майор Смирнов, ускоряя шаг. Не прошло и минуты, как он уже стоял у тела не очень молодого мужчины, лежащего на лестничном пролете между вторым и третьим этажами. Рядом с незнакомцем Михаил увидел предмет, напоминающий хирургический скальпель. Раненый мужчина находился в бессознательном состоянии, но он точно был жив. «Звони в скорую, Серега, а я сейчас вызову наших!» – крикнул Михаил Владимирович вовремя подоспевшему подчиненному. «Что за жесть? – пробормотал Сергей, набирая номер станции скорой медицинской помощи, – Это тип, который за вами следил?» Разговаривая с оператором, старший лейтенант удивленно разглядывал тело лежащего на полу незнакомца. «А это что? Скальпель? На этом предмете нет следов крови. Получается, что вашего преследователя кто-то вырубил, не причинив ему никакого вреда? И кто это так приложил нашего шпиона? Кажется, он начинает приходить в себя. Надену-ка я на него наручники! А ведь я был уверен в том, что сегодня они мне уже не пригодятся. А тут вон какие дела! А что, если лежащий на полу человек, вовсе не ваш преследователь, а совсем другой человек? Что-то я уже перестал что-либо понимать. Может мне остаться сегодня у вас, товарищ майор?» – озадачился Сергей Лисицын. «Не беспокойся за меня, я справлюсь, – заверил подчиненного Михаил Владимирович, – Боюсь, что ночевать мы с тобой сегодня будем в отделе. Нужно будет пробить по базам пальчики этого странного субъекта. Судя по ботинкам этого типа, следил за мной не он. В такой дорогой, но не удобной для быстрой ходьбы обуви, далеко не убежишь. Странная получается история!»
Во дворе дома послышался вой полицейской сирены. Практически сразу подъехала машина скорой помощи. К этому времени таинственный незнакомец окончательно пришел в себя и пытался осознать происходящее. Глядя на металлические наручники, надежно сковывающие его запястья, злоумышленник понял, что арестован. Вначале странный злоумышленник попытался изобразить непонимание и даже возмущение якобы незаконными действиями полицейских. Однако этот маневр был оставлен стражами порядка без внимания. «Это ваш инструмент? – поинтересовался у задержанного майор Смирнов, – Я вижу на ваших руках плотные хлопчатобумажные перчатки. Для чего они вам?» «А вам какое дело? Может, у меня руки мерзнут?» – ответил дерзкий незнакомец. «Назовите ваши паспортные данные, гражданин!» – потребовал старший лейтенант Лисицын. Задержанный недовольно хмыкнул и уставился в окно. Всем своим видом он пытался показать то, что не собирается сотрудничать с сотрудниками полиции. По пути к полицейскому автомобилю угрюмый незнакомец не проронил ни единого слова. Однако в его взгляде майор Смирнов увидел одновременно и страх, и удивление, и разочарование. «Что всё это значит? – задался вопросом Михаил Владимирович, – Наш задержанный явно кого-то боится. Он не выполнил задание и теперь трясется за свою шкуру? Кого этот мерзавец поджидал возле моей квартиры? Хорошо, если меня. Но что, если он пришел для того, чтобы забрать жизнь моего сына? Сегодня же отправлю Никиту к бабушке в Рязань!»
Майор Смирнов рассчитывал на то, что по отпечаткам пальцев задержанного, сотрудникам полиции удастся установить его личность. Незнакомец в дорогих кожаных ботинках не производил впечатления человека, который оказался в гуще события по какому-то странному недоразумению. Всё совсем наоборот. Этот человек явился в Новосибирск для выполнения какой-то очень важной миссии. При этом он не был обычным убийцей. Михаил Владимирович сам не заметил того, как начал называть задержанного агентом 007. «Кажется, дело начинает приобретать неожиданный и совершенно непонятный характер, – отметил для себя майор Смирнов, – Не пришлось бы связываться с Интерполом!»
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.