Сказать, что я была в ужасе, а мама в ярости, ничего не сказать. Нас держали в участке до самого утра и разбирались, как же поступить со мной.
Все обвинения я отрицала, сославшись на обычный ночной побег из дома в свое сокровенное место детства. Мама протестовала каждому слову полицейского, если чувствовала какие-либо намеки или вопросы с подвохом.
Того незнакомца они не поймали. Он убежал еще до того, как федеральная служба провела мое задержание, и так как и деньги и наркотики остались при нем, оснований для моего дальнейшего задержания не было. Единственную претензию, которую они смогли нам предъявить, так это прогулка несовершеннолетней после комендантского часа.
Думаю, мое скорое освобождение было обязано маме. Она, не переставая, защищала меня, хорошо знала свои и мои права и наконец, под утро, она добилась моей непричастности к наркотикам.
Вот только мой кошмар продолжился и дома. Мама ругала меня, наказывала всем, чем могла наказать и плакала, горькими, большими слезами.
Я молчала, не смея сказать ни слова в свое оправдание. Мое сердце разрывалось от вины и никакое наказание не могло с этим сравниться.
Когда мама без сил села на кровать и закрыла лицо руками, я не смогла удержаться. Я подскочила к ней, обнимая и прося ее прощения. Как бы я не хотела, выдавить из себя слезы у меня не получалось. Видимо, я настолько привыкла их скрывать от других, что не смогла заплакать даже в такой момент. От этого мне стало ужасно больно, и, даже, страшно.
Она плакала долго, а я обнимала ее все крепче. Я знаю, она простила меня, что не могла сказать про саму себя, ведь горечь и недоверие теперь надолго засело в нашу семью.
Как мама и обещала, наказание не заставило себя ждать. Она забрала мой телефон, запретила телевизор, прогулки после школы и многое другое. Но я заслуживала это и без лишних слов принимала все, что мама считала нужным, для моего перевоспитания.
К сожалению, этот случай пришелся как раз на выходные. И они прошли у меня скверно, ведь единственным моим развлечением были учебные книги и генеральная уборка во всей квартире. Мама на порог не пустила даже Яна, который пришел ни свет, ни заря к нам домой в день моего освобождения.
Я слышала, как он умолял ее разрешить со мной поговорить, но она была непреклонна. По его голосу я понимала, как он переживает за меня и волнуется за деньги, которые ему было не суждено получить. Как быстро же разносятся слухи!
Когда я тихо вышла из комнаты и, посмотрев на Яна, который был вполовину выше моей мамы, покачала головой в знак своего провала, лицо друга стало серым и, попрощавшись, он ушел.
Конечно, он сразу догадался о потере товара и денег, раз меня отпустили так быстро, но его поведение говорило о том, что он до конца этому не верил. Теперь, из-за меня плохо будет и моему лучшему другу.
Понедельник тянулся очень медленно. Все одноклассники кидали на меня презрительные взгляды, но никто не набрался смелости высказать мне свое мнение в лицо. Даже Марина, которая могла болтать без умолку, вела себя тихо и не задавала лишних вопросов.
После уроков у дверей школы нас уже поджидал Ян. Наконец-то я смогу с ним объясниться и всю дорогу провожая Марину до дома, я надеялась, что с ним все в порядке, и он не сердится на меня.
Как только подруга зашла в подъезд своего дома, Ян подорвался и крепко обнял меня. От неожиданности я глухо впечаталась в его каменную грудь, но сразу же забыла о боли и обняла его в ответ.
– Как я рад, что ты в порядке. Прости меня, Ди. Не надо было мне просить тебя о таком. Из-за меня у тебя большие неприятности.
Он сжал меня крепче, проговаривая все эти слова хриплым голосом.
– Все хорошо, – поглаживая его по спине, сказала я. – Со мной ничего серьезного не произошло.
– Но…
– Да успокойся. – Я попыталась рассмеяться и нежно от него отстранилась. – Я даже рада, что тот урод убежал и с деньгами, и с наркотиками, иначе обычным штрафом я не отделалась бы.
Поймав грустный взгляд друга, я поняла, что сказала глупость и попыталась исправиться:
– Прости, сказала не подумав. Что теперь будет с тобой?
– Со мной? – Ян нахмурился. – Ну, я уже поговорил с моими людьми, объяснил им все, останется лишь вернуть им долг, в течение месяца. Если не верну, они дали мне понять, что побоями не отделаюсь.
Услышав такое, я перепугалась. Яну грозила расправа и виноватой была я.
– Господи, что же делать? Тебя же и убить могут.
– ТЕБЕ ничего не делать. Больше не лезь в это. Я сам виноват и сам придумаю, как выйти из этого дерьма. – Ян схватил меня за плечи и тихонько тряхнул. – Ты поняла? Диан?
– Да, да, – после небольшой паузы ответила ему, а сама думала лишь о том, где найти деньги.
– И сколько ты должен?
Он отпустил мои плечи и вздохнул.
– Пятьдесят тысяч.
– Сколько? Этот пакетик столько стоит?
– Нет. До этого я пару раз занимал… Короче, я сказал, не лезь в это. Иди домой, а то от матери попадет. – Он подтолкнул меня в сторону дома, а сам направился в другую. – Увидимся.
Я немного проводила его взглядом, и поспешила домой.
Зайдя в квартиру, я обнаружила чужие туфли у порога. Но не только чужие, а новые и дорогие. Кому как не тете Ире такие носить?
Я быстро разулась и побежала на кухню. За столом и вправду сидела родная сестра моей мамы. Она обернулась, и ее улыбка разогнала всю тоску этой квартиры.
Я подошла к темноволосой, невысокой и очень фигуристой женщине и когда она встала, крепко ее обняла.
– Я так рада тебя видеть, моя белокурая девочка.
– Я тоже.
Разжав объятья, мы сели за стол.
– Куда ты вляпалась на этот раз? – тетя, приподняв бровь, посмотрела на меня взглядом, который выдавал в ней требовательного и рассудительного руководителя.
– Да-а-а… – виновато протянула я. – Длинная история.
– Не такая уж и длинная. – Сердито посмотрела на меня мама и отпила горячего чая.
– Ладно, Надь, как будто ты не убегала из дома ночью, когда подростком была. – Тетя Ира усмехнулась и подмигнула мне.
– Это ты меня с собой спутала. – Мама скромно улыбнулась, не понимая, насколько я радовалась этой улыбке, которой мне так не хватало долгих три дня.
Тетя негромко рассмеялась и согласилась со словами своей сестры.
Говорили мы так еще долго, и такая непринужденная беседа позволила мне немного отвлечься от проблем и вины.
Поняв, что Ира приехала незадолго до моего прихода домой, и они с мамой еще не успели толком поговорить наедине, я поспешила уйти, сославшись на уроки.
Конечно, беспокойство о маме, а возможно, простое любопытство взяло надо мной вверх, и, спрятавшись, я начала подслушивать их разговор. Было интересно, что скажет маме ее сестра и как она сможет нам помочь.
– Значит, фабрику распустили? На базе отдыха не ходили слухи о причине такого решения.
– Да мне уже все равно, какая там у них была причина. Сейчас важно то, что я без работы. А последние деньги я отдала за штраф в полицию.
– За деньги не беспокойся. Я дам вам сколько нужно.
– Нет, Ир. Я не возьму у тебя деньги.
– Ты упрямая и гордая как наш отец. – Тетя повысила голос, потом осекла себя.
– Не сравнивай меня с ним, ты знаешь, как я не люблю его за его отношение к нам.
– Да, знаю, именно поэтому я надеюсь, что ты не станешь упрямиться и вести себя как он. Подумай о Диане. Из-за твоей гордости страдает только она. Я не смею учить тебя, как воспитывать дочь, мне не довелось стать матерью, но я вижу, что ведет себя она так и из дома сбегает, только потому, что ты закрылась от всех, и в том числе от нее из-за… смерти Никиты.
– Она ведет себя так, потому, что водится с этим бандитом Яном, – отрицая правду, заявила мама. – Все ее друзья такие.
– Надь, не вини во всем плохую компанию. – Тетя печально вздохнула, поняв, что переубедить сестру невозможно. – Давай я тебе дам работу, там платят хорошие деньги. Вам с Дианой хватит надолго, пока здесь работу не найдешь.
– Я не стану прислуживать этим богатеям, зная, что один из них может быть убийцей Никиты. – Мама замолчала и на кухне ненадолго воцарилась тишина. – Забери с собой лучше Диану.
– Что?
Ира удивилась, так же как и я. В голове пронеслись мысли о том, что мама хочет от меня ненадолго избавиться.
– Пусть она поработает у тебя. После того, что случилось, ей лучше будет побыть подальше от дома, пока та ситуация с полицией не забудется. Да и от дурного влияния друзей избавится. Может за лето поймет, что без них ей лучше. Пусть узнает, как деньги зарабатывают.
– В какой-то степени ты права. – Ира задумалась. – Туда не берут, кого попало, эта база отдыха для очень богатых и влиятельных людей, но с этим я еще могу справиться, но она несовершеннолетняя.
– Ир, ты же там начальница, работаешь давно, к тебе должны прислушиваться. Я знаю, если ты постараешься, ее возьмут неофициально.
– Начальница? – тетя усмехнулась. – Я лишь управляющая гостиницей.
– Ну, ты же говорила, что хорошо ладишь с богатеем, который построил эту базу.
– Даже не знаю. Можно конечно попробовать, но как Диана отреагирует на то, что ты хочешь сослать ее туда?
– Сослать, грубо сказано, – обиделась мама.
– Зато, верно. Хорошо. Вот тебе деньги на первое время. И не смей мне отказывать. Думаю, мне стоит самой поговорить об этом с Дианой.
В ступоре я вернулась к себе в комнату и стала обдумывать их идею. Мне жутко не хотелось никуда ехать, бросать друзей и проводить лето в работе не понятно где, и непонятно с кем.
Но другая часть меня твердило обратное. Если я заработаю деньги, то смогу помочь с долгом Яну. Это было отличное решение проблемы, и тем самым искуплю свою вину перед ним, да и если я сделаю, что хочет мама, искупление будет и перед ней.
Я долго думала, перебарывая страх неизвестности, взвешивая все за и против, и наконец, решила поехать.
Эта учебная неделя была последней и шесть дней мне хватит настроить себя на работу, попрощаться с друзьями и, с легкой душой и с надеждой исправить все свои косяки, я отправлюсь на каторгу.
Что у тети получится меня устроить, я не сомневалась, единственное, за что я переживала, так это лето одиночества мамы. Я не думаю, что навещать ее у меня получится, так как база отдыха находилось у озера, располагаемое в десяти часах от моего города. Все же, частичка меня была уверена, в том, что маме следует от меня отдохнуть. Это звучит ужасно, но другого думать я не могла, прокручивая ее слова в голове.
Вечером тетя предложила невзначай мне работу, опуская все детали разговора с мамой на кухне. Я с трудом изобразила удивление и желание заработать деньги. Второе чувство вышло у меня правдоподобнее, так как оно действительно у меня было.
На следующий день Ира уехала, а через три дня сообщила, что меня с радостью возьмут на работу, если я такая же ответственная и хорошая работница, как и она. Конечно же, ей пришлось солгать.
Последующие дни я сдавала контрольные и тайно встречалась с друзьями, как появлялась возможность.
Первому, о своем решение уехать я сообщила Яну. Его реакция была неожиданной, но в какой-то мере понятной. Он категорически был против моего отъезда, а как только узнал, причину с большей силой стал меня отговаривать.
– Ты с ума сошла? Не надо ехать туда. Я думаю твою маму еще можно переубедить.
– Она не настаивала на этом. Я сама решила заработать деньги, чтобы помочь оплатить твой долг.
– Так ты из-за этого туда едешь? – Ян растерялся, но сразу же злость вновь вернулась к нему. – Я просил не лезть в это дело. Я не возьму у тебя деньги, Ди. Ты не поедешь туда.
– Да что с тобой? – удивилась я, ведь его реакция была необычной и странной. – Почему ты ведешь себя так? Чем тебе эта база не угодила? Как будто у тебя там врагов полно.
Ян на секунду замолчал, но быстро взял себя в руки и угрюмо сказал:
– Нет у меня там врагов, я даже близко там не был. Просто довелось видеть одного богатенького сынка. Ты даже не представляешь, как он вел себя. Я не хочу, чтобы из-за какого-то урода ты плакала.
– Плакала? Ты давно видел, чтобы я плакала? – я усмехнулась, пытаясь показать себя сильнее и крепче камня, но от лучшего друга ничего скрыть нельзя.
– Нет, но видел последствия слез на твоем лице в виде опухших глаз.
– Ян, я все решила, я поеду, и буду копить для тебя деньги. Мне будут платить каждую неделю. Весь долг ими, конечно, не выплатить, но все же… у тебя нет выбора, сейчас любая копейка тебе нужна. Если не примешь мою помощь, я сама найду твоего «босса» и все отдам лично ему. Понял?
Я решительно и грозно посмотрела на него не оставляя и шанса мне противоречить.
Ян горько вздохнул и обнял меня.
– Какая же ты упрямая и глупая.
Остаток дней дома, я старалась больше проводить времени с мамой. Мы вместе готовили, ходили по магазинам и проводили вечера с разговорами на обыденные темы. Мне казалось, что потеряв работу, она, наконец-то, стала немного понимать меня, уделяя больше своего времени, чем когда либо. По ее глазам и смеху, я понимала, что ей становилось все легче, и она понемногу стала мне раскрываться.
Жаль, что такое происходит в не совсем приятное для нашей семьи время. Наконец, я осознала, что нам требовалось для сближения совсем малое – время вместе. А раньше казалось, что наша дружба это нечто недоступное и сложное. На деле все просто, стоило лишь ненадолго забыть о проблемах, чаще проводить время вместе и больше разговаривать по душам. Иногда, такие разговоры были полезнее и эффективнее всяких лекарств.
Тетя Ира приехала за мной рано утром. Вещи мы с мамой собрали еще днем ранее, и я была готова сразу выезжать.
Покидав сумки в багажник машины, я попрощалась с мамой и поехала навстречу чему-то новому.
По дороге Ира рассказала, о базе «Каменное дно». Она была построена Дроновым Алексеем Геннадьевичем, в основном для детей из высшего общества. Это место стало очень популярным, ведь там было все, что нужно для развлечений золотой молодежи. Так персонал их и называл – «золотые».
Тетя меня предостерегла, и подтвердила слова Яна, о наглости, злости и безнаказанности многих золотых. Она просила не связываться с ними, зная мой характер, ведь они сделают все, чтобы сравнять меня с землей, если им что-то не понравиться. Самое меньшее из этого могло быть мое увольнение.
Я поежилась. Увольнение? И это меньшее? На что они способны и как себя вести с ними? Загадка века.
Так же, Ира сообщила мне, что работать я буду официанткой и девочкой на подхвате в ресторане недалеко от гостиницы, где работает тетя, но меня могут послать и на яхту, и в казенно, и прочие места, где лишний человек не помешает.
Жить я буду с Ирой в одном номере на втором этаже гостиницы, что меня, несомненно, радовало.
Работая неофициально, платить мне будут намного меньше, но услышав сумму, я была шокирована. Пятнадцать тысяч и всего за семь дней. Я бы смогла оплатить долг Яна, и искупить свой провал.
Когда я обрадовалась, тетя поспешила меня опустить с небес на землю и сообщила, что половину суммы будет отправлять моей маме, с другой половиной я могла делать, что угодно. Я ни капли не расстроилась, понимая всю правильность ее решений. В конце концов, получив деньги, я сама бы так и поступила.
Обсудив важные вопросы и оставив детали на потом, я решила вздремнуть до первой остановки.
Спустя одиннадцать часов в дороге мы наконец-то прибыли на место. Остановившись у больших железных ворот, тетя протянула пропуск охраннику, и тот хмуро и сонно взмахнул рукой своему напарнику и ворота стали медленно открываться. Проехав еще немного, перед нами открылся великолепный пейзаж: холмистая местность, огромное синее озеро, блестевшая на солнце, большой пляж с беседками и деревянными белыми лежаками, маленькие домики, шикарный ресторан и, наконец, огромная гостиница.
Подъехав к входу, мы вышли из машины и нас стали приветствовать швейцары, носильщики забрали сумки с вещами, а машину тетя оставила одному приятному молодому человеку, чтобы тот отвез ее на стоянку. Все они приветливо улыбались, спрашивали как дела, и была ли дорога приятной. Попутно отвечая на их вопросы, Ира представляла своим подчиненным меня, и от такой суматохи, я могла лишь глупо улыбаться и кивать головой. Сразу сложилось впечатление гармонии между работниками и генеральным директором гостиницы. Все знали свое дело и место.
Когда один из швейцаров открыл перед нами дверь, взору предстал холл, который заставил меня любоваться им, открыв рот. Все блестело и сверкало, люстры, плитка, стекла и мебель, даже кожаные диваны отдавались блеском и роскошью. В каждом углу стояли горшки с цветами, и даже они казались идеальными.
Помещение было огромным, и наши шаги отдавались эхом. Впереди нас ожидала красивая женщина, чуть моложе Иры. Она стояла за стойкой, и я поняла, что именно она встречает гостей, регистрирует и выдает ключи. Когда мы подошли ближе, администратор широко улыбнулась и поприветствовала нас.
– Хорошо доехали, Ирина Викторовна?
– Да, Наденька, все хорошо. Как у вас тут без меня?
– О-о-о, – задорно протянула приятная женщина в черном костюме. – Все замечательно. Многие номера уже забронированы, некоторые гости заселились, все работники на месте и готовятся к открытию базы. Тьфу, тьфу, тьфу, пока никаких проблем.
– Надеюсь, их и не будет. Кстати, познакомьтесь, это моя племянница, Диана. – Ира указала ладонью на меня и широко улыбнулась.
– Здравствуйте. – Я в очередной раз за сегодня качнула головой и улыбнулась.
– Очень приятно познакомиться, тетя много о тебе рассказывала. – Надежда улыбнулась мне в ответ, а после обратилась к Ире, – не смею вас больше задерживать, Ирина Викторовна, вы только с дороги, вам следует отдохнуть.
– Я только размещу племянницу и вернусь сюда, надо многое проверить и сделать.
Я сильно удивилась выдержке тети. Она много часов вела машину, но готова сразу же взяться за свои обязанности. С одной стороны можно в ней разглядеть человека, любящего свою работу, но с другой, более печальной, сразу будет заметно, что она без мужа и детей.
Ира повернула налево и зашагала к лифту, стуча дорогими каблуками. Я попрощалась с Надеждой и поспешила за тетей. За нами так же последовали носильщики, которые терпеливо дождались окончания беседы и знакомства.
Поднявшись на второй этаж, мы вышли из лифта в коридор, и зашли в номер. Носильщики поставили сумки на пол и, попрощавшись, ушли.
Как я и ожидала, номера были с шиком и блеском, как и все остальное в здании. Номер разделялся на две комнаты. В одной была двуспальная кровать с креслом, картинами, цветами и столиком. Эта комната была больше и имела выход на балкон. Также, здесь были и комоды. На одном, ближе к кровати, находилась красивая лампа с узорами, а на втором же величаво стоял большой и плоский телевизор. Вторая комната была предназначена для меня. В ней почти все было так же как и в первой, только без телевизора.
– В таких хоромах ты одна жила? – ошарашено спросила я, не отойдя до конца от роскоши.
Тетя рассмеялась, увидев мое выражение лица, и помогла мне дотащить вещи в мою комнату.
– Нет, раньше я жила в номере поменьше, но раз нас уже двое, то и комнат нужно столько же. – Она поставила сумки у комода и вздохнула, – сколько же у тебя вещей, ужас. Тебе все равно столько не пригодиться, у тебя будет специальная одежда, из которой ты не будешь вылезать целое лето.
Я поставила свои сумки у кровати и рухнула на нее, удивившись, насколько она мягкая и пружинистая.
– Как несовершеннолетняя я все равно буду работать не полный рабочий день. Остальное время мне же нужно будет в чем-то ходить. Тем более, я же не могла взять пару вещей, зная, что тут будут отдыхать багачи. Что они подумают, когда увидят меня в одном и том же сарафане…
Тетя усмехнулась.
– А что? Буду менять вещи каждые три дня, по-разному их сочетать и никто ничего не заметит.
– А что они могут подумать, когда увидят, что ты официантка? Да такие как они после этого вообще замечать тебя не будут. И ходи в своем любимом сарафане хоть каждый день, не забывая стирать, конечно же. Не заметят, так почуют.
Ира мне подмигнула и посоветовала полежать в горячей ванной и отдохнуть, пока она будет заниматься своими гостиничными делами, но, как не странно, от волнения и увиденного усталость моя исчезла, и сменилась диким интересом осмотреть всю базу.
– Если не терпится, иди и осмотрись, пока база не открылась. На улице почти никого нет, и ты спокойно сможешь прогуляться. Твой ключ от номера я положу на комод. Не потеряй его, пожалуйста.
С этими словами тетя ушла, а я поднялась с кровати, отыскала в рюкзаке расческу и направилась в ванную комнату. Взглянув в зеркало, я не нашла в себе ничего нового, что так тщетно ищу уже давно. Помыв руки и умывшись, я расчесала волосы и поторопилась открывать для себя новые впечатления.
Выйдя из гостиницы, я поблагодарила швейцара, что так любезно открыл передо мной дверь и огляделась. Сейчас я находилась на невысоком холме и могла лицезреть базу во всей красе: дороги, тропинки из каменной плитки, красивые фонари и ухоженные клумбы с деревьями. Все здесь казалось чересчур идеальным.
Как Ира и говорила, здание, похожее на ресторан находилось совсем не далеко от гостиницы. С него я и решила начать свою экскурсию, ведь теперь оно станет мне вторым домом.
Я спустилась по дорожке вниз и оказалась перед входом ресторана «Katrina». Он был большим и очень красивым, вокруг было полно небольших композиций из цветов, декоративных кустов и деревьев. Дорожка разветвлялась в стороны и вела за здание. Пройдя по одной из них, я обнаружила белую беседку. Она была высокая и шестигранная. Деревянные опоры были гладкими и цилиндрическими, они соединялись невысокими стенками, которые были полностью покрыты вьющимся растением. На каждую стенку приходилась лавочка, такого же белого цвета, располагаемые не далеко друг от друга. Вокруг беседки росли деревья, и красивые кустарники с необычными по цвету и форме листиками.
От беседки вела вниз дорожка к другой, чуть шире, которая приводила меня к отдельно стоящим домиком, видимо, служившие для отдыха на природе. Рядом с каждым из них стояли мангалы, урны и столики со скамейками.
Я прошла мимо и оказалась рядом с пляжем. Вода тянулась до горизонта, сливаясь с заходящим солнцем. Я сняла кроссовки и носки, взяла их в руки и вступила на почти остывший мягкий песок.
Загребая пальцами ног желтые крупинки, я стояла и наслаждалась красотами, теплым ветром и красным закатом. По телу растеклось чувство гармонии с самой собой. В этот миг все было совершенно, и мягкие последние лучи, и легкий аромат в воздухе. Озорной ветер играл моими волосами, а тишина по-особенному раздавалось в пространстве, и растворялась в воде. Именно так выглядит внутреннее умиротворение.
– Красиво, неправда – ли?
Мягкий, тихий голос за спиной разорвал мою связь с природой. Я обернулась и увидела молодого, светловолосого парня. Он был красив и высок, стильно одет и модно подстрижен. Его голубые глаза сверкали из под полуопущенных век и цепляли за душу. Он величаво возвышался надо мной с гордо поднятой головой. Не было сомнений, что это сынок какого-нибудь богатого магната.
Молодой человек приподнял свои идеальные брови, в знак того, что пауза затянулась, и он продолжает ждать ответа. Я проморгалась и поняла, что в мгновение забыла весь свой словарный запас.
– Эм.… Да.
Парень улыбнулся, заворожив меня полностью.
– Как тебя зовут создание белокурое?
Я покраснела.
– Д-диана.… А тебя?
– Меня зовут Виктор. – Он вдохнул полной грудью, посмотрев куда-то вдаль, и медленно выдохнул. – Сегодня хорошая погода. Не составишь мне компанию? Хочу прогуляться вдоль берега.
В ответ я лишь утвердительно замахала головой. Он, как и я, снял обувь и пошел к воде. Я последовала за ним.
Вступив в воду, он подождал меня, и мы неспешно пошли, оставляя за собой песочные следы.
Почему же мне так страшно и неловко? Разве до этого я не встречала красивых парней? Конечно, встречала, и Ян был одним из них, хоть и не носил таких стильных и дорогих вещей как Виктор, и не стригся как модель с обложки журналов.
Так вот, что заставляет меня нервничать? Виктор был первым богатым человеком, которого я встретила. Он говорит по иному, выглядит по иному, даже стоит и ходит как-то особенно, но все же, он остается таким же человеком, как и я, хоть и разделяет нас толстый кошелек.
Я собрала себя в руки, и разогнала в голове слова Яна и тети, о неприятном поведении золотых.
– Я тебя раньше не видел здесь. Впервые у нас? – Виктор не спеша взглянул на меня, а после отвел взгляд вперед.
– Да… – Я задумалась, стоит ли говорить о том, что я обычная официантка, которая в скором времени будет обслуживать его. – Я племянница Ирины Викторовны… Эм… Директора гостиницы.
– Ох, правда? – парень радостно удивился. – Она говорила о тебе.
Я нахмурилась. Неужели она рассказывает каждому золотому обо мне? И тут я забеспокоилась.
– И что же она говорила обо мне?
– Не волнуйся, – он усмехнулся. – Только хорошее. Сказала, будешь работать в ресторане и чтобы мы не обижали тебя. А то, не сносить нам головы.
– Разве, постояльцам не все равно, что говорит обычный служащий? – подозрительно спросила я и с нетерпением ждала, что он ответит.
Но парень остановился и удивленно посмотрел на меня своими яркими глазами.
– Постояльцам? – он задумался, а после вскинул руками. – А-а-а. Ты подумала, что я «богатенький Ричи»? Ну что ты? Я обычный смертный, а точнее бармен в ресторане. Деньгами, конечно, не сорю, но похвастаться есть возможность. Я умелый бармен, и если захочешь, я угощу тебя своими наивкуснейшими коктейлями. Благо, работать мы теперь будем вместе, чему, не скрою, я даже очень рад.
Он подмигнул мне и одарил, все той же милой улыбкой, от которой переворачивалось все внутри. Теперь все встало на свои места, и не скрою, таким поворотом событий я была рада больше. С этого момента я могу считать себя почти ему равной.
Солнце уже село, а песок все не кончался. Виктор вышел из воды, и мы направились в сторону гостиницы.
– Я, наверное, уморил тебя своей болтовней? Тем более ты только приехала и, наверняка, устала в дороге. – Он сошел на траву и, отряхнув ноги от песка, надел кроссовки, а я последовала его примеру.
– Ты ни капельки не уморил меня. Но в том, что я устала в дороге, ты прав. Пора идти в номер. А тебе куда?
– У меня встреча в городе, но сейчас мне с тобой по пути. Моя машина на парковке рядом с гостиницей. Пойдем?
Я махнула головой, и мы пошли дорогой, которая вела прямо к входу самого большого здания на базе отдыха. По дороге Виктор рассказывал о рабочих буднях в ресторане, о расположении зданий и о прочих мелочах базы. Я слушала его внимательно и наслаждалась его тихим и мягким голосом. Промелькнула мысль о его таланте к пению, ведь такие голоса могут завораживать до мурашек. Если это случается, когда он говорит, что со мной будет, когда он запоет? Я сама люблю петь, в основном в душе или с друзьями, и для меня это действительно значимо. Но кто бы знал, во что обернуться мои умения в будущем.
Проститься с Виктором было тяжело. Этот парень притягивал как магнит, и я окончательно поняла, что запала.
Рассказав тете о впечатлениях и новом знакомстве, я распаковала вещи, приняла душ и легла спать.
Перед сном я прокручивала разговор с обаятельным барменом и выдумывала продолжения нашей встречи. В мечтах все было так красиво и идеально, что осознав их несбыточность, упало настроение.
Мне казалось, что говорил он со мной как-то особенно, смотрел ласково, и в душу закрался маленький шанс, небольшая надежда на его симпатию.
Так я и уснула с мыслью о нем, забыв, что с завтрашнего дня приступаю к работе.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.