Членам экспедиции не терпелось узнать секрет минерала, поэтому сразу собрались в самой большой комнате, оказавшейся бильярдной. Стульев в доме не нашлось, только тяжеленые дубовые лавки на кухне. Зрелище было немного комичное: семь человек стремясь удобнее устроиться, разместились на бильярдном столе.
"Пикник на траве – картина маслом", – хохоча, открыл заседание Антон. Рыжеволосый, улыбчивый, весь в россыпи веснушек, несмотря на свою серьезную должность, был смешлив, добр и силен не только физически. Всегда мог подставить плечо, выслушать, посочувствовать. Служил по контракту в спецназе, после серьезной травмы вышел в отставку. Сделал карьеру в корпорации, но с личной жизнью не сложилось. Не нашлась еще девушка, которая согласилась бы разделить его внимание и время с многочисленными друзьями и приятелями.
Когда все устроились, Геня многозначительно обвел всех взглядом, требуя тишины. Настал его звездный час. Повествование о том, как он нашел минерал.
Геня с группой туристов поднимался на вершину горы Алтын-Ту. На привале он отошел от товарищей по мелкой надобности и неожиданно провалился под землю. Очнулся, огляделся. Мутный свет пробивался сквозь пролом и освещал небольшую пещеру. В боковой стене виднелась большая расщелина. Сначала Геня отчаянно кричал, звал на помощь. Пытался выкарабкаться наружу, но безрезультатно. Отчаявшись, он решил посмотреть, куда ведет расщелина. Подошел, просунул голову и обалдел. Странное, будто звездное свечение, лилось из глубины. К его удивлению, трещина расширялась, превращаясь в достаточно большой проход. И тут его любопытство одолело или накрыла жажда стать первооткрывателем, но Геня втянул живот и протиснулся в расщелину.
Немного помучившись, он попал в следующую пещеру. Посредине ее, вокруг огромного валуна, были рассыпаны светящиеся камни. Геня, используя осколки гранитной породы, приложил немало усилий, чтобы оторвать один. Потом он сообразил, что минералы не лежали, а росли из камня. "Похоже на грибницу опят", – ассоциация с едой, разожгла в Гене аппетит, заставила протянуть руку к карману куртки. Там в контейнере лежали бутерброды. Ломтики хлеба вперемежку с кусочками колбасы и сыра, показались Гене "манной небесной". Медленно пережевывая, как учила мама, он заглушил тревогу, вернее привычно ее заел. Геня успокоился, затолкнул минерал в пищевой контейнер и положил в карман куртки.
Где-то в глубине пещеры капала с потолка вода. Перезвон капели, усиленный эхом, походил на мелодию колыбельной. Ужасно захотелось спать. Геня свернулся калачиком, несмотря на холод и камни, впивающиеся в тело, задремал. Очнулся он от того, что его трясли за плечо, и женский голос раздраженно выговаривал: "Ишь, разлегся тут! А его мама дома ждет! Смерти моей хочешь?" Геня испуганно подскочил и бросился к выходу. Откуда только силы взялись? Маму он уважал, но и боялся больше всех на свете. Ее тяжелая рука не раз наставляла на путь истинный, а тут еще и жизнь спасла.
Геня, хоть и с трудом, но смог выбраться из пещеры самостоятельно. Рассерженный, грязный, трясущийся от пережитого, с упреками набросился на товарищей. Они с удивлением смотрели на него и утверждали, что не слышали его криков, и отсутствовал он всего пару минут. Геня промолчал о подробностях происшествия. Испугался, что над ним будут смеяться, отпуская шуточки насчет фантазий маменькиного сыночка. Решил все обдумать и посоветоваться с мамой. Если его не обманули, то получается, что в пещере время движется быстрее? Или он смог вернуться в прошлое?
О минерале Геня забыл до тех пор, пока по приезду домой не произошло странное событие. Он открыл входную дверь в квартиру и увидел отца, который зашел в туалет. В коридор вышла мама, обрадовалась, начала тискать в объятиях, приговаривая: "Как жаль, что отец утром улетел в Москву на конференцию. Он очень хотел встретиться с тобой". Слова матери полоснули, выпустили страх предчувствия. У Гени екнуло сердце, начали подкашиваться ноги. Он смог только ткнуть пальцем в сторону туалета. Мать подумала, что ему надо срочно туда, распахнула дверь. Там никого не было!
Геня затрясся и зарыдал на плече любимой мамочки, рассказывая о своем приключении. Женщина решительно потребовала предъявить неизученный экспонат. И тут они увидели, те странные изменения, которые происходили с минералом. Благо мама была химиком, и даже дома имела все необходимое для работы. Минерал был спрятан в надежный контейнер, защищающий его от непривычной внешней среды. На семейном совете решили, что это находка – шанс для Гени сделать карьеру, и возможно стать Нобелевским лауреатом. Геня полетел в Москву, навстречу счастливой судьбе и блестящим перспективам. Только липкая тревога, напавшая в квартире, не отпускала. Вцепилась острыми коготками, поселилась в подсознании. Только Геня об этом молчал. Он привык скрывать свои страхи.
После рассказа повисла небольшая пауза, потом все загалдели, высказывая разные теории и предположения. Всем захотелось увидеть то, из-за чего здесь собрались. Тим подумал, что ничего страшного не случится, если они сейчас достанут минерал из специального хранилища. Даже если он еще "подтает", скоро у них будет много таких камней. Было интересно, что произойдет, при приближении минерала к своему месту рождения. Взволнованный Геня, предчувствуя минуты своего величия, торжественно поставил заветный контейнер на стол, открыл и положил минерал на бильярдный стол. Бархатистая зелень сукна стола оттенила блеск камня, придавая сказочное очарование. Внезапно поверхность минерала стала стремительно "таять". Буквально за секунду он уменьшился вдвое. Все засуетились. Закричали Гене, чтобы он быстрее спрятал камень в хранилище. Потом долго молчали, обдумывая увиденное.
– Я уверен, стремительное уменьшение минерала произошло из-за того, что нас много. Есть теория, что у каждого человека время течет в индивидуальном режиме. Мы все слишком близко стояли к камню. Поэтому часть своей энергии он потратил на синхронизацию наших внутренних часов, если так можно сказать, – заговорил Кирилл, но остановился, задумался, почесывая нос. "Видимо активирует свой нюх", – Тим с трудом сдерживал смех. Всем было известно, что Кирилл обладает даром предвидения, вернее, умеет следовать своей хорошо развитой интуиции. В центре, шутя, называли его "нюхачом", утверждая, что он выслеживает удачу, активируя почёсываниями свое обоняние.
– Я так, понимаю, что других теорий пока нет, поэтому предлагаю пойти в Национальный музей, – Тим обвел взглядом сотоварищей, – принимаю ваше молчание за знак согласия.
– Я уже был там. Не пойду, хочу отдохнуть, – расстроенный Геня не скрывал своих эмоций. Нобелевская премия грозила растаять, так же как минерал. Слишком много факторов риска возникло при изучении загадочного камня. А ведь надо было найти ему применение!
– Не грусти, – Кирилл уловил настроение изобретателя, – больше двух не будем у камня собираться.
Мужчины засмеялись. Громко и радостно, как бывает только в молодости. Когда твердо знаешь, что нет ничего не возможного. Веришь – впереди необъятная жизнь.
(глава четвертая)
У входа в музей Тим заметил двух старушек. Они выделялись странной одеждой, необычной смесью национального костюма и современной моды – поверх обычной одежды были надеты длинные халаты, украшенные узорами. Одна – маленького роста, полная, щеголяла в шапочке, расшитой бисером и нитями из жемчуга, которые свисали с головного убора, почти скрывая лицо пожилой женщины. Вторая старушка была повыше, а ее голову покрывал яркий платок, завязанный сзади.
Около музея компанию Тима встретил гид и сразу повел к экспозиции минералов. Старушки увязались за ними, причем так громко разговаривали, как будто были глуховаты, или пытались привлечь к себе внимание.
– Ты знаешь, несмотря на все предсказания, они не хотят отпустить ее к предкам, – ворчала старушка маленького роста. Она так странно семенила, что казалось – катиться колобок.
– Да, да! Ждут кары! Скоро, скоро проснется дух гор, и не найдя суженную начнет сотрясать свои владения, – воздев руки вверх, словно собираясь взлететь, басила высокая старушка. Было странно и немного комично наблюдать за их движениями, и непонятно откуда столько прыти и силы взяли эти пожилые женщины, пять минут назад казавшиеся божьими одуванчиками.
– О чем это они? – спросил Тим у экскурсовода.
– Считают себя хранителями тайны Алтайской принцессы, – недовольно поморщился тот, – хотя давно уже доказано, что найденная мумия была европеоидной расы. Значит, никакого отношения к местным жителям не имеет. И все равно шаманы утверждают, что она – прародительница народов Алтая Ак-Кыдын. Они называют ее – честная и добрая Хатун. Верят, что она Хранительница покоя и защищает ворота в подземный мир, не допуская проникновения зла из низших миров. Старухи, похоже, приняли вас за важных гостей из Москвы. Вот и устроили представление.
– Да, я что-то слышал про нее, – заинтересовался Тим, – говорят, ей отведен целый зал в вашем музее?
– Похоже, бабули не оставят нас в покое, – рассерженный гид с тревогой наблюдал за престарелыми женщинами, выписывающими странные пируэты возле них, – устроили, понимаешь тут, ритуальные танцы. И не выгнать. Пенсионерам вход бесплатный. Вызвать охрану? Неудобно, вроде не хулиганят сильно. Да и возраст требует уважения. Кто знает, что я буду в такие годы вытворять. Пойдемте уже в зал этой принцессы, может там угомонятся, общественницы наши.
В таком экзотическом сопровождении под монотонный рассказ экскурсовода пошли в самый загадочный зал музея.
– Плато Укок считают местом перехода в другой мир. В 1993 году археологи исследовали там курган, который был давно разграблен и наполовину разрушен. Они не надеялись на сенсационные находки, просто обычная экспедиция. Раскопали верхнюю часть кургана, нашли разграбленное захоронение кочевого воина кара-кобинца. Неожиданно под ним, на глубине наткнулись на ледяную глыбу. Ее растопили по специальной методике, обнаружили внутри шесть лошадей с седлами и сбруей и деревянную колоду. Эта колода напоминала саркофаг, внутри которого лежала мумия женщины, лет двадцати пяти. Мне рассказал участник тех раскопок, тогда еще студент-историк, что изумлению всех членов экспедиции не было предела. До этой находки считали, что таким способом мумифицируют только в южных странах. В Египте, например. А тут такое у нас! Скорее всего, она пролежала под землей три или две с половиной тысяч лет, и была рождена в скифском племени, – выдав информацию, гид замолчал. Может, ожидал услышать слова восторга от приезжих? Или хотел, чтобы они оценили грандиозность открытия.
– Одежда мумии, в том числе шелковая китайская рубашка, парик из конского волоса, татуировки указывали на то, что она была из знатного рода. Обладала тайными знаниями, возможно, была целительницей или ворожеей. В прессе мумию стали называть "Принцессой Укока" или "Алтайской принцессой". Ее отвезли для дальнейших исследований в Новосибирск. Шаманы же объявили: им давно известно о захоронении. Испокон веков от предков они знают тайное пророчество. Нельзя тревожить покой прародительницы, иначе беды ждут Алтайский край и весь мир. С тех пор идет противостояние. В 1998 году Курултай, местный парламент, объявил Укок – зоной покоя, запретил там раскопки. Потом плато признали заповедником под эгидой ЮНЕСКО. В 2012 году принцессу вернули на Алтай. Для нее Газпром построил специальную пристройку к музею, чтобы поддерживать определенную температуру, необходимую для сохранности мумии. С 2014 года идут судебные тяжбы: Совет Старейшин республики Алтай требует захоронить принцессу в ее кургане, – завершив официальную версию, гид опять замолчал. Обычно посетители выражают заинтересованность его рассказом, задают вопросы. Коллеги Тима слушали внимательно, но восторга не было. Гид не знал о том, что они слишком озабочены утренним происшествием с неизвестным минералом. Люди науки совсем не интересовались легендами, а может, не верили в мистику.
Все вместе зашли в зал Алтайской принцессы. Повисла тишина, нарушаемая лишь шумом шагов. Притихли даже старушки. Может, отчаялись привлечь внимание москвичей, но скорее всего из почтения к смерти и вечности.
– Странная конечно история. Все вроде изучили, ничего нового не найдут. Почему бы не вернуть туда, где лежала столько лет? Тем более, надо уважать традиции народа. Словно кто-то насильно хочет ее здесь удержать, – перейдя на шепот, экскурсовод продолжил, – если честно, никто из музейных работников не любит бывать в этой пристройке. Жуткие вещи случаются. То песня грустная слышится, то вздохи. Жутко бывает. А уборщицы наши вообще без подарков принцессе в зал не заходят. Если забыли, то обязательно в семье кто-нибудь заболеет в семье, или что-то случится.
– Подарки? – задумчиво протянул Тим.
– Да! Любит она цветы полевые, да и хоть травинку с улицы принеси – будет рада. Наши археологи всегда из горных экспедиций – камешек какой-нибудь, но привезут. В подсобке, где оборудование находится, уже целая коллекция. Жалко ее, принцессу нашу, – вздохнул экскурсовод, – томно ей здесь. То ли дело – лежать на просторе. Ждать нового возвращения, а тут…
– Возвращения, – машинально повторил Тим. Он уже несколько минут стоял у стены, на которой были развешаны фотографии с раскопок. На первом снимке был запечатлён курган и провал раскопа. Снимали откуда-то сверху, и, казалось, округлость кургана упирается в небесную твердь, подтверждая мысль, что покой дарит только небо. Дальше шли фотографии сруба-усыпальницы, внутри которого нашли колоду – склеп из лиственницы. Боковины колоды были украшены фигурками оленей, являющимися перевозчиками в иной мир. На следующей фотографии запечатлели мумию женщины, лежащую на боку и накрытую меховым покрывалом. На других снимках были отдельно сфотографированы украшения жрицы и ее одежда: деревянная гривна, с прикрепленными подвесками – фигурками барсов, защитников от злых духов, бронзовое зеркальце, серьги, сосуды. Необычно было то, что деревянные украшения были покрыты сверху золотой фольгой. Рассматривая пятую фотографию с многочисленными татуировками, Тим почувствовал головокружение и тошноту. У него появилось чувство, как будто он ворвался в дом, и пока хозяйка спит, бесстыдно разглядывает ее и попутно шарит по шкафам.
– Обратите внимание! – экскурсовод захотел всех просветить, указывая на фотографии, – на левом плече Белой госпожи, иногда ее так называют местные, изображен фантастический олень с клювом грифона и рогами козерога – считается, что это сакральный алтайский символ. В старину на Руси думали, что Алтай – это Беловодье, место счастья и бессмертья. Я уверен, легенда доказывает, что древние скифы давно перекочевали отсюда в места с менее суровым климатом, но сохранили веру предков в рай на своей прародине. Николай Рерих предполагал, что Алтай связан с Шамбалой, а его последователи верили, что долина Укок – место входа в мистическую страну.
– Холодновато тут у вас, хочется на свежий воздух, поближе к солнцу, – Тим решил прервать экскурсию, избыток впечатлений утомил его.
К его удивлению Антон, словно зачарованный рассматривал фотографии, усыпальницу и явно не спешил покинуть пристройку. Видя его интерес, экскурсовод оживился, и начал объяснять какие-то подробности раскопок, условия поддержания температурного режима. В конце своей лекции сказал о том, что колоду с лежащей внутри принцессой открывают редко, берегут, но завтра день технического осмотра, и если будет возможность посетить музей, то москвичи не пожалеют о потраченном времени.
Артем и Кирилл вернулись в геологический зал, рассматривать минералы, Валерий пошел встречаться с проводником, которого им посоветовали еще в Москве, Максим исчез в неизвестном направлении. Тим стремительно пошел к выходу, его начала мучить головная боль. Очень хотелось вырваться из этого мира прошлого.
Около музея была построена зона отдыха с эргономическими деревянными лавочками. Они своими причудливыми формами напоминали диковинных зверей, столпившихся у искусственного водопада. Хрустально чистая вода, разбиваясь о валуны, насыщалась энергией солнца, переливаясь всеми цветами радуги. Журчание текущей воды успокаивало. Тимофей решил подождать друзей здесь, расположившись на скамейке. И только он сел, к нему присоединились бабули из музея, подсев с разных сторон. "Ну вот, и меня окружили, взяли в полон", – улыбнувшись, подумал мужчина.
– Добрый день, – сказал Тим, вспомнив, что на Алтае первым говорит приветствие тот, кто помоложе, подчеркивая свое почтение старших.
– Добрый! – почти одновременно сказали старушки, заулыбались, обрадовались тому, что важный московский гость относиться к ним с уважением.
– Мы хотели тебе немного рассказать про Белую госпожу, чтобы ты понял, почему нам так важно ее возвращение к месту упокоения. Нельзя нарушать связь с предками, народ без корней умирает. Душа человека всегда возвращается туда, где ей мило, только если что-то темное не держит ее в неволе. Наши предки только поселились в долине Укок, когда пришла Белая госпожа со своим племенем. Сначала предки очень испугались пришествия чужаков. Но Белая госпожа была добра к ним, лечила, предсказывая будущее, помогала выбрать лучшее место для охоты и пастбищ, отгоняла злых духов. Перед тем, как переселиться в мир духов, она оставила свои знания нашим шаманам, – начала рассказ высокая старушка.
Тим с удивлением заметил, как пожилая женщина начала меняться: она распрямилась, в глазах загорелся огонек вдохновения и гордости за свой народ. Народ, который на протяжении веков смог сохранить уважение к жрице, и защищал ее память, не смотря на то, что она была чужая им по крови. Даже в мыслях мужчина теперь не мог называть Белую госпожу – принцессой. Принцесса – это просто статус, госпожа – уважение и признание ее добрых дел.
– Ты должен знать, – продолжила другая женщина, – раньше, чтобы стать жрицей или шаманом, человек проходил тяжелый путь потерь. И когда от горя истощались его силы, к нему приходили злые духи, принося болезнь. Только в каждодневной борьбе с болью, побеждая зло внутри себя, человек мог общаться с добрыми духами и богами. И они помогали ему, открывали неизведанные дороги, показывали будущее. Чтобы вытерпеть такую боль, человек использовал вещества, притупляющие ее. В жилище жрицы сжигали семена конопли, для облегчения ее страданий.
– Да! Да. Именно так, – с жаром поддержала ее подруга, – каждая минута в борьбе. Сражаться каждое мгновение со своим внутренним демоном, чтобы помогать людям. Это не то, что нынешние экстрасенсы. Дурят людей, чтобы набить карманы деньгами.
– Белая госпожа просила положить вместе с ней небольшое зеркальце. Подарок любимого. Единственная вещь, которая осталась в память о нем. Она больше никого не полюбила, не вышла замуж, не продолжила свой род. Всю силу своей любви отдала людям. Любовь, – произнося это слово бабуля, источала свет добра, – разве мог наш народ забыть о самопожертвовании любви? Не озлобиться, проклиная всех, а подарить свою любовь миру. Самые сильные мужчины были хранителями кургана, чтобы никто не потревожил ее сон. Один навсегда закрыл ее своим телом от разрушителей гробниц. Многие искали место ее последнего упокоения в надежде заполучить артефакты. Глупцы! Они думали, что жрица управляет людьми и видит будущее только с помощью древнего знания. Но разве можно украсть любовь? Тайна Белой госпожи в ее любви к миру и людям.
Все втроем замолчали. Каждый думал о своем. Молчание нарушил подошедший к ним Антон, возбужденно рассказывая о татуировках мумии. Бабули недоуменно посмотрели на него, покачали головами, переглянулись и торопливо попрощавшись, удались. Внезапно одна, та, которая была повыше ростом, вернулась, и, обращаясь к Тимофею, сказала о том, что заинтересованность его спутника телом жрицы, может разбудить злого духа.
Вечер прошел так, как не ожидал никто. У коттеджа обнаружилось преимущество, скрытое от посторонних глаз. За домом находилась площадка из валунов, выравненная бетоном. Под большим навесом на ней стоял огромный дубовый стол с лавками. "Как для сказочных богатырей", – усмехнулся Тим. Зону для шашлыков обвивал небольшой ручей, в конце пути наполняя родниковой водой небольшой прудик. Журчание воды, пересвист птиц и прекрасный вид на округу – отрада для беглецов из городских джунглей. Падающее в закат солнце, прощаясь, залило красным золотом снежные вершины гор. Истомившись, спряталось за ними. Отражаясь в каменных глыбах, подожгло алым пламенем облака.
Ближе к вечеру пришел проводник – коренастый смуглый богатырь, со светло-русыми волосами, голубыми глазами. Азиатские черты лица намекали на смешение тюркской крови и новгородских первопроходцев, в стародавние времена пришедших за Урал. Приветствуя, раскрыл ладонь левой руки. "Саша, я боюсь, вы не запомните моего настоящего имени. Но можете звать меня просто – покоритель гор!" – засмеялся так, как будто раскаты грома обрушились на округу.
Саша принес с собой мясо филе ягненка, домашний плов и бутыль коричневатой жидкости. Подняв бутылку над головой громко, обращаясь ко всем, провозгласил: "Мой самогон, настоянный на алтайских травах, самый лучший в мире". Похоже, неуверенностью в себе он не страдал. Разве могло быть по-другому? Проводник отвечает за жизнь доверившихся ему людей.
– Алтай – край золотых гор. Есть даже легенда. Однажды Бог решил создать на земле рай, где бы царили мир и счастье. Он отправил на поиски такой земли оленя, сокола и кедр. Долго скакал олень, высоко в небеса поднимался сокол, глубоко корнями уходил кедр в почву, и встретились они в горной стране, где всем им было хорошо и вольно. Увидел это Бог, и назвал страну Алтаем. Он не поскупился на украшения для этого края – разбросал серебро рек и озер, подарил цветущие луга с лечебными травами, опоясал бескрайней зеленью лесов горы с золотыми вершинами. А еще научил Бог людей горловому пению, чтобы славили щедрость природы и изгоняли злых духов, – с любовью Александр начал свой рассказ о легендах чудесного края.
Вечер пролетел в задушевных беседах и попытках научиться горловому пению.
Ночью Тим спал плохо. Приснилась ему женщина, сидящая на кургане. Ее каменный трон покрывали звериные шкуры. Свет полной луны серебристым огнем опалял округу. Сияние было настолько сильным, что фигура женщины четко выделялась на фоне дремавших гор. Можно было разглядеть печальное выражение лица, скорбные складки, залегшие около губ. Только глаза, впитав силу луны, сверкали, как у дикого барса перед смертельной схваткой.
Женщина заговорила, и звук ее гортанного резкого голоса, полоснул по сердцу, вызывая чувство вины и жалость. Удивительно, но Тим понимал все слова, знал, что перед ним загадочная Белая госпожа. Может, потому что это был сон? Или нет?
Белая госпожа рассказала о том, что когда-то давно, ее скифское племя кочевало по плоскогорью. Однажды прилетели огненные птицы, упали на землю и превратились в сверкающие шары. Из них вышли боги и говорили с людьми племени. Они жили с ними несколько лун, лечили больных, искали что-то в горах, а потом улетели. В пещере священной горы боги оставили блестящий предмет и сказали , что в нем живет могущественный дух – Маяк. Небесные боги обещали вернуться. Они сказали, что Маяк укажет им дорогу назад. Дом духа был красивый и блестящий. Девушки приходили к нему, чтобы смотреться в его сияющую поверхность и просить у него для себя красоты. Иногда у Маяка загорался страшный кровавый глаз, и тогда резкие звуки слышали все скифы племени. Они думали, что дух требует жертв, и приносили ему мясо, молоко диких кобылиц, иногда мелкую дичь. Скоро рядом с Маяком выросли необычные камни. Люди племени приняли их за дары благодарности. Шаман взял немного загадочных камней, чтобы стать ближе к духам, лучше предсказывать будущее. Некоторые скифы заболели неизвестной болезнью, кожа на теле сходила, как от ожогов. Племя испугалось, что боги так наказывают за взятые без разрешения волшебные камни, и отнесли их назад в пещеру. Но это не помогло вернуть благосклонность богов с неба. Начались сильные ветра, иногда тряслась земля, от того что падали вершины гор. Племя ушло искать новую родину.
Тимофея, даже во сне, поразило упоминание о волшебных камнях.
– Какие камни? – не сдержавшись, спросил он Белую госпожу.
– Эти камни обладали огромной магией. Они могли возвращать ненадолго в прошлое, чтобы увидеться и попрощаться с погибшим человеком. Собственно из-за этих камней мы и вернулись, – голос женщины наполнился такой болью, что на мгновенье Тиму захотелось обнять, защитить ее. Но она была слишком далека и недосягаема, во всех смыслах.
– Племя долго не могло найти себе новую землю, – продолжила Белая госпожа, – нас отовсюду гнали из–за той неизвестной болезни, боялись, что даже соседство с нами опасно. Отец мой был вождем. Мы долго шли вдоль реки, к большому соленому озеру. Там остановились. Местные племена называли себя каспиями, занимались рыболовством и земледелием, были дружелюбны и добры к нам. Соплеменники мои стали выздоравливать. Может соленая вода помогла, но скорее всего мастерство местной знахарки, которая не боялась лечить наших больных. Знахарка Тая была одинока и заменила мне мать. Она часто брала меня в степь. Мы собирали травы. Тая рассказывала об устройстве мира, о дальних краях, о тайных знаниях. Беременную мать Таи однажды вынесло на берег озера. Она чудом выжила, родила дочь. Она лечила рыбаков, которые дали ей кров и еду. Мать умерла, оставила дочери в наследство искусство врачевания. Таю никто не хотел брать в жены. Ее уважали, но боялись, что бог соленого озера вернётся за своей жертвой. Каспии верили, что боги мстят тем, кто пошел против их воли, кто посмел уйти от гнева бездны.
Во сне рассказ сливался с видениями. Из глубины времени всплывали воспоминания жрицы и отражались в поверхности волшебного камня. Тим не мог отличить их от реальности. Он утонул во сне, а может – времени.
Маленькая девочка смотрит на последнее пристанище своей матери. Ей хочется лечь рядом с ней, спрятаться под меховым одеялом. Тогда холодный мрак кургана заберет не только мать, но и ее горе, разрывающее мир болью. Не выплакать, не спрятать. Убиваются женщины племени, размазывают горе и слезы по щекам. Отец с холодным отчаянием режет лезвием ножа щеки, мочки ушей – мужчины плачут кровью. Так велит обычай предков. Маленькая девочка вырывает нож у отца. Теперь шрам уродует ее нежную кожу, капли крови, падающие в землю, спрятали отчаяние. Отец и дочь смотрят друг на друга. Им хочется пойти в мир духов, чтобы проводить любимого человека в царство Солнца. Нельзя. Он – вождь, она – дочь вождя. Они не могут сдаться, подчиниться смерти. Их ждет долгий путь. Люди племени надеются и верят в их силу.
Маленькая девочка смотрит в небо. Облака уносят ее боль. Свободные они летят в сторону ее родных гор. У людей нет выбора. Нет пути назад. Впереди безбрежный степной простор. Одинокий гриф сопровождает караван кибиток. Ждет. Усталые путники смотрят только вниз, словно на земле может появиться дорога, набираясь сил – всматриваются вдаль. Что они ищут? Место пристанища и долгожданного отдыха. Жажда, жар, даже ветер – сухой, колючий. Не дает успокоения, а гонит вперед.
Повзрослевшая девушка лежит у кибитки и смотрит в небо. Она верит, что где-то там ее мама. Они всегда будут вместе, несмотря на смерть. Солнце выглянуло из облаков, ярким теплым лучом ласкает, вселяет надежду. Из сияния появляется женщина, складывает руку в жесте мольбы, призывая энергию жизни. В мире есть свет любви, которая откроет путь счастья.
– Мы встретили десятую весна в новом краю. Однажды из далекого края пришел высокий юноша с волосами цвета яркого солнца. Он был прекрасен и добр. Его полюбили все. Я верила, что это сын солнца и неба. Звала его Соколом. Гордая и смелая птица спустилась с небес ради меня. Отец разгневался, когда узнал о нашей любви. Потом его сердце смягчилось. Он вспомнил, что наше племя тоже было изгоем, и мы так же искали себе новую родину. В день высокого солнца назначили нашу свадьбу. Шаман готовился провести ритуал, соединяющий судьбы. Накануне внезапно напали на нас невиданные прежде воины. Они появились из неизвестности, и туда же исчезли, забрав моего Сокола. Кони их были огромны, доспехи сверкали, над ними развевался знак орла. Шаман уверял, что это Солнце разгневалось и забрало своего сына. Люди моего племени пытались защитить меня и Сокола. Отец был тяжело ранен, у нас осталось слишком мало воинов, чтобы преследовать неизвестных . Да и кто мы такие, чтобы перечить воле всевластных богов. Я так никогда больше и не увидела моего желанного.
Белая госпожа замолчала, пытаясь скрыть слезы страдания. Потеря любимых – незаживающая рана в сердце. Время не приносит забвения, только может дать сил, жить дальше. Неожиданно она встряхнула волосами, словно пытаясь хоть на мгновение избавиться от ужаса прошлого.
– А как зовут твоего воина с огненными волосами? Он так похож на моего Сокола, – легкая тень улыбки и радостных воспоминаний скользнула по ее лицу.
"Женщина, всегда остается женщиной, – вздохнул Тим, – всегда в ней живет надежда на встречу с любимым. А может она просто решила, что Антон и есть ее Сокол? Нашедший ее через тысячелетья. Для любви нет границ времени".
Не дожидаясь ответа, Белая госпожа торопливо продолжила свой рассказ, как будто у нее могло не хватить сил закончить повествование.
– Племя каспиев, приютившее нас, было напугано. Они боялись возвращения грозных воинов. "Бог Солнца может наслать кару и высушить озеро, которое кормит нас. Бог зол на чужаков, посмевших сражаться с его воинами", – сказал нам шаман каспиев и велел уходить. Отец решил вернуться. Родная равнина в окружении гор охраняла время былого счастья и курганы упокоения. По дороге отец умер, нам пришлось похоронить его. Я плохо помню похороны. Тьма горя поглотило мое сознание, окутав саваном тоски. Я потеряла своих любимых мужчин. Однажды ночью на стоянке у реки вода обезумела, ворвалась на берег и унесла несколько человек. Погиб и шаман. Сменялись зимы, весны, а мы все ехали. Ненадолго устраивали стоянки, чтобы набраться сил. Мы уже не понимали: то ли возвращаемся назад, то ли – двигаемся вперед. Словно преследовал злой дух, и, пытаясь спрятаться от него, мы не могли остановиться. Мне становилось все хуже и хуже, единственным спасением были травы и семена, которыми меня снабдила Тая. Боль, поселившись во мне, ненадолго уносила меня в прошлое и будущее. Я научилась общаться с богами и духами. Указывала лучшие места для ночлегов и охоты, стала предсказывать людям судьбу. Мои видения помогли нам найти дорогу к родной долине.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.