Хотел бы я знать, зачем звезды светятся. Наверно, затем, чтобы рано или поздно каждый мог вновь отыскать свою.
Антуан де Сент-Экзюпери, Маленький принц
– Ты веришь в любовь?
– Да…
– Вездесущую любовь?
– Конечно!
– Думаешь, всё в этом мире может любить и быть любимым?
– Угу…
– И трава, и деревья, ветер, птицы, цветы?
– Бесспорно. Каждая клеточка этой вселенной создана с любовью и для любви!
– А звёзды? Звёзды могут любить?
– Хм… Надеюсь, что могут. Хотя у этой любви так много преград. Слишком далеки звезды друг от друга.
Когда я была совсем маленькой, то больше всего на свете любила сидеть у папы на коленях и смотреть на звёздное небо. Мой отец был не слишком разговорчив, поэтому мы чаще всего наслаждаясь моментом в тишине. Лишь в те редкие мгновения, когда в моей душе возникал невыносимо щекотливый вопрос, я осмеливалась нарушить молчание. Папа отвечал очень коротко, но я всё понимала.
Мое детство пролетело в сказочном дачном домике, который построил отец для большой семьи. У нас был огромный сад и несколько деревянных качелей. Помню, я очень любила кататься в такт с нежным ветром, поднимаясь всё выше и выше. Так хотелось дотронуться к белоснежно-воздушным облакам, парящим близко, и в то же время далеко.
Бабушка и дедушка жили вместе с нами. Они присматривали за мной, когда родители уезжали в город. Своего отца я видела редко, он мог целыми месяцами не появляться, пропадая в своих бесконечных командировках. Я любила его больше жизни. Всегда с нетерпением ждала с долгих путешествий, и каждый день расспрашивала родных о нем. Истории о папе были для меня словно самая захватывающая сказка в мире. Когда он приезжал, я со всех ног бежала к нему на встречу, запрыгивала на шею и радо зацеловывала его небритые щеки, а он так искренне смеялся, нежно гладя мои волосы. Отец редко рассказывал о том, где был и что делал. Он просто улыбался, а я улыбалась ему в ответ, и чувствовала настоящее счастье.
Мне безумно нравилось лето, а вот зиму я, мягко говоря, недолюбливала. В холодные дни мне не разрешали даже «сунуть свой нос» на улицу. Все свое время я проводила в доме, воображая себя принцессой, заточенной в замке. Я играла с куклами, помогала бабушке готовить. По вечерам сидела возле камина с толстой, красочной книгой и перечитывала сказки Андерсена. В каждого героя я влюблялась по уши, будь-то человек или зверёк, птица или ангел. Мне часто снились эти сказки. Цветные и захватывающие. Как жаль, что эти сны быстро забываются.
Много времени мы проводили вместе с бабушкой. Из-за плохого зрения она не могла подолгу читать мне. Каждый раз, когда на ее изящном лице появлялись толстые очки, я ахала от ужаса и просила ее включить музыкальный проигрыватель, ведь мне казалось, что ее нос вот-вот сломается от тяжести громадной оправы.
Я любила ложиться на пушистую шкуру овцы и слушать с упоением старый проигрыватель. Он так забавно потрескивал, и в этом звуке была особенная грация. В нашей домашней коллекции накопилось всего десять пластинок, и каждую из них я прослушала, наверное, по сто раз.
Сладкая идиллия наступала под вечер, когда случалось так, что все собирались дома – и папа, и мама, и бабушка с дедушкой. Самыми лучшими воспоминаниями я считаю те, когда мы все вместе садились за огромный дубовый стол, зажигали свечу и ужинали, общаясь о разных интересных вещах. Ах, как же я любила слушать взрослые разговоры. Для меня это занятие было гораздо увлекательней, чем что-либо другое. Я обожала бабушкины истории о детстве моей мамы и от души смеялась, когда узнавала новые подробности о невинных детских шалостях и приключениях ее дочери.
– Алина была еще той врединой. Слава Богу, твоя дочь полная противоположность, – поворачиваясь к маме, по-доброму провозглашала бабушка, и все заливались смехом. Это был невероятный звук счастья и радости, который я запомнила на всю жизнь.
Действительно, с мамой мы абсолютно разные. Она – брюнетка, немного пухленькая женщина, с круглой и очень доброй формой лица. У меня же всегда были светлые волосы, тонкий силуэт, губы «бантиком» и острые скулы. Но, несмотря на это несходство, мы словно плюс и минус всегда притягивались. Между нами всю жизнь царило понимание и дружба. Никогда мы не ссорились и не докучали друг другу.
Меня воспитывали бабушка и дедушка. Только сейчас, когда я далеко не девочка, понимаю, что росла в совершенно необычных, для современного ребёнка, условиях. До девяти лет я знать не знала, что существует такая штука, как телевизор. В моем сознании носителями различной информации всегда были только книги, газеты, радио, окружающий мир со всеми своими красками и, конечно же, пластинки. Правда однажды и с ними пришлось проститься. Старый проигрыватель сломался и больше никогда не играл. Помню, я горько плакала, словно потеряла близкого и родного друга. Жаль, что все в этом мире имеет свой срок годности: и проигрыватель, и человек.
С раннего детства, бабушка и мама по очереди занимались со мной. То, что я сейчас могу припомнить – это множество головоломок, загадок, ребусов, разрисовок. Меня подталкивали к размышлениям, заставляли думать, включать логику и смекалку. Вместе мы клеили, рисовали, вырезали, считали и думали над загадками, пели, танцевали, собирали пазлы и мозаику. В садик, как все нормальные дети, я не ходила. Конечно же, каждый день возить меня в город никто не стал. Родители считали, что если у человека есть возможность воспитывать и развивать ребенка самостоятельно, тогда садик не нужен.
Когда пришло время идти в школу, мои родители наняли репетитора. Добрая тетя учительница ежедневно приезжала ко мне заниматься. Это была прекрасная пожилая женщина. Она подружилась с бабушкой, завоевала доверие и одобрение моей матери и, конечно же, мое внимание. Я полюбила ее со всей своей детской наивностью и открытостью. Ее светлый образ навсегда остался в памяти радужным отрезком воспоминаний о времени, проведенном с ней вместе за книгами.
Учиться мне нравилось. Программу младшей школы я закончила на пятёрки и очень гордилась этим.
Что касается друзей, то у меня их попросту не было. Страдала ли я от этого? Наверное, нет. Мне и в голову не приходило, что жизнь может идти как-то иначе. Родители оградили меня от проблем детского мира, не задумываясь над тем, что однажды реальность может свалиться на меня всей своей мощью без предупреждения. Так и произошло.
После того, как я закончила очередную четверть домашнего обучения, мой дедушка настоял на том, чтобы меня отправили учиться в нормальную школу. Я помню этот летний день, когда родители приняли решение увезти меня в город. Можно сказать, что именно тогда закончилась моя наивная детская сказка и началась новая жизнь.
– Дорогая, ты не устала? – спросил отец. Я удобно умостилась на его коленях.
– Нет, нет, папочка, – ответила я, прижимаясь к нему сильнее. Мы вместе смотрели на небо. Шея уже болела, но я не собиралась опускать свой взгляд.
– Уже так поздно, луна настаивает, чтобы мы шли спать.
– Не может быть! Ты обманываешь меня…
– Ты не слышишь ее голос?
– Нет, а разве у луны есть голос?
– Конечно! У всех есть голос, даже у Луны.
– И ты слышишь его?
– Слышу.
– Расскажи мне, какой он?
– Он очень тихий и протяжный. Насыщенный красками всей Вселенной.
– А почему же я не слышу его?
– Ты еще слишком маленькая, по-видимому. Чтобы услышать его, нужно уметь по-настоящему слушать.
– Ты научишь меня, папа?
– Ты сама научишься. Этот дар появится в тот день, когда ты впервые услышишь голос собственного сердца. Оно заговорит с тобой и с той же секунды тебе станут подвластны голоса вселенной.
В шесть утра, когда солнце только просыпается, потягиваясь в утренних лучах рассвета, я выбежала из дома и помчалась босиком к своим качелям. Я чувствовала свежесть травы и аромат счастья. Птицы пели, пчелы жужжали, кузнечики прыгали куда-то, муравьи спешили достроить дом. Природа, кажется, уже давно проснулась, и каждый ее житель занимался своими добрыми делами. По дороге к качелям, я поздоровалась с каждым деревом.
– Доброе утро, доброе утро, доброе утречко.
Я не ждала от них слов, просто была счастлива, что деревья в ответ колышут своими веточками, то ли от ветра, то ли по собственному желанию.
Я запрыгнула на качели и почти сразу раскачалась «до небес». Это утро было безоблачным и нежным. Сегодня я встала немного раньше, чем обычно. До поздней ночи думала о том, что этот день станет завершением моей привычной жизни. Меня щекотали мысли о неизвестности. Очень не хотелось расставаться с тем, что стало таким дорогим и родным для меня. Я любила каждый миллиметр своего двора. Огромный сад и десятки деревьев. Каждое растение было индивидуальностью, со своим характером. Я обожала кормить птиц и наблюдать за дятлом. Он жил у нас в саду и питался червячками и букашками, добытыми из коры старых яблонь. Иногда к нам в сад прибегала белка. Ее ярко рыжая шубка всегда выделялась среди деревьев. Ее осторожность и бдительность смешили меня. Я мечтала приручить ее, но мои попытки потерпели фиаско. Из-за моей навязчивости, она постоянно убегала и пряталась.
Еще у нас жила собака – белый-белый Бим. Эта дворняжка проявила себя как самая преданная собака в мире. Мы проводили вместе очень много времени, играли, валялись в траве, бегали и резвились. На кухне у бабушки висела позолоченная клетка с канарейкой. Моцарт был очень творческой птицей. Мы с бабулей обожали слушать его концерты. Навострив хохолок, наш маэстро выдавал мелодичные трели. Ему завидовали все птицы в округе.
Мама и бабушка в самых ярких красках обрисовали мне новую жизнь в городе. Я верила им, только все никак не могла представить, как же я смогу жить без своего двора, без звезд и качелей. Мое сердце желало остаться здесь, в этом доме, в этом огромном саду, с моими пластинками, книгами, цветами и, конечно же, с моим бирюзовым поутру и сверкающим ночью, чистым небом.
Ночное небо стало для меня самым прекрасным зрелищем. Смотреть на него я могла только вместе с отцом. Лишь он один сидел со мной на улице, под открытым куполом из звезд и луны, и рассказывал не сказки, а настоящую правду этого мира. Я слушала его взахлеб, и так ждала, когда он снова приедет. А вот мама, дедушка и бабушка, как только темнело, звали меня в дом – боялись, чтоб я не простыла. Вечерами я чувствовала непреодолимую грусть, моя тоска по отцу тревожила душу. В такие моменты казалось, что меня, словно волшебную принцессу прячут в темнице, чтобы оградить от прекрасного сияния ночи.
Из-за того, что я так часто болела, меня пытались уберечь даже от вечернего ветра. Я уже не говорю о дождливых днях осени, зимы и ранней весны. В прохладные времена года я, то и дело, сидела взаперти. О том, что зимой дети резвятся на санках, я узнала, будучи уже взрослой девочкой с длинными ногами, которые уж никак не помещались в детские сани.
Вдоволь накатавшись, я резво спрыгнула с качели и побежала обратно в дом. Бабушка уже допекла оладушки. Молочно-ванильный запах поманил меня на кухню.
– Как вкусно пахнет, – хлопнув в ладоши, проговорила я радостно. Бабушка улыбнулась, но на ее лице я заметила легкую грусть.
– Бабушка, что с тобой?
– Ничего, детка, всё хорошо.
Я смотрела ей в глаза и видела, как в них собираются слёзы. Бабуля обняла меня и заплакала.
– Мне так грустно от того, что ты уедешь сегодня.
– Но, я же буду приезжать, – наивно ответила я.
– Я так привыкла видеть, как ты просыпаешься и засыпаешь, как растешь у нас на глазах. В тебе, милая принцесса, заключается наш с дедушкой смысл жизни. Как же тяжело объяснить сердцу, что тебя пора отпустить.
В тот момент я не очень поняла смысл слов бабушки. Осознание пришло со временем, с возрастом, с опытом. Иногда приходиться расставаться с любимыми во имя чего-то важного. Например, мечты или счастья другого человека. Но, пойти на жертву всегда трудно, особенно, если сильно любишь, особенно, если ты эгоист.
Этот день, как и все детские счастливые дни, пролетел очень быстро и радостно. Бабушка больше не плакала. Приехали родители, мы вместе пообедали, я вдохновлено послушала мои любимые «взрослые разговоры», а потом меня увезли в город.
Сидя у окна, я с открытым ртом наблюдала за всем, что появлялось на пути моего жадного взгляда. Многоэтажные дома завораживали и в то же время страшили. Впервые в своей жизни я видела столько людей. Мое детское сердце замирало, трепетало.
Пока мы ехали в машине, мама без умолку рассказывала о жизни в городе. Я была растеряна и удивлена.
Поездка закончилась. Папа остановил машину, и я медленно сползла с заднего сидения на асфальт. Самым тяжелым испытанием стал для меня лифт. Я жутко испугалась, меня даже затошнило, пока мы поднимались на десятый этаж.
Наша квартира была довольно просторной, но всё равно, не такой уютной, как дом в деревне. Всё в ней казалось мне чужим и незнакомым. Обстановка настораживала. Родители позвали меня в детскую. Там стояла небольшая кровать, шкаф, письменный стол, дубовый комод. В этой комнате мое внимание привлекла маленькая библиотека. Я сразу уселась на пол и начала листать книги, забыв обо всём на свете. Страх ускользнул, и на миг показалось, что ничего не изменилось.
– Папа, папочка, – настойчиво и увлеченно заговорила я. – А звёзды тоже умеют разговаривать?
– Конечно.
– Неужели и их голоса ты можешь слышать?
– Могу, но сосредоточится на рассказе одной звезды очень сложно, ведь их так много на небе.
– А как же ты различаешь голоса?
– У каждой звезды свой голос, свой тембр.
– Что такое тембр?
– Ну, это так называемая окраска голоса. Его высота, громкость, длительность.
– И у каждой звезды он свой?
– Конечно… Так же, как и у людей, у звезд есть свой «родной голос».
– Как же хочется и мне услыхать их голоса.
– Звездные разговоры, словно гроздь маленьких колокольчиков. Этот звон раздается издалека. В отличие от луны, у звёзд очень утонченные голоса. Они любят поболтать.
– И о чём же они разговаривают?
– О разном…
– Они рассказывают сказки?
– Конечно! Это их любимое занятие.
– Расскажи и мне одну звездную сказку.
Школа мне не понравилась с первой же секунды, как только я ее увидела. Еще издалека, это тусклое серое здание навеяло грусть. Когда я зашла в класс, все дети сосредоточили на мне свое внимание. Кто-то смотрел очень настороженно, у кого-то взгляд был возмущенный и даже злой, другие наблюдали с интересом. Это испугало меня до такой степени, что я невольно опустила глаза в пол, стараясь больше ни на кого не обращать внимания. Словно черепашка, мысленно залезла в свой панцирь, и спряталась от всех.
Я стала одной единственной «новенькой» в этом классе, где дети проучились вместе уже несколько лет в начальной школе. Со мной никто не знакомился, а я совершенно не умела идти на контакт, даже не знала, как это делается. Я сидела совсем одна на последней парте и была такой одинокой и никому ненужной. Каждый урок преподаватели менялись, я не успевала запоминать их имена и лица. Первая неделя учёбы стала для меня настоящим испытанием. Я плакала по ночам, страдала и больше всего на свете желала вернуться в свой домик в деревне. Но, несмотря на мои желания, мольбы, всё оставалось по-прежнему. Новая жизнь продолжала свой путь вперёд, а я старалась подстроиться под нужный ритм, но мне все никак не удавалось сделать это.
Переменки в школе длились «вечность». Мои одноклассники были чересчур громкими, резвыми и шкодными. Каждый день я видела, как что-то разбивается, ломается, наблюдала, как дерутся мальчишки и кричат девочки. Самым странным и непонятным для меня были обсуждения телевизионных программ, фильмов, мультиков. Я отроду не знала, что это такое, поэтому с интересом вслушивалась в диалоги, но никогда не присоединялась к ним. Иногда мне становилось страшно из-за той суеты, окружающей меня в школе, на улице. Я привыкла жить в гармонии, тишине и покое. А тут все было по-другому.
День за днём пролетали очень быстро. Я учила уроки, усердно занималась, но при одноклассниках стеснялась отвечать. За письменные работы и контрольные я получала отличные оценки, а вот устные ответы давались мне нелегко. Чаще всего я отмалчивалась, получала двойку, а потом в индивидуальном порядке пересдавала ее учителям. Время шло и я понемногу привыкала к новой жизни. По ночам перестала плакать, перестала жаловаться маме. Человек, на самом деле, такое странное создание, адаптирующейся к чему угодно, даже к самому неприятному обстоятельству жизни.
– Милая, посмотри-ка на вот эту звезду. Она ярче всех! Видишь?
– Вижу.
– Эта звезда рассказывает самые интересные сказки, да так, что вся вселенная замирает, слушая ее.
– Как жаль, что я ничего не слышу!
– Сегодня я поведаю тебе одну историю. Но, ты должна пообещать мне, что сделаешь все, чтобы научиться слушать звезды.
– Обещаю…
– Все началось с того, что однажды на темном холсте неба зародилась новая звездочка. Она была слишком крохотной и ее свет не долетал до Земли. Она от всего сердца старалась посылать свои лучи как можно дальше, но ничего не получалось. Да и голос ее был слишком тихим и робким. Вокруг нее светились огромные, могущественные звезды, чей свет просто перекрывал старания крохи. Шло время… Пролетели годы, столетия, тысячелетия. Маленькая звездочка понемногу росла и крепла. Она отправляла свои лучики на самые прекрасные планеты. Ее нежное сияние отличалось от других своим блеском, радужными переливами. Она становилась все прекрасней и сильнее.
– А где же она теперь?
– Милая, именно эту звезду я показывал тебе сегодня!
Все поменялось в моей жизни. Город изменил меня. Сказка перестала быть явью и теперь я хранила ее в своем сердце. В любимый загородный домик я приезжала редко, но это были самые чудесные дни моей новой судьбы.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.