– Кира, я же сказал тебе никуда не выходить. Мы сейчас поедем в больницу.
– Нет, со мной все хорошо, честно… В этот момент я почувствовала жуткую неловкость.
– Я отвезу тебя к знакомому доктору, он обработает твои раны.
– Александр, я буду жить… Скажи, что мне теперь будет? – мой голос заметно утих и начал дрожать. Я с трудом договорила свой вопрос, который на тот момент волновал меня больше всего.
– Ничего, мы все решили, машину твою отремонтируют, а водителю грузовика все возместит страховая компания. Офицер оказался моим давним клиентом, поэтому с ним проблем не будет. Считай, что он уже забыл про это ДТП. Теперь лучше ты мне расскажи все по порядку. Как ты оказалась в этой машине, и правильно я понимаю, ты взяла ее напрокат?
Что он несёт? Я не могла поверить своим ушам. Он так просто все говорил, как будто бы не произошло ничего значительного, а я всего лишь испачкала кому-то одежду. Там постираем, там погладим и будет как новая. Всего то.
– В смысле забыл про ДТП? Эту машину да, я взяла напрокат. Но я ее разбила. И я виновата. Я должна этой фирме кучу денег. И грузовику этому тоже, и моральный ущерб, или как здесь это называется?! Может меня вообще арестуют. Я не знаю как здесь все устроено.
– Ага, на пятнадцать суток. А потом вернёшься домой. – он спокойно смотрел мне в глаза и нагло улыбался.
– Ты серьезно?! – страх настолько сильно охватил мое сознание, что я была не способна различить шутку и истину.
– Да это шутка, Кира! Ты чего? Арестовывают сразу, а не после всего случившегося за тобой возвращаются!
– Не смешно…
– Прости, Кир! Согласен, неудачно. Просто ты такая уставшая и испуганная. Я хотел хоть как-то разрядить обстановку. Так может ты мне все-таки расскажешь, как в два часа ночи оказалась здесь? – Александр смотрел мне прямо в глаза.
Я жутко начала волноваться. В голове пролетели события последних часов. Мое желание уйти из жизни, видение Артема, авария… Я опустила голову вниз, дабы избежать пристального взгляда и не умереть со стыда. Мне казалось, что он сейчас читает мои мысли и видит меня насквозь.
– Расскажу, но для начала хотела бы извиниться за свою грубость в самолёте…
– Ну? – Он расплылся в еще большей улыбке.
– Что ну? – В моих глазах стоял знак вопроса.
– Извиняйся, ты же сказала хочешь…
– Извини… Я подняла голову и смущенно улыбнулась. Так застенчиво, но искренне. Мне стало легче. Это была моя первая улыбка, не считая вежливых жестов в адрес дяди Верна, после расставания с Артёмом. А самое удивительное, что в этот момент она была настоящей.
Я поклялась тебя забыть,
И захлебнулась в этой же мольбе
Ну, нужно нам не с тем побыть,
Чтобы понять, кто же не те…
Лежа под обломками своей жизни, в которой когда-то были мечты и цели, ты начинаешь многое переосмысливать. И первый вопрос, который у тебя возникает: что ты сделала не так? И как бы ты не пыталась на него ответить, всё в итоге сводится к нулю.
Ты лежишь под грудами разрушенных надежд и думаешь, что же будет дальше. И здесь перед тобой встаёт выбор: либо попытаться выбраться и иметь хоть какой-то шанс выжить, либо бездействовать и умереть, глотая кровь от глубоких ран. Вокруг тебя темнота. И нет ни малейшей мысли, что всё может измениться. Но если всё же ты выберешь первый вариант и начнёшь прикладывать усилия, разбирая кирпичик за кирпичиком, то вскоре увидишь лучик света, который, как глоток свежего воздуха придаст тебе новых сил. А когда ты выберешься из этой пропасти, то встанет новый вопрос: что делать с прошлым, которое осталось под обломками? Забрать с собой? Или намертво похоронить?
– А потом я поняла, что лечу прямо в грузовик! Но было уже поздно. Я резко начала тормозить и тут машину развернуло. В итоге на тормозах я вылетела на встречную полосу и въехала в этот грузовик. Затем приехала полиция, офицер стал что-то мне объяснять, давать какие-то бумажки. Ну в общем, что было дальше, ты уже знаешь. Я очень испугалась, хотела сначала позвонить тёте. Начала доставать телефон, из рук упала сумка, все мои вещи оказались на полу, я ринулась их собирать и среди всего содержимого обнаружила твою визитку… и решила позвонить… так как дела были мои совсем плохи, и ты был прав, без знания английского я здесь никто…
– Ну, понятно… – Он сказал это так, будто бы знал нечто больше. Последовала минутная пауза.
– Саш, мне кажется или ты чего-то не договариваешь? – спросила я, нарушив тишину, которую так не любила в разговорах.
В этот момент он посмотрел на меня с неким испугом. Его лицо моментально изменилось и вместо улыбки появились нотки подавленности и грусти.
– Скажи, ты хотела умереть? – в его голосе я почувствовала ледяной холод. Этот вопрос поставил меня в тупик. Словно прижали к стенке и перекрыли дыхание. Я сглотнула слюну и прикусила нижнюю губу. Признаки нервозности на лицо. Но несмотря на это я постаралась перевести дыхание и начала говорить.
– Да с чего ты это взял? Что за бред? – я пыталась показать на лице удивление, но было очевидно, что актриса из меня никудышная.
– Офицер сказал, что очевидцы видели, как ты затормозила уже в последний момент… Все шепотом называли тебя самоубийцей…
Опять последовала жуткая пауза. Что сказать? Боже, как же меня раздражают эти паузы, когда не знаешь, что ответить…
Да и что я могла ответить? Ведь буквально час назад я действительно сказала прощай своей жизни… И уже сейчас я могла бы не стоять на этом месте, не видеть фонтаны, переливающиеся яркими огнями, многоэтажки со стеклянными крышами, синее небо с множеством звезд над моей головой и не разговаривать с этим человеком.
– Я не знаю, что это было… Мой рассудок затуманился. Я просто потеряла контроль. – Я безумно хотела соврать сейчас, не вдаваться в подробности и сказать, что просто не справилась с управлением, но слова давались мне с большим трудом. Я не могла врать этому человеку, уж слишком много он про меня знает.
– Я действительно хотела просто покататься, но когда почувствовала скорость, душу буквально рвало на части, и я решила, что…
Тут я непроизвольно замолчала.
– Это было самым глупым и страшным решением в твоей жизни… – Он прервал меня, почувствовав насколько мне тяжело произносить эти слова. Но неожиданно для себя я продолжила.
– А когда я поняла, что не хочу жить, я увидела его. Точнее, как увидела… он мне показался… Очертание или блик, видение, галлюцинация, сон… Я не знаю, что со мной происходит… Возможно, я схожу с ума, но я могу поклясться, что он ущипнул меня, когда я летела прямо в этот чёртов грузовик! Именно в этот момент я начала резко тормозить… а когда открыла глаза – осознала, что сейчас будет непоправимое. Я не могу это объяснить…
Я и в правду до сих пор не знаю, что это было. Фантом, который, наверное, спас мне жизнь.
– Это не фантом, это твое подсознание спасло тебе жизнь. Ты просто вовремя опомнилась. А уже твое воображение нарисовало тебе его образ, потому что именно он виновен во всем происходящем… Кира, каждый поступок должен чего-то стоить! Чего бы стоила твоя смерть? Кому бы после этого стало лучше? Единственное, что принесла бы твоя смерть – это вечную рану на сердце твоим близким. Рану, которую, сейчас оставил на сердце твой дорогой Артём. Поверь, через пару лет ты поймёшь, что это был самый бессмысленный поступок в твоей жизни. Представь, что в этот момент где-то на краю земли умирает неизлечимо больной ребёнок, который безумно хочет жить. И родители его льют слезы каждую минуту от безысходности и бессилия… Но ему не дано такого шанса. А тебе он дан! Ты красива, здорова и еще будешь счастлива! И ты сама так нелепо разбрасываешься своей жизнью!
Слёзы накатились на мои глаза. Я подняла голову наверх и попыталась взять себя в руки. Не могла ничего ответить по одной простой причине: он был прав! Но от этой правды мне не становилось легче! Надеюсь, что когда-нибудь я научусь жить с этой болью, но не сейчас. Каждую секунду со дня нашего расставания время то и дело нашептывало мне, что рана моя не заживет. И это дыхание его, которое я ощущала у себя под кожей, закаты, в которых четко видела его голубые глаза, молчание, в котором слышала его шепот… Я пока просто не научилась с этим жить. Я поняла, что неспособна справиться со своими эмоциями и отвернулась от Александра, чтобы он не видел моей слабости.
– Кир, прости меня, пожалуйста! Я не хотел сделать тебе больно! Не знаю, что там тебя остановило, но главное, что ты жива и ты сейчас здесь… в этом городе, на этом месте, со мной… Обещаю, перед тобой откроются огромные горизонты. Ты всё преодолеешь, и твоя жизнь изменится. Ты ещё будешь счастлива, попомни моё слово! – Он обошел меня и встал напротив. Я закрыла глаза, но чувствовала его взгляд на своих ресницах.
О том, что я обязательно ещё буду счастлива, я слышала каждый день. Главной задачей теперь было дожить до этого дня, до этого фантастического дня, когда я, чёрт побери, буду счастлива! И несмотря на то, что в последнее время меня подташнивало от слов счастье, слова Александра звучали как-то искренне что ли и как минимум не раздражали.
Александр осторожно обнял меня, и это окончательно накрыло. Слезы огромным потоком потекли из глаз. В них смешалась огромная масса чувств: ненависть, бессилие, безысходность, жалость к себе, боль, страх, неловкость, отчаяние, стыд, ужас, тяжесть, надежда… может все еще будет? Я чувствовала чужие руки на своих плечах и ощутила необратимый блок внутри. Еще совсем недавно я стояла рядом с тем, к кому была прикована цепями и приварена сваркой. И сейчас я осталась без дозы кислорода. Катастрофа, которая накрыла так внезапно мою жизнь, словно цунами 2004 года. Внезапно и необратимо, с огромным количеством жертв. В моем сердце.
Начало светать. Мы сидели с Александром на капоте его машины и долго разговаривали. Я рассказывала ему о том, как провела последний месяц, он мне о своих сделках и работе в целом, я пыталась добиться от него правды и понять, какие последствия меня ждут после случившегося, он же уверял, что все уже разрешил и мне просто нужно все это забыть. Я клялась ему, что буду работать и возмещу все деньги за ремонт машины. Он кивал мне в ответ и нагло улыбался.
– Саш, я буду отдавать тебе в месяц определенную сумму, которую смогу заработать и все верну со временем, обещаю…
– Вернешь, как вернешь, что ты переживаешь по этому поводу?
– В смысле переживаю? Я в такое вляпалась… и ты выручил меня посреди ночи, не просто словами и поддержкой, а оказал неимоверную материальную помощь… это мой долг, вернуть тебе все до копейки…
– Кир, будет возможность отдашь, не будет, значит не будет… давай закроем уже эту тему. Меня вот больше интересует то, что ты все-таки сохранила мою визитку. Значит допускала вариант нашей встречи…
– Я просто не стала ее выкидывать, вот и все. Не нужно ничего придумывать. Тогда в самолете я была в таком состоянии, что мне могли бомбу в сумку засунуть, и я бы не заметила.
– Я просто чувствовал, что тебе понадобится моя помощь. Я вообще в шоке от тебя. И от твоего безумства. Ты приехала в чужую страну, пошла кататься на машине, не зная и двух фраз на английском. Как тебе вообще машину то в прокат дали? У тебя хоть права есть?
– Есть… Представляешь? И машину я водить умею, и какая бы не была страна, сейчас везде деньги решают все.
– Ох, это то и обидно. Что все забывают про законы и понятия. Главное потолще набить карман, а какие могут быть последствия, никого не волнует.
– Какой ты правильный. Как ты вообще живешь на этом свете?!
– С надеждой в сердце, что такой не один! – он засмеялся, а я ехидно улыбнулась ему в ответ.
Шел седьмой час. На моем телефоне было миллион пропущенных от Ларисы. Черт, я совсем забыла ее предупредить. Я быстро нащелкала ей сообщение, что гуляю с парнем, не волнуйтесь. Скоро буду дома. Разговаривать с ней сейчас мне хотелось меньше всего. Пришлось бы все объяснять и рассказывать. А я посчитала это ненужным. Зачем лишний раз волновать тётю, тем более это по любому бы дошло до мамы, а вот ей знать это вообще необязательно.
Через какое-то время, приехал эвакуатор и забрал мою злополучную машину. А Александр отвез меня к своему знакомому врачу, где мне обработали раны. После этого мы направились к моему дому, точнее к дому тети Ларисы. Для всех мы придумали легенду, что катались на велосипедах, и я упала на асфальт, разбила себе голову. Главное, чтобы мои новые родственники не вычитали об этом в прессе. Хотя я даже не помню, были ли на месте ДТП журналисты.
На часах к тому времени было уже девять утра. Лондон снова ожил в своем бешенном ритме мегаполиса, а я сидела в машине с Александром напротив своего дома и прокручивала события минувшей ночи.
– Саш, еще раз огромное тебе спасибо за то, что вытащил меня из этой ситуации… я правда не знаю, что со мной было бы, если бы ты не приехал. А деньги я отдам.
– Кир, я не мог не приехать. Честно, ты очень зацепила меня еще там в самолете… и эта твоя история, меня тронула, понимаешь. Я хочу помочь тебе из всего этого выпутаться и зажить нормальной жизнью. Счастливой…
– Пожалуйста, давай пока не будем об этом. Не нужно мне ничего говорить про счастье! Я точно не готова к таким разговорам. Другом быть, пожалуйста, но говорить о чем-то большем не имеет смысла… У меня дыра в груди, понимаешь…
– Кир, я не предлагаю тебе сейчас абсолютно ничего такого, что могло бы тебя смутить… я всего лишь хочу тебе помочь поверить в себя. И позволь мне быть тебе хорошим другом.
– Спасибо тебе. Я даже не верила, что после расставания вообще смогу с кем-то так легко общаться…
Мне пора… я уже собиралась выйти из машины, как Александр заговорил.
– Давай так, чтобы я не оказался лжецом, заключим с тобой сделку. Когда наступит момент, а он обязательно наступит, и ты почувствуешь себя по-настоящему счастливой, я сделаю какой-нибудь безумный поступок!
– Какой? – спросила я равнодушно.
– Ну, не знаю, придумай сама.
– Хм, так сразу и не придумаешь! А чего ты боишься больше всего на свете?
– Ээ… жениться, наверное,. – ответил он со смехом в голосе.
– Оо, так ты записан в ряды заядлых холостяков, оказывается? – ответила я, смеясь. Но этот смех получился каким-то неискренним и безразличным. Я просто пыталась отвечать взаимными эмоциями, как могла.
Поговорив еще минут пять ни о чем, я направилась к дому, всю дорогу продолжая чувствовать на себе его маниакальный взгляд.
В тот вечер я обрела настоящего друга. Человека, который изменил мою судьбу: который помог найти мне себя, который в дальнейшем научил меня снова радоваться жизни, который собрал меня буквально по кускам, и главное, он снова придал моей никчёмной жизни смысл.
Милый, он меня всему научит!
А ты теперь лишь в голове запрет.
Обещал, что в будущем будет лучше,
Только будущего все нет и нет…
Сегодня мне снова снился Артём, точнее его видение, которое я видела в машине. Его взгляд, бешенные глаза и невероятный страх остро врезались в мое сознание. Господи, Кира, да хватит уже себя обманывать. Это твое подсознание не дает тебе покоя, а вовсе не он – твой спаситель. Ему плевать. Не звонит, не ищет, не интересуется, значит есть у него другие дела и та, которой звонит, и кем интересуется. Ошибка девушек в том, что многие из нас сознательно готовы годами себя обманывать и жить, в глубине души зная, что уже давно все покатилось к чертям, но час за часом убеждать себя в том, что скоро все наладится. Только бы не смотреть правде в глаза. Действительно, ведь проще же смотреть ночью в окно, сидя в горьком одиночестве и глотать собственную печаль, которая выходит из твоей души молчанием и слезами. Невозможно поверить в то, что люди, которые подарили вам самые яркие воспоминания сами стали лишь воспоминаниями. Ну, невозможно. И правда в том, что все это я переживаю в одиночку. Эту горечь и утрату, эту любовь и желание, эту боль и предательство. Я обещаю, что постараюсь заполнить эту пустоту другими людьми, друзьями, знакомыми, учебой, работой, красивыми вещами и бессмысленными разговорами, глупыми мечтами и безразличными закатами, я сделаю все, чтобы ты стал для меня незнакомцем, прохожим и самым чужим человеком на свете. И я обещаю себе это каждый божий день. Главное, чтобы сердце хоть немного ко мне прислушалось…
– Доброе утро, Кира! Ты что еще спишь? Время видела? – я щурю глаза от резкого солнца, лучи которого падают прямо на мое лицо. У моего окна стоит широко улыбающаяся молодая, красивая девушка с темными длинными волосами и яркими сияющими карими глазами. Она отодвинула занавески в стороны и настежь открыла окна.
– Уууух, ты чувствуешь какой воздух? Сегодня прохладно…
От нее исходила бешеная энергетика. Шлейф позитива и добра тянулся с самой двери, как она вошла в мою спальню.
– А мы знакомы? – я продолжала щурить глаза и натянула простынь повыше.
– Лично нет, но заочно да. Моя мама очень много о тебе рассказывала. Ты ведь дочка ее сестры из Липецка?
– Да… а твоя мама – это тётя Лариса?
– Дааааааааааааааааа… я же говорю, заочно мы уже давно знакомы. И вот наконец-то наступило время увидеться лично! – Она продолжала улыбаться в свои тридцать два белоснежных зуба.
– Прости, мне не так много о тебе рассказывали… я забыла, как тебя зовут…
– Вероника… хотя лучше просто Ника. Мне так больше нравится, да и все уже привыкли. Ты чего так долго спишь? Время то уже пол второго… я предлагаю нам с тобой прогуляться и поближе познакомиться. Ведь жить то нам предстоит теперь вместе. Ты же сейчас вообще-то в моей спальне, так что придется с сегодняшнего дня нам поютиться.
Она слегка рассмеялась, а потом резко подбежала ко мне и крепко обняла за плечи. От её настойчивости и внезапности, я чуть не упала с кровати.
– Ника, я не знала, что это твоя спальня. Я могу спать в другом месте или переехать в общежитие…
– Ты что с ума сошла?! Я же пошутила. Я таааак рада, что у меня теперь появилась живая сестра… ты не представляешь как долго я мечтала с тобой познакомиться! Я даже с Испании вернулась на неделю раньше, чтобы провести побольше времени с тобой. Тем более мне мама сказала, что у тебя там какие-то проблемы на личном фронте, депрессия, все дела… забудь! Это последнее, о чем можно грустить в этой жизни. Все мужики – козлы и нас не заслуживают. Пора уже это усвоить, и жить станет легче всем. Как говорится Бог отвел.
– Ник, все это очень тяжело, я сейчас не очень хочу об этом разговаривать…
– Так и я не собираюсь. Мы гулять сейчас идем и завтракать. Точнее обедать. – она хитро посмотрела на часы и с добродушным укором перевела взгляд на меня. – Я тебе такой ресторан покажу, там так вкусно готовят – пальчики оближешь… Давай скорее поднимай свою попу с дивана и бегом умываться, краситься, собираться… В общем десять минут тебе на сборы. Она снова крепко сжала меня в своих объятиях.
– Как же я все-таки рада, что мы познакомились! – На её лице всё так же красовалась ослепительная улыбка до ушей.
Я недоверчиво подняла на неё глаза и с неохотой встала с кровати, направившись в ванную. Мы выглядели сейчас настолько кардинально противоположны, что просто таких еще будешь искать – не сыщешь… Она такая ветренная и импульсивная, и я – угнетенная амеба. И хотя мне никуда абсолютно не хотелось идти, я почему-то не смогла её ослушаться. Она умела управлять людьми однозначно.
Боже, как же обманчиво первое впечатление! Это я поняла только со временем. Вероника – девушка, которая с первого взгляда показалась такой фривольной и немного, как бы мне это выразить по корректней, глуповатой молодой девчонкой с повадками подроста, борющегося с юношеским максимализмом, оказалась верным, глубоким и чувственным другом для меня. Точнее даже не так. Я приобрела настоящую преданную сестру, конечно, со своей отличительной безбашенностью и ветреностью, но такую искреннюю и настоящую, что и представить себе не могла существование таких людей. Да, Лондон определенно подарил мне её. И сколько мы с ней вместе пройдем рука об руку, будет известно только мне. Но обо все по порядку.
– Кир, а расскажи о себе. Чем ты вообще увлекаешься? Я слышала, ты писательницей мечтаешь стать? – она задавала мне эти вопросы, смешно пережевывая спагетти, и звучали они так мило и нелепо, что на моем лице непроизвольно появлялась неуверенная улыбка. Она забавно набивала свои щёчки и была похожа на мимимишного кролика, которого хотелось ласково потискать. От этого человека излучался неимоверный свет. Ника действительно показалась мне солнышком в моём пасмурном небе. Я молча сидела за столом, ковыряя вилкой в салате и пристально за ней наблюдала.
– Кира, а ну ешь быстро! Ещё скажи, что здесь невкусно! И ты будешь первым человеком, который раскритиковал этот ресторан.
– Да я ем, ем. – я нехотя насадила на вилку содержимое и через силу впихнула себе в рот. Самочувствие было паршивое и аппетит до меня еще явно не дошёл. – А что касается меня, то ничего особенного… жила себе жила, мечтала замуж выйти, а потом все оборвалось. Твоя мама предложила мне приехать сюда, чтобы поступить к вам в университет. Говорят, здесь открываются большие перспективы… вот я и приехала. Но на самом деле приехала я не за перспективами, а чтобы забыться. Думала чужая страна поможет мне это сделать, но пока что-то не получается.
– Ну, что сказать… перспективы тебя, конечно, ждут, если приложишь усилия. Тут все только от тебя зависит. Помощников не жди. Я вот сама учусь на переводчика. Только пока не знаю, мое это или нет, но времени занимает нереально много… Нет времени элементарно в клуб выйти потусить. Сижу целыми днями за столом и задаюсь вопросом: «А зачем оно мне?». Единственно, что меня успокаивает, это то, что могу потом работать в сфере туризма. Вот это прям моё. И без языков никак.
– Здорово… уверена, у тебя все получится.
– Кир, вот честно я поражаюсь… ты такая красивая, молодая, талантливая, но вся пропитана сплошным пессимизмом. Забей ты на этого мудака… Меня знаешь сколько раз бросали?? И поверь такоооое попадалось на моем пути, что мама не горюй. Однажды вот помню, познакомилась с парнем в интернете, вроде приличный, ухаживать начал, а потом как дело до постели дошло, так подругу привел представляешь? Говорит, его так больше возбуждает… у меня глаза на лоб вылезли, а он спокойный такой. Говорит, не согласишься – расстаемся.
– Ого… бывают же. Я думала у вас здесь все приличные…
– Ага, они может и есть, но только вот на моем пути еще не встречались. Какие-то все амбициозные извращенцы и эгоцентричные женоподобные альфонсы, которые, кстати, бояться быть брошенными и всегда бросают первыми… В общем веселуха. Но жизнь то она одна, пока дерьма не испробуешь, золота не найдешь. Она внезапно замолчала, а потом громко закричала: «Официант!», махнув рукой.
– Вина нам, пожалуйста! – я смотрела на Нику и удивлялась каждому её движению, манере говорить, ее бестактности и эмоциональности. И вообще она действительно поднимала мне настроение одним свои присутствием.
В этот день мы много смеялись, бродили по городу, наслаждались красочными пейзажами вечернего Лондона и рассказывали друг другу о своей жизни, планах, провалах, несбывшихся мечтах и свершениях. Уже в первый же день знакомства я поняла, что безбашенность, сумасшествие, и поиски приключений на свою попу – это неотъемлемые составляющие её сложного характера. Она ничего не боялась в этой жизни, и в свои 22 многое перепробовала. Могла подойти к любому прохожему и что угодно спросить, остановить летящий автомобиль, преградив ему дорогу, потратить последние деньги, чтобы накормить дворовую собаку, сплясать посреди улицы ламбаду, куда угодно зайти без приглашения и главное, она легко переживала неудачи на своей дороге. Чтобы с ней не происходило, она воспринимала все как награду и стимул двигаться дальше. В ней столько позитива, эмоций и драйва, что хватило бы на пол страны. Она уже успела поработать моделью, фотографом, бухгалтером, продавала косметику, участвовала во всевозможных конкурсах красоты, была солисткой местной группы, волонтёром во многих благотворительных организациях и даже принимала участие в миссии «Красный крест». В общем об этой девушке можно написать не одну книгу. Что нас объединяло не могу даже и представить. Но мы нашли друг друга. И чем-то намертво друг к другу привязались. Она стала гидом в моей жизни. С ней я могла искренне смеяться и хоть на немного отвлекаться от той боли, которую переживала. Она просто не давала мне времени думать о плохом. Каждое лето она проводила в Испании, наслаждаясь теплым морем, мягким солнышком и незабываемыми курортными романами, о которых могла рассказывать часами. А потом она просто внезапно улетала, разбивая свои ухажером сердца. Вероника – невероятно красивая девушка. У неё большие карие глаза, немного вздернутый носик и волшебная ослепительная улыбка, которая способна заколдовать любого. Её длинные темные волосы ярко дополняют её образ. На внешность она чем-то смахивает на известную американскую актрису Милу Кунис.
Оставшуюся часть лета мы проводили практически двадцать четыре часа в сутки вместе. Именно она помогла устроиться мне на работу. И пускай обычным консультантом в магазине обуви, но по крайней мере там мне стабильно выплачивали мои первые деньги, которые я постепенно отдавала Александру. С ним мы виделись не так часто, может два-три раза в месяц. Хотя он часто мне писал, звонил, но ни на чем никогда не настаивал. Встречались мы только тогда, когда я на это соглашалась. Он не был навязчивым, хотя достаточно часто пытался присылать мне различные сюрпризы и подарки, многие из которых я отказывалась принимать.
Последние месяцы лета пролетели действительно незаметно для меня. И хотя Москва забрала часть меня, буквально оторвав её без наркоза, Англия смогла подарить мне двух замечательных людей, которые хоть и не были способны заменить мне мою утрату, но смогли хоть на секунды научиться эту боль приглушать.
И вот началась учеба. Сказать, что я стала меньше думать об Артёме – значит соврать. Я не переставала о нем думать, но эти мысли с каждым днем становились менее тяжелыми для моего сознания. Мои чувства к нему не менялись, я просто научилась находить все новые способы лжи. И в какой-то миг казалось, что сама начинала верить в эту ложь. Каждое утро я вставала рано, чтобы успеть ко времени добраться в университет. Учёба давалась мне нелегко. Во-первых, из-за языкового барьера, который я испытывала, общаясь с иностранцами. Мне приходилось много заниматься, чтобы хоть как-то начать это осваивать. По вечерам я так же продолжала работать в магазине. Ко мне часто заглядывал Александр, пытаясь меня накормить и все навязчивее предлагая уволиться.
– Ну, не твоя это работа, понимаешь, Кир! Не продавцом же ты мечтала стать…
– Саша, я пока только учусь, и не думаю, что проработаю здесь всю жизнь. Будет предложение получше, буду решать увольняться мне или нет… – его разговоры начинали меня утомлять.
– Кир, тебе вообще не обязательно работать… ты мне уже ничего не должна. Учись себе спокойно и получай образование…
– Ага, не должна… хватит выдумывать. Я примерно представляю, сколько стоил ремонт той машины, плюс там всякие штрафы и все такое…
– Кира, я больше не возьму с тебя ни копейки! Я тебе сказал! У меня здесь знакомые понимаешь, мне это обошлось считай за извините. Слово бартер, тебе знакомо? Я им оказал помощь, они мне… всё забыли…
– Саш, мне плевать бартер или не бартер. Я тебе должна.
– Кир, ты в своем уме? Ты даже не знаешь, сколько я заплатил за ремонт…
– И что? Ты же сам мне не говоришь… вот я и додумываю.
– Что же ты такая упертая – то!!! Услышь меня, пожалуйста… я больше не буду брать с тебя деньги, так как весь долг ты погасила… а раз ты у нас такая добросовестная, то сегодня оплачиваешь наш ужин. Тебе же деньги девать некуда! И на этот раз отказы я не принимаю…
– Саш, я очень устала… давай я лучше отдам тебе деньги и…
– Да что ты все привязалась своими деньгами? Деньги, деньги, отдам… Вот как раз выдохнешь. Тем более завтра выходные. И это не только дружеский ужин. У меня есть к тебе одно деловое предложение. Но о нем мы поговорим только в ресторане. В спокойной обстановке, а не здесь…
Отказать я ему не могла. Доработав свою смену, я накинула пальто, взяла свой зонтик и вышла на улицу. Как всегда, накрапывал мелкий дождик. Осень здесь была в самом разгаре. Легкий туман по утрам, мягкий свет, осенние листья – все это глубоко раскрывало атмосферный Лондон. Я уже привыкла к тому, что без зонтика здесь как без рук, ведь дожди на британских островах идут круглый год. Правда начавшись внезапно, он как правило так же резко и прекращался, но бывало и по-другому.
С приходом осени из Лондонских парков уже ушла последняя зелень, уступив свое место палитре желтых, рыжих и алых оттенков. Куда здесь не взглянешь – везде череда плавных градиентов и ярких контрастов. Осенью поток туристов значительно сократился, поэтому коренные жители с облегчением вздыхают и начинают дышать полной грудью. Совсем недавно здесь со всем колоритом отгремел Хэллуин, и вот уже приближается ночь Гая Фокса, которую принято праздновать 5 ноября. И если о Хэллуине я имела представление еще в России, то этот праздник я увижу своими глазами впервые. В эту ночь принято гулять с факелами, жечь костры и запускать фейерверки. Сегодня 4 ноября…
Я не верю сама себе. Уже пролетели два осенних месяца, и скоро будет почти полгода как я нахожусь в Англии. Я закрыла глаза и не верила своим мыслям. Уже прошло больше пяти месяцев, как меня покинул самый близкий и родной мне человек. И я вдруг осознала, что у меня нет ни единой его фотографии, ни одного сообщения, только воспоминания и сны. Пять лет я была с человеком неразделима телом и душой и вот уже пять месяцев, как его нет рядом. Однозначно сегодня ночью я буду плакать, я это знаю, плакать и бесконечно вспоминать минуты, которые мы переживали вместе, буду скучать, скучать дико и не по-человечески… а самое страшное, что я кажется готова была бы ему все простить, если бы он сейчас пришел ко мне и сказал, вернись. Я закрыла бы глаза и выбрала его снова. Снова и снова. Много раз. Без паузы, раздумий и сомнений. Выбрала бы его, моего предателя.
Я раскрыла свой зонтик, чтобы спрятаться от дождя и увидела впереди стоящую машину Александра. Заметив меня, он сразу же вышел и направился ко мне. Немного потупив взгляд, я неторопливо пошла ему навстречу.
– Саш, ты хочешь, чтобы я поехала в ресторан вот так? В рабочей одежде? – я недовольно посмотрела ему в глаза.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.