Kitabı oku: «По ту сторону сказки. Дорога в туман», sayfa 4

Yazı tipi:

Говорит она отцу:

– Пусть мой суженый на коне богатырском в один конский скок достанет мой платок, что ветром на высокое дерево занесло, да за сучок зацепило! Кто достанет, за того и замуж пойду!

А платок тот на высоченную сосну залетел. Его с земли-то и не видать почти. Посмотрели знатные женихи на тот платок, да и давай разъезжаться по домам. Никому шею ломать неохота. Тогда рассердился царь на дочку меньшую и объявил по своему государству, что дочку замуж отдаст тому, кто платок с одного конского скока достанет, не разбирая чинов и званий. Поехали охотники замуж царевну взять, да как глянули на тот платочек, так и призадумались: а стоит ли того? Да вот один всё-таки решился. Иван на белоснежном своём коне приехал, на дерево посмотрел, коня развернул, чтоб разбег взять, да как прыгнул тот конь, как птица полетел! Достал Иван платочек и привез царевне. А та как начнет плакать да причитать:

– Откуда же ты взялся на мою голову, мужик-деревенщина! Мне-то принцы с королями не по нраву были, а с тобой жить и вовсе неможно!

– Да ты так не убивайся понапрасну! – утешает её Иван, – Ты мне тоже не очень-то как жена подходишь! Я думал, что тебе платок очень уж нужен, а замуж тебя брать и не думал!

Тут царевна ещё больше в крик! Как так! Она-то собой раскрасавица, а этот деревенщина её замуж брать не желает!

– Да как ты смеешь от царской дочки отказываться! Негодяй! Дурак! – кричит царевна, ногами топает.

– Э-э-э, так кто ж такую девку сварливую да крикливую в жены захочет? – удивляется Иван. – Жена – это ж на всю жизнь, а с тобой оглохнуть можно в один час!

Царь это слушал-слушал, сначала хотел Ивана казнить, чтоб неповадно было от царевен отказываться и царя позорить, а потом подумал да и передумал.

И говорит:

– Вижу я, доченька, что воспитал тебя неправильно. Лицом ты хороша как майский день, а вот криком страшна, как сова ночная. Так как я всем своим людям царь и повелитель, приказываю! Тебе, Иван, награду получить за платок, что царевне вернул. Жалую тебе именье хорошее, новый терем да денег в придачу. А ещё бери дочку мою меньшую, любимую, в жёны! Да не отказывайся, осерчаю и казню! Бери и делай из неё жену добрую да ласковую. Справишься – приму дочь царевной, а тебе полцарства отпишу по смерти своей. А не справишься – будешь жить в имении своем со сварливой женой, и на глаза мне не показывайтесь!

Закручинился Иван, сел на коня богатырского и домой поехал. А за ним царские слуги бегут, разворачивают, к именью-терему дорогу показывают, а ещё царевну к мужу собирают, с криком превеликим да визгом на все царство-государство!

– Ой, конёчек, как же мне теперь жить-то с такой змеёй! – кручинится Иван коню.

А тот ему и отвечает:

– Не бойся хозяин, справимся и со змеёй!

Так и стали жить-поживать. Иван встает ранёшенько, да целый день по хозяйству крутится. А царевна только кричит и командует. И то ей не так, и это не этак. А одним утром вышла на крыльцо, да и давай Ивана ругать да на него кричать. Все от этого крика разбежались, а конь Ивана к царевне подскочил, хвать её зубами за плечо, на себя закинул – и ну со двора. Несется конь богатырский по лесам да по болотам, а у него на спине царевна от страха ни жива ни мертва сидит. Молчит, только за гриву держится. Остановился конь в густом лесу на краю болота, сбросил царевну под ёлку и говорит:

– Пока ты сварливая да дурная будешь, отсюда никуда не уйдёшь!

Развернулся и ускакал домой.

А царевне что делать? Налево бурелом да не пройти, направо по болоту нет пути, а прямо только ёлка, вот и всё!

Села она под ёлкой и давай ругаться. На отца, на женихов-принцев да королевичей, на Ивана да на коня… А как устала ругаться, давай плакать. А как наплакалась – давай думать.

Во дворце-то ей недосуг было думать, там все наряды да песни, и у Ивана тоже не до того, там все ругань да крик. Вот и все её занятия. Думала-думала, аж устала с непривычки. И думы все невеселые. Кого только она ни обижала в жизни, вот и получила. Да, может и не по заслугам ещё и получила: мог же отец запереть в тереме навек, а нет, вот за Ивана замуж отдал… Иван – он простак да мужик, а никого не обижает, даже на её крик не отвечает. Может, и не очень-то плох он?

Надумалась, устала, проголодалась, замерзла. Подняла глаза, а перед ней опять белоснежный конь стоит да и спрашивает:

– И что ты, царевна, про мужа своего думаешь?

Как услышала царевна про мужа-Ивана, так и полез её дурной норов опять. Забыла все, что думала, опять кричать принялась.

Вздохнул конь, развернулся и был таков. И осталась царевна одна. Ночь наступила. А ночью в лесу страшно, а в болоте и того страшнее. Вот уж натерпелась царевна! Так напугалась, наголодалась и замерзла, что и норов свой под той ёлкой растеряла.

А утром к ней на коне Иван прискакал, очень уж за неё волновался! И уговорил он своего коня отвезти его туда, где его жена обретается. А она как мужа увидала, так совсем позабыла, что он деревенщина да дурак, сама к нему кинулась да прощенья попросила.

Вернулись оба домой, а там уж и жизнь наладилась. Царевна как крикнуть хочет, так на коня глянет и сразу болото вспоминает. И кричать неохота уже. А конь гривой потряхивает да за царевной присматривает.

Так и отучил её Ивана мучить. А уж как царь увидел, что дочка меньшая да любимая так изменилась, на радостях отписал Ивану половину царства в наследство, а дочку обратно во дворец позвал. Да только она не поехала, побоялась, что опять сварливой станет. С Иваном осталась жить поживать да добра наживать. Так и живут, детей растят да на коне том волшебном ездят!

Катя, закончив рассказывать сказку, поняла, что жеребёнок, которому она, как оказалось, всё это и рассказывала, с усилием поднял голову да на неё внимательно смотрит. А потом она увидела слабую улыбку на лице старичка и поняла, что подействовало! Сказка просыпается! Она отступила от ворот, в которые должен был шагнуть старик с жеребёнком, и огляделась. Туман таял, растворялся в воздухе, исчезал.

Катерину стремительно подхватил нырнувший в остатки тумана Волк и, забросив на спину, наверное, как тот белый конь сварливую царевну, унес на двор Финиста. Там все заворожённо следили, как зеленоватый язык свесившегося тумана исчезал на глазах.

Финист кинулся к воротам, открыл их, и вместо зелёного мутного туманного марева они увидели просыпающуюся улицу. Потом Сокол оказался около Катерины, и та взлетела в воздух, подкинутая сильными руками.

«Во мышцы накачал, пока в фильмах снимался!» – невольно подумала Катерина, которая мечтала только о том, чтобы её никуда не подкидывали, а поставили на место и дали уползти в какой-нибудь уголок, по возможности укромный, чтобы прийти в себя. Всё-таки она в тумане очень боялась.

– Поставь ребёнка на землю! Иди вон, своих подбрасывай!

Сивка ворчал для вида. Было понятно, что он тоже очень волновался и теперь просто рад.

Финист поставил Катерину и бросился к жене и двум девчушкам, выскочившим из дома. Кате было так радостно видеть, как малышки теперь звонко хохотали и бегали по двору вокруг родителей!

Обратно Катерина тоже ехала на Сивке. К её спине привалился облегчённо сопевший Кот, который от волнения засыпал прямо на коне.

– Он всю ночь не спал, – проговорил Волк, летевший рядом. – От волнения!

– А ты? – спросила Катя.

– И я тоже, конечно. Смотри, сколько очистилось! – Волк кивнул вниз.

Под ними туман потихоньку исчезал, а свежий ветер наконец мог залететь на заснувшие земли и разбудить их обитателей! Катерина слезла с конской спины, ступив на поднявшийся дубовый корень, который нежно опустил её на землю. И села на тот же корень сама.

– Устала? – Сочувствующая морда Баюна возникла над плечом Кати.

– Я ещё не привыкла ко всему этому. Очень пугаюсь тумана, – честно ответила Катерина.

– Но ты же всё равно пошла? – Жаруся уселась на ветку над Катиной головой и с интересом разглядывала девочку. – Боялась, а пошла! На сегодня страх тоже побеждён? – Она мелодично рассмеялась и махнула крыльями, отчего дубовая листва окрасилась переливами золотого и малинового света.

– Там же так девочки маленькие боялись! А эта пакость так медленно всегда ползет? Тогда почему я вижу в тумане людей и животных, которые заснули на ходу?

– А как хочет он, так и движется. Иногда просто порывом накрывает, а иногда так, как с Финистом. Его-то не было, а про его Марьюшку помнят, но не сильно. Она рассказывала, что иногда туман наплывал над забором и нависал, потом отступал, потом опять… Видимо, как сказку вспоминали-читали, так и туман расходился, а как никто про них не помнил, все опять начинало заволакивать, – ответил Волк.

Он строго косился на Кота, напоминая о том, что надо Катерину обратно отправлять. Кот демонстративно этих взглядов не замечал. Катерина просто отдыхала, сидя на дубовом корне и радуясь свежему воздуху и солнышку.

Вдруг в роще справа от Дуба послышался треск, и на поляну выскочила изба. Баюн тут же взвился на дубовую ветку и приготовился к обороне.

– Катерину в дом, Бурый охраняй! – скомандовал он.

– Ай, Баюшенька котенька-душенька, да что ж ты так кричишь-то, а? Мне с Катей поговорить надо, а ты мешаешь! – Яга делала умильное лицо, выглядывая из окна избы. – Здравствуй, умница моя! Здравствуй, красавица!

– Здравствуйте, Яга Бабаевна! – вежливо ответила Катя, поднимаясь с корня, который тут же зарылся в землю.

– Яга, ты что творишь! Ты как посмела! Ты ж ребёнка чуть не угробила! Нас эти гады твои крылатые чуть не защипали! Волк вон в тумане едва не пропал! – Кот подпрыгивал на ветке, увеличиваясь с каждым обвинением. Под конец грозной речи дубовая ветка, на которой он выплясывал, аккуратно опустилась пониже, а то ещё сломает, вон как вырос!

– Да ладно тебе, Баюшенька, ничего же такого не случилось! Умница-то наша вон как хорошо все сделала! А так ты бы ещё сколько раскачивался? А уж какой ты молодец-то, а! Как же ты Катюшеньку нашу, умницу-красавицу отыскал! Всем так и буду говорить, мол, без Баюна нашего, лучшего котика на всем свете, ничего бы не было! Красавец ты наш писаный, Котик драгоценный! – разливалась соловьём Яга.

Первым начал фыркать Волк, потом Сивка. Жаруся, сев на плечо Катерины, смеялась, как будто звенел золотой колокольчик. Баюн злился.

– Не пущу к тебе Катерину! Так и знай! – наконец выговорил он.

– Ага, не пустишь – и правильно! Как же я так оплошала-то… Да ведь там не токмо моя сестрица застряла, в тумане этом проклятом, но и сказка про привередницу. Слыхала ли о такой, а, Катюша?– Яга обратилась к Катерине.

– Нет, не слышала, – растерялась она.

– Вот то-то и оно! И ты не слышала, и другие позабыли… Не удивлялась ты, почему все в сказках говорят про гусей-лебедей, а тебя только лебеди утащили? А гуси-то где? – Яга хитро покосилась на Катерину.

– Ей и лебедей твоих за глаза хватило, ведьма старая! – зашипел Баюн, который совершенно не собирался Ягу прощать. Впрочем, та не обратила на слова Кота никакого внимания и продолжала:

– Лебеди мне служат, а родичи их, гуси серые, моей средней сестре. А она как раз в сказке про привередницу застряла, когда туман туда пришел. И спят там все. И она сама, и её изба, и гуси, и Малашка-привередница с братом, и их родители, и печка, и яблонька кудрявая, и молочная река кисельные берега, и всё-всё, что там есть!

– Яга Бабаевна, а это же сказка про печку да яблоньку, разве нет? – заинтересовалась Катерина.

– Так, да не так. Катерин на свете много, и похожие на тебя тоже есть, а ты одна такая. И со сказками так же. Есть похожие, да не такие. И они все тебя ждут! – Яга серьёзно смотрела на Катю. – Ты уж извини за лебедей. Не думала, что они тебя ухитрятся уронить. И хоть им и так досталось, я ещё метлой добавила, за нерадение. Слетай туда, а? В сказке-то жители не виноваты в том, что так вышло! – Яге просить было неудобно и непривычно, Катя это понимала, поэтому, не обращая внимания на злобное шипение Баюна, просто кивнула.

Яга тут же развеселилась и разулыбалась.

– Вот и ладненько! Да, когда соберешься, меня позови. А то сестрица ещё со сна, чего доброго, гусей за тобой отправит, не разобравшись, – легко предупредила Яга.

– А как вас найти? – решилась уточнить Катерина, переварив предупреждение.

– Да лебедя позови и скажи. Он тут в речушке живет. Счас познакомлю. Э-э-эй, ты! – Яга оглушительно свистнула, так, что Кот свалился с ветки. Правда, на все четыре лапы и невысоко, но это не прибавило ему хорошего настроения. Прошипев что-то совсем оскорбительное в адрес Яги, он уселся рядом с Катей, решив не оставлять её с лебедем без присмотра.

Через пару мгновений из-за рощи показался крупный лебедь, который приземлился, до того знакомо спотыкаясь о дубовые корни, что Катя сразу поняла: это и есть тот самый первый лебедь, который позвал остальных, увидев её.

Она невольно поёжилась, и это тут же уловил Волк, сразу вздыбивший загривок и загородивший собой Катерину.

– Не-не-не, жрать его не надо, он даже клювом Катю не трогал, да и вас тоже. Он малость неуклюжий, так что толку с него мало. Он тут за обстановкой присматривает и знает, где меня сыскать, если что. Гуслик его зовут! – сообщила Яга.

Лебедь, видимо, собирался поклониться, или, по крайней мере, склонить шею, но запутался в лапах и грянулся о землю, причем одна из лап попала под корень. Вытащить её у него сразу не вышло, и он жалобно загоготал.

– Вот, совсем недоразумение! – прокомментировала Яга и метлой придала ускорение недотепе. – Ладно, поскакали мы, дел много. Катюш, не затягивай с сестрицей моей, будет за мной должок! – Яга быстро влетела на метле в окошко избы и удалилась вместе с лебедем, который пытался за ней угнаться, сначала прихрамывая по земле, а потом, получив пинок под хвост вылетевшей из окна избы метлой, уже по воздуху.

– Нет, ну вот что за наглая баба! – никак не мог успокоиться Баюн, зайдя в Дуб. – Даже у меня прощения не попросила! И лебедь тут за мной присматривает, оказывается! Сожру! И ты чего ухмыляешься? – налетел он на Волка.

– Я не ухмыляюсь, я хочу узнать, когда мы Катю домой отправим? На Горыныча смешно рассчитывать, он даже не подумал отследить, когда тут Яга появится. И Дуб её не обнаружил. Кот, нельзя нам рисковать!

Тут Катерина решила вмешаться.

– Волчок, мы же Финисту обещали помочь с его отцом. И Яге, и Горынычу. Как я уйду обратно, еcли они меня ждут? – сказала она, не дожидаясь, когда и без того разозлённый Ягой Кот окончательно поссорится с Волком.

– Ну не знаю… Надежнее всё-таки было бы… – Волк сомневался до последнего. Но решил с Кати глаз не спускать и беречь как зеницу ока.

Глава 4. Средняя сестра Яги

К отцу Финиста они полетели следующим утром. Финист показал место, где под слоем тумана находился дом отца и где можно найти героев сказки про купеческого сына да живую воду.

Катерину опять спустила Жаруся. Слой тумана в этих местах достигал высоты в несколько метров, и Катя при спуске прилично поцарапалась о чрезвычайно колючий крыжовник в саду купца. Вовремя заткнув ладонью рот, чтобы не вызвать криком Волка, она тихо ругаясь вылезла из кустов, сильно разодрав подол сарафана.

– Нет уж, всё, в следующий раз пойду в джинсах. Они, конечно, менее красивы, но уж вот это безобразие меня бы меньше достало! – Катерина с досадой осмотрела кусты и, разумеется, выяснила, что дорожка к дому находится с другой стороны зарослей. Шипя и тихо ругаясь, начала обходить их и наткнулась на заброшенный колодец, молодца с кувшином и красную девицу, застывших прямо у неё на дороге.

– О, зря я крыжовник ругала! Вот же они, голубчики, и искать больше не надо, – сообщила сама себе Катерина и начала рассказывать сказку.

– Жил-был богатый купец, и был у него единственный сын…

Рассказывая, Катерина прикидывала, куда бы спрятаться, когда герои начнут в себя приходить. Она нашла небольшую лазейку в кустах, куда и нырнула, как только туман стал редеть. Вылезла уже с другой стороны и тихо позвала Волка. Уже через пару секунд она была на спине Бурого, летящего вверх.

С жадным мельником было проще. Дорога к его дому очистилась от тумана, и Катерина спокойно пошла по ней, не опасаясь неловкого приземления.

Мельник никаких симпатий не вызывал, но его жена Катерине понравилась, и освободить её от оцепенелого туманного сна было радостно.

– Ну и наработались мы сегодня, – лениво пробормотал Баюн, растянувшись после сытнейшего обеда у отца Финиста, дом которого находился как раз за домом жадного мельника.

Отец Финиста оказался красивым худощавым стариком. Он тепло улыбался Кате и её спутникам, и нипочём не соглашался отпускать их компанию без угощения. При этом на сына он смотрел очень строго, и похоже, только присутствие сказочницы избавило Финиста от серьёзной выволочки за то, что он так долго не возвращался.

– Да кто наработался-то? Катерина! Ты-то при чём? – мотнул головой Сивка.

– Как это при чём? А волновался кто? – лениво протестовал Кот. Он задумчиво рассматривал карту, расстелив её на ковре перед собой. – Завтра к Яге или к Горынычу?

– К Яге. Она уже лебедя присылала два раза, а он каждый раз падает. Боюсь, дело закончится переломом лапы или шеи, или чего у них там ещё может сломаться при ушибе всей тушки о землю с размаху? – Катерина перестала бояться Гуслика и уже вовсю ему сочувствовала.

– Сказку посмотрела? – Баюн считал своим долгом контролировать процесс.

– Конечно. И Яга была права: сказка похожа, да не та. В той, которую я знала, упор делался на то, что девочка родителей не послушала, заигралась и брата унесли гуси-лебеди. А тут Малаша-привередница всё себе получше требовала. И кусок послаще, и развлечений побольше. Вот её и учили уму-разуму и печка, и яблонька кудрявая, и речка. Они же всё время и говорят, что избалованных только так и надо учить. И еда простая хороша, когда есть хочется, и уже сама себе особенной Малаша, наверное, не покажется.

– Правильно. Разные они, эти сказки. Сама завтра увидишь. А ещё …

Но что ещё хотел сказать Кот, Катерина так и не узнала, потому что раздались звуки труб и какие-то крики.

– Это ещё чего? – Баюн взвился с ковра, карта улетела в сундук, а Сивка замер у окна.

К Дубу как на парад подходили вооружённые люди. Вперёд вышел человек со свитком в руках, развернул его и начал громко читать:

– Я, царь Авдей, повелеваю тебе, Кот Баюн, доставить нам во дворец сказочника для очищения нашего царства от проклятого тумана! В случае неповиновения нашему приказу я, царь Авдей, велю тебя, Кот Баюн, схватить и в темницу заточить за утаение оного сказочника от нашего царского величества.

– Доигрался? – мрачно спросил Кота Волк. – Авдей – известный любитель повелевать, как же мимо него могло такое пройти!

– Счас-с-с…

Катерина была уверена, что Баюна знает. Но тут Кот стал страшен.

– Повелевает он мне! Погоди, Авдей, я тебе сейчас повелею!

Кот ринулся к окну, но Жаруся прихватила его за шкирку и подняла над полом, зависнув сама.

– Не торопись, а? Пусть поорут. Доказать, что ты внутри и этого посланника-глашатая слышал, невозможно. Погреб-то у тебя ещё работает? – уточнила Жаруся, на всякий случай не разжимая коготков.

– Работает, разумеется, – мрачно сообщил Баюн, дергая задней лапой, висящей в полуметре над полом.

– Вот и чудно! Дубу они ничего не сделают, выйти мы можем в любом месте, вот хоть перед привередницей, а дальше тебе, Волку и Кате разумнее вернуться пока в Катин мир. Я тут останусь и за Авдеем пригляжу, ты же знаешь, как сильно я его люблю после того, как он меня в клетке держал!

Золотой колокольчик Жарусиного смеха на этот раз прозвучал весьма грозно. Баюн почему-то мечтательно улыбался, косясь на Жар-Птицу, а Волк активно закивал.

– Я тоже с вами пойду, – сообщил Сивка. – А пока, Кот, собирайся и пошли к Ягусиной сестрице. Яга всё равно не отстанет.

Баюн, отпущенный Жарусей, мягко и плавно приземлился на пол, метнулся в сундук и вылез из него с маленьким мешочком на шее. Лапой погладил стену своего Дуба.

– Дуб, нам надо к привереднице, – сказал Баюн, глядя на пол.

В полу возникла крышка погреба. Кот зацепил когтем утопленное в пол кольцо и потянул крышку вверх. Катя увидела гладкие дубовые ступени, уходящие вниз. Судя по всему, погреб был огромный.

«Правда, непонятно, зачем такие припасы, если есть самобранка, но Коту, наверное, так приятнее», – думала Катерина, проходя мимо нескончаемых полок, уставленных какими-то кувшинами, плошками и бочонками всевозможных размеров.

– Кот, а что этот царь Авдей может сделать? – спросила она, проходя мимо очередных полок и кадушек. Впереди медленно взмахивала крыльями Жаруся, ярко освещая им дорогу.

– Да ничего такого. Нет, попытаться заполучить тебя он может, но как видно, даже подробностей о тебе не знает, в указе речь шла о сказочнике. То есть даже о том, что у нас сказочница, а не сказочник, он не в курсе. Просто от него всегда много суеты. Указы, глашатаи, лазутчики, какие-то заговоры… В Лукоморье царств много, и царей тоже хватает, разных, а Авдей очень уж беспокойный. Проще и правда переждать, чем с ним отношения выяснять или отбиваться.

Катя надолго замолчала.

– Котик, а мы что, можем в любом месте Лукоморья выйти? – наконец решилась она уточнить.

– Нет, конечно. Дуб просто дает верное направление под землей. Кстати, можем выйти в туман, поэтому придется тебе быть наготове.

Катерина тут же начала волноваться и пугаться, ведь в какой именно сказке они выйдут, было непонятно. Но всё обошлось. Крышка погреба в конце длиннющего коридора откинулась, и вся компания оказалась на залитом солнцем лугу. Туман был на краю луга, и там же оказалась и изба Яги.

– Ягуся, представляешь, этот Авдей совсем ума лишился! – Баюн даже забыл, что на Ягу злился.

– Вот же баран! – Яга не скупилась на описание Авдея, щедро перечисляя все его глупости, а Катерина размышляла, как же ей сразу не попасть Яге-средней на обед.

– Девка, не боись! Утиральник ей мой сразу покажи, она и успокоится, – разрешила Яга Катины сомнения, вручив вышитое полотенце-утиральник размером с хорошую скатерть.

В сопровождении избы (в которой восседала вся компания, перемывавшая кости Авдею) и Волка, который от неё ни на шаг не отходил (по крайней мере до тумана), Катя добралась до противного зеленоватого месива, заполонившего некогда светлый сосновый лес.

– Ладно, я пошла. – В руку ткнулся мокрый волчий нос. – Только не торопись, когда туман начнёт уходить. Пока я не позову, не мчись меня разыскивать.

Волк что-то с сомнением фыркнул, угрюмо глядя, как Катерина уходит в проклятую зелёную пакость.

Катерина нашла Малашу довольно далеко от того места, где осталась изба. Девочка с братом прятались под яблонькой. Катя устроилась в кустах, чтобы сразу гуси не схватили, если что, и начала рассказывать сказку про привередницу.

Закончив сказку, она наблюдала уже знакомую картину: туман исчезал, сказочные герои оживали, а в данном случае ещё и весьма активно. Малаша с малышом на руках ринулась из-под дерева в лес, за ней со свистом вылетели неведомо откуда серые огромные гуси. Катя забилась подальше под кусты. А когда гоготание затихло, отважилась вылезти, но тут же чуть не попала под лапы избы.

– А-а-а, попалася! Кудысь мальчонку девала? – завопила очень похожая на Ягу бабка, разве что менее цивильная.

Катерина молча выхватила утиральник и, как знаменем, начала им размахивать перед носом средней Яги.

– Ай, сестрица вышивала, младшенькая, любименькая!

Грозные интонации тут же стали умильными. Сестра Яги начала активно зазывать Катю в избу, отчего та благоразумно отказывалась и уже начала было высматривать пути к отступлению, нашаривая шапку-невидимку в сумке. Тут с громким топотом на поляну вылетела изба младшей Яги, и началось настоящее столпотворение. Избы чуть не столкнулись, ибо сестры возжелали обняться, потом они обе выскочили из избушек и кинулись на шею друг другу, потом пошли в одну избу, потом во вторую… И при этом гомонили на весь лес.

– Вот так всегда. А если ещё и старшую повстречают, вообще хоть уши затыкай, – прокомментировал встречу сестриц Баюн.

Волк, удачно выхвативший Катерину из-под куриных ног и нашедший для неё удобный пенек подальше от родственной встречи, сидел, внимательно наблюдая за орущими бабами.

– Баюн, пора нам. Скоро опять поругаются, вон, уже кактус делить начали, – заметил он.

В самом деле, средняя Яга, внимательно осматривая все новинки в избе сестры, обнаружила кактус и загорелась его заполучить, Яга-младшая сразу же этому воспротивилась. Конфликт разгорался уже нешуточный, и никому попадать под огромные топочущие куриные лапы не хотелось.

Жаруся подлетела к Катерине, тронула клювом её щеку.

– Не скучай, скоро увидимся. Не забывай тренироваться с брошкой, а то всё забудешь!

Сивка покивал ей и сказал Катерине:

– Ну, скорее. Вызывай ворота, а то они уже начали скандалить.

Катерина закрыла глаза и произнесла слова, которые должны были её вывести к воротам.

– Верни меня дорога,

К родимому порогу.

В следующий миг перед ней возникли те самые ворота, которые и привели её в сказочные земли. Только теперь они должны были открыться со стороны Лукоморья.

Катя подошла к ним, толкнула створки. Они послушно отворились, и девочка с Баюном, Сивкой да Бурым Волком вернулись в цветущий сад, прямиком к терему и Катиной семье, сидящей на ступеньках крыльца и переживающих за Катерину.

С момента её ухода в Лукоморье прошло чуть больше получаса. До вечера Кот рассказывал о Катиных приключениях, а она сама дошла до ванной, потом добралась до своей комнаты и только там поняла, как устала и перенервничала за это время. Уснула она ещё до того, как голова коснулась подушки. Рядом сидела Катина мама и тихонько расспрашивала Волка. Она отлично знала, что Бурому не свойственны литературные таланты Баюна, поэтому он расскажет всё точно и правду.

После обсуждения событий семья приняла решение Катерину по необходимости в Лукоморье всё-таки отпускать, но пока ей надо отдохнуть, и до следующего визита в сказочный мир просто наслаждаться каникулами.

***

Жизнь потихоньку входила в более спокойное русло. Катерина каталась на велосипеде с подружками, смотрела все мультики, которые ей хотелось посмотреть, вставала когда хотела и жила обычной летней жизнью нормального ребёнка.

Ну, почти… Не у всех же детей у порога чутко спит Бурый Волк, который регулярно катает на спине, и Кота Баюна тоже не часто можно встретить. Да и верхом на Сивке далеко не все могут прокатиться.

Правда, Кот был очень занят. Он ел, спал, опять ел и смотрел в волшебное зеркальце. А ещё вел активные поиски Царевны-Лягушки, по его данным, возможно, затерявшейся где-то в российских болотах.

– Я к русалкам с вопросами больше не полезу! – стонал он. – Они меня утопят и будут правы. То Змея искать, а то лягушку! И почему ей в Лукоморье не жилось!

– Баюша, а ты уверен, что она тут? – спросила Катя.

Кот призадумался.

– Не уверен, то-то и оно! Сказка известная, тумана там нет. И Лягушки тоже нет, хоть тресни! Куда она могла деться?

– Э-э-э, а кто её похищал в сказке? – решился уточнить Катин дедушка, за последнее время ставший большим знатоком в таких вопросах. – Не Кащей ли? Возможно ли, что она всё-таки в Лукоморье, но у него? Ну, к примеру?

– Вы гений! – Кот встал и церемонно поклонился. Ему так не хотелось связываться с русалками, что эту версию он принял безоговорочно.

₺57,12
Yaş sınırı:
12+
Litres'teki yayın tarihi:
27 aralık 2019
Yazıldığı tarih:
2018
Hacim:
410 s. 1 illüstrasyon
Telif hakkı:
Автор
İndirme biçimi:
epub, fb2, fb3, ios.epub, mobi, pdf, txt, zip

Bu kitabı okuyanlar şunları da okudu