За то время, которое заняла официальная часть, мой затылок чуть насквозь не продырявили, сверля весьма пристальным взглядом.
Оборачиваться, чтобы узнать, кто у нас проходит кастинг на роль нового Циклопа из «Людей Х», я не стала. Это очевидно – Антон! Оставалось только сидеть и демонстративно улыбаться, пытаясь поддерживать тупой разговор моего сопровождающего.
Когда на сцену поднялся дядя Дима, несмотря на непонятно откуда появившийся нервоз, я испытала и облегчение – рука Городецкого буквально душила меня! Сначала этот умник закинул свою конечность на спинку моего стула, а теперь другой стал поглаживать коленку!!!
«Спокойно, Викуся! Не надо дурашке пальцы ломать… точнее «не сейчас»! «Улыбаемся и машем», – как говорили находчивые пингвины из мультфильма «Мадагаскар»!
– Итак! – громогласно закончил своё приветствие Дмитрий Леонидович, выводя меня из транса. – Первый живой лот! Эээ… точнее «ужин с представительницей прекрасной половины человечества»! Захарова Светлана!
На сцену поднялась миловидная мулатка, а у меня в голове сразу возник вопрос: «сколько нас таких?» и «какой порядковый номер у меня!?»
Восточную красоту Светланы оценили многие мужчины, обратив внимание на которых я поняла, что большую половину гостей составляет-таки именно мужской пол.
Пока помощница Дмитрия Леонидовича продавала ужин в компании потомка Нефертити, сам миллиардер, как мог, показывал мне мимикой и жестами, чтобы я шустро шла к нему.
Так как идиотизмом я не хворала, поднялась с места и хотела уже бочком обогнуть ёрзающих на моём ряду богатеев, почувствовавших себя альфа-самцами, как внезапно Иван схватил меня за руку.
– Ты куда?!
– По-видимому, я лот №2, – спокойно кивнула в сторону Зверева-старшего, который моментально нахмурился, застыв взглядом на руке Городецкого.
– Да?
– Да, – пожала плечами, почувствовав себя не в своей тарелке. «С чего это у дяди Димы такая реакция на внимание ко мне со стороны других мужчин? Опять отеческое проявление?» – Меня хозяин дома попросил, – одной фразой стёрла со лба парня глубокую морщину, мягко улыбнувшись… я надеюсь! Не хотелось бы пугать свой временный щит хищным оскалом, явно выдающим истинное отношение к наглому мацанию моих колен.
– Отличная возможность, наконец, познакомиться с господином Зверевым лично! – довольно прищурился Иван, чуть ли не потирая ладони в предвкушении скорого знакомства с дядей Димой. – Я чувствовал, что ты мне окажешься полезной!
«Ох и кретин. Такое говорить девушке… пусть и блондинке – за гранью добра и зла», – сделала для себя ещё одну пометку, убеждаясь, что мой «кавалер» – редкостная скотина.
Молча развернувшись, зашагала на постамент, где находились ступеньки, и заметила, что не только мне Дмитрий Леонидович дал установку – «подниматься» – с другой стороны зала королевской походкой приближалась Катя Смирнова… теперь уже Зверева. Миловидная блондинка вела за собой нашу рыжую «бестию», шипящую сейчас в недовольстве похлеще рассерженной кошки.
– Я не согласна участвовать в этой работорговле! – расслышала причину возмущений Дементьевой, приблизившись к парочке красавиц.
– Яна, тише. Тебя все слышат…
– Кто?! Я никого не вижу! А если не вижу – мне плевать, кто и что обо мне думает, и чего он там слышит!
– Привет, – улыбнулась я, несмотря на то, что и мою улыбку очаровательная спасительница моей племянницы и и её немного старшего друга ей не увидит. – Смотрю, ты везде пытаешься найти плюсы, Янчик?!
– О! Ташкевич! Привет! – сразу же вильнула головой Дементьева, превосходно сориентировавшись по звуку моего голоса. Глаза прелестной танцовщицы были спрятаны за тёмными очками. – Викуся! Спасай! Мало того, что меня сбыли с рук гадскому папаше дорогого семейства, так ещё и продать ему решили!
– Не обязательно, – выпучила глаза Катя, жестами прося подыграть. – Не факт, что Дмитрий Леонидович…
– Ой! – махнула Яна, скривив губы. – Молчи. Я же не дура! У меня зрение пропало, а не мозг! Нет, ладно, вы уезжаете, но зачем было просить за меня этого перекормленного молодильными яблоками хрыча!? Ещё и ребёнка подговорили на уговоры! Варвары! Дегенераты! Знали, что я крестнику отказать не смогу… Всё! Катерина – это крест на нашей дружбе!
Зверева приложила ладонь ко лбу, возведя глаза к высоким потолкам огромного зала, будто бы вопрошая – за что ей всё это.
Решила помочь несчастной:
– Янчик, чего ты так разбушевалась? Я думала, что у тебя на дядю Диму зуб… а теперь вижу, что ничего подобного… – Дементьева задохнулась от гнева, поэтому я поспешила продолжить: – Ты только представь, какие для тебя горизонты открываются! Сколько можно всего сделать! Как изысканно отомстить… – Дементьева сдулась, а Катя насупилась, обиженно поджав губы, но всё-таки промолчала.
– Хммм… ведь знаю, что ты мною просто манипулируешь, а всё же складно у тебя выходит… Ну, ладно! Веди!
«Ура!» – растянула губы в довольной улыбке, осторожно беря предложенную руку Яночки – души компании не только танцовщиц, но и стритрейсеров, которые очень любили свою подругу детства, как не всякие братья своих сестёр любят!
– Продано! – стукнула молоточком по трибуне распорядительница торгов, получающая от мероприятия явное удовольствие.
«Может, у неё фетиш такой?» – ухмыльнулась, сопровождая Дементьеву по ступенькам, тихо считая для неё подъём.
– Следующий лот! Прекрасная представительница классической школы танца! Великолепная, обаятельная, необыкновенно гибкая…
– Да она не охерела, – процедила сквозь зубы Яна. Казалось, будь её глаза свободны, она даже из-под очков смогла бы испепелить помощницу Зверева-старшего, точно Медуза Горгона. – Складывается ощущение, что она не ужин в компании меня продаёт, а нечто иное…
Дементьева точно мысли мои прочитала!
Подобное перечисление достоинств спутниц, ужин с которыми предположительно сейчас продавался, мне понравился не больше самой Яны. Стало даже немного не по себе.
«… интересно, как меня представит эта помощница дяди Димы?!»
Мы с Яной остановились на середине сцены.
Отходить и оставлять свою непосредственную начальницу не хотелось. Пусть я сейчас работала в концертных залах, а начала своей творческой карьеры с танцовщицами мне никогда не забыть, спасибо Лерочке…
«Да и Янка сейчас беззащитна… Пусть Дементьева не видит этих хищных взглядов мужчин и презрительных глаз женщин, но я-то вижу!»
– Дементьева Яна – владелица элитной студии танца «DIVA»! – всё не унималась «сутенёрша ужинов».
Янка скривила губы от раздражения.
– А блондинка – бонусом? – спросил из задних рядов кто-то из гостей Зверева-старшего, который куда-то пропал.
– Эээ… нет. Это следующий лот…
– Базар фильтруй, – вкинула я бровь, наконец, выпуская наружу стерву, которая ввиду последних событий и так достаточно долго не давала о себе знать. – Не я – лот, а ужин, где моё присутствие – добровольный жест ради благотворительной акции. Ещё один намёк на нашу растяжку и следующим лотом будешь ты…
Мой тихий спокойный шёпот заставил брюнетку побледнеть и стать похожей на Белоснежку из сказки.
«Мля, точь-в-точь она!»
Пока я разглядывала бедолажку, девушка пришла в себя и с усилием улыбнулась, прошептав в микрофон:
– Начальная ставка – 500 тысяч рублей!
– Пять миллионов, – поднял руку дядя Дима, выросший у подножия сцены, словно гриб, вызывая своей ставкой охи и ахи у прекрасной половины гостей.
Дементьева поморщилась, повернув голову ко мне, показывая тем самым, что видеть покупателя вечера с собой не только не может, но и не хочет.
– Продано! – долбанула по трибуне молотком брюнетка, заставляя уже меня удивлённо вскинуть брови.
«А где: «раз», «два», «три»?! Разве перед итоговым «продано» не должно быть счёта?»
В ступоре наблюдая, как Яночку, мягко придерживая за локоть, уводит дядя Дима, вздрогнула, когда брюнетка снова заговорила:
– Следующий лот! Ужин в компании Виктории Ташкевич – о… – девушка запнулась, нервно покосившись на меня, – … очаровательной блондинки, милой и доброй представительницы творческой профессии. Виктория не только позволит Вам почувствовать себя мужчиной, но и… – заметив взгляд этой самой «доброй представительницы», брюнетка запнулась. – … и ценителем красоты, как внешней, так и внутренней. Начальная ставка – пятьсот рублей! Эээ… простите: «тысяч рублей»!
«Дрянь такая!» – засмеялась через силу вместе со всем залом, оценившим ошибку распорядительницы мероприятия, как шутку. – «Ведь в жизни не поверю, что нечаянно!»
– Один миллион!
– Полтора!
– Два!
– Три! – наконец, проснулся Городецкий.
«Ёёёё… оказывается, Питер не зря называют «культурной столицей России»! Ты смотри! Все хотят отужинать в компании девушки – музыканта…»
– Двадцать…
– Что? – ошарашенно завертел головой Иван, назвавший последнюю ставку, которую перебил мужчина в чёрном, как смоль, костюме… с невероятно красивыми голубыми глазами.
– Серьёзно? – совершенно непрофессионально переспросила помощница дяди Димы, роняя нижнюю челюсть на трибуну. – Эээ… то есть… двадцать миллионов – раз! – Я хмуро смотрела на Антона и думала: «Откуда у него столько денег?!». А ещё – «Почему Городецкий молчит, дёргано моргая светлыми ресницами?» – Двадцать миллионов – два!
Я начала паниковать.
«Рано! Нельзя с Антоном оставаться наедине – мама и Таша со своей семьёй ещё не покинули город!» – нахмурившись, пристально посмотрела на Ивана, своим взглядом приказывая шевелиться.
Городецкий открыл рот… и тут:
– Двадцать миллионов – три! Продано!
– Чёрт, – выругалась тихо, подняв глаза на своего покупателя, губы которого дёрнулись в кривой ухмылке.
– Поздравляем молодого человека! Забирайте ваш приз!
Молча приняв руку Макарова, спустилась со сцены, старательно улыбаясь.
«Блин! А что мне ещё делать!?» – стараясь не смотреть на самодовольную улыбку непонятно откуда взявшего такие деньги Антона, опустила глаза в пол, якобы боясь за высокие шпильки.
– Напоминаю девушкам и покупателям вечера, – сияла с трибуны брюнетка, уголок губ которой дёргался то ли от зависти, то ли от разочарования, то ли, как вариант, от удачной продажи вверенных ей девушек… эээ… пардонте! Ужинов в компании девушек! – Дату или же время, удобное для обеих сторон купли-продажи, устанавливаем здесь и сейчас, в присутствии распорядителя, то есть меня! Всем хорошего вечера, а участников торгов прошу подойти к столику номер десять!
Когда мы оказались на месте, я предпочла молчать… в отличие от Яны, которая отметала дату за датой, морща носик и твёрдо заявляя, что ей неудобно на то или иное время.
– Так, – через пятнадцать минут не выдержал дядя Дима, явно пожалев свою растерянную помощницу, – Рита, мы сами разберёмся. Давай со следующими… Катя! – схватив Дементьеву за локоть, Зверев совершенно беспардонно потащил рыжую бестию, которая тут же зашипела в ответ на его произвол, явно выговаривая своему спутнику всё, что о нём думает!
Её реплики однозначно были далеки от слов благодарностей за щедрое пожертвование в фонд сирот и малоимущих!
– Эээ… теперь вы… – тревожно посмотрела Рита, нервно сжав пальцами ручку. – Сегодня?
– Сегодня девушка обещала ужин мне! – непонятно откуда нарисовался Городецкий.
Синие глаза Антона потемнели, у суставы рук хрустнули, когда пальцы сжались в кулак.
«Чёрт! Будь я мужчиной, никогда бы не полезла спорить с таким экземпляром уличной культуры, пусть сейчас и облачённым в красивый дорогой костюм!»
– Да, действительно, – стараясь всем своим видом не выдать напряжения, спокойно улыбнулась я и прямым взглядом посмотрела на Антона. – Сегодня я не могу. Может, завтра?
Несмотря на то, что Макаров внешне не выражал злости и обиды, снисходительно улыбаясь, не заметить, как на его скулах заиграли желваки, было просто невозможно!
– Хорошо, – спокойно согласился Антон, лениво пожав плечами… своим блестящим яростью взглядом обещая мне тот ещё ужин завтра!
Развернувшись, мужчина отошёл к группке мужчин, и я почувствовала, что мне стало легче дышать.
– Мероприятие в самом разгаре, – подала голос Рита, переминаясь с ноги на ногу. Девушка явно пыталась меня, застывшую в неподвижности, пристально смотрящую вслед ушедшему Макарову, отвлечь от навалившегося ступора.
– Да. Спасибо! Ваня… пойдём, посидим около бассейна, – очнулась я, будто ото сна, настойчиво потянув красавчика-продюсера к шезлонгам.
Терраса отлично просматривалась через французские окна дяди Димы, располагающиеся на всю стену, поэтому миссия «отвадить Антона» как нельзя лучше сейчас будет реализована, учитывая косой взгляд и полуразворот тела Макарова.
«Это ж надо! Обиделся, а всё равно предпочитает контролировать меня на расстоянии, «держа руку на пульсе»! Мечта, а не мужчина!» – тоскливо вздохнув, села на мягкую оббивку шезлонга, больше похожего на тахту и с удивлением обнаружила, что Городецкий присаживается рядом. – «Нет, конечно, это мне на руку… но Я хотела быть инициатором! А сейчас получается, что наглость этого мажора буду поощрять!» – поморщившись, естественно только внутренне, улыбнулась, кинув косой взгляд в окно.
Макаров прожигал меня бешеным взглядом, который довольно странно смотрелся вкупе с «милой», спокойной улыбкой.
– Виктория… – выдохнул моё имя довольно пошло Городецкий, придвинувшись вплотную. – Никогда не любил проигрывать… хочу попросить прощение, что не успел…
– Ничего страшного, – улыбнулась я в ответ, мысленно шмякнув Ивана по голове лежащей на стеклянном столике стопкой журналов. – Это всего лишь ужин… во благо.
– Наш сегодняшний вечер для тебя тоже… всего лишь?
Учитывая, что я ненавижу врать людям, особенно тем, которые мне не нравятся, предельно искренне ответила:
– Да.
У мужчины вытянулось лицо от удивления.
– Как?
– Да. Я ничего серьёзного не планировала… просто решила развлечься. Подумала, что ты будешь не против…
Нагнувшись к лицу блондина, провела пальчиками по его нежной, словно девичьей, коже, удивляясь гладкости, парень явно не вылазит из салонов красоты…
– Ооо… – самодовольно улыбнулся Иван, нагло кладя руки мне на талию, чуть ли не к себе на колени притягивая. – Я очень даже не против. Несерьёзные отношения – это прям моё!
«Кто бы сомневался! Это «моё» у многих мужчин… ммм… простите, мальчишек! Не зря сказал Стив Харви: «Мальчики сожительствуют, мужчины создают семьи»! Куда там Городецкому до серьёзных отношений!?» – снисходительно улыбнувшись, скосила взгляд на Макарова, которого, благодаря прямому положению тела, было видно прекрасно из-за спины Городецкого. – «ВОТ, кто настоящий мужчина! Антон явно не боится серьёзных отношений! Я ему нужна не на один миг… Мой мужчина…» – прикрыв глаза, подалась вперёд, представляя, что передо мной не Иван, а Антон, наконец, касаясь губ парня.
Когда отстранилась от Городецкого, довольная, что могу сделать нормальный вдох… без привкуса и запаха хвои, точно в лес попала, Макарова в окне уже не было.
– Поехали ко мне! – яростно зашептал Иван, снова наклоняясь ко мне для поцелуя.
– Нет, – ответила раньше, чем подумала.
«И откуда эта брезгливость взялась!? Раньше ты не была такой, Вика!» – бранила сама себя, пытаясь подавить в себе раздражение.
Я раньше, действительно, не отличалась моногамией. Чтобы там мужчины о себе не думали, но женщина так же может принадлежать нескольким мужчинам… я сейчас не одномоментном совокуплении с несколькими говорю, а о паре любовников… в разное время. «Да… почему нет?!» – это был мой принцип свободы, который я по глупости определяла главенствующим показателем оной… но, познакомившись с Антоном… я теперь другая… Я теперь не могу встречаться с тремя парнями разом…
«Да я теперь вообще по ходу ни с кем, кроме Макарова, встречаться не могу!»
– Что-то устала сегодня… извини, Ваня, – поднялась с мягкого сидения, поправляя бретельку чёрного блестящего платья. – Домой хочу… спокойной ночи.
– А… – молодой мужчина растерялся. – А как же «несерьёзные отношения!? – моська Городецкого смешно вытянулась.
– А это с кем-нибудь другим, то есть «другой». До встречи на концерте, Ваня.
Направившись обратно в дом, даже слушать не стала возмущения молодого парня, думая лишь о том, как теперь выпутываться из сложившегося тупика.
«Ужин в компании Антона… а может, сказать ему правду? Ведь Мастер не угрожал мне, не требовал молчания…» – Понятное дело, оно само себя подразумевает, когда маньяк преследует свою жертву, но я больше не могла носить всё в себе. – «Признаюсь! Расскажу! Всё равно пока со стороны сталкера тишина! Может, мы вместе что придумаем с моим Рыжиком? Надеюсь, он с ума от ревности не сошёл, пока смотрел, как я целуюсь с Городецким!»
Вырулив из-за колонны, двигаясь в направлении раздевалок, где висело моё весеннее лёгкое пальто, неожиданно столкнулась с Макаровым, явно поджидающим… кого-то.
– Эээ…
– Что-то быстро у вас ужин закончился, – криво усмехнулся Антон, спрятав руки в карманы брюк, будто в переживая за свои действия. Мужчина, вопреки улыбке, явно желал меня придушить… ну, или встряхнуть, в лучшем случае.
– Ага…
– Тебя подвезти?
«А может, сейчас всё рассказать?»
– Ага, – снова кивнула я, решаясь.
Бровь Рыжика взлетела вверх, выражая крайнюю степень удивления. Антон явно не предполагал, что я так быстро соглашусь на его предложение.
Тем не менее сопли жевать, как это было с Иваном, Тошик не стал – стащил с вешалки моё пудрового цвета пальто, помог надеть, сам быстро накинул кожаную куртку, которая до смешного чудно смотрелась с его костюмом, и предложил мне свой согнутый локоть, твёрдой походкой направившись на выход.
– Нам надо поговорить… может… эээ… может ужин перенесём на сегодня? – первым делом спросила я, оказываясь в новеньком «Volkswagenе», но такого же неизменного жёлтого цвета, как тот, в который забросил меня Макаров пять лет назад, решив знакомиться по ходу событий.
Вспомнив тот вечер, когда компания стритрейсеров ворвалась на вечеринку Дмитриева, на тот момент находящегося в статусе моего парня, не смогла сдержать улыбку.
Антон, повернул ключ и посмотрел на меня:
– Нет. Ужин состоится завтра, но! Если у тебя есть ко мне серьёзный разговор, то мы можем поужинать в неформальной обстановке, минуя договорённость сегодняшней купли-продажи.
– Кстати! – нахмурилась я, сурово сведя брови. – Откуда у тебя такие деньги?! Двадцать миллионов рублей! Это уму непостижимо!
– Не хотелось тебе говорить, но врать я не намерен. Раз ты спросила – отвечу честно: эти деньги мне задолжал дядя Дима… так что он не только вечер с Янкой оплатил, но и твой ужин со мной.
«Вот прохиндей!» – несмотря на натуральный мухлёж дяди Димы, явно знающего наперёд, что Макаров меня купит, стало смешно.
Едва сдерживая смех, покачала головой:
– Ясно. Хорошо. Поехали куда-нибудь… в клуб ночной, например, – предложила я, настороженно посмотрев на свой телефон.
У меня были подозрения, что Мастер каким-то образом следит за мной… и пусть папа и дядя Саша проверили мои гаджеты вдоль и поперёк, до конца избавиться от этой паранойи так и не получилось. Как говориться: «Доверяй, но проверяй»! Именно поэтому я предпочитала шумные компании и большое скопление народа, где можно хотя бы парой фраз обменяться, не боясь быть услышанной.
Макаров без дальнейших разговоров вывернул на дорогу, устремившись в цент Питера, до которого ехать без пробок не больше двадцати минут.
За это время я отправила смс-ку маме, уведомляя её о том, где я, с кем и насколько задержусь.
«Умница моя!» – получила в ответ, стараясь не смотреть в сторону водителя, взгляд которого периодически ощущала на себе. – «Отдыхай! Нам пора оживать… жизнь идёт… я сегодня останусь ночевать у Таши. Помогаю с вещами. О! Кстати! Мы едем в Калининград! Руслан одобрил моё предложение… уже купил билеты на завтра!»
У меня как камень с души спал!
Даже дышать легче стало!
«Я очень рада! Люблю тебя, мам…» – поставив кучу сердечек, откинулась на спинку пассажирского сидения и прикрыла глаза.
«Господи! Неужели я хотя бы немного получу покоя?» – не знаю, как кому, а мне безопасность моих родных была куда ценнее собственной жизни. Раньше я как-то не задумывалась об этом, но, когда сначала стреляли в мою подругу – Воропаеву Леру, а потом украли маленькую Киру… и смерть отца – это убедило меня в своём собственном альтруизме. Я была готова хоть сейчас снять с себя кожу, но только бы быть уверенной, что больше никому из моих близких никогда не будет грозить смерть!
Именно поэтому я собиралась присоединиться к серьёзной и очень опасной игре Мастера.
«Мне необходимо вывести его из тени! Разозлить так, чтобы он ошибся! И раз стимуляция моих наказаний основывается только на разгульном и весьма пренебрежительном образе жизни, из которого раньше строился режим моего дня, то пора приступить к личностному падению! Только бы Мастера вычислить!» – я понимала, что у меня началась конкретная паранойя, но выхода другого не видела, как последовать по этому пути «общения» со своим Мастером! – «Из оставшихся ребят мстить мне не через кого! Мама, Таша, Кира и Русик – уезжают! Лера сейчас вместе с Виктором в Испании… Яна и Катя под пристальным наблюдением Зверевых… только Антон…» – мне оставалось только надеяться, что Макаров, получив правдивый ответ на вопрос «почему мы больше не можем быть вместе?!», поймёт меня правильно и даст мне возможность определиться с целью… потом уж я натравлю на этого умалишённого Мастера всех стритрейсеров! Дядя Дима и дядя Саша не оставят живого места на этом кретине, не говоря уже об Антоне, Андрее, Русике и Викторе! У каждого из парней есть личная «обида» на психопата!
– Вика? – тихий шёпот Макарова меня испугал. Дёрнувшись, я резко открыла глаза, даже не заметив, в какой момент их прикрыла! – Мы приехали… всё нормально? Ты не устала? Может, тебя отвести домой?
Тревога мужчины была так приятна, что я расчувствовалась, внутренне горюя о временной невозможности прижаться к Антошке и просто почувствовать себя дома…
– Нет, – взяла быстро себя в руки. – Всё хорошо. Мы приехали? – оглядевшись, заметила вход в караоке-бар, куда мы часто с Леркой ходили, вернувшись из Калифорнии, где просидели с трусливой старшенькой почти пять лет, прежде чем взглянуть в глаза её глупым эгоистичным страхам. Бар отличался своей шумностью и количеством народа в нём, поэтому я спокойно вздохнула, открывая дверь. – Идём.
Впереди предстоял очень серьёзный разговор.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.