В полдень Ник вернулся в отель раздраженный и усталый. Встреча с Картером Джонсом была необходимой и до крайности сложной. Уж лучше бы они поговорили за ужином, тогда бы у Ника был испорчен только вечер. Как же его выводило из себя глупое упорство и попытки ухватиться за ускользающее благополучное прошлое! Судоремонтный завод Джонса терпел убытки последние пару лет, он и не развалился окончательно только благодаря личным материальным вливаниям своего хозяина. Но деньги без должного обращения имели свойство заканчиваться, и у Картера Джонса остался только один путь: уйти на покой, а он, Николас Хейворт, собирался помочь ему в этом, выписав неплохую прибавку к пенсии.
Компания готовила эту сделку полгода, и Ник не собирался отказываться от своих планов и немалой прибыли только потому, что Картер Джонс упирался, полагая, что в силах что-либо изменить и отбиться от атак «Беркшир Интернешнл». Его завод уже было невозможно вытащить из ямы, которую они сами вырыли, а Нику необходимы были их активы для продажи в развивающиеся страны. То, что не имело ценности в Штатах прекрасно продавалось за границу, поэтому участь «Вотеркрафт Индастриз» была предрешена.
Ник прошел в спальню и даже подумал, что был бы не против расслабиться в трепетных женских объятиях. Он же сказал Шэрен, что она может не торопиться уходить, а женщины часто трактуют такие фразы по-своему и могут ждать его возвращения до вечера, оправдываясь тем, что просто не успели одеться.
Спальня была пуста. Ну что же, Шэрен оказалась понятливей других. Оно и к лучшему, хотя было немного жаль, что он встретил своего золотоволосого ангелочка при таких обстоятельствах. А ведь у них мог бы закрутиться головокружительный роман, пока Ник был вынужден находиться в Сан-Франциско, прекрасное дополнение к сделке с Джонсом.
Ник бросил на кресло пиджак и посмотрел в сторону залитой солнечным светом столовой. Балконные двери настежь распахнуты, тонкие белоснежные занавески ласково перебирает теплый ветерок, широкий прямоугольный стол накрыт к завтраку. Он подошел ближе и через мгновение раздраженно отодвинул от себя блюдо с некогда хрустящими булочками. Все осталось ровно так, как было до его ухода. К завтраку Шэрен не притронулась. Либо ей не понравилось ни одно из блюд, заказанных в ресторане отеля, либо она показывала характер.
Ник отодвинул стул и присел. Он знал, что секс с подчиненной – ошибка, но еще пока не представлял ее масштабов. Сколько раз он был свидетелем служебных романов в «Беркшир» и присоединённых к ней компаниях? Сотни! Многие из его сотрудников, находящихся на ответственных должностях, работали по шестьдесят-семьдесят часов в неделю, и порой времени на личную жизнь просто не оставалось, а секретарши и личные помощники тем временем становились самыми близкими людьми, да и физиология давала о себе знать. Ник все это понимал, но не одобрял. Потому что всему приходит конец, и когда он приходит, бывшим любовникам практически никогда не удавалось сохранить нормальные деловые отношения. Многих приходилось разводить по разным отделам, или отсылать в дочерние компании, а некоторых даже увольнять.
Ник обычно предпочитал учиться на чужих ошибках, но видно, мало ему было сторонних проблем, теперь у него появятся свои. Что будет делать Шэрен: воротить от него нос и всем своим видом демонстрировать оскорбленную невинность, наивно полагая, что имеет на это право только потому, что переспала с ним, или же вешаться на шею и требовать встреч? Этого он не знал, как и не знал, что из двух вариантов хуже. Ник схватил телефон и попросил прийти горничную. Пусть она не сможет избавить его от проблем, но хотя бы избавит от заветренной еды.
–//-
В понедельник утром, придя на работу, Шэрен долго не могла избавиться от ощущения, что все вокруг знали, с кем она ушла с вечеринки и куда отправилась. Одно, если коллеги догадывались, что у нее роман с боссом, и совсем другое, – если они увидят, что, кроме одной ночи, у них больше ничего нет. И то, и то – так себе реклама, но второе еще и унизительно.
«Хотя что, собственно, произошло?» – пыталась рассуждать рационально Шэрен. Два человека поддались порыву и провели ночь вместе – стандартная ситуация. Потом мужчина честно признался, что между ними ничего не может быть – тоже ничего нового. Ник не пропал с обещанием позвонить и в любви не клялся, но она все равно чувствовала себя обиженной. Наверное, потому что он был ее первой любовью, пусть детской и наивной, но все же. В ее мечтах Ник был необыкновенным, особенным, а вышло… как вышло, и работа в одной организации только усложняла ситуацию.
По факту Ника нет, есть Николас Хейворт – президент компании, и Шэрен Прескотт – рядовой сотрудник, и внимания он ей уделял ровно столько, сколько и до той злосчастной вечеринки в яхт-клубе. А она всеми силами старалась отвечать ему тем же. Но когда в очередной раз поймала себя на мысли, что, скорее всего, выглядит, как кот из «Шрека» – с глазами-блюдцами и умоляющим взглядом – решила полностью закопаться в работе. Благо, это было не сложно, потому как чего-чего, а обязанностей у Шэрен было немало.
Погрузившись полностью в разбор залежей хранилища и проверку сделанных ранее переводов, Шэрен и не заметила, как пролетела неделя и началась другая. Мысли о Нике она задвинула в самый дальний уголок сознания, поэтому, когда столкнулась с его секретаршей, которая, как оказалось, разыскивала именно ее, очень удивилась.
– Шэрен, – отдышавшись, начала Стейси. – Я не могла дозвониться ни в хранилище, ни тебе на мобильник. Мистер Хейворт разыскивает тебя, – практически шепотом закончила она.
Шэрен растеряно перехватила тяжелые папки, с которыми решила разобраться у себя в кабинете, и достала мобильник. Телефон стоял на беззвучном режиме. Она виновато улыбнулась Стейси и также тихо спросила:
– И в каком он настроении после долгого ожидания?
Стейси задумалась, подбирая правильное определение.
– Достаточно миролюбивое, но с явными признаками нетерпения. – Она засмеялась на последних словах. – Я, пожалуй, схожу к аналитикам. Боссу нужен отчет, а ты иди. – Стейси выразительно посмотрела на широкий коридор, ведущий к кабинету Ника, и ретировалась.
Шэрен кое-как включила звук на телефоне и пошла по заветной дорожке. Что Нику было нужно, она не представляла. Обычно все поручения она получала от Майкла Стенли или же, если карта на день выпадала плохой, от Кристофера Уолша. Странно, но официальный руководитель отдела инновационного направления Шэрен не жаловал. Будто это не она спасла его от неминуемого увольнения, а, наоборот, забила гвоздь в крышку гроба. Она чувствовала волны исходившей от него неприязни и совершенно не понимала причин такого отношения. Шэрен не виновата, что издательство поглотил финансовый холдинг, и что Майкл фактически управлял его отделом. Шэрен работала с материалами, которые напрямую перекликались с работой Уолша, он тоже давал ей задания. И в том, что из двух руководителей она предпочитала Майкла, не было ничего удивительного. Умный, энергичный, справедливый и, что уж говорить, симпатичный мужчина. Они сразу же сработались, и он даже немного ревностно отнесся к тому, что ему необходимо делить своего личного помощника с Кристофером Уолшем, к которому, к слову, не питал никакой приязни.
В приемной президента компании телефон Шэрен громко завопил голосом Джорджа Майкла, ненароком заставив ее испуганно подскочить на месте, а мобильник, лежавший на папках, взлететь вверх. В попытке поймать его Шэрен подпрыгивала то на одной ноге, то на другой, стараясь не потерять равновесие и не рассыпать документы, а мысль, что она настолько часто отключала звук в телефоне, что даже успела позабыть, какая специфичная музыка закачена на него, как всегда невовремя посетила и без того загруженную голову.
– Это что за акробатические номера? – поймав мобильник, удивился Ник.
– Планирую сбежать с бродячей цирковой труппой, – сухо отозвалась Шэрен. – Интересно, им понравится, что я жонглирую телефонами вместо мячей?
– Уверен, они будут в восторге. Но, боюсь, это невозможно, – серьезно произнес он. Шэрен вопросительно подняла брови. – У тебя слишком плотный график.
– Стейси сказала, что я нужна тебе.
– Очень нужна, – мягко ответил Ник и отступил от распахнутой двери, приглашая ее войти.
Шэрен отбросила все тридцать три варианта трактовки его фразы, оставив одну-единственную – работа – и спокойно вошла в кабинет.
– Присаживайся, – он похлопал по спинке своего кресла и выжидающе посмотрел на застывшую посредине комнаты молодую женщину. Когда Шэрен не без опаски подчинилась, Ник объяснил:
– Мне срочно нужно перевести этот документ на английский. – Он кивком указал на экран. – Извини, что добавляю работы. В издательстве четыре человека владеет немецким, но, кроме тебя, никого сейчас нет на месте.
Шэрен быстро пробежала текст глазами, пытаясь сходу оценить объем работы, поэтому на его слова никак не отреагировала.
– Я не хочу тебя торопить, но у меня через три часа самолет, и нужно успеть внести правки в договор, если они понадобятся, конечно, – улыбнулся Ник. – Сколько времени это займет?
– Если бы не техническая терминология, я бы сказала – быстро, а так… – Она нахмурилась. – Но, я постараюсь. Как переведу скину тебе на почту.
– Переводи здесь, с терминами я помогу.
– Прямо здесь? – удивилась Шэрен.
– Прямо здесь. – Ник отпустил спинку кресла, на которой все это время лежали его руки, и отошел.
– Ладно, – пожала плечами Шэрен, – когда еще удастся посидеть в кресле президента, – тихо пошутила она. Но Ник, устроившийся с ноутбуком на диване, услышал и бросил на нее короткий, но крайне красноречивый взгляд, без лишних слов говоривший, что она не то, что сидела, но даже спала в постели президента компании. Еще пару недель назад такой взгляд заставил бы Шэрен растечься лужицей перед ним, но сейчас она сделала вид, что не заметила. Он просил забыть о проведенной вместе ночи, и она забыла!
– Гугл-переводчик? – прокомментировала Шэрен, закрывая всплывшее окно.
– Я пытался сам перевести, – честно признался Ник. – Но, по-моему, получилась какая-то ерунда, – с обезоруживающей улыбкой заключил он.
Шэрен быстро отвернулась к монитору, боясь снова попасть под его обаяние, рационально рассудив, что лучше направить всё внимание на текст. Как там говорила бабушка Джанет? От греха подальше?!
Следующие полчаса она сосредоточенно переводила документы, а когда возникали вопросы, не отрывая глаз от монитора, обращалась к Нику. Когда он подходил, положив одну руку на кресло, то склонялся над столом так низко, что стоило Шэрен шелохнуться, ее волосы касались его плеча. А аромат его парфюма прозрачным облаком обволакивал с ног до головы и свежим дуновением проходился по пылающей коже. Тогда Шэрен призывала на помощь всю свою гордость, чтобы первой не податься на встречу его губам, да и думать нужно было о техническом оснащении какой-то немецкой фармацевтической компании.
Она практически закончила, когда у Ника зазвонил телефон. Без задней мысли вслушиваясь в разговор и в спокойный уверенный голос, Шэрен уловила название «Вотеркрафт Индастриз».
«Наверное, этой компании тоже предстоит войти в состав «Беркшир», – предположила она, но через мгновение поняла, что нет. Из разговора стало ясно, что старый судоремонтный завод разделят на части и перепродадут за границу. Шэрен поморщилась, вспомнив звонок Фрэнсиса Колвилла. Сводный брат позвонил ей на выходных, еще раз поздравил с новой перспективной работой, а в особенности, с должностью личного помощника одного из ключевых руководителей компании Хейворта, и вкрадчиво поинтересовался, слышала ли она что-нибудь важное. Шэрен ответила, что нет и, сославшись на срочный звонок по второй линии, сбросила вызов. А сейчас почувствовала себя шпионкой, которая подслушивает и запоминает разговор начальника.
Она была расстроена, что с Ником у них ничего не вышло и, тем не менее, даже в мыслях не рассматривала вариант шпионить против него. Фрэнсис, если уж так хочет поквитаться с «Беркшир», пусть делает это честным путем, а она в шпионских играх участвовать не собиралась! Она сохранила документ и быстро поднялась. Ник, не прерывая разговора, повернулся на тихий скрип отодвинувшегося кресла. Шэрен одними губами прошептала, что закончила, и, проигнорировав его кивок, велевший не уходить, направилась прочь из кабинета.
Через пару минут Ник положил трубку, продолжая сверлить взглядом закрывшуюся дверь. Он нахмурился. Все шло именно так, как он хотел. Шэрен адекватно восприняла его слова и вела себя как взрослая умная женщина, какой она в принципе и являлась. Не надоедала, не вешалась на шею, не дискредитировала на работе. Он и сам уже не знал – не приснилась ли ему та ночь? Сейчас он уже не был уверен, что в Париже встретил именно эту девушку, настолько равнодушным казался его золотоволосый ангел.
Ник нахмурился еще больше. Вместо того, чтобы с облегчением вздохнуть от такого удачного исхода, он ощущал досаду, а еще его мужское самолюбие было порядком уязвлено. Особенно, когда он вспоминал, как Шэрен отдавалась ему той ночью, словно ради этого мига жила все эти десять лет. Как смотрела, когда они ехали в отель, будто он единственный мужчина в ее жизни. Как шептала, что думала о нем, что не забывала.
Ник шумно выдохнул. Где-то глубоко внутри вспыхнула искра желания, а рука непроизвольно потянулась к спикерфону. Когда медовый голос секретарши нарушил тишину кабинета, Ник вместо просьбы вызвать к нему мисс Прескотт, попросил принести кофе. Ему еще нужно поработать, а с его теперешним настроем уверенности, что он сможет адекватно оценить полученную информацию, не было. Присев на свое рабочее место, Ник посмотрел в монитор и подумал, что Шэрен, скорее всего, просто не завтракает.
Рабочий день подошел к концу, а сегодня задерживаться больше положенного у Шэрен не было никакого желания. Полчаса, проведенные в компании Ника, напрочь лишили настроя на работу, а почва под ногами снова стала малоустойчивой. Поэтому пока не началось землетрясение, она благоразумно решила отправиться домой. Хоть в Сан-Франциско данное природное явление не редкость, все равно пугало оно до чертиков.
Спустившись на подземную парковку, Шэрен практически побежала среди стройных рядов автомобилей. На нее всегда неприятно действовала атмосфера на закрытых стоянках. Тусклый, обычно мигающий свет, скрип покачивающихся металлических светильников, всегда неожиданный звук заведенного мотора и тихие вкрадчивые шаги… Того и гляди из-за поворота появится колченогий зомби, или выскочит маньяк с бензопилой, а может, с клюшкой для гольфа. Чем нынче в фильмах ужасов принято убивать ни в чем неповинных граждан? Пусть здесь все было не столь кинематографично: фонари светили исправно, в кабинке сидел пожилой охранник с газетой в руках и отчетливо слышались голоса, Шэрен подумала, что, наверное, завтра припаркует машину у ресторана напротив здания «Уайли».
За две машины от своей она щелкнула брелоком, снимая сигнализацию, и удобно устроившись за рулем, повернула ключ зажигания. Ее двухлетняя тойота отказывалась ехать. Двигатель, издав жалобное урчание, затих, а приборная панель погасла. Шэрен вышла из машины и мысленно закатав рукава, подняла капот. Что она там надеялась увидеть, ведь более чем очевидно: у нее сел аккумулятор.
– Вам помочь, мэм?
Шэрен резко обернулась и встретилась взглядом с внимательными серыми глазами. На маньяка мужчина похож не был, а вот на водителя Ника, который отвозил их в гостиницу, был. Вспомнил ли он ее, Шэрен не знала. Возможно, таких как она в жизни его хозяина в ночь по две, и тем не менее она смутилась.
– У меня машина не заводится, – проговорила Шэрен, демонстрируя самые знаменитые черты «Капитана Очевидность».
Мужчина хмыкнул, потом кивком спросил разрешения залезть в салон, а через несколько секунд спросил:
– Зарядник в багажнике?
Шэрен отрицательно покачала головой. Вчера, разбирая покупки, она случайно подцепила провод, и сейчас он преспокойно лежал в прихожей, дожидаясь, когда нерадивая хозяйка вернет его на законное место.
– Что случилось?
Она вздрогнула. «Ну, что за дурная привычка подкрадываться со спины?» – хотелось крикнуть, но Шэрен промолчала и повернулась.
Ник стоял рядом, ближе, чем допускали правила приличия. Либо он не знал, что такое личное пространство, либо был уверен, что может запросто вторгаться в ее. Шэрен максимально незаметно сделала шаг в сторону и уже открыла рот, чтобы ответить, но ее опередили:
– У леди сел аккумулятор и нечем зарядить, – захлопывая водительскую дверь, отрапортовал водитель.
– Не люблю электромобили, – бросив скептический взгляд на кузов, поделился мнением Ник. – Дэйв, завтра займись машиной мисс Прескотт. Шэрен, отдай ему ключ и ни о чем не беспокойся.
Она молча указала, что ключ остался в зажигании и подумала, что он снова делает это – берет всё в свои руки, не спрашивая разрешения и не принимая никаких возражений. А она на каком-то подсознательном уровне робела перед неуемной энергией, которая волнами исходила от каждого слова, каждого жеста Ника; неосознанно уступала бешеному напору, которым буквально дышала его личность. И только потом, когда стряхивала с себя оцепенение и в голове прояснялось, Шэрен находила тысячу причин возразить и сотни поводов для возмущения, но высказывала их обычно исключительно своему отражению.
– Спасибо, – пробормотала Шэрен и достала мобильник. Домой нужно было как-то добираться
– Поехали, Шэрен. Я отвезу тебя.
– Не стоит, правда. Я вызову такси, – отказалась она
Ник шутливо выхватил из ее рук телефон и бросил обратно в маленькую сумочку.
– Поехали, клянусь, я не кусаюсь.
Черный Эскалейд бесшумно влился в бурный поток машин, покидавших главный финансовый район города. Картинки за окном неспешно сменяли друг друга: огромные небоскребы, широкие тротуары с магазинами и закусочными, бизнесмены в дорогих костюмах, которые со звериной ловкостью лавировали между зеваками и уличными торговцами. Шэрен, назвав свой адрес, благоразумно отвернулась к окну, стараясь, как можно убедительней изобразить заинтересованность в вечерней городской суете.
– Я не сказал тебе спасибо за помощь, – заговорил Ник.
– Это моя работа, – поворачиваясь к нему, отмахнулась Шэрен.
– И ты ее очень хорошо делаешь, – снова похвалил Ник. Он расслабленно откинулся на сидении и распустил узел галстука. – Тебе нравится работать в «Уайли»?
– Да, – улыбнувшись, ответила она. Ей действительно нравилось. Работа интересная, начальник потрясающий (так она думала исключительно про Майкла Стенли), деньги приличные.
Когда Ник перестал смотреть на нее и обратился к Дэйву, Шэрен украдкой бросила на него взгляд из-под ресниц. Белая рубашка в мелкий геометрический рисунок выразительно натянулась, обрисовывая широкие плечи, губы двигались в такт словам, которых Шэрен отчего-то не могла расслышать, а потом изогнулись в веселой улыбке. Ник резко повернулся, будто почувствовал ее пристальный взгляд и насмешливо приподнял брови, давая согласие на подробное изучение не только его профиля, но и всего остального
– Спасибо, что взял меня, – тут же нашлась Шэрен.
– Взять тебя – было лучшим, что я сделал за все время пребывания в Сан-Франциско, – доверительно ответил Ник. Она вспыхнула от такой двусмысленности и, бросив быстрый взгляд на водителя, который сосредоточенно смотрел на дорогу, делая вид, что ничего не слышит, начала рассматривать ногти.
– Что у тебя с Уолшем?
Шэрен удивилась такой быстрой смене темы, да и его тон из мягкого подтрунивания преобразился в сугубо-деловой.
– Ничего.
– Мне показалось, вы не ладите
– М-мм, – замялась Шэрен. Она не собиралась жаловаться, но сказать что-то было необходимо. – Мы просто не можем найти общий язык, – туманно проговорила она.
– Шэрен, как ты считаешь у мистера Кристофера Уолша хватает квалификации, чтобы занимать эту должность? – как бы между прочим поинтересовался он. Шэрен сглотнула. Что ей говорить? И зачем Ник втягивает ее в подковёрные игры? Если Уолш его не устраивал, пусть увольняет. Ему никто не сможет запретить
– Ник, я вряд ли могу судить о квалификации одного из своих руководителей, – дипломатично произнесла Шэрен.
Он хмыкнул и начал задумчиво постукивать пальцами по кейсу, лежавшему между ними. Через пару минут машина плавно затормозила возле ее дома, а Шэрен тихо выдохнула, радуясь, что новых щекотливых вопросов не последует.
– Спасибо, что подвезли, – поблагодарив и Ника, и Дэйва, она потянулась к ручке, но ласковое прикосновение к руке, заставило замереть и медленно повернуться.
– Шэрен, я возвращаюсь в пятницу, и мы…
– Я буду очень рада тебя видеть, – улыбнувшись, прервала его Шэрен, – на работе. – Она мягко освободилась от его прохладных пальцев и вышла из машины.
Ник провожал взглядом тоненькую фигурку, пока Шэрен не скрылась в парадной. Раньше он и представить не мог, что женщина в классических черных брюках и по-мужски скроенной строгой рубашке, может выглядеть так женственно и сексуально. Он посмотрел на наручные часы и, разочарованно вздохнув, велел Дэйву поспешить в аэропорт. Потом довольно улыбнулся, приняв уже неделю зревшее решение. С каждым взглядом на очаровательную красавицу, которую он видел каждый день на работе, но не имел возможности повторить все, что они делали той ночью, желание проверить действительно ли ему было так хорошо с ней, ощутимо крепло, разрушая до основания морально-этический кодекс, которым он всегда руководствовался в отношениях с подчиненными
– На работе, так на работе, мой ангел, – довольно шепнул Ник
– Что? – посмотрев в зеркало заднего вида, спросил Дэйв.
– Мысли вслух! – весело отозвался он и достал из кейса документы.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.