– Ну как ты там? Держишься?
Низкий голос Дарси отозвался в ее воспаленном мозгу ударом грома, вырывая из череды путаных жутких сновидений. Все, что помнила Маккенна, глинистый запах гниющей листвы да безликие тени, метавшиеся по лесу. Она повернулась и взглянула на Дарси.
– Сам-то как думаешь?
– Ты похожа на кровавый кошмар.
– Ах, Дарси, ты просто мастер комплиментов. – Девушка поняла, что они стоят на месте. Бесконечный поток машин ожидал зеленого сигнала светофора. – Где это мы?
– Чуть южнее первого круга.
– А это где?
– Чуть южнее чистилища.
– А это…
– В аду, солнышко, в аду. – Ник ухмыльнулся. – Прими ацетоминофен, он снимет боль. Действие ибупрофена уже закончилось.
Она покачала головой:
– Никаких больше обезболивающих. От них я становлюсь сонной, вялой и тупой. Лучше уж как есть.
Ник прикоснулся ладонью к ее щеке, однако, поймав удивленный взгляд, убрал руку.
– Обезболивающие тут ни при чем. Ты что-то слишком горячая.
Она уселась удобнее, и это движение вызвало новый спазм боли.
– Думаешь, у меня лихорадка?
– Возможно. Но сейчас нет времени возиться с аптечкой. – Наконец загорелся зеленый, и машины двинулись дальше. – Приедем и измерим твою температуру.
– А куда мы едем? – Маккенна старалась не закрывать глаза, чтобы не вернулись кошмары.
– В небольшой домик моего приятеля.
– Квина?
– Нет, другого. Он на неделю уехал из города, повез на юг сестру и невесту. Домик затерян в лесу, и там никто нас не потревожит.
Лицо девушки было перекошено от боли, и все-таки в глазах мелькнул интерес.
– Ты говоришь о Хантере Брэгге?
– Ты и Брэгга знаешь? – удивился Дарси.
– Знаю его невесту. Мы с ней двоюродные сестры. Общались пару недель назад, пока все не пошло наперекосяк. Кверху задницей, как говорите вы, британцы.
– Какой я тебе британец, – проворчал Ник, но не смог сдержать улыбки. Старая шутка. Он стопроцентный американец, но детство провел в Англии, на родине матери, поэтому так и не смог отделаться от акцента. За это Маккенна обзывала его британцем. В ответ он прозвал ее деревенщиной, потому что детство Маккенны прошло в горах, вдали от цивилизации. Она не обижалась. Что может быть прекраснее близости к природе?
– А Хантер знает о нашем визите? – поинтересовалась она.
– Нет, конечно.
– Что же мы, вот так ворвемся к нему, самовольно и незаконно?
– Ну да.
– Идешь против правил, Дарси.
– Мне нравится опасность, – ответил он нарочито суровым тоном. Маккенна рассмеялась и тут же пожалела об этом. Новый приступ боли оказался невыносимым.
– Скоро приедем, – пообещал он. И в самом деле, несколько минут спустя внедорожник свернул с автомагистрали на однополосную дорогу, уходящую в лес. Неожиданно и она прервалась. «Неужели мы заблудились?» – подумала Маккенна. Но Дарси тут же вывел машину на маленькую дорожку, на первый взгляд, неразличимую в грязи. Скоро и она оборвалась где-то уже в совершенной глуши, и Дарси остановил внедорожник. Почувствовав неладное, Маккенна с тоской взглянула на плотную завесу деревьев.
– Где же дом?
– Здесь неподалеку.
Идти через лес девушке хотелось меньше всего. При мысли об этом к горлу подступила тошнота.
– Может, в машине посидим?
– Дойдешь, – бросил Дарси. – Тут недалеко. – Отстегнув ремень безопасности, он вышел из машины и открыл дверь Маккенне. На секунду их глаза встретились. – Давай, ты сможешь.
Сжав зубы, она кое-как справилась с ремнем и спустила ноги на землю. От нового приступа боли потемнело в глазах.
– Перестань, – подбадривал Дарси, – рана легкая и неопасная.
– Я тебе лично челюсть сломаю, если еще раз назовешь ее легкой и неопасной, – пообещала Маккенна.
Он протянул ей руки. Схватившись за них, она кое-как поднялась на ватных ногах. Стоять было тяжело, но еще тяжелее не подавать виду, как ей плохо. Если Дарси поймет, он может забыть о мерах предосторожности и позвать на помощь, что грозит обоим верной смертью.
К тому времени, как среди вечнозеленых деревьев наконец показалась кое-как сколоченная маленькая хижина, лицо Маккенны поменяло цвет с мертвенно-бледного на пепельно-серый. Дарси, придерживая ее за плечи, чувствовал, как сильно девушка дрожит.
– Слава богу, – пробормотала она, склонив голову ему на плечо.
– Ну, конечно, не совсем дворец, – посетовал он, помогая ей подняться по дощатой полуразвалившейся лестнице на крыльцо.
– Какая разница.
Хижина и впрямь была убогой, да и Хантер Брэгг здесь не жил, только уединялся со своей невестой, когда им хотелось вырваться из городской суеты. Попасть сюда постороннему человеку было бы проблематично. «Врата» учили своих агентов в первую очередь соблюдать осторожность. При этом учили быть сообразительными и находчивыми. Поэтому, вынув из рюкзака отмычку, Дарси за пару минут справился с замком.
– Ах, как противозаконно, – восхитилась Маккенна.
– Я уже не тот, каким был в Казиристане. – Ник улыбнулся девушке.
– Да я уж заметила, – улыбнулась она в ответ.
Аккуратно придерживая Маккенну под локоть, он провел ее в темную хижину. Электричество, к удивлению Ника, было подключено, и, когда он зажег свет, глазам предстала маленькая неприбранная комнатка, старый, но крепкий на вид диван, облезлый чайный столик и пара потертых кресел разного размера и расцветки. Все это выглядело довольно нелепо, но тем не менее производило впечатление своеобразного уюта.
– Замерзла? – участливо спросил Дарси.
Маккенна указала на связку дров.
– А не лучше ли вот это? – Ник взглядом указал в угол комнаты, где стоял электрообогреватель. – Если из трубы пойдет дым, то и наше дело труба. Так что давай будем греться электричеством. – Он усадил девушку в кресло. – Отдыхай. Пойду за аптечкой.
Вернувшись с двумя тяжелыми сумками, доверху набитыми предметами первой необходимости, он увидел, что Маккенна калачиком свернулась в кресле.
– Ну и видок у тебя, – прокомментировал он. – Просто жуть.
– Ты прямо ни дать ни взять Казанова, – фыркнула Маккенна. – Интересно, сколько девичьих сердец ты разбил?
Не ответив на этот столь насущный вопрос, Дарси снова коснулся ее щеки. Она стала намного горячее, чем показалось ему в машине.
– Давай-ка я посмотрю твой живот.
– Фу, какое непристойное предложение! – фыркнула Маккенна.
– Это не предложение, это приказ. Я подозреваю, что началось заражение. Если так, мы будем вынуждены изменить план.
– А у нас был план? – удивилась она, послушно стягивая футболку.
Повязка пропиталась кровью, правда, не сильно. Кожа вокруг ран покраснела, опухла и на ощупь была горячей.
– Боюсь, инфекция проникла внутрь.
– Промой еще раз, – предложила она. – Только сначала дай таблетку.
– Нужен сильный антибиотик. Придется показать тебя врачу.
– Я уже сказала, это исключено, – возмутилась Маккенна. – Есть еще варианты?
– Могу ворваться в больницу и, угрожая оружием, потребовать таблетки.
– Ничего себе! – Девушка посмотрела на него с нескрываемым восхищением. – Ты совсем не тот, каким был в Казиристане.
Она права. Он сильно изменился. И уже давно.
– А есть какой-нибудь еще выход? Менее рискованный?
– Есть. Я позвоню человеку, которому доверяю.
– Он больше не выходил на связь?
Подняв глаза от ноутбука, Александр Квин увидел Оливию Шарп, стоявшую в дверном проеме. Ее прекрасные обнаженные ноги казались бесконечными, узкая темно-серая юбка только подчеркивала их безупречную форму. Высокий рост позволял ей обходиться без каблуков, но сегодня она надела открытые босоножки на высоченных шпильках, чтобы продемонстрировать ярко-зеленый педикюр.
– Нет, – ответил Квин. – А у тебя какие-новости?
– Ансон Дотри взял отпуск и отправился в Атланту. Много-много алкоголя, панк-рокеров и девиц с разноцветными волосами. Ты уверен, что ему уже тридцать два?
– Почти тридцать три.
– Черт знает что. Он интересуется чем угодно, только не расследованием. Ну, или делает вид, что нимало в нем не заинтересован.
– Но ты ведь отправила агента последить за ним?
– Конечно. Только этот агент не полетит в Атланту. Иначе Дотри поймет, что дело нечисто. – Усевшись в кресло напротив Квина, Оливия закинула ногу на ногу. – Я полагаю, Дарси еще не отправил тому агенту ответный сигнал?
– Нет, еще не отправил.
– Каким тебе показался его голос?
– Грустным. И усталым.
– Неудивительно, – заметила Оливия. – Натворил дел, а теперь вот грустит.
– Ты так и не сказала, кого из наших подозреваешь.
Оливия приподняла изогнутую бровь:
– Я подозреваю всех. Даже тебя.
Он улыбнулся:
– Какие новости у ФБР?
– Откуда мне знать? Я не самый лучший их друг и желанный гость.
– Однако ты проработала там восемь лет. Неужели не осталось никаких контактов?
Она нахмурила брови. Он понял, что задел ее за живое.
– Скажем так, я закинула удочку.
Он счел ее тон подозрительным.
– Ты явно что-то недоговариваешь.
– Я говорю тебе обо всем, что имеет отношение к делу.
– В следующий раз, когда придешь в мой кабинет, жду от тебя четкой и полной информации. Это ясно?
Ее полные губы вытянулись в тоненькую линию. Оливия явно злилась.
– Так точно, сэр.
Легко поднявшись, она прошла к двери, высокая, тонкая, грациозная, сама легкость и полет. Уже уходя, повернулась, чтобы еще раз взглянуть на Квина.
– Я выясняю, кто сливает наши данные в другие места. По-твоему, это не важная информация?
Раньше, чем Квин успел возразить, Оливия вышла и захлопнула за собой дверь. Он, проводив ее взглядом, попытался сдержать улыбку, но так и не смог.
Зазвонил телефон. Четвертая линия. Деннисон. Не особенно приятно слышать его скрипучий голос, однако надо.
– Какие новости?
Каин Деннисон был явно чем-то раздражен.
– Он звонил две минуты назад.
– И чего хотел?
– Пообщаться наедине с моей бабушкой.
– Кто-кто она? – Маккенна изумленно уставилась на Дарси, уверенная, что все неправильно поняла.
– Знахарка. Целительница. Как тебе будет угодно. – Проверив заряд пистолета, Дарси сунул его в кобуру. Поверх футболки накинул тоненькую клетчатую куртку. – Ну как, похож я на местного жителя?
Обведя взглядом его широкие мощные плечи, двухдневную щетину и бейсболку, Маккенна наконец вынесла вердикт:
– Похож, пока держишь рот закрытым.
– Говорить ни с кем не придется, не считая Лилы Соловей.
– Странное имя.
– Она вообще довольно интересная дама, если рассказы ее внука – правда. – Ник посмотрел на часы. – Скоро надо выходить.
– Думаешь, этому Деннисону можно доверять?
– В такой же степени, в которой я доверяю остальным. – По его голосу она поняла, что он уверен в нем меньше, чем ей хотелось бы.
– Ты знаешь, что зачастую ближайших друзей агента могут использовать против него?
Он кивнул:
– Я уверен, именно Деннисона Квин приставил следить за мной. Так от него хоть польза будет. Скрывать мне нечего.
– Как это нечего? – возмутилась Маккенна. – А меня?
– Квин знает о тебе. И уже определился, на чьей стороне. На твоей.
– А что, если после долгих лет совместной работы я переметнулась на сторону зла? – Она удобнее устраивалась на диване.
– Уж о твоей работе он знает не меньше, чем твой собственный начальник, – заверил Дарси. – И уж точно больше, чем я.
– А ты полагаешь, я могла переметнуться на сторону зла?
– По-моему, ты всегда там была. – Дарси улыбнулся, и глаза его блеснули. – Не заскучаешь без меня?
– Мы с мистером Глоком, – она нежно погладила кобуру пистолета, – отлично проведем время.
– Ну и отлично. Номер мой помнишь?
– Еще бы забыла. Ты мне битый час его вдалбливал. Давай, вали к своей старой ведьме. А если не поможет, грабани аптеку, я тебе разрешаю.
– Всю жизнь мечтал этим заняться, – усмехнулся Ник и вышел.
Маккенна, до этого державшаяся из последних сил, рухнула на подушки, не в состоянии более сдерживать стон боли. Скорее бы Дарси вернулся.
Лила Соловей жила в полуразвалившейся хижине, окруженной вечнозелеными деревьями. Дарси, Каин Деннисон и несколько других агентов организации «Врата» однажды устраивали там пикник. Дорога до нее от дома Дарси занимала пять минут на машине, от дома Хантера Брэгга по извилистым горным тропам минут сорок. Все эти сорок минут Маккенна страдала и мучилась.
У нее еще больше поднялась температура, даже несмотря на две таблетки ибупрофена. В способности Лилы Соловей она не верила, в них не верил и Дарси, но другого выхода, по всей видимости, не оставалось. Квин уже посоветовался со знахаркой по поводу целительных трав, и на какую-никакую помощь могут они рассчитывать.
Горная дорога внезапно оборвалась. Дарси остановился там, где когда-то стоял трейлер, служивший Каину Деннисону домом на колесах.
Но на месте трейлера красовался полицейский автомобиль.
Кабинет по делам ФБР в Казиристане представлял собой тесную каморку в облезлом здании посольства. Свет проникал в комнату через одно-единственное узкое окно, но у мужчин и женщин, которые толпились в этом замкнутом пространстве, не было времени смотреть в окна.
Восемь лет назад Таблис плавился от жары.
Маккенне тогда было двадцать четыре года, впереди разворачивалась целая жизнь. Приглашение работать в посольстве удивило и обрадовало. Конечно, девочка на побегушках, не бог весть какая должность, но ведь главное – место работы. Надо с чего-то начинать. Это было верным признаком того, что Бюро возлагало на юного агента большие надежды.
А потом все полетело к черту. Террористы принесли с собой ужас и смерть. Ей повезло выбраться живой из здания посольства. Троим ее коллегам повезло гораздо меньше.
Маккенна кое-как сползла с дивана и, спотыкаясь на ватных ногах, доковыляла до окна. Щетинились ели. Утро постепенно уступало место дню.
Дарси не появлялся.
Прислонившись спиной к подоконнику, она медленно осела на пол. Все тело жгло, пот и грязь были невыносимы. Помыться бы и выспаться, но вряд ли непослушные ноги дотащили бы ее до душа. От горячей воды снова могло открыться кровотечение. Добредя до дивана, она рухнула на него как подкошенная.
Какая чудовищная слабость! Сильная и ловкая, она всегда держалась наравне с мужчинами-фэбээровцами, всегда держала себя в форме. И что же, вот одна дурацкая пуля сделала ее беспомощной и жалкой, как новорожденного теленка.
У нее в последний раз подкосились ноги, когда на ее глазах главарь террористов Тахир Махмуд перерезал горло переводчице. Она, безоружная, пряталась за портьерой и ничем не могла помочь.
Ее детство прошло в пригороде Северной Каролины. Потом они с родителями перебрались в столицу. Жизнь в Аппалачских горах была суровой и прекрасной, и обе эти стороны не прошли бесследно. Но работа в ФБР и десять месяцев в Таблисе сделали ее гораздо жестче. Изменили все. Цели. Планы. Взгляд на жизнь.
«Мы вернемся за ним!» – зазвучал в голове собственный голос, тогда еще юный и наивный. Когда взвились реактивные гранаты, она еще надеялась спасти своего друга Майкла Кэмерона. Но миг спустя та часть здания, где он находился, обрушилась.
Дарси схватил ее за руки и поволок как можно дальше от опасного места. Она визжала и вырывалась. Мэддоксу Хеллеру, который придумал спрятаться за портьерой, удалось остаться в живых. А молодой хорошенькой переводчице Терезе Майлз не удалось…
Зазвонил мобильный. Дарси. Отвечать или не отвечать?
Вдруг что-то пошло не так? Вдруг ее пытаются подставить?
Вне себя от волнения, она поднесла телефон к уху, но говорить не стала, пока не услышала знакомый голос.
– Ригсби?
– Да. Все нормально?
– Не совсем. У дома Лилы Соловей стоит машина шерифа. Пока не уедет, рисковать не могу.
– Тебя видели?
– Нет, но могут увидеть.
– Уезжай оттуда. Не надо так рисковать. Мне уже лучше.
– Ни черта тебе не лучше, – проворчал он. – Я как раз ищу адреса аптек, которые можно ограбить.
– Не делай глупостей, Дарси!
– Глупости делаешь ты, – парировал он, – а я лишь помогаю, как могу. До связи.
Она положила телефон на столик. В глазах все двоилось, сердце готово было вот-вот вырваться из груди.
Автомобиль шерифа спокойно ехал по горной дороге, сверкая в лучах полуденного солнца. Дарси знал эту машину и очень хорошо представлял водителя. Точеный профиль, темные волосы, каре до плеч. Сара Линдси. Подруга Каина Деннисона.
В последнее время эта девушка сдружилась с бабушкой бой-френда. Может быть, ее визит к ней не имеет отношения к звонку Каина. А может, как раз имеет. Дарси набрал номер.
– Скажи мне, Каин, – начал он без лишних прелюдий, – ты сообщил кому-то, что я собираюсь к твоей бабушке?
– Нет, конечно. – Тот удивился. – А что случилось?
– Туда заявилась твоя подружка. А мне не очень-то хотелось бы встретиться с шерифом.
– Да перестань, Дарси! – смутился Каин. – Разве я или Сара можем тебя подставить? Мы же друзья.
Какую ерунду он выдумал! Друзья! Никаких друзей у Ника Дарси быть не могло. Особенно теперь, когда жизнь Маккенны висит на волоске.
От резкого стука в дверь Маккенна вздрогнула. Схватила «глок» и тут же выронила на пол.
Вот черт! Как же теперь его поднять, если невозможно наклониться? Улегшись на пол, она кое-как дотянулась до пистолета, и в этот момент вошел Дарси. Он поднял вверх руки, в одной из которых был зажат большой пластиковый пакет.
– Не стреляй, это свои.
– Мог бы и позвонить, – проворчала Маккенна.
– Я думал, ты спишь. А ты что же, так и валялась на полу?
– Нет, я душ приняла. – Не станет же она рассказывать ему, что это был за душ. Добрести до ванной комнаты оказалось делом чудовищной сложности, и она лишилась остатков сил, так и не дойдя до нее. – Что в пакете?
– Кое-какие медикаменты. Ездил в город, в аптеку.
– То есть к старой колдунье ты не попал?
– Нет уж. Неоправданный риск. Зато смотри, какая вещь! В народе ее именуют «Кровь дракона». Мощный антибиотик, антисептик, обладает противовоспалительным и противогрибковым действием.
– Ух ты! – Маккенна недоверчиво покосилась на флакон с темно-красной жидкостью. – А остатком можно будет и окна помыть.
– А вот еще эвкалиптовое масло. Тоже антибиотик, если верить статьям в Интернете.
– Всегда доверяй информации в Интернете. – Маккенна скорчила гримасу.
– А вот и старое доброе алоэ вера, – продолжал он. – Думаю, не повредит. А вот и бетадин.
– Прекрасно. – Она потянулась за бутылочкой, чтобы рассмотреть ее получше, но вдруг острая боль пронзила ее тело, и горячие слезы потекли из глаз.
– Чего не скажешь о твоем состоянии, – подытожил Дарси. – Тебе надо выспаться.
– Мне надо помыться, – вздохнула она.
– Это я тебе устрою, – пообещал он. На секунду их глаза встретились, и, невзирая на чудовищную боль и усталость, Маккенна почувствовала, как пламя пробежало по венам. Это был не жар болезни, а совсем иной огонь.
– Наверное, лучше ванну набрать, – решил он. Маккенна была полностью согласна, ибо вряд ли смогла бы долго простоять в душе.
Он прикоснулся к ее щеке. Как бы ей ни хотелось, но в этом жесте не таилось ни малейшей симпатии. Всего лишь определял температуру.
– Я горю? – спросила она.
– Ну да, ты горячая женщина, – ответил он в том же духе. Глупый, ни к чему не обязывающий флирт, как и положено. Ею тут же овладели другие мысли.
Ради чего все это? Бежать по лесу шесть часов, изнемогать от боли и усталости и не спастись от преследователей. Они поджидали ее в двух шагах от этой убогой хижины. Ей еще предстоит побороться за жизнь.
– Ваша ванна готова, – торжественно объявил Дарси. Взяв Маккенну под руку, проводил ее, при этом позволив не опираться на него полностью. Он понимал, насколько важно ей казаться сильной.
В теплой уютной ванной божественно пахло зелеными яблоками.
– Любимый аромат Сьюзи, – заметила Маккенна.
– Так вот почему от Брэгга всегда так вкусно пахнет. – Дарси улыбнулся. – Если что-нибудь понадобится, позовешь.
Стянув позаимствованную у него футболку, она аккуратно развязала бинты. По краям раны покраснели и опухли, но никаких признаков заражения не наблюдалось, что уже замечательно. Раздевшись полностью, она забралась в ванную и пару минут пребывала наверху блаженства. Пока горячая вода не плеснула в рану. Тут она не смогла сдержать вопль.
Дверь распахнулась, ворвался Дарси. Хорошо еще, из пены торчала только голова девушки. Не хватало ему увидеть все остальное!
– Что, вода попала в рану?
– Ты на редкость сообразителен, – проворчала Маккенна.
– Может, тебе помочь? – предложил он.
– Тоже мне помощник. – Маккенна едва удержалась, чтобы не плеснуть в него горячей водой. Но зато смущение заставило ее хоть ненадолго забыть о боли.
– Может, тебе спинку потереть? – не унимался Ник.
– Как-нибудь обойдусь. – Вряд ли она смогла бы дотянуться до собственной спины, но фирменные шуточки Дарси уже вышли за пределы дозволенного.
– Хотя бы в целях экономии воды. – Откровенно издеваясь, он расстегнул верхнюю пуговицу рубашки.
– Пошел ты знаешь куда!
– Ну ладно, ладно. – Он весьма правдоподобно изобразил мировую скорбь. – Смотри, если передумаешь.
– Еще чего не хватало!
Представить, как большие мыльные руки Дарси скользят по ее телу, было уже слишком. Она слабела в его присутствии.
А показывать ему свои слабости совершенно ни к чему.
Маккенна вышла из ванны в пушистом халате.
– Тебе идет, – одобрил Ник. – Это халат Сьюзи?
– Очевидно же, что не Брэгга. Она чуть выше меня, но у нас одинаковый размер.
Тут Дарси заметил, что по халату расплывается алое пятнышко.
– Снова кровь.
– Да? Не беспокойся, ничего страшного, – прошептала она, но глаза ее сами собой закрылись. Он взял ее на руки и отнес в спальню. Халат распахнулся, приоткрыв молочно-белую грудь и край абрикосового соска. Ник понял, что должен предельно сосредоточиться на ране, если все еще хочет спасти ей жизнь.
Пульс был слабым, но быстрым, кожа горячей. По всей видимости, идея принять ванну оказалась не самой удачной.
Он порылся в ящиках, желая найти что-нибудь из приличной одежды, но обнаружил только несколько курток в военном стиле да потертые джинсы.
– Сьюзи всегда одевалась как мальчишка, – вздохнула Маккенна. – С детства ненавидела разную девчачью чепуху.
Наконец Дарси повезло. Он положил на кровать нижнее белье, голубую футболку и шорты цвета морской волны.
– Ты меня оденешь, Дарси?
– Я бы мог, – пробормотал он, – но кто тогда приготовит ужин?
И ушел на кухню.
Но, черт возьми, почему он представляет ее обнаженное тело, когда она лежит в спальне, вся израненная? Разве так можно?
Но что греха таить! Всегда, даже в Таблисе, она действовала на него как спусковой курок стартового пистолета, добавляя к напряженной нервной работе дополнительное напряжение. И дело даже не в ее веснушчатой ирландской красоте. Острый ум, чувство юмора и упорство, с которым она всегда добивалась своей цели, не могли не покорять.
Он, конечно, спас ей жизнь. Но она сделала это еще раньше. Кто затолкал его в здание посольства быстрее, чем террористы взорвали ворота?
За спиной кто-то зашлепал босыми ногами. Он обернулся. Маккенна стояла в одной футболке и трусиках, по ноге струилась кровь. Зеленые глаза расширились от ужаса. Вне себя она схватила его руку.
– Что случилось?
– Там кто-то есть, – прошептала девушка, дрожа.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.