Я провозился со Сплетением около трех дней, прежде чем не отрубился. Выспался славно – Сознание отлично отдохнуло. Снова без сновидений.
Утром, если его можно так назвать, я обдумал прошедшие события и тщательно осмотрел сделанные изменения. В ауре виднелись многочисленные следы вмешательства, но никакого отторжения не произошло. Наоборот, за время моего сна многие свежие заплатки лучше усвоились. Кое-где отрезки Сплетения еще напоминали по форме толстяков, они скреплялись некрасивыми, но надежными рубцами. К их работе нареканий не возникло. Полагаю, что покуда свежие образования не прижились окончательно, их не следует слишком напрягать. Вспомнил тана Жавьена и его слова о заметных наростах в моей ауре, соответствующих очень быстрому возвышению. Ха, знал бы он, что на самом деле представляли эти наросты.
На свежее Сознание я решил не торопиться, а все обдумать и взвесить. Во-первых, меня беспокоила моя маскировка. Мне кажется, с развитой аурой я стану значительно заметнее, что не может не привлечь внимания разных нежелательных личностей и существ. Поэтому маскировочные оболочки должны быть в приоритете. Еще немного поразмышляв, я решил усилить Сэнс, а затем уже заняться маскировкой. Тут темпы возвышения явно замедлились. Сэнс являлся сложной системой из нескольких отличных органов и разветвленной сетью узлов-датчиков по всей ауре. К сожалению, ни один из Аннелидо не подошел к восстановлению Сэнса также, как толстяки для Сплетения или монолиты для Средоточия. Замедлились, ха! Да скорость развития моей ауры все равно превосходила других эсперов в сотни раз! Совсем зажрался.
Через два дня я решил, что с Сэнсом хватит. Монструозные по размерам сети каналов и узлов, а также несколько различных центральных органов сформировались в моей ауре. Теперь у меня имелся и активный Сэнс, но сильно я на данную часть не налегал, делая ставку на пассивность. Активный Сэнс демаскирует любого, какие бы эфирные волны ты не выдумывал. А мне в первую очередь нужна незаметность.
Затем я перешел на маскировочные и защитные оболочки, намереваясь заняться ими всерьез. Время пролетало моментом. Столь заметные и быстрые изменения в собственной ауре радовали взор и заставляли стараться еще больше. Была мотивация двигаться все дальше и дальше. Некоторые части оболочек брались из подходящих по составу паразитов, некоторые нет. Поэтому возвышение продвигалось с замедлениями или ускорениями. Как и большинство юных эсперов, я плохо представлял себе из чего состоят и как работают внешние аурные оболочки. Помнил, конечно, типы оболочек и сферу их ответственности, благо незадолго до смерти как раз сдавал экзамен по анатомии, но как именно они работают, не имел понятия. Маскировочные и защитные нескольких видов, резонансная, ментальная, лабиринтная, цельная и защита Сознания. Это была общепринятая классификация, но эспер мог совмещать некоторые типы с помощью возвышения. Да, я решил, что резонансная оболочка мне также необходима. Шаман, как никак. Хотя никакого желания заводить нового фамильяра не появлялось – все еще были свежи воспоминания о гибели Скви. Если так подумать… то паразиты ведь вроде моих фамильяров, которыми я управляю с помощью Сродства. Смогу ли я устроить с ними резонанс, как с обычным фамильяром? И сколько их поместится в оболочке? Любопытно.
Перед сном я активировал свой обновленный Сэнс. Ранее трогать боялся, поскольку аурный орган претерпел колоссальные изменения, и многие заплатки еще не усвоились моим возвышением. Ого! Радиус обнаружения вырос раза в три! В основном это достигалось за счет повышения чувствительности к тонким отголоскам энергии и фильтрации помех. Теперь разрешение моего Сэнса стало достаточным, чтобы почуять почти любой крохотный орган паразита. Или гончую на таком расстоянии, на котором она меня попросту не чуяла. Или очень слабые частички эфира стихии света, что позволяло мне приблизительно определять время суток. Великолепно.
Разбудила меня атака какой-то заблудшей гончей. Я не успел вовремя прикрыться щитами или активировать движки. Астральная тварь столкнулась со мной и попыталась пробить ауру, что у нее получалось из рук вон плохо. Свежепостроенные защитные оболочки: гибкая, упругая и монолитная (черви-монолиты к данной оболочке не подошли, как ни странно) показали себя выше всяких похвал. Первый удар оставил лишь царапину на внешнем слое, а затем я активировал залпострел, крепившийся к моей ауре. Гончую окатило эфирными струями, нас с ней отбросило в сторону. Далее я привычной тактикой выставил между нами серию щитов и последовательно забил неприятеля залпострелами и простыми паразитами. Ну вот, даже поспать не дают.
Подумав, я решил вернуться к Сэнсу. Опытные эсперы использовали еще и авто-Сэнс, которые сам выставлял защиту в случае угрозы. Данный вариант в моей ситуации, когда я больше полагался на маскировку, не совсем подходил. Но я слышал, что эсперы могут сформировать Сэнс, который и во сне обеспечивает защиту. Мне не нужна активация заклинания, достаточно просто разбудить в случае приближения цели. Поэтому я начал медитации на развитие Сэнса в нужном мне направлении. Заодно и дальше улучшая его чувствительность. Сэнса много не бывает. Я, конечно, почти не разбирался во всех этих аурных механизмах. Откуда о них известно моему возвышению – вопрос, над которым ломают головы многие изыскатели. Возвышение тесно связано с душой, которую исследовать практически невозможно. Не мне искать ответы на подобные вопросы. Мое Сродство не имело ничего общего с душой, восстановление ауры никак не затрагивало мою душу. Как мне кажется.
Я заметил, что у меня стали появляться странные мысли. Иногда я отвлекался на совсем уж незначительные мелочи. Просто летал, рассматривая разных астральных обитателей и иногда подшучивая над гончими. Разговоры с Прилипалами не способствовали возвращению к нормальному состоянию. В общем, я стал замечать, что со мной что-то не так. Если сразу после смерти я списывал все на шок и смену формы жизни, то теперь начал осознавать. Дело в поступающем эфире от спиральщиков. Он не был стопроцентно идентичен моему внутреннему, представлял очень грубую замену. Спиральщики все же могли изменять эфир в довольно ограниченном спектре. Переработанный эфир позволял моей ауре функционировать, но медленно отравлял Сознание. Не только Сплетение и другие органы, но и мое Сознание им питалось. Это один из наиболее сложных органов ауры, и даже с улучшенным Сэнсом было непросто подметить изменения и разрушения. Все это было на уровне неясных ощущений и догадок. Возможно, мне просто казалось.
Двиэль, трибун Меддер Джу-сен
Магиструс четвертого отдела Аспекта Контроля бесстрастно наблюдал за проводимым допросом. Мастер-псион умело допрашивал ученика академии, стараясь не давить, дабы не вызвать скандал. Допрашиваемый являлся членом высокого клана Астонис, прямиком из главной ветви. По докладу школьного психолога имел серьезную предрасположенность к «темному» Безумию Довольства. Оказывал серьезное давление на свой класс. Психолог подозревала многочисленные акции запугивания, позволяющие ему выходить сухим из воды после большинства его проделок. Был не в самых дружеских отношениях с искомым Эваном Сотвалле, судя по последним отчетам психолога. Ученик явственно нервничал под пристальным вниманием мастер-псиона, чья дымчатая энергия разлетелась по всему помещению, не давая Астонис ни единого уголка спокойствия. Разумеется, глубоко лезть мастер-псион не имел права: допрашиваемый был кроме клановой принадлежности несовершеннолетним, к тому же не имел за собой никаких серьезных преступлений. Поэтому многие его выходки останутся в тайне. Четвертый отдел не интересовали отдельно взятые случаи Безумств. Составить рапорт Аспекту Здравия – пусть у них самих голова болит.
Как и предполагалось, ничего существенного Астонис не было известно. Сотвалле вообще был очень замкнутой и необщительной личностью. Впрочем, чего еще ожидать от Безумия Одиночества? Однако для чего он понадобился тану ректору Рюйго и тану Валкруббу, ныне бесследно исчезнувшим? Меддер не имел ни малейшего представления. Была разве что единственная тонкая ниточка – показания школьного волшебника, тана Жавьена. Он утверждал, что у Сотвалле обнаружилась феноменально высокая скорость восстановления ауры. Медик даже вызвал его лечащих специалистов из клана Ликовинд, танов Стамофера и Гилля, которые прибыли спустя всего пару дней после пропажи пациента.
Однако мотивы все равно не складывались. Предавать Вайс и искать протекцию на другом Острове? Неужели обнаруженное ими стоило того? Нет, больше походило на то, что ректору нужно было избавиться от свидетелей. Это подтверждало его необычное поведение, замеченное помощником ректора по учебной части, таном Эрнетом.
Обычно пропажей эсперов занимался второй отдел Аспекта Контроля. В некоторых случаях подключался третий. К Меддеру согласно его же последним распоряжениям стекалось множество отчетов по всем странным случаям. И данное дело чем-то его зацепило. Слишком высоко сидел Амассу Рюйго, слишком обширные связи имел в своем клане и не только. Ради чего он мог бросить все одномоментно? Причина должна быть поистине веской. Есть, конечно, вероятность, что его кто-то по-тихому убрал, но трибун был склонен довериться чутью тана Эрнета. Рюйго определенно был в чем-то замешан. Отдаленно напоминало случай Торана – весьма уважаемого и сильного мастер-шамана, в один момент резко поменявшего привычное поведение. Ну и наличие его дочери Леоки в классе Сотвалле также сказалось на том, что трибун решил заняться делом лично. Впрочем, последнее он считал в большей степени совпадением – отчеты по Леоке Брейсс не выявили каких-то откровений.
Свидетели утверждали, что видели, как Валкрубб, Сотвалле и Рюйго садились в личный ректорский вихрелет. Причем Сотвалле находился в крайне подавленном состоянии, как уверил один из очевидцев. Его опоили дурманом? Что же скрывалось за посредственным на первый взгляд учеником-первокурсником? В архиве Контроля имелись заметки о случаях краж, но ничего достойного внимания. Разогнав Сознание, трибун свернул на достаточно неожиданное направление. Вискуччи. Правящий дом на территории Джузенни, с которым у официальной власти случился конфликт много лет назад. Чуть ли до переворота не дошло. Вискуччи – древний род, имевший значительные права на престол, но их обошел Джакопо. Сейчас Вискуччи считаются полностью уничтоженными. Возможно ли, что один из наследников уцелел? Меддер не одобрял подобной зацикленности джузеннийцев на передаче власти и полномочий исключительно своим прямым потомкам. На Вайсе в первую очередь решали твои личные способности, хотя и случаев коррупции, семейной и клановой протекции было немало. Прошло уже три десятка лет с гибели дома Вискуччи. Имеет ли смысл использовать наследника для возрождения захиревшего рода?
Трибун отбросил гипотезу, решив поручить проверку подчиненным. Биологические и аурные образцы ученика были в наличии. Необходимо раздобыть образцы кого-то из Вискуччи. Может быть, у Изыскателей где-то хранится кусочек-другой. Конечно, по ним невозможно точно определить родство между дальними родственниками – слишком велика значимость мутаций и возвышения, особенно среди эсперов. Но пусть попытаются.
Покинув временную допросную, Меддер двинулся к кабинету, где находилась Джина Ромили, дававшая показания при появлении новых вопросов. Школьный психолог выглядела подавленной. Ее можно понять. Смерть члена клана Бе-ко-фе от заклинания дочери Торана Брейсса поставила ее карьеру под угрозу. Теперь же Меддер почти не сомневался, что женщину ждет увольнение. Хотя конкретно в данном случае особой вины за ней не числилось.
– Тан трибун! Вы узнали что-нибудь новое?
– Не особо, тин. Вы ведь в курсе, что Астонис систематически издевался над Сотвалле и другими одноклассниками?
– Я принимала все возможные меры, тан! Но что я могла поделать?!
– Что ж, отчет от мастер-псиона набрался внушительный. Возможно, его на год-другой отправят в Ин-дарт, это уже не мне решать.
– Как же так… – со вздохом протянула психолог. – Этот курс был худшим из всех, что мне только доводилось видеть…
– И все-таки, вы имели возможности проявить большую активность и настойчивость, тин.
– Нет! То есть… вероятно, вы правы, – глухо обронила Ромили, опустив глаза в пол.
– Возможно, у вас есть еще, что можно добавить по нашему делу?
– Сожалею, трибун. С таном ректором я виделась редко. Тана Валкрубба знала плохо. Представить не могу, что могло произойти…
– Благодарю, тин Ромили. Вы очень помогли нам. Всего вам наилучшего.
– Взаимно, тан Чжу-сен…
– Сотвалле? – переспросил Шугго Брейсс, преподаватель теории магии. – Ничего особого по нему сказать не могу. Мозги есть.
– Вот как? Разве вы с ним не находились в натянутых отношениях? – поддел Меддер.
– Разумеется! Этот идиот потащился в юниорскую академию с аурной травмой! Нет, вы только представьте, тан трибун! У него не было ни единого шанса пройти практические экзамены. В теории у него также были пробелы, но учился он быстро. Я, вуйл побери, не от хорошей жизни здесь который год ошиваюсь! Пока не поправлю ауру, проку от меня в полевой работе нет. Меня раздражает, что разные наглецы лезут туда, где им быть не положено. Лет через десять-пятнадцать, когда бы он восстановился до приемлемого уровня, я бы и слова ему не сказал. Но нет, вздумалось ему поступать именно в таком состоянии!
– Однако к концу семестра ему удалось восстановить Сэнс и Средоточие?
– Повезло, – буркнул Шугго недовольно.
– Что-то еще?
– Я уже все выложил вашему псиону, трибун.
– Ваше личное мнение и предположения?
– Мнение? Сотвалле и Валкрубб мне никогда не нравились, – беспечно заметил представитель рапторов. – Полагаю, что-то могло произойти во время учебной поездки в Пятно.
– Почему вы так решили?
– Больше каких-то значимых событий в последнее время не было. Валкрубб должен был принимать практические экзамены у первокурсников, но не явился. Вероятно, в той поездке они последний раз контактировали.
– Интересно. Можете ли вы рассказать подробнее про поездку?
– Вам лучше спросить тин Замали, они с Валкруббом были ответственными.
Колдунья Замали действительно припомнила, как Сотвалле обращался к ней по поводу увиденного в Пятне, но учительница не придала его словам большого внимания. К ней каждый час подходили ученики с вопросами, особенно те, кто посещал Пятно впервые. В тот раз она отправила его именно к Валкруббу.
Это была зацепка. Немногочисленные свидетели утверждали, что вихрелет ректора двинулся на северо-запад. Дальше движение судна отследить не удалось, к сожалению. Примерно в той стороне от Блайншвика располагалось Пятно Страха. Обыскивать Пятно в поисках улик – затея бесполезная чуть более, чем полностью. Даже найти следы лагеря после прошедших недель будет невозможно, не говоря уже о телах. Животный мир Пятен суров, он не оставляет следов. Мощное гравитовое излучение также надежно скрывает оставшиеся эфирные искажения после битв эсперов.
Трибун отдал распоряжение прошерстить Пятно, не особо надеясь на результат.
Спустя несколько дней Меддер восседал за большим овальным столом на внеочередном совещании магиструсов Аспекта Контроля. Складывающаяся ситуация заставляла серьезно задуматься. Хотя и не все подходили к ней, как к проблеме.
– Что с того, что идет спад криминальной активности? Это естественный процесс. Из-за беженцев с Сандарки нам пришлось попотеть. Но теперь напряжение спало, многие вернулись на атолл. Мало ли куда члены банд снимаются. В пираты подаются? Или наемниками на другой Остров. Зачем нам переживать о них?
– Затем, что мы до сих пор не знаем причин. Разведка не нашла следов пребывания большого числа наших граждан на других островах и пиратских коммунах, – парировал второй магиструс первого отдела.
– По грубым подсчетам исчезла почти пятая часть банд. Это не просто бандитские разборки. Не осталось ни трупов, ни погромов. Да в трущобах даже пустые кварталы стали попадаться! Тан Вонсмелл, мы обязаны знать причины. Причем, пропадают не только лервы, но и эсперы. В основном юниоры и приоры, но сигнал все равно очень тревожный.
– Тан Чжу-сен, вы полагаете, исчезновение тана Рюйго как-то связано с этим?
– Да. Пока что я придерживаюсь версии Пятна в его деле. Если принимать во внимание банды, то неясно, что могло их привлечь. Лес, плодородная почва, звери – все это не облагается большими налогами. Они могут вполне законно заниматься промыслом.
В зале повисло молчание.
– Гравит? – неуверенно предположила третий магиструс первого отдела, молодая женщина-лерв.
– Очень сомнительно, – протянул Меддер. – Для кражи гравита в Пятне требуется широкая сеть, эсперы и лервы с развитой аурой, налаженное крупное промышленное предприятие по добыче и транспортировке. Однако нельзя сразу исключать данную версию. Я уже направил приказы охранению Пятна Страха, туннельщикам и Аспекту Обороны, но есть вероятность, что контрабандисты уже сменили место деятельности. Второй и третий отдел, нам с вами следует заняться доскональной проверкой всех Пятен. Распоряжение будет подписано Префектом на днях.
В зале сразу стало шумно. Некоторые возражали Меддеру, напоминая о недопустимости распыления сил Аспекта Контроля, другие задавали вопросы, уточняя задачу. Тан Балседис Ву, магиструс третьего отдела, резонно заметил:
– Таны, мы с вами вот уже одиннадцатый год не можем поймать Крота. Каким образом мы собираемся вести подземные поиски? Оба наших арха стихии земли, мягко говоря, не относятся к боевой направленности. Юниоры и приоры до наступления критичных холодов будут заняты на полях. Мастера до сих пор восстанавливают Сандарку или срывают грунт на возвышенностях Вайса. Кто будет прочесывать землю в Пятнах?
– Это одна из проблем, Балседис. Я обсужу вопрос с Префектом. Сейчас я готов выслушать ваши конструктивные предложения, таны и тины. Каким образом нам провести глубокий обыск почти пятой части площади Вайса?
Где-то в западной части территории клана Рюйго.
Не знаю почему, но Сэнс меня зацепил надолго. Прошло двенадцать дней с начала моей второй попытки заняться им всерьез. Теперь я научился чуять смену дня и ночи, даже с учетом возможной облачности. К слову, на сон уходило около шести-восьми часов, определить время точнее по степени концентрации эфира света сложно. Я не остановился, пока не понял, что все основные узлы и каналы разработаны и не требуют существенных улучшений. Дальнейшие совершенствования будут давать прирост, но незначительный. Ну и еще одним немаловажным фактором явилось то, что Сэнс стал поистине огромным – он затмевал собой все прочие органы. Сплетение еле справлялось с управлением им. Да еще и потреблял прорву эфира. Мне пришлось расширять Сплетение и привлекать новые колонии спиральщиков. По сравнению с тем временем до начала моих медитаций количество спиральщиков выросло на порядок как минимум – моей разросшейся ауре требовалась мощная подпитка. Радиус Сэнса же вырос еще примерно в полтора раза. Немного, по сравнению с первоначальным трехкратным улучшением, но в противостоянии с другим эспером один-единственный дополнительный ярд Сэнса может спасти тебе жизнь. Хотя опять же, если эспер использует маскировочные оболочки и глушит собственные излучения, то такая аура будет представляться в чуянии черной дырой. А уж если он способен пропускать через себя любые дикие волны, то станет совсем невидимкой. Однако некоторые потоки пропустить через свою ауру было проблематично, как я слышал. Я надеялся, что новый улучшенный Сэнс позволит мне обнаруживать любых скрытых эсперов.
Сейчас я в легкую добивал чуянием до земли. Хоть от Пятна с его усиленным эфирным фоном я отдалился, но уверен, что и там бы не оплошал. Я постоянно натыкался на разные людские поселки, но близко не подлетал, опасаясь, что меня заметят. Пускай в лервских угодьях эсперы водились редко, я иногда с ними пересекался. К моей вящей гордости, я замечал их первым с помощью Сэнса и умело избегал сближений.
Моя аура заметно потяжелела, но мне все равно не хватало веса опуститься до самой поверхности. Со скрипом мне удалось добиться заполнения своего Средоточия внутренним эфиром. Пришлось сформировать с помощью червяков и возвышения несколько дополнительных каналов к Смешению. Так я мог передавать значительные объемы эфира из Сплетения в Средоточие через Смешение. Однако практика показала, что мой внутренний эфир практически бесполезен. Он крайне разреженный и не спешит концентрироваться, несмотря на мое улучшенное Сплетение. Для передвижений он также малопригоден.
Размышляя над дальнейшими планами, я двигался вдоль канала или речки, не забывая осматривать округу пассивным Сэнсом. Стихия воды поблескивала в моем Сознании слабыми голубыми искорками. С новым Сэнсом мне открылось много деталей и особенностей. Эфир был неоднороден. В воде, например, присутствовали элементы стихии земли, воздуха и еще множество разных малозаметных эфирных образований. Для такой детализации приходилось осторожно применять активный Сэнс, когда я был уверен, что никого нет поблизости.
– Первый, как думаешь, мне теперь Смещением заняться? – задумался я.
– Давай-давай! – ответил мне Прилипала.
– Ну не знаю. Может Средоточие расширить?
– Давай!
– Бесполезная тушка. Дай мне хоть один нормальный совет!
– Дай-дай-дай!
– Ох, смотри-ка, вихрелет с эсперами на борту. Интересно, кланы или Аспекты?
– Давай!
– Не переживай, они слишком далеко и не смогут меня обнаружить. Не зря я ведь налегал на маскировку.
– Иди-иди! – ответил вдруг другой Прилипала.
– Второй, а ты что в нашу беседу вмешиваешься? Не видишь, я с твоим братом разговариваю? Как вы до сих пор живете? Все ваши младшие собратья давно поделились. Сколько ж вам эфира надо набрать, проглоты?
– Дай-дай-дай!
– Да замолкните уже… Хм.
Я остановился над руслом реки на высоте примерно пятидесяти ярдов – здесь на таком расстоянии проходила основная граница эфирных излучений от поверхности Острова. То есть, на данной высоте располагался ковер из Аннелидо, с которыми я старался держаться рядом.
Что-то было не так. Я тщательно осмотрелся, подмечая любые несоответствия. Правда, такой мощный Сэнс был для меня в новинку, и вопросы возникали постоянно. Поодаль в стороне, выше меня примерно на двадцать ярдов, висело неизвестное образование. Мне так показалось, по крайней мере. В чуянии виднелись лишь незначительные искажения эфира. Со старым Сэнсом я бы их точно не заметил. Никакой аурной цепи или следов физического тела не чуялось. Значит, не эспер. Неужто гончая, способная так мастерски маскироваться? Это интересно.
Я уже не боялся гончих. Даже самые большие особи не представляли особых проблем. Тактика отработана, пополнять боезапас из паразитов несложно. А с новыми мощными защитными оболочками я им был не по зубам. Осмотрев округу Сэнсом, я приметил множество лервских хозяйств по обе стороны реки или канала. Ни одного эспера рядом не было. Поэтому я решился включить активную часть Сэнса на незначительную мощность. Особая волна плохо проходила сквозь плотные ауры, что посредством эфирного эха давало много детальной информации и помогало раскрывать замаскированные сущности. Чем-то напоминало сонар, имеющийся у некоторых видов птеров.
Оп, эфирная струя в момент преодолела разделявшее нас расстояние, пролетела чуть дальше и сошла на нет по естественным причинам. Данные вышли странные. Я подтвердил наличие наверху неизвестного объекта. Он не отражал эфирного эха совершенно, но пропускал через себя активную волну хуже, чем окружающее его пространство. В результате Сэнс передал в мое сознание картину блеклого участка шарообразной формы.
Пока я раздумывал над тем, следует ли мне послать еще несколько волн, сблизиться или убраться подальше, шар начал действовать. Быстро, без какой-то видимой подготовки или предупреждения он выпустил короткую и мощную волну из черных сгустков. Я не успевал среагировать, да и сомневаюсь, что мог помешать атаке в том случае, если бы мне дали время. Задействованные движки чуть запоздали. Темный эфир вонзился в меня и проник в центр ауры. Защитные оболочки пси-энергия прошла играючи, что и не удивительно. Однако легкость, с которой заклинание прошило мою ментальную, лабиринтную и цельную оболочки вызвало недоумение. Но лишь на краткий миг. Затем мой разум заволокло дымкой.
Я обнаружил себя находящимся в неизвестном месте. Сознание нещадно ныло. Какого вуйла, спрашивается?! Что произошло? Меня атаковал псион? Память о последних минутах находилась в раздрае. Я вроде бы что-то собирался исследовать, а затем темнота. Но как они смогли обойти мои оболочки?! Я ведь не просто слегка восстановил защиту. Я хорошо помнил свою беспомощность перед Калемом, поэтому постарался как следует. Ментальная оболочка являлась самым внешним слоем, должна была ослабить большую часть пси-эфира. Лабиринтная оболочка, если упростить, шифровала каналы и сигналы, с помощью которых мое Сознание получало информацию и управляло аурой. Дабы пси-заклинание не проникло через незащищенные входы. Вроде как. Цельная оболочка представляла собой последний рубеж обороны, закрывая полностью все мое Сознание. Она должна была выдержать! Должна! Хоть я и не проверял на практике…
Ну и последняя оболочка – это защита Сознания. Скорее не оболочка, а отдельный небольшой орган в Сознании, ответственный за выведение чужеродного эфира из каналов. Нечто вроде насоса и фильтра, процеживающего мой внутренний эфир и вымывающего все лишнее. Защита Сознания располагалась вплотную к самому Сознанию, и мне пришлось скрыть неприязнь и поступиться своими принципами не допускать паразитов близко. Без Аннелидо усовершенствование бы шло месяцами или годами.
Похоже, я оказался слишком беспечен и самоуверен. Мне нужно еще больше защитить свои ментальные оболочки. Так, чтобы ни единый чернильный сгусток не проник внутрь! Проклятые псионы. Вроде бы ничего важного я не потерял и не забыл. Даже кое-что помнил о странном замаскированном объекте. Может, с моими оболочками все в порядке, и мне просто не повезло наткнуться на арха? Вроде бы на Вайсе нет архи-псионов. Сильный мастер или иностровной разведчик? Но как тогда он так умело спрятал аурную цепь и свое тело? Или это было какое-то новейшее изобретение механиков? Вообще про астрал я знал очень мало, поэтому всякое возможно.
Следующие несколько заходов бодрствования, в среднем из четырех дней, я провел за совершенствованием моих оболочек. Хрена с два я еще позволю кому-то манипулировать моим Сознанием, эмоциями или воспоминаниями. Я и так потерял многое после смерти.
Моя аура по моему субъективному мнению стала напоминать ауру взрослого опытного эспера с некоторыми перекосами. Средоточие значительно отставало, Сплетение было весьма достойное, зато по Сэнсу и оболочкам я мог дать фору многим. Ну и за Смещение еще даже не брался. Не то, чтобы я ранее был знатоком аур эсперов – как следует попользоваться Сэнсом в Двиэли мне не довелось. Плюс большинство взрослых в той или иной степени использовали маскировочные оболочки, сквозь которые мой слабенький Сэнс не чуял.
Теперь, будто зная, куда смотреть, я начал встречать аналогичные замаскированные объекты чаще. Они не нападали и ничего не предпринимали, правда, в последующие встречи я довольствовался пассивным Сэнсом и держался на приличном расстоянии. Возможно, они просто не могли меня учуять на такой дистанции. Гадские «псишары», как я их окрестил.
Потихоньку я позволял себе приближаться к крупным городам, наблюдал издалека за эсперами и лервами. Найти заселенную землю на Вайсе легко – она практически везде, за исключением Пятен. Жаль я не понимал, где конкретно нахожусь. Ни услышать разговоры людей, ни узнать, что написано на вывеске. Даже прочитать газету в таком состоянии было невозможно. Я лишь слегка разбирался в местности родного Пятна Грома, поэтому не представлял себе, где именно оказался.
Чувство дискомфорта из-за чужеродного эфира появлялось все чаще и чаще. Сознание сбоило. Я иногда бесконтрольно засыпал, а очнувшись, не помнил, что делал до этого. Мне нужен человеческий эфир. По крайней мере, я надеялся, что мне подойдет человеческий. Зверей можно отбросить сразу: у них иное строение аурной цепи. Сомневаюсь, что смогу адаптировать свой огрызок цепи под животные нужды. Большинство из них и Сознания не имеют. Лервы – также не самый удачный вариант. Слишком плохо разработана аурная цепь, слишком короткая – они ведь никогда не путешествуют в астрал. Боюсь, что не смогу соединить свою ауру с телом.
Ладно, мне нужен свежеубиенный эспер, желательно шаман. Или какой-нибудь несоображающий овощ с поврежденным Сознанием и разумом. Кто б мне такой подарок сделал? Эсперов на Вайсе не казнили. Публично, по крайней мере. Ха, было бы довольно забавно вселиться в тело только что убитого эспера только затем, чтобы тебя казнили повторно.
На всякий случай я решил заняться разработкой цепи. Вдруг мне повезет, и я наткнусь на подходящее тело? Все-таки я старался чтить заветы Гайи. Непросто принять решение лишить жизни ни в чем не повинного человека. Хоть и мотивация имелась стоящая – моя собственная жизнь. Около недели ушло на то, чтобы восстановить себе достаточно длинную и крепкую аурную цепь. Это был сложный процесс, затребовавший множество различных видов паразитов. Аурная цепь ведь не только передает эфир, но и обеспечивает связь телесных органов чувств с Сознанием.
Следующим пунктом шло Смещение. С ним я справился за сутки. Моментное Смещение было мне пока без надобности, обошелся обычным небольших размеров. Внешне оно ничем не напоминало орган спиральщиков.
Промучившись несколько часов, я так и не смог обработать свой внутренний эфир. Это был полный провал. Похоже, не существовало органа, который бы менял спектр столь радикально. Следующим шагом я принялся за дрессировку Аннелидо: дал приказ части спиральщиков вырабатывать эфир, максимально схожий с шаманским духом. То, что получалось на выходе, назвать духом можно было лишь с очень большой натяжкой. Я не мог им как следует управлять, однако в Средоточие запихать удалось. И снова со Смещением возникли сложности. Похоже, ему не нравился имеющийся тип эфира. Замкнутый круг какой-то. Если бы не скорость моего возвышения, я бы наверняка бросил затею. Ведь на выращивание нового Смещения или модернизацию старого требуются годы. Только я мог справиться с подобной задачей за несколько дней. Представляю себе разочарование эспера, который потратил годы непрерывных медитаций, но по итогу получил совершенно бесполезный орган.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.