Гленард без труда нашел небольшое деревянное строение, в котором, как сказал стюард Арктан, располагалось местное отделение Тайной Стражи. Маленькое здание, примкнувшее к внутренней стене замка позади четырехугольного жилого донжона, Славий не ошибся, это был именно сарайчик. Ветхое, давно не крашенное, слегка покосившееся, деревянное здание примерно четыре на шесть метров. Крышу, однако, покрывала не привычная крестьянская солома, а настоящая черепица. Правда, старая, замшелая и местами потрескавшаяся.
Гленард потянул на себя растрескавшуюся дверь, выглядящую не лучше всего строения. Как он и ожидал, пришлось приложить некоторые усилия, чтобы ее открыть. Внутри был полумрак, свет едва пробивался через щели в прикрытых ставнях. Воняло луком, пивом, потом и сырой кожей. Справа у стены на низкой лежанке храпел высокий толстый мужик в засаленной льняной рубахе и суконных штанах, штопанных в нескольких местах. Другой боец дремал в старом кожаном кресле у большого стола в центре комнаты, положив ноги на стол и закрыв лицо старой бесформенной войлочной шляпой. Собственно, Гленард видел только эту пожилую шляпу и потертые подошвы сапог дремлющего тайного стража. Над ним на стене висели два потемневших портрета: его величества императора Ангрена и незнакомого Гленарду полного человека с круглым гладко выбритым лицом с доброй улыбкой, голубыми глазами и короткими соломенными волосами.
Наблюдение за процессом того, как бойцы Тайной Стражи неустанно борются с врагами Империи, было настолько увлекательным, что Гленард не мог их просто так разбудить. Так было не интересно.
– Хозяюваа, – по-батрацки протянул Гленард, – а ктой-то ж здеся хлавный-таа?
Шляпа недовольно зашевелилась, но подниматься не захотела. Дремлющий в кресле недовольно заворочался и из-под шляпы донесся хриплый сонный голос.
– Тебе еще чо надо?
– Дык, эдак, дела у меня есть, важнющеее… – продолжал веселиться Гленард. – Мне бы хоть какого начальника-таа… Дык, шоб послушал меняаа…
– А говна на лопате тебе не надо? – поинтересовалась шляп. а – Вали отсюда, пока пинками не отхерачил!
Гленарду этот балаган уже начал немного надоедать.
– Смирррнаа!!! – заорал Гленард. – Ты, сволочь, как с командиром разговариваешь?!
Обоих бойцов как будто ткнули огромным шилом в зад. Они буквально подлетели вверх и вытянулись по стойке смирно, удивленно хлопая сонными, но расширившимися от страха глазами.
– Ви-ви-виноват, господин лейтенант, – заикаясь пробормотал тот, что спал в шляпе у стола (шляпа, кстати, улетела куда-то на пол). – Не признал, прощенья прошу. Мы вас только завтра ждали, в среду…
– Среда сегодня, – усмехнулся Гленард. – Как звать?
– Костис, господин лейтенант. Сержант Костис. А это рядовой Бовард. Вы не подумайте, что мы всегда спим на службе, просто жарко сегодня, разморило после обеда…
– И что, сержант Костис, бочонок пива, который я вижу у стола, совсем не связан с тем, что тебя, так сказать, разморило? – притворно удивился Гленард.
– Ви-виноват, господин лейтенант, жарко сегодня. Прошу простить, более не повторится, – испуганно залепетал сержант.
– Хорошо, но только на первый раз. Обычно я такой расхлябанности на службе не прощаю. Но наказание наложу. Вечером раздобудете у стюарда краски, скажете, я приказал, и покрасите нашу, так сказать, контору снаружи. И крышу помойте. И проветрите здесь, дышать невозможно, мало вам лука и пива, так еще и напердели, как кикиморы горные.
– Так точно, ваше благородие, будет сделано, – снова вытянулся Костис, Бовард не отставал.
– Меня зовут Гленард. Гленард из Волчьей погибели, это на дальнем северо-востоке, в Клафтхорде. Вы можете называть меня просто Гленард и, надеюсь, не будете возражать, если я тоже буду вас называть по именам, без званий. Я человек простой, но требовательный. Глупой муштрой и уставщиной не занимаюсь, но если что-то надо сделать, это должно быть сделано и без отговорок. Покуда вы долг свой исполняете, как надо, мы с вами будем ладить. Расслабитесь, обленитесь – сразу узнаете, почему на юге бандиты старались обходить наш форт стороной, поблажек не ждите. Всё понятно?
– Так точно! – хором рявкнули Костис и Бовард.
– Отлично, вольно, садитесь, – разрешил Гленард и сам присел на шаткий деревянный табурет у стола.
– Ваше благородие… Гленард, ваше место в кресле, – Костис отодвинулся от стола и сел на другой табурет.
– Хорошо, – согласился Гленард, обошел стол и сел в скрипучее старое кресло, обитое растрескавшейся кожей. – Разрешаю говорить на «ты». Расскажи мне, Костис, что у вас вообще здесь происходит?
– Так тихо всё, лейтенант. Бандитов нету, мятежников нету, крестьяне не бунтуют, барон для крестьян господин хороший. Зорги через границу не ломятся, альвы не буянят, ведьмы да колдуны беззаконные не промышляют.
– Но, тем не менее, Империя держит здесь отделение Тайной Стражи?
– Так ведь граница, лейтенант. В каждом приграничном баронстве здесь по отделению. На юге разве не так?
– Да нет, на юге отделение было только в столице герцогства, в Магнаде. Правда, отделение было побольше, человек двадцать. Но здесь, видимо, более протяженная граница, поэтому решили, что разумнее распределить небольшие отделения вдоль всей границы.
– А так здесь тихо, – продолжал Костис, – птички поют, пшеница растет, девки танцуют, тишина и благодать одним словом.
– Благодать, говоришь? – удивился Гленард. – А что случилось с прежним лейтенантом, с моим предшественником?
– Убили лейтенанта Нотия, – помрачнел Костис. – На охоту он пошел и не вернулся, нашли через пару дней в лесу. Зверье труп пожрало, конечно, но понятно было, что умер он от удара оружием, голову ему раскроили.
– Кто его убил?
– Зорги, вероятно, – пожал плечами Костис. – Клинок широкий и толстый, грубый, но на топор не похоже. Зверюги изредка переплывают Морайне маленькими группками и заходят в наши леса побраконьерить. Возможно, Нотий наткнулся на одну из таких групп.
– Я смотрю, в клинках ты разбираешься.
– Гленард, я хоть, может быть, и лентяй, и подремать могу в рабочее время, но я всё-таки сержант Тайной Стражи, да и боевой опыт у меня немалый. Поэтому в клинках и в следах разбираюсь хорошо. Да и Бовард тоже не лыком шит и не пальцем делан.
– Прости, Костис, у меня и в мыслях не было тебя обидеть. Зорги, значит? Выследили их?
– Никак нет, – печально покачал головой Костис. – Ушли тихо, следов не оставили, не смогли их найти…
– Степные зорги-браконьеры, которые знают, как не оставлять следов в лесу? Это интересно. Может быть, это была не простая группа браконьеров, а какие-то обученные зоргские диверсанты, затаившиеся в приграничье? Надо бы поискать следы и поспрашивать по деревням. Чем закончилось расследование?
– Господин полковник Герварх, начальник Тайной Стражи Танферрана, приказал прекратить расследование. Сказал и так всё ясно, что Нотий дурак, раз на браконьеров нарвался. Капитан Гумбард, командир армейского гарнизона попытался возражать, но его как раз перевели куда-то на север. Не знаю, полковник Герварх постарался или просто так совпало, но в итоге никого искать так и не стали. Но я скажу, Гленард, что Нотий не был дураком. Да и воином он был неплохим, с двумя-тремя зорговскими браконьерами точно справился бы…
– Надо будет присмотреться к этому делу, Костис – задумчиво сказал Гленард. – Хм, я вижу тут два портрета, один Его Величества, а кто на втором портрете?
– Так это наш главный начальник. Его светлость герцог Донрен ан Верверриг, великий инквизитор империи, генерал Тайной Стражи Его Императорского Величества. Он как-то приехал с инспекцией в какое-то местное отделение, а его пинками прогнали, типа не знаем, кто такой. С тех пор в каждом отделении висит его портрет. Во избежание, так сказать.
– Понятно, запомню на всякий случай. И часто он сюда приезжает?
– Сюда? Да ни разу. И вряд ли когда приедет. Империя большая, делать ему больше нечего, как по мелким баронствам ездить. У него и в столице дел хватает.
– Верверриг, – напряг память Гленард, – что-то я не припомню такого герцогства.
– А его фактически и нет, – усмехнулся Костис. – Оно ограничивается землями поместья господина Донрена в Рогтайхе. Однако все прочие герцогские привилегии он имеет полностью, включая участие в Совете Земель Империи. Его величество лично пожаловал господину Донрену титул в знак признательности за его заслуги. Донрен выбился почти из низов. Он из какого-то баронского рода, но при дворе начинал пажом. Вскоре проявил ор-га-ни-за-тор-ские качества, попал на посланническую службу, ездил с посольствами, в Кадир и тому подобное. А оттуда попал в Тайную Стражу и оказался мастером по ловле шпионов и по раскрытию заговоров. Говорят, что лично спас Его Величество от пяти заговоров…
– Интересно, сколько из них он сам организовал? – задумчиво пробормотал Гленард.
– Хороший вопрос, лейтенант, но лучше его господину великому инквизитору не задавать, я думаю. Так или иначе, он очень дружен с Императором и для нас, кстати, является не таким плохим начальником. То, что вы как раз про себя говорили: меньше муштры, больше дела.
– Хорошо. Что у нас еще из текущих дел есть. Нераскрытые преступления? Заговоры? Колдуны? Вредители? Бунтовщики?
– Слава Богам, ничего такого нет, – вздохнул Костис. – Помимо убийства Нотия, всё тихо и спокойно. Но мы, ради приличия, ездим посмотреть на каждую серьезную неприятность в баронстве. Ну, там коли мужик свою бабу топором зарубит по ревности, или хату кто по пьяни подпалит.
– И часто это бывает?
– Да нет, редко. Скучновато у нас здесь, Гленард. Баронство маленькое, земля плодородная, погода хорошая. Крестьяне делом заняты. Урожаи добрые, барон тоже добрый. Все довольны. Заговоры плести причины нет. Раз в неделю-две порой проезжаем по берегу, смотрим, нет ли где следов зоргов на нашем берегу. Ну, и с пограничной заставой на мосту словами перекинемся. Иногда поможем ей с купцами какими побеседовать. А так тихо всё.
– Тихо – это даже хорошо, – улыбнулся Гленард. – Ну, раз всё равно делать сейчас вам нечего, ноги в руки и бегом к стюарду Арктану за краской. Не думайте, что я забываю приказы и наказания. И чтобы к вечеру наш с вами дом был как новенький!
Гленард открыл все ставни пошире, чтобы проветрить небольшое помещение, и вышел во двор. Не спеша обошел внутренний двор замка и подошел к главному входу в донжон. В стороне, под навесом, кузнец-бьергмес методично стучал молотом по наковальне. Человеческий мальчик лет десяти, видимо ученик, время от времени качал мехом воздух в печь. Из кухни доносились покрикивания повара и запахи блюд, готовящихся к вечернему ужину. У дверей конюшни дремал на табурете конюший Дебен, откинувшись спиной на стену конюшни и прикрыв глаза.
Навстречу Гленарду из дверей донжона вышла Лотлайрэ. Ее волосы были свободно распущены. Она была в длинном платье из осветленного льна. На шее золотая цепочка, уходящая под платье. Видимо на цепочке висел какой-то религиозный символ: пентакль, или трикветр, или что-то еще, но от Гленарда он был скрыт.
Гленард и Лотлайрэ обменялись короткими приветственными поклонами.
– Госпожа Лотлайрэ, – учтиво сказал Гленард.
– Господин Гленард, – не менее учтиво ответила Лотлайрэ. – Как вы у нас устроились? Как вам ваши бойцы?
– Устроился очень хорошо, спасибо. С бойцами нужно немного поработать, но всё будет хорошо.
– Я боюсь, господин Гленард, что у нас вам будет немного скучно. У нас маленькое мирное баронство, где почти ничего не происходит.
– Спасибо за заботу, госпожа. Моя скука будет являться хорошим знаком для Империи. Она будет означать, что на границах всё спокойно. И честно говоря, после трех лет на юге, я бы не отказался немного поскучать, тем более в таком великолепном краю и в таком великолепном обществе, как ваше.
– Возможно и так, – пожала плечами Лотлайрэ. – Вы знаете, существуют люди, вокруг которых всегда что-то происходит. Такой человек приезжает в какую-то деревню, где раньше сто лет всё было спокойно, и сразу начинает что-то случаться. То пожар, то нападение волков, то нашествие каких-нибудь зоргов. И я не говорю о приключенческих романах. Романы выдумка, но в жизни такие люди тоже встречаются. Вы не из таких?
– Это хороший вопрос, госпожа Лотлайрэ. Судьба моя неведома мне, так же как и каждому из нас. Сколько себя помню, вокруг меня всегда что-то случалось. Но являюсь ли я причиной этого, или просто обладаю удивительной способностью попадать в самую гущу событий, как волк в стаю собак, я не могу сказать. Возможно, что я просто деятельный человек, а любое мое действие отражается эхом в действиях других людей и возвращается ко мне необходимостью нового действия.
– Вы умный человек, Гленард. Вы сказали, что вы с севера?
– Именно так, госпожа Лотлайрэ. Герцогство Клафтхорд, графство Шварвольд, баронство Буакрах, деревня Волчья Погибель.
– Буакрах? В вашем баронстве много грибов? Да и леса глухие, судя по имени графства.
– О, грибов хватает, как и лесов. Только это не мое баронство, я простой парень из деревни. Сын охотника.
– А что случилось с волками в вашей деревне, Гленард? Это ваш отец был так суров с ними?
– Ничего хорошего, как следует из названия деревни, госпожа. Раньше, давно, деревня называлось Волчье Поле, потому что волков там было действительно очень много, и это были страшные времена. И недели не проходило, чтобы волки не задрали кого-то из крестьян. Но примерно лет за тридцать до моего рождения наш барон вместе с окрестными баронами, устроил огромную охоту на волков. Их загнали на луга около деревни, окружили и почти всех перебили. С тех пор деревня называется Волчья Погибель. Я сомневаюсь, что мой отец в этом участвовал, так как он еще не родился на тот момент. Но мои деды в этой великой охоте принимали участие наверняка.
– Как интересно, и даже, в какой-то степени, романтично. Или это просто вы так рассказываете. Я вижу в вас боль Гленард. Большую боль.
– Я был недавно ранен, госпожа Лотлайрэ. Тяжело ранен, чуть не погиб.
– Это я тоже почувствовала. Но я не об этом. Что-то вас гнетет, Гленард. Что?
– Я прошел Злую Войну, госпожа. Я видел много смертей и убивал сам. Я видел, как умирали мои друзья. Я три года воевал с бандитами и кочевниками на юге. Во мне есть многое, что меня гнетет.
– Что гнетет вас особенно сейчас? Что-то, связанное с вашим недавним ранением?
– Пожалуй, да, госпожа Лотлайрэ. Я повел в бой своих солдат. Своих друзей, мы были вместе каждый день три года подряд. Многие не вернулись. Они погибли из-за меня.
– Это вы их убили?
– Нет, их убили альвы. Простите, госпожа, альвы-мятежники. Но я считаю себя в какой-то мере виновным за их смерть.
– Вы отомстили за них?
– Почти. Но я не смог убить эту су… Простите, госпожа Лотлайрэ, главную мятежницу, из-за которой всё и началось.
– И именно это вас гнетет. Вы не смогли совершить месть. Повели в бой людей, которые погибли. Сами были ранены и не смогли отомстить так, как считаете нужным. Это вас гнетет, Гленард из Волчьей Погибели?
– Пожалуй, что да, госпожа Лотлайрэ. Пожалуй, вы правы.
– Отпустите свою месть, Гленард. Она не принесет вам ничего хорошего. Нельзя жить местью, особенно когда вы не в силах отомстить. Вы не виноваты в смерти своих друзей. Виноваты те, кого вы уже убили. Виноваты враги Империи. И теперь вы, Тайный Страж Империи, имеете прекрасную возможность мстить, борясь с врагами Империи, и почитать память своих друзей, делая то, что велит вам ваш долг, так хорошо, как только вы можете, чтобы ваши друзья гордились бы вами и на Пути, и в следующих перерождениях.
– Спасибо, госпожа Лотлайрэ. Ваши слова мудры, откровенны и правдивы. Мне нужно подумать над ними.
– Подумайте, Гленард, подумайте обязательно. О, смотрите, кажется, у нас еще гости…
В ворота замка, не спеша, въехал всадник на красивом вороном коне. Приблизившись к Гленарду и Лотлайрэ, стоявшим у дверей донжона, всадник остановился и спешился. Невысокий, в простой серой одежде, упитанный, с круглым лицом, короткими соломенными волосами и доброй улыбкой, он смотрел на Гленарда теми же самыми внимательными голубыми глазами, которые Гленард видел недавно на портрете, висевшим рядом с портретом Императора в доме Тайной Стражи.
– Высокий, широкоплечий, шатен, серые глаза, бородка, медальон лейтенанта. Наверняка вы лейтенант Гленард, – сказал прибывший. – А вы, должно быть, госпожа Лотлайрэ ан Флернох, дочь его милости барона Винреда ан Флерноха. Мое почтение, госпожа.
Прибывший учтиво и вычурно поклонился Лотлайрэ.
– Мое почтение, господин, – ответила поклоном Лотлайрэ. – С кем же мы имеем честь разговаривать?
– Я был бы рад представиться, – улыбнулся путник и хитро посмотрел на Гленарда, – но, возможно, господин Гленард мог бы меня представить сам?
– Вероятно, мы имеем высокую честь беседовать с его светлостью герцогом Донреном ан Верверриг, генералом Тайной Стражи Его Священного Императорского Величества Ангрена ан Андерриох и Великим Инквизитором Империи Андерриох, – Гленард стукнул себя кулаком правой руки по сердцу и поклонился.
– Совершенно верно, лейтенант Гленард, – улыбнулся герцог Донрен и обратился к Лотлайрэ: – Ваша милость, позвольте побыть гостем вашего дома на один вечер и одну ночь. Я здесь по делу к господину Гленарду и отбуду на рассвете, постаравшись избежать каких-либо неудобств для вас.
– Конечно, ваша светлость, конечно, – переполошилась Лотлайрэ. – Я сейчас же велю приготовить вам комнату и заняться вашим конем. Так же я от имени своего отца и баронства Флернох приглашаю вас отведать с нами скромный ужин сегодня вечером в нашем доме.
– Почту за честь, госпожа Лотлайрэ, – поклонился Донрен. – А сейчас, прошу вас простить меня, нам нужно немного поговорить с лейтенантом Гленардом.
– А я смотрю, ты времени не теряешь, – одобрительно протянул Донрен, когда они с Гленардом подошли к дому Тайной Стражи и увидели Костиса и Боварда, уже начавших перекрашивать стены дома.
Костис и Бовард, обернувшись и всмотревшись в лицо Донрена, как по команде замерли с раскрытыми ртами. Потом бросили тряпки и кисти и застыли по стойке смирно.
– Вольно, ребята, вольно, продолжайте, – махнул рукой Донрен.
– Ваша светлость, мое почтение, – поклонился Костис.
– Мое почтение, почтение, ваша светлость, – эхом отозвался Бовард.
– И вам мое почтение, друзья, – улыбнулся Донрен – А сейчас позвольте, мы с лейтенантом пройдем внутрь и обсудим пару вопросов.
– Как ты думаешь, Гленард, почему я приехал? – спросил Донрен, когда они с Гленардом зашли внутрь и сели у стола: Донрен в кресло, а Гленард на табурет. Донрен смотрел на Гленарда пристально и слегка хитро. Мягкая улыбка не сходила с губ Донрена.
– Я мог бы предположить, ваша светлость, что вы лично встречаете всех новых глав отделений Тайной Стражи во всех баронствах, однако это было бы глупо. В Империи слишком много важных дел, чтобы глава ее Тайной Стражи ездил из конца в конец только для того, чтобы поприветствовать новичков.
– Продолжай, – одобрительно кивнул Донрен.
– Значит, дело или в этом баронстве, или во мне лично. Возможно, в баронстве зреет какой-то особенно важный мятеж. Или зорги готовятся напасть именно здесь. Или здесь какой-то спрятанный альвийский храм, который притягивает мятежников, как свежий навоз притягивает мух. Однако в таком случае, вы, вероятно, назначили бы в такое важное место кого-то более опытного. Пусть у меня и неплохой боевой опыт за спиной, но в Тайной Страже я новичок, и назначать меня в такое важное место было бы опрометчиво, а вы не производите впечатления опрометчивого человека.
– Ты наблюдателен, – улыбнулся Донрен.
– Есть, конечно, еще один вариант, что вы решили меня арестовать как врага Империи, но мне кажется, что я не настолько важен в этом качестве, чтобы арестовывать меня лично, тем более без конвоя.
Донрен засмеялся.
– Таким образом, – продолжил Гленард, – я могу предположить, что ваш визит сюда, ваша светлость, неким образом связан со мной лично. А поскольку я сам, к сожалению, не настолько значительная фигура, чтобы ради меня ехать неделю из Рогтайха, то рискну подумать, что ваш интерес ко мне связан с некоей особой, с которой я встречался однажды не так давно. И которая оставила буквально неизгладимые воспоминания о себе, как в моей душе, так и на моем теле.
– Браво, Гленард, – зааплодировал Донрен. – Я вижу, что я точно не ошибся, назначив сюда именно тебя. Ты прав, я приехал, чтобы поговорить с тобой напрямую о той альвийке, с которой ты встретился. И, что самое удивительное, остался жив после этой встречи, при этом освободив целую деревню.
– Что именно вы хотите узнать, ваша светлость?
– Давай без светлости. В Тайной Страже мы все братья, поэтому ты Гленард, я Донрен. И на «ты».
– Хорошо, Донрен. Что именно мне тебе рассказать?
– Ты читал рапорт лейтенанта, прости, уже капитана Славия о событиях в Белой Скале?
– Да, – подтвердил Гленард.
– Чего нет в этом отчете? О чем не знал Славий?
– О мече, который был с собой у Миэльори. Точнее о сабле. Славий не мог знать всех подробностей о нем.
– И что там с этим мечом?
– Донрен, вам… Тебе знакомо слово Эллеанару?
– Иди ты, Гленард! Ты что, хочешь сказать?… Да нет, не может быть. Это всё меняет… Постой, ты уверен, что видел именно Эллеанару? Седьмой из девяти королевских клинков?
– Я уверен. Я думаю, ты знаешь, что я много лет изучал альвийскую историю и символы. Друзья смеялись, но вот, пригодилось разок.
– Может быть, копия?
– Если так, то просто невероятно качественная копия. Я думаю, что нужно спросить у нашего лекаря в форте, у Дроноса. Он может рассказать и о клинке по моей ране, и о составе металла. Он, кажется, делал какие-то эксперименты с моей кровью, когда меня лечил.
– Хорошо, предположим, что ты прав. Что мы имеем? Особа из одной из трех альвийских королевских мятежных семей, вероятно, какая-то из юных принцесс, судя по возрасту, нападает на мелкий южный форт с целью отвлечения внимания, а потом захватывает заложников в деревне, требуя припасы для того, чтобы пройти вглубь Империи. Делает это неопытно и неумело, чем вполне успешно пользуется один опытный и умелый сержант, полностью расстраивая эти планы и нанося альвийке весьма серьезную рану. Несмотря на это, альвийка сбегает и буквально растворяется. Она не появляется ни в одном из известных нам альвийских мятежных гнезд, наши информаторы молчат. Или она не контактирует ни с одним гнездом, что маловероятно, поскольку ей нужна помощь. Или она настолько важна, что информаторы не могут или не хотят о ней рассказывать.
– Или есть гнезда, – продолжил мысль Донрена Гленард, – в которых у Тайной Стражи нет информаторов, и ей помогают именно они.
– Совершенно верно, хотя такая вероятность и грустна, поскольку означает, что где-то мы плохо работаем. Что мы еще забыли?
– Розу на платье.
– Абсолютно верно. Еще одна необъяснимая вещь, которая, если честно, и привлекла мое внимание к рапорту Славия. У тебя есть объяснение? Может, она намекнула на что-то?
– Нет, хотя я напрямую спросил. Она ушла от ответа, а потом стало не до разговоров.
– Ну ладно, будем искать. В любом случае, я уже не зря приехал. Легендарная сабля Эллеанару сейчас где-то в Империи и в руках альвийской принцессы с неприличным символом на платье. Тебе не кажется, что это невероятно захватывающе?
– Пожалуй, да, – согласился Гленард. – Почти как в сказке. Вопрос в том, какой конец у этой сказки будет.
– А конец, в итоге, может быть только один. Хороший для нас, грустный для альвов, обыкновенный для истории. Через тысячу лет это или превратится в легенду, или будет записано каким-то ученым-летописцем, или просто забудется. Последнее, кстати, наиболее вероятно. Всего лишь маленькая точка на пути к будущему.
– Нам нужно эту точку еще поставить, – напомнил Гленард.
– Правильно. И поэтому мы переходим ко второй части причины моего визита сюда. Как ты совершенно верно отметил, мне интересен ты. Но и ты, и я именно здесь потому, что мне, по определенным причинам, весьма интересно герцогство Танферран в целом и маленькое сказочное баронство Флернох в частности. Здесь происходит что-то странное.
– Странное?
– Это самое правильное слово, на мой взгляд. Исчезают люди. Исчезают припасы. Происходят неожиданные нападения. Смерти. Ты уже знаешь, что случилось с твоим предшественникам?
– Знаю. Убит зоргами-браконьерами, которые не оставляют следов в лесу.
– Вот именно. Вот такие странности. Степняки-даджиды, умеющие ходить по лесу бесследно. При том, что редкий зорг весит меньше ста двадцати килограмм. Вот такие происшествия, а их много, здесь накапливаются и рисуют картину общей странности. Поэтому это место интересно и, в определенной мере, опасно. А я хочу, чтобы такой интересный, и весьма опасный и умелый человек как ты, в причинах этой странности разобрался и их устранил.
– Почему я? – спросил Гленард. – Почему не кто-то из опытных Стражей?
– Причины две. Во-первых, ты меня заинтересовал. Мне показалось, что в тебе есть все качества для хорошего Тайного Стража. Я решил дать тебе возможность эти качества проверить и проявить в сложном и интересном деле и посмотреть, что из этого получится. Во-вторых, чутье мне подсказывает, что не стоит назначать сюда кого-то из опытных Стражей, связанных, так или иначе, с руководством Тайной Стражи Танферрана. Не то, чтобы я кого-то подозревал, но я привык доверять своему чутью, а оно мне буквально спасало жизнь и не раз.
– Вы думаете, что кто-то может быть предателем?
– Я бы не стал говорить о такой малоприятной вероятности. Пока, во всяком случае. Но мне кажется, что некоторым делам в этом баронстве, да и во всем герцогстве, интересным и странным делам, не уделяется должного внимания. А вот происходит это по лености или по умыслу, это нам еще предстоит узнать. И мне хотелось бы, чтобы ты мне в этом помог.
– Каким образом? – поинтересовался Гленард.
– Просто делай свое дело и делай его хорошо. Докопайся до причин странностей, и предатели, если они, конечно, есть, сами проявят себя. Развороши осиное гнездо и внимательно смотри, кто именно будет стараться тебя укусить.
– Хорошо, согласен. Что делать, если полковник Герварх, или кто-то еще, прямо потребует закрыть какое-то расследование или обвинит меня в предательстве или в неисполнении приказа? Может быть, ты дашь мне какую-то бумагу в подтверждение моих полномочий. Ну, что-то типа «всё, что сделал предъявитель сего, сделано по моему указанию и на благо Империи»?
– Ах, оставь, мы же с тобой не в каком-то глупом приключенческом романе… Просто скажи ему «Третье око никогда не дремлет». И он поймет, что ты действуешь по моему прямому указанию. Только не пользуйся этим до совсем важного момента, не спугни.
– Это какой-то шифр?
– Скорее, кодовая фраза. Ты их много разных будешь знать через год. Если доживешь, конечно. А вот это уже зависит только от тебя.
– Я тебя понял, Донрен. Сделаем. Какое-то напутствие?
– Живи и не дай спокойно жить врагам Империи. Делай свое дело хорошо и не делай плохо. Если тебя ударят по одной щеке, врежь обидчику по яйцам со всей силы. Мой руки перед едой. Когда придёт час белого хлада – не ешь желтый снег. Достаточно напутствий?
– Вполне, – расхохотался Гленард.
– Ну и прекрасно, – тоже засмеялся Донрен. – А сейчас пошли-ка уже переодеваться к ужину. Негоже будет заставлять наших таких радушных хозяев ждать.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.