Когда ночная темнота уступила место предрассветному утру, повозка, не дотянув триста стоптанных пяток до города остановилась. Действие магической жидкости закончилось, как и весь её запас в склянке. Кри дождался, когда повозка остановится полностью и, соскочив с подножки, быстрым шагом направился к городским воротам.
– Кто таков? – услышал чаровей со стены.
– Пустить его, – перебил другой голос, – это Агат Кри. Совет города ожидает его.
Послышался лязг засова, и калитка в городских воротах приоткрылись, впуская чаровея в утренний город. Навстречу Кри вышла делегация из пяти человек в дорогих нарядах, видимо это и был Совет города
– Что вам известно о полчище жуков на тракте? – задал вопрос Кри, без каких-либо приветствий.
– О полчище жуков? – чуть ли не хором переспросили вельможи.
– Да! Я был атакован жуками размером с большую собаку, – чаровей показал рукой размер жука.
– У нас нет данных о таких насекомых, – вперёд вышел высокий, смуглый человек, – может вы устали в дороге и вам почудилось?
– Вы явно принимаете меня за сумасшедшего, но я их видел своими глазами. Они большие и лапы как наконечники копий, – высказался Кри. При его словах, все пятеро встречающих напряглись, но тут же взяли себя в руки. Стараясь не заводится, Агат дал указания, – прошу затянуть мою повозку в город и пополнить запас энергожидкости. Отправьте вооруженный отряд на тракт, присутствие боевого мага обязательно…
– Зачем? – недослушав, спросил высокий человек.
– Необходимость проверки моих слов важна, – взяв себя в руки, ответил Агат. Спорить он не собирался. Лучше один раз увидеть, как говориться, – маг нужен для усиления.
– Мы выполним вашу просьбу, – произнёс один из встречающих, без особого энтузиазма.
– Хорошо, – сыщику не терпелось покинуть общество встречающих, – отведите меня на место убийства.
Сопровождающим для Кри был выделен солдат из стражи, он шёл впереди, указывая дорогу. Агат следовал чуть позади, по привычке рассматривая и изучая всё вокруг. Утренние улицы были пусты, город ещё спал. Ордеж был намного старше Пардокса и гораздо больше его. Каменная городская стена была высока, дома, сложенные из камня, мостовые выложены брусчаткой. Со слов солдата, город имел систему канализации, магическое освещение и холодное водоснабжение в богатой его части. Стражник вёл чаровея к дому мэрла с полчаса. За это время они прошли две площади, несколько скверов и перешли небольшой мост через пустой канал, разделяющий город на богатую и, хм, скромную его части.
Дом мэрла Авила, находился на центральной площади города. Здание было трёхэтажным, с высокой башней, возвышающейся над всеми постройками города. Около парадного входа стояло два солдата, с перекрещенными алебардами, преграждающие путь в дом.
– Пришли, – стражник остановился перед домом мэрла.
– У вас есть помощники? – задал неожиданный вопрос Кри.
– Нет, – чуть растерялся стражник, – на кой они мне сдались? Я сам на побегушках. Всё умею и всё могу.
– Хорошо, – спокойно произнёс, – где произошло убийство?
– Там? – ответил стражник и рукой указал на башню дома, при этом голос его заметно дрогнул.
– Ну, пошли, посмотрим, – Кри пригласил стражника в дом, – и где городской чаровей?
– В Ордеже гильдия чаровеев, поэтому сложно сказать, где они сейчас все. Скорее всего, спят по домам, – стражник обвёл рукой дома за площадью.
– При мэрла был чаровей? – уточнил Агат.
– Да, – подтвердил солдат, – он не отходил от мэрла ни на шаг.
– И где он сейчас?
– В ту ночь, он был вместе с мэрлом Авилом, с ним и погиб, – опустил голову стражник, – новый ещё не назначен.
– Хм, – слова стражника удивили Агата, такую информацию он не получал от Канцлера. Это означало, только одно, что до Мак’Вея она просто не дошла. Поразмыслив, Кри произнёс, – тогда мне нужен Глава Гильдии. Вызовите его ко мне.
Стражник с облегчением и без лишних слов подчинился. Развернувшись на каблуках, он отправился выполнять поручение. Его дело маленькое, а дела магов – это дела магов.
Солдаты у дверей разомкнули алебарды и впустили Агата в дом. Внутри было светло. Большие окна с радостью пропускали утренний свет, лучи которого, проходя через идеально чистые стекла, мягко распространялись по всем помещениям. Чувствовалось явное использование бытовой магии. Весь первый этаж бы выделен под деловую часть, на стенах висели портреты с мэрлами, управляющими городом с первых дней его основания. Сами стены были отделаны мрамором, на полах лежали мягкие ковры, в углах стояли статуи древних людей. Кри решил обойти все помещения дома, чтобы оценить обстановку и проверить наличие возможных улик. В рабочем кабинете мэрла стояло два стола, второй видимо предназначался чаровею, на нём лежали книги с магическими рунами на обложках. В коридорах стояли мягкие диваны, для ожидающих приёма. Обойдя первый этаж, Кри обнаружил ещё два выхода из дома, оба использовались прислугой. Осмотрев двери, он не нашёл следов взлома или иного проникновения, замки были обычные, не магические. Использовав магию, Агат не нашёл никаких улик, полы были чисты, не было ничего, что указывало бы на присутствие ходячих мертвецов, а ведь они были главными подозреваемыми у сыщика. По широкой светлой лестнице Кри поднялся на второй этаж, лестница вела сразу в большой зал с выходом на балкон. Здесь тоже было всё чисто. В соседних с залом комнатах так же царил порядок, цветы в вазонах были свежими, посуда, сверкающая в лучах утреннего солнца, стояла в шкафах целая, как и сами шкафы. Одежда мэрла, расшитая золотом, в которой он видимо, выступал перед горожанами, висела в отведённых для неё местах. Осмотрев рабочую часть дома, Кри попытался пройти в жилую, но у него не получилось. Все двери в жилую часть дома были закрыты на замки, на каждой висела магическая печать Гильдии чаровеев города. Сняв с шеи жетон чаровея-сыщика, Агат приложил его к одной из двухстворчатой двери. Статус Агата Кри, как чаровея-сыщика при Канцлере, давал ему множество привилегий и полномочий, но маг пользовался ими очень и очень редко. Жетон сработал, магическая печать замыкающая дверь с легким шипением растворилась в воздухе. Замок щёлкнул и двери приоткрылась. Кри толкнул их, распахнув. В нос ударил запах недавнего пожара. Стены коридора были обожжены, видно было, что часть горела и довольно основательно. Потолок был покрыт копотью. На полу валялись элементы декора, сломанные кресла, разбитые вазы, обугленные ковры. В стенах были дыры. Медленно шагая, Кри прошёл по коридору и остановился на перекрестке. Посмотрев по сторонам, он обнаружил, что одна часть жилых помещений менее подвержена разрушению. Он отправился туда, где не так давно явно шёл бой. Чаровей мэрла, другого не дано, яростно защищал своего хозяина. Когда Агат вошёл в одну из комнат, то всё его внимание привлек пол, исколотый тысячами наконечниками стрел. «Стрелы? – удивился Агат, – кто-то пользовал боевую магию в малых помещениях?». Но чем глубже он проходил в комнату, тем отчётливее видел, что след на полу был подчинён определенному правилу. Следы на полу сужались у одной двери и расширялись, распространялись по всей комнате, затем опять сужались у другого дверного проёма, при этом все наличники двери были так же исколоты, но самих стрел нигде не было. Пройдя по следу, Агат обнаружил, что следы начинаются из кухни, вернее это была сервировочная, и далее распространялись по всему этажу. В самой комнате вся мебель была разломана, длинный стол, для сортировки еды, валялся с подломленными ножками, стены исцарапаны на высоту пояса человека. Место, откуда появился след, было окно лифта для поднятия пищи с кухни, расположенной в подвале. Запирающие дверцы были выломаны изнутри, вся стена покрыта проколами. Заглянув в шахту лифта, Агат запустил магический шар для освещения. Стены шахты были повреждены тысячами сколами, на дне лежала кирпичная крошка. Кри осмотрелся еще раз. Дверь из сервировочной была исцарапана. Дверной замок выломан наружу. По движению следа было видно, что нападающий не применял другой магии кроме стрел, а вот чаровей мэрла применял различные заклинания из своего арсенала. Следы применения огненных шаров, молний, в совокупности с магическими щитами, фризами и циркулярами, были видны всюду, что приводило к мысли, что чаровей бил наугад и в разные стороны. Чем дальше проходил Кри, тем больше было разрушенной мебели и дыр в стенах.
Первую человеческую кровь он обнаружил на лестнице ведущую вверх по башне дома. «Скорее всего, мэрл с магом решили отступить в башню, чтобы возыметь преимущество перед нападавшими, – размышлял Агат, – но что-то пошло не так». Но на лестнице была не только кровь, была ещё какая-то жёлто-зелёная жидкость, покрывающая всё вплоть до потолка. Жидкость кляксами была расплескана по стенам, сгустками свисала с элементов декора, потеками проливаясь на ступени. Большую лужу запекшейся крови чаровей нашёл на следующем пролёте. Она была большая. Создалось впечатление, что человека не убили, а грубо расплющили об каменный пол. Ещё два пролёта прослеживались сколы на ступенях, и как итог вторая большая лужа крови, такая же большая, как и первая. Кри остановился, последовательность была понятна, оставалось найти, кто это сделал. Агат протёр глаза, растёт лоб, голова гудела от напряжения. Следовало начать применять магию, для выявления всех действий в данном происшествии, но его прервали.
– Как вы прошли в покои мэрла? – раздался голос из-за спины.
– Вы явно забыли кто я? – вопросом ответил Кри. Он тысячи раз слышал этот нелепый вопрос и уже выработал на него реакцию.
– Извините, чаровей-сыщик, но посторонним воспрещено входить в эти залы, – кто-то за спиной унял свой пыл, но продолжал задавать вопросы.
– А я и не посторонний, – спокойно ответил Агат, всё так же изучая лестницу, и тут же перешёл к делу, – где тела убитых?
– Простите? – человек вошёл в поле зрения чаровея и Кри увидел щупленького мужичка, одетого на скорую руку, явно поднятого из кровати.
– Я думал, что прибудет кто-то из тех, кто встретил меня у ворот города, – холодно произнёс Агат.
– Нет, это не их поле деятельности, – ответил мужичок.
– Кто вы? – задал вопрос Кри.
– Чаровей-сыщик при городе Ордеж, Пион Упач, – представился пришедший.
– Чаровей-сыщик при Канцлере Агат Кри, – в ответ представился чаровей.
– Мне очень приятно видеть вас лично, – начал было Пион, но Агат отмахнулся от его слов.
– Давайте к делу. Где тела убитых?
– Э, – замялся Упач, – останки мэрла и городского чаровея сейчас в ледниковых подвалах. Для пущей сохранности.
– Замечательно, – Кри растёт руки, – вы проводили следствие? Изучили, куда уходят следы из шахты лифта?
– Да. Из кухни след уходит ещё ниже, в подвалы, а там в колодец, – доложил Пион.
То, что городской чаровей ответил на вопрос не задумываясь, удовлетворила Кри. Хоть кто-то выполняет свою работу в этом городе.
– Есть возможность проследить дальше колодца?
– В сам колодец мы не спускались, во избежание дополнительных потерь, – официально ответил чаровей.
– В доме был бой и, судя по тому, что по всюду отпечатки боевой магии, – продолжил Агат, – со стороны нападавших должны быть потери.
– Мы не нашли ничего…
– То есть как «ничего»!? Здесь пользовали магию и достаточно сильную, и никто не пострадал, кроме тех, кто оборонялся!?
– Так точно, – опустил взгляд Пион, как будто он был в этом виноват, – мы проверили всё что можно, но ничего не обнаружили. Кроме вот этой жидкости на стенах и полу. Химический состав её я изучаю.
– Мне будут нужны результаты.
– Как только я закончу, то я сразу предоставлю.
– Буду ждать. А сейчас, ведите меня к телам, – закончил диалог Кри. Пион помялся на месте, но начал спускаться вниз.
В подвалы Агат шёл, размышляя: «враг сильный и это не живые мёртвые, тот магию вообще не применял, а здесь совершенно другое дело. Множество следов, два человека убито…, – вдруг Кри увидел маленького паучка, сидевшего в углу под сводом коридора и остановился на полушаге. Паучок сидел на середине паутинки, медленно двигая лапками. Агата осенила чудовищная догадка. Он вспомнил нападение на него самого. Вспомнил отрубленные острые жучиные лапы, когда он усилил магический щит, перед бегством. С каким упорством жуки лезли на магию, не боясь смерти. В Агата врезался стражник, идущий сзади с факелом. Кри на это даже не обратил внимание, ошарашенный своей догадкой, – это был тот самый отряд, на который я напоролся? Или другой? Кто ими управляет? Кто они такие? Зачем они это делают?».
Вопросы завертелись в голове и тут же пришли ответы по расследованию. Вот почему след проколов сужался у дверей и на стенах не достигал головы человека. Вот почему они смяли защиту мага, их было слишком много! Слишком много бесстрашных убийц. Слишком много, чтобы их мог удержать один чаровей. Он представил картину, как жуки напирают на чаровея, стараясь, во что бы то ни стало, добраться до людей. По спине прошёл холод.
Тем временем, они дошли по узкому коридору до двери, оббитой металлическими листами и покрытой изморозью. Воздух стал холоднее, изо рта пошёл пар. Пион произвёл жест руками, и дверь медленно отворилась, тёмный зев дверного проёма осветился магическим холодным, белым светом. Стражник дальше не пошёл, оставшись перед дверью с факелом. На каменных стенах комнаты толстым слоем искрился лёд, источая холод. В центре небольшого помещения стоял металлический, отполированный стол, на нём лежало два тела, укрытые белыми простынями.
– Вот они, – произнёс Пион и отступил, давая Кри пройти к столу.
Медленно выдохнув, Агат резко сорвал простыни с тел. Ему пришлось приложить усилия, чтобы сдержать приступ тошноты от увиденного. Кри отвернулся, продышался и заставил себя вновь посмотреть на то, что лежало на столе. Назвать останками это было невозможно. Месиво кожи, костей, внутренностей, одежды и содержимого кишечника, всё было перемешано, как будто люди попали в механизм по производству отбивных. Тела были исколоты множеством острых предметов, каждый миллиметр пробит чем-то острым, тонким, безжалостным.
– Я встречаю такое впервые, – произнёс Кри, закончив осмотр. Он не стал искать скрытые улики, возможные элементы нападавших, настолько тела были в чудовищном состоянии, – но я знаю, кто это совершил?
– Уже!? – изумился Пион, – вот так быстро? Вы же даже не использовали магию!
– Здесь есть предыстория. У меня была с ним встреча, пока я ехал в город, – сказал Кри и посмотрел в глаза Пиону.
– С кем? С теми, кто совершил это? – чаровей указал на останки.
– Да…
– Кто они? Сколько их было? – оживился Пион.
– Стояла тёмная ночь, и я не смог их сосчитать. Но могу утверждать, что жуков было много. Сотни, тысячи, а может и больше.
– Жуков? – удивился городской сыщик, – но как жуки могли убить двух здоровых человек, тем более чаровея. Они же маленькие.
Пион развернул ладонь и на ней появилась магическая проекция маленького, обычного жучка. Проекция поднялась над ладонью и медленно закрутилась в воздухе. Кри посмотрел на магического жука, направил руку к проекции, сложил большой и указательный палец, и развёл их, потом свёл и развел их ещё три раза. Проекция увеличилась в сотню раз, став длинною с руку Пиона.
– Да, жуки, – Агат посмотрел на округлившиеся глаза сыщика, – только лапы тех были острые как клинки. И они не убегали при виде опасности, а сами были опасностью.
Пион стал белее льда. Агат провёл по воздуху рукой. Простыни накрыли тела. Подойдя к городскому сыщику, он вывел его из каменной комнаты. Свет за ними погас.
– Вы отправили отряд? – задал вопрос Агат, вернувшись к дому мэрла, около которого их с Пионом, ожидали пять высших чинов города.
– Да, – ответил высокий чиновник.
– Боевой маг с ними? – уточнил Кри.
– Нет, – ничуть не смутившись произнёс городской муж.
– Вы не прислушались к моим словам?
– Все чаровеи задействованы в предстоящих похоронах мэрла и подготовке к выборам нового. Они заняты.
– Моя повозка готова? – спокойно произнёс Кри. Ему стоило больших усилий, чтобы не сорваться на крик. Ему не поверили, его слова посчитали смешными и нелепыми.
– Да…
– Немедленно подайте! Время не ждёт, – не стал дослушивать ответ сыщик, ему захотелось как можно быстрее убраться из города, – я должен убыть в Фордин.
– Но, вы даже ещё не приступили к расследованию? – изумился небольшого роста чиновник.
– Я его уже закончил. Чаровей Пион ознакомлен с результатами, и передаст Канцлеру всю информацию через смс. Для городского правления есть одно поручение, – чаровей пристально осмотрел лица чиновников, – поставить наблюдателей у каждого городского погоста. Глаз с них не спускать ни днем, ни ночью. Усилить освещение улиц и увеличить охрану на городских стенах. Всем магам объявите сбор.
– Можно ли подготовить тело мэрла к погребению? – пропустив слова Агата, поинтересовался высокий чиновник.
– Да. Как и тело чаровея, – произнёс Кри.
За время беседы подогнали повозку. Агат с нетерпением взобрался за рулевой штурвал и тут же надавил на меха, повозка тронулась с места.
– Позвольте вас проводить? – вызвался Пион.
– Сочту за честь, – сухо ответил чаровей.
– Вы без отдыха и еды? – спросил городской сыщик, когда они отъехали от чиновников, – может задержитесь? У меня жена готовит чудесные завтраки. Я буду рад принять вас в своём доме.
– Пион, благодарен за предложение, но я откажусь. Долгие годы я вырабатывал в себе привычку не отвлекаться от работы. Сбивается настрой. Я буду возвращаться и заскочу к вам. Будьте осторожны и берегите семью.
Когда повозка выехала за ворота, Пион покинул её. Чаровеи пожали руки и Агат нажал на меха. Повозка всё быстрее удалялась от городских стен, а сыщик глубже погружался в размышления. Странные дела творятся. За всю свою практику, да что за всю практику, ни в одном из учебников не было описано нападение жуков на людей. Кусали, да, пугали, естественно, но это всё не в счёт, это всё ерунда, это совершенно другое дело, выходящее за рамки разумного понимания и осознания.
Тем временем, на тракте стало оживленно. Крестьяне и ремесленники выезжали из ближайших деревень и стекались в город, на ярмарки, для продажи продуктов, скота, одежды. Агату пришлось сбавить скорость, а когда поток встречного транспорта, всадников, да и просто пеших крестьян увеличился, ему пришлось зажечь проблесковый магический шар, чей свет переливался из красного в синий и обратно, при этом издавая звуки визжавшей свиньи. Народ задолго до его приближения сходил на обочины тракта и с возмущением смотрел на мчащуюся повозку с одним единственным пассажиром. Контрольные пропускные посты не задерживая, пропускали Кри без досмотра.
До города Фордин оставалось треть пути, когда Кри окончательно принял для себя решение отдохнуть. Сказывалось напряжение последних двух дней, да и годы диктовали свое, всё-таки он уже не тот прыткий молодой маг, готовый днями напролёт вести расследования без сна и еды. Руки затекли, спину ломило, глаза устали от постоянного слежения за дорогой, уши болели от переливающегося звука сигнала, похожего на вопль резаной свиньи. На пути попался указатель, красовавшийся свеженанесёнными словами: «Вы приближаетесь к лучшему городу на тракте. Трактир, отель, лучший приём». Не размышляя, он свернул с тракта и направился в город. Городок оказался не большим и разнился с милой вывеской на тракте. Дома стояли заброшенными, улицы пустынны. Но в центре, на площади, всё же стояло два каменных строения, трактир и отель. Они были сравнительно ухоженными и оживленными. «Сойдёт и это, – подумал Кри и припарковал повозку».
Внутри трактира было грязно. Давно нечищеные столы стояли покрытые слоем жира, вперемешку с крошками и разлитым пивом. Не мытые полы, с заметёнными в углы упавшими кусками пищи. Наполовину грязные занавески на окнах. На стенах коптили свечи в давно не чищеных подсвечниках. Воздух был спёртым и тяжёлым. Агат выбрал стол в углу зала и прошёл к нему. Провёл рукой над столешницей, слой жира стружкой упал на пол, оголив чистые доски стола. Сделав жест, как будто он отмахивает тополиный пух от себя, Агат заставил отчиститься пол, под и вокруг стола. Усевшись, он жестом руки подал знак трактирщику о готовности сделать заказ. К нему подошёл мужик, до этого стоящий за стойкой.
– Что изволите? – безразлично задал вопрос мужик.
– Свинину с фасолью и кружку кваса.
– Квас есть, свинины нет.
– Что есть?
– Сегодня индейка и крольчатина.
– Крольчатину.
– Всё? – безразлично уточнил трактирщик.
– Всё, – в тон ответил Агат.
Трактирщик удалился, оставив чаровея. Кри потёр руки в ожидании еды, живот предательски буркнул. В зал вошла компания крестьян и ремесленников, шумно обсуждающая повозку Агата. Увидев чаровея, компания притихла и заняла дальний столик в зале. Принесли обед. На удивление еда оказалась вкусной и свежей, а квас приятно освежающим. Пока Агат обедал, трактир набивался посетителями. Трактирщик начал ходить больше по заведению принимая и разнося заказы. Вышел мальчонка и принялся убирать зал, обильно смачивая пол давно не меняной водой. Пообедав, Агата сразу начало клонить в сон. Кри решил дождаться мужика, чтобы уточнить про съем комнаты. Трактирщик, заметив, что клиент сидит без обслуживания, подошёл к нему.
– Счёт, – произнёс Кри, – и подскажите где можно снять комнату?
– С вас три медянка, – ответил трактирщик, не обратив внимание на вопрос про комнату.
Кри снял с пояса кошель и, вывалив на ладонь часть содержимого, отсчитал три медных монеты, при этом сверкнув двумя золотыми и одним серебряником. Мужик оживился, по его невидимому приказу, к столу Кри тут же поднесли ещё одну кружку с квасом.
– От заведения, – произнёс мужик и удалился. Кри хмыкнул, но кружку взял.
Попивая квас, Агат не сразу почувствовал слабое касание к своим ногам. Посмотрев под стол, он ничего не увидел, кроме стоячей лужи, оставшейся после помывки пола. На середине кружки кваса, прикосновение повторилось, но уже у коленей. Краем глаза сыщик уловил отражение в стекле окна, в котором из лужи под столом к его поясу тянется человеческая рука. Рука медленно, аккуратно, стараясь не касаться человека, поднималась к кошелю на поясе. Резким движением Агат схватил руку за запястье и дёрнул на себя. Из-за барной стойки послушался возглас и гулкий удар о дерево. Схватить схватил, а что дальше? Какое заклинание применить? Кри растерялся.
– Именем Канцлера, приказываю…, – крикнул сыщик, первое, что пришло на ум, но не успел договорить.
Рука вырвалась от хвата и исчезла в луже. В тот же миг за стойкой появился трактирщик, придерживая себя за локоть. Кри вскочил на ноги и кинулся за мужиком. Трактирщик схватил кружку со стола и, выплеснув её содержимое на пол, вступил в воду. Когда Кри добежал до стойки, то мужика уже за ней не было, только по луже на полу шла слабая рябь. Трактирщик появился у стола дальней компании. Выскочив из поверхности грязной воды, он побежал к двери, ведущей во внутренние коридоры трактира. Посетители шарахнулись от бегущего.
– Замри! – отдал команду Агат и выставил раскрытую ладонь перед собой. Мужик замер на месте, – именем Канцлера Чаровеев… – но и в этот раз договорить не удалось, удар по голове отключил чаровея и Кри кулем упал на грязный пол.
Открыв глаза, Кри не сразу понял, где он. Он даже не понял, открыл ли он глаза или нет, насколько вокруг было темно. Постепенно проступил запах тухлого мяса. Где-то мерно капала вода. Сверху, отдаленно, доносились звуки трактира. Пошевелиться чаровею не удалось, руки и ноги были привязаны к чему-то, руки широко расставлены, ноги предельно разведены. Пальцы были ограничены в движении. Рот заткнут кляпом из грязной тряпки. Помычав и подёргавшись, Кри понял, что из-за этого больше начинает болеть голова. Бросив безрезультатные попытки высвободиться, он постарался уснуть, приняв для себя решение, использовать удачный момент, чтобы собрать силы.
Свет ударил в лицо, заставив Кри проснуться. Медленно размокнув веки, сыщик увидел перед собой трактирщика, сидевшего за небольшим письменным столом, в школах использовали такие, для обучения письму молодых магов. Трактирщик сидел, закусив язык и аккуратно, выводил пером буквы на листе пергамента. На столе среди бумаг, лежал жетон мага, снятый с шеи Агата. Рядом с письменным столом стоял другой, побольше, накрытый серой простыней. Тут же стояла деревянное корыто с запекшейся кровью на дне, из стены торчал кран, из которого мерно капала вода. Осмотревшись, Агат увидел, что на пальцах были одеты ограничители движения, такие применялись для обезвреживания магов, применяющих магию не во благо обществу. Пальцы были вставлены в колодку с отверстиями, а сама колодка спицами соединилась с застегнутым на запястье кожаным, широким ремнём.
Не обращая никакого внимания на мычание Кри, трактирщик закончил писать, осыпал бумагу мелким песком, сдул излишек и удовлетворенно улыбнулся.
– Зря ты дёрнулся, – практически себе под нос, произнёс он, – всё обошлось бы. Но ты вынудил нас возбудить дело, и ты проиграл. Тебе нечего мне возразить. Видишь? Я прав! Впрочем, как и всегда.
– М-мм, – мычал Кри с кляпом во рту.
– Выношу приговор, – гордо произнёс трактирщик вставая. Он поднял листок на уровень глаз и начал зачитывать, – я, судья-палач Коэн Тэрбу, лицензия канцлера от прошлого года, признал данного мага чародеем, вором и сластолюбцем, и волей данной мне, приговариваю его к смертной казни, приговор привести в исполнение немедленно. Оплату за исполнение взыскать имуществом виновного.
Произнеся последние слова, трактирщик скинул грязную простынь с соседнего стола, оголив множество инструментов для казни и пыток. Кри задёргался, судорожно задвигал пальцами, пытаясь высвободить хоть один. Коэн аккуратно отложил листок и взял в руки изогнутый нож, посмотрев на грязное лезвие, он двинулся на сыщика.
– Я тебе сначала пропорю вены на руках, – начал хладнокровно описывать последовательность своих действий палач Коэн, – потом порежу сухожилия на ногах, оголю ключицу и выколю глаза, а дальше посмотрим, мало кто и это выдержал, – закончил трактирщик и надрезал ткань на рукаве Кри.
Как сыщику удалось дёрнуть рукой, настолько, что обрезался удерживающий ремень на запястье, он не смог себе объяснить. Но как только рука высвободилась, он сдёрнул колодку с пальцев и резко выставил ладонь перед собой. Перед Кри возник магический щит, встав на защиту мага. Глаза у палача округлились от неожиданности и удивления, но он не растерялся, замахнувшись ножом, он ударил им в магическую преграду. Грязное, но великолепно заточенное лезвие ножа пробило магию и только длина лезвия не позволила воткнуться в глаз Агата. Кончик лезвия застыл в пяти миллиметрах от роговицы чаровея. Собрав силы, чаровей оттолкнул щит от себя, тем самым увеличивая расстояние между собой и палачом, давая себе время и пространство для манёвра. Вытащив кляп изо рта, Агат попытался произнести слово, но сухой язык не послушался и из горла Кри вылетело лишь слабое шипение. Чаровей высвободил вторую руку, судорожно сняв колодку с пальцев, произвёл толчок обеими ладонными в сторону палача. Магическая сила отбросила старающегося избавиться от преграды трактирщика к стене. Он ударился головой, приложившись об стену, но чувств не лишился. Упав на пол, он потянулся к спасательной луже посреди подвала. Поняв намерения палача, Кри смахнул ладонью и вся вода стекла к сточному отверстию. Коэн бессильно опустил руку на пол. Тем временем, Агат высвободил от пут ноги. В попытке сделать шаг упал на колени, на четвереньках он дополз до крана, торчавшего из стены и припав к нему открыл вентиль. Вода смочила сухое горло, язык ожил. Напившись, Кри поднялся на ватные ноги и подошёл к палачу.
– Именем Канцлера Чаровеев, вы обвиняетесь в нападении на чаровея-сыщика при исполнении магической розыскной деятельности, – Агат сел сверху на трактирщика и заломил ему руки за спину. Поверх его рук наложил ладонь и сжал кулак, вокруг рук трактирщика возникло свечение, постепенно преобразовываясь в магические оковы, затем Кри схватил свой жетон с письменного стола и приложил его к ним, защитив заклинание правами сыщика при Канцлере, – вы будете отправлены в Замок Канцлера для вынесения приговора.
Кри слез со спины трактирщика и глубоко дыша, отошёл от него, затем вернулся и пнул лежащего в бок. Трактирщик заскулил от боли.
– Что ты удумал, ублюдок? – заговорил Агат до глубины души возмущённый наглостью связанного. Он заходил из стороны в сторону глубоко дыша, – ты не на того напал! Слышишь? Знаешь, что я с тобой сделаю? Молчишь? – сыщик ещё раз пнул трактирщика в бок, – я закрою тебя в этом чёртовом подвале, и ты сгниешь здесь! Слышишь, ублюдок? Сгниёшь!
– Я тебе нужен, чтобы выйти отсюда, – прохрипел трактирщик.
– Я, чаровей, сыщик при Канцлере, и мне не нужно чьё-то разрешение чтобы выйти отсюда, – чаровей в третий раз пнул трактирщика.
– Им всё равно кто ты, – выдавил из себя палач, сплюнув кровь, – там разный люд, маги, убийцы и грабители. Им всё равно. Они найдут, как с тобой справиться, чаровей-сыщик при Канцлере.
– То есть ты хочешь сказать, что ты мой билет на свободу? – уточнил Агат.
Глава VI.
– Ты имеешь здесь какие-то привилегии? – Фейс задал вопрос, Барку усевшись напротив него, когда тот отставил чуть ли не вылизанную тарелку в сторону.
– Нет, я здесь впервые, – спокойно ответил Барк, обтирая руки. Ему не нравилось, как вёл себя Рихтер, но присутствие рядом Гарта почему-то успокаивало.
– А что же тебя усадили за наш стол? Столько людей вокруг, возможно достойнее тебя, но посадили именного тебя, молодого сопляка! – пьяный Фейс завёлся, ему не нравилось присутствие постороннего за столом, – чем ты достойнее других?
– Успокойся, Рихтер, – Гарт попытался положить руку на плечо другу, но тот увернулся.
– Пусть ответит! Тебе же не сложно ответить? А, Барк, так тебя зовут?
– Ты можешь не отвечать? – Гарт повернулся к молодому пирату, – он пьян. Ему потом будет стыдно…
– Нет! Пусть ответит! – не успокаивался Фейс.
– Я отвечу! – Барк с вызовом посмотрел в пьяные глаза Рихтера, – во-первых, я ненавижу, когда меня называют сопляком. Во-вторых, видимо я умею убеждать людей, раз уж я сижу за своим столом.
– Ты врешь! – Фейс поднялся и упёр руки в стол, по большей части для того, чтобы удержать равновесие, – ты ни капли не умеешь упрашивать. У тебя есть золото, будь оно съедено…
С ближайших столиков обернулось несколько человек, посмотрев на Фейса. Барк ошарашено осмотрелся и придвинул суму поближе к себе.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.