В заключение уместно без всякой похвальбы отметить, что заслуги членов кафедры в разработке научного знания и подготовке молодых специалистов-историков в течение нескольких последних десятилетий неоднократно были отмечены государственными и ведомственными наградами, премиями и иными поощрениями. Почетного звания «Заслуженный профессор Московского университета» были удостоены Е. Ф. Язьков (1998 г.), И. В. Григорьева (2000 г.), В. П. Смирнов (2012 г.), Л. С. Белоусов (2013 г.), А. С. Маныкин (2017 г.). Почетное звание «Заслуженный преподаватель Московского университета» было присвоено В. С. Бондарчуку (2005 г.), С. А. Соловьеву (2008 г.), Н. Н. Наумовой (2008 г.), Ю. Н. Рогулеву (2012 г.), В. Н. Горохову (2014 г.), Т. В. Никитиной (2014 г.). Н. В. Сивачев и Е. Ф. Язьков стали лауреатами Государственной премии СССР; И. С. Галкин, И. П. Дементьев, Н. В. Сивачев, В. П. Смирнов и Е. Ф. Язьков – Ломоносовской премии. Указом Президента России Е. Ф. Язьков был удостоен звания «Заслуженный деятель науки Российской Федерации» (2004 г.), Л. С. Белоусов – «Заслуженный работник высшей школы Российской Федерации» (2015 г.).
Все эти (и многие другие, в том числе ведомственные) награды наших коллег есть результат плодотворной и самоотверженной работы коллектива, внутри которого по-прежнему царит особая аура и по-человечески теплая атмосфера, создающая благоприятные условия для успешного развития и процветания нашего «дома».
Ю. Н. РОГУЛЕВ
Изучение истории США на кафедре новой и новейшей истории Московского университета – дело совсем недавнего прошлого, хотя контакты и связи России и Америки имеют гораздо более длительный характер. Возникает уместный вопрос, почему так произошло. Ведь русское открытие Северной Америки датируется 21 августа 1732 года, когда экспедиция во главе с Иваном Федоровым и Михаилом Гвоздевым достигла западного побережья Нового света впервые в российской истории. За этим событием последовали десятки других экспедиций в XVIII веке, которые в конечном итоге привели к созданию Русско-американской компании в 1799 году и появлению того, что позже назвали Русской Америкой, включившей Аляску в качестве русской земли. В связи с этим следует упомянуть один важный факт. Главной целью русской колонизации Америки был не захват новых территорий и их освоение для дальнейшего проживания, а установление торгово-экономических отношений с коренным населением новых земель. Да и переселяться из России на новые земли в массовом порядке было некому, ведь освоение новых земель шло через восточную часть Российской империи. Российский Дальний Восток представлял собой долгое время столь же дикий, малонаселенный край, как и западное побережье американского континента. В этом аспекте российское освоение Северной Америки принципиально отличалось от деятельности других европейских стран в Новом Свете. В перенаселенной Западной Европе по разным причинам было много желающих переехать на свободные земли. Это также частично объясняет, почему Аляска, в конце концов, была позже продана США.
Несмотря на активность на западном побережье, интерес в России к североамериканской жизни был невелик. Америка оставалась очень далекой от России. Экономические и культурные связи между Россией и США были очень слабыми, и из-за этого мало россиян побывало в Новом Свете. Сами Соединенные штаты как независимое государство имели еще очень короткую историю, да и политические различия между двумя странами были очень большими. Именно поэтому сведения об изучении истории США в российских университетах в девятнадцатом веке практически отсутствуют. Правда, некоторые исторические данные свидетельствуют о том, что история США преподавалась в Санкт-Петербургском университете в середине XIX века В. В. Бауэром. Первый же систематический лекционный курс по истории США в Московском университете был предложен в 1900 году С. Ф. Фортунатовым. Тем не менее, систематического изучения истории США в России не велось. Единственный крупный научный труд видного русского историка М. Острогорского «Демократия и политические партии», написанный им по-французски, был сразу же, в 1902 г., опубликован на английском языке и приобрел большую популярность в Соединенных Штатах, но на русском языке он появился лишь четверть века спустя – в конце двадцатых годов14.
Первые научные исследования истории США, положившие начало отечественной американистике, появились только в 1930-х годах уже в Советском Союзе. Пионерскую работу «К истории капитализма в Соединенных Штатах» выполнил Алексей Васильевич Ефимов, ставший первым советским ученым, получившим докторскую степень по истории США. Эта книга А. В. Ефимова, как и его преподавательская деятельность в Московском университете в 1933–1944 годах, оказали огромное влияние на процесс становления и развития отечественной американистики. В 30–40-е годы появились и другие работы по истории США отечественных историков В. И. Лана и Л. И. Зубока, последний из которых по совместительству преподавал на историческом факультете МГУ.
Однако начало изучения истории США было не очень обнадеживающим. Разворачивавшаяся во второй половине 1940-х годов «холодная война» не только обострила отношения между СССР и США, но и привела к суду над руководством компартии США и гонениям на других представителей американского общества, дружественно настроенных к нашей стране. Обострилась политическая обстановка и в самом Советском Союзе, ужесточилась антиамериканская пропаганда. Например, книга В. И. Лана «США от первой до второй мировой войны», опубликованная в 1947 г., была подвергнута жесточайшей критике в официальном партийном издании. В рецензии, опубликованной в журнале «Большевик», В. И. Лан был обвинен в том, что он не только не разоблачает, но безмерно приукрашивает империалистическую внешнюю и реакционную внутреннюю политику американского правительства, что он использует «почти исключительно буржуазные источники» и «некритически следует за буржуазными апологетами». На этом основании в рецензии делался вывод: «Книга В. Лана не просто ошибочна. Она вредна, она изображает историю США между первой и второй мировыми войнами в кривом зеркале, в духе буржуазной апологетики» 15.
С аналогичными трудностями столкнулись и другие историки. Профессор Е. Ф. Язьков так описал свои ощущения об этом времени: «В конце 40-х гг. я был студентом Московского университета и как раз тогда начинал изучение истории Соединенных Штатов. Помню, что в 1948 г. я впервые слушал лекционный курс профессора Л. И. Зубока по американской истории, в котором он пытался удержаться хотя бы в рамках минимальной объективности. А уже весной следующего, 1949 г., сидя в одной из университетских аудиторий, я с огорчением наблюдал ожесточенные нападки на профессора Зубока ревнителей воинствующего вульгаризированного марксизма, которые обвиняли его в «безродном космополитизме» и в «восхвалении американского образа жизни». Помню, далее, как, участвуя в начале 50-х гг. в работе аспирантского семинара кафедры новой и новейшей истории, я присутствовал на одном из докладов, в котором настойчиво проводилась мысль о том, что американский империализм всегда был и остается «самым реакционным» и «самым грабительским»16. В условиях обострения «холодной войны», ограниченности материальных ресурсов, сильного идеологического влияния и массированного давления антиамериканской пропаганды возможности развития молодой, только возникшей научной дисциплины были очень ограничены. Поэтому не удивительно, что о реальном превращении советской американистики в самостоятельное и быстроразвивающееся направление исторической науки можно говорить лишь применительно к 50–60-м годам ХХ века. В этот период улучшаются отношения между СССР и США. Например, в 1958 году были подписаны важнейшие межгосударственные соглашения о сотрудничестве и обменах в сфере культуры, образования и науки, которые впервые предоставили советским историкам возможность научной работы в американских библиотеках и архивах. Да и внутри страны происходят изменения в политике, которые не только вели к большей свободе в научных исследованиях, но и способствовали улучшению материального положения в науке и образовании. Для успешного развития научных исследований стали создаваться необходимые условия и выделяться ресурсы. Именно в этот период были созданы сектор истории Соединенных штатов и Канады в Институте всеобщей истории, Институт мировой экономики и международных отношений, Институт международного рабочего движения и Институт Соединенных штатов и Канады Академии наук СССР. Были выделены средства для формирования групп историков-американистов в крупнейших университетских центрах страны. Многие новые программы по американской истории были начаты в Санкт-Петербурге, в Казани, Томске, Самаре, Перми и других старейших университетах России. Не остался в стороне от этого процесса и Московский университет. Ведь в первое послевоенное десятилетие среди штатных сотрудников кафедры новой и новейшей истории исторического факультета МГУ не было ни одного специалиста по американской истории. Как вспоминает профессор Е. Ф. Язьков, который, как отмечалось выше, в эти годы учился на кафедре, специализация по истории США проводилась, но «обеспечивалась периодическим приглашением отдельных ученых, работавших в системе Академии наук»17.
Положение с изучением истории США стало понемногу меняться, когда в 1953 г. кафедру возглавил И. С. Галкин. Именно ему принадлежит заслуга в превращении небольшого учебного подразделения в самую крупную кафедру исторического факультета. Пополнение коллектива кафедры шло преимущественно за счет ее выпускников. И в первом списке, с которым Галкин пришел к ректору для того, чтобы получить штатные единицы и «пробить» московскую прописку для иногородних выпускников, значилась фамилия Е. Ф. Язькова. Вместе с принятым на кафедру И. П. Дементьевым, другим выпускником аспирантуры кафедры, они открыли специализацию по истории США. В 1962 г. к ним присоединился еще один выпускник кафедры – Н. В. Сивачев. В сферу научных интересов Е. Ф. Язькова входила история фермерского движения в США в первой половине ХХ века, реформизм периода прогрессивной эры и нового курса Ф. Рузвельта18. И. П. Дементьев исследовал проблемы периода новой истории США, идейно-политические дебаты по вопросам внешней экспансии в конце XIX – начале ХХ века, а также историографию США19. Н. В. Сивачев изучал политическую борьбу в США по вопросам «нового курса» Ф. Рузвельта, рабочую политику государства в период Второй мировой войны и другие аспекты истории США 30–40-х годов ХХ века20.
Так возникла группа американистов кафедры, каждому из которых в настоящем издании посвящен отдельный очерк. Эта группа молодых ученых вместе коллегами из институтов Академии наук В. М. Хвостовым, А. В. Ефимовым, Л. И. Зубоком, Г. Н. Севостьяновым, Е. И. Поповой, В. Л. Мальковым, Р. Ф. Ивановым, Н. Н. Болховитиновым и другими, много сделала для превращения кафедры новой и новейшей истории в авторитетный центр отечественной американистики.
Период 60–80-х годов можно охарактеризовать как время бурного развития американистики. Это было связано с целым комплексом причин.
Одной из них было естественное расширение среднего и высшего образования в Советском Союзе в этот период, которое увеличило общее количество школ, институтов, студентов и ученых. Советское правительство стало тратить больше денег на научные исследования и образование. Эта политика открыла новые возможности в научно-педагогической деятельности, привела к росту числа научных публикаций, способствовала улучшению библиотечных фондов и условий для образования в целом.
Другая причина была связана с такими новыми явлениями второй половины XX века, как холодная война, глобальная конкуренция двух систем, гонка вооружений, научно-техническая революция, развитие атомной энергетики, освоение космоса и других стратегических областей, в которых США и СССР играли большую роль. В этих условиях американские исследования в Советском Союзе также стали стратегически и политически важной областью, частью этого глобального противостояния, которое требовало хорошего знания главного противника и конкурента. Это объясняет, почему особое внимание и поддержка в исследованиях и преподавании истории США уделялись, например, тем историческим периодам и проблемам американского общества, где оказывалась возможна критическая интерпретация американского опыта. Это, например, проблемы войны за независимость и Американской революции, Гражданская война, прогрессивная эпоха и период Нового курса президента Ф. Рузвельта, история рабочего класса и протестных движений, этнорасовые отношения, студенчество и новые левые движения, внешняя политика США, военно-промышленный комплекс и другие вопросы. Несмотря на то, что бóльшая часть новых публикаций была сделана для внутреннего потребления и многие из них были идеологически ангажированы, объем работы, проделанной в 60-80-е годы в области преподавания и изучения истории, экономики, политики и культуры США был впечатляющим.
Еще одна причина была вызвана логикой разрядки в конце 60-х и 70-х годов. Улучшение отношений между Советским Союзом и США способствовало подписанию многих новых соглашений о прямом обмене между университетами двух стран в дополнение к программам обмена на государственном уровне. Этот общий процесс позволил также программе Фулбрайта начать свою деятельность в Советском Союзе в 1974 году. Советские студенты впервые получили возможность посещать лекционные курсы профессоров из США по американской истории в Московском университете. Эти лекции привлекли большое внимание и подняли интерес студентов к изучению истории США. Следует также отметить, что библиотечные фонды книг и источников из США значительно улучшились в Советском Союзе за это время, что повысило уровень изучения истории США и предоставило гораздо больше информации об этой стране.
В целом можно сказать, что рост интереса к изучению США в 60-е и 70-е годы в Советском Союзе вообще и в Московском университете в частности был вызван многими противоречивыми причинами. Действительно, студенты МГУ смотрели на США как на потенциального противника, но в то же время в их отношении не было реальной враждебности, и они хотели узнать больше о «другой сверхдержаве», которая играла такую важную роль в глобальной конкуренции. Конечно, студенты протестовали против агрессии США во Вьетнаме, сочувствовали новым левым и студенческим движениям и борьбе афроамериканцев за гражданские права в США. Но именно поэтому они рассматривали историю США как важный и престижный предмет и выражали заинтересованность в специализации в этой области. Растущий интерес студентов совпал с разрядкой в отношениях между США и Советским Союзом, что, в свою очередь, способствовало расширению обмена в области образования и культуры между двумя странами и создало более благоприятные условия для стажировок отечественных студентов в США.
Новым важным этапом в развитии дисциплины истории США на историческом факультете в 1974 г. стало участие американских историков в программе подготовки студентов американистов при содействии фонда Фулбрайта. Деятельности фонда Фулбрайта и его лекционной программе в настоящем издании посвящена отдельная статья, поэтому в этом разделе мы кратко остановимся лишь на некоторых важных вопросах этой истории. Идея обратиться в фонд Фулбрайта в США с предложением отправить профессоров этой страны в Московский университет для преподавания курса по истории США принадлежала профессору Н. В. Сивачеву, молодому талантливому ученому, воспитаннику Московского университета, быстро выдвинувшемуся в первые ряды историков-американистов нашей страны. Профессору Н. В. Сивачеву пришлось приложить немало усилий и настойчивости, чтобы добиться поддержки этого предложения. Важную помощь в этом деле оказало и руководство Московского университета. Согласие партийно-государственных органов было, в конце концов, дано при условии, что профессор Н. В. Сивачев, заведующий кафедрой профессор И. С. Галкин и другие руководители МГУ будут нести персональную ответственность за все возможные последствия такого решения и что в лекционных курсах не будут затрагиваться события последних десятилетий после Второй мировой войны. Конечно, осуществление этой идеи было бы невозможно без содействия американской стороны. Инициатива Московского университета была активно поддержана посольством Соединенных Штатов в Москве и администрацией фонда Фулбрайта. Осуществлению этого плана во многом содействовала и общая атмосфера разрядки, установившаяся в первой половине 70-х гг. в отношениях между Соединенными Штатами и Советским Союзом.
Эта лекционная программа действовала на кафедре новой и новейшей истории более 30 лет до конца XX – начала XXI вв., превратившись в важнейшую часть подготовки историков-американистов. Лекционная программа Фулбрайта значительно расширила возможности специализации по истории США. Помимо упомянутых выше трех штатных профессоров американистов кафедры новой и новейшей истории, которые осуществляли специализацию по истории США, студенты кафедры смогли познакомиться с историками из США и прослушать на английском языке большое количество новых специальных курсов по различным проблемам и периодам американской истории. Важное место в тематике лекционных курсов американских ученых заняли история политических партий США, проблемы плантационного рабства, Гражданская война и Реконструкция, проблематика периода Прогрессивной эры и событий Нового курса президента Ф. Рузвельта. Кроме того, были прочитаны отдельные курсы по проблемам колониального периода, периода джексоновской демократии, а также по истории рабочего движения, борьбы афроамериканцев за гражданские права, женскому движению, по истории американской культуры в XX в., конституционной истории. Авторами всех этих лекционных курсов были видные американские историки из нескольких крупных университетских центров Соединенных Штатов, от Нью-Йорка до Калифорнии и от Висконсина до Флориды. Стоит упомянуть имена таких крупных профессоров, как Дэвид Кронон, Дэвид Броуди, Роберт Келли, Эдвард Пессен, Леон Литвак, Эрик Фонер, Юджин Трани, Джон Купер, Винтон Солберг, Элберт Смит, Питер Уокер, Ричард Абрамс, Джоан Карпински, а также профессоров Даррета Ратмана, Джорджа Фредриксона, Ричарда Дженсена, Роберта Черни и Джилейни Кобба.
Помимо лекций, американские профессора проводили коллективные и индивидуальные консультации со студентами. Им была предоставлена полная свобода в лекциях и в общении со студентами, как по проблемам читаемых лекционных курсов, так и по любым другим вопросам. В период 70-х – начала 80-х гг., в условиях продолжавшейся жесткой идеологической конфронтации между СССР и США, этот новаторский подход к высшему образованию, осуществленный на историческом факультете МГУ, представлял собой впечатляющий контраст по сравнению с относительно недавним прошлым в истории кафедры и изучении США.
Успешное осуществление лекционной программы фонда Фулбрайта обеспечило подготовку на нашей кафедре бóльшего числа квалифицированных историков-американистов. Стоит отметить также, что лекционную программу фонда Фулбрайта посетило большинство преподавателей и сотрудников самой кафедры новой и новейшей истории исторического факультета МГУ, преподаватели МГУ с других факультетов. Кроме того, лекционная программа сыграла свою роль в подготовке на нашей кафедре историков-американистов, которые впоследствии участвовали в осуществлении, а иногда и в организации специализации по истории Соединенных Штатов в высших учебных заведениях ряда городов России (Самара, Владимир, Калуга, Пенза, Саранск, Уфа), а также Украины, Латвии, Грузии, Казахстана и Таджикистана.
Лекционная программа фонда Фулбрайта оказалась очень уместным и полезным делом в связи с новыми планами кафедры по расширению исследований по истории США. Инициатива и в этом вопросе принадлежала профессору Н. В. Сивачеву, который предложил идею комплексного исследования политической системы США с акцентом на изучение двухпартийной системы. Для решения этой задачи было предложено создать коллектив исследователей. Руководство университета согласилось с этими предложениями. Так в 1977 году была создана лаборатория по изучению истории США при кафедре новой и новейшей истории, главной задачей которой стало проведение исследований по проблемам истории партийно-политической системы США. В связи с этими решениями группа американистов кафедры, ранее состоявшая из трех человек, вскоре превратилась в большой научно-преподавательский коллектив. Во второй половине 70-х и начале 80-х годов эта группа пополнилась такими выпускниками кафедры, как А. С. Маныкин, Ю. Н. Рогулев, В. И. Терехов, Л. В. Байбакова, В. А. Никонов, А. А. Поршакова, А. А. Кормилец, И. В. Галкин, которые активно приступили к осуществлению намеченных планов, подготовив новые курсы лекций, статьи и сборники научных трудов. Тематика их научной работы, кроме Ю. Н. Рогулева, была связана с историей политических партий США. Л. В. Байбакова, В. И. Терехов, А. А. Кормилец и А. А. Поршакова исследовали различные аспекты партийно-политической проблематики периода новой и новейшей истории США21. А. С. Маныкин, И. В. Галкин и В. А. Никонов разрабатывали вопросы партийной истории новейшего периода22. Ю. Н. Рогулеву была поручена проблематика социально-экономической и рабочей истории США, а также проблемы международного рабочего движения23. В 80-х годах были опубликованы и защищены первые докторские диссертации по этой проблематике. В 1987 г. была защищена докторская диссертации А. С. Маныкина «Основные направления идейно-политической эволюции двухпартийной системы США в 1933–1952 гг.». На этой основе чуть позднее была опубликована книга А. С. Маныкина ««Эра демократов»: партийно-политическая перегруппировка в США, 1933–1952»24. В 1989 г. была защищена докторская диссертация В. А. Никонова «Республиканская партия США в 1960–1988 гг.: идеология, электорат, организация, воздействие на государственный аппарат», базой которой являлись две монографии по этой проблематике, опубликованные им в 1984 и 1988 гг.25
В 1982 году лаборатория пополнилась новым молодым сотрудником, выпускником факультета вычислительной математики и кибернетики В. Г Васениным26. Ему было поручено новое направление по использованию количественных методов и применения вычислительной техники в исследовании электоральной статистики, деятельности политических партий США27 и применения технических средств в обучении студентов. Позднее, в связи с развитием этого направления и созданием информационной сети исторического факультета, к нему присоединился Е. Н. Шулешов (в 2002 г.), на которого была возложена обязанность системного администратора.
Другое новое направление в работе историков-американистов МГУ в 70–80-х гг. было связано с началом междисциплинарных исследований, проведенных в тесном сотрудничестве с американистами других факультетов университета. В 1975 году по инициативе Н. В. Сивачева в Московском университете был создан Научный координационный совет по проблемам американистики, который направил свои усилия на объединение исследовательской работы американистов всех гуманитарных факультетов МГУ: историков, филологов, юристов, философов, экономистов, географов, журналистов. Председателем совета был избран профессор Сивачев. Периодическим органом Научного координационного совета стал междисциплинарный ежегодник «Проблемы американистики», в котором совместными усилиями ученых различных специальностей была сделана попытка комплексного анализа ряда важных аспектов американского общества в прошлом и в современных условиях.
Безвременная смерть после тяжелой болезни Николая Васильевича Сивачева в марте 1983 года оказалась неожиданным и тяжелым ударом для кафедры новой и новейшей истории и отечественной американистики. Тем не менее, дело Н. В. Сивачева было продолжено, его проекты и инициативы не только сохранились, но и продолжали осуществляться историками-американистами кафедры и лаборатории. Так, важным итогом работы лаборатории по изучению истории США стал подготовленный двухтомный труд «Принципы функционирования двухпартийной системы США: история и современные тенденции», опубликованный в конце 80-х гг. в издательстве Московского университета. Этот труд опирался на творческий задел, созданный Н. В. Сивачевым и его коллегами. В нем была разработана общая модель периодизации истории двухпартийной системы и выделены ключевые характеристики каждого из основных этапов формирования и развития партийной системы. Значительное внимание было уделено разработке системного подхода к истории партий и теоретическому обоснованию консенсусно-альтернативного принципа в функционировании двухпартийной системы и его историческим проявлениям на разных этапах. При этом труд охватывал все основные этапы от возникновения партий до их современного состояния в конце ХХ века. Кроме того, в 1988 году в издательстве «Прогресс» была опубликована коллективная монография на английском языке по истории двухпартийной системы: «The US Two-Party System: Past and Present. A View of Soviet Historians»28.
Продолжилось издание университетского сборника «Проблемы американистики». До конца 80-х вышли в свет 8 выпусков, на страницах которых было опубликовано около 120 статей историков, юристов, экономистов, филологов, социологов, географов, филологов и журналистов по различным проблемам американского общества.
Совершенно новым направлением развития отечественной американистики в 80-е годы стало научное сотрудничество с американскими историками. Импульс для такой кооперации был также дан лекционной программой Фулбрайта, которая расширила связи с коллегами из США. Новые контакты, установленные с различными университетскими центрами Соединенных Штатов, позволили в конце 80-х гг. расширить формы научного сотрудничества университетских ученых обеих стран. Примером этих новых форм взаимодействия стало соглашение между Московским университетом и университетом штата Миссури в Канзас-Сити о совместной подготовке и издании в Соединенных Штатах специальной серии научных сборников под общим названием «Российско-американский диалог по истории США». Эта серия была задумана как один из способов ознакомления американской общественности с научной продукцией советских историков. Этот проект начал осуществляться в 1989 г., когда вышел в свет первый том серии, посвященный Новому курсу президента Ф. Рузвельта. С американской стороны за издание этого тома отвечал профессор Р. Маккинзи. Вслед за этим изданием были подготовлены и опубликованы еще три тома диалога: «Российско-Американский диалог по Американской революции», «Российско-американский диалог по отношениям в области культуры» и «Российско-американский диалог по истории политических партий США», в издании которых активное участие принимали профессора Луис Поттс, Гордон Вуд, Норман Соул и Джоэл Силби, которые взяли на себя нелегкий труд по подготовке и редактированию «Российско-американского диалога». Этот проект осуществлялся в течение 10 лет, последний том вышел в 2000 году29.
Дисциплина изучения истории США на кафедре новой и новейшей истории, пережив подъем и добившись признания у себя в стране и за рубежом, в 90-е годы оказалась вновь в трудном положении. Конечно, будет правильным сказать, что эта ситуация касалась не только американистики, но и исторической науки и других отраслей гуманитарного знания, да и вся страна оказалась в кризисе после распада Советского союза. Резкое сокращение государственного финансирования до предела ограничило возможности научных публикаций. Силы многих, особенно молодых ученых стали тратится на поиски дополнительных заработков, часто весьма далеких от их специальности. Многие научные и учебные учреждения встали перед реальной угрозой прекращения своего существования. Вместе с тем, тяжелое положение в американистике как научной дисциплине усугублялось и некоторыми дополнительными негативными факторами.
Программы по изучению США потеряли свой важный политический статус и стратегическое значение, которое они имели в советское время, и в результате политическая, административная и финансовая поддержка федерального правительства в этой области начала исчезать. По сравнению с 70–80-ми годами резко сократились масштабы публикаций научной литературы Издательством Московского университета, и почти полностью прекратило ее издание издательство Высшей школы.
Но отсутствие поддержки было не единственной проблемой. Общая экономическая ситуация в России ухудшилась, когда рыночная экономика изменила старую советскую экономическую систему. Интерес студентов к образованию стал более прагматичным, и историческим факультетам университетов пришлось бороться за выживание с юридическими, экономическими факультетами, институтами по образованию в области бизнеса и менеджмента, где студенты могли получить новые практические профессии, востребованные экономическим рынком.
В то же время студенческий и научный обмен между Россией и США практически прекратился по экономическим и организационным причинам. Пополнение российских библиотечных фондов материалами из США также ухудшились по той же причине. В 90-е годы в российско-американских отношениях было мало позитивного развития. Напротив, американская внешняя и экономическая политика по отношению к России и миру в 90-е годы сделала имидж США менее привлекательным для российских студентов.
В стране стало наблюдаться расширение антиамериканских настроений, что было новым явлением в России в эти годы и имело мало общего с официальной критикой американского империализма в советское время. Антиамериканизм начал расти в период, когда Россия потеряла статус сверхдержавы, оказалась в тяжелом политическом и экономическом кризисе и стала объектом давления со стороны США.
Трудности, которые переживала Россия, повлияли на молодежь и сделали выбор студентов изучать историю США более сложным. Число студентов и ученых в этой области сократилось. Следует также добавить, что американская государственная или частная поддержка американистики в России была весьма ограничена, как и бизнес-инвестиции из США, в отличие от быстро растущих экономических, культурных и образовательных связей России с такими европейскими странами, как Германия, Франция и ЕС в целом.