Плюх-шлеп!.. Плюх-шлеп!..
Ты ли, ненаглядный мой царевич, идешь ко мне по болоту, с кочки на кочку перепрыгиваешь?
Извозюкались сапожки твои сафьянные в тине болотной, порвался кафтанчик твой красный, золотом шитый. Да и сам-то чумазый-расчумазый, чисто леший!.. Только леший в болото не полезет, не дурак!..
Ну, что уж тут – выбирать не приходится, такого чумазого судьба послала!..
– Здравия тебе, царевич! Вот она, стрела твоя, глянь, суженый мой!
– Накося! Лягушка болотная по-человечьи молвит! Заколдованная, что ли?
– Угадал, добрый молодец! Возьми меня в жены, тогда расколдуюсь!
– В жены?.. Стрелу-то отдай!..
– А ты в жены возьмешь?
– А ты точно расколдуешься? Не врешь?
– Что ты! Окстись! Зачем мне врать! Вот поцелуемся с тобой под венцом – и сразу красной девицей стану.
– Мда? А где гарантии?.. Подумать надо… Если что не так пойдет, братья засмеют – раз! Отец, небось, наследства лишит, – на что ему внуки-головастики? Это два! Да еще придется с попом договариваться, чтобы с лягушкой обвенчал. Сколько он с меня за это сдерет? А что в результате?.. Вообще-то хотелось бы документик посмотреть, каким ты обликом будешь расколдованная? Достаточно ли ты, девица, будешь красна? Есть документик?
– Да откуда ж?..
– И что будем делать? Кто мне подтвердит, что ты на самом деле девица красная, а не старуха безобразная?
– Кто-кто… Это ж все знают!.. Даже в книжках про меня написано!
– Не читаю я женских романов! Принципиально! Вообще читать не царское дело! Я былины слушаю. Про богатырей!
– Про богатырей? А про Змея Горыныча слышал? У него спроси! Он меня заколдовал, он-то знает!
– Чего-о-о? Змея Горыныча годов пятьдесят тому назад мой дедушка собственноручно всех трех голов лишил! Это постой-ка! Это что ж! Сколько ж лет назад он тебя заколдовал? Ничего себе, красна девица! Вот попал-то я!.. Давай назад мою стрелу!
– А вот не дам! Не дам! Тоже мне богатырь! Былины он слушает!..
– Ну и сиди на своей кочке! Батюшка мне другую стрелу пожалует! Подумаешь!..
Плюх-шлеп!.. Плюх-шлеп!.. Удаляются шаги. Вот и стихло.
Вздохнула лягушка горестно, открыла травяной тайничок и положила к сотне златых стрел новую, сто первую. Полюбовалась, повздыхала и стала ждать следующего царевича.
Близилась великая дата – десятилетие ВПЧнВ. Если вдруг кто не знает – десятилетие Великой Победы Человечества над Вирусом.
Ежедневные получасовые праздничные шествия в священных полутора метрах друг от друга с антиковидной символикой начались за неделю до Великой Даты, чтобы не затруднять транспортную ситуацию в городе.
На трибунах рядом с президентом сидели в удобных антивирусных креслах-капсулах старенькие ветераны, пережившие первый ковид. Им вручались высокие награды за мужество, а они дрожащими голосами говорили о своем далеком детстве в специальных учебных заведениях для детей. Там они учились вот прямо так, целыми толпами, человек по тридцать в одном помещении, причем совершенно не стерильном. Слушать было больно – прямо до слез!
Конечно, старичков хорошо подготовили. Никто из них не ляпнул, что в те времена все ходили с голыми лицами, без масок. Это, конечно, всем известно из программы по истории 16+, там есть об этом кое-какая информация. Но прямо-таки при всем честном народе такую нецензурщину нельзя допустить!
Динамик в моем ухе завибрировал. Конечно, это обалдуй и раздолбай Леха так вибрирует – голова кругом! Да еще подскакивает, руками машет и все норовит за интимную полуметровую зону вторгнуться.
– Ну чего? – спрашиваю аккуратно. Микрофончик в моей любимой маске только вчера поменял, свеженький, беречь его надо.
– Ты куда после парада? Пошли витаминчика хлебнем по маленькой?
– Где будем хлебать?
– Ко мне. У меня классная порнушка есть – братва прислала. Слышь, девчонки маски под музыку снимают. Жесть!
Задумался я. Соблазн был велик, но нет… нет… У меня есть любимая. Мы с ней уединяемся и… снимаем маски.
Столетие Победы на Вирусом отмечали с большим размахом. По всему миру из страны в страну шли колонны голоротых, пугая зевак зубастыми улыбками.
Они врывались в архивы и хранилища, вытаскивали на свет Божий запретные портреты доковидных времен, выгребали из каких-то чуланов древние кинопроекторы и запускали древние фильмы с голыми лицами прямо на стены домов.
Молодежь радостно смеялась и срывала маски. Старушки отплевывались, бормотали про Содом-Гоморру и бежали в церковь помолиться распятому Христу в окровавленной маске.
Время от времени слышались крики:
– Бей ковидников!
И толпа радостно терзала несчастных приверженцев секты Святого Ковида, которые упорно ждали его сотого пришествия.
Такие зрелища мне были весьма неприятны, поэтому я поспешил домой к детям, которых я ращу в новой волне – разрешаю дома ходить без масок и кушать вместе, за общим столом, а не уединяться в личном пищеблоке. Даже я иногда к ним присоединяюсь, уж очень это забавно – видеть жующие ротики. Но жена моя в строгих традициях воспитана, не готова к таким революциям.
Земное человечество радостно отмечало тысячелетие Воскресенья Ковидова. Во всех храмах и святилищах на жертвенном огне сжигались страшные маски, под которыми когда-то прятались добрые человеческие лица. Жертвенники поливались ароматическими маслами и убирались цветами, чтобы любовь победила ненависть.
С песнями-ковидками все шли по улицам городов, обнимались и целовались со всеми, кто встречался по пути. Любимый человеческий праздник Счастья! Как же я люблю этот праздник.
Но мне уж не праздновать, слишком стар. Сижу в любимом кресле, на коленях у меня любимые правнуки, и смотрим мы голографильм о страстях Ковидовых. О том, как он, Прекрасный и Премудрый, научил людей любить и беречь друг друга, научил передавать мысли на расстоянии, летать, как птицы, плавать, как рыбы, и ловить грозовые молнии в ладони, чтобы услышать голоса Неба.
Но не хотелось злым демонам, чтобы люди стали сильны и прекрасны. Надели демоны на всех страшные маски, а на Премудрого Ковида напустили они злое чудище Вакцину. Схватила Вакцина Ковида и давай его грызть!
На этом месте правнуки мои всегда ахают и закрывают ладошками глаза. Они этот фильм наизусть знают и ничуть не боятся. Просто в этом месте всегда нужно ахать и закрывать глаза.
Плакали люди над останками Ковида, да только слез видно не было – все в масках. А потом глядят – а Ковид встал целехонький-здоровехонький, еще краше стал. И говорил он всем: «Будьте свободны и счастливы!» И падали с лиц маски.
А Ковид умчался на облаках в небо, только крикнул сверху: «Я вернусь, ждите меня и любите друг друга».
Вот! В этом месте надо всем засмеяться, обняться и расцеловаться. И ждать возвращения Святого Ковида.
Классный руководитель
– Всем добрый вечер! Почему опять так мало народу? Марья Ивановна, вы председатель родительского комитета! Почему опять посещаемость плохая? У нас сегодня такие важные проблемы на повестке! И с кем их обсуждать?
Да, обзвоните всех, кто сегодня не пришел, и оповестите! Безобразие какое!
Проблема огромная – надо шторы на окнах поменять! Причем срочно! Вася Сазонов вчера на уроке штору поджег – видите, какая дырка? А где родители Васи Сазонова? Как всегда, их нет!
Так что собираем на шторы! Запишите, Марья Ивановна!
Дальше! Наша школа приступила к обновлению техники. А то стыдно совсем. Компьютеры в кабинете информатики Бог знает какого года – дети смеются! Поэтому собираем по пять тысяч на обновление школьной техники. Марья Ивановна, запишите!
Дальше! К нашему замечательному великому празднику, Дню Народного Единства, нам предложили экскурсию «Достопримечательности нашего города». Автобусная экскурсия. На час! Не вместо уроков, а после шестого урока! Что значит, не хотите? Это не вам, это детям надо! Собираем по пятьсот рублей. Запишите, Марья Ивановна!
Как ваши дети учатся? Вот, раздаю вам распечатки! Посмотрите текущие отметки ваших детей! Безобразие! Дисциплина ужасная, все жалуются! Особенно на Васю Сазонова. Но его родителей, как всегда, нет!
Учительница литературы
– Да-да, добрый вечер, дорогие родители! Я на минуточку, разрешите, Марья Ивановна? Отвлеку вас ненадолго и пойду в другие классы!
Ну что ж, учебный год наш начался замечательно! Двоек пока всего десять – и все у Васи Сазонова. Так что успех налицо! Дети у нас замечательные! Они так выросли за лето, так загорели, приятно посмотреть! А какие стали умные у них личики! У Васи Сазонова уже усы выросли!
Дорогие родители! У нас в этом году программа по литературе очень сложная, придется много-много читать! Поэтому давайте начнем уже сейчас. Сажайте дома своего ребенка рядом – и читайте ему! Это же так прекрасно – сидеть рядом и читать и читать замечательные произведения русской классики! Начните с «Войны и мира»! Может быть, к концу учебного года закончите!..
Не усадить? Сидит у компьютера? А найдите ему на Ютубе экранизацию, сядьте рядышком и смотрите, и смотрите!
Они в только в игры играют? Да, я понимаю!.. Но есть выход! Мы с вашими детьми пойдем в театр на замечательную пьесу великого русского драматурга Александра Николаевича Островского «Гроза». Билеты я уже заказала! Марья Ивановна, запишите!
Учитель физкультуры
– Так! Это что, все, кто есть?.. Ну в том классе еще меньше пришло! Хм-м, как не родные все равно. Наплевать вам на ваших обалдуев?
В общем, так! Этот ваш Васька Сазонов!.. Хм-м-м, извиняюсь! Взял и оторвал в физзале шведскую стенку. Ну и кто чинить будет?
Ну вот и что вы тут сидите, одни мамаши? Что я вас, что ли, заставлю стенку чинить?
Ну что, Марь Иванна, кого нанимать будем стенку чинить? У вас сосед есть? Ага, ну так добро! Пусть приходит, я его дождусь!
А родителям Васьки Сазонова так и передайте… Хм-м… как это… сказать-то… нехорошо воспитали! Да!
Родилась в 1965 году. Детские годы прошли в поселке Чернухино на Луганщине. Затем семья переехала в город Ждановку Донецкой области. Училась в городе Иваново. Работает в Ждановском городском центре культуры и досуга заведующей отделом. Печаталась в литературно-художественных альманахах «Истоки»; в сборниках «Поэт года», «Дебют года», «Наследие», «За Родину», «Надежда счастья», «Верхом на Пегасе»; в международном сборнике поэзии «Вечная любовь» и в поэтических альманахах «Вдохновение» г. Дебальцево.
Публикуется в местных газетах «Ждановские вести», «Новые горизонты» и «Боевая литературная газета».
Награждена медалью «Иван Бунин – 150 лет» и медалью «Федор Достоевский – 200 лет».
А в деревне осталось немного дворов,
Земляки разлетелись по свету,
Старики да собаки, с десяток котов
Ждут зимой, чтоб быстрей пришло лето.
Деревянный забор покосился уже,
Занесло снегом стёжку-дорожку,
Протоптали коты свой маршрут на меже,
На заборе Василий ждёт кошку.
В этот зимний, морозный январский денёк
Над домами в деревне дым белый,
Знать, в печи целый день там горит огонёк
И дрова в ней трещат то и дело.
Но коту дела нет до зимы, он привык,
И покрылась снежком его шуба,
Вышел он погулять и к забору приник,
Кошку ждёт ту, что сердцу так люба.
Старики у печи всё детей своих ждут
Или внуков, листая альбомы.
Вокруг дома снега и метели метут,
И мороз не пускает из дома.
Очень мало осталось в деревне людей,
Приезжают так редко их дети,
Лишь коты да собаки им стали родней
И вернее на всём белом свете.
Поэт над временем не властен,
Он между строчек, между строф,
Бывает часто он несчастен,
Проходит максимум Голгоф.
Его стихи как капли ртути
Или расплавленный свинец,
Они подобны амплитуде,
Поэт куёт их, как кузнец.
Стихи, рождённые поэтом,
Пронзают времени виток,
Поэтов много под запретом,
Стихи их – воздуха глоток.
Пророков нет в своей Отчизне,
Хоть есть им что сказать стране,
Но лишь известия о тризне
Приносят славу в новом дне.
Поэт, безвременно забытый.
Он беззащитен, но силён,
Его талант, в стихах зарытый,
На пьедестале – у времён.
Наша встреча была неслучайной,
Всё банально и даже смешно,
Познакомились мы на трамвайной
Остановке, как будто в кино.
Я стояла у двери трамвая,
Вы мне подали руку легко
И билет мне купили, не зная,
Что коснулись души глубоко.
Мы стояли напротив друг друга,
Наши взгляды встречались тайком,
А трамвай ехал тихо по кругу,
И сменялся пейзаж за окном.
А в трамвае сменялися люди,
Ждали дома, наверно, и нас,
Мы так долго мечтали о чуде,
Но сбылось это только сейчас!
Наша встреча была неслучайной,
Ведь сбываются часто мечты,
Так давай же оставим всё втайне —
Нашу встречу, трамвай и цветы.
Сентябрь наступает на пятки
Последнему месяцу лета.
Солнце играет с ним в прятки,
Прохладнее ночь и рассветы.
И в августе где-то над морем
Тот воздух вдруг пахнет иначе,
Не будем мы даже спорить,
Отправимся лучше на дачу.
Где тянет вечерней прохладой,
А осень крадётся, как кошка,
Свежезаваренной мятой
Там будет наполнена кружка.
В саду пахнет яблоком, мёдом,
А дальше уж дело за малым,
Август уйдёт своим ходом,
Хоть выглядеть будет усталым.
А мы «до свидания» скажем
Последнему месяцу лета
И на прощанье помашем
Прекрасным душистым букетом.
Весенняя капель и солнца лучик,
Есть тайна у меня и даже ключик.
Сегодня я открою эту тайну,
Её считаю я необычайной.
Небесная лазурь и женщин лица,
Немного мы листнём судьбы страницы.
Я – женщина, загадка всей Вселенной,
Я быть могу святой и откровенной.
Желанна для мужчин, всегда загадка,
Есть в женщине краса и дар порядка.
Немного холодна, слегка спесива,
Щедра она в любви и так красива.
И всё на свете ей одной подвластно.
Не может быть другой, и это ясно,
А коль весна пришла – она прекрасна!
Пришла весна пугливой девочкой,
Так робко и несмело в город наш.
Махнула нам цветущей веточкой
И разукрасила вокруг пейзаж.
Весна идёт по нашим улицам,
Слегка касаясь ножками земли,
И в небе солнышко не хмурится,
Подснежники на клумбах расцвели.
Весна – девчонка шаловливая,
То улыбнётся солнечным лучом,
То вдруг мелькнёт она, игривая,
Рассыплется, как бисером, дождём.
Идёт весна красиво – нежная,
Слегка прохладная от зимних вьюг,
Но красота её приметная
В аллеях средь берёзонек-подруг.
Она одарит взглядом ласковым
И птичьим щебетом влетит в окно,
Раскрасит мир цветными красками
И голову вскружит нам, как вино.
Пришла весна пугливой девочкой,
Но подарила всем восторг и мир,
Махнула нам цветущей веточкой
И позвала в поля нас из квартир.
Давайте о грустном не будем,
Так хочется радостно жить,
Плохое давайте забудем,
Не будем его ворошить.
Друзей повстречаем в дороге,
Поделимся счастьем, добром,
Судьба вам покажет итоги,
А друг вас поддержит плечом.
Над нами пусть солнце сияет
И в небе парит голубом,
А если преграды встречают —
Не нужно идти напролом.
С собою возьми ты гитару
И песню с друзьями пропой:
«Ямщик лошадей гонит к яру…»
А может, там есть водопой.
Когда ты встречаешь рассветы,
То будь благодарен судьбе,
В полях собери ты букеты,
Раздай всем друзьям и себе.
Давайте не будем о прошлом,
Так хочется радостно жить…
И так в этом мире всё сложно,
Давайте ж всем счастье дарить!
Что ж ты, милая полуночница,
Спать пора, а тебе не хочется.
Всё вздыхается и грустится,
По ночам уж давно не спится.
Одолели тебя думы разные,
Ты отбрось их – они напрасные.
Живи радостно, живи весело,
Позабудь то, о чём ты грезила.
Не сбылось? Ничего, ты лучшая,
Ты поверь – и будешь везучая.
Счастье снова в дороге встретится,
И лицо улыбкой засветится,
Сердце радостно снова забьётся,
И судьба тебе улыбнётся.
Будет осень под ноги стелиться,
И в душе будут снова петь птицы.
Что ж ты, милая моя полуночница,
Неужели счастья не хочется?
Позабудь все обиды, горести,
Будь ты в жизни своей напористей.
Не смотри ты на всё с ухмылкою,
Неприятность разрушь улыбкою.
И осенней порою чудною
Ты почувствуешь себя очень нужною.
Ведь к счастливым и люди тянутся,
А с улыбкой пройдёшь – оглянутся.
Будь счастливой, моя полуночница,
Чаще смейся – и жить захочется!
Быть женщиной годам всем вопреки,
Не замечая возраста, смеяться
Меня учили в детстве старики,
Что женщиной должна я оставаться.
Не обращать вниманья на печаль,
Держаться гордо, даже если горе,
Идти вперёд, заглядывая вдаль,
За горизонт, туда, где плещет море.
Быть женщиной, конечно, нелегко,
Назло врагам, проблемам и «подругам»,
Держать по жизни планку высоко,
Идя наперекор ветрам и вьюгам.
Решать проблемы, помогать друзьям,
Любимой быть, а значит, быть счастливой,
И радоваться дочкам, сыновьям,
Но и к врагам быть тоже справедливой.
Быть женщиной училась я всегда
И даже улыбаться, когда больно…
Теперь уж на висках есть седина…
Я – женщина, и значит, я довольна!
Я укуталась вечером шалью пушистой
И в бокал налила звёздно-лунный коктейль.
Мне припомнился запах сирени душистой
И у моря ночного уютный отель.
Обдувала веранду морская прохлада,
Отражалась луна жёлто-белым пятном,
Словно в зеркале, в море – огни звездопада,
Там я встретила вас. За соседним столом.
Нас манило друг к другу таинственно, страстно,
Романтический взгляд и дымок сигарет
Опьяняли меня, жизнь казалась прекрасной,
Вы вручили сирени душистый букет…
Я укуталась шалью вечерней порою,
Пригубила слегка звёздно-лунный коктейль…
На волну своей памяти сердце настрою
И припомню у моря уютный отель.
Писатель, краевед, человек, преданный родословию. Автор книг для детей, справочников по генеалогии, а также стихотворных произведений. Член Интернационального Союза писателей.
Произведения Екатерины опубликованы в журнале «Российский колокол», альманахе «Современникъ», в сборниках издательства Интернационального Союза писателей. В 2020 году книги по родословию под редакцией Екатерины были куплены в Библиотеку Семейной истории США.
Номинант престижной премии-медали имени Говарда Филлипса Лавкрафта. За исследовательскую работу «Братская могила» награждена юбилейной медалью имени Александра Невского. Номинант Премии Мира – 2021. Автор публикации в сборнике «Вокруг света».
Памятник М. Горькому.
Набережная Федоровского, Нижний Новгород
Вновь я пришла, не повини, хорошо здесь любоваться Волгой-матушкой. Река течет – жизнь бурлит, вода спешит – дни летят. А с горы-то приглядеться – каждый водоворот видно? Молчишь? Молчи, молчи…
Не дает мне сегодня покоя тоска по родине моей, душит изнутри, давит на сердце. Любуюсь на величественный кремль нижегородский, на улицу Широкую, а мысли мои далеко-далеко… Рассказать? Слушай!
Малюсенькая деревенька Лбово Пустое в Городецком районе Нижегородской области – моя родина. Каждый год я приезжаю в этот райский уголок, со всех сторон окутанный зеленым покрывалом леса. Сейчас там осталось всего пять домов из семи. Стонет душа. Деревня умирает. Нашего дома уже нет. Рухнул прошлым летом от старости и без присмотра. Его продали, когда я была еще девчонкой со сбитыми коленками. Что меня сюда тянет? С научной точки зрения – это генетическая память, а я думаю, что это – чувство родины. Мне важно просто ходить по родной земле. Вспомнить, как я играла здесь в войнушку, как рыбачила с папой на Лыве, как встречали Новый год с прабабушкой большой и дружной семьей.
С чего начинается родина? Молчишь? Молчи, молчи… С родных мест, о которых помнит каждый здравомыслящий человек, с наших предков, с нашего прошлого, а значит, и с родословной. Уже в год моего рождения люди научились делать детей в пробирке, а многие ли знают свою родословную? Думаю, не так много, как хотелось бы. Проблема зачастую не в том, что информация недоступна, но в нежелании и пассивности.
В детстве я слышала много рассказов про наших предков от маминой мамы. Отсюда появился интерес к генеалогии, и с двенадцати лет это превратилось в серьезное хобби, а сейчас стало моим предназначением и даже, сказала бы, страстью. До пятнадцатого колена я добралась, разгадывая тайну моего генеалогического древа. Есть легенда одна на родине моей. Рассказать? Слушай!
Жил в нашей деревне Еремей с женой Агафьей, и было у них три сына: Хритя, Тиша и Саша. Когда рождались сыновья, Еремей сажал дуб неподалеку от дома. Росли сыновья, крепли дубы. Если хворь сынов одолевала, вяли и чахли дубки. Но три сына возмужали, три богатыря выросли, три дуба поднялись над землей высоко.
Традицию переняли его сыновья. Шло время, и они посадили дубы. Разрастался род Еремея. Ширилась роща дубовая.
В июне силы темные на Русь напали. Хотели уничтожить ее и стереть с лица земли. Собрался старший сын Хритя на бой с врагом. Обнял свой дуб, попрощался с женой и детьми. Бился он храбро, не жалея живота своего. Но одолели его лютые вороги.
Узнали в родной деревне о гибели Хрити. Шумели дубы, рыдали люди в избах. Дуб Хрити поник и сохнуть стал. На смену богатырю другие пошли в бой и одержали победу. Пошла жена погибшего богатыря к дубу, обнимала его, слезами обливала, умоляла не покидать её. И услышал её дуб и стал зеленеть с новой силой. В народе говорили, что в дуб душа Хрити вселилась. Часто ходила женщина к дубу и разговаривала с ним. А роща дубовая разрасталась, дубы молодые крепли, появлялись маленькие саженцы.
Хороша легенда? Молчишь? Молчи, молчи… Поговорила с тобой – и легче стало, рассказала про край родной – и будто побывала там. А ведь это всего в паре часов езды: через Окский мост и по направлению к древнему городу
Городцу, где Музейный квартал и пряники славные; а дальше по ковернинской трассе всего минут сорок до старинной деревни моей, упомянутой еще в семнадцатом веке по переписной книге боярина Стрешнева.
P.S.
Задумался о родине и родословии?
Значит, я посеяла зернышко, которое обязательно прорастет.
Оно, пробившись сквозь жесткую корку невежества, даст сильный побег и густую поросль.
Действуй!
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.