– И куда она делась? – Джессика обновляла сообщения сотый раз, но ответа не было. Это портило все планы, ведь общение вышло на нужный уровень. Прокрутившись в кресле, она задумчиво посмотрела на подруг.
– Наверное, перевозбудилась и упала в обморок, – засмеялась Кетрин и продолжила рисовать на планшете цветок. Ей хотелось стать графическим дизайнером, поэтому она постоянно рисовала, делала коллажи и искала свой неповторимый авторский стиль.
– Или поняла, что это фейк, – заметила, Анабелла. – С чего красивому парню писать жирухе и пытаться с ней познакомиться?
Джессика встала из-за стола и посмотрела в окно. На улице стемнело, зажглось уличное освещение, а этажом ниже слышались крики соседской пары, которая активно выясняла отношения на радость местных сплетниц.
– Нет, – отвернувшись от окна, уверенно сказала Джесс. – Она ничего не поняла, иначе бы заблокировала его.
– Значит, она попала. Спасибо Рону, который отослал свое хозяйство половине школы. Теперь нам есть чем порадовать серую мышь.
– Да, но смотреть его фотки противно. Мышцы есть, а с мозгом глобальные проблемы. Хорошо, что он теперь в колледже, может, там это исправят. – Сев за компьютер, Джессика обновила страницу.
– Ну что, она не отвисла там? – Анабелла, лежа на кровати, с хищным блеском в глазах всматривалась в монитор.
– Нет. Даже из сети исчезла.
– А ты серьезно хочешь ее слить «Нормальному Обществу»? – Кетрин отвлеклась от планшета и в сомнениях взглянула на Джесс.
– Да. Она должна понять, что отправлять незнакомым парням такие фото – такая себе идея и это плохой поступок. Очень плохой.
– И правда. Пусть скажет спасибо, что мы спасаем ее от педофилов и других извращенцев. – Анабелла поправила задравшееся платье.
– Отбой, она в сети и что-то пишет нашему Кристоферу, – весело сказала Джесс и с интересом уставилась на экран.
Они открыли сообщение, увидели фотографию и потеряли дар речи. На снимке в зеркале ванной комнаты отражалось обнаженное тело, на руке виднелся розовый браслет. Стало понятно, что это Хлое. Она походила на древнегреческую статую: белоснежная кожа, красивые изгибы тела. Не хватало лишь невинного лица – оно осталось за кадром.
– Да она сумасшедшая! Прошло всего два часа – и уже такие фото! – шокированно произнесла Анабелла.
– Посмотрим, что будет дальше, – сказала Джессика и села за компьютер. – Попрошу продолжения. Видно, что подруга вошла во вкус.
– Да. И отправь ей еще возбужденного Рона. Не пропадать же фоткам, – попросила Кетрин, усевшись рядом.
– Готово! – Щелкнув по клавиатуре, Джессика посмотрела на подруг.
– Что она еще пришлет? Может, фотографию киски крупным планом или сразу видео пьяной групповушки с ней в главной роли? – Анабелла сделала глоток латте.
– Я вам сразу сказала, что она не тихоня. Нужно помочь ей раскрыться в новой школе, показать себя. – Джессика засмеялась собственной шутке и за ней залились хохотом подруги.
Хлое молчала, и Джессика написала короткое «скучаю».
«Я тоже. Собираюсь спать», – прочла Анабелла сообщение с экрана.
«Так рано? Можешь прислать еще фото, чтобы мне сладко спалось?» – Джессика отправила сообщение и попросила Кетрин найти подходящий снимок, чтобы отправить Хлое.
– Мы уже получили все, что нужно. Меня тошнит от нее, – сказала Анабелла и изобразила рвотный рефлекс.
На экране возникли обнаженные изгибы Хлое.
– Да она издевается! – Джессика с отвращением уставилась на фотографию. Ненавистный розовый браслет, как и электронный циферблат часов, стоящих на тумбочке у кровати, показывали, что снимок настоящий.
– Не думала, что под ее безвкусным барахлом скрывается такое тело. Она секси. Если бы она поработала над стилем, могла бы составить нам конкуренцию, – вынесла вердикт Кетрин.
– Она просто шлюха, которая строит из себя монашку! – отрезала Джессика – Как можно делать такие снимки и отправлять неизвестно кому? Ничего не стесняется, не думает о последствиях – полный аут.
Анабелла отправила фотки Рона и повернулась к Джессике.
– И что дальше?
Джессика задумалась и посмотрела на сохраненные снимки.
– Предлагаю сделать коллаж и показать школе нашу красотку, – предложила Анабелла.
– Супер. Займешься этим? – обратилась к Кетрин Джессика.
– Да. Отправь мне на почту снимки, попробую что-то сделать. – Та пожала плечами и убрала планшет в сумку.
– Да. Но слить ее «Нормальному обществу» не слишком жестоко? – Анабелла посмотрела переписку и фото. – Все, кто к ним попадал, исчезали или становились на себя не похожими. Это ужасно.
– Не ной. Она сама напросилась, никто не заставлял ее делать такие снимки, – уверенно заявила Джессика, отправляя фото Кетрин. – На сегодня все, давайте сворачиваться и отправляться спать.
Это точно было не со мной. Я общалась с самым красивым парнем планеты. Я отправляла обнаженные фото, и ему это нравилось. Надеюсь, это был просто сон. Открыв сообщения, я убедилась в обратном и тут же удалила фото из переписки. Крис еще не появлялся в сети. И хорошо. Я еще не отошла от вчерашнего общения, мне нужен отдых.
Я пошла в душ, позавтракала и начала собираться в школу. Мама была дома, но хотела уехать на неделю в поисках какого-то очень редкого комода для своего дизайн-проекта. Тогда я смогу почувствовать себя взрослой. Мои одноклассники точно устроили бы большую вечеринку, собрали бы половину школы и потом разнесли бы все вокруг, оставив кучи мусора и длинный список испорченных вещей. Но я на это вряд ли решусь, к тому же никто не придет. В этом есть и плюсы – дом останется цел.
Хлопья, молоко, банан. Он напомнил мне о хозяйстве Криса. Его член был с прожилками и достаточно крупным. Я слышала, на этом фрукте удобно учиться целоваться и делать минет. Я раскрыла банан и решила засунуть его максимально глубоко в рот, как в фильмах для взрослых. Закрыв глаза, я начала продвигать его глубже, представлять Криса и прислушиваться к ощущениям.
– Кхрмхм, – раздалось рядом.
Я вздрогнула, банан неудачно сломался. Кусок застрял в горле, я начала задыхаться и кашлять. Мама, постучав по моей спине и подвинув стакан воды, подтвердила мои опасения: она все видела.
– Что это было? Ты прочла, что если засунуть огромный банан в рот целиком, будет вкуснее? – спросила мама с легкой ухмылкой и посмотрела на меня.
– Типа того. – Я почти прокашлялась, но лицо горело и было красным. Какой стыд, я не ожидала, что она подойдет.
– Ладно. Но будь добра, ешь бананы нормально. Хотя бы до моего приезда, иначе я не уверена, что 911 сможет быстро среагировать.
– Договорились. – Я решила ретироваться из кухни и сгорать от стыда по дороге в школу. Но у меня не вышло. Мама вызвалась подвезти меня и только потом отправиться по делам.
До школы мы доехали быстро и практически молча. Может, потому что мама собирала силы перед поисками нужной вещи, а я на днях скачала классный плейлист, погрузилась в музыку, иногда покашливая и сгорая от стыда, вспоминая ситуацию с бананом.
Попросив маму остановиться за пару кварталов, я решила пройтись и еще раз перечитать переписку, посмотреть на фото Криса. Чувства к нему были для меня новыми. Я ощущала легкость, тепло по всему телу – и наслаждалась этим.
Внезапно на телефон пришло новое сообщение.
«Шлюха».
Я немного задумалась: или человек ошибся, или одноклассники разместили мою анкету на сайте секс-услуг ради прикола, и теперь мне придется менять номер. Вслед за первым сообщением, стали приходить новые. И не только эсэмэс, но и в социальных сетях от разных людей.
«Уродка».
«Жиробасина, сидеть на диете не пробовала?»
«Прости, сколько стоит ночь с такой красоткой? Видел твои фото».
«Свиноматка, хоть бы постеснялась».
«Вышли еще фотки и приезжай в гости…»
Я оторвалась от чтения и выключила телефон. Кто эти люди, и что им всем от меня нужно?
В смешанных чувствах я дошла до школы. Ученики, стоявшие у входа, стали показывать пальцами, смеяться, перешептываться. Откуда у них такой интерес к моей персоне, и что мои одноклассники придумали на этот раз?
Стоило остановиться и разобраться с тем, что происходит. Но я отправилась дальше, словно включилась программа автопилота. Грубые сообщения незнакомцев, внезапное внимание учеников, красивый парень, с которым я общалась вчера… В коридоре возле шкафчиков собралась почти вся школа, и это было странно.
Толпа неодобрительно загудела, увидев меня, и начала свистеть, но я упрямо шла к своему шкафчику. Меня пару раз больно шлепнули по заднице, ущипнули за грудь, пнули. А затем я почувствовала плевки на лице. Хотелось убежать, но я продолжила идти, сама не зная зачем.
Дойдя до шкафчика, я увидела постер с фотографиями, которые отправила Крису. Кто-то не поленился и рядом с ним прикрепил ссылки на мои социальные сети, номер телефона и даже доказательства, что снимки действительно мои. Чертов браслет, почему я его не сняла?! Словно этого было мало, открыв шкафчик, я увидела на моих вещах экскременты.
«Отличные сиськи!» – донеслось сбоку, и мне захотелось провалиться под землю. Почему день, который начался плохо, превратился в настоящий ад? Но во всем была виновата я. Растаяла от сообщений красивого парня, сделала фотки, которые увидела вся школа, и стала посмешищем.
Бежать сейчас будет глупо, учитывая местную охрану и железное правило, которое запрещает ученикам без подтверждающих записок покидать учебный корпус. Я сорвала плакат и быстрым шагом направилась подальше от этого сборища.
В туалете, закрыв кабинку, я увидела такой же плакат и, содрав его, порвала на мелкие кусочки, бросила в унитаз и с удовольствием нажала слив. Затем привела себя в порядок и, собрав все силы, отправилась на занятия.
Сидя на уроке литературы, я думала, как мне быть. Спрятав лицо за волосами, я всем видом показывала, что у меня очень болит голова. Мисс Томсон не спрашивала меня, и занятия прошли сносно. Прозвенел звонок. Я с ужасом поняла, что наступила перемена. Учитель покинул класс, а мои одноклассники оживились.
– Кристофер очень скучает, – с придыханием произнесла Анабелла и застонала. Весь класс засмеялся, с интересом наблюдая за происходящим.
– Заткнись! – моментально ответила я.
– А что ты сделаешь? Заспамишь своими голыми фотками? – издевательски произнесла Джессика под аккомпанемент хохота одноклассников.
У меня потемнело в глазах. Сжав кулаки, я побежала на обидчиц. Но кто-то меня толкнул сбоку, я рухнула между парт, больно ударившись локтем. Поднявшись, я обвела взглядом тех, кто окружал меня: все жаждали зрелища. Внутри меня разгорался пожар, хотелось бежать, чтобы оказаться где угодно, но не здесь. Я развернулась и направилась к выходу. Путь мне преградила Селенис. Она с ужасом смотрела на меня заплаканными глазами, но, видимо, хотела поддержать.
Но кто сейчас друг, а кто враг?
Оттолкнув Селенис, я выбежала из класса, по пути заметив, что она ударилась о стену и разбила очки. Зная ее проблему со зрением, в ближайшее время ей придется ходить практически на ощупь. «Мне жаль», – прошептала я про себя.
Школа превратилась в минное поле, не осталось ни одного человека, который бы не знал меня. Я ощущала себя голой. Пробегая мимо какого-то ухмыляющегося парня, я заметила, что он плюнул в мою сторону. Но почему? Однако он был не единственным. Меня несколько раз пнули, подставили подножку, попытались остановить и провожали стонами и неприятными комментариями.
Добежав до туалета, я забралась с ногами на сиденье унитаза и заплакала. Моя жизнь рушилась. Я осталась одна в мире злых, агрессивных людей. Я ничего им не сделала, но каждый посчитал своим долгом мне отплатить. Я так и знала, что с этим Кристофером было что-то не то. Наверное, его взломали и слили мои фото в сеть. А может, его никогда и не существовало?
Что мне теперь делать?
Прозвенел звонок, но я не вышла из своего убежища. Кто знает, что еще придумают ребята в школе? Я решила проверить телефон. Включив его, я обнаружила мемы со мной и фейк-переписки, которые активно репостили и обсуждали.
В паре сообщений мелькнула ссылка на закрытую группу «Нормальное общество». Не знаю, кто они, но название звучало жутко. Все упражнялись в остроумии, накладывая мое лицо на снимки из порно и добавляя комментарии, будто знают меня, и это мое обычное поведение. Я слишком увлеклась и даже не заметила, что оказалась в туалете не одна.
– Вы получили заявку? – послышался незнакомый женский голос. Сквозь щель двери я могла видеть лишь часть зеркала и рукав чьей-то расстегнутой рубашки, из-под которого выглядывала красивая татуировка – поломанное на две части сердце, распадающееся на осколки.
– Да, скоро в городе станет на одну грешницу меньше.
– Вечером. – Странный монолог закончился звуком захлопнувшейся двери.
Сидеть в туалете не было смысла, как и идти на уроки. Я думала не о том, да и оставаться в школе было небезопасно. Поэтому я отправилась к медсестре играть роль заболевшей ученицы. Надеюсь, школьные новости прошли мимо нее и остались в сети. По дороге я быстро добавила себе болезненности: натерла глаза, сделав их совсем красными, растрепала волосы, измяла одежду.
Зайдя в кабинет, я обнаружила физрука, сидевшего с голым торсом, и медсестру, которая увлеченно мерила ему давление. Не отвлекаясь от важного занятия, она выслушала меня, оценивающе осмотрела и выписала справку о том, что я не здорова и должна отправиться к своему лечащему врачу в ближайшее время.
Показав охраннику записку от медсестры, я покинула школу. Когда я вышла за ее пределы, стало легче. Ученики сидели на занятиях, поэтому никто не плевался и не пытался меня ударить. Я отправилась домой и подумала, что вот такие у меня теперь будут маленькие радости.
Придя домой, я написала Селенис сообщение:
«Прости».
Этого мне показалось мало, и я добавила грустные смайлики и обещание, что все деньги с обедов буду отдавать ей, пока не рассчитаюсь за очки.
Когда мы с ней общались в прошлый раз, она рассказала, что из-за очень плохого зрения ей не подходят стандартные стекла, а диоптрии в очках разные, поэтому нужно делать их на заказ. Это долго, сложно и дорого. Интересно, сколько лет мне придется голодать, чтобы рассчитаться?
Но меня ждали проблемы куда серьезней. Хорошо хоть мама уехала. Я надеялась, что к ее возвращению ситуация утихнет.
– Джесс, мы сгорим в аду! – Анабелла взглянула на экран, где было написано, что заявка одобрена.
– Не мы делали эти фотографии и не мы отправляли их непонятно кому, – жестко ответила Джессика. – Она сама во всем виновата.
– Может, еще можно как-то все отменить и оставить ее в покое? – Анабелла посмотрела на подруг. – Она достаточно настрадалась.
– Нет. Мне давно хотелось посмотреть, как это происходит, – сообщила Джессика. – О них ходит столько слухов, историй… Пора бы узнать побольше. Может, они пригласят нас в их сообщество.
– Я совсем ничего не знаю о них, – смущенно произнесла Кетрин, рисуя кровь, стекающую из пасти симпатичного вампира. – Может, расскажете хоть немного? Гугл мне не помог, они хорошо шифруются.
– Ты что, из деревни приехала, или этот год в отключке провела? – Джесс поморщилась.
Анабелла потянулась к очкам с прозрачными стеклами, надела их и собрала волосы в учительский пучок.
– Садитесь и слушайте, мои хорошие. Год назад в нашем городе случился невероятный скандал. – Анабелла посмотрела на подруг, те заинтересованно молчали. – Дочь мэра, Айрис, напилась на вечеринке и потеряла над собой контроль. Она снимала одежду, целовалась и грязно приставала ко всем парням. Никто не удивился, когда она оказалась с одним из них в джакузи, а их секс сняли на камеру и разместили в одной из городских групп.
– Да. То видео до сих пор гуляет в сети, – перебила ее Джессика.
– Ужас. Я бы умерла после такого, – шокированно произнесла Кетрин.
– Полная жесть случилась дальше, история не закончилась. Через пару дней после этого Айрис исчезла, а на ее странице появилось фото, где она сидит у стены в грязном подвале, с размазанным макияжем и заклеенным ртом. Ниже была ссылка на трансляцию, которая начиналась поздно ночью. Пост за пару часов набрал тысячи репостов, весь город запасся попкорном и стал ждать начало. Многие подумали, что это шутка, очередное шоу от дочери мэра, она же постоянно устраивала костюмированные вечеринки и жуткие розыгрыши. У нее отлично получалось привлечь к себе внимание.
Анабелла перевела дух и выпила немного воды.
– Я помню это видео. Подвал, Айрис в разорванном нижнем белье сидит на коленях, а вокруг нее какие-то люди в маскарадных костюмах, – воспользовавшись паузой, Джессика продолжила рассказ. – Они потащили ее наверх, в конюшню, и заставили ползать на коленях и убирать за лошадьми.
– Причем голыми руками. Неизвестные требовали извиниться за поведение на вечеринке, признаться в том, что она шлюха, и поклясться больше никогда не вести себя так. Они требовали следовать заповедям, но Айрис молчала, видимо, она была в глубоком шоке, – Анабелла решила вернуть себе роль рассказчика. – Они обливали ее водой, хлестали кнутом, плевали в лицо, били, и наконец она сказала все, что они хотели. Дальше перед камерой появился человек в маске клоуна и капюшоне. Он механическим голосом сообщил, что они – «Нормальное общество», те, кто выступает против развращения и будет вести борьбу за чистоту нации. Они против подростков, которые употребляют запрещенные вещества, делают полуголые фото, матерятся и ведут «взрослую жизнь». Дальше они оставили ссылку на чат, куда можно скидывать имена тех, кто особенно отличился и кого нужно наказать. Трансляция закончилась, найти ее в сети не смогли. Вскоре Айрис вышла где-то на окраине города и оказалась в больнице. Она ничего не сказала о группировке и просто молчала. Зацепок для полиции оказалось мало, они так никого не нашли.
– Это все? – с надеждой спросила Кетрин.
– Нет. После этого их жертвами стали еще четыре девушки из разных школ и один парень. Их заставляли пить что-то ужасное, показывали их прегрешения и жестоко избивали. Эти трансляции собирают огромное количество просмотров, мне кажется, их смотрит весь город и окрестности. А недавно они устроили конкурс на идеи наказаний. Самые интересные они будут использовать во время эфира. В сети стали появляться группы, где можно следить за анонсами новых трансляций, но их постоянно удаляют. А еще много подражателей, которые ходят по паркам, отбирают алкоголь и делают вылазки в укромные места для парочек.
– И что, полицейские за столько времени никого не нашли? – задумчиво спросила Кетрин.
– А как? – Анабелла с вызовом посмотрела на подруг. – Трансляция после завершения становится недоступной, запись видео блокируется. Почти все герои трансляций исчезли из города, больше о них никто не слышал. Но, судя по технической стороне вопроса и некоторым фактам, «Нормальное общество» состоит из подростков. Они носят маски и не оставляют следов. Полиция города бессильна. Мэр пытается найти их по своим каналам, но тоже без результатов.
– Жесть. Давайте попробуем отозвать заявку? – Кетрин с тревогой посмотрела на подруг.
– Нет. Да и не факт, что очередь дойдет до Хлое. В городе и без нее много тех, кто не особо следует заповедям. – Джессика посмотрела в окно и поправила занавеску.
– Согласна. – Анабелла одобрительно закивала.
– Ну раз так, давайте закроем тему, выберем фильм на вечер и закажем пиццу, – Джессика подвела итог дискуссии.
– Только не с морепродуктами. Иначе меня стошнит, – прохрипела Кетрин, изображая рвотный рефлекс.
«Кажется, теперь все в порядке», – вытерев стол, подумала я. Через пару минут придет Селенис, и она не должна понять, какой бардак обычно творится у меня дома.
Началась вторая неделя после происшествия, но, как ни странно, было спокойно. Я даже стала забывать о случившемся. В школу я с тех пор не ходила. Я рассказала своему лечащему врачу историю про головные боли, скачущую температуру и потемнение в глазах. Он отправил на анализы и дал справку, что ближайшую неделю в школе меня можно не ждать. Наверное, стоит пойти учиться на актрису и покорить весь мир своей игрой. Но пока хватит и врача.
Из социальных сетей исчезли мои фотографии и посты со ссылками. Как я поняла, этим занималась моя новая подруга. Она сообщала администраторам и владельцам сайтов, что я несовершеннолетняя, и за распространение такого контента их ждет уголовное преследование.
Хотя это всего лишь временная мера. Ведь теперь эти фото у кого-то остались, и они еще всплывут. Вспомнить хотя бы Бейонсе: она потратила кучу времени, чтобы избавиться от жутковатых фото в интернете. У ее адвоката получилось, суд постановил удалить все снимки. Увы, они до сих пор находятся на первых строчках поисковых запросов.
Звонок в дверь отвлек меня от мыслей.
– Хлое, классно выглядишь! – с улыбкой сказала Селенис, заходя в дом.
– Ты тоже, подруга, – улыбнулась я и приглашающим жестом указала на кухню. Мы прошли по узкому коридору, смеясь и толкаясь. Мы пытались опередить друг дружку, но почти одновременно оказались на кухне.
Проверив холодильник, я торжественно произнесла:
– В меню свежая итальянская пицца из заморозки, ананасовый сок и пирожные на десерт. Претензии ресторан не принимает, потому что больше ничего нет.
Селенис прыснула и сообщила, что она не против пиццы.
– Тогда иди помогать. Тут тебе не ресторан высокой кухни, – рассмеялась я, показав на длинные узкие стаканы и пакет сока.
– Я уже поняла. – Потянувшись за стаканами, Селенис посмотрела на меня. Она была одета в серую толстовку, синие джинсы из массмаркета. Интересно, как она оказалась в элитной школе, если у неё нет богатых родителей и нарядов от модных дизайнеров?
Обсуждая еду, погоду, косметику, модные тренды, зарубежные поездки и мир на грани экологической катастрофы, мы отодвигали сложные темы на потом. Достав пиццу из духовки, мы разместились на диване гостиной и попробовали ее.
– Вкусно. Почти как из доставки, – откусывая новый кусок, произнесла Селенис.
– Да. Но в два раза дешевле, я взяла ее по акции. Мой секрет в том, что я ставлю в духовку жаропрочную емкость с водой. Тогда пицца получается мягкой, а вкус раскрывается по полной, – поделившись секретом, я решила перевести тему на более интересную. – А как ты оказалась в этой школе?
– Все просто. Выиграла стипендию на обучение. А ты?
– Мамин начальник входит в попечительский совет и помогает деньгами школе. Он предложил бесплатное обучение, и мы не стали возражать.
– Круто. По-моему, он и организовал программу со стипендиями. Кем работает твоя мама? Тоже занимается бизнесом?
– Дизайнер. Делает проекты домов и реализует их. А твоя?
– Она репортер в местной газете. Любит криминальную хронику, но пишет почти половину рубрик, включая новости и моду.
– Везет. Я бы тоже хотела писать для журнала, а потом стать писательницей.
– Я спрошу у мамы. Может, им нужен стажер. Я однажды опубликовала статью. Это не так сложно, как кажется.
– Это будет чудесно! – Предложение Селенис казалось именно тем, что я ждала долгое время. Я смогу написать статью, попасть в местную редакцию и получить реальный опыт. Как круто! Но внезапно радость исчезла. Я вспомнила про ситуацию с фотографиями.
– Как там в школе? – устало произнесла я.
– Ты знаешь, нормально. Классная переживает за твое здоровье и итоговые оценки. Про фотки и остальное никто из учителей не знает, – пожав плечами ответила Селенис.
– Это хорошо. Иначе они бы созвали учительский совет, выставили мои фото и начали учить жизни.
– Да. Я когда увидела их, не поверила, что это ты. Ты выглядишь такой скромницей, а там просто уф-ф-ф! – с восторгом сообщила Селенис.
– Перестань! Я стараюсь забыть как про фото, так и про то, что это вообще было в моей жизни.
– Ладно. Но меня мучает один вопрос. – Покраснев, Селенис испытующе посмотрела на меня.
– Да, говори. Не надо стесняться.
– Зачем ты вообще их сделала?
Ее вопрос заставил меня замолчать и задуматься. Перед глазами возник образ Криса, его снимки и теплые сообщения.
– Я сама не знаю, как это получилось. Мне написал красивый парень, я ему понравилась… Он первым отправил свои голые фото… Смотри. – Я открыла на смартфоне снимки Криса и показала их Селенис. Она стала полностью красной, мне даже показалось, что она вот-вот упадет в обморок.
– Мне он очень понравился, вот я и захотела быть особенной. Узнать, смогу ли я влюбить, сделать так, чтобы он хотел меня.
– Но он не выглядит настоящим. – Селенис недоверчиво смотрела на фото Криса. – Слишком красивый, как фотомодель. Прости, но мне кажется, это Джессика решила разыграть тебя.
– Ты думаешь, я не могла понравиться такому парню? Серьезно? – Неожиданно слезы потекли по щекам, и через минуту я уже рыдала на плече Селенис.
– Конечно, могла. Ты красотка! Не расстраивайся, – сказала она, гладя меня по волосам и прижимая к себе. – Просто не нужно быть такой доверчивой.
– Я влюбилась, – пробормотала я.
– В фотографии? – Ослабив объятия и отстранившись, Селенис посмотрела на меня, видимо, проверяя на адекватность.
– Нет, в парня. Это просто дурацкая случайность, что фото попали к Джессике.
– Может, этот Кристофер и есть Джессика? – Она протянула стакан с водой, чтобы я могла успокоиться. – Такие поступки вполне в ее стиле.
– Не хочу даже думать о таком. Для этого нужно быть ненормальной.
– А она такая и есть.
Мы обе засмеялись, и это была бы неплохое завершение нашего непростого разговора, но мы не закончили.
– Что ты будешь делать дальше? – Селенис поняла, что разговаривать про Кристофера я не хочу, и перевела тему.
– Надо идти в школу. Иначе возникнут вопросы, начнут расспрашивать всех, звонить маме – и эта история снова поднимется.
– Да. Если что, я поддержу. Ты не одна. – Она накрыла мою ладонь своей и крепко сжала ее в знак поддержки.
– Спасибо. – В ответ я потянулась к ней и обняла. – Я так рада, что ты есть…
– Это тебе спасибо.
Селенис словно случайно коснулась губами моей щеки, и затем я почувствовала поцелуй. «Этого не может быть!» – пронеслось в моей голове.
Мой второй поцелуй в жизни!
Но не с принцем, не с симпатичным парнем из дома напротив. И даже не с Кристофером!
– СЕЛЕНИ-И-И-И-ИС! – заорала я, оттолкнула и ошарашенно уставилась на нее. – Я не лесбиянка! Ты сошла с ума?!
– Прости. Я тоже.
Ее лицо превратилось в красный шар. Мое, наверное, выглядело примерно так же.
– Но тогда зачем? – Я не могла понять, это было так странно.
– Это само получилось. Не знаю. Прости. – Она снова потянулась ко мне, чтобы обнять, но я решила не дожидаться этого и, вскочив с дивана, обежала стол.
– Давай держаться на расстоянии. Раз ты не можешь контролировать себя.
– Ладно. – Селенис пожала плечами.
– Тебе нравятся девушки? А иначе почему ты решила меня засосать?
– Очень смешно. Нет, это получилось как-то случайно.
– Забей. Но в следующий раз выбери кого-то другого.
– Договорились. – Селенис изобразила жестом стирание памяти.
А вот как мне забыть поцелуй, я не знала. И за что мне это все?
– Я возвращаюсь после выходных в школу, надеюсь, уже все забыли про меня, мои фото и Кристофера.
– Да. Наверное. Скоро выпускной бал. Джессика ждет приглашения, так что ей не до тебя.
– Но мы еще в 10 классе. Какой выпускной?
– Для нас – никакого. Но Джесс с подругами помогают в организации церемонии, к тому же, они нравятся выпускникам. Их могут пригласить, каждому хочется прийти с симпатичной девчонкой.
– Классно. Значит, проблем у меня не будет. – Посмотрев на время, я замолчала.
Селенис тоже притихла. Я внимательно изучала стрелки часов, пытаясь намекнуть, что ей пора.
– Ладно, я пойду. А то еще уроки делать, – сказала Селенис, видимо, распознав мой сигнал.
– Да. А мне надо побыть одной и разобраться в себе, – с энтузиазмом произнесла я и стала собирать тарелки со стола.
– Только не обижайся на меня. – Селенис посмотрела на меня глазами кота из мульта. Из-за увеличивающих стекол ее очков получилось очень похоже.
– Я все забыла. Но больше никаких обнимашек! – рассмеялась я.
– Ладно. До встречи в школе!
– Да, напиши, как дойдешь. – Я помахала ей. Через пару минут хлопнула дверь, я осталась одна.
Совсем скоро я вернусь в школу.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.