После лекций, а то и вместо них, мы посещали пельменную на улице Пушкина. Эта точка общепита притягивала к себе идеально подобранным ассортиментом – настоящие мясные пельмени в сочетании с бутылочным пивом "Колос". Прицепом к набору шел портвейн,который приносили с собой.
Редкое заведение такого рода могло похвастаться и двумя обедеными залами. Один из них находился на втором этаже метрах в трех выше основного. На верх вела очень крутая лестница, по которой поднимались и спускались посетители,предпочитавшие экстрим.
По тому,как они двигались, было легко определить время пребывания в пельменной каждого. Первоходки переставляли ноги осторожно и медленно, а кто дошел до нужной кондиции, карабкался лихо,не замечая перил.
Когда мы,в количестве небольшого студенческого отряда протиснулись к кассе,что бы заказать по две порции любимой закуски на брата, мест на первом этаже уже не было. Пришлось обосноваться на верхотуре.
Пиво с прицепом, да под горяченькое, пошло на пользу. Вскоре оказалось, что и тут довольно мило,и люди за соседними столиками доброжелательны, как и внизу.
Постепенно верхний зал заполнился. Незаметно мы дошли до оптимальной кондиции, и даже не напрягаясь, этот рубеж перешагнули. И вот тогда наш спокойный вдумчивый Миша в очках неожиданно преобразился. Он резко поднялся со стула и с напором произнес
– Пора и честь знать…
Это несколько удивило,но всем и так давно хотелось
"отлить", поэтому и не возражали. Удивится по-настоящему пришлось чуть позже…
В пельменной наступил своеобразный час пик,когда еще голодные посетители устремлялись в верхний зал, а сытые пьяные и довольные – им навстречу. Особых конфликтов это не вызывало. Дело привычное…
Миша подталкивал нас вперед к лестнице, но через мгновение сам куда-то запропастился.
Спустившись, мы стали высматривать отставшего товарища, и он,наконец, появился во всей красе на кромке верхнего этажа. Презрительно глянул на суету у его ног и прыгнул вниз.
Пока он летел,в моем мозгу мелькнули две мысли. Первая – "Ведь разобьется, скотина". Вторая – " Ему бы еще перекреститься перед прыжком. Театральная карьера обеспечена."
Но ни то, ни другое не сбылось. Миша удачно приземлился на чьи-то плечи и руки . Многочисленные добрые пожелания в адрес первого студента – парашютиста в тихой пельменной на улице Пушкина, я повторить не решаюсь…
Именно Миша в дальнейшем вдохновил меня на создание формулы вычисления длительности провалов в памяти после застолья.
Делишь количество выпитого на градусы напитков. Из этого вычитаешь свой возраст и вес. В итоге получаешь время пребывания там, за горизонтом событий.
Прикинув перед началом веселья исходные данные, можно было успеть реализовать свои планы до момента провала в небытие. Но это не давало ответ на вопрос – что именно происходит снаружи, когда ты теряешся в загадочной черной дыре. Здесь могли помочь только свидетельские показания…