Суббота прошла в отдыхе от вчерашнего отдыха. Поспать долго не получилось, переполняли эмоции. Я полдня листала новости в соцсетях и смотрела фильмы. Стас не писал и не звонил, хотя в контакте появлялся. Зато басист оценил несколько моих фоток. Потом я переписывалась с Лерой, и договорились с ней пойти в пятницу на выступление, на которое звал басист.
После обеда позвонила Вике, она тоже отдыхала от отдыха. Ей уже успел позвонить Денис, а мне Стас не писал и не звонил, интересно, почему? Я же видела, что ему нравлюсь.
– Напиши сама, – предложила Вика.
– Нет, первая не хочу.
– Может, он стесняется.
– Разве он похож на тех, кто стесняется?
– Да, не похож, ты права, работа может или занят, вот пока и не пишет.
– Тебе же Денис писал, кстати, что писал?
– Да, так, ничего интересного, сегодня встретиться хотел, я его отшила, сегодня с Андреем своим вечером встречаюсь.
– Тебе Денис то понравился? Кстати, ты знаешь, сколько ему лет?
– Знаю, молодой он слишком, не собираюсь с ним встречаться, и ростом он не высокий, мне покрупнее парни нравятся.
– А ты ему, похоже, понравилась.
– Ему бы любая твоя подруга понравилась, он просто развлечься хочет. В кустах зажал меня бессовестный, когда дрова ходили искать, пришлось целоваться с ним, чуть не изнасиловал! Наглый, вообще! А вы со Стасом целовались? Что делали, когда мы уходили?
– Нет, не целовались, просто разговаривали, завтра идем на пляж? Всё в силе?
– Да, Ирка писала в общем чате, видела? Встречаемся на площади под часами в десять, она на машине, нас заберет.
По дороге на пляж мы с Викой рассказывали Ирке о наших вчерашних приключениях. Ирка припоминала сына директора лагеря. Даже вспомнила, как она один раз туда ходила в бешеный вагончик с девчонкой напарницей. Они там играли в какие-то игры и конкурсы. После этого напарница Светка замутила с этим Стасом, Ирка искренне удивлялась, почему с ней, ведь она страшненькая.
Ирка в лагере дружила с бочкомоями, это были обычные ребята, студенты, которые захотели летом отдохнуть и устроились в лагерь работать на кухне. Пили они, конечно, по-черному. Среди бочкомоев Ирке нравился Леха, но он вскоре переключился на более доступный вариант, девчонку с кухни.
Я в лагере ни с кем не дружила, но мне нравился один мальчик вожатый. Он был старше нас и казался очень взрослым, а еще он классно играл на гитаре, но его взяла в оборот другая девчонка. Вообще, в лагере всегда был дефицит мальчиков, и всех, даже не бог весть каких, быстро расхватывали.
Потом мы с этим мальчиком, который мне нравился, встретились через четыре года и пошли в кино на ночной сеанс. Фильм был откровенный, и я сделала вид, что уснула, я просто не знала, как при нем реагировать на откровенное кино. Потом мы разошлись и больше не встречались. Еще мы поцеловались, и мое нереализованное желание сбылось, а больше мне от него, оказалось, ничего и не надо было. Он уже казался мне не таким крутым, как раньше, когда работали в лагере.
Мы поехали на самый обычный ближайший пляж, так как у Ирки было только четыре часа свободного времени вместе с дорогой. Ирка по дороге морщилась, кривила лицо, высовывала язык, чем удивляла встречных водителей и нас с Викой. Как выяснилось, она занималась фейс-фитнесом. Ирка не так давно рассказывала нам и всем своим подписчикам в инстаграм, что собирается сделать ботекс в носогубки и между бровей. А сейчас она восторженно рассказывала нам, когда мы спросили, что происходит, что такое фэйс-фитнес, и что это очень крутой инструмент в борьбе с преждевременным старением и морщинами, и что ботекс вреден и не дает такого эффекта.
Наконец, мы приехали на пляж, расстелили покрывало, которое Ирка давно сперла из лагеря, и легли загорать.
– Помните, когда мы учились в институте, ходили всё время на этот пляж, покупали хот-доги и каждый раз знакомились с мальчиками, – сказала Ирка.
Я, Ирка и Вика вместе учились в школе с первого класса, начали дружить в десятом, но окончательно спелись как раз, когда начали учиться в институте. Походы на пляж после первого курса нас очень сблизили, мы даже с Иркой потом вместе поехали работать в лагерь.
– А помните, как мы с какими-то придурками познакомились? Они подглядывали, как Вика переодевается в кабинке, потом мы убежали от них, – я продолжила вспоминать.
Действительно, в студенческие годы каждый поход на пляж превращался в приключение.
– А таджиков помните? Приставучих, фу, еле отделались, – вспомнила Вика.
Мы, кстати, и в этот раз, как в студенчестве, купили хот-доги и начали их есть, продолжая вспоминать, как знакомились на пляже.
– Ир, ты хот-дог то будешь в инсте выкладывать, как его ешь? – пошутила я.
– Не, ты что, я ж типа пп-блогер, мне нельзя такое выкладывать. Смотрите, на нас вон те мужики пялятся, слушай, Верусь, а ты выложи в контакт свою фотку с пляжа в купальнике, Стас твой увидит и как-нибудь по-любому отреагирует.
– А может, сразу голую фотку ему прислать, – засмеялась я.
– Давай, раздевайся тогда, будешь нашим нудистским представителем, – сказала Вика.
– Да ладно, шучу, Стас не такой. Он, конечно, оценит, но не поймет, – ответила я.
– Откуда ты знаешь, какой он? – спросила Ирка, – в лагере про него много чего говорили, и вы общались то два раза.
– Видно по нему, к тому же в полиции работает.
– А мне тут один всякие пошлости шлет, – сказала Вика, – мы с ним пару раз встретились и больше он никуда не зовет, а только присылает фотки, где он и с кем бухает и приколы всякие пошлые, придурок какой-то. Вот что человеку от меня надо? Причем, приличный, работает в пожарной части начальником, а общаться с девушками совсем не умеет.
– Если бы умел, на сайте знакомств не сидел бы, – ответила Ирка.
– Там не все такие, попадаются и нормальные.
– Ну да, я же своего бывшего тоже с сайта взяла, – согласилась Ирка, – просто он в командировках постоянно был, некогда ходить знакомиться было, вот на сайте и искал девушку, но это редкость. Ты сейчас, Викусь, встречаешься с мальчиком, как он?
– Хороший мальчик, только скромный, скучновато мне с ним, а он влюбился уже, похоже. Мы сегодня встречаемся вечером.
Викины ухажеры постоянно не дотягивали до идеала – то скучный, то наглый, то мелкий, то курит, то руки не из того места растут.
Я согласилась выложить фотографию в контакт, чтобы привлечь, внимание Стаса, и мы устроили фотосессию. Ирка, конечно, сразу выложила несколько фоток в инстаграм, а я самую удачную, где сама себе нравилась, в контакт.
Иркин план, как ни странно, сработал. Вечером мне написал Стас, мы сразу договорились встретиться и погулять в этот же вечер в центре. Хорошо, что к свиданию не пришлось особо готовиться, мы же с девчонками были на пляже, и вчера к пляжному отдыху я как следует подготовилась. Мне оставалось только высушить голову, подкраситься и одеться. Я надела красивое нижнее белье. Совсем не потому, что собиралась вступать с ним в интимную связь – сегодня, по крайней мере. Но, когда ты готовишься к свиданию, тем более с мужчиной, который тебе нравится, ты хочешь выглядеть максимально ухоженной и красивой, пусть даже твоего великолепного нижнего белья, педикюра и гладковыбритых ног он не увидит и не оценит. И вообще, мало ли что, и комплексуй потом, что ноги не побрила и трусы в горошек надела.
Итак, я надела красивое нижнее белье, хотя Вика мне предложила идти вообще без белья, джинсовый голубой короткий сарафан и свои золотистые сандалии, чуть накрасила глаза и заплела волосы. Волосы я недавно обрезала, поэтому коса вышла коротенькой, а образ получился простой, летний, легкий и милый.
Лера бы мне сказала снять и надеть что-нибудь посексуальнее, – подумала я, смотрясь в зеркало, – да и Ирка тоже. Я даже представила наш разговор.
– Ты что в этом собираешься идти на свидание?
– Но ведь этот сарафан такой удобный и милый.
– Трусы с мишками тоже милые, мужчина любит глазами. Написал бы тебе твой басист, если бы ты так в бар пришла?
Да уж, хорошо, что Леры и Ирки рядом нет, не буду переодеваться, так пойду, не в ресторан же и не в театр. Блин, прыщик этот так не вовремя вылез, – рассматривала я уже свое лицо в зеркале, – ладно корректором замажу.
Я немного опоздала, как полагается настоящей женщине. Он был одет просто – джинсы и футболка. В футболке он выглядел сексуально, видно было, что занимается каким-то спортом. На плече я увидела выступающую из-под рукава татуировку.
Мы поздоровались и решили просто погулять, на улице было жарко. Я никогда не отличалась особой разговорчивостью, но тут мне приходилось болтать, чтоб не идти молча, потому что он вообще не был разговорчивым. Внешне он казался очень сдержанным, не знаю уж, что творилось у него в это время внутри. Он был из тех мужчин, которые не давали явно понять, нравишься ты ему или нет, и если нравишься, то насколько, просто это симпатия или что-то большее. Помню, у Ирки был парень, так он с первого знакомства начал признаваться в любви и обещать золотые горы. Ирка и поплыла, а на деле оказалось, что у него еще парочка таких девиц в запасе. Уж лучше пусть молчит, чем пустословит и мозги мне запудривает.
– У тебя тату? Что там нарисовано? – спросила я.
– Это скорпион, – он поднял рукав футболки и показал рисунок, – мой знак зодиака, когда-то я увлекался экстрасенсорикой и астрологией.
– Ты? – удивилась я.
Он сделал загадочный вид, а потом растянул улыбку.
– Шучу, просто хотел производить впечатление крутого парня на девчонок. Это были времена моей бурной молодости. В двадцать лет набил ее, кстати, не жалею.
– И как? Получалось производить впечатление крутого парня?
– Получалось, на тебя же произвел впечатление.
Я уже все его слова про наше прошлое воспринимала как шутку
– Ты был сердцеедом?
– Скорее обычной сволочью.
– А как ты стал в полиции работать?
– Я учился на юриста, надо было где-то начинать работать, решил в полицию пойти. С моими знаниями или менеджером или в полицию брали, меня два раза отчисляли и один раз академ брал.
– Так вот, какие сотрудники работают в полиции, – посмеялась я.
– Меня же там всему научили, я оказался способным. Знакомый работал, вот он меня туда и пристроил. Родители сказали, помогать с работой не будут, да и вообще, стали думать, что я безнадежен, рукой махнули. Мне захотелось доказать, что не совсем пропащий. Надо было жить, работать, жилье, в конце концов, снимать, чтобы было, куда девчонок водить, хотя с такой работой мне вскоре стало не до девчонок. Теперь родители могут гордиться, их сын начальник отдела, несколько сотен раскрытых преступлений.
Мы замолчали и шли какое-то время молча. Потом я рассказывала истории из своей жизни, а он только слушал и улыбался. Когда запас моего красноречия иссяк, Стас предложил где-нибудь посидеть. Мы зашли в ближайшее кафе, он заказал крепкий кофе, я чай и лимонный пирог.
Затянувшуюся паузу я прервала вопросом
– Моя подруга Ира, она работала со мной в лагере, ходила как-то к вам в вагончик с напарницей Светой, с которой ты потом задружил. Почему не с Ирой, интересно, она же красивее?
Он вздохнул, – я с ней не дружил, я с ней спал, а подруга твоя, и правда, очень красивая, но ее слишком много.
– Это правда, – засмеялась я.
– Почему тогда не со мной? – продолжила я задавать провокационные вопросы, – раз ты говоришь, мы общались.
– Ты была слишком хорошая, говорил же, еще девственница, не хотелось проблем.
– У меня что, на лбу это было написано? – возмутилась я. – И какие со мной могли быть проблемы?
Он замолчал и только улыбнулся, глядя на меня.
– Ты забавная, когда злишься, ты почти не изменилась, только не девственница.
– Да, спасибо, что напомнил.
Он продолжил, – Света была самым доступным вариантом, мне не нужны были отношения, мне нужен был секс.
– А мы все завидовали Светке, что она встречается с сыном директора лагеря.
– Мы не встречались.
Его ответы потешили мое самолюбие, значит, мы с Иркой изначально нравились ему больше, чем Светка. Помню, Ирка мне говорила, – почему Света, она же страшненькая! Она тогда еще не начала встречаться со своим бочкомоем, и это был удар по ее самолюбию, познакомились они со Стасом вместе, а выбрал он Светку.
Мы недолго посидели в кафе, ему кто-то позвонил, и он сообщил, что сегодня нужно еще заехать на работу.
– Я тебя довезу, – сказал он, и мы пошли в машину.
По дороге я пожаловалась, что после пляжа стала болеть голова и теперь, видимо, от духоты болит еще сильнее. Когда доехали до моего подъезда, он предложил сделать мне массаж головы, сказал, что владеет техниками точечного массажа, который помогает облегчить головную боль. Конечно же, я согласилась, легла к нему на колени, и он начал массировать мне голову и шею.
– У тебя мышцы зажаты, повернись ко мне спиной, расслабься, ты очень напряжена, скорее всего, твоя головная боль из-за хондроза. Справа вот чувствуешь, мышца, как струна натянута.
– Хондроз – болезнь всех офисных работников, – ответила я.
Казалось, и правда, становилось легче, еще бы не надо было завтра на работу. Мне хотелось продлить эти выходные и этот момент в машине.
– Ну, как? Проходит голова?
– Да, спасибо, уже гораздо лучше.
Мы замолчали, я ждала, что может, он захочет меня поцеловать, но нет. Потом я сказала, что пора идти, попрощалась и вышла из машины.
Был уже четверг, а Стас не писал и не звонил, зато писал Денис. Ему то, что от меня нужно? Оказалось, он и Вике писал, но она с ним не очень-то хотела общаться. Я позвонила вечером Ленке, чтоб пожаловаться на свою нелегкую судьбу, Ленка ответила, что все мужики козлы и предложила напиться в субботу у нее на даче.
– Ты же не пьешь? – удивилась я.
– Бокал вина можно, – ответила Ленка.
– Это получается, что напьюсь только я, – засмеялась я.
– Давай девчонок позовем тогда, как раньше, я давно предлагала, вот и повод нашелся.
– Какой? Все мужики козлы? – еще больше засмеялась я.
– А, правда, Вер, так захотелось собраться. Давайте устроим пати?
Пати с детьми не такая уж и пати, – подумала я, но предложение поддержала. Было решено, сегодня же оповестить всех о Ленкиных планах, собраться у нее на даче в субботу.
Потом Ленка долго и воодушевленно мне рассказывала про обучение в сетевом и предлагала мне тоже подписаться, но я вежливо отказалась.
После разговора с Ленкой я написала Лере, она ответила, что еще с прошлого раза не отошла и пока не готова снова ехать к Ленке на дачу. Потом мы целый час переписывались на тему, кто, что наденет завтра в бар, фотались у зеркала в разных нарядах и высылали друг другу, как будто собирались на свадьбу, не меньше. Я решила не писать басисту, что мы придем, пусть для него это будет сюрпризом.
В пятницу на работу мне пришлось идти сразу нарядной, чтобы не терять время после на сборы. Я надела темно синее платье с кружевной спиной, серебряные босоножки, красивые серьги и браслет. Мой внешний вид был оценен, девочки с работы сразу стали интересоваться, куда это я собралась, а когда я переходила дорогу, машина посигналила мне, и оттуда заорал какой-то мужик, – ты девушка моей мечты! Не самый лучший комплимент, но мне было приятно, смешно, но приятно. Потом мужчина с работы, которому шестьдесят пять лет заявил, что если бы встретил меня пятнадцать лет назад, то у нас бы что-нибудь с ним получилось. Ха, был бы он моложе на пятнадцать лет, так и я была бы моложе на пятнадцать лет, и он мне все равно не нужен бы был.
Вечером я зашла за Лерой. Лера встретила меня, как всегда, в одном нижнем белье, без намека на сборы.
– Привет, заходи, котлетки будешь?
Лера еще постоянно что-нибудь ела, и не выходила из дома, не поев, а в сумочке у нее всё время был заныкан какой-нибудь пирожок или шоколадка. Но это был тот случай, когда количество употребляемой пищи никак не отражалось на фигуре.
– Нет, спасибо, – ответила я.
– А я, пожалуй, поем, – сказала Лера и стала разогревать котлеты, а к ним еще картошку, огурец, бутерброд и кефир. Лера не могла жить без кефира и пила его даже с огурцами. А еще она постоянно вводила моду на какую-нибудь еду и алкоголь среди своих друзей. Одно время с подачи Леры все друзья пили портвейн, а в другой раз глинтвейн с грейпфрутовым соком, приобщались к поеданию специального сыра и мармелада, лимона с кофе, мяты с имбирем и вяленых груш.
– Нам собираться надо, скоро выходить, я стол на восемь заказала, – заныла я.
– Ладно, успеем, дай поесть, голову мыть не буду, так что быстро соберусь. Чай хотя бы будешь?
– Чай давай.
Лера налила мне большой стакан чая с чебрецом.
– Как твой Стас?
– Никак, пропал. А твой мальчик?
– Переписываемся. Прикинь, переписывалась с одним иностранцем, он швед, мы несколько месяцев переписываемся, так, ничего особенного, а вчера высылает мне фотку из ванны, а он там голый, прикинь, ничего даже не предвещало, я как увидела, сразу его в черный список, везде поудаляла, сон как рукой сняло, до пяти утра фильмы смотрела.
– Какой кошмар! Как ты с этим теперь жить будешь?
– Да, капец, не знаю.
– Вике тоже один такой присылал.
– Я вот не понимаю, что он этим хотел сказать или показать?
– Может, думал, ты оценишь, может он себя неотразимым считает.
– Извините, я морально не готова лицезреть такие фотки.
Лера умяла котлету с картошкой, и мы пошли собираться в комнату.
– Что ты делать собираешься? – с тревогой спросила я, увидев у Леры в руках жидкость для снятия лака.
– Показывала тебе вчера платье, в котором идти собиралась, вот к нему мой лак не подходит, надо перекрасить. Лера выбрала черное платье в мелкий зеленый горох, а лак был фиолетовый.
– Вот, черт! – подумала я, – так к восьми мы точно не успеем.
Лера начала перекрашивать ногти, потом она стала расчесываться и поняла, что волосы недостаточно чистые и объемные.
– Блин, волосы пойду помою.
– Лера! – взмолилась я, – время половина восьмого!
– Ладно ты, я быстро, позвони, скажи, что мы позже будем, чтоб стол не отменяли.
Я позвонила в бар, Лера вылезла из ванны с зубной щеткой в зубах, села за компьютер и начала отвечать на сообщения, потом ей позвонила подруга, они начали разговаривать, потом она стала сушить волосы и их укладывать, потом рисовать брови, потом выбирать нижнее белье. Я уже нервничала, она это видела, и вроде бы спешила, но все равно, это было очень долго. Время было половина девятого. Лера наконец-то надела платье и была почти готова, оставалось надушиться, надеть украшения, туфли и собрать сумочку. Мы заказали такси, и таксист уже успел позвонить, сердито спросив, – вы будете выходить?
– Будем, будем.
И Лера быстрее заметалась по квартире.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.