Речь здесь пойдёт даже не столько о камнях, сколько о мифологическом мышлении вообще и о его проявлении в некоторых легендарных бродячих сюжетах, которые частенько тесно связаны с культовыми камнями. Дополнительным поводом обратить на них внимание стали их широкое распространение и большая популярность.
Даже если в каком-то конкретном местном варианте этих рассказов культовый камень непосредственно не участвует, он вполне может незримо присутствовать, подразумеваться, а в физическом пространстве существовать где-то по соседству и являться частью сакрального комплекса в целом.
Когда мы будем подробно обсуждать то, что рассказывают о камне и святилище на берегах Плещеева озера, мы увидим сходную картину.
Чем больше знакомишься с архаичными и современными верованиями и легендарными рассказами, тем больше удивляешься, сколь великую силу представляет собою миф.
«Большое число мифологических мотивов повторяется в архаическом фольклоре различных стран. Это – архетипические мотивы. Но мифологическая мысль оперирует также элементами другого сорта – семантическими оппозициями: высокий – низкий, левый – правый, близкий – далекий, внутренний – внешний, теплый – холодный, сухой – влажный, светлый – темный и т. д. – и специально оппозициями, которые соответствуют простейшим пространственно-временным отношениям: небо – земля, земля – подземный мир, север – юг, запад – восток, день – ночь, зима – лето, солнце – луна; в мире социальном: свой – чужой, мужской – женский, старший – младший, низший – высший, или на границе природы и культуры, например: вода – огонь, солнце – огонь очага, вареный – сырой, дом – лес, селение – пустыня и т. д., или, наконец, чтобы обозначить фундаментальные антиномии: жизнь – смерть, счастье – несчастье; и главная мифологическая оппозиция: сакральный – профанный.
Мысль, действующая в рамках мифа, устанавливает известный параллелизм между различными рядами семантических оппозиций. Например, простейшее противопоставление высокого и низкого охватывает контрасты неба и земли, земли и подземного мира, частей тела, расположенных выше и ниже, уровней высокий – низкий в социальной иерархии. При этом высокий часто сакрализуется. Классификационный эффект бинарной логики увеличивается благодаря дифференциации уровней и кодов. Имеется тенденция отмечать один полюс оппозиции позитивно, а другой – негативно. Высокий, прямой, мужской, старший, близкий, свой, ясный, сухой, видимый, день, белый, красный, весна, небо (в отличие от земли), земля (в отличие от подземного мира), дом, юг (против севера), солнце – отмечены чаще всего (но не всегда) позитивно; низкий, левый, женский, младший, дальний, чужой, мрачный, влажный, невидимый, черный, ночь, земля (в отличие от неба), подземный мир (в отличие от земли), вода (в отличие от огня), лес, север, луна – обычно отмечаются (но не всегда) негативно»11.
Любой мало-мальски думающий человек может попробовать приложить эти мерки, с которыми подходит к окружающему миру мифологическое сознание, к повседневности. Интересный результат гарантирован почти всегда, вопрос лишь в одном: насколько обусловленный таким взглядом на мир подход будет преобладать над рациональным в каждом случае его проявления?
Кажется, первый, эмоциональный порыв оказывается в значительной степени «мифологически предопределённым», а вот что дальше – сильно зависит от определённого человека. Сможет ли он поставить под контроль бессознательно-эмоциональный порыв, научится ли им управлять или окажется обречён следовать ему?
Если применительно к прошлому идёт полемика о том, когда именно наряду с мифологическим мышлением стало действовать мышление повседневное, то применительно к современности этот вопрос инвертируется и обсуждается, какая доля реликтов мифологического мышления присутствует в нашей повседневности и в какой мере обуславливает наши действия и оценки.
«С развитием сознания появляется необходимость структурировать представления о мире. Для систематизации картины мира первобытное сознание пользуется принципом бинарных оппозиций, при котором все предметы и явления мира противопоставляются попарно: белое – черное, свет – тьма, мужчина – женщина, солнце – луна и т. п. В более развитой картине мира в качестве осеобразующей бинарной оппозиции выступает пара состояния – Хаоса и Космоса, оценки – Света и Тьмы как метафор Добра и Зла, отношения – Свое и Чужое, Мы и Они, происхождения – Демиурга-Творца и Матери-Природы. Принцип бинарной оппозиции является базовым условием для формирования картины мира независимо от временных или географических условий формирования сознания»12.
Исследователям традиционных культур и специалистам в области этнографии, мифологии и религиоведения действительно хорошо известно такое явление, как бинарные оппозиции. «Мифическое мышление развивается из осознания некоторых противоположностей и стремится к их последующему преодолению, медиации», – писал ещё Клод Леви-Стросс. Так вот, любой мало-мальски знакомый с мифологией и религиоведением человек согласится, что изложенные в приведённой цитате тезисы, казалось бы, относятся к разряду самоочевидных. Однако теория теорией, а в жизни, точнее, в живом фольклоре проявляться и видоизменяться они могут совершенно неожиданным образом.
Давайте обратимся к одной истории, получившей в Интернете, ну, очень широкое распространение. Здесь и далее нам придётся прибегать к обильному цитированию, но это лучше, чем пытаться передать своими словами, если можно так выразиться, первоисточники.
Вспомним леденящую душу быличку об обнаружении захоронений французов времён Отечественной войны 1812 года, якобы сделанных в Ново-Переделкине под Москвой. Она, наверное, известна многим читателям, не чуждым разных тайн и загадок.
«Знаменитая 18-часовая кровопролитная битва под Малоярославцем, в результате которой французская армия была вынуждена отступить и возвращаться назад прежним путем…» (попутно хороня тысячи павших в окрестностях подмосковного Переделкина).
Над этим повествованием-ужастиком неведомого автора мы смеялись ещё лет десять – пятнадцать назад. Так всё со временем и забылось бы, когда бы весною 2009 года не случилось как-то проходить мимо лотка с книжками – знаете, «всё по 10 рублей».
Изредка на таких лотках попадаются интересные вещи. И тут – на тебе! – на обложке надпись: «Поиск места Силы». Тема близкая, десятку не жалко. Покупаю, в метро открываю… По содержанию – типичный New Age, смесь психологии, оккультизма, мистики с налётом биоэнергетики и чего-то ещё. Но это ладно, книжки всякие нужны, любопытные психологические находки в таких порою попадаются. И вдруг – упс!
«Я начну свой рассказ с не самого известного, но зато довольно близкого к нашей столице места, где мне довелось побывать лично.
От Москвы до него, что называется, – “рукой подать”, – хорошо многим известная людям станция Переделкино по Киевской железной дороге.
Среди местных старожилов это место называется просто и лаконично – Курганы, хотя почему его так назвали, сейчас вряд ли знают даже местные жители. Здесь, за 2000 верст от Парижа, много лет назад, в далеком 1812 году, были захоронены несколько тысяч французов – из тех, что бежали из Москвы обратно в далекую спасительную Францию. Делалось это в спешке, русская армия была уже близко, поэтому французам было уже не до индивидуальных могил и гробов, и они хоронили всех в общих могилах, заворачивая тела умерших в попоны. Простых солдат закапывали в солдатских могилах, а офицеров – в одной большой, офицерской.
Даже среди местных жителей далеко не все знают, где находится это место: в лучшем случае могут показать примерное направление. Да и на карте Курганы никак не помечены, будто и нет их вовсе. Но они есть, и в конце концов где-то через два часа блужданий по не столь уж дремучему лесу наша небольшая группа исследователей вышла к границам аномальной зоны “Париж”, к стене мертвого сухого хвойного леса – такой лес сам по себе является признаком аномальной зоны. Собственно, сами Курганы расположены точно в центре этого странного лесного массива.
Как потом выяснилось, мы несколько отклонились от прямого пути, поэтому нам пришлось затратить немного больше усилий на прокладывание себе дороги среди стоящих частоколом практически вплотную друг к другу мертвых деревьев. Земля была густо усыпана слоем сухих еловых и сосновых иголок. При более детальном знакомстве с местностью, когда наносили ее на карту, оказалось, что участок мертвого леса имеет форму капли, удлиненной к северу. Там этот участок вытянулся примерно на 150–200 метров. В центре его находится большая, заросшая высокой травой прогалина с шестью курганами. Пять курганов были не очень большие, вероятно, солдатские, и один – центральный – повыше, примерно 5–6 метров в высоту, вероятно, офицерский. Можно предположить, что изначально все курганы были более высокие, но со временем просели.
Это место оставляет гнетущее впечатление. Пожалуй, даже “гнетущее” – это еще слабо сказано. Мне приходилось бывать в разных, иногда не слишком приятных местах, но с таким я столкнулся впервые. Не то что ночью, там даже днем было страшно находиться. Постоянно хотелось бросить все и уйти оттуда как можно быстрее. Земля не была совсем уж мертвой: даже наоборот, там росла высокая сочная трава, яркого, как в мультфильмах, зеленого цвета и высотой чуть не в человеческий рост. Но никаких цветов и кустов на прогалине в центре поляны не было: только эта буйная высокая трава, от которой словно бы исходило какое-то тяжелое чувство. И в мертвом лесу, который стоял вокруг нас стеной, не было никаких тропинок или лощин, а также никаких птиц, насекомых и прочей живности. Кругом была, как говорится, гробовая тишина, нарушаемая только порывами ветра, волнами колышущего высокую траву на могильных насыпях.
Самое жуткое, что, оказавшись там, люди почувствовали какую-то странную отгороженность от всего остального мира, будто оказались в иной реальности, похожей на нашу и в то же время до жути чужой. У членов экспедиции начались проблемы с часами: уже через полчаса пребывания на поляне механические часы у всех стали показывать разное время, а в электронных сели батарейки.
Теперь о том, чем отличалось это место от других, ему подобных. Там были движущиеся тени: ощущение такое, будто бы что-то проносится по воздуху, и буквально на мгновение свет немного меркнет, а потом снова вспыхивает. Несколько раз можно было видеть, как “это” скользит по траве, как бы возникая ниоткуда и исчезая неведомо куда. Добавьте к этому еще и странные тени, которые “стоят” на месте: тень есть, а от чего она, непонятно. Просто слабо затемненный участок на траве, как если бы там стояло что-то (или кто-то?), что могло бы отбрасывать эту тень. А тени от людей и различных предметов ложатся там в совершенно произвольных направлениях, независимо от солнца.
А еще там было странное ощущение чьего-то практически осязаемого присутствия. Многие из вас, вероятно, испытывали подобное когда-то в своей жизни – это такое чувство, как будто кто-то смотрит на вас в упор. Причем кто-то большой и не то чтобы даже враждебный, но просто… опасный в своей невидимости. У нас же ощущение было такое, будто бы тот, кто на нас смотрит, находится повсюду – и в темном мертвом лесу, и в курганах, и в траве. Мы постоянно чувствовали, что рядом кто-то есть, и иногда это чувство было настолько сильным, что у людей мурашки бегали по спине.
И самое главное. В это невозможно поверить, но тела похороненных там французов в могилах не разложились!
У подножия курганов было несколько очень старых раскопов и траншей: там, видимо, копались какие-то “черные археологи”. Наши исследователи тоже решили покопаться в земле и стали работать лопатой в одной из полузасыпанных ям. Они углубились в землю метра на полтора, и первым, на что наткнулись их лопаты, оказалась практически не тронутая тлением ткань, в которую было завернуто тело. На то, что ткань долгое время пролежала в земле, указывали только несколько пожухшие и выцветшие краски.
После некоторого замешательства исследователи распороли мешок. Находящийся в нем человек выглядел так, словно его похоронили вчера, и единственными признаками, указывающими на время его смерти, были пергаментно-коричневый цвет кожи и несколько высохшие пальцы сложенных на груди рук.
Это был офицер-пехотинец. Сохранность его тела была изумительной: даже кожа, несмотря на свою окраску и возраст, осталась эластичной. Иными словами, на теле не было ни малейших признаков разложения. Этот человек, вероятно, был ранен в грудь, после чего и скончался. Раздевать труп, чтобы выяснить это доподлинно, мы, естественно, не стали. Вся его одежда, кстати, тоже сохранилась очень хорошо. Правда, на нем почему-то не было сапог.
Ногти на руках и ногах умершего были невероятно длинными, сантиметров по 15–20, желтого цвета, скрюченные и перевитые так, что расцепить его руки было невозможно. Ткань мундира выглядела вполне прочной, хотя и сильно выцвела. Человек был, что называется, при полном параде – на груди у него мы увидели несколько орденов, две или три медали и какие-то отличительные знаки… Смерть его казалась совсем недавней, и сам он никак не воспринимался каким-то археологическим объектом.
Когда оцепенение при виде этой находки прошло, мы продолжили раскопки и нашли еще четыре тела, сохранившиеся так же хорошо. Похоже, это был центральный офицерский курган, потому что ни одного простого солдата среди откопанных нам не попалось. Кое-что из найденного мы взяли себе на память: в основном ордена и медали. Врачу группы особенно повезло – в руках одного из убитых он нашел маленький томик Священного Писания в серебряном окладе с инкрустацией. Это был весьма дородный при жизни седой старик, а на пальцах у него было несколько перстней и колец – вероятно, нам попалась могила представителя какого-то знатного рода.
На этом, собственно, мы свои раскопки и закончили: руки были разбиты в кровь, да и устали мы очень сильно, все-таки столько земли перелопатили, да и время уже клонилось к сумеркам. Тела мы завернули обратно в мешки и засыпали землей – это было проще, чем раскапывать. Однако самый главный вопрос: почему тела так хорошо сохранились? – так и остался нерешенным. Вероятно, это следует отнести к свойствам данного места: других объяснений никому из нас в голову не пришло. И это еще не все странности, которые нам удалось там обнаружить. Деревья, окружающие ту поляну, судя по всему, умирали примерно в одном возрасте – в 35–40 лет, как будто отравленные энергией смерти. И происходило это на протяжении почти двух веков после той битвы, где полегли эти солдаты. А ведь именно столько лет (приблизительно) было тем, кто лежал в глубине могильных курганов…»
А вот теперь о том, почему же понадобилась столь большая цитата. Конечно же, чтобы её разобрать по косточкам. Делать можно двумя путями: пошагово, по всему тексту и по ключевым моментам. Первый способ займёт, ну, очень много места. Пойдём более простым путём.
Автор «бестселлера», изданного в 2006 году, весьма популярный благодаря множеству книг по саморазвитию Юрий Земун, почти слово в слово приводит текст, гуляющий в Интернете около десятка лет, – но уже от первого лица, от своего имени (ибо ни кавычек, ни ссылок нигде нет). Полностью книга называется «Собирающий молнии. Поиск места Силы» (СПб.: Афина, 2006). Всё тот же услужливый и всезнающий Интернет подсказывает: автор живёт в самом сердце России, в городе Волгодонске Ростовской области. Оттуда – в подмосковную «аномальную зону “Париж”». О как! Не семь, а семьдесят семь вёрст не крюк… бывает…
Однако процитированная книга вышла в 2006 году, а кошмарно-курганная история к тому времени гуляла по Сети уже несколько лет. Она появилась ещё в начале двухтысячных годов в так называемой «Фидонет» (Fido Net) – всемирной любительской некоммерческой компьютерной сети. По сведениям компьютерщиков, узел «Фидо», с которого уходило первое сообщение, – 52-й московский, «BBS Станция Мистер Постман».
Как же могло случиться, что сочинитель «аномалистического триллера» и некто, написавший случайно купленную брошюру, вдруг оказались одним и тем же лицом?
Поскольку интернет-версию данной истории заинтересовавшийся читатель отыщет без проблем, выше было приведено её книжное, «олитературенное» изложение без купюр.
Хотя речь идёт не о священных камнях, текст достоин разбора, поскольку стал своего рода маркёром, знаковым для определённого времени, и содержит ценные для нашей основной темы детали.
Оставим «нетленные» тела (вы, конечно, можете в них верить, но, надеюсь, что обошлось). Начнём с вещей более прозаических и серьёзных.
Если задуматься, то уместной покажется следующая логическая цепочка. Допустим, мы зря сомневаемся в достоверности чудесного и пугающего приключения. Оно было, если не вполне так, как описано, то не страшно. Главное – было. Но несложно вспомнить: действующее законодательство Российской Федерации предусматривает ответственность за проведение незаконных раскопок. Иначе говоря, человек, который издал этот текст за своим авторством, кем бы он ни был «в жизни», по сути, признался в соучастии в совершении крайне сомнительного с точки зрения закона и совести деяния: незаконные раскопки и разграбление объектов историко-культурного наследия. Если же он этого не делал, а опубликовал за своей фамилией чужой рассказ, то перед нами (давайте уж назовём своим именем) – обычный плагиат…
Или всё же некто Юрий Земун и есть автор, который всё выдумал, выложил когда-то в мировое информационное пространство не самую удачную фантастику и много лет дурачил доверчивых «эзотериков-сталкеров-аномальщиков»?.. Тогда горе тем, кто ему поверил и с пеной у рта обсуждал и обсуждает сию историю. Грустно. Однако смеяться совсем не хочется.
Та же леденящая душу история, но в своей ранней оригинальной версии, неоднократно появлялась и в книгах В. А. Черноброва, который, надо отдать ему должное, постоянно и неоднократно полностью развенчивал инфернальную курганную жуть. В основе разоблачения – результаты проверки «страшилки» некоей «командой Икс» из «Космопоиска» на месте. Жаль только, мало кто в наше время обращает внимание на аргументы «против»…
Самое интересное в этой истории, что тратить силы и время на пусть недальнюю, пусть совсем близко от Москвы, экспедицию, по совести говоря, не было особой нужды. Почему?
И вот настаёт пора вспомнить про фольклор и, соответственно, про миф.
Ещё на заре становления современного исследования аномальных явлений было замечено, что в народных преданиях можно отыскать множество интересной информации. Их старательно ищут, чаще всего пытаясь «инженерными пассатижами» вскрыть тонкую бумажную дверцу. А что? Вполне можно постараться и увидеть во всех Змеях Горынычах из русских сказок бронированные самоходные установки залпового огня. И броня есть, и огнём плюётся, и голов много… Даже дожившие (теоретически кое-кто так считает, да) до появления людей динозавры и то менее экзотичными представляются.
Это очень романтичный подход, только он по большей части совершенно ненаучен и вызывает естественный смех в среде историков, археологов и религиоведов. Среди множества профессиональных навыков и общей эрудиции любителям аномального неплохо бы владеть азами этнографии и краеведения. А лучше не азами, конечно. Профессионализм ценится в любой области.
Так вот, если бы аномальщики были компетентными и искушёнными в конкретной сфере знаний да даже просто догадались бы обратиться к тем, кто худо-бедно в данной области искушён, то они отреагировали бы на рассказы об «ужасной аномальной зоне» очень просто и практически мгновенно. Но обычно аномалистическими исследованиями занимаются люди с техническим образованием, и они считают, что ли, зазорным обращаться к гуманитариям. Куда, дескать, тем… А зря, потому что ответ для тех, кто, как говорится, в теме, лежит на поверхности. И он очень забавный!
«Французскими могилами» к западу от Москвы и вплоть до самой Польши называют… древнерусские курганные могильники. В Белоруссии встречаются также названия «шведские» и «татарские могилы», зафиксированы даже «еврейские» и «японские».
У нас этот вопрос в науке, кажется, почти не обсуждался (может быть, именно потому, что кому надо, тот и так в курсе), а вот белорусские авторы рассмотрели его вполне подробно:
Многострадальные курганы в Переделкине. Перекрученные деревья, нетленные тела французов… и прочие атрибуты третьесортного фильма ужасов. Видите их на фото? То-то же…
«Наиболее распространены те сюжеты и названия, которые отсылают к войне 1812 года с французами и к Северной войне со шведами. Например, в деревне Пилаты Шарковщинского района считают, что местное городище насыпали во времена войны с французами. А около деревни Восковщина в Мёрском районе есть гора Французов Костёл, там был костёл, который провалился под землю. Гору у деревни Залесье Глыбоцкого района, как утверждают, также насыпали французы. Особенно часто с французами связывают курганы: Французские Могилки, Французские Волотовки, Французский Склад и т. д. У деревни Чарницы же на Лепельщине есть каменный Голодный Могильник, и местные жители убеждены, что там похоронены две роты французских солдат.
В преданиях про старые дороги говорится, что их “строили французы”, а около гати они могли закопать золото, военную добычу, награбленную в кремлёвской сокровищнице. Есть предания, будто бы их клады спрятаны около культовых камней, каменных крестов (выделено нами. – С.Е.). Старую сосну на кургане в поле около деревни Узречье на Глыбоччине зовут Французской и верят, что под ней спрятаны сокровища. У деревни Ивашковичи Петрыковского района про урочище Вячора бытует предание, будто в 1812 году здесь как раз во время ужина разбили французов»13.
Как видите, микротопоним отнюдь не уникален. Напрашивается вывод: неизвестный автор в надежде произвести впечатление на читателей либо нафантазировал, либо пересказал чью-то байку, опираясь на фольклор. Но слух о «французских могилах» в лучшем случае свидетельствует о наличии в этом уголке Подмосковья, скорее, археологического памятника эпохи Средних веков. Заглянем в соответствующие архивы. Действительно, «Археологическая карта России» для этого района Московской области подтверждает существование в указанном месте памятника историко-культурного наследия – курганного могильника домонгольского времени.
Как видите, этого более чем достаточно, чтобы сразу, «на кончике пера», определить, насколько рассказанная (или присвоенная) Ю. Земуном история – «пурга». Вымысел.
Однако любители острых ощущений нередко сначала делают, а потому уже думают. Приняв эту рассказку, изложенную якобы участником событий, всё самолично видевшим, а потому тем более убедительную для не слишком искушённого в истории и краеведении читателя, за чистую монету, в те края двинулась не только «команда Икс», но и ломанулась волна любителей острых ощущений и «чёрных копателей». В итоге действительно имевшийся в Переделкине древнерусский курганный могильник сильно повреждён, вернее, почти разрушен и разграблен. А ведь он был лишь частично (последние исследования проводились в 1988 году) изучен археологами. И, конечно же, никаких нетленных тел французов там не было. Никогда не было!
Только после проверки имело смысл задуматься о том, в самом ли деле является признаком аномальной зоны «мертвый сухой хвойный лес» и как могли в наших грунтах сохраниться не то что тела, а ткани, бумага и всякое другое интересное…
Очень насмешила ещё одна авторская или редакторская поправка первоначального текста: «Это был офицер-пехотинец». В первоначальном сетевом варианте, из которого, видимо, он и был заимствован, написано так: «Это был IMHO14, я не очень разбираюсь в военных мундирах, офицер-пехотинец». Тут наш неведомый фантаст приличия ради ещё сомневается. А видный эзотерик Зимун по совместительству, видимо, военный историк, специализирующийся на Отечественной войне 1812 года.
Разбирать прочие несуразицы в большой цитате выше можно долго, да жалко тратить время и силы. Думаем, вы и сами справитесь при желании.
История про «французов» в древнерусских курганах вспомнилась по двум причинам. Во-первых, благодаря информации, найденной в фундаментальном труде белорусских историков, где, как вы видели, прослежена и связь образа с культовыми камнями, а во-вторых, благодаря знакомству с ещё одним, гм, бестселлером, в котором честь исследования этой суперполяны приписали нам. Да-да, а вы как думали!
Конечно, нет ничего любопытнее, нежели читать про самих себя. Или про коллег, с которыми за годы становишься одной командой. Пишут про работы членов ассоциации (и наши в том числе) по-разному. Среди многочисленных авторов книг «про загадки земли и небес» есть те, кто по явной душевной простоте заимствует целые фрагменты наших работ, не упоминая авторов. Есть те, кто называет себя экспертами ассоциации, никогда таковыми не будучи. Есть такие, кто предпочитает вообще не упоминать про нашу ассоциацию «Экологию непознанного», но придумывать в своих произведениях некие «группы» (уфологические, скажем), которыми руководят и в которых состоят члены ассоциации… Всё это было бы смешно, когда бы не было грустно и не порождало, следуя известному «принципу снежного кома», всплесков новых и новых волн фантазии. Читаешь – и эти волны накатывают и накрывают с головой. Окатило – и стой, думай: то ли тебе помочь-умыть хотели, то ли… м-да…
Цитирую: «…специалисты из Ассоциации “Экология непознанного” выяснили, что поляна движется, вращаясь вокруг своей оси против часовой стрелки, смещаясь за 15–20 лет на 8—16 м. При этом деревья, попавшие в эту зону, умирают. Когда же зона смещается, растительность в этом месте постепенно восстанавливается. Лишь полоса мертвого леса шириной около 40 м остается постоянной. Это показал анализ роста деревьев».
Имена оных «специалистов» предусмотрительно не названы. Почему бы, интересно? Ведь исследованиями «аномальных» зон в рамках ассоциации «Экология непознанного», кроме очень небольшого числа, никто и не занимался. Пятый год прошёл после прочтения этого абзаца. Вот уже пять лет, как мы всё пытаемся представить себе эту дивную поляну, что всё вращается и вращается вокруг своей оси…
А может быть, это – совсем другая поляна и другая «Экология непознанного»? Из, допустим, параллельного мира. Или перпендикулярного. Или… Мало ли что у них там, за порталом-то, случается?
Исследователь предполагает, аномальное располагает… А некто излагает… или, простите, фантазирует, маскируя свои фантазии под истину именем нашей организации. Эта информация, как мы выяснили, всё в том же 2006 году была напечатана в вышедшей в Ростове-на-Дону книге Ю. П. Супруненко и И. А. Шлионской «Гиблые места и “мертвые” зоны», опубликованной издательством «Феникс» в серии «X-файлы» тиражом ни много, ни мало семь тысяч экземпляров. Сколько людей читают одну напечатанную книгу, помните? Сколько людей покрутят пальцем у виска, поскольку наши усилия подходить к изучению «странного и необычного» более-менее научно в итоге оказались скомпрометированы? Минимум полтора-два десятка тысяч обманутых или намеренно введённых в заблуждение. Не считая многочисленных потребителей продукта в электронном виде.
Но о чём же речь на самом деле? Да всё очень просто. Если отодвинуть в сторону сарказм и вообще всё, что не нужно сейчас для обсуждения основной темы, как можно объяснить, что местные жители на немаленьком пространстве Московской области – преимущественно западной её части – совершенно искренне убеждены именно в том, что речь идёт о «французских могилах». Варианты появляются только ближе к Европе.
Ответ можно отыскать, обратившись к хитросплетениям мифологического мышления, к бинарным оппозициям, а именно к одной из самых архаичных пар: свой – чужой. На ранних этапах развития цивилизации, как можно установить, под «своими» подразумеваются только люди, связанные родственными узами, члены одной родовой общины, которая и представляет собою племя или прообраз будущего народа.
За пределами освоенной территории, как явствует из анализа мифологических представлений (разных, заметьте, народов), находится противопоставляемый освоенному, упорядоченному по образцу небесных (божественных) прототипов пространству Хаос. С точки зрения членов такой достаточно изолированной общины, крайне сомнительно, что те, кто приходит из него, такие же люди. Чтобы их признали людьми, они должны продемонстрировать знание целого ряда культурных кодов, от моделей поведения до владения «нашей», «человеческой» речью. До этого момента они «не свои», «чужие» и, не исключено, действительно только похожи на людей. Люди же в собственном смысле слова – это «мы», живущие именно здесь. «Мы» напрямую происходим от божественных предков, а от кого «они» – ещё вопрос. Здесь, кстати, кроются истоки разного рода традиций приёма гостей. Например, «не-человек» не может есть «правильную», «людскую» еду, потому гостя надо накормить и посмотреть, как он будет это делать, какие правила соблюдать.
Со временем, по мере расселения на больших территориях, понятие «свои» расширяется, но критерии их определения остаются практически неизменными, разве что забывается истинная причина появления.
В действительности «французские» и прочие могилы – обычные древнерусские захоронения
«Французскими» в России и в Белоруссии чаще всего называют именно древнерусские захоронения. Эти захоронения совершали преимущественно по дохристианским обычаям, что после крещения уже спустя несколько столетий могло дать основания считать их «не своими», ведь представления о посмертном бытии и порядке погребения у православных христиан и язычников совершенно разные. При случайном (или не случайном, что тоже не редкость) вскрытии захоронений в них находили предметы, которые явно не использовали в повседневном быту, – языческие украшения-амулеты, другие изделия. Иными словами, в этих могилах лежали «чужие». Воспринимать их как «своих» было уже очень трудно.
Погребение по христианскому обряду окончательно закрепляется на землях нынешней Московской области в XIV веке, то есть тогда, когда эти края постепенно начинают восстанавливаться после ордынского нашествия, а само население значительно обновляется: жизнь под рукой великого московского князя была спокойнее.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.