– Кого ждешь? – спросила Инна мужа, сидящего на белом стуле в полностью белом помещении. Только его одежда диссонировала с цветовой гаммой, ярко выделяясь. Он был в коричневом летнем костюме, в котором летел из Турции.
– Сказали пройти в кабинет, там выдут направление, куда мне дальше идти. А ты зачем здесь?
– Хотела быть с тобой, – посмотрела женщина спокойно на любимого. – Плакала, рыдала, и оказалась тут. Странно, чего так себя изводить?
– Там Лена тоже рыдала. Не надо, – с умиротворением произнес Игорь. – Саша, молодец. Сильный парень растет.
– Вам здесь не место, – неожиданно предстал перед Инной человек весь в белом с беспристрастным лицом. – Время не пришло.
Он взял в руки флакон и брызнул на нее какой–то жидкостью. Она невольно зажмурилась, но капли попали в нос, задерживая ее дыхание, и она чихнула.
Приезд Наталья Сергеевны был детям, как проявление цунами. Поздоровавшись быстро со всеми, спросила:
– А что «Скорая» еще не приехала?
– Я не стал вызывать. Инна сейчас заснула, мама, – ответил Егор. – Ей реально надо просто отдохнуть.
– Покажите, где она? – попросила детей.
Вид женщины с безмятежным лицом ее заинтриговал. Склонилась над ней.
– Выражение, будто напилась транквилизаторов, – проанализировала.
– Чего? – полюбопытствовала Лена.
– Ну, типа, успокоительных. Она пила что-нибудь такое?
– Нет, – включился в разговор Егор.
– Может, вы не заметили, и она это сделала, когда ее оставили одну. Есть такие препараты у нее?
Серова, не спрашивая разрешения, выдвинула верхний ящик прикроватной тумбочки, в ней лежали только крема. В нижнем – женское белье.
– Ладно, давайте будем приводить ее в чувство. Есть у вас разбрызгиватель воды?
– Для цветов, – бодро проговорила девочка. Уверенность Натальи Сергеевны вселяла в нее надежду, что маму вернут в прежнее состояние.
Захватывая ртом воздух, Лебедева открыла глаза, и увидела, что находится на своей кровати. Возле нее стояла женщина, в которой она вдруг признала маму Егора, явившуюся ей вчера в видениях. Та держала в руках кувшин для цветов с пульверизатором и выжидающе смотрела на нее.
– О, слава Богу, – произнесла. – Как Вы себя чувствуете? – заботливо поинтересовалась.
– Было лучше, пока не увидела Вас, – ответила Инна, вспоминая, что снова оставила мужа. Ей так было хорошо с ним. Вот что за люди, вечно вмешиваются не в свои дела?
– А где это было? – присаживаясь на рядом стоящий стул, задала вопрос Наталья Сергеевна.
– Там, – слезы начали капать из ее глаз, – там…
Серова положила на ее руку свою ладонь, похлопала сочувствующе, и обратилась к детям, не только к Лебедевым, но и к своему сыну.
– Так. Принесите поесть, и идите к себе. Отдыхайте. – Как только они вышли, продолжила разговор, – а где там?
– Не знаю. Но там было все белое.
– Да-а-а-а? – протянула с огромным интересом Серова. – А еще что?
– Я там почему-то не плакала, – всхлипнула она. – Видела Игоря, и не обняла, я так жалею сейчас. Я сказала бы ему, что очень люблю его. Но почему я этого не сделала? – заплакала она навзрыд.
– И все? – не унималась от расспросов Наталья Сергеевна. Она впервые столкнулась с тем, кто уходил в такие миры без комы.
– Вы мама Егора? – резко прекратив рыдание, спросили ее.
– Да. Откуда знаете?
– Я Вас видела в аэропорту. Вы не переживайте, лекарства Вам завезут, – вырвалось у Лебедевой.
– Что? Какие лекарства? – удивлялась Наталья Сергеевна все больше и больше. Они уже знакомы? А проблема с поставкой ее беспокоила, но не настолько, чтобы на лице было написано.
– Газель стоит в горах, – смотря на нее, не отрывая взгляда, проговорила Инна.
Серова замерла в шоке. Отмерла.
– А почему?
– Там вроде, как ДТП случилось, и остановили движение с двух сторон. Только не спрашивайте, откуда я это знаю. Можно воды?
В этот момент в комнату вошли дети. Саша с едой дымящейся на тарелке, а Лена с бокалом и вилкой.
Инна залпом осушила чай, попросила принести еще, и, схватив, вилку принялась, есть гречневую кашу с котлетой.
Серова наблюдала за действиями молодой женщиной, рассматривая ее поведение с точки зрения астрологии. А больше всего интересовало, то, что она смогла себя довести до состояния транса.
Лебедева все доела, и задумалась.
– Что-то мне этого маловато, – сказала она, и направилась на кухню.
Там она положила себе еще две котлеты и кашу. Зашедшая следом за ней Наталья Сергеевна, приподняла бровь, однако. Села напротив Инны за стол.
– Будете есть? – прожевав, проговорила та.
– Нет, спасибо. Разве, что попить.
На их голоса прибежала Лена.
– Мамочка, – приобняла ее за плечи.
– Сделай, пожалуйста, нам чаю, попросила ее. – А булочки есть?
– Нет, закончились.
– Ладно, я сейчас напеку, – доедая, ответила Инна. Отнесла в раковину посуду и сразу стала мыть тарелку свою и другие, находящиеся там.
«Луна в Раке, или в Деве, любящая чистоту, – вывела Серова. – А вот Солнце, похоже, в Рыбах, а асцендент в Весах, судя по внешности с объемами».
– Инна, а когда у Вас день рождения?
Женщина на ее вопрос оглянулась, и с небольшой заминкой ответила:
– 28 февраля.
– О, как я и предполагала! А время рождения помните?
– Мам, – вошел на кухню Егор, и рассмотрев позицию каждого участника, понял, что ситуация в семье Лебедевых входит в норму. – Поехали, домой.
Если пошли расспросы о дате рождения, то в скорости мать начнет, выкладывать натальную карту, и ее не остановишь. Вот только Лебедевой этого сейчас и не хватает, усмехнулся он с сарказмом.
– Поехали, – быстро поднялась Серова, вспомнив о работе.
– А как же чай? – спросила жалобно Лена. Пока были другие люди в доме, не так остро чувствовалось горе семьи.
– Как-нибудь в другой раз, милая, – сказала Наталья Сергеевна, – спасибо, – и провела ладонью по ее запястью. – Всего хорошего.
– Вы уходите? – раздался от двери обеспокоенный тоном вопрос Саши. – Егор, ты говорил, что останешься с нами. В моей комнате есть диван.
– Да, но…– замялся Егор, и посмотрел на Лебедеву. Решали с парнем, когда она была не в состоянии стояния. Теперь-то уже и на кухне шуршит. – Инна?
– Да, – откликнулась она, стыдливо прикрывая глаза. Поставила всех на уши. Учудила, так учудила. – Я сейчас буду готовить пироги и булочки. Завтра должны быть похороны, – сдавленно добавила, сдерживая порыв потока слез.
– Тогда я на связи. Доброй ночи, – попрощался.
Саша закрыл входную дверь за Серовыми, заглянул в кухню. Мать месила тесто. Лена мыла яблоки для начинки.
– Вам помочь? – спросил.
– Нет, сынок. Ты иди. Я сама справлюсь. Лена тоже сейчас пойдет, спать. Спасибо вам. Мне немного не по себе, что так побеспокоила вас. Простите.
Тесто подошло к 11 часам вечера. Задумала 4 вида пирогов, а противень был один. Пока поставила в печь один, другой начиняла. В итоге управилась только к 2 часам ночи. Выставила пироги остывать в сени, вымыла кухню, пошла в душ. Но даже занятая и уставшая, она не могла не думать о муже, поэтому слезы лились из глаз беспрестанно. Смыть водой их тоже не удалось. А кровать, к которой она подошла почти рано утром, усилила в ней страдания, вызвала истерику. Игорь больше никогда не ляжет рядом с ней! Упала на постель и свернулась в позу зародыша, рыдая. Готовка пирогов не помогла снизить масштаб горя. Мысли об Игоре, что он мог бы жить еще много лет, бесконечно крутились в голове, подсылая картины прежней жизни. Больше не будет его крепких объятий с порога! Его ласк и нежностей! Красивых букетов из цветов! Шли минуты, проходили часы, начался рассвет, а она рыдала и рыдала, не останавливаясь. И в какой-то момент, обессилев, отключилась от реального мира.
– Что ты делаешь? – спросила Инна Игоря, державшего на руках по бумажному листу, и будто взвешивая их, делая движения верх вниз.
– А ты знаешь, что перечень грехов, даже на бумаге тяжелее, чем благодеяния.
– Нет. А какие у тебя грехи, ты человека убил?
– Здесь даже малейшая провинность учитывается. Вот, на земле был бы, пошел и разрешил, – проговорил задумчиво Игорь.
– И на сколько, у тебя грехов больше, чем хороших дел?
– Много. На три. И всего лишь 38 дней земных, чтобы исправить это.
– 38 дней, это месяц с лишним. А как ты сможешь? Ты же здесь? Тебя вернут домой? – поинтересовалась Инна.
– Я могу только ждать и надеяться, что за меня разрешат на земле, а здесь зачтется.
– А что ты сделал плохого?
– Вот одно из этого перечня, я человеку не отдал зарплату сполна. Придумал, что он не выполнил условия договора, – прикрыв глаза, ответил муж.
– А зачем ты так поступил?
– Это было в тот период, когда открыл бизнес, средств не хватало заплатить налоги. Вот таким образом, я решил свой вопрос.
– А кто пострадавший, он живет в Уфе? Я съезжу, отдам деньги и попрошу прощения за тебя.
– Это Миронов Николай. Он работал 12 лет назад у меня. Его дочери Алисе тогда было 6 лет. Он говорил, что ее день рождения должно было быть в те дни. Стояла осень. Сможешь? – Лебедев посмотрел на жену, – ты настолько не приспособлена ….
– А сколько денег ты ему должен? – перебила Инна.
Но вместо ответа услышала за спиной жесткий голос того, кто выгнал ее в прошлый раз.
– Опять ты. Возвращайся, – снова брызнул на нее жидкостью, так что она даже не успела зажмуриться, и попыталась прикрыться руками.
– Ой, осторожно! – воскликнула Лена, когда мама чуть не попала в ее лицо кулаком.
Инна увидела, как дочь отпрыгнула с разбрызгивателем для цветов подальше от кровати.
Она сама подскочила и села на кровати. Надо найти Миронова Николая. Это важнее всего сейчас. Но как?
Саша и его сестра с беспокойством наблюдали за матерью. Спать столько времени она обычно себе не позволяла, по дому всегда хватало дел. Неужели снова с головой не в порядке?
– Мама, что с тобой?– решился спросить ее сын.
Она оглядела детей. 12 лет назад Саше было 4 года, он никого не вспомнит из водителей. Уткнулась лицом в ладони. Прав Игорь. Не под силу ей заниматься проблемами, кроме домашних на кухне.
– Мам, – присела рядом дочь, – не плачь.
Женщина резко убрала руки.
– Я не плачу. Думаю. Папа слишком опекал меня, а я и не сопротивлялась. Прожила, надеясь во всем на него. Вот надо найти одного человека, а я не знаю как?
– Так в интернете теперь все люди, – хмыкнул сын.
– Точно? – с надеждой переспросила.
– А кого искать?
– Миронов Николай. Папа сказал, он у него работал 12 лет назад.
– Сказал? – поразились дочь и сын.
– Говорил, – приврала Инна, что ей как «рыбке» позволялось. – Надо его срочно отыскать!
– Зачем? – хором заявили дети.
– Деньги надо отдать, долг отца. Саша, можешь в документах папиных поискать про него. У нас мало времени.
– Хорошо, посмотрю, после завтрака.
– Нет, иди прямо сейчас, – настоятельно попросила, – я тебе принесу поесть в кабинет.
Лебедева поднялась с постели. Взглянула на часы. 10 утра! Как? Она всего пару минут была с Игорем, а в итоге столько времени прошло. Время, не спеши, взмолилась она, пожалуйста.
Документация в кабинете мужа была лишь за последние 3 года.
Тогда Инна поняла, что затеяла провальное дело. Прав Игорь, ни на что не способна, сказала сама себе, сидя на диване, среди разбросанных листов бумаг. Слезы стали собираться в уголках ее глаз, и тут зазвонил телефон сына, заставив вздрогнуть, и отложить стенания.
– Да, – ответил Саша, – привет, Егор, – бодро проговорил,… – она рядом…. Да, конечно, мы сейчас выйдем на улицу, – добавил потухшим голосом. – Егор, подожди. Можно найти человека, если знаешь, что он работал дальнобойщиком 12 лет назад, но только фамилию и имя? – ….. – Выслушав ответ, кивнул головой, – хорошо. Посмотрю.
Завершив разговор по телефону, объявил:
– Сейчас привезут тело папы.
Сердце Инны замерло и почти перестало биться.
– Мама!
– Он жив, он жив! – начала твердить она, вспоминая разговоры с ним. Залезла с ногами на диван, зажмурила глаза, и представила Игоря, разговаривающего с ней буквально час назад.
– Вы что не слышите? – Вбежала в комнату Лена, – там машина сигналит под воротами, газель.
– Я не могу, я не могу, – воскликнула Инна, понимая, что за транспорт подъехал и с чем. Она легла на диван, закрыла голову руками, мечтая попасть в другое измерение.
– Пошли, сами справимся, – жестко проговорил Александр, подталкивая сестру к выходу. Детство, однозначно, прошло со смертью отца, и без его опеки мать не выберется из пропасти горя.
Как только закрылась дверь за детьми, Инна поднялась. Ее передергивало от мысли смотреть на тело мужа. Он жив, другой теории она не хочет принимать, иначе ее помощь была бы не надобна. Так она сможет отблагодарить за то, что у нее с ним была счастливая жизнь. Села за компьютер и просто вбила в поиск «Миронов Николай дальнобойщик». Информации ей предоставили несколько страниц, и она растерялась. Она не была сильна в использовании интернета. На сына надеяться? Но найти человека, вряд ли сможет ребенок. Обратиться к Егору!
Вот только ее телефон нерабочий. Смартфон мужа, лежавший на столе, оказался по-прежнему запароленный. Лебедева чертыхнулась. Надо Сашкин телефон взять. Она осторожно выглянула из комнаты. В гостиной раздавались посторонние мужские голоса. Нет, она не пойдет к ним. Пока не увидит в гробу мужа, будет предполагать, что в рейс уехал.
Прошла на кухню, там сидела Лена, пила чай, заливая его слезами.
– Моя малышка, – присев рядом, обняла ее Инна. – Не плачь. Папа для нас всегда живой. Он просил, чтобы ты не рыдала.
– Да? – жалобно откликнулась дочь. – Он видит меня?
– Конечно, ему оттуда всех нас видно, и неприятно, что мы огорчаемся, – приукрасила Инна, зная, что там нет эмоций. – Он хочет, чтобы ты помнила его, но радовалась жизни. Ты можешь взять Сашин телефон, мне надо позвонить.
– Хорошо, – поднялась Лена, и вернулась буквально через минуту. – Саша завешивает зеркала. Это так надо? – подавая смартфон спросила. – Зачем?
Инна не ответила. Нельзя терять ни секунды.
– Егор, – услышав голос мужчины, быстро проговорила Инна, – помоги найти Миронова Николая. Это надо срочно!
– По такой информации ты будешь искать его годами. Может, есть еще что-то о нем?
– Дочь! 12 лет назад ей было 6. Зовут Алиса.
– Ну, вот теперь лучше, – удовлетворенно произнес Серов, и раздался звук щелкающих клавиш на клавиатуре, – ищем Миронову Алису Николаевну 18 лет, значит. Она должна быть в соцсетях. Уфа?
– Наверно, – испуганно произнесла Инна, боясь, что не найдут девочку.
– Нет такой в Уфе, – объявил он.
– Нет? – сдавленно произнесла Лебедева.
– Подожди, посмотрим по Башкирии, – усиленно заклацал, – тоже нет.
– Я пропала, – застонала женщина.
– Сейчас по России выставлю возраст, в пределах от 17 до 19. Ну вот! Целый вагон. В течение недели справимся.
– Нет, – чуть не закричала Инна, и жарко заговорила, – Это будет поздно, там еще надо другие проблемы решать!
– Кому?– изумился Егор активному натиску и энергичности Лебедевой.
– Игорю! – чувствуя, как накатывают на глаза слезы, заявила она.
Мужчина застыл в шоке на пару секунд. Зря понадеялся на возвращении адекватного поведения женщины.
– Инна, позвони моей маме, я думаю, ты с ней быстрее этот вопрос решишь, – предложил Серов.
– Она лучше тебя разбирается в интернете?
– Нет, но у нее, как медика, есть база всего населения, – солгал он. – Я сейчас скину ее номер.
Скинув его, сам быстро набрал мать.
– Мама, привет, – и, не дожидаясь ответа, выложил, – сейчас позвонит тебе Лебедева. Ищет одну девочку. Говорит, надо помочь ее мужу с этим вопросом. У нее часом не кукушка?
– Ладно, разберусь, – отмахнулась Наталья Сергеевна, просматривающая список заканчивающихся лекарств, не понимая о чем речь.
Разговор с Инной состоялся через секунду. Женщина была на взводе и без конца твердила, если не найдут девушку, Игорю будет плохо. Мертвому? Так хуже, чем есть, не может быть. Была бы переписка вацап, Наталья Сергеевна обязательно бы поставила смайл девушки, закрывающей в ужасе лицо.
– Стоп, Инна. Теперь расскажи подробно, и помедленнее. – Загруженная работой, она не вникала в суть обращения с первых слов.
В отличие от сына, женщина в возрасте, умудрённая жизненным опытом, восприняла рассказ вдовы без доли иронии.
– Проблемы Игоря надо на земле решить именно тебе? – уточнила она.
– Да. У него грехов больше, чем хороших дел. Это очень важно.
«Это для всех важно! И это, очень серьезно! – мысленно воскликнула Наталья Сергеевна, – психиатр, сказал бы, что женщину срочно надо к нему. Но как человек, изучающий астрологию с точки зрения эзотерики, была удивлена способностями женщины, связавшейся с другим миром.
– Инна, ты отпевание заказала в церкви? Молитвы могут замолить грехи, – порекомендовала.
– Я не подумала, – тихо ответила Лебедева. – Спасибо большое, я сейчас же поеду и закажу.
Какой же надо быть… дурой, адресовала себе Инна, и пошла переодеваться. Боже, помоги мне, чтобы были прочитаны молитвы, пока не похоронят тело Игоря, шептала она, натягивая на себя платье длиною в пол, самое темное, которое имелось в гардеробе.
– Ты куда? – увидел ее Саша, уже обувающей кроссовки на крыльце. – Что делать дальше? – спросил, ощущая небольшой озноб от напряжения, что в доме стоит гроб с телом отца.
– Отдыхайте. Я еду в церковь, заказывать отпевание.
– Но через 4 часа вынос. Повезут на кладбище.
– Я успею, вызови мне такси. Я без телефона.
– Подожди, – схватил ее за руку Саша, – я тебе простой, кнопочный дам. Переставлю только сим-карту твою.
– У меня нет времени ждать. Срочно надо ехать!
– Куда ты уедешь без такси, – огрызнулся Саша, и убежал в дом.
– Милая, – раздался за спиной голос пожилой женщины, – а что у Вас случилось? У Вас умер кто?
Лебедева, смотревшая вслед сыну с раздражением, резко оглянулась. Перед ней стояла сухонькая женщина с книгой в руках.
– Я Ваша соседка. Живу в конце улицы. Меня зовут Дарья Степановна. Читаю молитвы. Вот решила предложить Вам свою помощь.
С округлившими глазами Лебедева смотрела на нее и мурашки пробежали по всему телу. Потом слезы облегчения брызнули из глаз.
– Спасибо большое, что пришли, – проговорила она. – У меня муж умер. Я собралась в церковь, чтобы сделали отпевание. Мне сказали, так можно грехи замолить.
– Поезжай, деточка. Привези батюшку. Только молитвы помогут облегчить посмертную участь усопшего и являются истинным проявлением любви к нему.
Инна хотела сказать, как счастлива ее видеть. Но вовремя подошедший Саша, не дал ей выразить неуместное проявление.
– Вот, – протянул сын телефон. Глянув на старушку, поздоровался с ней и продолжил, – номер такси я тебе вбил. А сейчас через свое приложение вызову. Адрес говори.
– Дарья Степановна, а где ближайшая церковь?
– На Октябрьской, 37А. Туда обычно езжу.
– Мам, я с тобой, – выскочила Лена к ним.
– Пусть она едет с тобой, – строго проговорил Саша, зная рассеянность матери в дороге. – Такси будет через 10 минут, – взглянул на смартфон, – списание будет с папиной карты. Так что вам ничего не надо платить. Запомнили?
– Да, Саша. Что ты с нами, как с маленькими. Познакомьтесь, дети, это Дарья Степановна. Она будет читать молитвы. Саша, попейте с Дарьей Степановной чай с пирогами. Еще раз, спасибо Вам, что проявляете участие, – обратилась она старушке, – пожалуйста, не уходите, пока я не вернусь.
– Что ты, деточка! Я буду до последнего.
В церкви Инна подошла к женщине, продающей свечи.
– Мне бы отпевание заказать?
– Когда вам? – спросила служительница и взяла большую тетрадь.
– Сегодня.
– На сегодня не получится. Только на послезавтра есть один час.
– Как? У нас сегодня похороны, – чувствуя, как накатывают слезы, прошептала Инна.
– Ничем не могу помочь, обратитесь в другую церковь. Заказывайте, – служащая переключила внимание на женщину, стоящую в очереди.
Лебедевы в эту церковь добирались более часа. Времени осталось в обрез до похорон, а не то, что мотаться по городу в поисках батюшки.
Вдова не смогла удержать от обиды и горя слезы. Потекли струей.
– Мама, – дернула ее за руки дочь, – ты же сказала, что папа не любит, когда мы плачем. Я сейчас тоже начну, – всхлипнула она.
Они обе наверно и разрыдались бы, но телефонный звонок заставил отложить мокрое дело.
– Мама, позвонил дядя Николай на телефон папы, спросил, когда похороны. И он подойдет к выносу, и еще несколько людей.
– Ты можешь позвать к телефону Дарью Степановну? – спросила сына, не вдаваясь в его реплику.
– Да, милая, – ответила старушка.
– Дарья Степановна, батюшки нет в этой церкви. Что делать? Как хоронить без отпевания?
– Ничего страшного, деточка. Позже батюшка в церкви отпоет землю с вашего огорода, и посыплете ее затем на могилку.
– Нет. Я так не могу. Надо до похорон сделать, нельзя так. Ему там не простят, – повысила она голос.
В церкви на нее стали оборачиваться, женщина за кассой зашикала.
Чтобы договорить, Инна с Леной вышли из церкви. Но на другом конце уже был Саша.
– Мама, ты не успеешь на похороны, если будешь ездить по церквям и искать батюшку. Надо просто сесть за компьютер и обзвонить церкви. Узнать таким способом, кто сможет приехать, – предложил разумную идею сын.
– Думаешь, так получится? – шмыгнула носом женщина.
– Я попрошу и Егора, вдвоем мы быстрее сделаем. Сейчас не обязательно ездить за кем-то. Можно такси послать, оплатив.
– Хорошо, мы возвращаемся, – согласилась Инна, услышав имя Серова. Ему она могла довериться. – Звоните! Без отпевания нельзя хоронить! Я не разрешу.
– Ладно, – согласился Саша, иначе разговор никогда не закончится, и он не успеет подключить Егора.
– Слушаю, – ответил Серов.
По его голосу подросток понял, что тот загружен, и вряд ли смысл его просьбы до него дойдет быстро.
– Привет, Егор, это Саша Лебедев, ты очень занят?
Ха, занят. Это не то слово. Вечером программисту предложили срочную работу по разработке приложения к телефону, он сразу и сел за него. Оторвался лишь на 3 часа, потому что стало вырубать прямо за компом. У него уже дымились и мозг, и задница, которая была на стуле более 8 часов. Реально, надо отдохнуть, иначе, пытаясь заработать на еду, сдохнет с голоду и перенапряжения.
– Проблемы? – задал вопрос Серов.
– Мама, – вздохнул паренек.
– Говори.
– Надо найти батюшку, чтобы сделал отпевание перед похоронами, без него мать наотрез отказывается хоронить папу. А вынос в 3 часа дня. У нее опять очередное….., – мальчик замолчал, не зная, как назвать состояние неадекватности матери.– Я ей сказал, что по телефону можно договориться с батюшкой, а не мотаться по городу.
– Да, вариант, сесть и названивать по церквям, – задумался Егор. – Но лучше через маму. У нее клиентов верующих куча. Возможно, быстрее решим вопрос.
– Как-то неудобно беспокоить твою маму, – замялся Саша.
– Саня, я про удобство давно забыл. Не получится, значит, самим придется попу рвать, чтобы твоя мама снова не ушла в нирвану.
– Она уже собралась, – стиснул зубы Лебедев-младший.
В ожидании известия, Саша весь извелся, невольно вслушиваясь в звучащую молитву из гостиной, особенно в слова «Господи, помилуй!» по несколько раз, так что автоматом стало звучать и на его языке. Он даже вслух повторил за бабушкой «Господи, помилуй!».
И тут пришло сообщение от Егора, что он выезжает за батюшкой на своей машине, приблизительно через час подъедут. Александр чуть не подпрыгнул, что так удачно все сложилось. На радостях налил себе чаю и взял кусок пирога. Можно поесть теперь, не нервничая.
Батюшка Андрей, которого рекомендовала Наталья Сергеевна служил в небольшой церкви в под Уфой. Он оказался, примерно того же возраста, что Егор, чем его удивил несказанно. Поздоровавшись за руку, как мирской человек, он поставил на заднее сиденье «Форда» чемоданчик, и сел рядом с водителем.
– Вашей маме я очень обязан, – проговорил он, как только машина набрала скорость, – она помогла с дефицитным лекарством для моего отца. Поэтому я даже не спросил, куда надо ехать, – улыбнулся он. – Только знаю, что надо отпевать мужчину.
Серов мельком взглянул на молодого батюшку, и снова перевел взгляд на дорогу.
– Это за Уфой в сторону М-5. Спасибо большое, что согласились. Вдова усопшего после смерти мужа с небольшими странностями. Разговаривает так, будто видится с ним после его смерти. Это я к тому, вдруг начнет что-то такое говорить при Вас.
– Ничего странного тут нет, – проговорил священнослужитель, – стресс открывает в человеке, неведанные доселе способности человека. Но со временем это может пройти. Как только снизиться боль утраты.
– Надеюсь, так и будет. Двое детей остались на ее попечении, – высказался Серов, остро ощущая переживания за них.
Остаток пути батюшка решил подремать, а Егор, продумывая алгоритмы для приложения, переключался мыслями на Лебедевых. Сколько еще придется с ними сталкиваться. И интуиция, а точнее, одно место говорило, что нескоро распрощается.
Инна, войдя в дом, услышала песнопение Дарьи Степановны и замерла. Какое-то успокоение накатило на нее, и она без напряжения прошла в гостиную.
Посреди нее на табуретках стоял лакированный гроб темно-коричневого цвета. Изнутри обшитый, белой шелковой материей. Очень красивый, не стыдно перед Игорем, заметила Лебедева. Быстро села на диван, боясь разглядеть, что находится в гробу. Егора бы не забыть поблагодарить, вспоминая вчерашний день, подумала она. Стало вдруг стыдно, о проявления слабохарактерности в ответственный момент.
– Господи помилуй, Господи, помилуй, ….
Звучало непонятно уже который раз, внося умиротворение в душевное состояние Инны и отдаляя от настоящего. А молитвы, точно, доходят до неба, задумалась, и почувствовала, как закрываются глаза под монотонное чтение. Она прислонилась удобнее к спинке дивана, и мгновенно отрешилась от реальности.
– А что здесь? – спросила Инна Игоря, стоящего спиной к ней. Рядом находились еще несколько человек. Действие происходило в зале с горящими свечами, периодично потрескивающими.
– Рассказывают о сотворении мира, – прошептал он, слегка оглянувшись. – Потом нас поведут в Рай.
– Значит, молитвы помогли тебе, – констатировала женщина.
– Не совсем. Хотя, женщина читальщица, Меркурианка, хорошо донесла до Всевышнего молитвы. Но мне дали знать, что жизнь водителя, после моего вранья в его адрес, и обделением денег, изменилась кардинально в худшую сторону. Дорога его привела в тюрьму, там он умер от болезни. Жена спилась, дочь попала в детдом. 15000 рублей кардинально изменили судьбы людей, – констатировал он.
Если бы этот разговор состоялся на земле, то Инна ужаснулась бы случившемуся, возможно, зарыдала бы, что рука мужа, привела семью к такому концу.
– Как же быть? – задумалась Лебедева, – мы не смогли найти его дочь.
– Ищите ее в Москве. Большего не удалось увидеть отсюда. После знакомства с Раем, нас поведут познавать Ад. Потом решат, куда отправить мою душу.
– Значит, еще есть время. Время, не спеши, – вспомнила она земную просьбу, но здесь она прозвучала холодно и без мольбы.
– Доколе мне за тобой бегать, – зашептали за спиной Инны.
Она оглянулась, и на нее попала куча капелек воды. Сглатывая их, она отпрянула, и проснулась на диване.
По гостиной ходил священнослужитель в длинной темной рясе, читая молитвы, и периодично окуная в горшочек метелку, с которой стряхивал святую воду на все и всех вокруг. По краю гроба стояли горящие свечи, источающие запах воска. Одна торчала прямо из гроба. Вдоль стен стояли Серов, дети, механик Николай, Дарья Степановна, диспетчер Алина. Они периодично закрывали глаза, когда им на лицо попадали капли. Одна Инна сидела, развалившись на диване. Она вспомнила разговор с Игорем, и все эмоции взыграли в ней. Надо срочно ехать в Москву, искать несчастную девочку. Ее надо удочерить, и Игорю все простят. Тогда он попадет в рай!
Инна выбежала из комнаты, вызывая у людей разные чувства. Батюшка, Дарья Степановна, механик подумали о том, что у вдовы сильные переживания, внутренне сочувствуя ей. Серов и дети, что у матери начался очередной истеричный кризис, и не мешало бы проследить за ней.
Саша нашел мать в кабинете отца за компьютером, чем она вызывало в нем немалое удивление. Обернулась на стук двери. Ее лицо не было залито слезами, от чего подросток облегченно вздохнул.
– Надо найти в Москве Миронову Алису Николаевну, – увидев его, возбужденно проговорила Инна, как будто в соседней комнате не отпевают умершего мужа.
– Опять? – не удержался Саша. Ведь, разрешили вопрос тем, что батюшка отпевает отца. Столько усилий было приложено на это, и не дало положительного результата? – Почему и зачем?
– Папа сказал, что она попала в детдом. Надо забрать ее оттуда…. к нам.
– Кто попал? Кого забрать? – воскликнул Лебедев-младший. Рано обрадовался. Она в снова своем репертуаре. Сон. Только в нем она могла видеть папу, и теперь высказывать фантазии. Надо было ее разбудить с приездом батюшки. Но попытки похлопывания по плечам, не дали результата. К воде не стали прибегать, припоминая прежние ее эскапады после пробуждения. Решили, начать церемонию отпевания без нее.
– Миронова Алиса. Помоги мне, – встала она из-за стола, предоставляя ему возможность сесть за стол.
– Мама, вообще-то, похороны папы! – жестко сказал Саша, чувствуя как внутри все начало дрожать от злости.
– Как? Его нельзя хоронить! Еще девочку не нашли, – схватилась она за голову и забегала по ковру туда и обратно, – иди, скажи. Похороны отменяются! – ткнула пальцем в дверь.
– Мама, ты сошла с ума! – вскрикнул подросток, и убежал из комнаты.
Инна смотрела сыну вслед, ломая руки. Мысль единственная в голове – срочно найти девочку! Но как??? Ее знаний для поиска человека хватало только на то, что надо ехать в Москву, и обратиться в полицию. Но в поездку она никогда не выезжала одна. Путешествия ее страшили. А минуты тикают, часы бегут, время спешит. В том мире знакомство с Раем и Адом пройдут мгновенно, и на земле всего лишь 37 дней. Сейчас она могла говорить, всего лишь. Представление, что мужа за сломанные судьбы отправят, даже не в тюрьму, а в Ад, лишило ее душевного равновесия. Ноги не выдержали тяжести беды, подломились. Лебедева рухнула на пол, и, закрыв лицо руками, зарыдала.
В гостиной батюшка закончил отпевание, и все стояли в ожидании приезда похоронного автомобиля.
– Что там? – спросил Егор, возвратившегося парня, заметив, что на нем лица нет.
– Она сказала, не хоронить папу, потому что еще не нашли девочку, – стиснув зубы, пробормотал он, думая, как привести мать в чувство.
– Опять? – в недоумении уставился на него Серов.
– Я тоже так сказал, – затрепетали ноздри носа Саши, и заходили желваки.
– Где она?
– В кабинете.
– Так, ладно, пойду, гляну. Надеюсь, смогу настоять об ее присутствии на похоронах, – вздохнул Егор с озабоченностью. Пацану со смертью отца капитально досталось, и было его очень жалко.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.