Раздав указания на ночное дежурство Алияр возвращается в изумрудный дом, оправляя к Калоит на ночь Марилу для спокойствия, она отправляет вместе с ней и охранника, что к ее приходу уже с трудом держал глаза открытыми.
– До утра он точно никуда не денется возвращайтесь на рассвете, – в глазах охранника благодарность, он медленно плетется за гротаной стараясь не зевать.
В комнате в цвет постельного белья на ее подушках все еще без сознания лежит Делайер даже не зная какую шумиху поднял его временный переезд к ней. Аккуратно проверив пульс на запястье Алияр расстроенно вздыхает, жар не спадает, а сердце бьется рвано и тяжело.
– Милет, воды – ее довольно громкая команда встречена тишиной, бормоча себе под нос ругательства, в основном на себя ладинэйра сама идет с тазиком через комнату к бочонку с водой и набирая не сразу замечает движение.
– Не отворачивайся от меня, – тяжелый низкий голос звучит возле уха обжигая горячим дыханием. От неожиданности Алияр замирает ощущая даже через ткань платья его горячую кожу и руку что мягко скользит по ткани на талии резко прижимая ее к себе, губы проходят легким прикосновением по коже шеи обжигая и удивляя одновременно, попытка посмотреть на напавшего заканчивается ее резким разворотом и яростным поцелуем. Не зная как реагировать на такое вторжение Алияр замирает прижатая всем телом к его горячей коже под которой играют подрагивая сильные мышцы, пока его губы горячей волной сминают ее. Возбуждение мужчины постепенно передаётся и ей разбегаясь стаей мурашек по спине под его горячими руками до тех пор пока язык Делайера не скользит ей в рот, ахнув от неожиданности Алияр распахивает уже готовые закрыться от удовольствия глаза и довольно уверенно отталкивает его от себя обливая водой с головы до ног. Мужчина тут же закатывает глаза падая навзничь на пол, вызывая вспышку гнева и сомнений в своей адекватности у ладинэйры.
– Ах Дилика! Как мне теперь тянуть тебя назад! – ледяная вода вызвала термический шок Алияр понимает что температура у мужчины очень высокая и в себя он прийти не сможет чтобы помочь его вернуть в кровать. Злясь на себя и обстоятельства, всё еще пытаясь пережить свое возбуждение к незнакомцу ладинэйра громко топая и проклиная всё на свете сдёргивает простынь с кровати и выкладывает ее возле Делайера. – Ну конечно он же еще и тяжёлый как камень! – полчаса усилий и ей удалось-таки дотащить мужчину и даже частично уложить на матрас, поднять наверх явно не в ее силах, устав и едва дыша она все же решает обтереть его снова, тут же сталкиваясь с проблемой. Каждое прикосновение к его коже снова и снова зажигает ее щёки краской, а тело томлением – да что за магия такая, – раздражаясь всё сильнее она довольно грубо сдёргивает с него рубашку тут же пожалев об этом. Даже находясь без сознания Делайер морщиться с губ срывается стон, а ладинэйра ощущает приступ вины. По возможности аккуратно закончив с рубашкой Алияр поворачивает пострадавшего от ее несдержанности набок и осматривает его спину вновь ругая себя за глупость и несобранность. На спине в районе лопатки сверху и до ее границы краснеет довольно глубокий термический ожог – Да что с тобой Алияр! Невозможно из-за одного мужчины забыть все полученные знания разом!
Собрав остатки самообладания в кулак ладинэйра находит в сумке с травами мазь от ожогов аккуратно обрабатывает и бинтует рану, еще раз заливает лекарство от жара ему в рот и вконец измотанная садится на край матраса удерживая пальцы на его запястье.
Когда раннее утро немилосердно врывается в окно ей приходится с трудом но открыть глаза, и хоть желание поспать еще немного настолько сильное что едва не склеивает веки снова, зевая и борясь с собой Алияр открывает глаза не сразу понимая как и на чем она спит, тут же быстро просыпаясь. Но все её попытки встать к ее удивлению остановлены чем-то тяжелым и сильным.
– Прекрати, – сонный мужской голос останавливает ее возню и попытки подняться с матраса.
– Что происходит? – из-под одеяла появляется сонное лицо Делайера, оно все еще помято от подушки, а глаза хранят остатки сна он как слепой котенок на ощупь находит руки Алияр, закидывает их к себе на шею и вновь пытается уснуть. – Отпусти меня, – попытки вырваться вновь блокированы сильным хватом под локти.
– Будешь настаивать и разбудишь не только меня, – он загадочно опускает взгляд вниз намекая не дразнить его мужскую сущность отчего глаза ладинэйры увеличиваются в разы, а попытки встать становятся более отчаянными.
– Отпусти меня сейчас же, – хватка рук тут же ослабляется, а перед испуганной и возмущенной Алияр вновь появляется лицо Делайера. Его брови сведены к переносице, а глаза заинтересованно ищут попытки обмануть его, но неподдельный страх в ее глазах вынуждает отступить от его планов на утро. Ведь пробуждение рядом с этой странно незнакомой, но такой родной женщиной обрадовало пленника давно забывшего это чувство.
– Я не уверен как реагировать. Разве ты не знаешь о физиологии мужчин?
– Т… Т… теоретически, – едва вырвавшись из стальных объятий Алияр пытается отодвинуться подальше и привести волосы и одежду в порядок, в ужасе от того что уснула не просто на кровати с болеющим, так еще и с мужчиной. Вообще не известно чего еще она не помнит. Особенно когда его лицо настолько непроницаемо что им можно даже бумагу резать.
– То есть представление все же есть, – вскользь бросает Делайер вновь возвращая ее на ту поляну в утро когда стала свидетелем неприличной сцены.
– Не понимаю к чему это, я лишь случайно уснула после двух суток дежурств, никакого дополнительного смысла в моих действиях нет. И я рада что лечение подействовало.
– Мне вчера снился сон, и возможно в голове все смешалось, – он пристально смотрит на ладинэйру, что прикусив губы прячет взгляд и вдруг его осеняет, – значит не приснилось.
– Это лишь горячка…, – попытка увести разговор в тему болезни вызывает усмешку мужчины.
– То есть мне нужно быть больным, чтобы желать тебя? – от такой откровенности щёки Алияр вновь пылают.
– Лишь то что в горячке многие не осознают своих действий.
– У тебя тоже была горячка? – попытка оправдать пострадавшего обрушивается на нее отсутствием защиты.
– Я приготовлю мазь и осмотрю рану.
– Рану? – попытка уйти от разговора встречена интересом.
– На плече, мне кажется в какой-то момент ты прислонился к столбу…
– Ты и сама видела, – и снова он обратил ее же объяснения против нее, сжав губы чтобы не сказать что-то еще Алияр встаёт и молча отходит к столику с ее лекарствами.
– Достаточно и показалось что неважно кто совершает эти действия, они всегда эффективны даже если женщина не по душе. – смешивая мазь она не сразу замечает что ответа не последовало, и обернувшись к пострадавшему видит его уставший болезненно худой профиль.
– Это насилие как бы не выглядело, будь я свободен не стал бы терпеть такое унижение, но моя семья выбора не имеет, как и я. – его боль такой мощной волной захлёстывает ее, что ладинэйра с трудом не кидается в объятия пленника чтобы утешить.
– У тебя тяжелая судьба, прости что ввиду своей неопытности не сразу осмотрела все возможные причины лихорадки, – она склоняет голову с удивлением отмечая, что он упал лбом в пол.
– Хотите меня о чём-то просить не смейте кланяться, ибо мне всегда нужно кланяться ниже, – взгляд синих глаз обжигает холодом, вновь вызывая сожаления.
– Простите, все эти церемонии кажутся такими глупыми.
– Во время правления моего отца Пелериса Кинстона женщине кланялись лишь дважды, в день свадьбы перед возложением на ложе и при рождении наследника мужского пола, – он замолкает погружаясь в воспоминания явно не желая отпускать их, усиливая груз печали на его грусть.
– Скучаете по дому?
– У меня нет дома, – он отвечает так быстро и тихо что сердце замирает от его боли, тщательно скрытой от всех, не желая и дальше мучать его с расспросами она размешивает лекарство чтобы вновь обработать ранение. – но мне очень интересно почему ты решила вступиться за меня, полагаю ладинэйра прибыла к никурине Калоит и ей вовсе незачем проблемы с наказанным пленником.
Снимая старые повязки и аккуратно распределяя мазь на рану Алияр и сама бы рада узнать ответ на этот вопрос, но ответа у нее не было.
– Рана хорошо заживает, но нужно побольше отдыхать, чтобы восстановить силы после горячки. – ее взгляд помимо воли спускается ниже, замечая зажившие старые шрамы.
– У тебя очень нежные пальчики, кажется что ты не повязку накладываешь а пёрышком водишь по коже. – от неожиданного комплимента щёки тут же вспыхивают, а руки замирают в нескольких миллиметрах от кожи.
– Как давно ты здесь? – хмыкнув над резкой сменой темы Делайер улыбается вновь вспоминая вкус ее губ.
– Уходишь от разговоров о себе, краснеешь, прячешься от ласк и прикосновений, но не отворачиваешься, несмотря на неприятные последствия помощи мне не отступаешь.
– Не могу не помогать, знания и навыки ордена, в том числе лечения не позволяют мне оставаться в стороне.
– И наверняка есть те кто готов болеть постоянно, лишь бы его лечили эти пальчики, – чувствуя укол ревности Делайер перехватывает ее руку слегка сжимая, а синие глаза встречаются с бирюзовыми погружаясь в их глубину приближаясь.
– Мне… мне надо идти, уже давно утро, нужно проведать никурину и сменить Марилу. – резко отстраняясь она отходит к выходу, – отдыхайте подольше, уверена завтрак вскоре принесут.
Закрывая за собой дверь Алияр едва дыша пытается успокоить отчаянно бьющееся сердце и невыносимое томление скручивающее живот. Провожая взглядом хрупкую фигуру Делайер старательно прячет улыбку, ее попытки держаться от него подальше выглядят смешно, учитывая всплески желания в ее глазах. Собранность и уверенность в своих действиях рождает интерес, а альтруизм любопытство. Впервые за долгое время пленник почувствовал спокойствие в душе, ожидая завтрак даже позволяя себе уснуть.
Осмотр никурины сегодня проходит в умиротворении, Калоит выглядит отдохнувшей и спокойной.
– Удивительно, но теперь я чувствую уверенность, благодаря вашему присутствию мне теперь ничего не страшно, – она поглаживает свой уже довольно большой живот откусывая куски от яблока и умиротворённо мурлыкая.
– Хорошее настроение благотворно влияет на развитие малыша, вам ещё нужно почаще бывать на свежем воздухе, чтобы и малыш дышал с вами. К тому же это полезно для мышц. – яблоко замирает у рта никурины, ее настроение заметно портится.
– Я не могу выходить, что за глупость! Там же она… – Калоит замолкает обиженно надув губы, с тоской вздыхая о том времени, когда они были почти подругами.
– В вашем положении действительно стоит быть более внимательной к опасностям, но разве они не могут настичь вас и здесь в этом доме. – в глазах молодой женщины проявляется понимание, но от этого она становится еще мрачнее.
– Значит нужно сказать мужу чтобы усилил охрану, разве не моя безопасность должна быть для него самой важной задачей? – кивая сама себе никурина успокаивающим жестом проводит по животу, – к тому же мне достаточно воздуха от открытых окон.
– Как вы посчитаете необходимым, никурина. Но если все же решитесь на прогулку я всегда готова составить вам компанию.
Мягко сжав руку ладинэйры Калоит замолкает показывая что разговор окончен, раздав последние указания гротанам Алияр уходит, планируя осмотреть местные горы в поисках трав, ее запасы нужно было пополнить, но сделав несколько шагов в намеченном направлении она лишь боковым зрением замечает волну взлетевшего шёлка и даже не успевает отреагировать как звонкая пощёчина оглашает окрестности, а ее лицо загорается в месте удара.
– Ах ты тварь! Создание Дилики! Как смеешь ты мешать мне! Да кто ты такая!? – лицо Дилисир перекошено гневом, глаза мечут молнии, а от злости на лице проявились красные пятна, это милейшее создание замахивается для новой оплеухи и привыкшая к безнаказанности не ожидает сопротивления. Пропустив первый удар и не собираясь принимать новый Алияр блокирует ее руку своей и отвечает на оскорбление влепляя ей от всей души не менее сильную пощёчину. Выражение лица обиженного избалованного ребенка дороже всех драгоценных камней вместе взятых, злость сменяется удивлением, хлопая ресницами как будто только проснулась она постепенно закипает снова.
– Да как ты смеешь!?
– Хватит! Обе зайдите ко мне! – голос отца звучит так громко что даже на расстоянии чувствуются вибрации гнева в его голосе. Вздёрнув подбородок и смерив соперницу победным взглядом Дилисир торопливо семенит к отцу, за ней спокойно и даже слегка отстраненно следует Алияр, желая поскорее закончить этот фарс и успеть еще собрать лекарства.
– Объяснитесь! – Ладинэйра оборачивается к названной сестре вздёрнув бровь, ожидая с не меньшим любопытством пояснений, но та стоит молча обхватив себя руками, и когда пояснений не следует, возвращает взгляд к отцу склоняя голову.
– Я проведала никурину Калоит, и убедившись что она в здравии собиралась отправиться с вашего позволения пополнить состав лекарств, когда она на меня напала.
– Да тебя убить мало, Дилика во плоти! Отец, ты наказал меня из-за нее, а ее за похищение лермента Кинстона даже не поругал. Как такое возможно? Ей и сам никур не указ?
– Никто его не похищал, лермент едва не умер от лихорадки, ладинэйра спасла его и теперь лечит.
– И потому поставила охрану и никого к нему не пропускает? – отец старается скрыть удивление, что выходит довольно плохо и потому он оборачивается к Алияр с немым вопросом.
– Охранник там находится добровольно, он считает своим долгом следить за местонахождением вверенного ему наказанного, а простуда и правда может быть заразной, мы же не хотим распространения болезни по всему поместью. – отец удовлетворён ответом, но это совсем не устраивает Дилисир, топнув ногой она не желает сдаваться так легко.
– Но она же входит и ее гротаны тоже, выходит только мне нельзя!? – никур обеспокоенно смотрит на дочь, вспоминая совсем недавний разговор с Алияр, дети растут быстро, явный интерес его сокровища к взрослому мужчине немало обеспокоило родителя, к тому же выбор предмета обожания как нельзя хуже, еще не хватало породнится с опальной семьей Кинстон.
– Тебе стоит вновь перечитать правила поведения достойных девиц.
– Что? – новый проигрыш никак не укладывается в голове девушки, она удивленно моргает глазами с трудом закрывая отпавшую челюсть. – но папа!..
– Сейчас же! Двести раз перечитай, а будешь продолжать упрямиться и тысячу! – собираясь сказать что-то еще, но вовремя закрыв рот Дилисир испепеляет взглядом выскочку что украла у нее и отца и Делайера выбегает из зала под тяжёлый вздох никура.
– Мне жаль… – но к удивлению ладинэйры ее останавливает поднятая вверх рука.
– Ты ударила никурину, за это предусмотрено наказание Алияр, такого не должно повторится, запомни.
– Конечно отец – она склоняется в поклоне, но тот раздраженно фыркает.
– Говорил же не делай этого! Хотела идти в лес, иди, но одной бродить опасно, возьми с собой спасённого лермента.
– Но он еще слаб отец, ему не под силу такое путешествие, – от ее возражений никур отмахивается.
– Корзинку с цветочками нести не трудно, должен справиться, – понимая что дальнейший спор бесполезен, она кивает и уходит. Злость никура к этому моменту достигает пика и схватив первую попавшуюся вазу швыряет ее в стену наблюдая как осколки дождем падают на пол. Как он мог быть так слеп, ведь его дочь всячески жаловалась на него чтобы добиться наказания, а в лесу он был совсем один и одной Дилике известно, что там происходило.
– Никур к вам Лакида Перакит, – неожиданно появившись слуга получает затрещину облегчая переживания никура и улучшает ему настроение.
– Ах, прекраснейшая Лакида, чем обязан такой приятной встрече?
– Патарис, вы как и всегда галантны, – двигаясь по коридору мягко качая бедрами немолодая, но всё еще красивая женщина прикрывает лицо краснея от комплимента. – Ливика соскучилась по подруге вот и уговорила меня приехать, надеюсь вы не против?
– Как бы не жаль, но Дилисир наказана…
– Ах, какие ужасные вещи вы говорите, дорогой друг! Что же могла совершить ваша ангелоподобная дочь чтобы расстроить вас?
– Вы не поверите, – предложив никурине локоть он указывает на тропинку для прогулок, – она устроила драку…
– Не может такого быть, вы поди шутите!
– Да какие шутки, своими глазами видел, кто сказал не поверил бы.
– Да-то поди нерадивая гротана вывела из себя ангелочка? Сейчас так трудно найти хороших, да послушных.
– Ладинэйра, ей не угодила сама ладинэйра, ты можешь себе такое представить?
– Невероятно. – всё дальше удаляясь по тропинке они не видят как в комнату к наказанной проскальзывают Ливика и их общий друг Зейран.
– Почему она еще жива?!! – с порога Дилисир набрасывается с кулаками на Зейрана вымещая на нем всю злость от поражения и наказания, – ты же говорил что это сработает!
– Оно и сработало бы не появись здесь ладинэйра – перехватив маленькие кулачки разозлённой никурины он легко чмокает ее в губки отступая и падая на ее же кровать.
– Снова она! Да почему же везде она!
– Снова? – Ливика присаживается на край той же кровати легко и без стеснения поглаживая мужчину чуть выше колена. Ее каштановые волосы уложены в модную прическу, оставляя часть локонов снаружи, что сейчас покачиваются в такт ее легким движениям. Ее красивые в разлёт брови подчеркивают яркие табачного цвета глаза, красивая почти прозрачная кожа украшена легким румянцем, а ровный ряд белых зубов прихватывают губы, что складываются в довольную улыбку.
– Эта выскочка везде где только ее не ждут! Лезет во все подряд как специально! – топнув ногой Дилисир замирает наблюдая за движением руки Ливики, как загипнотизированная.
– Она же просто женщина, что если ее отвлечь, – голос Ливики звучит довольно, мурлыча она поднимается рукой выше улыбаясь напряжению мышц Зейрана и блеску в его глазах.
– Прекратите это делать при мне, – фыркнув Дилисир отворачивается, но тут же оборачивается, ее лицо светится идеей, – ну конечно! И как я сама об этом не подумала, Ливика ты гений! Если ей будет некогда она не сможет мне помешать.
Подруга подмигивает ей вставая с кровати и кладет руки на лицо Дилисир притягивая ее к себе нежно и ласково, впиваясь в губы вызывая у Зейрана нервный вдох. Их поцелуй нежный, раздувает яркие искорки в крови обеих вызывая волну нетерпения желанием наслаждения.
– И пока ты следуешь нашему плану ты непобедима, – нежный голос Ливики замирает на ее ключице, направляясь вместе с Дилисир к взбудораженному мужчине. Безусловно он знал для чего Ливика сегодня привела его в комнату к их старой подруге, но она не говорила что и сама будет в этом участвовать. Замерев у края кровати Дилисир краснеет, не зная что делать, вызывая раздражение подруги. Шагнув ближе она кладёт руки подруги на рубашку Зейрана вновь нежно пробежав по её губам. Понимая что от него требуется он легко вклинивается между девушками захватывая губы Дилисир своими. Его язык смело скользит Дилисир в рот увлекая в свою игру и слыша ее стон прижимает к своим бедрам ее нежное невинное тело. Захваченная ласками в круговорот удовольствия девушка не сразу понимает что между ней и разгоряченным другом нет преград, а Ливика уверенно подталкивает их к кровати. Где-то в голове пульсирует мысль о том что это неправильно, но одурманенная ласками Дилисир не сопротивляется, даже под натиском вторжения в ее плоть. Все что она успевает это охнуть прежде чем вновь погрузиться в жаркий омут удовольствия.
Торопливо шагая по дорожке к дому за своими вещами и лерментом, которого теперь придётся таскать по горам Алияр с трудом не рычит, ее раздражает бесконечные неприятности от Дилисир, и ее настойчивые попытки помешать ей спокойно закончить работу и уехать. Но подойдя ближе к входной двери изумрудного дома она вдруг замирает. Весь день до вечера находиться в компании Делайера кажется довольно опасным ведь он не скрывает своего желания к ней, а она к своему стыду не уверена что сможет отказаться. В такой нерешительности ее и находит Марилу в этот момент открыв дверь. Быстро окинув подопечную взглядом гротана мрачнеет.
– Я слышала о драке, что случилось? – легкая усмешка ладинэйры успокаивает немолодую няню, по опыту зная что такая реакция говорит о запланированных действиях Алияр.
– Это была не драка, а обмен так сказать претензиями. Ее давно нужно было поставить на место.
– Ах, Алияр, снова ты влезаешь в неприятности! И ради кого? Не могу поверить что ты ударила никурину ради лермента!
– Я ей лишь ответила ударом на удар, и в этом нет ничего особенного.
– Тогда что тебя обеспокоило? – она пытается заглянуть в глаза подопечной, но та встряхивает кудрями резко расправляя плечи и шагая в дом.
– Приготовь мою корзину для трав, нужно пополнить запасы.
– Соберусь через минуту. – она так быстро останавливается что гротана едва не наступает ей на пятки.
– Ты останешься здесь, следи за никуриной, Дилисир пока наказана и не сможет строить козни, но похоже действует не в одиночку и надо быть на чеку. Оставлю все настои здесь, ты помнишь как их применять, я могу доверять здесь только тебе.
– Одной в неизвестной местности? Ни в коем случае! Я не пущу тебя! – поджав губы ладинэйра сжимает плечи Марилу останавливая поток возмущения гротаны взглядом.
– Я не маленькая девочка, Марилу, и к тому же пойду не одна, – гротана удивленно но спокойно ожидает пояснений, замечая волнение которое ее подопечная тщательно скрывает, – со мной идет Делайер Кинстон, отец распорядился.
Всплеснув руками гротана зло хлопает себя по бедру. Да как такое возможно! Молодая девушка в компании мужчины одна в лесу, да еще и наедине, но в слух не решается сказать ничего. Что-то ей подсказывает что там она будет в большей безопасности чем в этом странном поместье, где всё кажется непривычным и опасным.
– Надеюсь ты отдохнул! – с порога довольно громко, стараясь скрыть свои переживания ладинэйра интересуется пряча взгляд в своей походной сумке выкладывая лишние склянки.
– Ты снова это делаешь – тихий низкий голос раздается совсем близко заставляя сердце пропустить удар и застучать так быстро что закружилась голова.
– Что я делаю? – пытаясь успокоиться Алияр еще внимательнее изучает содержимое сумки боясь оборачиваться и встречаться взглядом с этим человеком.
– Не отворачивайся от меня, – его голос вибрирует на коже шеи обжигая поцелуем ключицу. Парализованная собственными ощущениями Алияр прикрывает глаза наслаждаясь. Его руки смело путешествуют вверх по платью обжигая даже через ткань, а губы скользят вверх по коже шеи оставляя горячий след. – никогда не отворачивайся, последствия будут мгновенно, – его ладони накрывают верхушки ее груди разрывая током самообладание девушки тихим стоном отрезвляя как ушат ледяной воды. Заметив резкую перемену в ее поведении Делайер отступает и сам не понимая чему так радуется.
– Вам следует держать свои руки при себе, подобное поведение не позволительно. И если в прошлом инциденте виновата была болезнь то теперь я буду вынуждена защищать себя. Будь уверен продолжи ты вести себя подобным образом пожалеешь.
– Похоже на угрозу маленькая ладинэйра, приму это к сведению, – склонив голову он совершает пас правой рукой в сторону сразу прикладывая два пальца к груди, его забавляют потемневшие от гнева бирюзовые глаза и сжатые в ровную полоску пухлые губы девушки. А также ее очевидное знание этого жеста.
– Вам стоит помнить лермент Кинстон, – злорадный блеск вспыхивает в ее глазах, когда она вдруг склоняет голову слегка, вынуждая Делайера склонится по пояс, но подняв злой взгляд на ладинэйру он видит что и она склонилась ниже, принуждая его встать на колени и с проклятиями склонить голову к полу, поднимая взгляд он видит как она склоняется прямо к нему пока не вцепляется рукой в подбородок заставляя увидеть всю ее ярость, – стоит помнить, чтобы склонится ниже земли придется очень глубоко копать.
Алияр отпускает его резко поднимаясь возвращается к своей сумке, специально отвернувшись к нему спиной. Она не видит его усмешки ведь несмотря на поражение и унизительный поклон Алияр дразнит его снова представляя на обозрение точёную фигурку с аппетитными формами возбуждая не утоленное и все еще не успокоенное желание.
– Я предупреждал, – Делайер так быстро оказывается рядом что она не успевает уклониться, тут же оказавшись в его объятиях, лишая ее возможности сбежать. Он сминает ее губы властным поцелуем удерживая голову рукой за затылок и не встречая сопротивления скользит ей в рот языком, наслаждаясь ее покорностью испивает вкус как сладкий нектар. И с трудом дыша, но все же отступает борясь со своими демонами, настоятельно требующими продолжения. Удивленно моргая, не понимая как так вышло что она не пожелала сопротивляться Алияр готова сама себя ударить, лишь бы не видеть победное выражение лица этого человека.
– Собирайся, мы идем в лес! – чтобы как-то закрыть это обсуждение Алияр выпаливает первое что приходит в голову и не сразу замечает как помрачнел Делайер.
– У морозного столба главное не расслабляться, если не касаться его то можно простоять довольно долго, – отвлекаясь от своего занятия она внимательно изучает его лицо, вновь отмечая худобу и накопившуюся усталость мужчины, ощущая его страдания и безысходность, а также укол совести что вновь напомнила ему о наказании.
– Мне нужно собрать травы в горах, – все ещё злясь на него, но уже более спокойно Алияр закрывает сумку направляясь к выходу, – никур Патарис утверждает что лучше тебя горы никто не знает и мне показалось что это был не совет.
Услышав его тяжелый вздох она выходит из дома, стараясь идти не быстро чтобы Делайер не отставал, но вскоре расстроенно вздыхает, оборачиваясь.
– Почему бы тебе не найти место для отдыха, таким темпом до вечера мы даже до горы не дойдём. – он удивленно вскидывает бровь и сцепляет руки на груди не двигаясь с места. – Что?
– Раз уж ты всё сама решила, то может укажешь мне это место, а я как верный ногар посижу тут и подожду? – раздражение в его голосе и явный сарказм выводит из себя ладинэйру.
– Тебе стоит быть более благодарным, я ведь беспокоюсь о твоем самочувствии.
– Ты могла бы просто спросить как я себя чувствую, а не принимать решения за меня. – закатив глаза Алияр закрывает глаза рукой, справляясь с раздражением.
– Да как хочешь! Без разницы, мне нужно идти быстро, отстанешь твои проблемы!
Взяв быстрый даже для себя неудобный темп Алияр шла вперед не оборачиваясь и не прислушиваясь, пока наконец не дошла до подножья горы, где чаще всего и растут такие травы как ей нужны. Слегка отдышавшись она все же оборачивается даже не удивляясь что одна. Осматривая растения в окрестности ладинэйра на какое-то время отвлекается забывая о недавней стычке, да и об источнике ее раздражения, пока собственный желудок не напоминает о себе громким урчанием.
– Ах Дилика! Я и забыла о еде, надо же, будь тут Марилу она бы напомнила. – жалость к себе и тоска по заботе няни заполняют её сердце грустью. Вздохнув она поднимается с колен поправляя волосы и опуская юбки платья, поднятые вверх чтобы не испачкать и только сейчас замечает Делайера.
– Захватывающее зрелище, – удобно расположившись под деревом, он уплетает сложенный ей в дорогу обед, неизвестно сколько уже наблюдая за ней.
– Даже не удивлена, что стоит упомянуть ее имя, как тут же появляешься ты. – говорит она скорее себе, чем ему, собираясь отобрать у него часть еды и продолжить сбор.
– На самом деле это не честно, нас мужчин называют ее созданиями, а ведь именно вы подталкиваете нас к соитию. Получается мы виноваты в том что вы не можете устоять? – его озорная улыбка полна коварства, а в ледяных глазах пляшут бесенята, Делайер давно так не радовался разъярённой женщине.
– Потрясающе глубокомысленно, – выхватив из его рук кусок мяса, а из корзины кусок хлеба она нагло отправляет все это в рот, утоляя голод и обдумывая ответ этому наглецу.
– Я слышал ты избила Дилисир, из-за меня? – он говорит это так неожиданно что девушка замирает, закашливаясь от попытки проглотить большой кусок и ответить. – не торопись, я конечно понимаю что красавчик, но такое со мной впервые.
– А солнце на рассвете поднимается потому что ты улыбнулся? Невероятная самовлюбленность.
Потянувшись за новым куском мяса Алияр не видит как померкла его улыбка, а в глаза вернулась печаль.
– Не связывайся с ней, она по истине сама Дилика, ее колодцу коварству нет ни предела, ни дна.
– В день когда я испугаюсь влюбленную девчонку солнце сядет на востоке.
– И это она меня называет самовлюблённым? – его синие глаза лучатся отблесками заката, улыбка медленно расползается по лицу в ответ на его улыбку снимая напряжение этого дня.
– Мне нужен еще час пока солнце не село.
– Соберу хворост, очевидно ты совершенно не умеешь заботиться о себе, только о других. – он вздыхает поднимаясь и направляясь в сторону леса, даже не понимая насколько задел Алияр за живое.
– Я Ладинэйра! Моя жизнь посвящена заботе о других!
– Значит тебе нужен тот кто будет заботиться о тебе, умри ты в лесу от голода и холода, не сможешь помогать другим. – он уходит даже не оборачиваясь, оставляя девушку в задумчивости. Этот мужчина странным образом и злит ее и успокаивает, это странное состояние ладинэйра не встречала ни в одной из книг настоятеля Криблин которые прочла от корки до корки, а его библиотека считалась одной из самых богатых. Мучаясь в желании разгадать эту загадку Алияр рассеянно несколько раз обходит выбранный участок вдруг натыкаясь на целый куст бриолы, ягоды ее ядовиты, а вот стебли прекрасно снимают боль, и жар. Уже спасая никурину от яда Алияр решает собрать и ягоды готовясь к разным ситуациям. Возвращаясь на поляну она все ещё в задумчивости не сразу замечает костёр и почти готовый ужин.
– Я конечно не берусь судить, но ты уверена что разбираешься в травах? – и на ее немой вопрос указывает на ягоды бриолы в ее руке, – даже дети знают что это яд.
– Правильно используя яд можно многое вылечить, например бриола измельчённая в порошок хорошо прогревает при простуде.
– Я понял, в детстве с тобой никто не играл и ты часами сидела за книжками. – вспоминая свое детство Алияр мрачнеет, бесконечно одинаковые дни в ордене, постоянные занятия, им ведь и правда не позволяли играть, и даже громко смеяться. За этим неустанно следила жена настоятеля Илида, не забывая бесконечно напоминать об их милости.
– Верно, так и было, – тяжело вздохнув она присаживается напротив него завороженно наблюдая за всполохами огня отгоняющими тьму и холод ночи.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.