– Маша-а, какая же ты классная. Спасибо тебе. Не нужно расстраиваться. Прими себя такой, какая ты есть. Я уже говорил: отпусти себя. В моëм доме тебе можно всё. Осуществи свои тайные эротические желания. Я дам тебе многое, Маша. Со мной ты испытаешь то, чего никогда у тебя не будет, – ласковый голос Анджея заставил поднять голову.
– Ладно. Обещай, что отпустишь меня, Анджей, – вздохнула Светлова.
– Обещаю, сердце моë. Я верну тебя родителям через месяц. Выходи и одевайся. Потом иди в гостиную. Пришла пора объясниться.
– Хорошо. Я скоро буду, – Маша заставила себя встать и выйти из душевой кабинки.
Анджей не стесняясь стонал в голос. Он чувствовал некое единение с Машей и понимал, что ей это нравится. Девушка жаждала полноценного секса, но Делонг не мог ей этого дать. Он и сейчас едва сдерживал себя, чтобы не начать питаться её жизненной энергией.
Внезапно между ними протянулась нить. Маша это почувствовала, потому что выстонала имя Анджея и кончила. Делонг последовал за ней, сотрясаясь в оргазме и одновременно испытывая ужас. Если Маша не видела эту ниточку, а только чувствовала, то перед глазами Делонга она ярко светилась золотом, ослепляя глаза. Золотая нить любви, принадлежности, пары.
Вскочив с кресла, Анджей с трудом смог выдать ровный голос. Он подбодрил Машу и отправил одеваться. Потом демон не выдержал и закричал во весь голос. Даже стены содрогнулись от этого крика. Маша не просто избранная, он его пара.
Анджей упал на колени. Ещё ни разу он не испытывал такого потрясения. Инкубы не способны на любовь. У них никогда не бывает пары. В отличие от демонов, которые питаются эмоциями, возраст инкубов застывает на пять лет раньше. Вечные тридцать лет. Всегда умопомрачительно красив, молод и искусен в любви. Ранее инкубы иногда рожали детей, но уже двести лет не появлялось новых. Анджей последний из младенцев.
– Создатель, за что? За что ты наказал меня? Почему мне, единственному, дал пару? Моя пара. Моя возлюбленная малышка, к которой я не могу прикоснуться, рискуя убить. Что мне теперь с этим делать? Как жить? – Анджей хотел прокричать эти слова, но только шептал.
По щекам скользнули неожиданные слёзы. Он впервые в жизни плакал. Ему дали в пару не иного, а человека, избранную с повреждëнным сосудом. Это настоящая боль – любить и не сметь прикоснуться.
Из горестных мыслей вырвал телефонный звонок. Анджей поднялся, взял со стола айфон и ответил.
– Привет, Лех.
– Привет, Андж. Как у вас дела?
– Я только что провёл первый сеанс с Машей. Она очень податливая и почувствовала меня, как и я её. Между нами золотая нить, Лех, и я не знаю, что теперь делать.
– Нить любви? Вы пара? Но как такое может быть, что запечатлелись демон и человек? – потрясëнно спросил Лех.
– Я не знаю, друг. Возможно, создатель решил меня наказать, но за что? Наша связь с каждым днём будет крепнуть. Маша начнëт меня чувствовать сильнее. Нужно её увозить отсюда, но я не смогу с ней расстаться. Она мне нужна, как воздух. Лех, никому не говори. Пусть будет секрет.
– Хорошо. Я понимаю, что Маша – это твоя уязвимая точка. Если к демону приходит любовь, ради неё он готов на всё. Держись, Андж, мы что-то придумаем. Должен быть выход. Слышишь? Должен.
– Спасибо за поддержку, друг. Отключаюсь. Нужно поговорить с Машей.
Анджей отклонил вызов, снова сел перед ноутбуком и увидел, что девушка сидит на диване в гостиной и ест шоколадный батончик. Что же, пришла пора рассказать Маше правду. Вернее, только часть правды. Анджей не собирался врать, но кое-что умолчать стоило.
***
Маша взяла из холодильника шоколадный батончик, потом пошла в гостиную. Тут было очень уютно. Отделка и мебель в нежных пастельных тонах, как она и любила.
В комнате имелся камин, на полке которого стояли два бронзовых подсвечника со свечами. Рядом – два кресла, напротив друг друга. Посередине комнаты диван с множеством подушечек и журнальный столик. Напротив него висел большой телевизор. Маша подошла к нему и увидела на полу игровую приставку. Кабели подключены, можно играть. Она вздохнула, села на диван и начала есть батончик.
Вместо игры хотелось знать ответы на свои вопросы, но Анджей молчал.
– Маш, ты готова меня выслушать? – наконец-то раздался голос Анджея.
– Да, но как я могу знать, что ты меня не обманываешь?
– Я не стану врать. Только не тебе, сердце моë. Информация покажется тебе бредом сумасшедшего и тем не менее это правда.
Маша кинула на стол пустой фантик от батончика, потом нервно потëрла руки друг о друга. В последние дни вся её жизнь превратилась в бред сумасшедшего.
– Знаешь, Анджей, я не понимаю, что происходит в моей жизни… – начала Светлова.
Маша рассказала о собеседовании с Новаком, о том, как ей приснился кто-то с голосом Анджея. Потом поведала о цыганке и как её спас Глеб от каких-то парней, которых он назвал псинками.
– Это так странно, Анджей. Я подчинялась Глебу помимо воли. Сейчас я это понимаю, а тогда думала, что он просто хочет мне помочь. Я доверилась ему, а он переправил меня к тебе. Так обидно, я даже старшим другом его начала считать, – закончила свой рассказ Мария.
– Не обижайся на Глеба, он действительно тебе помог и ни в чём не соврал. В мире существуют не только люди, Маша. Есть ещё те, кто является ими наполовину. Мы называем друг друга иные. Глеб вампир, но не тот, которого показывают в фильмах ужасов. Как ты заметила, он прекрасно чувствует себя при свете дня.
– А ещё он отражается в зеркалах. Он пьëт кровь? – спросила девушка, ложась на диван.
– Да, но ему нужно совсем немного. Вампиры не убивают людей. Они питаются ещё и человеческой пищей для поддержания жизни. Они не бессмертны, просто живут намного дольше человека. По ночам спят, а не вылетают на охоту. У них нет крыльев. Глеб обладает гипнозом, вот ты ему и подчинялась. А снился тебе я. Ритуал проникновения в сны в действии.
Маша слушала рассказ Анджея очень внимательно. История действительно похожа на бред. Вот только совсем недавно, на её глазах, разбитая кружка была собрана из осколков – и ни одной трещинки не осталось. Свечение и восстановленный кран тоже не были плодом воображения. Маша видела всё собственными глазами.
Анджей рассказывал об иных. Кроме вампиров, были оборотни-волки, которых Глеб называл псинками. Существовали также эльфы, живущие исключительно на островах или в лесу. Все они были смертными, хоть и проживали долгую жизнь.
Анджей замолчал, будто раздумывая, говорить дальше или нет. Тишина показалась гнетущей.
– А кто из них ты, Анджей? Ты сказал, что определённой магией обладают только эльфы. Остальные в этом не очень сильны, – не выдержала первой Маша.
– Я демон. Самый настоящий. Эльфы верят в своего Сварога и считают его своим создателем. Волки, как и вампиры, разной веры, в зависимости от страны, в которой живут. У нас нет веры как таковой. Нет церквей и мест поклонения. Мы знаем, что наш создатель – Люцифер, и он сделал нас бессмертными, – ответил Анджей.
– А как же сатанисты? У них есть места поклонения. Кладбища, например. Или они где-то призыв сатаны делают с жертвоприношением, – полюбопытствовала Светлова.
– Хах. Это просто клоуны. Кладбище – всего лишь место захоронения усопших. Все эти ритуалы – чушь собачья. Никто, кроме нас, демонов, не знает, как рисовать правильные пентаграммы. И потом, создатель никогда не снизойдёт до людишек. Он ест жареные души грешников на обед, зачем ему их жалеть и помогать?
– А как же продажа души дьяволу за блага Мира? – не унималась Маша, любопытство так и свербело внутри.
– Я же говорю: чушь. Зачем ему душа кого-то? К нему в преисподнюю каждый день сотни тысяч грешников попадают. Есть чем поживиться, не находишь? За блага забирать душу можем мы. Человек становится нашим рабом на земле. Делает всё, что ему говорят. Вот хотя бы Новак, одолжил у меня крупную сумму на лечение мамы и теперь расплачивается. Но я могу освободить его в любое время, если захочу.
– Значит, ты бессмертный демон? Тогда зачем тебе я? Вроде ничего не должна.
– Понимаешь, демонов бывает два вида. Первый питается эмоциями человека, но может и не давать ничего взамен. Для людей это безвредно. Такие, как я, демоны-инкубы, подарят наслаждение. В нас влюбляются, хотят переспать. Мы питаемся жизненной силой человека. Во время секса забираем часть энергии.
Мария открыла рот от изумления. Неужели Анджей взял её для того, чтобы использовать как еду?
– Так я для тебя – еда? Когда я занималась… Ну там, в душе, ты… – нервно произнесла девушка и не смогла договорить.
– Не буду врать. Ты особенная. Ты уникальный человек, который способен стать вечным источником энергии. Это значит, что ты никогда не иссякнешь. После ритуала ты будешь жить всегда, как и демон. Но ты родилась повреждëнной. Почему, я не знаю. Избранные – идеально здоровые люди, а у тебя астма. Поэтому ритуал проводить опасно. И секс запрещëн: ты можешь не выдержать, когда твои силы станут утекать. Я не буду тобой питаться. Это исключено.
– Получается, Глеб не обманул, и меня хотели украсть и продать? – Маша округлила глаза в испуге.
– Да. Тебя бы продали какому-то инкубу. Поверь мне, он бы не стал тебя жалеть.
– Почему ты пожалел?
– Я не хочу об этом говорить, – резко ответил Анджей.
– Почему?! Я хочу знать! – крикнула Маша.
– Нет. Это не обсуждается. Я верну тебя домой, как и обещал. Постараюсь поставить защиту, если смогу. Не знаю как, но… Хватит, я и без того сказал слишком много, – тоном, не терпящим возражения, скомандовал Анджей.
– Хорошо. Я и от этой информации в шоке. Ты прав, я бы не поверила, если бы не видела своими глазами, как ты применяешь магию. Пойду разогрею еду. Кажется, какие-то полуфабрикаты в морозильной камере лежат.
Маша поднялась и ушла на кухню. Рассказанное Анджеем крутилось в голове. Светлова, с одной стороны, принимала всё, а с другой – всё казалось сказкой. Как бы ни хотелось думать, что всё выдумка, Маша в глубине души понимала, что это не так. Иначе, зачем каким-то парням устраивать на неё охоту?
Глеб без труда уговорил родителей проводить Машу в аэропорт и потом вернуться с ними в город. Папа даже не спросил, что Глебу надо от них. Его устроила одна фраза «Я ваш сосед». Другой бы насторожился, что взрослому мужику надо от его дочери. Ни папа, ни мама не проявили интерес к этому. Они только расплывались в улыбках и сыпали благодарности чудо-соседу, который решил помочь.
Настоящей мистикой было и то, что Маша знала о связи Новака и Глеба, и всё равно доверяла вампиру. Теперь всё встало на свои места. Сильнейший гипноз, которым не могут обладать люди.
Маша разогревала лазанью в микроволновке и думала, как же выглядит Анджей. Демон не мог с ней переспать, но посидеть рядом и пообщаться можно. Мужчина явно что-то скрывает. Что?
Маша поела и снова поднялась в гостиную. Она решила, что нужно выветрить все негативные мысли из головы. Для этого прекрасно подойдёт игра.
До позднего вечера она играла, а потом попила молока с бутербродом и пошла спать.
С утра жизнь макнула её в реальность. Она в чужом доме, похищена мужиком-демоном. Больше того, она вчера поддалась соблазнам и удовлетворяла себя на камеру. Как такое могло произойти сразу после того, как она просила проходящий мимо дома народ о помощи?
Воспоминания о том, что она вытворяла в душе, раскрасили щëки румянцем стыда. Одновременно с этим Маша начала возбуждаться только от одних воспоминаний о вчерашнем удовольствии. Девушка протянула руку под одеялом, медленно погладила себя между ног и застонала.
– Хочу это видеть, – раздался ласковый голос.
Одеяло поднялось вверх, а потом спланировало в изножии кровати. Маша тут же перевернулась на живот, уткнувшись лицом в подушку.
– Не надо, не смотри, – глухо простонала она.
– Почему? Вчера ты вовсе не возражала. У тебя красивая попка, сердце моë, – с усмешкой в голосе сказал Анджей.
– Давай, посмейся ещё. Я не знаю, что было вчера. Мне стыдно, я больше не буду, – простонала Маша.
Девушка была зла на себя: вчера по привычке легла голой, и сейчас похититель любуется её задницей. А ещё она недовольна собственным телом.
Организм тем временем не хотел подчиняться разуму, по коже пробегали приятные мурашки.
– Маша-а. Сердце моë. Ты такая красивая, самая сексуальная девушка на свете, – почти пропел Анджей. – Кончи для меня. Хочу это видеть.
– Нет, – застонала Светлова и при этом потёрлась пахом о простынь.
Демон её искушал. Маша чувствовала, что хочет подчиниться. Её снова возбуждала та ситуация, когда она перед камерами и на неё смотрят. Почему-то казалось, что взгляд Анджея буквально ласкает тело. Но ведь Маша не эксгибиционистка.
С ней творилось что-то другое, Маша не понимала что, но продолжала тереться о простыни. Потом просунула ладонь между матрасом и телом. Возбуждение зашкаливало. Она кусала наволочку от досады и приятных ощущений, разливающихся по телу. Стонала в подушку и не верила, что это она делает такие пугающе-запретные вещи.
***
Между ними установилась связь буквально за ночь. Теперь Анджей мог считывать не только сексуальные желания девушки, но и другие эмоции.
Маша напугана всем, что с ней происходит. Она не понимала, почему так возбуждается, зная, что кругом камеры. Тут Анджею даже магию применять не пришлось. У девушки обнаружилось сексуальное отклонение. Она любила удовлетворять себя перед зеркалом.
Её сексуальная девиация вылилась в другую форму. Если раньше Маша любовалась сама собой, то теперь ей нравится, что Анджей на неё смотрит. Это не был эксгибиционизм в классическом понимании. Тут всё гораздо тоньше и чувственнее. Маше нужно уединение в доме, чтобы только она и человек, который смотрит. При этом ей нравилось, когда откровенно восхищались.
Маша перевернулась на живот.
– Маша-а. Сердце моë. Ты такая красивая, самая сексуальная девушка на свете, – почти пропел Анджей. – Кончи для меня. Хочу это видеть.
Маша сказала: «нет», но при этом потëрлась пахом о матрас. Слова Анджея, что Маша красивая и самая сексуальная девушка на свете, стали спусковым крючком для девушки. Она всё же засунула руку между ног. Это было ещё одним открытием.
– Маша-а. Ты великолепна. Хочу тебя бесконечно. Моя сладкая, самая лучшая. Миша-а, – хриплым возбуждённым голосом ворковал Делонг.
Анджей увидел, что девушка чувствует его и заводится даже от голоса. Это – плохо. Делонг не понимал, почему их связь начала образовываться так быстро. Золотые нити, которые тянулись от него к Марии, сплетались между собой в тугой канат. Анджей знал, что если завершить их связь сексом, у них появятся татуировки на руках.
Маша извивалась на кровати. Выгибала спину, приподнимала попку. Анджей видел, что она позирует для него и подогревал её тем, что нашлёпывал разные ласковые слова. Он усилил магию, сделав так, что голос звучал не на всю комнату, а будто Анджей говорит в самое ухо девушки.
Как же сейчас хотелось к ней. Прикоснуться. Ощутить запах Маши. Слизнуть капельку пота, бегущую по её позвоночнику. Анджей поцеловал бы эти ямочки на пояснице, дурея от того, что девушка принадлежит только ему. Он и сейчас еле сдерживал себя, чтобы не ринуться в Машину комнату.
Кровь кипела внутри. Всё демоническое естество требовало соединение со своей парой. Анджей вцепился в подлокотники кресла до побелевших пальцев. Демон требовал хоть немного насладиться энергией избранной. Анджей сдерживал его, как мог. Это было больно физически и душевно. Демон с диким рëвом рвался наружу.
Если Анджей-человек сейчас нашёптывал на ушко Миши ласковые слова, то Анджей-демон кромсал Делонга когтями изнутри, крича: «Она моя! Иди к ней! Отдай её мне! Она принадлежит мне!»
Анджей услышал, как рвётся кожаная обивка кресла. Когти врезались в поролон и воткнулись в дерево, словно гвозди. Маша выгнулась ещё раз и застонала протяжно, получая оргазм. Анджей стиснул челюсти, не давая магии выплеснуться наружу больше, чем нужно.
Делонг увидел, как Маша рухнула лицом в подушку. Девушка была ошарашена и напугана тем, что сейчас произошло.
– Маша, всё хорошо. Во всём этом нет ничего страшного, – успокоил Делонг.
– Правда? А ты уверен, что завтра я не выйду на улицу пугать прохожих свои голым видом? – всхлипнула девушка.
– Уверен, Маша. Девушки находят другие пути. Они не делают, как мужчины. Поверь демону-инкубу. Я знаю о сексуальных отклонениях больше, чем люди. Да, они у тебя есть, но совершенно безобидные. А у кого их нет? У всех немного, но есть. Прекращай бороться с собой. Прими себя такой, какая ты есть на самом деле.
***
Маша встала с постели и поплелась в ванную голая. Чего теперь стесняться, когда она только что извивалась на кровати на потеху хозяину дома. Анджей прав, хоть здесь она может побыть самой собой. Её никто не осудит. Не посмеётся над ней. Но один вопрос не давал покоя.
– Анджей, обещай, что эти записи не уйдут в интернет, – попросила Маша, заходя в ванную.
– Никаких записей не ведëтся. Если нужно, я могу это сделать, но зачем мне? Ты только моя, Маша, другим не позволено смотреть на это прекрасное тело.
– Тогда я спокойна, – с улыбкой ответила Мария.
Светлова от чего-то была уверена, что Анджей не врëт ей. Странное чувство, она никогда не видела этого мужчину или духа. Вот кто с ней разговаривает? Как выглядит демон? И всё равно Маша откуда-то знала, что Анджей не врёт. Он многое не договаривает, но это уже другой вопрос.
Маша быстро приняла душ, потом почистила зубы и снова пошла в комнату.
– Анджей, а можно спросить?
– Разумеется.
– А как ты выглядишь? Как дух? Как призрак? – спросила Светлова, застёгивая на себе вчерашнюю блузку.
– Как обычный человек. В одной своей ипостаси я и есть человек. Сплю по ночам, ем колбасу, занимаюсь сексом. Я имею свою фирму и также, как все, хожу на работу. Сейчас я в отпуске.
– Если ты не выглядишь монстром, тогда выходи ко мне. Почему прячешься?
– Я уже говорил причину. Мне будет труднее сдержаться. Но если тебе скучно, мы всегда можем поговорить.
Маша только хмыкнула в ответ и села за туалетный столик. Он провела массажной расчёской по волосам. Удивительно, но её короткая стрижка за ночь отросла. Волосы были заметно длиннее.
– Волосы же не растут так быстро? – удивилась Маша.
– Растут, с помощью магии. Мне не нравится твоя причёска. У тебя прекрасные кудряшки. Может, ты хочешь оставить как есть? Скажи и я не стану ничего делать.
– Мне тоже не нравится моя причёска. Сделала, а оказалось, что мне не идёт, – усмехнулась Маша.
На столике валялся журнал по технике макияжа. Маша прищурила глаза. Потом открыла ящичек. Там лежали коробочки с брендовыми тенями и помада разных оттенков. Имелась тушь и румяна. Даже крема для лица, тела и рук. Полный набор красавицы и модницы. Весьма дорой, судя по всему. Пальцы закололо, хотелось открутить вон ту ярко-алую помаду и провести ей по губам. Маша решила, что не будет поддаваться, и закрыла ящичек. Через секунду не выдержала, выдвигая снова, ведь в нëм лежала красивая коробочка, в которую она не заглянула.
Вынув шкатулку, Маша поставила её на стол и откинула резную крышку. Внутри оказались различные украшения: цепочки, бусы, кольца, серьги. Светлова взяла одну серьгу. Голубые капли, прикреплённые друг к другу, свисали с круга. Маша думала, что это искусная бижутерия, но, перевернув изделие, увидела пробу.
– Золото? – удивилась она.
– Да, золото и голубой сапфир. Тут нет бижутерии.
– Анджей, ты сумасшедший? Тебе деньги некуда девать?
– Для тебя мне ничего не жалко, сердце моë.
– Так, это надо переварить, – Маша хлопнула крышкой шкатулки и добавила. – Вернее, заесть.
– Завтрак тебя ждëт.
Маша ринулась на кухню. На плите стояла кастрюля. Она открыла крышку и по комнате разлился запах куриного супа.
– Ты же сказал, что мне нужно самой готовить?
– Оказалось, что мне приятно баловать тебя, – раздался голос.
Маше показалось, что слова сказаны с каким-то надрывом, будто человек испытывает боль.
– Анджей, тебе плохо? Может, ты заболел? – заволновалась Мария.
Если с мужчиной что-то случится, то она рискует не выйти никогда из этого дома.
– Демоны не болеют, сердце моë. Мне просто нужно отдохнуть.
– Хорошо, я не буду доставать тебя вопросами, – пожала плечами Маша, наливая суп в тарелку.
После завтрака Светлова решила прогуляться. Снова обошла дом. Крыльцо главного входа оказалось не по середине. Получалось, что дом разделялся на большую и меньшую часть. Сзади был вход в подвал и небольшой запасной выход. Также имелся сад с различными фруктами и кустами ягод.
Маша прогулялась по саду, увидела маленькую грядку клубники. Всего десять кустиков, но ягод на них было много. Крупные, спелые, они просились, чтобы их съели. У девушки даже слюни потекли.
Рядом с грядкой, прямо на траве, лежала глубокая тарелка. Маша нарвала клубники, вымыла под уличным краном и двинулась к беседке. Там она удобно умостилась в кресле. Когда ставила тарелку на столик, то увидела раскрытую книгу. Стало любопытно и она перевернула её. «Сто лет одиночества». Габриэль Гарсиа Маркес.
Значит, Анджей выходил на улицу. Возможно, он сидел здесь и читал эту книгу, когда она уже спала. Мария представила, как некий человек расположился в этом кресле. Изящными длинными пальцами он переворачивает страницы. Для Маши, выросшей в эпоху цифровых технологий, было странно, что кто-то ещё читает бумажные книги. Сейчас всё можно найти в интернете.
Книга оказалась довольно старой, с потрёпанными страницами. Маша поднесла её к лицу и зачем-то понюхала листы. Запах типографской краски давно выветрился, но ей показалось, что она чувствует приятный аромат рук Анджея. В жизни девушки что-то пошло не так, и теперь она искренне удивлялась, почему мужчина так на неё влияет.
Светлова начала есть клубнику и читать книгу. Так она сможет хотя бы немного приблизиться к миру Анджея и узнать его лучше.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.