Вдруг сельскую пастораль нарушает музыка, решила идти на шум. Смотрю, это «апрески» — особый тип баров на горнолыжных курортах, куда по традиции все лыжники, спустившись с горы, обязательно должны зайти и пропустить стаканчик веселящего, прежде чем отправиться в отель. Народу много, бар, видно, пользуется популярностью, коль он битком забит. Я беру собаченыша на руки, чтобы ему ничего не отдавили, и захожу. Подхожу к стойке, бармен показывает мне, что можно переместиться в самый угол, там я собаку на лавочку могу посадить. Получилось удачно, поскольку много людей в горнолыжных ботинках, наступят на хвост или лапу и даже не почувствуют. Посадила Вушеля на лавку, он смирно сидел и наблюдал за всем происходящим.
— Ого, внимательный, как филин, только головой крутит, — смеется бармен. — Что будешь пить?
— Даже и не знаю, завтра с утра начинается рабочая смена, хоть бы не проспать.
— А где ты работаешь? — спрашивает меня парень.
— Еще пока не работаю, завтра – первый день в отеле «Норд».
— «Норд»? Ну тебя и угораздило! — скривив губы, начал покачивать головой он.
— А что такое? Почему меня угораздило? — разволновалась я.
— Ну, знаешь что, а может тебе и повезет! Давай, прояви всю свою хитрость и ловкость и — вперед, в бой. Чего тебе налить за счет заведения? — подмигнул бармен.
— Ну, налейте…
— Налей, здесь все на «ты», — поправил меня мой собеседник.
— Налей мне, пожалуйста, апфель глюмикс. Такой горячий яблочный сок с корицей.
— Я знаю. С глотком рома? — засмеялся парень.
— Нет, что ты, без рома тоже вкусно, — я выпила свой напиток и пошла обратно, в комнату.
Уже на подступах к дому меня окликнул неприятный голос:
— Эй, ты с пакетиком для своей псины гуляешь, надеюсь?
Я обернулась посмотреть, кто это такой хамоватый. Передо мной стоял пожилой мужчина и смотрел на нас уже обличающе, но у меня не было ни желания, ни сил вступать с ним в дискуссию, просто отвернулась и открыла дверь нашего блока. Я снова налила себе немного чаю, добавила имбирь и лимон, привезенные из дома для профилактики от простуды и, надеюсь, хамства, вышла на балкон. Странные чувства сталкивались и теснились во мне: красота, тишина и спокойствие. Но они как бы гонят меня, кусаются и леденят душу. Все, оставим сантименты и спать, завтра – первый рабочий день! Аллилуйя!
«Славного тебе утра», — пожелала я себе, чтобы немного взбодриться. Выбежали с Вушелькой на полупрогулку-пролупробежку. У пиццерии решила познакомиться с автором записок:
— Доброе утро, простите, я – владелица той машины, на которой вы вчера оставили две записки, хотела попросить прощения за то, что так надолго оставила ее на вашей парковке! — крикнула я возле стойки бара, откуда сразу же появился приятный на вид итальянец.
— Бонджорно, синьора! Да что же вы, будет вам, ничего страшного! Меня зовут Марко. Кофе выпьете со мной? — и расплылся в улыбке. Он был самим очарованием, как буд-то и не было этих записок.
Мы познакомились, немного пообщались, и он мне официально разрешил парковаться на его месте. Ах, как чудесно начинается первый рабочий день! Немного пробежавшись, вернулись с Вушелькой в комнату, поставила перед ним миску его любимого корма. Он быстренько все умял, да с таким аппетитом! А я пошла в душевую приводить себя в порядок. Выхожу, замотанная в полотенцах, одно на голове, второе на теле, а в общем коридоре какая-то симпатичная женщина гладит Вушельку.
— Здравствуйте, меня зовут Пиерина. А вы моя соседка? — женщина поднялась и протянула мне руку.
— Доброе утро, Пиерина, меня зовут Анастасия, а это ваш четвероногий сосед Вушель. Очень надеюсь, что вы не боитесь собак, — с надеждой сказала я.
— Ой, что вы! У меня дома, на Сицилии, три собаки! Очень даже хорошо, что у нас здесь будет вот такой Вушелька! — и потрепала его за ушком.
Мы разошлись по комнатам и стали собираться каждый на свою работу.
Подходя к отелю, смотрю, стоит карета «Кроче Биако», это частная организация «Белый Крест», выполняющая функции скорой помощи, но только в провинции Альто-Адидже. Это помимо «Кроче Россо», «Красного Креста», государственной структуры. Из отеля как раз выводили гостя, который прижимал руку к телу.
«А, скорее всего, руку сломал», — сказал, наверное, еще один гость, он стоял рядом со мной в смешной розовой курточке. И тут, совершенно неожиданно для группы наблюдателей, прямо над ухом начали бить колокола. Мы даже подпрыгнули от испуга. «Ах ты ж, надо же», — воскликнула розовая курточка. Стало немного жутковато. Я посмотрела на колокольню, колоколами ловко управлял все тот же горбатый звонарь, которого я вчера видела. Мне нужно бежать, а то опоздаю в свой первый рабочий день, наверное, уже девять! Неужели тут каждый день в это время бьют в колокола?
На ресепшене, как всегда, с утра людно и шумно — кто-то оформляет чек-ин, кто-то чек-аут. Секретарь мне показывает знаками, что она занята.
— Мануэла, я иду в ресторан, — оповестила я ее и отправилась на запах еды.
— Извините, — обращаюсь к одной очень привлекательной девушке в униформе официантки, — с кем мне поговорить по поводу работы? Сегодня мой первый рабочий день, и…
— Сама ищу с кем мне поговорить, — не дала договорить мне эта красотка. — Я тоже сегодня только начала и даже спросила вон у той лохудры, что мне начинать делать. Да вот она только бегает, орет на всех, посудой гремит. Дурдом! Ну, ничего, пусть бегает, с места теперь не двинусь, вот так и буду стоять до конца рабочего дня.
— Меня зовут Анастасия, — и я протянула руку такой уверенной и отчаянной собеседнице.
— Русская, что ли, или из Украины? — улыбнулась она. — Меня зовут Зоряна. Но, поскольку местное население даже не пытается правильно выговорить мое имя, представляюсь всегда Зарой.
— Зоряна, а что ты-то здесь делаешь? Тебе только на подиуме блистать! В тебе есть все, чтобы быть топ-моделью, — осторожно поинтересовалась я.
Зоряна — высокая, стройная брюнетка с роскошным бюстом, подчеркнуто тонкой талией, небесно-синими глазами и белой-белой кожей. Именно такой я представляла себе Клеопатру. Помните Элизабет Тейлор в этой роли? Вот-вот.
— Ну, что я здесь делаю?.. — замялась красавица, которую выдал украинский акцент. — Деньги зарабатываю, так же как и ты. Сама, видать, с подиума только сошла, такой очень характерный образ хрупкой блондинки там в моде сейчас.
— Ошибаетесь, коллега, — рассмеялась я, — образ хрупкий только внешне.
— Так, курицы, что встали тут кудахтать, ану, живо за работу! — пронеслась мимо нас местная официантка, лет пятидесяти, полноватая и с короткой стрижкой, с жесткими буклями химической завивки.
— Ах вы ж зэлэни бджолы! Эй ты, Пещерный человек, а ну, бегом сюда! — громко скомандовала вдогонку ей Зара. Женщина опешила от такой реакции и подошла к нам. — Быстро повторила вслух, как меня зовут, я тебе 10 минут назад говорила!
— Зара, по-моему, ну и что с того?
— А с того, шо еще хоть раз я услышу от тебя хамство, остригу твои химические кучэри. Кивни, если поняла, — акцентированно медленно и размеренно стала втолковывать Пещерному человеку Зоряна. Видно было, что та растерялась, к тому же нас было двое, и она кивнула. — А как нам тебя называть, у тебя имя есть?
— Барбара. Но только не Барби, я не люблю, когда меня так называют, — стала втолковывать нам она.
— Как-как? Вот уж совсем не придет в голову тебя называть Барби. Где ты, а где Барби? Где Гваделупа, а где Франция? Улавливаешь? Ладно, вводи нас в курс дела, нам с Анастасией нужно начинать, – еще раз скомандовала Зара, и Барбара очень послушно начала рассказывать, что нам делать.
— Зара, но ты же ее построила так неслабо! — мне было очень неловко.
— Да ладно тебе! Представь, что это я мелом очертила метровый радиус вокруг нас с тобой от нечисти разной. Знаешь, это страшные люди, я их называю «крестьянско-рюмошный» бомонд. С ними со всеми веди себя так, как они себя с тобой ведут. Если они с тобой милы, и ты с ними мило общайся, главное, не забывай – ни шагу назад! Только старайся быть холодно вежливой, это всегда убеждает, и никаких прямых оскорблений! Вот такая агрессивная учтивость! Все очень просто: первое время присматривайся, потом свою игру навяжешь, сейчас главное — сразу отбиться, поставить их на место. Потом расскажу все, а теперь работаем, а то шеф наблюдает. Нос опять трет, на коксе, что ли, сидит? Тут не мелом, видать, очерчивать нужно будет.
Я решила не поддерживать такую опасную тему, а то действительно докудахтаемся.
Время завтрака подходило к концу, все шло совершенно спокойно. Кофе, капучино, чай, буфет для завтрака, заказы на яичницу – как обычно.
– А что, у нас уже новенькие? – услышала я незнакомый голос и повернулась, приготовилась представиться. В дверях стояла еще одна девушка модельной внешности. Высокая и стройная брюнетка с короткой стрижкой каре.
– А где ты работала до этого, что тебя шефом де ранг сюда взяли? – обратилась ко мне девушка из дверного проема.
– Ты хоть поздоровайся и представься для начала, а потом экзамен мне устраивай, – ответила ей я. – Если хочешь, чтобы с тобой общались, поучись немного вежливости.
– Ты кто такая? Ты вообще языком должна пол вылизывать, да и то подумаем, оставлять ли тебя здесь! – фыркнула та.
– Задница – это у кого-то часть таза, а у таких, как ты, еще и мыслящий орган, – и я отвернулась.
– Что?! Да как ты смеешь?! Я сейчас сюда шефа приведу! – начала возмущаться что появившаяся официантка и убежала.
– Ну, понятно, шеф подбирает себе куколок в персонал, только не спешит их воспитывать. Значит, будем этим заниматься мы, – сказала мне тихонько Зара, полируя столовые приборы, а потом крикнула той вдогонку:
– Давай, давай, а заодно попроси его научить тебя себя вести, – и отправилась накрывать столы после завтрака на ужин. Я пошла ей помогать, нам обеим хотелось как-то убить время, оно тянулось как резиновое.
– Зара, а как ты здесь оказалась? Уверена, если бы захотела, то с твоей внешностью и твоим характером заполучила бы себе любого холостяка, – я все-таки решила вернуться к острой теме.
– Ну, знаешь, поскиталась я уже по пяти звездам и звездам Мишлена. Потом влюбилась в мужчину, он был виноделом. Прожили мы с ним душа в душу почти десять лет, а жениться он не захотел, – с тоской произнесла моя новоиспеченная коллега. – Вот я и решила бросить его, потому что мои годы тоже идут, нужно искать себе хорошего парня и рожать детей, а то уже за тридцать.
– Да, история не из приятных… Ну, ничего, найдешь еще свою половинку, не переживай, – а что я еще могла ей сказать?
– Ладно, это все сантименты, давай думать, как до конца сезона здесь дотянуть, оклад хороший, а значит – цель оправдывает средства.
– Андре, они здесь! – крикнула девушка из дверного проема, и в зал вошел недовольный шеф.
Тут Зара, стоя к ним спиной и сервируя стол, второй рукой расстегивает две верхние пуговицы белой рубашечки разворачивается и ме-е-е-дленно скользит к шефу, призывно качнув бедром. Тот стоит столбом и таращится на нее. В этот миг девушка из дверного проема подскочила к Заре, тянет руки к ее блузке и старается бедром втиснуться между нею и мужчиной. А Зара, не отводя взгляда от шефа, легко шлепнула ее по рукам. Мне было смешно и страшно, хотелось отвести глаза и постараться не прыснуть от смеха.
– Андре, вы что-то хотели нам с Анастасией сказать? Мы уже готовим столы к ужину и скоро идем на перерыв. Мы же ведь верно поняли нашу задачу? – в этот момент ложки как бы случайно с грохотом летят на пол, а негодяйка опять ме-е-е-дленно наклоняется их поднять. Шеф, который к тому времени уже стал памятником самому себе, на негнущихся ногах выходит из зала, не проронив ни слова, потирая свой красный нос.
Напряженная тишина висела в воздухе, ее можно было даже рассмотреть.
– Ни слова, ни полслова, ни четвертиночки! – уже повернувшись к девице с каре, сказала великая актриса, коей она была в этот момент для меня. – Меня зовут Зара, а тебя?
– Сьюззи, – потрясенная увиденным, ответила та. Было видно по ее лицу, что она возмущена, но никак не придумает, что сказать и сделать.
– Зара, «крестьянско-рюмошное ню» сработало на «ура», пойду салфетками займусь, – давясь от смеха, оповестила ее я и продолжила накрывать столы.
– Барбара, и это только двое из четырех! Я даже не представляю, кто еще придет к нам в команду! – жаловалась девушка из проема Пещерному человеку.
Барбара только махнула рукой на причитания Сьюззи и показала ей, что нужно шевелиться, а то не успеют ничего.
– Так, они, скорее всего, ищут еще двоих, я сейчас была на ресепшене. Вот было бы хорошо, если бы вторые двое были с нами заодно, – позже сказала мне Зара.
Да, нужно срочно звонить Имми и спросить, не хочет ли он подработать этой зимой, заодно и нам помочь, защитить нас в случае чего. Отошла в угол и сразу же позвонила, чтобы не откладывать в долгий ящик, да и родные голоса так хотелось услышать. В телефонном разговоре Имми сообщил, что и он, и Джакомо Лупини были бы не против подработать и вышлют сегодня же резюме в отель. Хоть бы их взяли сюда!
– Эй, идите получать национальные костюмы на вечерние смены! – крикнула нам Сьюззи. – Спускайтесь в прачечную. Синьора Хайди, мать шефа, выдаст вам все, что нужно. На завтрак – белая рубашка и черные брюки, вечером – национальный костюм.
Нам выдали по семь блузок, семь сарафанов, семь фартуков и схему, как их комбинировать каждый вечер.
– Ах, вы ж зэлэни бджолы! Как можно такое отрепье носить! При таком количестве звезд в эдаком рванье ходить! С моим ростом сто семьдесят пять сантиметров я в этом балахоне буду походить на колокол, – воскликнула моя коллега.
– Ну, самое главное – нигде больше в этом не появляться. А так ничего, справимся, – сказала я и предложила идти по домам, ведь меня ждал мой малыш, как же я по нему соскучилась! Нам с Зарой оказалось по пути, ее комната номер девять, совсем рядом с моей, на одном этаже.
Что мне сразу же захотелось – это кинуться в душ, а потом обнять Вушельку и спать! Так я и сделала. Завела будильник и, как по команде, отключилась.
Звонит будильник. Если бы я захотела поужинать, то нужно было бы прийти на тридцать минут пораньше, но мне так хотелось спать… Ничего, поголодаю, даже полезно. Я встаю, беру в руки схему и смотрю, что же мне сейчас нужно надевать. Вроде бы все правильно.
Вечер, начало ужина. Распределили ранги. Приходит Зара. Я теперь уверена, что от моей новоиспеченной коллеги можно ожидать всего: она обрезала сарафан чуть выше колен.
– Ну, вот так приблизительно, может, еще и кружевами обошью! – пошутила она.
Все коллеги заметили, ходили вокруг и шушукались, но никто не осмелился ей что-то сказать, даже шеф наблюдал издалека и ушел в свой кабинет.
«Привет, я – Лиза», – к нам подошла высокая и очень полная девушка лет восемнадцати. Лицо симпатичное, в очках и с конопушками, брюнетка и с химзавивкой.
– Да что же это у них за мода такая на завивки! Если я когда-нибудь разозлюсь, то обязательно побрею их наголо! – заметила Зара.
– Но, надо отдать должное, первый приличный человек, который подошел к нам поздороваться и представиться, – говорю ей я.
– Или ее хорошенько просветили, что бывает с теми, кто забывает это сделать, – рассмеялась моя собеседница.
– Настя, это твой ранг, двадцать восемь человек. Ранг Зары рядом – двадцать шесть. Не переживайте, вам будет помогать комми Лиза, – распорядилась Сьюззи.
– Сьюззи, а где твой ранг? – спросила Зара.
– У меня сегодня нет ранга, я буду помогать всем, – уверила нас она.
– Ну, ладно, посмотрим, что будет, – согласилась Зара, и мы принялись за работу.
Нас с Зарой представили шеф-повару, его зовут Улли, внешне очень похож на Пьера Ришара: рыжие, кудрявые и торчащие во все стороны волосы и длинный нос с горбинкой. Немного поговорили, ведь времени совсем не осталось: нужно было ранги проверять, а уж когда он начал заигрывать, мы быстро смылись.
По фамилиям на табличках, которые размещены на столах, видно, что гости собрались со всего мира. Я готова к сервису. У меня первые гости, приняла заказ на вино и остальные напитки. Комми даже не двинулась мне помочь принести заказы, сослалась на то, что нужно ложки дополировать.
– Что, Лиза, ложки дополировать? Я тебе сейчас кое-что другое наполирую, ану, быстро апельсиновый сок и минеральную воду неси за четырнадцатый стол! – начала «план обучения» по Заре я. Лиза шустро полетела в бар за соком и водой. Вот так!
Не привыкнув еще к новому расположению вин в винном шкафу, ищу Амароне. Подходит шеф:
– Что ищем?
– Амароне.
– Вот смотри, очень быстро вина можно найти так… – и рассказал мне систему раскладки.
– Спасибо большое, а вот и мое вино! – я взяла бутылку и ушла к столу. Начала с представления напитка, как требует этикет сомелье.
И тут я замечаю, что за моим винным сервисом из-за угла наблюдают шеф Андре, Сьюззи, шефиня Хайди и вчерашний неприятный мужик, который вечером моего Вушельку псиной назвал. Как назло руки дрогнули, и бутылка выскользнула из моих рук. У меня внутри что-то оборвалось, дорогущее Амароне летит, разливаясь по скатерти, по тарелке, с грохотом бьется о пол, разлетаясь вдребезги на тысячи осколков и брызг. Я смотрю в сторону угла. Андре, Сьюззи, Хайди смеются и уходят, а тот мужик что-то сказал себе под нос и продолжает наблюдать.
Подскакивает Зара и пытается меня успокоить.
– Зара, ты не видела Лизу случайно?
– Сейчас я ее приведу!
– Я не собираюсь все это убирать, ведь разбила не я! – фыркнула наша помощница.
– Так, если ты сейчас это не уберешь, я все эти осколки, так уж и быть, сама соберу и высыплю тебе за шиворот. А Настя еще и сок апельсиновый выльет, который ты ей принесла только после скандала, понятно? – пригрозила ей моя защитница.
Лиза быстро пошла подметать осколки и вытирать вино с пола.
– Ты знаешь, что этот Амароне стоит девяносто евро? – уведомил меня шеф, проходя мимо. – В следующий раз вычту из твоей зарплаты. Поняла, сомелье?
«Ну, конечно же, я все поняла, – думала я про себя, – еще и упрекнул, что сомелье». Все столы заполнены, работа не просто идет, несется во всю прыть. Я отправляю заказ через компьютер на четыре чечевичных супа «Аюрведа», а Лиза мне приносит только два, я бегу на кухню и начинаю выяснять, мне дают недостающие два супа и называют истеричкой. Еще через десять минут я отправляю заказ на одну порцию гнуди из рикоты с сыром и шпинатом и одну порцию биголи с песто, а приносят мне две порции гнуди. Быстро начинаю соображать, что Лиза самовольничать точно не будет, ведь там, на кухне, стоит человек на раздаче и командует всем, куда и что нести, и чеки в руки никому не дает. Моего заказа на три поленты ди сторо вообще уже минут двадцать нет. А больше всего не хватает времени бегать на кухню и каждый раз выяснять, в чем проблема. Гости пока молчат. Ладно, времени немного есть. Пошла на кухню, по пути рассказываю Заре, что у меня на ранге неразбериха: то не приходят заказанные мною блюда, то приходит не то, что заказала.
– Будь внимательна, они на кухне вытягивают из твоих заказов недостающие себе блюда на другие ранги, а комми просто плевать. Так повара тянут время, а ты его теряешь! – сообщила мне Зара.
– Спасибо большое тебе, Зоряночка, пошла разбираться!
– Не разбираться, а тихонечко вытягивать блюда себе на ранг! Не ругайся с ними! Будет немного медленнее, но это лучше, чем такой хаос! – посоветовала мне она. – Пошли на кухню, покажу тебе как.
Мы отправились на кухню, получилось, что зашли почти беззвучно. И что же там застали? Как ни странно, в разгар сервиса почти никого нет, тихо! Только один из поваров, оглядываясь и торопясь, нюхает белый порошок, потом аж притоптывает, потом топочет, топочет своими ножками в резиновых кухонных штиблетах, зажимает нос и затем его растирает. Трет так, будто хочет его с лица стереть, дальше ударяет кулаками по поварскому столу, да так, что некоторые кастрюльки подпрыгивают.
Мы смотрим друг на друга и одними губами: «Что? Наркотики?» И сели вниз, спрятавшись под разделочный стол. Я показываю Заре, мол, давай отползать к двери, чтобы он нас не заметил. И мы на корточках поползли к выходу. Зара ползет и шипит:
– Ничего себе ритуальный кокаиновый танец! Это нормально для пяти звезд и звезд Мишлена? Одно скажу, наркоманы – настоящие идиоты! Настя, мы попались с тобой! Добро пожаловать в ад. Если у тебя есть хоть кто-то из тех, кого сюда можно позвать, то зови срочно, нам с тобой не помешает пара человеческих лиц в команду.
– А может, обойдется? – оборачиваюсь на ходу я.
– Может, но до этого момента еще ни разу не обходилось! Держись.
В это время хлопнула кухонная дверь со стороны внутреннего двора.
– Наверное, он уже вышел, – повернула я голову назад, к Заре, и уткнулась лбом в чье-то колено.
– А это что, специальная зарядка для звезд подиумов? – слышу голос Пещерного человека где-то вверху.
– Да, Настя, я нашла сережку, вот она, спасибо большое, – прыснула от смеха Зоряна, поднимаясь с колен, я тоже поднялась.
– Ну-ну! – хмыкнула Барбара.
Позже все же пришлось мне последовать совету Зары. Я еще раз отправилась на кухню и начала действовать тихо и очень быстро. Лизу выдергивала к себе на ранг и иногда силой заставляла мне помогать:
– Тут заказ, нужно нести четыре тарелки. Но я не могу тащить четыре тарелки сразу!
– Это что за шеф де ранг, который не может даже четыре тарелки унести? – начал высмеивать меня шеф-повар Улли.
– А ты что, Улли, не знаешь, что мы с Настей работали в приличных ресторанах, а не в пиццериях, где по шесть тарелок сразу разносят. Так что, все, не дергай, я иду с ней, – нашлась Зара.
Я готова была разрыдаться от всего того, что сегодня произошло за один день!
– Зорян, вот у тебя больше опыта работы в таких отелях. Скажи, пожалуйста, почему они тут все такие высокомерные и агрессивные? – спросила я ее.
– Все очень просто. В местных приличных отелях в маленьких деревушках, даже если они на мировых горнолыжных курортах, постоянная нехватка хороших рабочих мест или хотя бы просто рабочих мест. Местные сотрудники любых предприятий не хотят принимать новичков из других регионов Южного Тироля, не говоря уж об иностранцах. Потому что обязательно либо члены семьи, либо друзья, либо соседи сидят без работы. Поэтому первое, что они устраивают новичкам, это вот такое унижение и саботаж, вредительство просто. Так их стараются выжить. Те не выдерживают, уходят, а тут раз – и высокий сезон, отель забит гостями, шефы соглашаются на неквалифицированных местных из собственной деревни, потому что делать уже нечего, должен же кто-то работать. Круговорот денег в деревне! Это обычная схема, которая работает уже многие десятки лет! – со знанием дела пояснила мне моя опытная коллега.
Вечер подошел к концу, шеф мне выдал карточку-ключ для компьютера, чтобы можно было производить расчеты с гостями напрямую, а не только счета на комнату записывать. Проверили, работает под именем Настя.
– Я Сьюззи вообще вечером не видела, где она была? Один раз только торчала за углом. Обещала же, что нам поможет, – спросила я Зару.
– Ну, знаешь, видимо у нее другие обязанности – шефа ублажать… тоже ведь нелегко, – ответила она мне.
– Чем с таким, лучше тарелки носить!
– Вот мы с тобой, Настя, тарелки и носим, а она в кровати кувыркается.
– А тебе тоже лучше в кровати бы? – заинтересовалась я.
– Я вообще не себя и не его имела в виду. Ой, Настя, ну ты посмотри на себя, у тебя же ведь все прямо и перпендикулярно! Нужно менять свое мировоззрение, жизнь – это сложная геометрия! – произнесла она.
– Ну все, все, я уже усвоила, что жизнь – сложная штука! – ответила я.
– Знаешь, меня пугает твое благоразумие, а вдруг это заразно? – потряхивая локонами, сказала она и пошла к ресепшену.
Мы отправились с моей новой приятельницей из Украины домой. Не было сил ни о чем ни говорить, ни думать.
– Зорян, спасибо тебе большое за твою помощь, – чуть не расплакалась я.
– Не думай об этом. Радуйся, что ты, дожив до своих лет, не бывала еще в таких клоаках, значит не было необходимости, – грустно ответила она мне.
– А классно ты сегодня с сарафаном придумала! Сама подшивала? – решила попрощаться на веселой ноте я.
– Смеешься? Меня в последний раз с иглой в руке только в больнице видели, под капельницей, – засмеялась Зара и пошла в комнату.
Мы прошлись еще с Вушелькой по пустынным улицам до светящихся ледяных фигур, постояли на мостике и поплелись обратно. Взаимоотношения в коллективе налаживались совершенно неочевидными путями, но они налаживались! Завтра будет новый день!
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.