Поблагодарив Рутила, Луна с мальчишками наконец-то отправилась во дворец Гарнетуса. Как и в первый раз, это чудесное сооружение привело ее в восторг. Такого Луна не видела ни в Драгомире, ни по ту сторону земли.
Дворец Гелиодора стоял на необычном фундаменте. Это был кратер потухшего вулкана, из-за чего казалось, будто дворец и есть застывшая лава, которая когда-то выплеснулась из жерла, взметнулась ввысь и замерла, не успев долететь до земли.
Лестница, ведущая во дворец, как и у целителей, то исчезала, то появлялась словно из ниоткуда. Только, в отличие от белоснежных ступеней дворца Манибиона, эти напоминали жидкое пламя. Они на краткий миг вспыхивали в воздухе, озаряя все вокруг ярким светом, и тут же гасли, едва нога человека отрывалась от них.
Все здание опутывали странные стеклянные трубы, похожие на языки пламени, которые светились всеми оттенками огня. Луна поняла, что это такое, лишь очутившись внутри.
Дело в том, что во дворце не было ни одной лестницы. Попасть на другой этаж удавалось только через трубы, служившие коридорами. Обвивая дворец, они вели на второй этаж, где размещались кабинеты, на третий, который занимала огромная библиотека, на четвертый, где располагались спальни, и на пятый, где находилась обсерватория.
Жители Гарнетуса обожали наблюдать за звездами и особенно за кометами с огненными хвостами, с которыми чувствовали родство.
Коридоры были пологими и плавно вели вверх, но все равно подъем оказался затруднительным. Кроме того, чтобы дойти до нужного места, порой приходилось огибать здание несколько раз. Поэтому мастера Гарнетуса вместе с учеными из Кристаллиума как лучшими специалистами по полетам изобрели специальные устройства – небольшие светящиеся сферы, снабженные двумя маленькими, но мощными воздушными двигателями. Разноцветные сферы кувыркались в воздухе, создавая праздничное настроение. Их называли сфайеры14 из-за круглой формы. Подозвав к себе сфайер, любой желающий мог с ветерком прокатиться по бесконечным коридорам Гарнетуса.
В середине сфайера находилась красная кнопка, которая приводила в действие механизм, открывающий его. Он раскрывался на две половинки – будто апельсин разрезали пополам, правда, не до конца. Нижняя полусфера становилась удобным сиденьем, а верхняя – спинкой. Внутри сфайера были мягкие подушки и комфортные подлокотники. Вращающиеся лопасти нижнего двигателя поднимали сфайер в воздух, а верхнего, который находился теперь за спиной, – толкали вперед. Нажимая на подлокотники, можно было легко поворачивать налево или направо. Чтобы остановиться, оба подлокотника поднимали вверх. Вентиляторы замедлялись, и сфайер плавно опускался.
Сфайеры могли развивать приличную скорость. Поэтому вскоре конструкцию усовершенствовали, добавив ремни безопасности. Слишком уж любили жители Гарнетуса носиться сломя голову. Причем и дети, и взрослые.
Чтобы в длинных коридорах было проще ориентироваться, их освещали светильниками разных цветов. Желтый коридор вел в обеденную залу, оранжевый – в спальню и так далее. Благодаря этому дворец Гарнетуса напоминал рождественскую елку, опутанную гирляндами, и его обожали дети, независимо от того, в каком петрамиуме они родились. Каждые выходные здесь было полно народу, ребятишки носились туда-сюда по коридорам на светящихся сферах. Для них это был самый лучший аттракцион. Гелиодор, любивший детей, очень радовался и с удовольствием разрешал им играть во дворце.
Впервые попав в такой коридор, Луна испугалась. Благодаря стеклянному полу создавалось впечатление, что ты идешь по воздуху, причем на приличной высоте. Чтобы ободрить ее, Гелиодор вошел туда первым и даже попрыгал на месте. Но Луна лишь сильнее побледнела. Громко расхохотавшись, правитель уверил ее, что, даже если стадо слонов пробежит по коридору, ничего страшного не случится. Девочка сравнила огромного Гелиодора со слоном, посмотрела на себя и решилась. И все-таки, проходя по коридору, где сквозь стекла был слышен ветер, свистящий снаружи, Луна испытывала детское желание зажмурить глаза. Но, видя огорченное лицо Гелиодора, который искренне хотел доставить удовольствие гостям, она заставила себя успокоиться и даже отважилась посмотреть по сторонам. Правда, при этом девочка одной рукой держалась за стену, а другой – за отца. Вокруг неслышными тенями скользили птицы.
– Как высоко, – прошептала она.
– Разве ж это высоко, – улыбнулся Александрит. – Ты еще дворца бабушки Криолины не видела. Признаюсь честно, в первый раз даже мне там было жутковато.
– Страшно представить, – проговорила Луна.
После нескольких осторожных шагов она убедилась, что стеклянный пол достаточно прочен, немного расслабилась и стала получать удовольствие от экскурсии. А уж когда Луна освоила езду на сфайере, ее радости не было предела. Совершенно перестав бояться, она с удовольствием рассекала по коридорам, пугая встречных восторженными воплями.
Экскурсия ей тоже понравилась. Во дворце почти все было кованым: стулья, столы, изголовья кроватей, подсвечники, полочки, карнизы для тяжелых портьер, рамки для зеркал и многое другое. Луне казалось, что она попала в царство металла или в огромный музей…
– Ох и получим мы сейчас, – забеспокоились мальчишки. – Опоздали…
– А вы-то тут при чем? – возразила Луна. – Это я должна была приехать после завтрака, а время уже почти обед.
– Ты-то не получишь, а вот мы – вполне возможно. Это ж мы тебя к Рутилу на полдня затащили.
– Я вас защищу.
– Кто тут кого собрался защищать? – раздался чей-то голос.
По огненным ступеням дворца к ним быстро спускался Аметрин.
«Ого! – подумала Луна. – А он изменился».
Аметрин действительно сильно возмужал. Плечи сделались шире, мышцы – заметнее, а ростом он почти догнал отца Луны. Теперь девочка едва доставала ему до плеча. Прическа тоже стала другой. Коротко остриженные волосы придавали Аметрину сходство с настоящим воином.
– Здравствуй, Луна! Давно не виделись.
– И тебе привет, Аметрин, – почему-то пискляво ответила девочка и тут же разозлилась на себя.
Прокашлявшись, она уже нормальным голосом добавила:
– Чудесная погода сегодня, не находишь? – и тут же залилась краской.
«Вот я дура несусветная, – мысленно обругала себя Луна. – Что за чушь, какая погода?!»
Она была готова провалиться сквозь землю.
– Согласен, отличный день. Впрочем, как всегда в Драгомире, – вежливо ответил Аметрин.
В Драгомире круглый год стояло лето, погода в основном была одинаковая, ни жарко, ни холодно. Дожди случались, но не затяжные, а легкие и живительные. Они шли тогда, когда растения нуждались в воде, и, конечно же, ими управляли воздушные жители. Поэтому дождливая погода была в Драгомире по расписанию, и все знали, что сегодня нужно надеть плащ и взять с собой зонтик. Дожди здесь любили, ведь после них так сверкала трава, так зеленела листва, а в небе красовались такие яркие радуги, что Драгомир еще больше напоминал огромное драгоценное украшение.
Гелиодор, узнав о том, что по ту сторону земли есть четыре сезона, больше всего заинтересовался осенью, когда деревья одевались в цветные наряды. Расспросив Луну, он даже засобирался туда на экскурсию ближайшей осенью, чтобы взять на память несколько листочков пламенного цвета.
Так что глупее разговора невозможно было себе представить. Обсуждать погоду там, где она всегда одинаковая!
Повисла неловкая пауза. Мальчишки, обычно такие говорливые, как назло, тоже молчали, стоя неподалеку и переминаясь с ноги на ногу. Видимо, боялись нагоняя от сурового старшего брата.
– С чего начнем? – наконец спросил Аметрин, глядя на Луну ясными янтарными глазами.
– Э-э-э… Тебе, наверное, виднее…
– Как я понимаю, в самом дворце ты уже была?
Не доверяя своему голосу, девочка кивнула.
– Тогда сегодня посмотрим школы. Проведу экскурсию и небольшую тренировку, чтобы ты примерно представляла, что ожидает тебя в ближайшие месяцы. Прошу! – Аметрин галантно протянул ей согнутую руку.
Луна осторожно ухватилась за его локоть и с тоской подумала:
«Столько времени с ним! Как это выдержать? Я с ума сойду!»
– А вы чего там топчетесь? – грозно бросил Аметрин братьям. – Где в моих словах «можно пропустить один урок» вы услышали, что разрешено прогулять целый день?
Мальчишки покраснели, потом побелели и уныло повесили головы.
– Я договорился о дополнительных занятиях для вас. Так что марш в школу.
Братьев не пришлось долго уговаривать, они исчезли в мгновение ока.
– Не ругай их, – наконец-то отмерла Луна, вспомнив о своем обещании. – Это я виновата, слишком долго глазела по сторонам.
– Да-да, а они наверняка отвели тебя к Рутилу, чтобы накормить их обожаемого Лавика. А Лавика они готовы кормить хоть с тобой, хоть без тебя, да если еще и вместо уроков… Уверяю тебя, все было сделано умышленно. Можешь их не защищать.
– Все равно не ругай, – упрямо сказала девочка.
– Да кто ж их ругает? За ними нужно внимательно следить. Они у нас слегка непутевые. Если ослабить контроль, школа будет заброшена и тут же забыта.
– Какой ты строгий, – проговорила Луна, взмахнув ресницами.
И, вспомнив подковырки Сентарии, опять покраснела. Фраза прозвучала нарочито кокетливо. А еще эти ресницы… Луна клятвенно пообещала себе, что больше не будет строить глазки, хихикать и заикаться, как какая-то глупая девчонка.
– А вот и огненная школа. – Аметрин гордо показал на странное здание.
Длинное, с широкими стеклянными окнами от пола до потолка, оно больше походило на казарму для новобранцев, нежели на школу. Здание разделялось на множество секций, приспособленных для разных тренировок. Здесь стояли манекены в доспехах, на которых отрабатывали удары мечом, висели мишени для стрельбы из лука, с потолков спускались металлические кольца, куда ученики забрасывали огненные шары, оттачивая меткость. В других секциях находились беговые дорожки, площадки для прыжков в длину, турники, батуты и еще куча всего.
В комнатах занималось много огненно-рыжих учеников, причем как юношей, так и девушек. Здание было наполнено тяжелым дыханием, запахом пота и периодическими выкриками.
– Это точно школа? – чуть заикаясь, спросила потрясенная Луна.
– Конечно, школа. Мы же в Гарнетусе, забыла? – рассмеялся Аметрин. – У нас два здания. Это для старших классов, а вон там, чуть подальше, – для малышни. Сначала в огненной школе изучают теорию, а потом переходят к практическим силовым тренировкам. Мы же в первую очередь воины.
– А можно мне туда? – Луна с надеждой показала на симпатичное здание младшей школы.
– Если ты хочешь к малышам, – шутливо ответил юноша и уже серьезным тоном добавил: – Господин Александрит сказал, что тебе не нужны основы. Времени и так мало. Черные книги до сих пор не найдены, и может случиться всякое. В первую очередь я должен обучить тебя самообороне, затем управлению огнем, а в конце боевым искусствам.
Луне стало страшно. Глядя на спортивные тела старшеклассников, она понимала, что сильно проигрывает им. Как хотя бы на миллиметр приблизиться к их уровню, она не представляла.
– Вот там женская раздевалка, иди переодевайся. Я подожду тут.
– В смысле переодевайся? – не поняла девочка.
– Не будешь же ты тренироваться в этом. – Аметрин показал рукой на наряд Луны, совсем не подходящий для занятий спортом.
– Ой, – смутилась Луна. – Я как-то не подготовилась. Тогда, может, завтра начнем?
– И не мечтай! – усмехнулся Аметрин.
Он окликнул высокую рыжую девушку и что-то ей тихо сказал.
– Это один из тренеров, иди с ней, она тебе даст форму.
Луна, обреченно вздохнув, поплелась за девушкой, невольно любуясь ее легкой пружинистой походкой.
«Да, это вам не Смарагдиус с цветочками, кремами и духами! Здесь даже запах совсем другой», – с тоской думала Луна.
Поглощенная невеселыми мыслями, она и не заметила, как оказалась в раздевалке возле шкафчика. Высокая девушка дала ей запечатанный пакет с формой и, улыбнувшись, удалилась.
Луна со вздохом начала переодеваться. Вытряхнув из пакета форму, она уже в который раз покраснела.
– Я что, должна тренироваться в этом? – воскликнула она, глядя на шорты до колена и коротенькую маечку. – Да я в жизни это не надену! Они же ничего не прикрывают!
Вокруг раздались возмущенные возгласы. Луна оглянулась и увидела других девушек, одетых в точно такую же форму. Все они удивленно смотрели на нее.
– Из-з-звините, – пробормотала Луна и начала переодеваться.
Решив не смотреть в зеркало, чтобы не передумать, она стремительно вышла из раздевалки.
Аметрин ждал ее с бутылкой воды и большим полотенцем в руках.
– Готова? – Он скользнул по ней взглядом. – Пойдем.
Луне ужасно хотелось забрать у Аметрина полотенце и завернуться в него. Потом она не выдержала, натянула поверх майки свою кофту и сразу почувствовала себя гораздо увереннее.
Придя в пустую комнату, устланную мягкими ковриками для тренировок, Аметрин остановился в центре.
– Сначала посмотрим, на что ты способна. Начнем с простейших упражнений, с разминки. Приготовились, на раз-два начали!
Через пять минут Луна поняла, что не способна вообще ни на что. Даже от легких упражнений она вся взмокла, дыхание сбилось, сердце колотилось как сумасшедшее. А ведь в Драгомире сила тяготения немного другая, прыгать и бегать здесь несравнимо легче, чем по ту сторону земли.
– Давай-давай, следи за дыханием, – подбадривал Аметрин.
Поначалу Луне было стыдно перед ним за красные щеки, растрепавшуюся прическу, прилипшие к мокрому лбу пряди, но к концу тренировки стало уже абсолютно все равно. Весь организм молил о пощаде.
– Давай передохнем, – как сквозь толстый слой ваты дошли до ее сознания слова.
Девочка тут же рухнула на пол, ни капли не заботясь о том, как выглядит.
– Ложиться сразу нельзя, – подскочил к ней Аметрин. – Сначала нужно выровнять дыхание. А потом можешь сесть и отдохнуть.
Сильные руки подняли Луну с пола. Бессильно повиснув на его плече, она пошла, едва переставляя ноги, к скамейке, стоявшей у стены.
– Да, тяжело тебе придется, – с сочувствием сказал Аметрин. – Ты что, раньше совсем не тренировалась?
Луна мотнула головой.
– Надо было предупредить, я же не знал, что ты такая неспортивная. Я бы подобрал тренировку попроще. Хотя и эта простая.
Луне опять стало стыдно. Кое-как выпрямившись, она упрямо сказала:
– Не надо меня жалеть. Я обязательно научусь! Пусть не сразу, но научусь. Я должна уметь постоять за себя.
– Судя по тону, кто-то приходит в себя, – усмехнулся Аметрин. – Попей и иди в душ, потом проведу экскурсию по школе. Все равно ты сегодня уже больше ничего не сможешь.
Девочка разозлилась и сверкнула глазами:
– Не такая уж я и слабачка! Вот подожди немного, посмотрим, кто тут слабый. – Она резко вырвала у него из рук бутылку с водой и полотенце и гордо пошла в раздевалку, нарочито чеканя шаг.
Аметрин хмыкнул и проводил ее взглядом.
Закрыв за собой дверь раздевалки, девочка прислонилась к стене, не имея сил даже дойти до скамейки.
«Как я умудрилась дожить почти до четырнадцати лет, – думала она, – и совсем не заниматься спортом! Необходимо срочно наверстывать упущенное, чтобы кое-кто не смел надо мной смеяться».
– Что? Тяжело пришлось? – Молоденькая девушка сочувственно смотрела на Луну.
– Да нет… нормально, – выдавила из себя та.
– Вижу, как нормально. Держи. – Она протянула Луне какую-то баночку. – Здесь охлаждающая мазь. После душа намажь ноги и плечи, чтобы так не ныли. И на ночь тоже. Иначе завтра не встанешь.
– Спасибо, – благодарно пробормотала Луна.
Кое-как отлепившись от стены, она поползла в душ.
Потом, намазавшись приятно пахнущей мазью, она и вправду почувствовала себя лучше. Переодевшись, Луна довольно бодро вышла из раздевалки.
Аметрин тоже уже успел помыться и переодеться. Влажные волосы смешно топорщились, делая его похожим на колючего ежа.
– Как чувствуешь себя?
– Нормально, – ответила Луна.
– Идти можешь?
– Конечно! – Девочка показательно промаршировала вокруг Аметрина.
– Ух ты! Все не так уж плохо, – улыбнулся тот. – Ну пойдем сначала на обед, а потом на экскурсию.
«Все гораздо хуже», – подумала Луна, с благодарностью вспомнив незнакомую ученицу в раздевалке.
Проходя по коридору, Луна наблюдала за тренировками других учеников и восхищалась их четкими отлаженными движениями.
Уже возле обеденного зала она вдруг спохватилась:
– А где Фиччик?
– Кто? – не понял Аметрин.
– Мой хранитель, Фиччик. Не помню, когда я его видела в последний раз. По-моему, аж перед тренировкой, – не на шутку переполошилась она.
– Не переживай, он вместе с моим. Они как познакомились, так друг от друга и не отлипают.
– Что значит не отлипают? Время обеда, а Фиччика нет! Это совершенно на него не похоже.
– Успокойся, вон они под деревом на качелях. – Аметрин показал на детскую площадку перед младшей школой.
– Ну я ему сейчас задам. Тоже мне хранитель! – Луна решительно направилась к качелям.
– Да не ругайся ты так, он ни в чем не виноват. – Аметрин торопливо шагал рядом.
– Что значит не виноват? – вскипела девочка. – Он не должен исчезать без предупреждения.
– Да это я их отпустил, – смущенно признался Аметрин.
Луна не ответила, изумленно глядя на хранителя, который имел весьма необычный вид. Всегда взъерошенный хохолок на голове был гладко расчесан и уложен волосок к волоску в симпатичный чуб. Сам Фиччик с глупым выражением мордочки осторожно раскачивал на качелях какого-то зверька, при этом болтая без умолку.
Девочка сначала подумала, что это двойник Фиччика, уж очень у них были похожие мордочки, но потом увидела маленькие аккуратные ушки.
– Лисичка! – ахнула она. – Какая хорошенькая!
– Да, это мой хранитель, точнее хранительница. ее зовут Ли́сса.
– Понятно, почему Фиччик обо мне забыл.
– Да он не забыл. Пока ты переодевалась, я его отпустил. Он же тут, неподалеку, все равно за тобой присматривал.
Фиччик, наконец-то увидев подопечную, принял смущенно-заискивающий вид. Подлетев к ней, он виновато проговорил:
– Разреши тебя познакомить. Это Ли́сса. Ли́сса, а это Луна.
– Я уже знаю, – улыбнулась девочка.
– Я, собственно, тоже, – мелодичным голоском отозвалась Лисса. – Фиччик мне о вас все уши прожужжал.
Луна с умилением разглядывала это крохотное создание. Лисса была и похожа, и непохожа на обычных лисиц. Главное отличие заключалось, конечно же, в размере. Лисса была совсем крохотная, даже меньше Фиччика, очень изящная и миниатюрная. Не такая рыжая, как обычные лисички, а скорей золотая с яркими перламутровыми переливами. Мордочка как у хранителя Луны – такая же удлиненная и с носом-сливой на кончике. Маленькие аккуратные ушки задорно торчали. А в ушках девочка с изумлением разглядела изящные серьги – каффы15. Когда Лисса привстала с качелей, Луна увидела изумительный пышный хвост. Он был настолько большим, что Лисса могла полностью завернуться в него.
– Давайте обедать, – сказала Луна, – а то скоро ужинать.
– Пойдемте, – сдержанно сказал Фиччик.
Девочка с недоумением уставилась на него. Куда подевалась вся суета, которую Фиччик устраивал перед каждым приемом пищи?
«Да не влюбился ли он?» – подумала Луна.
Лисса тряхнула огненным хвостом, с которого на землю упали искры, и ловко забралась к Аметрину на плечо. Фиччик тоже сел на привычное место, и вся компания наконец-то пошла к школе для малышей, где находилась столовая.
Чтобы понять, как выглядела младшая школа, надо представить себе мокрый песок на пляже. Если набрать полные ладони этого песка и начать потихоньку капать им на землю, постепенно получится изумительный песочный замок, похожий на оплывшую и наполовину сгоревшую свечу. Школа напоминала такой замок. Будто некий огненный гигант слегка опалил сверху камни, из которых она была сложена. Часть камней расплавилась и сползла вниз, а потом застыла. Среди этих стекающих каменных ручейков прятались маленькие окошки, ажурные балкончики и лестницы.
– Как красиво! – прошептала Луна.
– Да, нам тоже нравится.
Зайдя внутрь, Аметрин сразу повел гостью в обеденный зал. В этот раз девочке повезло: шли уроки, и друзья смогли спокойно пообедать.
Хотя поговорить все равно не удалось. Разошедшийся Фиччик не дал никому вымолвить ни слова. Лисса скромно отщипывала кусочки от мясного пирога и молча ела. А Фиччик, впервые съевший за весь обед всего пару кусочков, болтал без умолку. Он рассказал печальную историю заточения в амулете, разумеется ввернув свою любимую фразу о холоде, голоде и темноте. Лисса в ответ лишь хихикнула. Она отлично знала, что хранителям в амулете очень даже комфортно и они там практически все время спят.
Затем он начал повествовать о заточении в комнате караульного домика. Постоянно все перевирая и приукрашивая, Фиччик трагически вещал, как жестокие караульные морили их голодом, не давали воды, держали в кромешной темноте. Луна решила, что пора закругляться, и встала из-за стола:
– Спасибо огромное, все очень вкусно. Пойдемте дальше?
– Как спасибо? Уже поели? – ошалевший Фиччик схватился лапками за урчащий животик.
Ушки его печально поникли, но он покорно засеменил к выходу. Луна сунула ему большую булочку и шепнула:
– Хватит болтать, давай ешь, и пошли.
Фиччик в мгновение ока проглотил булочку величиной с него самого, похлопал лапкой по вздувшемуся животу и тяжело взобрался на плечо Луны, приготовившись трещать дальше. Луна, не дав ему открыть рот, быстро спросила:
– До какого возраста учатся в этой школе?
– До тринадцати лет, – ответил Аметрин. – Последние три года обучения посвящены физической подготовке. Поэтому старшие школьники переходят в тренировочный корпус. Но это не значит, что младшие не тренируются. У нас, наверное, с самого рождения дети начинают заниматься спортом. Поэтому все такие сильные и выносливые. Ты же уже знаешь, что большинство военных в Драгомире – это выходцы из Гарнетуса?
– Знаю! – ответила Луна. – Гелиодор не раз рассказывал об этом.
– Ну пойдем, покажу тебе, где тут что. А то скоро звонок. На перемене нам не дадут спокойно посмотреть.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.