Четвертый период шел уже три минуты. Оливер Кэрнкросс, сидя на своем чалом белоногом пони, замахнулся клюшкой на скаку, сильным ударом послал мяч прямо в ворота. Он заработал еще очко для «Бекингемширских ребят»! С трибун донеслись восторженные аплодисменты. В ответ сэр Оливер снял шлем, обнажив лысину, и отвесил публике театральный поклон.
– Ты только посмотри на него, – шепнула Вероника. – Они все здесь как дети – машут клюшками, бьют по мячу. Неужели они никогда не вырастут?
Сэр Оливер нахлобучил на голову шлем и повернулся в другую сторону, высматривая жену. Заметив, что та прижалась к Джордану, он сурово насупился.
– Только не это! – вздохнула Вероника. – Он тебя видел! – Она сразу встала, замахала руками и лучезарно заулыбалась, как и подобает гордой жене. Сев, пробормотала: – Он стал таким подозрительным!
Джордан изумленно воззрился на нее:
– Неужели он решил, будто между нами с тобой…
– Но ведь ты действительно мой старый приятель. Естественно, у него в голове всякие мысли.
Да, конечно, мысли у него есть, подумал Джордан. Любой мужчина, женатый на Веронике, обречен на то, чтобы до конца жизни терзаться сомнениями.
Вбросили мяч, и игра продолжилась. Глухо цокали копыта, клюшки били по мячу… Вероника теснее прижалась к Джордану:
– Ты принес их?
– Как ты и просила. – Джордан достал из внутреннего кармана пиджака связку писем.
Она тут же выхватила их:
– Признавайся, ты их прочел?
– Конечно нет!
– Какой ты джентльмен! – Вероника игриво ущипнула его за щеку. – Обещай, что никому ничего не скажешь!
– Ни одной живой душе. Но учти, Вероника, я выручаю тебя в самый-самый последний раз!
Отныне будь благоразумна. А еще лучше – почитай брачные обеты.
– Непременно, непременно! – пылко вскричала она, вскакивая с места.
– Куда ты? – окликнул ее Джордан.
– Спустить их в туалет, конечно! – Вероника весело помахала ему рукой на прощание. – Я позвоню тебе, Джорди! – Разворачиваясь в проходе, она нечаянно столкнулась с каким-то широкоплечим здоровяком и смерила его восхищенным взглядом.
Джордан с отвращением покачал головой и вернулся к игре. Игроки носились по полю на пони, стараясь перехватить нелепый резиновый мячик. Они летали туда и обратно, размахивая клюшками – плотный клубок потных мужчин и пони. Джордан никогда особенно не увлекался поло. Он несколько раз выходил на поле, но в конце игры был весь в синяках. Он не доверял лошадям, а лошади не доверяли ему. В неизбежной битве за власть у животных оказывалось преимущество в несколько сот фунтов веса.
До конца матча оставалось еще четыре периода, но Джордан понял, что с него хватит. Он покинул трибуну и направился к палатке с закусками и напитками. Очутившись под полосатым зелено-белым навесом, он подошел к винному бару и заказал себе стакан содовой. На прошлой неделе было слишком много праздников, и каждое утро он просыпался с больной головой.
Мелкими глотками попивая содовую, Джордан бродил по палатке, ища свободный столик. Он разглядел один в углу. Когда он подошел к нему, то сразу узнал сидящего за соседним столиком – Гая Делэнси. Напротив него, спиной к Джордану, сидела женщина с роскошной гривой рыжих волос. Парочка, по-видимому, была поглощена интимным разговором. Джордан решил, что их лучше не беспокоить. Он прошел мимо них и сел за соседний столик.
Вдруг до него долетел обрывок их разговора.
– Самое подходящее место, где можно забыть о трудностях, – говорил Гай. – Солнце. Песчаные пляжи. Официанты исполняют любое твое желание. Серьезно, давайте слетаем туда вместе!
Женщина рассмеялась знакомым низким, грудным смехом.
– Вы не слишком торопитесь, Гай? – спросила она. – Мы с вами только познакомились, а вы уже приглашаете меня лететь с вами на Карибы…
Джордан медленно повернулся и посмотрел на женщину. Ее худое лицо обрамляли роскошные, густые, ярко-рыжие волосы. Кожа у нее была светлая, почти прозрачная. Она со вкусом нарумянилась. Хотя ее трудно было назвать настоящей красавицей, карие, чуть раскосые, как у кошки, глаза над нежными скулами завораживали.
«Кошачьи глаза, – подумал Джордан. – Глаза пантеры!»
Она! Ошибки быть не может…
Как будто почувствовав, что на нее смотрят, собеседница Гая Делэнси вскинула голову и посмотрела на Джордана. Их взгляды встретились, и она застыла. Даже под слоем румян стало заметно, как она побледнела. Они сидели, не сводя друг с друга глаз. Внезапная встреча застигла их врасплох.
Что же дальше? Может, предупредить Гая Делэнси? Уличить ее на месте? Но что ему сказать? «Гай, дружище, мы с твоей спутницей случайно познакомились, когда вместе обшаривали твою спальню…»
Гай Делэнси развернулся кругом и весело воскликнул:
– А, Джордан, привет! Не знал, что ты сидишь прямо за мной.
– Я… не хотел вам мешать. – Джордан покосился на спутницу Гая.
По-прежнему бледная, та потянулась к бокалу и отпила большой глоток шампанского.
Гай проследил за взглядом Джордана.
– Вы что, знакомы? – спросил он.
– Да, – ответил Джордан.
– Нет, – ответила рыжая.
Гай нахмурился:
– Вы что, не уверены?
Рыжая первая пришла в себя.
– Он хочет сказать, что мы видели друг друга раньше. На прошлой неделе… кажется, на аукционе «Сотби»? Но мы незнакомы. – Она посмотрела Джордану прямо в глаза, молча бросая ему вызов: пусть-ка оспорит ее слова, если захочет!
«Ну и нахалка!» – подумал Джордан.
– Давайте я вас представлю по всем правилам, – предложил Гай. – Джордан Тэвисток, племянник лорда Ловата. И… – Гай горделиво показал рукой на женщину, – Диана Лэм!
Его спутница протянула через стол тонкую руку; Джордан привстал и, развернув стул, пересел за столик к парочке.
– Рада с вами познакомиться, мистер Тэвисток!
– Значит, вы встречались на «Сотби», – сказал Гай.
– Да… Последний раз я испытала страшное разочарование, – ответила его спутница. – Там продавалась коллекция из поместья Святого Августина. Можно подумать, что там найдется что-нибудь стоящее, но нет. Я не сделала ни одной заявки! – Она снова посмотрела на Джордана: – А вы?
Он заметил в ее глазах вызов и угрозу. Казалось, ее веселые глаза говорят: «Если ты проболтаешься, то и я молчать не стану!»
– Так как, Джорди, тебе там что-нибудь понравилось? – спросил Гай.
– Н-нет, – буркнул Джордан, награждая рыжую нахалку испепеляющим взглядом. – Ничего.
Убедившись, что противник повержен, рыжая улыбнулась еще шире. Джордан понял, что в этом раунде победа осталась за ней. Ничего, в следующем ей уже не так повезет. Нужные слова у него наготове, план действий продуман…
– …ужасный хлам. Просто мусор! Ты не находишь? – спросил Гай.
Джордан с удивлением понял, что Делэнси обращается к нему.
– Что?
– Все эти поместья, пришедшие в упадок. Ты в курсе, что Миддлтоны решили открыть «Грейстоунз» для публичного осмотра?
– Нет, я ничего не слышал, – ответил Джордан.
– Ты только представь, насколько унизительно терпеть в своем доме чужаков! Туристы шляются по всем комнатам, роются в твоих вещах, щелкают фотокамерами у тебя в туалете. По-моему, ниже падать некуда!
– Иногда у человека не остается другого выхода, – возразил Джордан.
– Выход есть всегда! Уж не хочешь ли ты сказать, что пустил бы туристов в «Четвинд»?
– Нет, конечно нет.
– И я ни за что не открыл бы для посторонних «Андерхилл». К тому же приходится думать и о собственной безопасности. После вчерашнего я много думаю об охранной сигнализации… Ведь среди туристов вполне может оказаться грабитель или наводчик. Притворяется, будто осматривает комнаты, а сам запоминает, где что лежит.
– Здесь я с тобой согласен, – ответил Джордан, в упор посмотрев на спутницу Гая. – Осторожность никогда не помешает!
Миниатюрная воровка и глазом не моргнула. Лишь еще шире улыбнулась в ответ, с самым невинным видом захлопав длинными ресницами.
– Вот именно, – кивнул Гай. – Для тебя безопасность втрое важнее. Когда я думаю о твоей сказочной коллекции картин… Они стоят целое состояние!
– Неужели целое состояние? – лукаво прищурилась его спутница.
– Я бы не назвал это «состоянием», – быстро возразил Джордан.
– Он просто скромничает, – сказал Гай. – За ту коллекцию, что собрана в «Четвинде», передрались бы все музеи!
– У нас все под надежной охраной, – тут же заявил Джордан. – По-настоящему надежной!
Рыжая звонко рассмеялась:
– Я вам верю, мистер Тэвисток!
– Очень на это надеюсь.
– Мне бы хотелось как-нибудь посетить «Четвинд».
– Держитесь меня, дорогая, – галантно сказал Гай Делэнси, – и мы, может быть, выудим у него приглашение! – В последний раз сжав своей спутнице руку, Гай встал. – Пожалуй, при гоню машину. Вы не против? Если уедем пораньше, не придется стоять в пробке.
– Я с вами, – предложила рыжая, привстав.
– Нет-нет. Сидите и спокойно допивайте шампанское. Как только подгоню машину, я за вами вернусь. – Гай отошел от них и скоро смешался с толпой.
Рыжая снова села. Она не пыталась изображать из себя невинный цветочек. Наоборот, дерзко смотрела Джордану в глаза и улыбалась.
У противоположной стены стоял Чарлз Огилви. Он наблюдал за рыжей. Он отлично знал, что перед ним та, кто ему нужна, и цветом волос его не ввести в заблуждение. Пусть она выкрасила свои пышные волосы в ярко-рыжий цвет… Точнее, оттенок носил название «корично-красный». Утром, обыскивая ее гостиничный номер, Огилви нашел в мусорной корзинке пустую коробку из-под краски для волос «Клерол». Кроме того, он снял несколько волосков с ее расчески. Оказывается, мисс Клеа Райс в очередной раз изменила внешность! Она постоянно совершенствуется. Уже два раза менялась почти до неузнаваемости. Два раза он чуть не потерял ее.
И все-таки Клеа Райс еще не настолько искусна, чтобы совсем избавиться от него, имеющего по-прежнему преимущество в опыте. Кроме того, Клеа Райс не знает, как выглядит он.
Огилви как бы невзначай подошел к ней поближе и посмотрел на нее в профиль. Важно убедиться, что перед ним действительно Клеа Райс. Несмотря на то что она густо нарумянилась, он все же узнал ее точеные скулы и кожу цвета слоновой кости. Кроме того, Огилви без труда узнал Гая Делэнси, который только что куда-то ушел, оставив Клеа за столиком с другим мужчиной.
Второй оказался незнакомым. Блондин, высокий и стройный, как гончая, безукоризненно одетый. Он сел на место Делэнси, напротив Клеа Райс. Судя по тому, какими взглядами обменивались блондин и Клеа, они явно знакомы друг с другом. Огилви задумался. Откуда взялся блондин? В досье Клеа Райс никакие блондины не упоминались. И тем не менее они увлечены как будто очень серьезным разговором.
Огилви снял защитный колпачок с объектива и, отойдя в угол, стал фотографировать, оставаясь при этом в тени. Он сосредоточился на профиле блондина и сделал несколько снимков, потом несколько раз сфотографировал Клеа Райс. Неужели она нашла себе нового напарника? В находчивости ей не откажешь! Огилви следил за ней уже три недели и невольно восхищался ее умом и изобретательностью.
Помогут ли ей эти качества остаться в живых?
Отсняв всю пленку, он зарядил другую катушку и снова начал фотографировать.
– Отличный оттенок, – заметил Джордан. – Мне нравится.
– Спасибо, – ответила его собеседница.
– Правда, немного слишком броский, вы не находите? Такой цвет привлекает к себе слишком много внимания.
– На то и расчет.
– Ага, понятно! Гай Делэнси!
Рыжая склонила голову:
– Некоторые мужчины так предсказуемы!
– Послушайте, так нечестно! У вас в самом деле столько преимуществ по сравнению с нами, бедными глупцами!
– Почему бы мне не воспользоваться Богом данными талантами?
– Не думаю, что вы пользуетесь ими именно так, как рассчитывал Всевышний. – Джордан откинул голову чуть назад и посмотрел на свою собеседницу в упор. – Кстати, я проверил. Такой компании, как «Нимрод эссошиэйтс», не существует в природе. Кто вы? Диана Лэм – ваше настоящее имя?
– А Джордан Тэвисток – ваше?
– Да. А вы не ответили на мой вопрос.
– Потому что я нахожу вас гораздо интереснее. – Она подалась вперед; он невольно заглянул в смелый вырез ее цветастого платья. – Значит, вы – владелец «Четвинда», – продолжала она.
Джордан заставил себя сосредоточиться на ее лице.
– Поместье принадлежит моему дяде Хью.
– А сказочная коллекция картин? Тоже дядина?
– Фамильная. Ее собирали много лет.
– Собирали? – Она улыбнулась. – Оче видно, мистер Тэвисток, я вас недооценила. Вы вовсе не дилетант, каким мне показались вначале!
– Что?!
– Вы профессионал. Вор и вместе с тем джентльмен.
– Ничего подобного! – Джордан наклонился к ней. От пьянящего аромата ее духов у него закружилась голова. – Картины принадлежали моей семье на протяжении нескольких поко лений!
– Ага! Значит, вы – представитель целой династии воров?
– Глупости!
– Неужели вы в своей семье такой первый?
В досаде ухватившись за столешницу, Джордан медленно досчитал до пяти и выдохнул:
– Я не тот, кем вы меня считаете. Поверьте, я не вор и никогда им не был.
– Но ведь я вас видела за работой, не забывайте! Вы рылись в платяном шкафу. И что-то оттуда вынули, по-моему бумаги. Значит, вы все-таки вор!
– Не в том смысле, в каком вы – воровка.
– Если ваша совесть так чиста, почему вы не пошли в полицию?
– Может, еще и пойду.
– Сомневаюсь! – Она наградила его своей ослепительной, ликующей улыбкой. – По-моему, вы еще хуже меня… Ведь вы обкрадываете собственных друзей!
– А вы заводите дружбу со своими жертвами?
– Гай Делэнси мне не друг.
– Просто поразительно, до чего неправильно я, оказывается, истолковал ваши отношения! Значит, милая мисс Лэм, вы решили сначала соблазнить его, а потом немножечко обокрасть? Что вы намерены делать?
– Секрет фирмы, – хладнокровно ответила она.
– Кстати, почему вы так зациклились на Делэнси? Разве не рискованно все время пытаться обокрасть одну и ту же жертву?
– Кто говорит, что жертва – он?! – Клеа поднесла бокал к губам и отпила маленький глоток.
Джордан следил за ней как завороженный. Она медленно раскрыла губы, и шипучий напиток потек в ее влажный красный рот. Он невольно сглотнул, потому что в горле у него вдруг пересохло.
– Что именно из имущества Делэнси вам так не терпится заполучить? – спросил он.
– Что за бумаги вы у него украли? – парировала его собеседница. – Кстати, предупреждаю, ничего у вас не выйдет!
– Что – не выйдет?
– Не пытайтесь нас сравнивать. Вор – вы!
– А вы – нет? То, что я взял из шкафа, никакой ценностью не обладает. Это личное дело.
– Вот то же самое и у меня, – сухо ответила она. – Личное дело!
Джордан нахмурился, вдруг кое-что сообразив. Гай Делэнси крутил роман с Вероникой Кэрн-кросс, а потом угрожал ей шантажом с помощью ее писем. Может быть, так же он поступал и с другими своими любовницами? Может, сама Диана Лэм или кто-то близкий ей также стал жертвой Гая?
Нет, наверное, он все-таки пытается разубедить себя, хотя дело совершенно очевидное. Скорее всего, сидящая перед ним женщина – обычная воровка, которая вышла на охоту. Она уже доказала, что умеет мастерски проникать в запертые дома. Кем еще она может быть?
Какая жалость, подумал он, разглядывая ее нежное лицо, алебастровую кожу и карие глаза. Рано или поздно ее умные глаза будут смотреть на мир из-за тюремной решетки.
– Могу ли я как-нибудь убедить вас не делать того, что вы задумали? – спросил он.
– Зачем?
– Мне вдруг стало жаль, что ваши… таланты растрачиваются впустую. И потом, не стоит забывать о таких категориях, как добро и зло.
– Добро, зло… – Она беззаботно взмахнула рукой. – Иногда непонятно, где одно, а где другое!
Джордан подумал: она неисправима! Ему вдруг стало грустно, и он отчего-то почувствовал себя виноватым. Он ведь знает, кто она, и знает, что она задумала… Надо ей помешать!
– Знаете, – сказал он, – хотя Гай Делэнси мне не особенно нравится, я не позволю вам его грабить!
– Каким образом? – хладнокровно поинтересовалась бывшая блондинка, ставшая рыжей. – Расскажете ему, как мы с вами познакомились?
В ее глазах Джордан не заметил ни тени беспокойства.
– Нет. Просто я намерен его предупредить.
– А доказательства?
– Я поделюсь с ним своими подозрениями.
– На вашем месте я вела бы себя поскромнее. – Она с безмятежным видом допила шампанское и поставила бокал на стол. – Я ведь тоже могу поделиться своими подозрениями!
Джордан понимал, что он у нее в руках. Он не может предупредить Делэнси, не признавшись в собственной краже. Если Делэнси устроит скандал и обратится в полицию, будет безвозвратно запятнана не только репутация Джордана. Вероника тоже пострадает. Нет, лучше так не рисковать! Он посмотрел в спокойное лицо Дианы и улыбнулся:
– Болезнь лучше предупредить, чем лечить!
– Что вы хотите этим сказать? Не понимаю!
– Хочу сказать, что намерен всячески затруднить вам работу. Вы у Делэнси и ложки не украдете!
Впервые за весь разговор в ее глазах мелькнула тень беспокойства. Густо накрашенные алые губы плотно сжались:
– Вы не понимаете, и не лезьте не в свое дело…
– Ошибаетесь, это мое дело. Я с вас глаз не спущу! Буду следовать за вами и Делэнси повсюду. Неожиданно возникать там, где вы меньше всего будете меня ждать. И всеми возможными способами вставлять вам палки в колеса. Короче говоря, мисс Лэм, я объявляю вам священную войну. И стоит вам сделать хоть один неверный шаг, я подниму тревогу. – Он снова улыбнулся. – Подумайте над моими словами!
Она действительно задумалась; судя по выражению ее лица, перспектива ее не обрадовала.
– Вы не имеете права, – прошептала она.
– Имею. Я выполняю свой долг!
– Слишком много поставлено на карту! Я не позволю вам все сломать…
– Что – сломать?
Она уже собиралась ответить, когда ей на плечо легла чья-то рука. Вернувшийся Гай Делэнси заявил на нее свои права.
– Я вас напугал? Извините! – весело воскликнул он. – Все в порядке?
– Да, да, все хорошо. – Хотя краска отлила у нее от лица, ей все же удалось кокетливо улыбнуться Делэнси. – Машина готова?
– Ждет у ворот, миледи! – Гай помог ей встать и небрежно кивнул Джордану на прощание: – Пока, Джордан!
Джордан в последний раз увидел ее лицо; оглянувшись, она метнула на него гневный взгляд. Затем гордо расправила плечи и зашагала следом за Делэнси.
«Ты предупреждена, Диана Лэм, – подумал Джордан. – Посмотрим, испугаешься ли ты. А если не испугаешься…» Джордан достал из кармана носовой платок. Осторожно поднял ее бокал из-под шампанского за ножку, посмотрел на ярко-алый отпечаток помады на ободке и улыбнулся. Вот то, что он искал, – на поверхности прозрачного бокала. Ее отпечатки пальцев!
Отсняв три пленки подряд, Огилви закрыл объектив. Снимков блондина у него больше чем достаточно. К вечеру он передаст фотографии в Лондон. Там, если повезет, установят его личность. Конечно, неприятно, что Клеа Райс нашла себе нового напарника. Тем более что раньше она предпочитала работать и путешествовать в одиночку.
Нужно выяснить о блондине как можно больше.
Клеа Райс ушла из палатки вместе с Гаем Делэнси. Огилви сунул камеру в сумку и тоже вышел. Он держался на безопасном расстоянии, поодаль, чтобы можно было в любой миг смешаться с толпой. Следить за ней было нетрудно: ее ярко-рыжую гриву было видно издалека. Тот, кто хочет остаться незаметным, ни за что не выберет такой цвет волос. Но Клеа Райс не такая, как все. Она совершает поступки, которых ждешь меньше всего.
Парочка направилась к воротам.
Огилви ускорил шаг и успел заметить, как рыжая головка исчезает в «бентли». Огилви бросил отчаянный взгляд на стоянку. Его черный «эм-джи» стоял через три ряда. К тому времени, как он выведет его из моря «ягуаров» и «мерседесов», Делэнси и его спутница окажутся далеко отсюда!
В бессильной ярости Огилви следил за тем, как «бентли» Делэнси скрывается за поворотом.
Со слежкой покончено! Ничего, он еще найдет ее. Это будет нетрудно. Он знает, в каком отеле остановилась Клеа Райс, выяснил, что она заплатила вперед еще за три ночи.
Он решил пока переключиться на блондина.
Через пятнадцать минут он увидел интересующего его субъекта. Блондин выходил из ворот. Огилви успел подготовиться: заранее перегнал «эм-джи» поближе к выезду. Увидев, что блондин садится в золотистый «ягуар», он записал номер. «Ягуар» покинул стоянку. Огилви не отставал.
Они долго ехали извилистой дорогой через поля и рощи. Листья на деревьях уже окрасились в яркие цвета осени. Вдали на лугу паслись холеные кони… Аристократическая местность! Интересно, кто же этот тип?
Наконец золотистый «ягуар» свернул с шоссе на частную дорогу, обсаженную старинными вязами. Огилви мельком разглядел за деревьями величественный старинный особняк с многочисленными башенками, больше похожий на замок. Особняк окружал огромный парк. У поворота стояли каменные колонны, на которых бронзовело название поместья: «Четвинд».
– Да, Клеа Райс, ты поднялась на новую ступеньку социальной лестницы, – пробормотал Огилви себе под нос и развернулся.
Четыре часа. Времени на то, чтобы отправить отчет в Лондон, еще достаточно.
У Виктора Ван Уэлдона день выдался неважным. Врач объявил, что ему снова нужен кислород из-за закупорки легких. А он так надеялся, что удастся избавиться от вечного зеленого баллона! Но баллон с кислородом снова прикрепили к его инвалидной коляске, а в нос снова вставили трубки. И снова он остро чувствует, что смерть близка.
Зачем Саймону Тротту понадобилось срочно его видеть? Ван Уэлдон терпеть не мог, когда его заставали в таком жалком и беззащитном состоянии. Много лет он гордился своей силой. Своей безжалостностью. Теперь же все видят, какой он на самом деле – слабый умирающий старик. У Саймона Тротта перед ним большое преимущество. Правда, хотя Ван Уэлдон и назначил Тротта своим официальным преемником, он еще не был готов передать ему бразды правления. «Пока я еще дышу, – подумал он, – компания моя!»
В дверь постучали. Ван Уэлдон развернул инвалидную коляску лицом к молодому заместителю и сразу понял, что Тротт явился не с добрыми вестями.
На Тротте, как обычно, был безукоризненный костюм, сшитый на заказ. Костюм выгодно подчеркивал его спортивную фигуру. Тротт обладал многими достоинствами – молодостью, красотой. Любая женщина, стоило ему только пальцем поманить, охотно прыгала к нему в постель.
«А все-таки компания пока еще не принадлежит ему, – подумал Ван Уэлдон. – Тротт по-прежнему меня уважает! А сейчас боится рассказывать последние новости».
– Что тебе удалось узнать? – спросил Ван Уэлдон.
– Мне кажется, я знаю, зачем Клеа Райс поехала в Англию, – ответил Тротт. – На черном рынке ходят слухи… – Он замолчал и откашлялся.
– Какие слухи?
– Говорят, какой-то англичанин хвастал, что купил у частного торговца… Совсем недавно… – Тротт потупил глаза и тихо закончил: – «Око Кашмира»!
– Наше «Око Кашмира»?! Не может быть!
– Ходят упорные слухи.
– «Око» на продажу не выставлялось! Его никак нельзя приобрести!
– Мы не проверяли целостность коллекции после того, как переместили ее. Существует вероятность…
Они переглянулись. И Ван Уэлдон все понял, как раньше понял Тротт. «В наши ряды затесался вор. Предатель, который посмел пойти против нас!»
– Если Клеа Райс тоже узнала об этой сделке, нам грозит катастрофа, – сказал Ван Уэлдон.
– Я понимаю…
– Кто тот англичанин?
– Его зовут Гай Делэнси. Сейчас мы выясняем, где он живет.
Ван Уэлдон кивнул, откинулся на спинку инвалидной коляски и вдохнул кислород.
– Ищите Делэнси, – тихо сказал он. – Мне кажется, как только вы найдете его, вы найдете и Клеа Райс!
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.