– Преследуя мага, я бы не полагался полностью на нюх животного. – Элман обернулся к худому человеку в синей тоге, который тоже спешился и внимательно осматривал окружающее пространство. – Как думаешь, Колдер, продолжим погоню?
– Я не советовал бы делать этого сейчас… – задумчиво ответил Колдер, явно специализировавшийся в области магии. – Я чувствую, что на этом месте беглец явно манипулировал Силой. Вот только понять – что именно он делал и на что тратил высвобожденную мощь – пока не могу. В энергетическом поле витают следы какого-то необычного заклинания. Я не могу понять его суть. Этот маг умеет заметать следы!
– Решено, – недовольно констатировал эльф, – остаемся здесь до утра! Чародей! – он грозно взглянул на Колдера. – Будь так любезен, пошевели своими волшебными мозгами и скажи нам – что делал здесь Тайрон! Иначе я буду вынужден счесть тебя некомпетентным в области магии, и в следующем сражении ты выступишь в роли пехотинца с тяжелым копьем!
– Да, мой командир, я… я постараюсь… – сник волшебник.
Он уселся на траву, приложил руки к земле и закрыл глаза, раскинув по сторонам сеть энергетических щупов.
Тем временем, воины расседлывали своих лошадей и обустраивали временный лагерь. Человек в доспехах из плотной кожи развел костер и распаковывал мешок с провизией. Эльфы отошли немного в сторону и негромко что-то обсуждали. Ларентранс потрепал густую холку волка и приказал ему лечь.
Гимзи потянулся, разминая затекшую от напряжения спину, и прошептал:
– Тайрон, мы так и будем здесь сидеть, дожидаясь утра?
– Да, мой друг, другого выхода у нас нет. Выйти из отражения мы можем лишь там, где вошли в него. И, кстати, можешь не шептать – они нас все равно не услышат.
– Как ты думаешь, этот их чародей не сможет обнаружить нас? – гном боязливо поежился, разглядывая устраивающихся на ночлег преследователей. – Ведь если это произойдет, то мы не сможем противостоять им.
– Он может поутру найти линии рисунка на земле, – криво усмехнулся маг, – но ему никогда не понять суть их предназначения. Это заклинание сочинил я сам и, если мне не изменяет память, ни с кем им не делился. Так что можешь устраиваться поудобней и постарайся отдохнуть. Лишь боги знают, что принесет нам рассвет.
Гимзи послушно улегся на бок и сомкнул веки…
– Гимзи, проснись! – встряхнул Тень едва погрузившегося в сон гнома.
– А… что? – сонно пробормотал Гимзи.
– Что-то надвигается, я это чувствую! – Тайрон напряженно всматривался в темноту.
Все воины преследовавшего их отряда уже спали. Лишь Элман, который нес вахту, задумчиво ковырял палкой угли затухающего костра, и Колдер, испуганный предстоящей опалой, на коленях ползал по поляне, пытаясь разгадать хитроумное заклинание Тени.
Вскоре во мраке ночи послышался далекий и зловещий звук флейты. Колдер встрепенулся и подбежал к Элману. Оба горячо о чем-то зашептались.
– Глупцы! – сквозь зубы произнес Тень. – Поднимайте воинов!
– Что происходит? – испуганно спросил Гимзи.
– Холодные! – коротко ответил маг и приложил ладонь к амулету, висевшему на груди. – На их счастье, отряд небольшой – патруль или разведка.
– Кто? – непонимающе помотал головой гном.
– Нежить! – раздраженно ответил Тайрон. – Если часовые не поднимут людей в течение минуты – все они трупы.
Из-за деревьев на едва освещенную костром поляну выползли клубы тумана, казавшиеся во тьме единым живым существом. Звуки флейты, наигрывавшей рваный психоделический мотив, заставляющий дрожать каждую клетку гнома, раздавались все ближе… Колдер пронзительно закричал:
– Подъем! Нежить!
Все воины мгновенно оказались на ногах. Люди обнажили свои мечи, а эльфы, натянув тугие луки, напряженно всматривались в стену тумана, надвигающуюся на них.
К флейте присоединился барабан, глухо отбивающий размеренный ритм. Нервное напряжение воинов, приготовившихся к схватке, росло, и, наконец, не выдержав, один из эльфов выпустил сверкающую стрелу в ненавистные клубы тумана. В то же мгновение из темно-серой пелены выглянуло ощеренное в дикой усмешке лицо зомби в круглом шлеме с наносьем. В его правой, зияющей потусторонним холодом глазнице, дрожа оперением, торчала стрела эльфа. Видимо, этот факт ничуть не смущал омерзительную тварь, поскольку зомби яростно зарычал и бросился на своего обидчика, размахивая шипастым цепом. Эльф сосредоточенно и молниеносно вновь зарядил лук и спустил тетиву – вторая стрела расколола шлем холодного воина, но он упорно продвигался вперед. Из тумана выползали новые представители «Холодной паствы», которые, рыча и подвывая, обрушивали удары цепов на мечи воинов Лиги. Некоторые из мертвецов тут же падали, сраженные удачным выстрелом эльфа или мечом человека, снесшего им голову, но зловещий туман изрыгал на поляну новых тварей.
Видимо, заметив, что атака не приносит должного результата, Холодный менестрель сменил мелодию, и в воздухе вокруг солдат Лиги начали появляться разящие, словно молнии, призраки, вооруженные кривыми легкими саблями. Элман взревел, словно раненый медведь, когда один из материализовавшихся духов оставил на его животе глубокую резаную рану, из которой начали вываливаться кишки. Не обращая на это внимания, богатырь рубанул в ответ, но меч его легко прошел сквозь призрачную тень, не причинив ей вреда. Человек упал, в панике пытаясь запихнуть внутренности обратно.
– Мы не поможем им? – срывающимся голосом произнес Гимзи.
– Не сейчас, – холодно ответил Тень, всматриваясь туда, откуда лилась музыка.
Вокруг кипела ожесточенная битва, но хладнокровный маг упорно не вступал в битву, явно чего-то дожидаясь. Гимзи крепко сжал в ладонях свою деревянную дубинку и с ужасом взирал на картину кровавого побоища – он видел такое впервые, и кровь в его жилах застыла от ужаса. Беззвучно умирали изрезанные в клочья зомби, кричали раненые и умирающие воины Лиги. Ларентранс зажимал рукой левое плечо, разбитое тяжелым цепом, а вокруг него, размахивая своим страшным оружием, кружился хохочущий призрак.
Наконец, произошло то, чего, по всей видимости, ожидал Тень – свирель смолкла, остались лишь размеренные удары барабана. Сквозь стену тумана пробились пылающие изумрудные эманации. Переплетаясь меж собой, силовые линии образовали вокруг оборонявшихся плотное сжимающееся кольцо. Пытаясь разорвать его, один из эльфов рубанул по светящимся канатам мечом. Длинный легкий клинок вспыхнул, словно факел. В одно мгновение меч расплавился и сверкающей струей стек по руке обезумевшего от боли эльфа. Воины Лиги тут же прижались друг к другу, пытаясь избежать соприкосновения с горящим кольцом, которое медленно сжималось вокруг них. Колдер попытался атаковать устрашающую удавку блеклой молнией, но был насмерть сражен отражением своего же выпада.
В этот момент барабан утих, туман рассеялся, и на арене боевых действий показались главные действующие лица. Впереди медленно вышагивали два Холодных барда, ледяным сиянием глазниц успокаивающих свою паству. За ними, с распростертыми руками следовал Лич Смерти, управляющий Кольцом огня. А позади этой пешей процессии тяжелой поступью шел огромный конь рыцаря Тьмы. Очи устрашающего животного были накрыты стальными наглазниками, а из пасти струилась кровавая пена. Его всадник невозмутимо смотрел на происходящее сквозь забрало шлема горящими, словно затухающие угли, глазами, поигрывая тяжелым полутораручным мечом.
– Пора! – воскликнул Тень и лучом чистой энергии ударил в то место, где, покрывшись пеленой невидимости, находился переход из отражения в реальный мир.
Хрустальный звон разбившегося зеркала привлек внимание всех присутствующих. Тайрон выскочил из перехода и волной белого огня смел большую часть метнувшихся к нему зомби и призраков, которые мгновенно превратились в горящие факелы. Ввиду поражения своей паствы, менестрели отступили в сторону. Гимзи яростно взревел и, находясь на грани истерики, с помутненным от ужаса рассудком бросился на Холодных бардов, размахивая своей палицей. Тень, подобно молнии, мгновенно оказался рядом с Личем Смерти и одним коротким ударом кинжала отделил его голову от туловища. В этот момент турнирное копье рыцаря Тьмы ударило мага прямо в грудь, отчего он без чувств рухнул на траву. Когда сознание вернулось к Тени, он ощутил неимоверное давление – породистый Холодный скакун со шкурой цвета трупных пятен придавил его к земле своим копытом. Рыцарь медленно поднимал свой тяжелый меч… Тайрону неимоверным усилием удалось вытащить из ножен Пламень Судьбы и рубануть им по передним ногам страшного животного. Освободившись, Тень вскочил на ноги и заметил, что рыцарь Тьмы успел выбраться из-под валящегося на бок коня. Яростно взмахнув мечом, Холодный рванулся было к нему… но так и застыл, увидев клинок Тайрона. Вся, без исключения, нежить: оставшиеся в строю зомби, замершие в воздухе призраки и даже менестрели, которых охаживал своей дубиной гном – все они завороженно уставились на Пламень, разливающий вокруг себя волны сапфирового света. А потом они побежали… Тень еще никогда не видел улепетывающего во все лопатки рыцаря Тьмы, поэтому изумленно смотрел на это незабываемое зрелище. Через несколько мгновений от нежити не осталось и следа, а Тень, устало вздохнув, разрубил Пламенем силовое кольцо вокруг плененных воинов Лиги. Затем он медленно подошел к сучащему обрубками передних ног, хрипящему Холодному скакуну и одним ударом отсек его голову. Туловище страшного зверя еще какое-то время дергалось, а потом его сковали объятья смерти…
Внезапно маг почувствовал легкое головокружение. Все его мышцы налились неимоверной тяжестью, а по телу пробегали легкие судороги. Ясно – наваливается откат от «Белой волны», да и удар, полученный им от рыцаря Тьмы, был довольно ощутим. И хотя копью не удалось пробить легкую кольчугу из талейской стали, грудная клетка болела, словно по ней ударили молотом. Тайрон уселся прямо на траву, положив Пламень на колени – в этот момент не было ни сил, ни желания убирать его в ножны. Он не обращал внимания на выживших солдат Лиги, которые осматривали свои раны и закрывали очи убитых. Очнулся он лишь от голоса Гимзи, который легко коснулся его плеча:
– Как ты, Тайрон? – гном озабоченно взглянул в его лицо.
– Бывало намного хуже… – натужно улыбнулся Тень и пожал руку гнома. – А как ты дубасил треклятых музыкантов! Ты – истинный потомок династии Хладобоев!
– Да что там… – гном скромно опустил взгляд и тут же тревожно воскликнул. – Твой меч! Он… он…
Тень мгновенно отреагировал и взглянул на клинок – тот был весь в крови! Его крови! Растекаясь по клинку, она шипела и пузырилась. Меч стал горячим настолько, что Тайрону пришлось сбросить его на траву. Затем он распахнул плащ, задрал рубаху и обследовал кольчугу. Копью все же удалось продырявить ее и легко оцарапать грудь. Рана была шуточная, но кровоточила изрядно. Гимзи тут же раздобыл у людей свежую повязку и умело перебинтовал Тайрона. В то время, пока гном ухаживал за ним, Тень изумленно смотрел на клинок, лежавший рядом с ним. Его кровь уже полностью испарилась с лезвия, оставив после себя странный запах, витавший в воздухе. Но что это?! Тень осторожно поднял на ладонях уже остывший меч и внимательно его осмотрел. Потом он покачал головой и полой своего плаща тщательно протер сияющее лезвие.
– Проклятье! Что происходит?! – прошептал он себе под нос.
Его кровь вытравила на поверхности клинка замысловатый узор, который, словно необычные руны, покрыл всю его поверхность и ничуть не портил внешний вид меча. Наоборот – переплетавшиеся линии гармонично вписались в облик легендарного оружия, как будто именно так и было задумано мастером, изготовившим его.
И тут мага едва не подбросило – мощный поток энергии хлынул с поверхности меча в ладони, разбегаясь от них по всему телу. Мгновенно исчезло недомогание, вызванное откатом. Рана на груди перестала саднить. Весь его организм, преисполнившись небывалой силы, требовал действия. Гимзи, стоявший рядом с ним, изумленно воскликнул, когда Тень, вновь задрав рубаху и кольчугу, рывком сорвал наложенную гномом повязку. Раны не было! Гимзи удивленно охнул и нерешительно спросил:
– Магия?
– Древняя, как сам мир! – воскликнул Тайрон и, радостно расхохотавшись, вскочил на ноги.
Он прищурил глаза, горевшие странным огнем, и снисходительно осмотрел остатки боевого отряда своих преследователей. В живых остались лишь два эльфа и три человека. Перебинтованные, жалкие и испуганные, они со страхом смотрели на человека, за которым еще совсем недавно охотились. Внезапно Тень почувствовал, как в глубине его души зарождается неведомая им доселе ярость. Он смотрел на людей и эльфов, которых только что спас от неминуемой смерти, но не чувствовал к ним ни жалости, ни малейшего сочувствия.
Эти ничтожные создания, не сумевшие даже защитить себя, вздумали охотиться на НЕГО! Тайрон выставил вперед хищное жало пылающего меча и поводил им под носом каждого из них.
– Это вам нужно?! – вскричал он. – Я знаю – это и моя шкура впридачу! Кто из вас, трусливые обделавшиеся псы, подойдет и заберет мой меч?!
Воины Лиги боязливо отводили глаза, едва взгляд Тени касался их лиц. Тайрон вновь огласил лес демоническим хохотом и плашмя ударил клинком по раненому плечу Ларентранса.
– Ты – командир этих трясущихся тварей?! Подними глаза, остроухий ублюдок, когда с тобой говорит Тень!
– Да… – сглотнув ком в груди, охрипшим от ужаса голосом ответил эльф. – Я их командир…
– Ты хотел этот меч?!
– Я… мне… приказали…
– Вытяни правую руку – я вручу тебе этот бесценный клинок!
Словно околдованный, Ларентранс вытянул вперед трясущуюся правую руку и прикрыл глаза, из которых покатились слезы.
– Не нужно… – прошептал он еле слышно.
Пламя Судьбы сверкнуло, и перед эльфом упала на мокрую от росы траву его правая кисть. Ларентранс открыл полные ужаса и боли глаза и, узрев свою отрубленную руку, страшно закричал. Не обращая внимания на его вопли, Тень схватил эльфа за шиворот и поволок к костру. Бросив безвольное тело возле огня, Тайрон ухватил культю, из которой фонтаном била кровь, и сунул ее в пылающие угли. По ночному лесу разнесся душераздирающий крик эльфа, а вокруг запахло паленым мясом. Затем маг ногой перевернул Ларентранса, находившегося на грани потери сознания, и склонился над ним.
– Когда вернешься к Джоэвину, покажи ему свою руку и передай, что именно так будет выглядеть каждый, кто придет ко мне за этим клинком. Пшел вон!
Скуля, словно побитая собака, Ларентранс пополз к своим шокированным воинам, жавшимся друг к другу.
– Забирайте ваших мертвецов и убирайтесь к своему господину! – зарычал на них Тень. – Я беру двух лошадей и сумку с провизией! И возблагодарите своих богов за то, что я оставляю вам ваши никчемные жизни!
Люди и эльфы суетливо бросились выполнять его приказание, наспех свалив трупы на большой тент и привязав его к одной из кобыл. Трясясь от ужаса, они похватали свои дорожные сумки и, спешно оседлав лошадей, скрылись в ночи, волоча за собой свою страшную ношу.
Гимзи, словно окаменевший, стоял посреди поляны и потрясенно смотрел в лицо своего спутника, освещенное пламенем клинка.
Тайрон присвистнул вслед удаляющемуся отряду, убрал Пламень в ножны… и с непередаваемым ужасом в глазах осмотрелся вокруг. Ноги его подкосились, он тяжело осел на землю и с глухим стоном обхватил голову.
Гном осторожно подошел к нему и, боясь дотронуться, тихо произнес:
– Тайрон, очнись…
– Что это было, Гимзи?! – прошептал Тень. – Что со мной произошло?!!!
– Мне кажется… – неуверенно произнес гном, – что это меч…
– Меч… – почти с ненавистью произнес маг. – Гимзи, это страшное оружие! Мы должны… должны…
– Уничтожить его? – с надеждой подсказал гном.
– Я сомневаюсь в том, что его можно уничтожить… Давай разберемся… Моя кровь попала на клинок, и он расцвел загадочными рунами… А потом в меня словно демон вселился… Как я мог сотворить подобное! – вскричал Тайрон и вновь обхватил голову. – Понимаешь, едва я взял его в руки, он стал частью меня. Мало того – он полностью завладел мной! Я чувствовал, что могу свершить все что угодно! Все, что мне только заблагорассудится… Что-то древнее и ужасное пробудилось в глубинах моей души. Это одновременно возносило меня к небесам и дико пугало. Я никогда даже не подозревал, что способен унижать побежденных и издеваться над ранеными. Шенк, нежить – это не в счет… Но люди и эльфы!
– А что произошло сейчас? Куда подевалось это безумие? – нетерпеливо спросил Гимзи.
– Я думаю, что все дело в ножнах, – Тень ласково погладил изящное вместилище клинка. – Они были изготовлены так, чтобы его сила и магия не могла быть обнаружена волшебниками. Выходит, – горько усмехнулся он, – вдобавок они защищают владельца меча от полного растления личности.
– И что ты теперь намерен предпринять?
– Пока не знаю… – задумчиво ответил маг. – Его нужно либо уничтожить, либо… обуздать его мощь! В любом случае – он не должен попасть в чьи-то руки! Ни при каких условиях!
– Ну, – облегченно вздохнул Гимзи, обрадовавшись, что Тень пришел к какому-то решению, – на том и порешим! А сейчас давай уберемся с этого страшного места!
– Полностью с тобой согласен, мой друг. Уже светает, так что – пора в путь! – воскликнул Тень и отправился седлать оставшихся лошадей.
Когда путешественники уже собрались в дорогу, Гимзи застенчиво спросил:
– Тайрон, позволь узнать – куда мы направляемся?
– Сейчас сориентируемся, – ответил маг и, достав из кармана сложенный пергамент, развернул его.
– Карта?! – изумленно воскликнул гном. – Откуда она у тебя – ведь ты только сутки назад впервые появился на этом континенте?!
– Нет, мой друг, не впервые, – задумчиво ответил Тень, вглядываясь в лист пергамента. – Я был первым, кто ступил на прибрежный песок Фаркрайна. Вместе со мной был пророк ракшей – Караннон и еще несколько синих демонов.
– Ты участвовал в экспедиции, открывшей эти земли?! – потрясенно спросил Гимзи.
– Да, – скромно ответил маг. – Когда Повелитель отправил пророка на поиски новых территорий, я вызвался сопровождать его – ведь он мой друг.
– Тайрон, – глухо произнес гном. – Ты – сплошная загадка. Глава ракшей – твой друг?
– А что в этом странного? – в свою очередь удивился Тень. – Мы вместе участвовали в нескольких походах, делили пищу и воду. Один раз он даже спас мне жизнь!
Гном махнул рукой, дав понять, что все это – выше его понимания.
Тем временем Тайрон ткнул пальцем в карту:
– Мы сейчас совсем недалеко от Скаллена – города гномов. Уверен, тебе бы там понравилось! Скаллен – великий город. Он знаменит своими ремесленниками, механиками и изобретателями. Гномы занимаются металлургией, кузнечным делом, алхимией и производством стекла. Под Скалленом, в недрах земли, словно застывшие реки, сошлись богатейшие жилы меди, железа, олова и свинца. Но основная достопримечательность этого города – подземное озеро Гаэнорганд. В нем плещется жидкое серебро – гаэнор. Этот уникальный металл можно использовать практически во всех отраслях промышленности. Он укрепляет прочность мечей и доспехов, многократно увеличивает силу магических амулетов. Я даже слышал странную историю о недостроенном мосте с добавлением этого металла – говорят, что он сам по себе бродит по озеру Эльвинор. В другой раз я непременно вновь посетил бы Скаллен, но обстоятельства складываются таким образом, что мы должны спешить в Кламадрис – столицу ракшей. Я думаю, что мудрый Караннон даст мне дельный совет по поводу этого проклятого меча!
Командующий воинских подразделений троллей и лицо, ответственное за проведение спецопераций – тролль Керруш восседал на резном деревянном кресле, неком подобии трона, изготовленном специально для него. Делая вид, что внимательно выслушивает доклад лорда Моглора, сам он постоянно мысленно возвращался к расположенным в непосредственной близости войскам Лиги. Несомненно, победа будет за армией Шенка! После этого оставалось лишь найти синих демонов – ракшей и, договорившись с ними, подмять новые земли под себя. Впрочем, Шакнар, отправившийся в Фаркрайн через горные перевалы, уже, наверное, предпринял кое-какие дипломатические шаги по отношению к ракшам. Если он и его калимдорцы, конечно, сумели преодолеть этот сложный и опасный маршрут. В последнее время от орка не было никаких вестей… А Джоэвин и члены Трезубца далеко не дураки! Не сумев вовремя блокировать вход в бухту, они не осмелились атаковать корабли Шенка близ побережья. Как и сам он, члены Трезубца предпочитают морской баталии битву на твердой земле. Керруш покачал головой и прислушался к тому, что пытался донести до него своим невыразительным и лишенным эмоций голосом предводитель нежити.
– …как это ни странно, после высадки войск Лиги на побережье Фаркрайна, в их рядах отмечены случаи группового дезертирства. Глупцы! Они настраивают против себя потенциальных союзников! Вполне возможно, это явление носит временный характер – мародерство и жажда наживы – вот, что наверняка движет ими. Синие демоны и ополчения вольных городов закрыли им путь дальше занятого ими побережья.
– Немедленно выслать патрульные отряды для пресечения возможных диверсий со стороны противника! Наживы, говоришь? – хищное лицо тролля ощерилось в грозной усмешке. – Я затолкаю награбленное прямиком в их задницы, причем – на виду у всей нашей армии!
– Предвосхищая ваше желание, вчера я уже выслал несколько патрулей, – монотонно ответил Моглор. – Три из них еще не вернулись, а четвертый… – Моглор нерешительно умолк.
– Что – четвертый? – Керруша удивила неуверенность некроманта.
– Отряд был практически уничтожен. Несколько зомби, призраки, полуживые менестрели и рыцарь Альзерон, лишившийся своего коня, – вот все, что осталось от самого мощного из посланных мною отрядов.
– Альзерон потерял коня, которым он так гордился?! – кривая усмешка исказила тонкое лицо тролля. Я хочу услышать эту историю поподробней!
– Я как раз собирался рассказать вам о ней, – находчиво ответил предводитель нежити и, обернувшись, крикнул так, чтобы было слышно за дверью. – Сэр Альзерон!
Звеня стальными латами, в помещение вошел рыцарь Тьмы. Он медленно снял с головы закрытый шлем, обнажив череп, обтянутый серо-синей кожей, и жидкую гриву белых, как снег, волос. Его красные очи, глубоко посаженные в бездонные глазницы, преданно смотрели на главнокомандующего армии Шенка.
– Мой славный Альзерон! – в тоне Керруша сквозил неприкрытый сарказм. – Поведай мне увлекательную историю о том, как ты потерял своего коня и допустил поражение вверенного тебе отряда.
– Мой господин, наш отряд напал на след отряда солдат Лиги. Не знаю, какие цели он преследовал, но воины – люди и эльфы – были вооружены до зубов. Мы атаковали их под покровом ночи. Благодаря слаженным действиям моих солдат вскоре половина отряда Лиги была мертва, а оставшиеся не могли шевельнуться от ужаса, находясь в Смертельной петле. Когда я подъехал, чтобы допросить их, непонятно откуда – прямо из воздуха – вылетел он… – Альзерон тяжело вздохнул.
– «Вылетел он…», – с чрезмерно утрированным трагизмом передразнил его Керруш. – Кто – ОН?! Огромный дракон? Или, может быть, подземный демон, сожравший твоего коня? Отвечай мне!
– Нет, господин… – глухо отозвался рыцарь. – То был человек…
– Человек?! – вскричал тролль. – Один человек разбил твой отряд и уничтожил твоего знаменитого скакуна?!
– Да, – повысив голос, ответил рыцарь. – Волной белого огня он уничтожил большую часть призраков и зомби, кинжалом начисто срезал голову Личу Смерти – и все это за считанные мгновения. Сопровождал его довольно неуклюжий гном, который деревянной палкой отдубасил менестрелей. Я ударил этого боевого мага копьем в грудь, а мой Тарс придавил его к земле копытом. Я едва не срубил его наглую голову, но этому человеку удалось вырваться, как только он перерубил передние ноги моему коню…
– Что же ты замолчал?! – вкрадчиво вопросил Керруш. – Наверное, ты вступил с ним в схватку и сейчас покажешь мне отрубленную голову этого героя?
– Нет, господин, – сдавленно ответил рыцарь. – Я… я сбежал, и остатки моего отряда – тоже.
Тролль буквально задохнулся от ярости. Его глаза почернели, а ладонь сжалась так, что толстый хрустальный бокал с вином лопнул, разлетевшись на осколки.
– Ты понимаешь, что каждый оруженосец в армии Лиги будет смеяться над нами?! Ты покрыл непобедимое войско Шенка несмываемым позором!
– Нет, господин, не покрыл! – твердо взглянул ему в глаза Альзерон. – У него в руках был Пламень Судьбы…
– Что?!! – изумленно воскликнул тролль.
– Да, – уверенно ответил рыцарь, – только этот клинок, излучающий синие всполохи, мог заставить трястись от ужаса каждую клетку наших тел! Вспомните, я хоть раз подводил вас на поле боя?! Я в одиночку, без всякого прикрытия бросался в атаку на целые подразделения людей и эльфов! А тут… Бесконтрольная дикая паника овладела всеми нами, едва мы увидели этот меч. Рассудок помутился, и очнулись мы уже далеко от места битвы. Я рассказал вам все честно, мой господин, и готов понести любое наказание…
Рыцарь Тьмы покорно склонил голову и приготовился к неминуемой каре за свое преступление. Но Керруш не смотрел на него, его взор был устремлен в неведомые дали – в дебри противоречивых слухов и легенд, которые он когда-либо слышал. Наконец, взгляд его прояснился, и он вновь вспомнил об Альзероне:
– Постой, но ни ты, ни кто-либо другой даже не знает, как выглядит этот легендарный меч!
– Вот именно, господин! – с жаром ответил рыцарь. – Мы ПОЧУВСТВОВАЛИ его! И с этим ощущением не сравнится ничто – ни страх смерти, ни ужас перед невыносимыми пытками. Это чувство запускает свои липкие щупальца в твой мозг, который заставляет тело спасаться любым доступным ему способом. И нет сил противостоять этому непередаваемому ужасу…
– Нет сил… – задумчиво повторил слова рыцаря главнокомандующий. – Ладно, иди – отдыхай!
Альзерон удивленно поднял на командира взгляд.
– Иди-иди, – успокоил его тролль. – Вам, ребята, я вижу, и в самом деле пришлось несладко. Ступай, мне нужно подумать…
Когда за обескураженным рыцарем закрылась дверь, тролль вопросительно взглянул на Моглора:
– Что тебе известно об этом мече?
– То же, что и вам, мой господин. Синие демоны – ракши – вытащили легенду об этом клинке из подземного царства. Сдается мне, что кроме них наиболее полную информацию вы можете получить лишь от Мирры Банши.
– Так пригласи ее ко мне! – вспылил Керруш.
Моглор поспешно покинул покои главнокомандующего. Тролль сидел неподвижно, рассеянным взглядом уставившись в пол.
Если рыцарь Тьмы не лжет, что маловероятно, то на свет явилась прямая угроза для всего Шенка! Выходит, что человек может орудовать этим легендарным мечом, а солдаты его армии бегут без оглядки, едва увидев его!
Керруш ударил кулаком по подлокотнику кресла и прошипел себе под нос:
– Где ходит эта остроухая шлюха?!
– Остроухая шлюха слушает тебя, не менее остроухий старый развратник!
Проклятье! Задумавшись, Керруш и не заметил, как приоткрылась дверь. Тролль смущенно взглянул на прекрасную эльфийку, одетую в облегающий костюм и высокие сапоги. Изящным движением головы она забросила свои длинные пепельные волосы назад и дерзко взглянула на тролля огромными фиолетовыми глазами.
– Прости меня за невольную несдержанность, Мирра! Клянусь, я не хотел оскорбить тебя! – тон Керруша был едва ли не молящим.
– Тем не менее, ты это сделал! – с нажимом произнесла она. – Запомни раз и навсегда, неотесанный мужлан, я – не девочка, которая будет терпеть подобные оскорбления!
– Давай забудем это досадное недоразумение? – просительно взглянул в ее глаза тролль, подумав про себя: «А все-таки хороша, стерва!»
– Ну что ж, попробуем… – снисходительно ответила Мирра. – Что хотел узнать от бедной девушки грозный воин?
После упоминания о «бедной девушке» Керруш усмехнулся – он лично был свидетелем того, как эта хрупкая леди на своем знаменитом Холодном скакуне в кровавое месиво затоптала целый отряд гномов.
– Что ты знаешь о Пламени Судьбы? – пытливо взглянул тролль на эльфийку.
Едва Мирра услышала имя клинка, глаза ее удивленно расширились. Она непроизвольно подалась вперед и нетерпеливо спросила:
– А почему ты спрашиваешь?
– Дорогая, сейчас вопросы задаю я! После я расскажу, почему меня так заинтересовал этот меч.
– Ну, – Мирра нахмурила прелестный лоб, – наверное, ты уже знаешь, что синие демоны притащили с собой эту легенду…
– Об этом знают все, Мирра! – нетерпеливо оборвал ее Керруш. – Что конкретно ты знаешь о свойствах этого клинка?
Эльфийка вздохнула, потерла виски и прикрыла глаза, пытаясь припомнить детали давнего разговора.
– Как-то раз мне довелось пытать одного из ракшей, причем он был далеко не рядовым демоном. Когда я уже получила нужные мне сведения, он был все еще жив, и я решила поболтать с ним на отвлеченные темы. Так разговор зашел об этом пресловутом мече. Демон рассказал, что этот клинок – воплощение самой Силы. Даже в подземном царстве не помнят – когда и кем он был изготовлен. Сами демоны испытывали ужас при одном лишь упоминании о нем. Они хранили его как священную реликвию, не без основания полагая, что – попади он в руки жителей поверхности Таашура – их мир тут же окажется под угрозой. Демоны использовали меч лишь для казни своих преступников. Для этой цели в каждом поколении выбирался Палач, которого с рождения готовили к этой миссии. Кроме него никто не смел касаться Пламени Судьбы…
– Это – все? – спросил Керруш.
– В предсмертной агонии ракша плел что-то о ритуале, связанном с кровью наземных жителей… – брови эльфийки нахмурились. – Якобы после него падут все существующие царства, а Таашуром будет править один властелин.
– Ну, дела… – громко выдохнул тролль и покачал головой.
– Что? – Мирра вплотную подошла к нему. – Что произошло?
– Этой ночью Альзерон и остатки его отряда в ужасе бежали от человека, в руке которого пылал Пламень Судьбы. Они ничего не могли поделать с собой – такой страх внушал им этот меч. Проклятье, если все мои воины будут испытывать инстинктивный ужас при виде этого клинка, то нашей армии скоро придет конец!
Мирра несколько секунд подумала и успокаивающе коснулась руки Керруша.
– Не переживай так. Я считаю, что подсознательный страх при виде Пламени может испытывать лишь нежить, ведь изначально все они – порождение Подземного мира. Я не думаю, что эльфы, орки или тролли будут впадать в беспричинную панику.
– Твои слова бальзамом ложатся на мое сердце, – усмехнулся тролль.
– Человек с Пламенем Судьбы… – задумчиво произнесла Мирра. – Как вообще этот меч покинул царство демонов?!
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.