Все замерли от моей разразившейся речи. Я даже не заметил, как перешел на крик. Вскоре Ира сделала шаг ко мне.
– Это не так, Вано. Мы тебя слушаем… – Она потянулась вперед, пытаясь взять меня за руку.
Я отошел в сторону.
– Вы себя слышите? – продолжал я. – Вы же готовы друг другу глотки перегрызть из-за какой-то чертовой рубашки. Миш, не хочешь – не покупай. Пожалуйста! Можем вообще забить на этот клип. Да кому он вообще сдался, этот «удивительный шедевр», так ты его назвал, да? Давайте разойдемся по домам и вообще забросим эту гнилую идею. Все равно у нас ничего не получается. Да, мне понравилась та девчонка, и я думаю о ней. Что здесь такого? Не нравится? Уж извините, что так вышло, – меня уже было не остановить.
Я повернулся к Шурику:
– Ах да, дружище, прости нас, пожалуйста, что ты учишься не с нами в школе, и поэтому мы едем в столь нежеланный для Миши лагерь без тебя, – последнюю фразу я произнес максимально пренебрежительно.
Я развернулся и направился к выходу с крыши. Внутри все кипело, и эмоции хлестали через край. Я чувствовал: если задержусь хоть на миг, то наговорю еще много чего, о чем потом, возможно, пожалею.
– Вано, ты куда? – крикнула вдогонку Ира.
– Домой! Всё, игра окончена.
Я, не поворачиваясь, махнул рукой и полез вниз по лестнице.
Пока я дошел до дома, успел остыть и даже немного пожалел о том, что наговорил друзьям. Но забирать свои слова я не собирался. Слишком долго держал все в себе и терпел их недовольство. Пришел и их черед потерпеть моё. Насчет клипа я все больше склонялся к тому, что на пике эмоций вырвалось у меня на крыше. Действительно, у нас ничего не получалось, а то, что снято, можно было спокойно удалить и никакой особой потери от этого не будет. Материала мало, не хватило бы даже на первый куплет. Руки опустились, и ничего больше не хотелось. Разочарование – вот что чувствовал я в этот миг…
Вечером зазвонил телефон – на проводе Ира. Она хотела поговорить и обсудить дневные события. Я не разделял ее желания, поэтому сказал, что позже ей перезвоню. Но я этого, конечно же, не сделал.
На следующий день, к счастью, пошел дождь – не пришлось отвечать на звонки друзей. Однако Ира не сдавалась и снова позвонила вечером:
– Ты чего не перезвонил?
– Прости, забыл, – соврал я.
– Ну, забыл так забыл. Пойдем гулять, – предложила Ира.
Я был рад, что она не обратила внимания на мое вранье. Но идти куда-то у меня не было ни малейшего желания.
– Так ведь на улице сегодня дождь, – попытался я отвертеться от предложения.
– Он уже закончился, солнце выглянуло, скоро все высохнет, – Ира стояла на своем.
– Знаешь, я сегодня не могу. У меня много дел, в магазин еще надо с мамой сходить, с псом погулять.
– Вань, может, хватит? Я же знаю, что это все лишь отмазки. Хватит ломать драму. Было и было. Нужно всем успокоиться и вернуться к нашему делу.
– Нет уже никакого дела! Как ты не понимаешь? – повысил я голос.
– Хорошо, я тебя поняла, – спокойно остановила мой пыл Ира. – Просто можешь уделить внимание своей подруге и пойти с ней погулять?
– Я… это. Давай не сегодня, ладно?
– Вано…
– Я тебе перезвоню, – пробубнил я и положил трубку.
Скинув звонок, я почувствовал, что мне стало невыносимо стыдно, лицо залилось краской. Да, Ирэн не заслужила такого общения, я понимал. Она ничего плохого не сделала. Но мне нужно было время.
Оставшуюся часть дня я провел за чтением книги. Произведение было интересным, но я никак не мог сконцентрироваться, в голову постоянно лезли разные мысли. От этого приходилось перечитывать одно и то же предложение несколько раз, чтобы не потерять суть. Вскоре я понял, что это бесполезно, и сел смотреть фильм. Но с ним произошла похожая ситуация. Отвлечься никак не получалось. Ко мне несколько раз подходил Джим, он подкидывал носом мою руку, чтобы я ему почесал шею. Но я был не в настроении и каждый раз прогонял его.
Я уже собирался спать, когда телефон завибрировал от сообщения. «Кто мог мне написать в начале двенадцатого?» – подумал я.
Взял телефон. Ирэн: «Ты спишь?». Так поздно Ира обычно мне не писала. Я решил проигнорировать сообщение. Через пару минут приходит второе сообщение: «Не поверю, что ты так рано лег спать. Ответь!». Действительно, все друзья знали, что я поздняя пташка и раньше двенадцати никогда не ложился спать. Я, как дурак, сидел и смотрел в телефон, не зная, что ответить на столь внезапный и в то же время простой вопрос. Вдруг телефон в руках зазвонил: входящий вызов «Ирэн». Ира мне так поздно никогда не писала, а уж тем более не звонила, это было впервые. Я несколько секунд был в ступоре, после чего не решил ничего лучше, чем ответить:
– Да…
– Вано! Ты почему на сообщения не отвечаешь? – запыхавшись, пробубнила Ира.
– Я… не знаю, не видел… – промямлил я.
– Так, ладно. Это не важно. Я, в общем, уже иду к твоему дому.
– ЧТО? – почти на всю квартиру крикнул я, вовремя зажав рот рукой.
– Что слышал. Минут через десять буду у твоего подъезда, так что выходи, – как ни в чем не бывало, продолжала Ира.
– Это что, прикол какой-то? Что значит «выходи»? – я никак не мог понять, что происходит.
– Вано, ты вроде не глупый парень, но сейчас тупишь по-страшному. Я сбежала из дома. Теперь ты должен провернуть то же самое. Мы пойдем гулять. Я думаю, сейчас у тебя не запланировано никаких важных дел.
– Ты серьезно?! – не верил я своим ушам.
– Более чем! Так, давай меньше слов – больше дела. Смотри, уснула мама или нет, и выбирайся из своей кельи, отшельник. Буду ждать возле подъезда. Если что, пиши или звони. Не заставляй меня долго мерзнуть. Ах да! И захвати мне кофту, а то я забыла.
Ира сбросила звонок. Я сидел и не знал, что делать: «Уйти из дома ночью?.. Это, конечно, прикольно… Но не так же…» Я вышел из комнаты, подошел к маминой комнате – мама уже спала. Вернулся к себе в комнату и начал одеваться, словно загипнотизированный. Даже не помню, как натянул на себя джинсы, футболку и олимпийку. Вышел из комнаты, вспомнил о кофте, которую просила Ира, вернулся, взял с собой.
Вот тут-то гипноз, словно по взмаху руки, испарился, и ему на смену явился страх. Сердце бешено колотилось в груди, пока я шел до двери. Мне казалось, что каждый мой шаг грохотом отражается от стен. Дойдя с горем пополам до входной двери, я понял, что мне предстоит самое сложное – бесшумно открыть железную дверь, с довольно громким замком. Я, будто специальный агент из фильма, который пробирается в чужую квартиру, по миллиметру крутил ручку, так чтобы она не шумела. От напряжения пот выступил на лбу. Каждый шорох заставлял меня замирать. Дверь с горем пополам все же удалось открыть. Я вышел на лестничную площадку и так же аккуратно закрыл металлическую дверь за собой. Только выдохнул, как зазвонил телефон. Звук эхом пронесся по всему подъезду. Сердце ушло в пятки: «Что я скажу маме, когда она меня увидит за дверью?». Я быстро сбросил звонок и поспешил поставить телефон на беззвучный режим. «Почему я раньше до этого не додумался?». Поздно было кусать локти, возвращаться тоже. Поэтому я спустился вниз. Сердце в груди продолжало отбивать чечетку. Я вышел из подъезда и увидел Иру, которая уже ждала меня. Она заметила мой испуганный взгляд:
– Все в порядке? – настороженно спросила она.
Я кивнул. И тут она бросилась ко мне на шею и стала пищать:
– Вано! Представляешь, мы сбежали из дома ночью! Ты в это вообще веришь?
– Ты меня сейчас задушишь, – еле выговорил я.
– Ой, прости! Это же так здорово! – восторгалась нашим поступком Ира.
– Ты сумасшедшая!
– Да, возможно. Нормальная не пошла бы на это! – крикнула Ира.
– Так, давай, во-первых, потише, и пойдем лучше подальше от моего дома, а то мало ли, вдруг соседи увидят, – мозг наконец-то включился, и я начал здраво размышлять.
– Да, ты прав, – согласилась Ира. – Ну что, куда пойдем?
– Не знаю, – пожал я плечами.
– Я тоже не знаю! – захохотала Ира, схватив меня за руку.
На улицах было тихо. Ночной воздух наполнен свежестью после дождя. Дышалось непривычно легко, после тридцатиградусной жары. Хотелось полной грудью втянуть в себя как можно больше свежего воздуха. Ночную тишину нарушали лишь отдаленные звуки машин и оглушающее стрекотание цикад. Что может быть более приятным, чем прогулка летней ночью? Посмотрев на небо, можно было даже через многочисленный фонарный свет города разглядеть десяток звезд. От туч не осталось и следа, небо чистым покрывалом заботливо укутало ночной город. О дневном дожде напоминали лишь влажный воздух и несколько не успевших высохнуть луж.
Мы с Ирой шли по дворам, не рискуя выходить на широкие улицы, наслаждаясь тишиной летней ночи. Сначала, видимо, из-за выплеска адреналина, мы больше молчали, лишь изредка давали волю эмоциям, произнося что-то типа «Нет, ну ты представляешь!», «Я не верю, что мы ночью на улице», «Я впервые гуляю ночью без родителей», «Как же это круто!» и все в таком духе. Мы потихоньку обошли ближайшие дворы, решили посидеть где-нибудь на скамейке. Долго искать не пришлось, благо, все скамейки уже высохли после дождя.
– Ты, конечно, авантюристка! – улыбался я.
– А то! Один раз живем, нужно брать от жизни все. Тем более, пока лето, почему бы не сбежать ночью из дома и не погулять с лучшим другом по городу, – подмигнула мне Ира.
– Да, это здорово! А как хорошо на улице. Не жарко, не холодно. Красота!
– Да-а-а, – громко выдохнула Ира.
Мы посидели пару минут молча, слушая звуки несмолкаемых цикад.
– Извини за сцену, которую я устроил на крыше, – осторожно произнес я, нарушив наше приятное молчание.
– Ой, не бери в голову. Со всеми бывает. Высказался, да и ладно. Подумаешь, – отмахнулась Ира.
– И прости, что не перезванивал и отказывался от встречи, – продолжил я.
– Вот за это действительно стоит извиниться. А то совсем обнаглел! Видеться он со мной не хочет, понимаете ли. Ладно, так уж и быть, прощаю тебя, Вано, – сказала Ира и толкнула меня локтем в бок.
Я улыбнулся и толкнул слегка в ответ. Этим мне и нравилась Ирэн: она была легкая на подъем, без лишних заморочек и довольно отходчивая. Идеальный друг-девчонка.
– А остальные как отреагировали на мои слова? – поинтересовался я.
– Все в порядке! Я уже тебе сказала: не бери в голову. Главное – возвращайся к нашему делу.
– Да толку от этого дела? Ничего все равно не получается.
– Нет, это было не предложение и не просьба. Я тебя ставлю перед фактом. Ты возвращаешься к нашему делу. Мы все вместе собираемся и продолжаем съемку нашего клипа.
– Ладно-ладно, я тебя услышал, – согласился я, решив, что спорить в данном случае было бесполезно.
Ира подняла голову вверх, вглядываясь в иссиня-черное небо. Она прищурилась, пытаясь что-то в нем разглядеть.
– Так мало звезд видно в городе, – с сожалением проговорила она, продолжая смотреть наверх.
– Мы можем пойти на открытую площадку, где нет фонарей, там, думаю, звезд будет больше видно, – предложил я.
– Это куда?
– Пойдем, покажу, – я встал со скамейки и жестом позвал Иру за собой.
Долго идти не пришлось. Мы вышли на футбольное поле, где не было ни одного фонаря, который бы мешал своим светом наблюдать за ночным небом. Ближайшие дома были, как минимум, в трехстах метрах о того места, где стояли мы. Обзору почти ничего не препятствовало. Однако кромешной темноты не было. Луна светила так ярко, что освещала всю округу. До этого она пряталась за домами и ее света не было видно. Но теперь ночная владычица вышла осмотреть свои владения и осветить холодным светом спящую землю.
– Вот теперь взгляни вверх, – сказал я Ире.
Она подняла голову и улыбнулась:
– Да, здесь их и, правда, больше видно. Ты только посмотри, какая луна сегодня яркая.
– Ага… – протянул я, тоже глядя наверх и наслаждаясь ночным небом.
– Но я знаю место получше, – загадочно проговорила подруга.
– Неужели?
– Да, да, да. Пойдем!
Она потащила меня за руку с футбольного поля. Я от неожиданности чуть не споткнулся.
– Куда ты меня тащишь?
– Сам скоро поймешь! – сказала Ира, не выпуская мою руку.
Стрелки часов постепенно приближалось к отметке «два». Я даже не заметил, как пролетело время. Правду говорят: летние ночи очень короткие. В такие моменты понимаешь это в полной мере.
Мы продолжали куда-то идти окольными путями. Вскоре я догадался, что мы направляемся в сторону Ириного дома. Еще какое-то время я не догадывался, зачем мы туда идем, но вскоре меня озарило:
– Ты хочешь подняться на крышу? – удивился я.
– Какой ты догадливый, – с иронией проговорила Ира.
– Ночью?
– Еще и внимательный! – рассмеялась она.
– Очень смешно! – саркастически произнес я.
Мы подошли к ее дому, зашли в подъезд. Поднялись на всякий случай до восьмого этажа, чтобы лифт не громыхал на последнем этаже, и тихо, насколько это только возможно, забрались на крышу. В лицо ударил поток свежего воздуха. Мы, расправив руки в стороны, прошли немного по крыше, словно летая. Отсюда действительно было видно намного больше звезд. Освещенные фонарями и фарами проезжающих машин улицы остались в стороне, и небо будто стало ближе. Серебряные крупинки на темном покрывале небесного свода стали ярче, словно от того, что мы поднялись сюда, расстояние до них сократилось. Это так и было, пусть совершенно незначительно в масштабах Вселенной, но очень заметно для четырнадцатилетних подростков. Луна освещала площадку, будто прожектор. Даже подсвечивать ничего было не нужно.
– Ночью здесь еще красивее, – произнес я, разглядывая огни ночного города.
– Давай я быстро сбегаю домой и вынесу плед. Сядем прямо здесь, – предложила Ира, показывая на место возле трубы.
– А это не опасно? Вдруг родителей разбудишь.
– Рискованно, конечно, но, думаю, это того стоит, – сказала Ира и направилась к выходу.
– Только осторожнее. Если что-то пойдет не так – напиши мне сообщение.
Ира жестом показала, что все поняла и приложила палец к губам. Я замолчал и пошел за ней. Я спустился на технический этаж вместе с подругой, чтобы сверху принять плед. Она спустилась, аккуратно открыла входную дверь и тихо зашла в квартиру. Мне оставалось только ждать. Казалось, что Иры не было вечность: минуты тянулись очень медленно. Я уже стал волноваться, когда услышал негромкий щелчок открывшейся двери. Ира тихо вышла, закрыла дверь и подала мне плед вместе с каким-то пакетом. Я помог ей забраться, и мы вернулись на крышу.
– Что ты там еще взяла? – шепотом спросил я.
– Вкусняшки, – захихикала она.
В пакете лежали апельсины и шоколадка. Мы расстелили плед и облокотились на вытяжку, укрывшись оставшейся его частью. Ира вручила мне апельсин, и мы принялись за очень поздний ужин или слишком ранний завтрак.
– Вано, как ты думаешь, что нас ждет в августе? – ни с того ни с сего спросила Ира.
– Лагерь, насколько я помню, – ответил я.
– Это понятно. Я имею в виду в целом. Что нас ждет там?
– Ирэн, мы же с тобой не раз уже разговаривали об этом. Трудно предсказать, что будет там, где мы никогда не были, – сказал я, доедая апельсин.
– Там будет Киселева, – угрюмо проговорила Ира.
Даша Киселева – это девчонка из нашей школы, училась с нами в параллели. И их отношения с Ирой были, мягко говоря, натянутыми. Ира не раз негодовала по поводу того, что ее сопернице тоже дали путевку.
– Что ж ты опять об этой Киселевой? Что, только она там будет? Не зацикливайся на этом.
– Я шучу, – толкнула меня в бок Ира. – Пусть едет, мне до нее нет никакого дела. А если серьезно, мне почему-то кажется, что должно произойти что-то очень важное и значимое. Что-то, чего еще не было в нашей жизни.
– Так лагеря как раз и не было еще в нашей жизни. Вот тебе и что-то важное.
– Да, но я говорю о другом… У меня предчувствие, понимаешь? Я сама не могу объяснить, что это.
– Я тебя понимаю, – сказал я, приобняв подругу.
– Как будто какой-то новый этап в жизни нас ждет, к которому сердце так и рвется, – будто в пустоту говорила Ира.
Я посмотрел на нее, Ира задумчиво глядела в одну точку.
– Я с самого начала лета, чувствовал, что должно что-то произойти, какое-то серьезное событие, переломный момент. Не важно, как это называть, но обязательно что-то должно случиться. Я чувствую это. И это ощущение меня уже почти два месяца не покидает. Сначала я думал, что как раз клип – это то самое значимое событие. Но теперь я понимаю, что не его я предчувствовал.
– Вот-вот! Ты меня понимаешь! – оживилась Ира.
– Тсс… – прижал я палец к губам.
– Ой, что-то я громко. Да, у меня такое же чувство, – тише промолвила подруга.
– Потом я решил: что-то самое значимое – это встреча на плитах.
– С теми девчонками?
– Да. Но сейчас я уже так не думаю.
Образовалась пауза, какое-то время мы просто молчали. Тишину нарушила Ира:
– А я сначала думала, что это чувства к человеку, которые внезапно появились. Но сейчас я уже в этом сомневаюсь, потому что ощущение ожидания чего-то так и не проходит.
– Чувства к человеку? – переспросил удивленно я.
– Ну да… Такое впечатление, ты сам не догадываешься?
Я замахал головой. «Только не говори, что я тебе нравлюсь! Не делай этого! Ира, мы с тобой друзья. Не надо портить дружбу симпатией», – затараторил голос у меня в голове.
– Я думала, заметно, что мне нравится Шурик… – застенчиво произнесла Ира.
Я с облегчением выдохнул: «Фух… Точно! Шурик. Как я сразу не догадался?».
– Я знаю, что ты ему нравишься, но не думал, что он тебе тоже, – сказал я, успокоившись, что все в порядке.
– Так, я тоже не знала. А потом… вроде как он мне и понравился. Он хороший. Но теперь я не знаю… Боюсь, что могу сделать ему больно, – запинаясь, проговорила Ира.
– Все дело в лагере. Ты чувствуешь, что тебе может там кто-то понравиться, – предположил я.
Ира резко повернулась и взглянула мне в глаза. Видимо, я попал в яблочко.
– Да, наверно, ты прав. Я не хочу давать надежду ни ему, ни себе. Впереди то неизвестное, от которого можно ожидать чего угодно.
– Правильно. Не надо напрасно морочить голову ни себе, ни ему.
Ира какое-то время молчала, будто размышляя над моими словами. Хотя я прекрасно понимал, что ничего для себя нового она от меня не услышала. Ира пару минут потирала свои руки, а потом произнесла:
– Спасибо, что развеял мои сомнения. Что бы я без тебя делала, друг мой? – сказала она и положила голову мне на плечо.
– Наверно, спала бы сейчас в своей теплой кровати и видела седьмой сон, – предположил я.
Ира тихонько рассмеялась.
– Вано, скажи, пожалуйста, тебе понравилась одна из тех девчонок, я права? – спросила она, хотя вопрос был риторический.
– Да, это так. Но, видимо, это было какое-то мимолетное чувство, которое необычно своей внезапностью. Кто бы мог подумать, что в тот вечер мы кого-то встретим? Да никто! И барьер общения тут же пропал, словно мы были знакомы не один месяц. Меня это поразило. Но как это резко появилось, так же резко и исчезло. Я совру, если скажу, что не хочу вновь ее увидеть. Нет, я хочу встретиться с ней. Но надежда на то, что это произойдет, уже почти испарилась.
– Эх, вот же чувства эти. Вещь вообще максимально непонятная. Я, как твой верный друг, должна сказать тебе правду. Можешь обидеться на меня или еще что-то, но лучше ты это услышишь от меня.
– Я весь во внимании.
– Давай мыслить здраво. Если бы она хотела вновь увидеться, она бы пришла на то место. А раз не пришла, значит – нет желания. А игра в одни ворота ни для кого ничем хорошим не заканчивалась. Поэтому постарайся отпустить ту ситуацию, так тебе будет легче.
– Спасибо за откровенность.
– Лучше это я тебе скажу, чем кто-нибудь другой. Может, это делается как раз потому, что тебя ждет нечто большее. Ты об этом подумай.
Я задумался. Ира была права, я и сам об этом думал, но услышать это из уст другого человека – это словно удостовериться в истинности своих рассуждений. В этот вечер каждый из нас услышал то, о чем давно думал, но сам себе не мог в этом признаться.
– Вань, давай забудем все обиды по поводу съемок клипа и вернемся к работе, – прервав мои размышления, сказала Ира. Я удивился, потому что она редко называла меня Ваней.
Несколько секунд я молчал, переваривая ее слова, при этом понимая, что уже хватит ломать драму и забивать голову ненужными вещами. Пора взяться за съемки!
– Хорошо, – согласился в итоге я.
– Вот и отлично! Значит, завтра в пять часов, как обычно, возле подъезда, договорились?
Я удивленно посмотрел на нее. Ирэн глядела на меня в ожидании положительного ответа. Я кивнул и отвел взгляд, решив, что тема закрыта.
Над нами небо из темно-синего плавно превращалось в кремово-розовое. Звезды меркли и пропадали из виду. Тишину нарушала отдаленная трель просыпающихся птиц.
– Смотри! На востоке уже вовсю светает. Красиво, да?
– А ты когда-нибудь встречал рассвет? – спросила Ира.
– Ни разу.
– Вот и я нет.
Мы получше укрылись пледом и наблюдали, как ночь уходит восвояси, уступая дорогу нарождающемуся дню. Так и просидели, пока солнце не поднялось над линией горизонта, осветив наш мир. Наступил новый день.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.