Отгремел последний звонок, впереди нас ждали проходные экзамены, после чего мы закроем учебники до первого сентября. Если бы не одиннадцатый класс, я бы поставила вопрос о смене школы. Но остался последний год, просто смешно уходить без веских на то причин. Мама пообещала, что в новом году горе-одноклассники найдут себе новый объект для насмешек, а я уже перестану представлять для них интерес. С другой стороны, у меня впереди было целое лето, чтобы измениться.
Я настроилась на новое будущее. Настя сказала, что я «погрязла в своих несбыточных мечтах», но это ещё не значит, что я перестану стремиться достичь заданных целей. Возможно, однажды они увидят меня на сцене и признают, что были не правы.
Я не бросила английский. Более того, недалеко от нашего дома открылась английская школа, и мама записала меня туда, ведь она уже заранее видела меня учительницей по английскому, но ещё лучше – переводчицей. Я не признавалась ей в том, что мечтаю стать певицей, мама не поймёт. Однако против обучения вокалу она ничего не имела.
Весь июнь, помимо подготовки к экзаменам, я ходила на занятия по вокалу и на английские курсы, усердно занималась и выполняла любые задания. Каждый день я слушала песни «Miracle five», переписывала их тексты и пыталась переводить. Со временем я начала их понимать на слух.
Студия, куда я ходила, представляла из себя небольшое помещение с хорошей акустикой и усилителями (на которых мы любили посидеть, ожидая очереди). В левом углу стоял коричневый рояль. Наш преподаватель по вокалу Игорь Леонидович начинал урок с распевки. Мы выстраивались у стеночки – всего нас было шесть человек – он садился на маленький стульчик перед роялем, нажимал на клавиши и мы выдавали нужные звуки, вытягивая ноты, начиная с низких. «Ма-ме-ми-мо-му» от ноты до и вверх до ноты си, и всё в таком духе.
После пятиминутной распевки мы получали краткую лекцию от Игоря Леонидовича, потом брали микрофон и начинали петь. У него был целый сборник разных «минусовок», с помощью которых мы могли учиться правильно петь. Ну, а Игорь Леонидович направлял нас, исправлял ошибки. Я бы не назвала такое обучение настоящим, но для нашего городка это было очень даже неплохо. Музыкальной школы, к сожалению, у нас ещё не открыли. Радовались тому, что было.
Меня заметили сразу, ибо я всегда выбирала сложные песни и умела брать довольно высокие ноты. Уже через две недели Игорь Леонидович ставил меня в пример всем и обещал, что я выступлю первого июля на благотворительном концерте с песней группы «Роксет». Я рассказывала маме эту новость со слезами на глазах, радуясь в душе, что первый шаг сделан. Мама на это ничего не сказала, только напомнила, что скоро у меня важное событие – конкурс по английскому языку. Я пообещала готовиться и туда и туда.
Подруг у меня больше не было. Я познакомилась на вокале с Маришей и Дарией, но общалась с ними только в пределах студии, никаких близких отношений и доверия. Настя надолго отбила у меня желание заводить подруг. На курсах я ни с кем, как правило, не общалась, ограничивалась лишь словами «привет» и «пока». Поэтому дошло всё до того, что я стала разговаривать с фотографиями парней из группы «Miracle five». Иногда это казалось глупым. Мик, Брайан, Джей-Джей, Ронан и Скотт не слышали меня, я болтала с бумагой, а потом злилась на себя за это сумасшествие.
Первого июля я выступала на сцене. Мариша и Дария пришли поддержать меня. К сожалению, мама работала и не смогла прийти на концерт. Но меня грела мысль, что девочки не оставили меня одну с моим диким волнением.
– Вдох-выдох и вперёд! – сказала Мариша, подбадривая меня своей улыбкой с весёлыми ямочками. А потом заметила у меня в руках фотографию. – Что это?
– Мой талисман. Не обращай внимания.
– Можно посмотреть?
В ее словах не было ни капли ехидства. Я протянула фотографию девочке и неожиданно вздрогнула. Мариша почти визжала, показывая фото группы Дарие.
– Смотри, смотри! Полине тоже нравится «Miracle five»! – Она повернулась ко мне. – А кто из них тебе нравится?
Я стояла, открыв рот, потом закрыла его, забрала фотографию и спрятала в кармане брюк.
– Да… как-то не задумывалась. Они все классные!
– Я обожаю Ронана. Милаха! Обожаю его глаза и бирмингемский акцент. А Дария сохнет по Джей-Джею.
– О да! Красавчик! – подтвердила темноволосая и смуглая Дария.
Вот так и началась моя дружба по интересам. Они сами рассказывали мне новости, приносили вырезки из газет, журналы наклейки с изображениями участников группы. Мне всё это было не так уж и интересно. Я не собирала плакаты и всякую белиберду о группе. Достаточно было того, что у меня имелись диски с их альбомами, а фотографию я вырезала из внутреннего вкладыша диска. Она и стала моим талисманом.
В тот вечер я выступила отлично. Игорь Леонидович похвалил меня и сказал, что если я не брошу музыку, то меня может ждать неплохое будущее.
Через два дня обнаружилось, что помимо Мариши и Дарии в зале оказался ещё один мой знакомый.
Я шла через дорогу на курсы, когда кто-то вдруг свистнул и окликнул меня по имени. Я ступила на тротуар и обернулась. Ко мне шёл Олег.
– Должен признать, ты хорошо поёшь.
Олег остановился всего в шаге от меня, пришлось чуть-чуть отступить. Я не знала, что от него ждать. По выражению его лица сложно сказать, что у него на уме. Я не доверяла ему после всего, что было в школе, даже несмотря на дружелюбный вид.
Он улыбнулся, обнажив ровные белые зубы. Нос у него был маленький и вздернутый, он придавал внешности парня некую привлекательность, а чёрные как уголь волосы – шарм. Лёгкий ветерок раздувал его челку, открывая невысокий лоб. Я смотрела на его усыпанное родинками лицо и понимала, что да, симпатичный, но совсем не мой тип. Не хотела бы я с ним встречаться. Зря я тогда сказала Насте, что он мне нравится.
– Я видел твоё выступление, – пояснил Олег. – Даже не думал, что ты ходишь на уроки к Игорю Леонидовичу.
– А ты там что делал?
– Я баскетболом в том же центре занимаюсь. Мы с друзьями как раз с тренировки шли, услышали знакомую песню, заглянули и… ты на сцене.
Интересно, что он хочет от меня услышать? Или, может быть, он ждёт, что я завизжу от счастья? Я просто кивнула, мол, понятно.
– Ты извини, – сказала я, – но мне пора идти. Я уже опаздываю.
– Удачи в творчестве! – на прощание сказал Олег.
– Спасибо, – ответила я, но сама понимала, как неискренне прозвучало это слово. На самом деле хотелось его к чёрту послать. Возможно, он ждал выхода эмоций, а тут такой облом. Как недавно выразилась моя мама: «Равнодушие становится выздоровлением». Спрятав недовольство, я избежала новых издёвок… если он вообще чего-то добивался.
Олег не всегда казался мне придурком. Порой он вёл себя достойно и пытался остановить обрушившийся на меня шквал неприятностей, но влияние девочек-активисток одерживало верх. Он знал, что помочь мне – значит, сойти с пьедестала и потерять авторитет. В школах правила суровые: либо ты с большинством, либо изгой общества. В этом плане я его понимала.
В тот день я несколько раз прокрутила в голове эту встречу с Олегом, пыталась представить разные варианты ее исхода, но все они сводились к дружелюбному прощанию. Хорошо, если в одиннадцатом классе я стану сильнее и меня не будут трогать. Ах, если бы случилось какое-нибудь чудо, мечтательно вздыхала я, последний год я бы отучилась спокойно и ушла бы с гордо поднятой головой.
Тогда я ещё не догадывалась, что это чудо скоро произойдёт.
Шла вторая неделя июля. Я пришла с курсов английского чуть позже обычного. Мама была уже дома и готовила ужин. Я переоделась в домашнюю одежду и с невозмутимым видом присоединилась к готовке.
– Сегодня пришли результаты конкурса, – очень спокойно сказала я, хотя внутри подсасывало от волнения.
– Правда? И как?
– Я заняла второе место.
Мама выронила горячую крышку. Хорошо, что она держала ее над раковиной, а иначе та упала бы на ногу одной из нас.
– И приз у меня в сумке.
– Напомни мне, что там предлагали за второе место. Я, честно сказать, не ждала, что ты так высоко взлетишь, поэтому не обратила внимание на призы.
– Мам, все три приза были одинаковыми. – Я сглотнула. Во мне сидел страх, что мама не даст согласие, от чего тряслась всем телом. В моей руке дрожал нож и я положила его на стол. – Я выиграла десятидневное обучение в Лондоне. Языковая школа полностью оплачивает поездку. Мам, пожалуйста, мне очень важно…
– Полина! – Мама улыбнулась своей невообразимо обольстительной улыбкой. Она у меня красавица и морщин ещё совсем не было на лице. – Ты думаешь, что я тебе не разрешу? Это же такой опыт! Тем более совершенно бесплатно! Вы же группой едете?
– Да. Из двадцати человек.
– Вот и отлично! Когда уезжаешь?
Сначала я крепко обняла ее, чуть не задушила, а потом объяснила, что едем мы пятнадцатого июля на десять дней. В честь такого события мы отправились в кафе-мороженое и провели незабываемо веселый вечер. А перед сном, когда смотрела телевизор, узнала, что «Miracle five» дадут концерт девятнадцатого июля в том же Лондоне. Вот так совпадение!
Мариша выпучила глаза.
– Не может быть!
– Это такая удача! – следом сказала Дария, не менее удивлённая. – Лондон красивый город, но мы все знаем, что там будут выступать «Miracle five». Полин, – почти заскулила подруга, – а у тебя нет возможности попасть на их концерт? Вот бы здорово было!
– Да, – подхватила Мариша, – ты бы и для нас достала их автографы.
Я засмеялась.
– Ох, девочки, у моей мамы нет на это средств. А билеты, наверно, будут стоить кучу денег. – Я вздохнула и спрыгнула с усилителя. – Я еду лишь на курсы английского. Но фотки города привезу. Может, сувенирчики найду, плакаты Ронана и Джей-Джея.
Девчонки радостно захлопали в ладоши. Я посмотрела на них и вдруг поняла, что не все девочки плохие. Мариша и Дария казались искренними и открытыми. Не думаю, что они лицемерили и фальшивили, как Настя, которая вела себя игриво или откровенно лгала, глядя в глаза. Если Мариша и Дария останутся преданными подругами, то пожалуй я смогу подпустить их немного ближе.
– Ты видела, какие плакаты Ронана у меня уже есть, – сказала Мариша. В студии уже собирались ученики, поэтому она понизила голос. – Хочу какой-нибудь новый.
– Запомню, – подмигнула я.
Потом вошёл Игорь Леонидович и начался урок.
На следующие сутки я собирала чемодан, от волнения потели ладошки. Впервые полечу на самолёте – этот факт меня немножечко пугал. Но в целом, я настроилась на путешествие. Зарядила пленку фотоаппарата, взяла мобильник. Наш преподаватель сказала, что всем студентам группы выдадут бесплатные сим-карты, чтобы мы не потерялись в Лондоне. Это и маму мою порадовало, ведь мы сможем общаться с ней через сообщения.
По пути в аэропорт я так разнервничалась, что меня чуть не вырвало. Несколько раз проверила, все ли я взяла с собой. Потом ещё некоторое время успокаивала себя мыслью, что это всего лишь маленький перелёт. Все люди летают и ничего не случается. А впереди меня ждёт удивительный и необыкновенный Лондон – огромное сердце Великобритании.
После взлёта мы грызли шоколад, пили соки, болтали, смотрели фильмы на маленьких встроенных в спинки кресла мониторчиках. Полёт прошёл незаметно. Я не успела ничего понять, как мы уже шли по аэропорту «Хитроу».
Всю группу посадили в длинный белый автобус с мягкими креслами, в которых захотелось раствориться. Я смотрела в окно. Ожидала увидеть туман, но погода оказалась ясной, небо без единого облака. С нами ехали три преподавателя с курсов. Они стояли впереди и что-то рассказывали о городе на английском. Честно сказать, я не вслушивалась, и без того захлебывалась эмоциями.
Нас поселили в хостел. В каждой комнате стояли по четыре двухъярусной кровати, то есть нас в одной комнате вмещалось восемь человек. Мне досталось место снизу. Со мной поселили тихих девочек, за что можно было благодарить Бога, ибо в шуме заниматься будет сложно.
Стены в комнате были выкрашены в яркий фиолетовый цвет каркасы кроватей при дневном свете были белыми, но стоило зажечь лампы, и они отливали сиреневым. Пол был покрыт виниловым ламинатом, а единственное окно закрывала бордовая шторка. Санузел и душевые кабины находились на этаже, но меня это ничуть не смущало. Преподаватели пообещали, что на завтрак нас будут куда-то возить, но если вдруг захочется перекусить, то в хостеле есть общая кухня. Я слышала, как некоторые девочки жаловались на неудобства, но для меня все это было не важно. Мы в Лондоне, хотелось кричать мне, какая разница, где спать?
Первый день мы отдыхали пол дня, потом нам показали языковую школу, затем отвезли на ужин. Вечером погуляли возле Биг Бена. Я сделала свои первые фотографии, а перед сном написала маме, в каком восторге нахожусь.
На следующий день я была поглощена первыми занятиями, с интересом слушала своих английских преподавателей. Заводить знакомства ни с кем не собиралась, хотя многие подходили ко мне и пытались разговаривать. Я не отказывала им, но продолжать общение не видела смысла.
После занятий по вечерам соседки по комнате играли в настольные игры. Звали и меня, но я не хотела. Вместо развлечений я заучивала новые слова и фразовые глаголы.
Восемнадцатого числа моя соседка по имени Наташа поймала меня на кухне и отвела в сторонку.
– Можно кое-что спрошу?
– Конечно, – вежливо отозвалась я.
– Я видела у тебя фотографию «Miracle five», – сказала она.
«Ещё одна фанатка?» – подумала я, сведя брови вместе.
– Да, мне нравится эта группа…
– А ты знаешь, что завтра у них концерт в этом городе?
– Знаю. Но что с того?
– Я просто спросила. Интересно стало. – Ее губки сложились бантиком, а потом она улыбнулась. – Полина, кажется?
– Верно, – ответила я, не менее вежливо. Теперь стало ясно, что Наташа просто нашла повод со мной поближе познакомиться. Я заметила, что в группе она тоже тихая и ни с кем особо близко не общается. Наверно, ей показалась, что я неплохая собеседница, но я не стала развивать беседу.
Уже на следующий день Наташа покажет, какую роль сыграет в моей судьбе.
С этого дня я начну рассказывать подробнее, ведь именно девятнадцатого июля начался самый судьбоносный этап в моей жизни.
Как я уже говорила, Наташа сыграет в этой истории большую роль, хоть и короткую. Если бы я могла найти ее и поблагодарить, с радостью бы это сделала. Но увы, контактов ее у меня не было и нет.
Утро девятнадцатого числа началось как обычно. Сначала мы дрались за очередь в туалет, потом искали чью-то книжку минут десять. К девяти часам поехали завтракать. Далее нас ждали увлекательные уроки английского и небольшая экскурсия к Букингемскому дворцу. Я сделала чуть больше фотографий, чем в первый день. Во время прогулки мы разговорились с Наташей, но темы наши касались исключительно языка и мест, куда водили нашу группу. О «Miracle five» Наташа больше не заикалась, лишь убедив меня в том, что она просто искала повод заговорить.
В обед преподаватели привели нас в новый ресторанчик. Там был телевизор, звук которого не заглушали. Мы слушали новости, пока кто-то из нашей группы не попросил переключить на музыкальный канал. И вот, я наконец увидела свою любимую группу на экране.
Показывали куски из их видеоклипов и момент, когда они выходят из автомобиля, а лондонская молодежь встречает их дикими криками. Мик чаще всех мелькал на первом плане, потому что исполнял самые сложные партии речитатива – любимчик девчонок. Брайан, как всегда, окольцованный с аккуратными «шипами» на голове кривлялся на камеру. Джей-Джей скромно шёл за другими участниками группы. Пару раз его показали в профиль. Скотт с аккуратным проколом в брови улыбался своей неповторимой широкой улыбкой, а Ронан слыл самым серьёзным членом команды, поэтому все кадры с ним были одинаковыми. Для меня они все были, словно родные братья, которые уехали и стали успешными.
Я так засмотрелась, что забыла про еду.
– Сегодня кому-то явно повезло, – сказала Наташа как бы невзначай.
– Что?
– Ну, тем, кто смог купить билеты на концерт.
– Да, может быть, – постаралась ответить как можно равнодушнее.
Но поздно было строить из себя незаинтересованность. Наташа раскусила мои желания и вечером сделала совершенно безумное с точки зрения здравого смысла предложение.
До концерта оставалось два часа. Я знала об этом, поэтому не могла сосредоточиться на текстах, которые нам дали для разбора. Сбивалась, психовала и начинала сначала. Наташа подсела ко мне и отобрала тетрадь, потом книгу. В комнате никого не было, остальные соседки были на общей кухне.
– Концерт начинается в восемь тридцать, – начала она. – По традиции ровно в восемь группа будет проходить мимо поклонников, что называется «покажутся».
– Откуда тебе всё это известно? – удивилась я.
– Сейчас шесть сорок пять, – проигнорировав вопрос, продолжала Наташа. – До стадиона ехать… м-м-м… примерно час с пересадками. Мы можем успеть.
– А смысл?
– Увидишь их вблизи, вживую… Разве не интересно? Лично я люблю приключения. – Она встала и начала надевать джинсовку. – Каждый год приезжаю и каждый раз какая-то звезда даёт концерт. Черт, это весело, между прочим!
В тот момент я смотрела на неё как на дуру и как на смелую героиню одновременно. Сначала хотелось покрутить у виска, а потом загорелась идеей.
– А что мы скажем нашим?
– Ничего. За пару часов нас не кинутся. Не будь трусихой, Полина! Поехали, не пожалеешь!
Я колебалась.
Тогда она сказала:
– Не волнуйся, я хорошо знаю город.
Не знаю, что мной управляло в тот момент, но я согласилась. На мне были вполне неплохие белые бриджи и желтая футболка с узором из страз. Я надела белую куртку и пошла следом за Наташей по коридору. На лестнице, однако, я притормозила, развернулась и хотела бежать назад в комнату.
– Ты реально струсила?
– Нет, я телефон забыла. И… деньги.
– Успокойся. Телефон и деньги есть у меня. Не будем терять времени даром, – сказала Наташа и, схватив меня за руку, потащила за собой.
До стадиона мы добирались мучительно долго, но я ни разу не пожалела о своём решении. «Сделай хоть что-нибудь, но не будь серой мышью», – сказала мне Настя, когда я поймала ее в туалете. Мне даже показалось, что я стала смелее. Я на самом деле не переживала за то, что ушла из хостела без разрешения. Меня захватила радость от предвкушения новых ощущений, так что я не думала о последствиях. Зачем? Меня ждала мимолетная встреча с «Miracle five», а остальное подождёт.
Увидев толпу фанаток группы у входа в стадион, я резко дёрнулась назад, но Наташа и тут удержала меня.
– Подойдём ближе. Раз они все здесь собрались, значит, парни ещё не приехали. Внутрь мы попасть не сможем без билетов, но уверена, что среди этих девчонок двадцать процентов такие же как мы.
Пока Наташа все это говорила, мы подошли ближе к толпе, а потом протиснулись к защитному забору, вдоль которого ходили бдительные охранники. Наташа пропихнула меня вперёд, а сама осталась за спиной. Я едва дышала. Справа и слева мня зажимали возбужденные фанатки, махали купленными в расставленных недалеко палатках фотографиями с изображениями участников, кричали в уши. Бедные мои перепонки!
Когда подъехала машина с чудо-пятёркой, толпа подалась вперёд, меня прижали к перилам забора. Я не знала, стоит Наташа за моей спиной или нет, не могла повернуть головы. Давление усилилось, тонкие перекладины врезались мне в рёбра. Я подумала, что надо бы выбраться, но от одной мысли, что придётся пробираться через обалделую толпу, меня бросало в жар. Уж лучше стоять на месте, думала я, тогда останусь более или менее целой.
Девчонки завизжали сильнее, когда парни пошли по дорожке, приветствуя своих поклонниц. Джей-Джей и Брайан позволяли некоторым фанаткам прикоснуться к их рукам. Я поражалась их смелости, ведь это всё равно, что положить руку в пасть крокодилу – откусит и не заметит. Охрана и телохранители контролировали эмоции возбужденных поклонниц, но все же…
«Miracle five» приближались, и я чувствовала, как на меня давит толпа. А потом внезапно крепление на заборчике открутилось, появилась прореха, в которой стояла именно я. Но я – не сумасшедшая фанатка, которая воспользуется случаем и набросится на мальчишек, поэтому продолжала стоять.
И вот, они рядом. Крики «Ронан, я тебя люблю!», «Мик, я тебя люблю!» или «Брайан, я тебя хочу!» звенели в ушах. У меня закружилась голова. Я пыталась посмотреть на парней. Они так близко. Когда ещё мне предоставиться такая возможность? Но шум, внутрення паника и толкучка мешали сконцентрироваться.
Ребята приблизились и шли почти вровень со мной и в тот самый момент что-то произошло.
Я не успела понять.
Почувствовала толчок, а через секунду упала прямо в объятия Скотта.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.