Начнем с варианта, характерного для Чако (рис. 20.1). Индейцы, у которых записаны имеющие отношение к «космической охоте» повествования, говорят на языках матако (сами матако и чороте347), гуайкуру (тоба, пилага, мокови и луле вилела348). Как от матако, так и от чороте сохранилось по одному тексту, причем у чороте речь идет лишь о том, как собаки охотников загнали пуму на небо, сами поднялись туда, после чего все они вернулись на землю, где пума и была убита. С астральными объектами никто из персонажей не ассоциируется. Что касается групп носителей языков гуайкуру, то у них «космическая охота» – один из самых популярных сюжетов. Вариант вилела, данных по которым мало, того же типа, что и у тоба.
Во всех вариантах рассказывается, как братья либо брат и сестра со своими собаками погнали нанду и оказались на небе. Нанду ассоциируется с Плеядами (у матако), но чаще с Млечным Путем (у тоба, пилага, мокови и вилела). Упоминаются также Южный Крест и Угольные Мешки, однако во всех случаях это, по-видимому, лишь части гигантской фигуры нанду, пересекающей небо. Охотников и собак в имеющихся источниках с определенными астральными объектами сопоставить не всегда удается, но у тоба – по крайней мере в ряде случаев – это наиболее яркие звезды южного циркумполярного созвездия Кентавра349. У вилела Млечный Путь есть скелет убитого нанду, а звезда у его головы (видимо, рядом с одним из Угольных Мешков) – две собаки, вцепившиеся ему в шею. Что касается Плеяд, то в традициях индейцев области Чако герои мифов могут превращаться в этот астральный объект, но с мотивом небесной охоты такие тексты не связаны.
На варианты индейцев Чако похожи записанные в Патагонии, очевидно, среди теуэльче. Согласно этим последним, Млечный Путь отмечает дорогу одного или нескольких охотников, которые преследуют нанду. Южный Крест – ноги нанду, Пояс Ориона – брошенные бола, Магеллановы Облака – кучки собранных перьев нанду350. Данных по фольклору индейцев, обитавших между северной Аргентиной и Патагонией, практически нет, но вполне вероятно, что сходные повествования о «космической охоте» были знакомы и другим обитателям степных и полупустынных территорий в пределах Южного Конуса.
Гигантское созвездие нанду, охватывающее не только Млечный Путь, но и некоторые яркие звезды, напоминает суперсозвездие в традициях северных атапасков. К этой теме мы вернемся позже. Что касается отождествления участников «космической охоты» с Плеядами в мифах индейцев Амазонии и Гвианы, то такой вариант обнаруживает немногочисленные параллели в американской Арктике и на севере Евразии. У нганасанов Плеяды-охотники ловят сетями души умерших людей и убитых оленей351. У тундровых ненцев (точная локализация записей в источнике не указана) название для Плеяд в некоторых случаях означает «ляжку дикого оленя делят»352. У северных ханты Плеяды – это охотник, гнавший по небу шестиногого лося353. У инупиат северной Аляски и у нетсилик Плеяды-охотники преследуют медведя354. При этом у эскимосов более распространено отождествление Плеяд не с охотниками, а с медведем, которого окружили собаки. Частичная параллель есть еще у западных саамов: согласно одной из интерпретаций Плеяд, речь идет о старухе, преследующей со своими собаками лося355.
Рис. 20 1 Представление о Млечном Пути как о гигантском страусе нанду или о тропе, по которой бежит нанду, в связи с сюжетом космической охоты 2 Представление о Млечном Пути как о гигантском страусе нанду вне сюжета охоты 3 Представление о Млечном Пути как о тропе тапира
Если сюжет космической охоты не возник в Южной Америке самостоятельно и притом дважды (что не слишком вероятно), он должен был попасть туда с двумя разными группами людей, чье наследие в области космонимии если и сохранилось за пределами континента, то в американской и евразийской Арктике.
Связь представления о Млечном Пути как о страусе нанду с сюжетом космической охоты может быть вторичной. Помимо индейцев Чако, Млечный Путь в виде фигуры гигантского нанду представляли гуарани на территории Парагвая и сопредельных районов южной Бразилии356, равно как и индейцы семьи же (апинайе, апаниекра, рамкокамекра) на Бразильском нагорье357 (рис. 20.2). При этом как у мбыа-гуарани, так и у рамкокамекра с небесным страусом связаны эсхатологические ожидания – в конце времен он погубит людей. У боливийских чиригуано, родственных гуарани, также существовало представление о небесном нанду. По данным Э. Норденшельда, близкая к Южному Кресту часть Млечного Пути есть «дорога нанду», сам Южный Крест – «голова нанду», α и β Кентавра – «шея»358.
Можно полагать, что представление о Млечном Пути и соседних с ним звездах как о гигантском нанду, характерное для Чако и Восточной Бразилии (фольклорных мотивов с подобным ареальным распределением много), в Чако в определенный момент слился с сюжетом охоты, что и привело к сочетанию образов и эпизодов, которое за пределами Парагвая и Северной Аргентины больше нигде не встречается.
В Южной Америке есть другой специфический для этого континента образ Млечного Пути – «тропа тапира» (рис. 20.3). Он встречается в контексте сюжета небесной охоты либо преследования животными друг друга (локоно, каринья, сиона и секоя, кана-мари, камаюра, куйкуро, тупинамба, ботокудо35922, а также как отдельный космоним (варрау, оямпи, чакобо, бакайри). В последних случаях вполне вероятно, что соответствующий сюжет просто остался незаписанным. У гуарани «тропа тапира»360361 известна наряду с «гигантским нанду». У чиригуано также есть созвездие «Тапир»362, хотя Млечный Путь, как только что было сказано, назывался «Тропою нанду». Чиригуано начала ХХ в. представляли собой смешанную группу, возникшую в результате переселения в Восточную Боливию проникших до этого в Чако гуарани, которые ассимилировали местных араваков чане. Если учесть, что Южный Крест чиригуано мыслили в качестве головы нанду, первоначальный вариант мог быть «Тропа нанду», а «Тапир» был воспринят именно от араваков. «Тропа тапира» и «Нанду» принадлежат к разным культурным общностям. Первый образ тяготеет к Амазонии и Гвиане, а второй – к Чако и Бразильскому нагорью (рис. 20). Данные этнографии, лингвистики и археологии указывают на глубокие различия между этими регионами, скорее всего, унаследованными от эпохи первоначального заселения Нового Света.
Наши предположения относительно происхождения темы космической охоты можно суммировать следующим образом. Соответствующие мотивы впервые появились в континентальной Евразии и связаны они были, скорее всего, с Орионом и Плеядами. Оттуда «космическая охота» проникла, с одной стороны, в Африку южнее Сахары, а с другой – в Новый Свет. Варианты, оказавшиеся в Новом Свете раньше других и сохранившиеся в Южной Америке, если и имеют параллели, то в Арктике, тогда как аналогия африканским вариантам отмечена на Кавказе. Важнейший (хотя и не решающий) довод против независимого появления «космической охоты» на разных континентах – ее отсутствие в пределах индо-тихоокеанской окраины Азии.
Обращаясь к сравнению североевразийских и североамериканских космонимий, мы вступаем на более твердую почву, нежели в случае с интерпретацией объектов ночного неба в южных областях обоих полушарий. Для большинства традиций не только Сибири и тем более Европы, но и Северной Америки есть хоть какие-то, а в ряде случаев весьма обильные данные, в то время как для двух третей индонезийских и трети южноамериканских традиций данных нет вовсе, а для Меланезии мы вообще располагаем лишь обрывками информации.
Почти десять лет назад я попытался проследить распространение нескольких космонимов, которые могли, как казалось, быть характерной особенностью картины мира финно-угорских, но при этом не самодийских народов363. Речь шла о представлении о Плеядах как о сите (точнее, сите для зерна, ибо чукотско-корякский образ Плеяд как сита для промывания рыбьей икры прямого отношения к западноевразийским фактам может и не иметь), представлении о Млечном Пути как о дороге перелетных птиц и об интерпретации лунных пятен как девочки или молодой женщины с ведрами для воды в руках. С тех пор ареалы распространения данных космонимов удалось уточнить, но к существенной переоценке сделанных выводов это не привело. Ниже мы рассмотрим более широкий набор космонимов, характерных для традиций Северного полушария в Старом и в Новом Свете. Материал структурирован не по объектам ночного неба, а по направлению трансконтинентальных связей и тем самым по эпохам, на которые анализ номинации данных объектов может пролить дополнительный свет.
В предыдущей главе было упомянуто сходство в интерпретации созвездия Ориона в индуистской традиции и у народов Центральной Азии и Южной Сибири, а также койсанские параллели для данного варианта. В Азии представление о трех звездах Пояса Ориона как о трех копытных животных, в которых стреляет находящийся поодаль от них охотник, характерны почти исключительно для монголов и тюрков. Однако корреляция эта неполная. Подобные представления не зафиксированы у тюрков циркумпонтийского региона, Поволжья, Урала, Кавказа, Средней Азии (кроме киргизов), Восточного Туркестана, Западной и Восточной Сибири, а также у большинства казахов, кроме самых восточных. Данный образ отсутствует и на периферии распространения монгольских народов, т. е. его нет у дагуров и монголов Внутренней Монголии и Ганьсу. Среди тюркских групп он зафиксирован у тарбагатайских казахов, киргизов, алтайцев, телеутов, теленгитов, шорцев, хакасов, тувинцев и тофаларов364, а среди монголоязычных – у халха-монголов, ойратов (дюрбютов и хухунорских олётов) и всех бурят365. Космоним «Три маралухи» для обозначения Пояса Ориона есть у калмыков366. Не вполне ясно, записан ли у них соответствующий нарратив, но у предков калмыков, как и у всех ойратов, таковой, несомненно, был. Тюрко-монгольские варианты описаны и проанализированы С. Ю. Неклюдовым367. В Тибете сюжет в сходной трактовке приурочен к событиям из жизни средневекового поэтамистика Миларепы368.
Таким образом, в Азии рассматриваемый вариант космической охоты распространен в пределах компактного ареала, к северу от которого «космическая охота» представлена совершенно другими текстами, основанными на интерпретации не Ориона, а Большой Медведицы, тогда как к югу, востоку и западу данная тема не представлена вовсе. Сходная ситуация характерна и для Северной Америки к западу от континентального водораздела. Вариант, аналогичный азиатскому тюрко-монгольскому, занимает здесь крайнее южное положение, а к северу в пределах северо-западного побережья и Колумбийского плато распространены варианты, основанные на интерпретации Большой Медведицы. Эти две области, южная и северная, отделены друг от друга территорией в пределах севера Калифорнии и юга Плато, где сюжет космической охоты неизвестен.
Вариант, основанный на интерпретации звезд Пояса Ориона, в Америке записан у сарси, гровантр и вичита на Великих Равнинах369, кауилья, купеньо и луизеньо на юге Калифорнии370, северных и южных пайют и чемеуэви Большого Бассейна371, у явапай, мохаве, марикопа, кокопа, килива, диегеньо, сери, западных апачей, мескалеро и липан на Большом Юго-Западе372. Для юте и кокопа373 данные минимальны («Пояс Ориона – горный баран»), и если наличие сюжета у кокопа вероятно, поскольку он известен всем соседним юмаязычным группам, то в отношении юте вопрос менее ясен. Среди нумаязычных групп сюжет несомненно зафиксирован у пайют и чемеуэви. Что же касается северных и западных шошони, то в их фольклоре есть тексты, которые сюжетно близки соответствующим повествованиям северных пайют, но звезды в них не упоминаются374. Поскольку мифологические представления нумаязычных индейцев Большого Бассейна довольно сходны, наличие оставшихся незаписанными версий с превращением в звезды для северных и западных шошони все же возможно.
В отличие от азиатских традиций, в Америке в половине случаев Пояс Ориона интерпретируется как одно животное, а не три. Это касается южных атапасков (западные апачи, мескалеро, липан), юто-ацтеков ветви така (кауилья, купеньо, луизеньо), значительной части хока (диегеньо, юте, мохаве, кокопа, сери), а также юте.
Сильным доводом в пользу исторической связи между азиатскими и североамериканскими традициями служит интерпретация одной из звезд в качестве стрелы (пули), выпущенной стрелком и прошедшей сквозь тело животного. В Азии эта подробность есть у казахов, алтайцев, телеутов, теленгитов, шорцев, тувинцев (возможно), тофаларов, балаганских и аларских бурят, а также в древнеиндийской традиции, а в Америке – у юто-ацтеков Южной Калифорнии, чемеуэви, южных пайют (по-видимому), явапай, мохаве, марикопа, диегеньо и западных апачей. У кауилья, купеньо и луизеньо об этом прямо не говорится, но информация об их текстах вообще предельно скупа, так что по аналогии с соседними традициями наличие данной детали вероятно. Сходный мотив есть и в Африке, однако в койсанских текстах подчеркивается, что стрела (у бушменов это Меч Ориона) до животных не долетела, а в азиатских и американских – что она настигла цель.
Рис. 21 1 Мотив космической охоты, основанный на отождествлении животного или животных с Большой Медведицей 2 Мотив космической охоты, основанный на отождествлении животного или животных с Поясом Ориона 3 То же – фрагментарные данные 4 Распространение повествований, основанных на мотиве «олениха и медведица» на западе Северной Америки 5 То же – частично сходные варианты
Большинство вариантов «космической охоты», основанных на истолковании звезд Пояса Ориона, записано от Южной Калифорнии до юга Великих Равнин, а два (гровантр и сарси) – на севере Равнин. Варианты «космической охоты», основанные на интерпретации Ориона или Большой Медведицы, в одних и тех же традициях никогда не встречаются (рис. 21.1–3).
Рис. 22 Повествования о «космической охоте», в которых зверя преследует один охотник, а объект преследования отождествляется с Большой Медведицей 2 То же, но объект преследования – иное циркумполярное созвездие либо не определен
Заслуживает внимания еще одна закономерность. Мотив космической охоты, основанный на интерпретации Ориона, не сочетается также и с мотивом «олениха и медведица» – одном из наиболее типичных для запада США и юга Британской Колумбии (рис. 21.4–5). Исключение составляют лишь северные пайют. В повествованиях на данный сюжет говорится о двух женщинах (оленихе и медведице, черной медведице и гризли), одна из которых убивает другую, а дети убитой ей мстят и спасаются бегством. Существует корреляция между основной областью бытования мотива «олениха и медведица» на западе Северной Америки и распространением западной традиции черешковых наконечников, появляющейся на рубеже плейстоцена и голоцена375. В Северной Азии сюжет, близкий «оленихе и медведице», характерен для Западной Сибири376, т. е. для ареала, где обычны повествования, отождествляющие преследуемого охотниками зверя с Большой Медведицей. Повествований на сюжет космической охоты, основанных на отождествлении животных со звездами Ориона, в Западной Сибири как раз нет, они характерны для юга Сибири и для Монголии. Все это позволяет предполагать, что разные варианты «космической охоты» были принесены в Новый Свет разными азиатскими группами.
Обратимся к повествованиям, в которых зверь, преследуемый охотниками, отождествляется с Большой Медведицей. Они распространены в основном в пределах лесной зоны Северной Америки и Сибири, причем каждый из нескольких вариантов представлен на своей территории. Некоторые локализованы очень узко, либо источники не позволяют определить детали повествования, однако относительно двух вариантов данных достаточно много.
Согласно первому, зверя преследует только один охотник, а сам зверь отождествляется с Большой Медведицей (рис. 22). Трудно сказать, имеют ли отношение к данному варианту саамские тексты, к которым мы уже обращались и в которых зверя обозначают несколько циркумполярных и зодиакальных созвездий. В калевальской традиции участники погони с конкретными небесными объектами вообще не отождествляются. Еще один сомнительный вариант связан с оджибва (брат Южной звезды виден далеко на севере охотящимся на медведя)377. В Сибири нет ясности с якутскими данными: объект охоты не определен, а район записи (Олёкма) известен лишь для одного из двух текстов378. В тунгусских вариантах (различные группы эвенков, негидальцы и орочи) лося преследует великан Мани (Манги, Маин), иногда ассоциируемый с медведем, также Чангит и Чакиптылан379. В Западной Сибири у манси, ханты (на Тромъегане и Иртыше), лесных и тундровых ненцев имена персонажей различны380. В Америке этот вариант редок, ареально не обособлен и содержит также мотивы, более характерные для иных версий. Помимо упомянутого текста оджибва, две другие записи сделаны у чилкотин381 и пенобскот382. Первый текст связан с атапасским представлением о «суперсозвездии» (о чем ниже), а второй объясняет, почему осенью листья на деревьях краснеют, а зимой на землю падает снег (это кровь и жир убитого медведя).
Отсутствие явно выраженных американских параллелей позволяет отнести распространение данного варианта «космической охоты» к голоцену. О том же свидетельствуют два мотива, с которыми мотив охоты в соответствующих текстах бывает сцеплен.
Первый – это представление о Млечном Пути как о лыжном следе, который оставил охотник (рис. 23). Подобная интерпретация, в том числе и вне связи с темой охоты, зафиксирована у коми383, а дальше в Сибири и на северо-западе Северной Америки, у чулымских тюрок, лесных ненцев, манси, северных и тромъеганских ханты, энцев, северных селькупов, кетов, якутов (вероятно, всех групп), видимо, всех эвенков, негидальцев, орочей, удэгейцев, нанайцев, ульчей, уильта, эскимосов острова Св. Лаврентия, центральных юпик, ингалик, тлинкитов, внутренних тлинкитов и талтан384,385,38623.
Рис. 23 Млечный Путь – лыжный след 1 В контексте «космической охоты» 2 В другом контексте
Второй мотив – представление о многоногом копытном животном (рис. 24). В вариантах, записанных у лесных ненцев, ханты и манси, лось, которого гонит небесный охотник, имеет шесть или восемь ног. Охотник отрубает ему лишние ноги, и с тех пор лоси на земле четырехногие. Вне связи с «космической охотой» мотив многоногого копытного животного распространен по всей Северной Евразии, но в Америку почти не заходит (см. рис. 21, внизу). Параллели есть только у инупиат Северной Аляски и у эскимосов Западной Гренландии, но там, как и у чукчей, а также в одном из ненецких повествований, речь идет либо о многоногом белом медведе, либо (в Гренландии) о чудовище неопределенного облика387388. Что касается евразийских данных, то они отражены в древних и средневековых письменных памятниках (индийских, китайских и скандинавских)389, в материалах иконографии (Готланд, Фракия)390 и в фольклорных записях XIX–XX вв. В частности, есть данные по тибетцам Цинхая, кашмирцам, украинцам, ногайцам, карачаевцам, персам, башкирам, чувашам, казахам, хакасам, челканцам, алтайцам, шорцам, бурятам, халха-монголам, монголам Ордоса, дюрбютам, дагурам, лесным и тундровым ненцам, ханты, манси, якутам, сымским и ербогаченским эвенкам, эвенам, орочам, юкагирам, марковцам и азиатским эскимосам391.
Рис. 24 Многоногий зверь 1 Многоногий копытный зверь в ранних письменных и иконографических памятниках 2 То же в фольклорных материалах XIX–XX вв 3 Многоногий белый медведь В Гренландии (не на карте) – чудовище неопределенного облика
Оба сопряженных мотива («Млечный Путь как лыжный след» и «многоногий зверь»), равно как и сам образ одинокого охотника, преследующего зверя по небу, демонстрируют на удивление сходное распределение. Они чуть-чуть заходят в Америку, но большей частью зафиксированы в пределах Евразии. Это является доводом в пользу распространения данных мотивов лишь в голоцене, т. е. после того, как заселение Нового Света в основном завершилось.
Второй вариант «космической охоты» из числа основанных на интерпретации звезд Большой Медведицы и представленных в Сибири и Северной Америке, содержит настолько специфические подробности, что гипотеза о наличии азиатского прототипа для американских версий по сути безальтернативна. Я уже подробно рассматривал эти материалы392, но, учитывая их важность для доказательства древних сибирско-американских связей, обращаюсь к ним еще раз. Не учтенный мною ранее эвенский текст также вносит определенные коррективы в интерпретацию.
Рис. 25 Представления о Большой Медведице как о трех охотниках и преследуемом животном Вверху 1 Звезды ручки ковша – три охотника, сам ковш – лось или медведь Второй охотник (звезда Мицар) несет котелок, в котором собирается варить мясо (звездочка Алькор) 2 То же, но Алькор-котелок не упоминается Внизу Звезды – ручки ковша Большой Медведицы – три охотника, преследующих лося или медведя, причем каждый охотник отличается характером (один хвастлив, другой тороплив и т п), этнической принадлежностью (в Сибири), или это небольшие птицы разных видов (в Америке) 1 Отличается характером и этнической (видовой) принадлежностью 2 Только этнической (видовой) принадлежностью 3 Только характером
В Сибири наиболее характерные тексты варианта с тремя охотниками локализованы в пределах ареала, который можно назвать циркуменисейским (рис. 25). Распространение версий не коррелирует с языковой принадлежностью тех этнических групп, у которых они записаны. В Сибири есть фольклорные сюжеты, зафиксированные в разных концах этого обширного региона393, однако фольклор и мифология каждого ареала относительно однородны. В данном случае с сюжетом знакомы ханты, но не манси, селькупы, но не ненцы, западные, но не байкальские эвенки, хакасы, но не другие тюрки Южной Сибири. Отсутствие корреляции с языковой принадлежностью логично объяснить тем, что носители современных языков унаследовали данный сюжет от древнего субстратного населения. Принимая во внимание американские параллели, в Сибири сюжет должен был появиться раньше разделения уральской и алтайской семей на составляющие их ветви и тем более до выделения финно-угров, тунгусов и тюрков. Наличие мотива у кетов также не вносит ясности, учитывая эвенскую и тем более сэлишские, алгонкинские и ирокезские параллели.
Начнем с тех текстов, которые записаны у ханты на Тромъегане, Вахе и Васюгане394, северных селькупов395, южных селькупов396, кетов397 и хакасов398. Вот резюме наиболее подробных.
Ханты. Тунгус, остяк и самоед решили убить лося. Самоед хотел жарить мясо на вертеле, тунгус – есть сырым, остяк – вареным. В начале погони остяк вернулся за котелком, обогнал самоеда. Тунгус стал просить духов, чтобы лоси отныне жили в его земле. Он уже был готов ударить лося пальмóй, но остяк успел поразить зверя стрелой, разрушив чары тунгуса. Поэтому лоси водятся в земле остяков. Четыре звезды ковша Большой Медведицы – ноги лося. Первая звезда хвоста – тунгус, далее остяк, отклонившийся, стреляя, вправо, рядом с ним котелок. Последняя звезда – самоед. Три звезды впереди ковша – стрела. Если Лось идет быстрее других созвездий, весна ранняя, много рыбы и зверя399.
Все данные относятся к носителям восточнохантыйских диалектов. В частности, Г. Н. Потанин пересказал текст, записанный Н. П. Григоровским (1830–1883), который работал с васюганскими ханты. По южным (ныне исчезнувшим) ханты материала мало, но с сюжетом они, очевидно, были знакомы. В фольклоре же носителей северных диалектов соответствующий вариант «космической охоты», по-видимому, отсутствовал.
Северные селькупы. Юрак (т. е. ненец), селькуп и тунгус встретили лося (ковш Большой Медведицы). Селькуп и тунгус были вооружены луками, юрак – копьем. Перед тем как стрелять, селькуп побежал за котелком. В его отсутствие тунгус ранил лося. Селькуп вернулся, добил животное. В варианте, где действуют селькуп, кет и юрак, первые двое – дружественная пара против юрака400.
Южные селькупы. Пересказы сюжета многочисленны, но неизменно кратки. Ни в одном из них участники охоты не сопоставляются с представителями разных этнических групп. Это трикстер и герой Идя (Итте), его тесть и зять, в некоторых вариантах – черт. Но аналог мотиву котелка у второго охотника, видимо, есть. Согласно варианту с верхней Кети, у последней звезды «как будто котомочка»401. То, что «котомочка» находится у «последней звезды», а не у второй, может быть случайной ошибкой, весьма обычной в сообщениях информантов о звездном небе. Кетский вариант К. Доннера, в котором при сохранении основных подробностей речь идет не о Большой Медведице, а вообще о Плеядах (см. ниже), служит примером.
Кеты. 1. Кет, селькуп и эвенк преследовали лося. Селькуп, затем кет обогнали эвенка, но кет вернулся за забытым котелком и отстал. Эвенк отказался стрелять, сказал, что палкой убьет. Селькуп промахнулся, кет ранил лося в лопатку. Все оказались на небе. Четыре звезды ковша Большой Медведицы – ноги лося, из них левая передняя (подбитая) несколько отодвинута в сторону, три звезды впереди – нос и уши сохатого. Ручка ковша – селькуп, кет, эвенк (последний). Звездочка (Алькор) возле средней звезды – котелок кета. Шесть звезд (из них три за границами нашего созвездия Большой Медведицы) – стрелы селькупа и кета. Малая Медведица – также лось, охота на которого случилась раньше402. 2. Кет, русский, эвенк и селькуп погнали лося. Там, где остановились поесть, оставили котел. Кет спохватился и вернулся за ним, стал догонять товарищей. Селькуп шел теперь впереди, но кет успел выстрелить первым, селькуп выстрелил, когда лось уже повалился. Охотники не заметили, как оказались на небе403.
Записи этого сюжета, сделанные Е. А. Алексеенко, локализованы в районе между устьями Нижней и Подкаменной Тунгуски. В пользу того, что сюжет был известен также и сымским кетам (югам), свидетельствуют полевые материалы 2009 г. А. И. Давлетшина и Е. Н. Дувакина, хотя все подробности к этому времени уже были утрачены («Большая Медведица – люди сохатого гоняют»). В самой полной публикации югских текстов космонимических сюжетов, к сожалению, нет404. Откуда в точности происходит версия К. Доннера, в которой, как было сказано, Большая Медведица ошибочна заменена на Плеяды, не вполне ясно, но поскольку в ней упоминается ненец, речь, вероятно, идет о северных районах. В этой версии говорится, что, «как и у остяков-самоедов», звезды Плеяд показывают четыре ноги лося, а рядом тунгус, которому убить лося не удалось, затем убивший лося енисейский остяк (т. е. кет) и, наконец, юрак (т. е. ненец), который выстрелил в лося, но промахнулся405. В пользу северной локализации – сравнение с версией «остяков-самоедов». Поскольку у южных селькупов участники не сопоставлены с представителями разных этнических групп, то запись, очевидно, сделана среди северных кетов, которые сравниваются с северными селькупами.
Текст ербогаченских эвенков (верховья Нижней Тунгуски) уникален тем, что в нем сплавлены два разных варианта «космической охоты» – о великане Мангы-Дёромго (Орион), который преследует Большую Медведицу и оставил лыжный след – Млечный Путь, и о трех охотниках, различающихся характером и отождествляемых со звездами рукоятки ковша Большой Медведицы. Последний из них – хвастун, второй – торопливый, а первого нет, точнее, таковым оказывается сам великан – он и убивает лосиху стрелой, обозначенной тремя звездами между Орионом и Большой Медведицей406. Это лишь часть рассказа о Мангы-Дёромго, который мы не станем сейчас приводить целиком.
Эвенки Подкаменной Тунгуски. Три охотника собрались на промысел. Хвастун утверждал, что всегда идет первым на лося. Второй охотник должен был нести котел и варить мясо, третий, самый маленький, говорил, что слаб и пойдет позади. Когда они увидали лося, хвастун, испугавшись, побежал позади остальных, котлоносец посредине, а впереди оказался самый маленький охотник. Так они и гонятся до сих пор за небесным лосем. Четыре звезды – лось, три – охотники407.
На западноэвенкийские, кетские, селькупские и хантыйские тексты похож и один из хакасских вариантов «космической охоты», при том что остальные относятся к южносибирско-центральноазиатскому варианту сюжета.
Хакасы. Большая Медведица – Четтыген. Сзади всех – три брата, перед ними – две собаки, впереди собак – две маралухи. Средний брат несет на голове котел варить мясо (звездочка под шестою звездой)408.
Эвены. Эвен, эвенк и юкагир (либо чукча, hэек) решили узнать, кто из них сильнее, быстрее и выносливее. Они договорились, что тот, кто добудет самого крупного и быстрого зверя и принесет домой неразделанного, будет считаться самым сильным, быстрым и выносливым охотником в среднем мире. Все трое погнались за неизвестным зверем. Куда он наступал ногой, появлялось озеро (поэтому в тундре много озер), где проходили на лыжах охотники, появлялись речки, а там, где они бежали, – большая река. Охотники не заметили, как оказались в верхнем мире. Там Хэвэк превратил лося, трех охотников и собаку в звезды за то, что они без позволения Хэвэка поднялись в верхний мир. Четыре звезды Большой Медведицы – четыре ноги лося. Около них недалеко друг от друга застыли превратившиеся в звезды охотники, а недалеко от этих семи звезд есть еще одна часто мигающая Полярная звезда409.
Поскольку Полярную звезду трудно назвать «часто мигающей», речь вполне может идти об Алькоре. В пользу этого и упоминание собаки, которая тоже стала звездой. Если для циркуменисейского ареала типично отождествление Алькора с котелком, то в Приморье и на Сахалине Алькор есть как раз собака. В вариантах удэгейцев и орочей четыре звезды ковша – это амбар на сваях, к которому подкрадывается медведь. За медведем следуют двое братьев-охотников – это ручка ковша. Маленькая звездочка (безусловно, Алькор) – собака охотников410. Об идентификации Алькора с собакой имеются данные относительно сахалинских уильта411, этот же образ есть в удэгейском повествовании, не связанном с сюжетом охоты412. Однако наиболее близким эвенскому является вариант эвенков-орочонов, записанный А. И. Мазиным в 1980 г. где-то на Верхней Олёкме.
Эвенки-орочоны. Эвенк, юкагир и чукча заспорили, кто из них лучший охотник. Они отыскали лося и погнались за ним. Зверь побежал по небу. Первым за ним бежал эвенк, вторым – юкагир, третьим – чукча. Взбежав на небо, они превратились в звезды. Ковш Большой Медведицы из четырех звезд – лось, первая звезда ручки ковша – эвенк, вторая – юкагир, третья – чукча. Звезда из созвездия Гончих Псов, расположенная около последней звезды ручки ковша, – это собака эвенка, отставшая от охотников413.
Ücretsiz ön izlemeyi tamamladınız.